Апелляционное определение № 22-456/2025 22-456/2026 22-456/26 от 22 апреля 2026 г.

Дело № 22-456/2025 Судья Михайлова М.Ю.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Тверь 23 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Чернозубовой О.Ю.,

судей Кашириной С.А., Сергуненко П.А.,

при секретаре Масалкове Т.В.,

с участием прокурора Евстигнеевой С.А.,

осужденного ФИО7 посредством видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Юмашева А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО7 и его защитника – адвоката Юмашева А.В. на приговор Бежецкого межрайонного суда Тверской области с участием присяжных заседателей от 17.12.2025, которым

ФИО7, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в д. <адрес>, ранее судимый:

- 15.11.2007 приговором Весьегонского районного суда Тверской области по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком 1 год 6 месяцев, с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год;

- 16.10.2008 приговором Тверского областного суда по п.п. «а, ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 15 лет. В соответствии с ч.5 ст.74, ст. 70 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Весьегонского районного суда Тверской области от 15.11.2007 и окончательно по совокупности приговоров назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 15 лет 6 месяцев; освобожден из мест лишения свободы 22.02.2023 г. по отбытии срока наказания,

содержащийся под стражей по настоящему уголовному делу с 20.05.2025,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 12 лет, с ограничением свободы сроком на 01 год 06 месяцев, с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

На период отбытия дополнительного наказания в виде ограничения свободы ФИО7 установлены следующие ограничения: не менять места жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после освобождения из мест лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы. Возложить на осужденного ФИО7 обязанность являться для регистрации 2 раза в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в дни, определенные данным органом.

Мера пресечения в отношении ФИО7 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения - содержание под стражей.

Срок отбытия наказания ФИО7 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В срок отбытия наказания на основании п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ ФИО7 зачтено время содержания под стражей с 20.05.2025 до дня вступления приговора законную силу, из расчета один содержания лица под стражей за один день отбывания наказания.

Разрешен вопрос о процессуальных издержках.

Определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Чернозубовой О.Ю., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционных жалоб, поддержанных осужденным и его адвокатом в судебном заседании, выслушав мнение прокурора, полагавшего приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения, судебная коллегия,

установила:

на основании вердикта коллегии присяжных заседателей от 21.11.2025 года ФИО7 обжалуемым приговором признан виновным в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено ФИО7 в период с <данные изъяты> по <данные изъяты> в д. <адрес> в отношении ФИО1 при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО7 указывает на несогласие с постановленным приговором, указывает на то, что при рассмотрении дела (судебное заседание от 18.11.2025) государственным обвинителем представлялись данные, способные вызвать предубеждение у присяжных заседателей в отношении него, а именно использовались утвердительные формулировки о том, что именно ФИО7 совершил преступление, будут представлены доказательства, уличающие ФИО7 в совершении преступления, а также о том, что у стороны обвинения отсутствуют сомнения в доказанности вины подсудимого.

Также апеллянт полагает, что государственный обвинитель оказывала давление и эмоциональную нагрузку на присяжных заседателей, выразившуюся в словах о безвременном уходе потерпевшего, «сначала пьет – потом бьет», «зло должно быть наказано». Кроме того, сторона обвинения до вердикта присяжных заседателей называла ФИО7 преступником, в связи с чем, по мнению апеллянта, присяжные посчитали, что он не заслуживает снисхождения.

При его допросе и допросах свидетелей ФИО2., ФИО3. государственный обвинитель выступала с ходатайством процессуального характера, однако в нарушение требований ст. 335 УПК РФ судом разрешался вопрос в присутствии присяжных.

При допросах свидетелей ФИО4 ФИО5 эксперта ФИО6 судом не было учтено мнение подсудимого и тем самым нарушено его право на защиту.

Полагает, что своим поведение, как суд, так и государственный обвинитель способны были вызвать предубеждение присяжных заседателей в отношении него.

Просит состоявшийся приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение.

Адвокат Юмашев А.В. в апелляционной жалобе просит приговор в отношении ФИО7 отменить. В обоснование доводов указывает, что процессуальные вопросы разрешались у стола председательствующего в присутствии присяжных заседателей, чем нарушены положения ст.ст. 334, 335 УПК РФ. С учетом размера зала судебного заседания и расстояния от стола судьи до присяжных от 1,5 до 5 метров, указание на то, что разговоры судьи, адвоката и прокурора находились «вне слышимости присяжных» не обоснованы.

Стороной защиты заявлялось ходатайство о признании недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия, поскольку тот протокол, с которым ознакомлена сторона защиты при проведении требований ст. 217 УПК РФ и тот, который находится в материалах уголовного дела разные (изменены три листа текста).

Апеллянт полагает, что в нарушение положений ст. 73 УПК РФ в обвинительном заключении не указано время совершения преступления. Так, ФИО7 вменяется совершение инкриминируемого преступления в период с <данные изъяты> Время <данные изъяты> не указано. С учетом заключения эксперта о том, что время причинения телесных повреждений установлено как от 12 до 48 часов до смерти погибшего, при этом время смерти указано как период от 3 до 6 суток с момента вскрытия трупа. Полагает, что заключение эксперта исключает причинение телесных повреждений <данные изъяты>. Таким образом, по мнению стороны защиты, время совершения преступления не установлено, а, следовательно, имелись основания для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Уголовное дело рассмотрено судом с участием присяжных заседателей в соответствии с волеизъявлением обвиняемого, выраженным в порядке, предусмотренном ст. 217, 325 УПК РФ.

При решении вопроса о выборе этой формы судебного разбирательства права обвиняемого ФИО7 были соблюдены, в присутствии защитника ему были разъяснены особенности и правовые последствия рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, против которых обвиняемый возражений не высказал (Т. 2, л.д. 219).

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. ст. 259 и 353 УПК РФ, содержит указание на состав кандидатов в присяжные заседатели, вызванных в судебное заседание, ход формирования коллегии присяжных заседателей, зафиксирован весь ход судебного процесса. К протоколу судебного заседания приложено содержание напутственного слова председательствующего (Т.4, л.д. 18-33).

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями закона. Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий судья, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил сторонам в соответствии со ст. 15 УПК РФ равные возможности по представлению и исследованию доказательств по делу, принял предусмотренные законом меры по реализации сторонами принципа состязательности и создал все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судебное следствие по делу проведено с соблюдением требований уголовно - процессуального закона, регламентирующего рассмотрение уголовного дела с участием коллегии присяжных заседателей, в том числе ст. 341 УПК РФ.

Доказательства, исследованные в судебном заседании с участием присяжных заседателей, проверены с точки зрения соответствия их требованиям относимости и допустимости; возникающие в связи с оценкой доказательств вопросы разрешались судом с учетом мнений сторон; принятые судом решения по этим вопросам надлежащим образом мотивированы.

Установленный гл. 42 УПК РФ порядок исследования в судебном заседании с участием присяжных заседателей обстоятельств уголовного дела судом соблюден.

Не допущено нарушений, влекущих отмену приговора, и в других стадиях судебного процесса.

Так, из материалов уголовного дела следует, что вопросы, поставленные на разрешение коллегии присяжных заседателей, сформулированы исходя из предъявленного обвинения с учетом судебного следствия и прений сторон.

Нарушения <данные изъяты> совещательной комнаты не допущено.

Вынесенный коллегией присяжных заседателей вердикт является ясным и непротиворечивым.

Все представленные суду доказательства были исследованы, а заявленные ходатайства, в том числе стороной защиты, рассмотрены в установленном законом порядке, с учетом мнения сторон. Принятые по результатам их рассмотрения решения надлежащим образом мотивированы, фактов необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств стороны защиты об исследовании доказательств, не установлено.

Несогласие стороны защиты с решениями суда по заявленным ходатайствам, не свидетельствует о предвзятости председательствующего судьи и нарушении права на защиту ФИО7

Представленная адвокатом суду копия протокола не опорочила имеющийся в материалах уголовного дела протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ. Вопреки доводам апелляционных жалоб суд привел убедительные и правильные выводы об отсутствии оснований для признания данного протокола недопустимыми доказательствами и необоснованности доводов защиты, с чем нет оснований не согласиться.( т. 4 л.д. 68-69)

При этом никто из участников процесса, в том числе сторона защиты, не возражали закончить судебное следствие с учетом исследованных доказательств.

Вопреки доводам жалоб, недопустимые или не относящиеся к делу высказывания пресекались председательствующим, как того требует закон, председательствующий отклонял вопросы, направленные на выяснение обстоятельств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу. При этом председательствующий также обращал внимание присяжных заседателей на то, чтобы они не принимали в расчет такие высказывания.

Сторона защиты не была каким-либо образом ограничена в праве на представление доказательств.

Данных о том, что стороной обвинения, в том числе при выступлении с вступительными заявлениями и в прениях сторон, до присяжных заседателей были доведены сведения, которые могли вызвать их предубеждение в отношении осужденного ФИО7, а в ходе судебного следствия допускались нарушения правил допроса свидетелей, на что имеется ссылка в апелляционной жалобе осужденного, представления и оценки доказательств, ограничивались права стороны защиты, не имеется.

Действия государственного обвинителя по поддержанию обвинения не выходили за рамки предоставленных законом полномочий, были обусловлены занимаемой ими процессуальной позицией, что не противоречит принципу состязательности сторон.

Таким образом, принцип состязательности в суде присяжных не был нарушен.

Прения сторон проведены в соответствии с требованиями ст. 336 УПК РФ в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями. Сторонам была предоставлена возможность довести до суда свою позицию по предъявленному ФИО7 обвинению на основании оценки только исследованных в процессе судебного разбирательства доказательств.

Из протокола судебного заседания видно, что если кто-то из участников судебных прений нарушал это положение закона или ссылался в обоснование своей позиции на доказательства, которые в установленном порядке были признаны недопустимыми или не исследовались в судебном заседании, то председательствующий останавливал их и делал соответствующие разъяснения присяжным заседателям.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб о том, что дело рассмотрено судом с нарушением норм уголовно-процессуального закона, следует признать несостоятельными.

Из протокола судебного заседания не усматривается фактов, свидетельствующих о нарушении стороной обвинения требований ст. 336 УПК РФ, регламентирующих особенности проведения судебных прений в суде с участием присяжных заседателей, и такого при этом бездействия председательствующего судьи, которое позволяло бы судебной коллегии прийти к выводу, что вердикт, вынесенный коллегией присяжных заседателей, является по своему содержанию результатом оказанного на нее влияния.

После окончания прений сторон всем участникам была предоставлена возможность осуществить свое право на реплику, а подсудимому было предоставлено последнее слово.

Постановка вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, была осуществлена в соответствии с требованиями ст. 338 УПК РФ.

Согласно протоколу судебного заседания, стороны высказали свои замечания по содержанию и формулировке вопросов. Замечания и предложения были выслушаны председательствующим, после чего в совещательной комнате с учетом проведенного судебного следствия и позиции сторон вопросы были окончательно сформулированы. Содержание вопросов присяжным заседателям соответствует требованиям ст. 339 УПК РФ.

Согласно вопросному листу вопросы в нем поставлены перед коллегией присяжных заседателей с учетом требований ст. 252 УПК РФ, исходя из предъявленного ФИО7 обвинения.

Каких-либо неясностей по поставленным вопросам у коллегии присяжных заседателей не возникло.

Изложенная формулировка вопросов не выходила за пределы компетенции коллегии присяжных заседателей и позволяла присяжным заседателям на основе представленных доказательств сделать вывод о виновности или невиновности ФИО7

Основания возвращения уголовного дела прокурору, приведенные стороной защиты, судом тщательно изучены и со ссылкой на материалы дела и обстоятельства, установленные в ходе обсуждения соответствующих ходатайств, а также на нормы УПК РФ, мотивированно в письменных постановлениях отвергнуты как несостоятельные либо не требующие принятия решения, предусмотренного ст. 237 УПК РФ.

Обстоятельства дела, в том числе время и место совершения преступлений изложены в обвинительном заключении в той мере, в которой их позволили установить доказательства, собранные органами предварительного расследования.

Более того, в условиях состязательности сторон в уголовном судопроизводстве и особенностей производства в суде с участием присяжных заседателей вопросы о доказанности или недоказанности вины подсудимого согласно ст. ст. 334 ч. 1, 339 УПК РФ относятся к компетенции коллегии присяжных заседателей.

Время совершения преступления согласно п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ относится к событию преступления и является обстоятельством, подлежащим доказыванию по уголовному делу.

Согласно 339 ч. 1 УПК РФ вопрос о доказанности или недоказанности инкриминированного подсудимому деяния относится к компетенции присяжных заседателей.

В соответствии с ч. 2 и ч. 3 ст. 348 УПК РФ вердикт коллегии присяжных заседателей является обязательным для председательствующего, и он квалифицирует действия подсудимого в соответствии с обвинительным вердиктом.

В соответствии с пунктами 2 - 4 ст. 389.15, 389.27 УПК РФ, предусматривающих основания отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, приговор, постановленный судом в указанном составе, не может быть отменен по мотиву несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Виновность осужденного ФИО7 установлена вердиктом присяжных заседателей, правильность которого в соответствии с ч. 4 ст. 347 УПК РФ ставить под сомнение запрещается.

Вопреки доводам жалоб осужденного и адвоката, процедура совещания сторон "у стола председательствующего" не является нарушением уголовно-процессуального закона поскольку, согласно протоколу судебного заседания, такая процедура исключала участие присяжных заседателей в рассмотрении правовых вопросов.

Утверждение защитника о том, что присяжные заседатели могли слышать мнения сторон при обсуждении процессуальных вопросов у стола председательствующего основаны на предположениях и в том числе опровергаются постановлением суда от 13 февраля 2026 года, которым данные доводы адвоката в этой части рассмотрены как замечания на протокол судебного заседания и отклонены, как не соответствующие действительности.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона при принятии вердикта по делу не установлено.

Правовая оценка действиям осужденного ФИО7 судом дана в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом коллегии присяжных заседателей.

Наказание ФИО7 назначено в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности преступления и личности виновного, в том числе обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Все юридически значимые обстоятельства, влияющие на наказание ФИО7, судом установлены и учтены.

Принимая во внимание все имеющиеся по делу обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО7 наказания в виде реального лишения свободы, не усмотрев оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ.

Правовые основания к применению положений ст. 73 УК РФ у суда отсутствовали.

При таких данных оснований считать назначенное ФИО7 наказание несправедливым вследствие его чрезмерной суровости, не имеется.

Каких-либо новых данных, влияющих на вид и размер наказания осужденному, не установленных судом либо не учтенных им в полной мере, судебной коллегией не установлено.

Вид исправительного учреждения правильно определен осужденному ФИО7 в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия,

определила:

приговор Бежецкого межрайонного суда Тверской области от 17.12.2025 в отношении ФИО7 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО7 и его защитника – адвоката Юмашева А.В. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ по правилам, предусмотренным ст. 401.3 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции путем подачи жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу, либо по истечении указанного срока с подачей жалобы непосредственно во Второй кассационный суд общей юрисдикции. В случае подачи кассационной жалобы либо представления осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи