Приговор № 1-22/2018 1-580/2017 от 25 февраля 2018 г. по делу № 1-22/2018

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Астрахань 26 февраля 2018 года

Кировский районный суд г. Астрахани в составе:

председательствующего судьи Сокольской Е.В.,

при секретаре Сабргалиевой С.А.,

с участием гособвинителя – помощника прокурора Кировского района г.Астрахани Горячковской Н.Г.,

потерпевшей ФИО1,

представителя потерпевшей ФИО3,

подсудимой ФИО4,

ее защитника – адвоката Вряшник Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по обвинению

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, гражданки Российской Федерации, с полным средним образованием, незамужней, неработающей, зарегистрированной по адресу: <адрес>, проживающей по адресу: <адрес>, несудимой,

в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.160 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, являясь продавцом магазина «Продукты», совершила хищение вверенных ей товарно-материальных ценностей и денежных средств, принадлежащих ИП ФИО7 №1, на общую сумму 160 828 рублей 85 копеек путем их присвоения при следующих обстоятельствах.

ФИО2 период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ и договора о полной индивидуальной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных между ней и индивидуальным предпринимателем ФИО7 №1, состояла в должности продавца магазина «Продукты», расположенного по <адрес>, где осуществляла розничную торговлю. В силу занимаемой должности, ФИО2 были вверены товарно-материальные ценности и денежные средства, и в соответствии с трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ и договором о полной индивидуальной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ она несла полную материальную ответственность за обеспечение их сохранности.

В соответствии с указанными договорами, в обязанности ФИО2 также входило: осуществлять контроль за сохранностью товаров и прочих материальных ценностей; бережно относиться к переданному ей индивидуальным предпринимателем имуществу и принимать меры по предотвращению ущерба; своевременно сообщать индивидуальному предпринимателю обо всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ей имущества; вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного ей имущества; участвовать в проведении инвентаризации сохранности и состояния вверенного ей имущества.

В процессе осуществления трудовой деятельности в качестве продавца магазина «Продукты» у ФИО2 возник преступный умысел, направленный на хищение вверенного ей имущества путем присвоения.

Так, ФИО2, являясь материально-ответственным лицом, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь по месту своей работы - в магазине «Продукты», расположенном по <адрес>, реализуя свой преступный умысел, из корыстных побуждений, с целью обогащения, путем присвоения похитила, обратив в свою пользу вверенные ей индивидуальным предпринимателем ФИО7 №1 товарно-материальные ценности и денежные средства ФИО7 №1, вырученные от продажи вверенных ей товарно-материальных ценностей, на общую сумму 160 828 рублей 85 копеек.

Похищенными товарно-материальными ценностями и денежными средствами, вырученными от продажи вверенных ей товарно-материальных ценностей, ФИО2 распорядилась по своему усмотрению, причинив ИП ФИО7 №1 значительный материальный ущерб в размере 160 828 рублей 85 копеек.

Подсудимая ФИО2 вину в совершении преступления не признала и пояснила, что она устроилась на работу продавцом к ИП ФИО7 №1 в магазин «Продукты» по объявлению ДД.ММ.ГГГГ. Работала до проведения инвентаризации в ноябре 2015 года, точной даты она не помнит. Трудовой договор и договор о полной материальной ответственности были подписаны ею за две недели до ее ухода с этой работы задними числами. При ее трудоустройстве проводилась инвентаризация товара. Она и Свидетель №2, которая работала продавцом до нее и от которой она принимала товар в магазине, подсчитывали количество и стоимость товара на стеллажах в торговом зале магазина, производя записи каждая в своей тетради. Их подсчеты сошлись, точную стоимость товара на стеллажах она не помнит, но примерно 200 000 рублей. ИП ФИО7 №1 подсчитала товар и его стоимость в холодильниках и на складе магазина. В тот же день она (ФИО2) пересчитала этот товар, позвонила ИП ФИО7 №1, назвала стоимость товара на складе и в холодильниках, на что ФИО7 №1 сказала, что у нее получилась эта же сумма. Какая сумма получилась, она уже не помнит. Остаток товара на ДД.ММ.ГГГГ и все последующие дни в денежном выражении фиксировался ИП ФИО7 №1 в журнале прихода и расхода. Позже ей стало известно, что у Свидетель №2 была недостача. Считает, что недостача Свидетель №2 включена в ее недостачу. В указанный период продавцом работала только она, ИП ФИО7 №1 предоставляла ей выходные дни, когда торговлю в магазине осуществляла подруга ФИО7 №1 – ФИО22 Бывало, что она выходила на работу на полдня, тогда ее заменял сын ФИО7 №1 – Свидетель №1. Прием и передачу товара с лицами, ее заменяющими, она не осуществляла, но недостачу товара в магазине и денег в кассе она никогда не обнаруживала. ФИО7 №1 в магазине в период ее работы не торговала, приезжала в магазин раз в неделю, подсчитывала количество товара и говорила, что недостачи нет. Тогда же ФИО7 №1 увозила домой журнал и заполняла его. Ключи от магазина были у ФИО7 №1 и сына последней. У нее ключи появились лишь за три недели до ухода. Доступ к кассе имели ФИО7 №1, Свидетель №1, ФИО12 и она. Приход товара в магазин она не фиксировала, это делала ФИО7 №1 в журнале прихода и расхода. Она проверяла поступление товара, ее сведения и сведения ФИО7 №1 по приходу иногда не совпадали, однако в журнале прихода и расхода она это не отмечала, вела отдельные записи в своей тетради. Расход денежных средств, вырученных от реализации товара, записывался ею в журнале прихода и расхода. Однако иногда сын ФИО7 №1 брал деньги из кассы на приобретение сигарет для магазина и говорил ей не записывать их в расход, она не записывала, помечала это у себя в тетради. Если Свидетель №1 привозил сигареты, то их приход накладными не всегда подтверждался, так же как не подтверждался приход шампанского и вина, пирожков собственного производства ФИО7 №1 Эти пирожки в приходе не указывались, хотя деньги от их продажи шли в кассу. Выручка в расход записывалась только по согласованию с ФИО7 №1, которая иногда давала указание выручку не записывать. Кроме того, не всегда записывалась в этой тетради стоимость продуктов, которые ФИО7 №1 брала домой, расходовала на приготовление пищи собакам, обитавшим на складе магазина. Списание просроченного и испорченного товара не осуществлялось. Кроме того, некоторые покупатели приобретали продукты в долг, долги фиксировались ею и теми, кто ее заменял, с обратной стороны журнала прихода и расхода. Эти долги тоже включены в недостачу. Она действительно пользовалась услугами такси, но товар из магазина никогда не похищала, на такси под управлением свидетеля Свидетель №5 товар не вывозила. Копченая колбаса приобреталась по 4 палки в неделю и продавалась в течение этой недели. Почему Свидетель №5 ее оговаривает, ей не известно. Отношения с ФИО7 №1 у нее складывались хорошие на протяжении первых полутора месяцев ее работы. Все это время она по настоянию ФИО7 №1 готовила пищу собакам, проживавшим на складе магазина. После того как она высказала ФИО7 №1 недовольство по этому поводу, примерно за 2 недели до ухода из магазина, между ней и ФИО7 №1 возник конфликт, который, по ее мнению, является причиной оговора ее ФИО7 №1, поскольку недостача существует только на бумаге, в действительности же ее не было. В ноябре 2015 года, точной даты она не помнит, в магазин пришла ФИО13, сказав, что будет проводиться ревизия. Они начали считать товар на стеллажах, когда ей стало плохо, у нее поднялось давление, и она ушла. К этому времени подошли Свидетель №3 и ФИО7 №1 Ревизия была проведена без нее. Не просила перенести ревизию и не пришла после ее проведения, так как знала, что никакой недостачи у нее нет. На телефонные звонки не отвечала, так как в тот же день потеряла свой сотовый телефон.

Несмотря на отрицание подсудимой ФИО2 своей вины ее виновность в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных в суде доказательств.

Так, потерпевшая ФИО7 №1 суду пояснила, что с 2009 года она осуществляет предпринимательскую деятельность по продаже продуктов питания в магазине «Продукты» по <адрес>. С ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ продавцом в указанном магазине по трудовому договору работала ФИО2, по просьбе которой второго продавца на работу она не брала. Магазин работал с 08 часов до 22 часов. В дни, когда ФИО2 брала выходные, она ее подменяла. На полдня ФИО2 не отпрашивалась. Ключи от магазина находились у нее и у ФИО2, никто из ее родственников и знакомых доступа к кассе не имел. При поступлении ФИО2 на работу была проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей, в которой принимали участие она, ее подруга Свидетель №3, которую она просила помочь как бухгалтера, предыдущий продавец – Свидетель №2 и ФИО2 Товар на полках магазина подсчитывали Свидетель №2 и ФИО2, она пересчитывала товар на складе и в холодильниках. Однако продавцы этот товар тоже пересчитали. Остаток товара, который имелся в магазине по итогам этой инвентаризации на ДД.ММ.ГГГГ, составил на сумму 403 326 рублей. Именно на эту сумму ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 приняла товар, о чем свидетельствует запись в журнале прихода и расхода в левом столбце за эту дату. ДД.ММ.ГГГГ она учила ФИО2 торговать, поэтому в этот день записи, выполненные ФИО2, в журнале также присутствуют. При подсчете остатка товара, принятого ФИО2, учитывался только товар, имеющийся в наличии в магазине. Акт инвентаризации не составлялся. Все подсчеты продавцы вели в своих тетрадях, которые остались у них, ей эти тетради не передавались. В левой колонке сверху в журнале прихода и расхода после указания остатка товара в денежном выражении на начало дня отражался приход, то есть поступление товара – стоимость закупленного товара с установленной ею наценкой, наценка составляла от 10 % до 30 % от закупочной цены в зависимости от вида продукции. Сведения о поступившем товаре фиксировались в данной тетради преимущественно ею, поскольку ФИО2 отказывалась вести этот учет, ссылаясь на то, что не является бухгалтером. Однако товар поступал в магазин, и приемку этого товара осуществляла ФИО2 Расходы – оплата закупленного товара, заработная плата продавца, оплата телефонной связи, выручка и другие расходы фиксировались в этом же журнале прихода и расхода в правой колонке. Если в тот или иной день работала ФИО2, то расходы фиксировались последней, она (ФИО7 №1) могла записать расходы в эти дни, когда тоже находилась в магазине вместе с ФИО2 В дни, когда ФИО2 не работала и торговлю осуществляла она, расходы фиксировались ее рукой, она также могла записать товар в расходы, когда ФИО2 забывала это сделать, могла исправить ошибки, допущенные ФИО2 при подсчетах. Если она брала продукты домой, в том числе испорченные, скоропортящиеся продукты, то их стоимость фиксировалась в колонке расходы в самом низу под итоговой суммой расходов и вычиталась из остатка, о чем свидетельствует сумма остатка на следующий день за минусом стоимости этих товаров. Выручку она забирала не каждый день. Наличие в расходной части журнала записи о выручке свидетельствовало о том, что выручку она забрала. В первый месяц работы ФИО2 недостачи товара она не замечала. В октябре 2015 года она обратила внимание на то, что выручка в магазине снизилась, хотя товар, который был закуплен, на складе отсутствовал и, по словам ФИО2, был продан. На полках товар также отсутствовал, денег в кассе недоставало. В этой связи ею было принято решение провести ревизию, к участию в которой она привлекла Свидетель №2, так как последняя была намерена вновь выйти к ней на работу продавцом, и Свидетель №3, которая у нее не работала, но имела познания в области бухгалтерии. ДД.ММ.ГГГГ во второй половине дня, когда ФИО2 была в магазине, Свидетель №3 и Свидетель №2 в присутствии ФИО2 приступили к подсчету товара в магазине. Когда в магазин пришла она, ФИО2, сославшись на то, что у нее заболел живот, ушла в аптеку, оставив все свои вещи в магазине. Однако так и не вернулась, на их телефонные звонки не отвечала, телефон отключила. Поэтому ревизия была проведена в отсутствие ФИО2, была выявлена недостача товарно-материальных ценностей на сумму 237 564 рубля. Ревизия была окончена ДД.ММ.ГГГГ. Учет каждого проданного товара продавцами не велся, кассовый аппарат при продаже продуктов не использовался, поэтому сказать, какая недостача – в результате хищения ФИО2 продуктов, а какая – вследствие хищения денег, вырученных с их продажи, она не может. Причиненный ей ущерб является для нее значительным, поскольку составляет примерно половину от стоимости всей продукции в ее магазине, на закупку которой она брала кредит. Никакого конфликта с ФИО2 у нее не было, оснований к оговору последней не имеет.

Свидетель Свидетель №2 суду пояснила, что до августа 2015 года она работала продавцом у ИП ФИО7 №1, ушла по семейным обстоятельствам. Когда она работала продавцом, ключи от магазина были у нее и у ФИО7 №1 Раз в неделю у нее был выходной, в этот день ее подменяли ФИО7 №1 либо сын ФИО7 №1 – Свидетель №1, которому для этих целей ключи от магазина передавала ФИО7 №1 Все денежные средства, которые расходовались из кассы магазина, всегда отражались в журнале прихода и расхода, там же в графе расходов отмечали списание товара. Однако количество и наименование проданного товара не записывались, кассовый аппарат не использовался. ФИО7 №1 и ее сына – Свидетель №1 характеризует исключительно с положительной стороны, никаких конфликтов с ними у нее никогда не возникало, в недостаче ее никогда не обвиняли. Вместо нее продавцом была принята ФИО2 Тогда же была проведена ревизия, на которой, кроме нее и ФИО2, также присутствовали ФИО7 №1 и Свидетель №3 Подсчет товара в магазине производили она и ФИО2, записывая количество и стоимость товара каждая в своей тетради, записи сверяли. Частично в холодильниках и на складе товар был посчитан ФИО7 №1 и Свидетель №3, этот товар она и ФИО2 также перепроверили. ФИО2 приняла от нее тот товар, который был фактически в наличии. Однако на какую сумму ФИО2 приняла от нее товар, она не помнит. Остаток товара, приход и расход товарно-материальных ценностей отражены в журнале прихода и расхода. Остаток и поступление товара в денежном выражении всегда записывались в тетради с учетом наценки от 10 до 30 %. В ноябре 2015 года ей позвонила ИП ФИО7 №1 и рассказала, что стала замечать недостачу товара при отсутствии необходимой выручки у ФИО2, попросила ее вновь выйти на работу продавцом и принять участие в ревизии товара. Она согласилась. Точной даты она не помнит, в ноябре 2015 года, во второй половине дня она пришла в магазин, где находилась ФИО2, которой еще до начала ревизии после визуального осмотра товара она высказала свое мнение относительно недостачи товара, чего ФИО2 отрицать не стала, сказав, что серьезных последствий для нее не будет. Вместе с ФИО2 они стали пересчитывать товар на стеллажах. Затем приехала Свидетель №3, и ФИО2, сославшись на плохое самочувствие, ушла в аптеку. В дверях ФИО2 также встретила ФИО7 №1, прибывшую на ревизию. ФИО2 так и не вернулась, они пытались ей дозвониться, но телефон был отключен. В этой связи ревизия была окончена без ФИО2 По итогам ревизии выявлена недостача в размере 237 564 рубля, о чем был составлен акт. С этого времени и до августа 2017 года продавцом в этом магазине вновь работала она, уволилась по собственному желанию в связи с тем, что нашла более оплачиваемую работу. Никаких необоснованных претензий, обвинений в недостаче в ее адрес со стороны ФИО7 №1 никогда не было.

Свидетель Свидетель №3 суду пояснила, что она знакома с ФИО7 №1 с 2003-2004 гг., поддерживает с ней дружеские отношения. Кроме того, она на протяжении этого времени помогает ФИО7 №1 как индивидуальному предпринимателю тем, что составляет бухгалтерскую и налоговую отчетность по ее деятельности, в том числе в магазине «Продукты», участвует в проведении ревизий. Она принимала участие в ревизии, которая проводилась в конце августа 2015 года перед принятием ФИО2 на работу продавцом в этот магазин. Подсчет товара проводили ФИО2 и Свидетель №2, которая работала продавцом до ФИО2 Она и ФИО7 №1 помогли продавцам подсчитать товар в холодильниках. В подсчете товара на складе она не участвовала. Акт ревизии не составлялся. На протяжении 2 месяцев ФИО2 работала продавцом в магазине одна. По прошествии времени ФИО7 №1 стала замечать, что товара становилось намного меньше, а выручки не было, в связи с чем ФИО7 №1 решила провести ревизию. Она по просьбе ФИО7 №1 принимала участие в этой ревизии. Еще до прихода ФИО7 №1 ФИО2 ушла, сославшись на то, что у нее заболел живот. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ была выявлена недостача на сумму 237 564 рубля, о чем был составлен акт. На момент ревизии при принятии ФИО2 на работу была установлена стоимость товара, который был в магазине, принятый ФИО2 от другого продавца. В ходе последней ревизии к этой сумме они прибавили стоимость товара, поступившего в магазин за период работы ФИО2, и вычли все понесенные магазином расходы, включая выручку от продажи товаров, переданную ФИО7 №1 Таким образом, установили стоимость товара, который должен быть в магазине на момент этой ревизии. Однако в магазине был товар на меньшую сумму. Так была выявлена недостача. Сын ФИО7 №1 продавцом не работал, мог лишь иногда подменить продавца. Его она характеризует с положительной стороны, никогда в хищении товара он замечен не был.

Свидетель Свидетель №1 суду пояснил, что ИП ФИО7 №1 приходится ему матерью, которая осуществляла предпринимательскую деятельность по продаже продуктов питания в магазине «Продукты», расположенном на <адрес>. Он лишь помогал маме осуществлять эту деятельность: наряду с торговыми представителями привозил товар, снимал показания счетчиков. В период работы продавца ФИО2 он последнюю не подменял, торговлю не осуществлял. Открывала и закрывала магазин сама ФИО2 Иногда он брал денежные средства на закупку товара и другие нужды у ФИО2, о чем всегда делалась отметка в журнале в расходе. Когда он привозил товар, ФИО2 его принимала, сверяла. На протяжении месяца работы претензий к ФИО2 не возникало. Затем стали замечать, что выручка уменьшилась, товара недостает. Однажды на вопрос касательно выручки ФИО2 сказала, что заняла деньги подруге, поэтому выручки в кассе нет. В магазине он видел посторонних мужчин, ФИО2 говорила, что они ее охраняют. Также он был свидетелем того, как эти лица берут товар, на что ФИО2 говорила, что все записывает. Ключей от магазина у него не было, доступа к кассе без ФИО2 он не имел. Впоследствии от матери ему стало известно, что по результатам ревизии была выявлена недостача на сумму более 200 000 рублей.

Свидетель Свидетель №4 суду пояснила, что проживает неподалеку от магазина «Продукты», является постоянным покупателем этого магазина, в связи с чем знает его хозяйку – ФИО7 №1 и всех продавцов, в том числе ФИО2, которая стала торговать летом-осенью 2015 года. Утром, когда она отводила ребенка в детский сад, видела, как ФИО2 открывала магазина, а вечером – как закрывала. В магазине у ФИО2 постоянно находились посторонние мужчины, как за прилавком, так и в подсобном помещении. Также она наблюдала, как уходя, ФИО2 выносила из магазина пакеты. Примерно в 20-х числах октября 2015 года ее муж-Свидетель №5 в качестве таксиста подвозил ФИО2 и молодого человека. С его слов ей стало известно, что при себе у ФИО2 и этого мужчины были сумки с продуктами. Вызов такси был принят по одному адресу, а подвозил муж их по двум адресам, в связи с чем ФИО2 осталась должна ее мужу 100 или 200 рублей, которые ФИО2 вернула лично ей. Во время работы ФИО2 она обратила внимание на недостаточное количество продуктов в магазине, но не придала этому значение, так как посчитала, что это связано с финансовыми трудностями предпринимателя. Впоследствии от ФИО7 №1 ей стало известно, что из магазина совершено хищение, была проведена ревизия, во время которой ФИО2 сбежала.

Свидетель Свидетель №5 суду пояснил, что он работает таксистом в такси «Таксолёт». ДД.ММ.ГГГГ он принял вызов из магазина «Продукты» по <адрес> до <адрес>. Этот магазин расположен рядом с их домом, поэтому магазин постоянно посещает его жена, иногда и он сам. В тот вечер с этого магазина он подвозил продавца – ФИО2 и какого-то парня. При себе у них были сумки с продуктами, в том числе палками колбасы, пакетов было более 5, примерно 9-10 пакетов. Сначала он отвез ФИО2 на <адрес>, затем они сказали, что нужно съездить и на другой адрес – <адрес>, где вышел парень. В результате ФИО2 осталась должна ему деньги за проезд.

Показания свидетеля Свидетель №5 о том, что он осуществлял перевозку пассажиров в качестве таксиста в указанный им день по этим адресам, подтверждаются сведениями из такси «Таксолет» (т.1 л.д.186-191).

Виновность ФИО2 подтверждается также письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

- заявлением потерпевшей ФИО7 №1 от ДД.ММ.ГГГГ с просьбой привлечь к уголовной ответственности продавца ФИО2, которая в сентябре-октябре без ее ведома забирала из магазина «Продукты» по <адрес> товар и денежные средства (т.1 л.д.3);

- протоколом выемки у ИП ФИО7 №1 трудового договора с ФИО2 и договора о ее полной материальной ответственности, протоколом их осмотра (т.2 л.д.232-234, 235-239);

- заключением судебно-почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому подписи от имени ФИО2 в трудовом договоре и договоре о полной материальной ответственности выполнены ФИО2 (т.2 л.д.247-250);

- трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ИП ФИО7 №1 и ФИО2, согласно которому с этого же дня ФИО2 принята на работу продавцом в магазин «Продукты» по <адрес>. Согласно условиям договора, ФИО2 производит полную предпродажную подготовку товаров (проверку наименования, количества, комплектности, сортности, цены и др.), контролирует наличие товара в магазине, осуществляет контроль за сохранностью товаров и прочих материальных ценностей, несет ответственность за утрату, порчу и недостачу товаров и иных материальных ценностей (т.1 л.д.43-46);

- договором о полной индивидуальной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО2 обязана бережно относиться к переданному ей индивидуальным предпринимателем имуществу и принимать меры по предотвращению ущерба; своевременно сообщать индивидуальному предпринимателю обо всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ей имущества; вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного ей имущества; участвовать в проведении инвентаризации сохранности и состояния вверенного ей имущества (т.1 л.д.47);

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ – магазина «Продукты», расположенного по адресу: <адрес>, где имело место событие преступления (т.1 л.д.30-34);

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которой у ФИО7 №1 были изъяты: журнал прихода и расхода товаров и денежных средств, расходные, товарные накладные, товарные чеки, товарно-сопутствующие документы, счета-фактуры, приходные кассовые ордера, которые были упакованы и опечатаны (т.1 л.д.126-128);

- протоколом осмотра вышеназванных документов (т.1 л.д.129-134), признанных вещественными доказательствами (т.1 л.д.135).

Журнал прихода и расхода товаров и денежных средств был осмотрен в судебном заседании. Его осмотром установлено, что каждый лист журнала поделен на две колонки. В левой колонке на каждую дату указывались остаток товара в денежном выражении, поступление товара – в денежном выражении отдельно по видам товаров либо источнику их приобретения; в правой колонке отражены расходы денежных средств – на различные нужды с пояснением, на что израсходованы либо кому переданы денежные средства. И в левой и в правой колонке подсчитаны итоговые суммы прихода и расхода на каждый день. Кроме того, в правой колонке под итоговой суммой расходов приведены суммы денежных средств, в том числе с пометкой долг или предприниматель. При этом остаток товара на каждый последующий день определялся путем сложения стоимости остатка товаров на начало дня и стоимости поступившего в этот день товара за минусом итоговой суммы расходов и сумм, приведенных под итоговой суммой расходов.

Из журнала прихода и расхода усматривается, что ФИО2 был вверен товар стоимостью 403 326 рублей, о чем свидетельствует остаток, зафиксированный по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, когда фактически была проведена инвентаризация перед приемом ФИО2 на работу.

На оборотной стороне журнала зафиксированы суммы денежных средств, которые со слов ФИО23 означают долги: сына ФИО7 №1 – Свидетель №1 в общей сумме 5 576,5 рублей, Вали-соседки – в сумме 202 рубля, Тамары ФИО6 – в общей сумме 1 390 рублей. Итого долги, не учтенные в расходах, составили – 7 168, 5 рублей;

- инвентаризационной описью товарно-материальных ценностей от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой в магазине «Продукты» по <адрес> на момент инвентаризации наличествовал товар на сумму 284 455 рублей. В описи приведены наименование, количество и стоимость этого товара. В инвентаризации участвовали ИП ФИО7 №1, Свидетель №3 и продавец Свидетель №2 (т.1 л.д.14-25).

Как пояснила в судебном заседании потерпевшая ФИО7 №1, инвентаризация была окончена ДД.ММ.ГГГГ, однако опись датирована ДД.ММ.ГГГГ, поскольку Свидетель №3 выверяла по документам произведенные подсчеты и составила опись лишь ДД.ММ.ГГГГ;

- актом № от ДД.ММ.ГГГГ о результатах ревизии товара, согласно которому остаток товара на складе и в торговом зале на ДД.ММ.ГГГГ составил на сумму 284 450 рублей. Фактический остаток составляет – 522 019 рублей. Недостаток товара в магазине и на складе составил 237 569 рублей (т.1 л.д.26).

Как пояснила в судебном заседании потерпевшая ФИО7 №1, сумма 284 450 рублей в акте указана ошибочно, в действительности же остаток товара на складе и в торговом зале составил на сумму, указанную в описи – 284 455 рублей, следовательно, недостача составила 237 564 рубля.

Из показаний Свидетель №3 следует, что запись «фактический остаток» означает стоимость товара, который, исходя из документов, должен быть в наличии, однако остаток товара в магазине и на складе был на меньшую сумму, в связи с чем и была установлена недостача;

-заключением судебно-почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому все буквенно-цифровые записи в представленном на экспертизу журнале прихода и расхода товара и денежных средств за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выполнены либо ФИО2, либо ФИО7 №1 Анализ содержащихся в заключении сведений, свидетельствует о том, что записи в левом столбце, где отражался остаток товара и его приход, преимущественно выполнены ФИО7 №1 Вместе с тем, в этом столбце имеются также записи, выполненные ФИО2 Записи в правом столбце, где отражался расход денежных средств, вырученных от продажи товаров, преимущественно выполнены ФИО2, имеется ряд записей, выполненных ФИО7 №1, в том числе наряду с записями ФИО2 Вместе с тем, следует отметить, что ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – записей, выполненных ФИО2, не имеется, записи в указанные дни выполнены ФИО7 №1 (т.1 л.д.203-252);

- заключением судебно-бухгалтерской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой по представленным документам недостача товарно-материальных ценностей в магазине «Продукты», расположенном по адресу: <адрес> за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 237 564 рубля. При этом на экспертизу были представлены, наряду с документами, подтверждающими трудовые отношения ФИО2 с ИП ФИО7 №1, акт о результатах ревизии от ДД.ММ.ГГГГ, инвентаризационная опись товарно-материальных ценностей от ДД.ММ.ГГГГ, журнал прихода и расхода товара и денежных средств ИП ФИО7 №1; протокол дополнительного допроса ИП ФИО7 №1, сшив первичных документов. При этом, как отмечено в исследовательской части заключения эксперта, установлена достаточность этих документов для ответа на поставленный перед экспертом вопрос. В заключении проведен подробный анализ движения товарно-материальных ценностей за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и отмечено, что остаток товара на ДД.ММ.ГГГГ составил – 403 326 рублей, поступление товара за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составило 706 760 рублей, расход товарно-материальных ценностей за этот же период 588 067 рублей. Остаток товарно-материальных ценностей должен был составить на сумму 522 019 рублей (403 326+706 760-588 067). Однако согласно инвентаризации на ДД.ММ.ГГГГ составил 284 455 рублей, в связи с чем недостача товара составила – 237 564 рубля (522 019 – 284 455) (т.2 л.д.29-44).

Эксперт ФИО14, допрошенная по ходатайству стороны защиты, данное ею заключение подтвердила и пояснила, что в журнале прихода и расхода товаров ИП ФИО7 №1, представленном ей на исследование, были отражены: стоимость товара, значащегося в остатках в магазине по состоянию на каждый день; ежедневные сведения о приходе товара и расходе товарно-материальных ценностей, что позволило ей на основе этих данных произвести расчет стоимости товара, который должен был находиться в магазине на момент последней инвентаризации товара. Эта стоимость была сопоставлена ею с инвентаризационной описью, где было зафиксировано количество и стоимость товара на момент инвентаризации, что позволило рассчитать размер недостачи. Ведение подобного журнала индивидуальными предпринимателями допускается. При проведении экспертизы ею также были использованы показания потерпевшей ФИО15, в которых описывался порядок ведения этого журнала и отражения в нем сведений. Недостача установлена ею с учетом этих документов на определенную дату. Если стоимость товара указана в журнале с учетом наценки, то и недостача ею выявлена с наценкой. Все ли приходные и расходные операции отражены в этом журнале, ей не известно, за достоверность содержащихся в журнале сведений она ответственности не несет. Вывода о том, что эта недостача образовалась вследствие действий ФИО2, она не делает.

Оценивая показания эксперта в совокупности с другими доказательствами, суд приходит к выводу, что о невиновности ФИО2 они не свидетельствуют, а напротив, подтверждают, что за период ее работы в магазине сложилась недостача, установленная экспертом, исходя из журнала прихода и расхода.

О достоверности записей, содержащихся в журнале прихода и расхода, свидетельствуют не только показания потерпевшей ФИО7 №1, которые полностью согласуются с записями в этом журнале, но и показания свидетеля Свидетель №2, подтвердившей, что остаток принятого ФИО2 товара был зафиксирован в этом журнале в строгом его соответствии с действительным остатком товара на момент проведенной инвентаризации перед вступлением ФИО2 в должность продавца, ее же показаниями о порядке ведения этого журнала, а также записями в журнале, которые велись последовательно, ежедневно, не содержат внутренних противоречий.

Все вышеназванные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и в совокупности свидетельствуют о виновности ФИО2 в присвоении ею товарно-материальных ценностей и денежных средств ИП ФИО7 №1

Стороной защиты в судебном заседании, помимо вышеприведенных показаний эксперта ФИО14, были представлены следующие доказательства.

Свидетель защиты Свидетель №6 суду пояснила, что ей было известно, что ее дочь – ФИО2 устроилась на работу продавцом к ИП ФИО7 №1 Со слов дочери ей стало известно, что с ведением бухгалтерии в магазине все нормально, товар принимала сама ИП ФИО7 №1, она же устанавливала цены, фиксировала приход товара, проверки в магазине предпринимателем проводились. Также от дочери она узнала, что иногда ИП ФИО7 №1 могла увезти со склада товар, но это нигде не фиксировалось. В выходные дни дочь подменяли либо подруга ФИО7 №1 – ФИО5, либо сын – Свидетель №1, приемку товара после этого дочь не осуществляла, поскольку все было основано на доверии. Ключи от магазина были не только у дочери, но и у Свидетель №1, который мог приехать в магазин раньше дочери и открыть его. Поначалу отношения у дочери с ФИО7 №1 складывались хорошие. Однако на почве того, что ФИО7 №1 требовала от ее дочери не только выполнения работы продавца, но и приготовления пищи для собак, которые содержались в магазине, а также просила следить за ними, между ФИО7 №1 и ее дочерью примерно за две недели до ухода стали происходить конфликты. В день ревизии дочь вернулась домой в связи с плохим самочувствием. Она настаивала на том, чтобы съездить к предпринимателю, поскольку ревизия была проведена без дочери, но последняя отказалась, сославшись на то, что у нее все в порядке с товаром. Никаких продуктов питания из магазина ее дочь не привозила, продукты для дома она покупала сама. Дочь пользовалась услугами такси, чтобы добраться до дома, но в связи с поздним временем окончания работы. Ее дочь имела достаточный опыт работы продавцом, никогда ранее недостачу у дочери не выявляли. Она сама работает бухгалтером, потому считает, что учет товара у ИП ФИО7 №1 велся не надлежаще.

Давая оценку показаниям данного свидетеля защиты, суд находит их противоречивыми, поскольку с одной стороны, со слов дочери ей было известно о надлежащем ведении бухгалтерского учета у ИП ФИО7 №1, с другой стороны, также со слов дочери, она узнала, что расходы фиксируются не в полном объеме. Показания свидетеля о ненадлежащем учете поступления товара и расходования денег и товара опровергаются показаниями потерпевшей ФИО7 №1, из которых усматривается, что поступление закупленного товара фиксировалось ею в соответствии с их действительной стоимостью с учетом наценки, все расходы, включая списание товара, также фиксировались. Показания потерпевшей ФИО7 №1 согласуются с показаниями свидетелей обвинения и письменными доказательствами. Также показаниями потерпевшей ФИО7 №1 опровергаются показания свидетеля Свидетель №6 о конфликтной ситуации между ее дочерью и ИП, ставшей причиной оговора ее дочери. Доводы свидетеля о том, что ее дочь никогда не привозила домой продукты из магазина потерпевшей, опровергаются показаниями свидетеля Свидетель №5, пояснившего, что ДД.ММ.ГГГГ он подвозил ФИО2 до дома с сумками, в которых находились продукты питания. С учетом изложенного, суд признает показания свидетеля Свидетель №6 недостоверными, обусловленными ее стремлением помочь дочери избежать уголовной ответственности.

Специалист Свидетель №7 суду пояснила, что с 2012 года осуществляет предпринимательскую деятельность в области консалтинга и аудита. До этого с 1993 года работала в налоговой инспекции. ИП ФИО7 №1, хотя и уплачивает единый налог на вмененный доход, расчет которого от доходов и расходов не зависит, как индивидуальный предприниматель должна была осуществлять учет своих доходов и расходов в установленной форме, соблюдать порядок ведения расчетов и кассовых операций в соответствии с Законом «О ведении бухгалтерского учета». Для выявления недостачи должна быть проведена инвентаризация, составлена инвентаризационная опись в строго установленном порядке. Перед проведением инвентаризации должны быть сняты остатки денежных средств. Инвентаризация проводится на основе первичных документов: накладных о приобретении товара, накладных о передаче товара со склада в магазин, которые позволяют установить, какой товар, в каком количестве и по какой цене поступил. Должны быть сведения о наименовании, количестве и цене реализованного товара и расходах, акты на списание товара, отчеты продавца, акты приема между продавцами. Тетрадь прихода и расхода ИП ФИО7 №1 не позволяет достоверно установить недостачу, поскольку не содержит всех необходимых сведений, не позволяет установить недостает товара или денег, а сумма недостачи товара рассчитывается без учета наценки, в то время как недостача денег определяется с учетом этой наценки. Из заключения эксперта следует, что первичные документы представлены не в полном объеме. Оказывает влияние на сумму недостачи отсутствие в приходе пирожков собственного производства ФИО7 №1, шампанского и вина. При подсчете недостачи не учтены суммы, которые со слов ФИО2, означают стоимость товара, который брала ИП ФИО24 на питание: за ДД.ММ.ГГГГ – 1500 рублей и 1800 рублей, за ДД.ММ.ГГГГ 300 рублей и 254 рубля, 176 рублей, 488 рублей, за ДД.ММ.ГГГГ – 300 рублей. Вместе с тем, специалист пояснила, что при проведении налоговой проверки, если бы ИП ФИО7 №1 не отрицала, что указанные в тетради записи составляют приход, доход, расход, она приняла бы во внимание тетрадь, если бы это подтверждалось материалами дополнительно проведенных мероприятий налогового контроля.

Давая оценку показаниям данного специалиста в той части, в которой она утверждает, что ИП ФИО7 №1, уплачивающая единый налог на вмененный доход, должна была осуществлять бухгалтерский учет в соответствии с Законом Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №402-ФЗ «О ведении бухгалтерского учета», суд находит эти показания противоречащими требованиям этого Закона, в ст.6 которого указано, что индивидуальный предприниматель имеет право не вести бухгалтерский учет, если, согласно Налогового кодекса Российской Федерации, ведет учет доходов или доходов и расходов, а также других объектов налогообложения в порядке, установленном Налоговым кодексом Российской Федерации.

В письме Минфина Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ даны разъяснения, согласно которым, поскольку индивидуальные предприниматели (ИП), находящиеся на едином налоге на вмененный доход (ЕНВД), самостоятельно ведут учет физических показателей, по которым определяется налогооблагаемая база (торговой площади для ИП, осуществляющих розничную торговлю продуктами питания), бухгалтерский учет для них не предусмотрен.

Согласно ч.5 ст.346.26 гл.26.3 Налогового кодекса Российской Федерации, на которую сослался специалист в своих показаниях, действительно закрепляет, что налогоплательщики ЕНВД обязаны соблюдать порядок ведения расчетных и кассовых операций, установленный в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Вместе с тем, Указанием Центрального Банка Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-У «О порядке ведения кассовых операций» установлен упрощенный порядок ведения этих операций для ИП, находящихся на ЕНВД. В частности, они вправе не вести кассовые документы (приходные и расходные кассовые ордера), кассовую книгу (п.4.1; 4.6).

Порядок проведения инвентаризации в организациях определяется «Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными Приказом Минфина Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №. Для индивидуальных предпринимателей такой порядок не был разработан. Индивидуальные предприниматели, находящиеся на ЕНВД, лишь вправе руководствоваться этими рекомендациями, о чем свидетельствует письмо Департамента налоговой и таможенно-тарифной политики Минфина Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №.

С учетом изложенного, суд находит показания специалиста в той части, в которой она настаивает на необходимости строгого соблюдения ИП ФИО7 №1 требований закона «О бухгалтерском учете», необходимости ведения всех кассовых документов и на проведении инвентаризации в четком соответствии с вышеназванными методическими указаниями, не основанными на законе и подзаконных нормативно-правовых актах, в связи с чем не кладет показания специалиста в основу своих выводов.

То обстоятельство, что первичные документы ИП ФИО7 №1 были представлены на бухгалтерскую экспертизу не в полном объеме, тем не менее, не стало препятствием для ответа экспертом на поставленный вопрос о недостаче, что прямо следует из заключения эксперта. Следовательно, вопреки утверждениям специалиста, это не исключило возможность определения этой недостачи.

Неприходование в журнале отдельных видов товара (например, пирожков собственного производства) не может повлечь увеличение суммы недостачи, поскольку это уменьшает сумму остатка товара.

Не указание в расходах стоимости товара, который ИП ФИО7 №1 забирала себе, действительно может повлечь увеличение недостачи. Однако, как установлено исследованием журнала прихода и расхода в судебном заседании, большинство из тех сумм, которые указаны под расходами – стоимость продуктов питания, которые ИП ФИО24 забирала из магазина домой, хотя и не включены в общую сумму расходов, указанную в правом столбце тетради, однако фактически эти расходы были учтены, поскольку на их сумму уменьшен остаток товара на следующий день.

Анализ сведений, содержащихся в журнале, свидетельствует о том, что не вычтены из остатка следующие суммы, указанные в журнале, - 40 рублей в правом столбце рядом с суммой прихода за ДД.ММ.ГГГГ, которые, согласно показаниям потерпевшей ФИО7 №1 в суде, могли являться стоимостью товаров, которые она забирала из магазина домой, суммы – 1500 и 1800 рублей, обведенные в кружок, под общей суммой расходов за ДД.ММ.ГГГГ, которые, со слов потерпевшей, ее долгом не являлись, а напротив, означали, что она оставила эту сумму в кассе, что не отрицала сама ФИО23, за ДД.ММ.ГГГГ из остатка вычтены суммы, указанные под расходами, - 300, 254, 176 и 188 рублей, однако в сумме 188 рублей содержится исправление, не позволяющее визуально определить – указана эта сумма либо 488 рублей, и если исходить из последней, то за эту дату из остатка не вычтены 300 рублей, за ДД.ММ.ГГГГ не вычтена из остатка сумма 300 рублей, указанная под расходами за ДД.ММ.ГГГГ, которые, согласно показаниям потерпевшей, составляют стоимость продуктов, которые она забрала домой.

Таким образом, в расход не учтены товары общей стоимостью 640 рублей. Вместе с тем, указанные суммы, не учтенные в расход, о недостоверности сведений, содержащихся в журнале, не свидетельствуют, и не исключают возможности определения недостачи.

В связи с изложенным, а также с учетом того, что показания специалиста опровергаются заключением судебно-бухгалтерской экспертизы, показаниями эксперта, журналом прихода и расхода, согласующимися с ним показаниями потерпевшей ФИО7 №1, суд не может взять за основу показания специалиста Свидетель №7, в связи с чем отвергает эти показания.

Стороной защиты также представлены письменные доказательства:

- вышеприведенное заявление потерпевшей ФИО7 №1 о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности (т.1 л.д.3).

Оценивая данное доказательство, суд приходит к выводу, что оно данных, оправдывающих ФИО2, не содержит;

- акт о результатах ревизии, в которой также принимала участие Свидетель №3, не состоящая в трудовых отношениях с ИП ФИО7 №1 (т.1 л.д.26).

Оценивая данное доказательство, суд не находит оснований к признанию его недопустимым, поскольку акт ревизии отвечает требованиям иного документа, содержащего сведения, имеющие значение для дела, приобщено данное доказательство к делу с соблюдением требований УПК РФ. То обстоятельство, что в проведении ревизии принимала участие Свидетель №3, не состоящая с ФИО7 №1 в трудовых отношениях, а поддерживающая с ней дружеские отношения, признания данного доказательства недопустимым не влечет. Суд также не находит оснований подвергать сомнению достоверность результатов этой ревизии ввиду участия в ревизии Свидетель №3, поскольку ревизия проводилась не только Свидетель №3 и ФИО7 №1, но и продавцом, принимаемым на работу после ФИО2 – Свидетель №2 Результаты этой ревизии согласуются с журналом прихода и расхода и заключением судебно-бухгалтерской экспертизы;

- заключение судебно-бухгалтерской экспертизы (т.2 л.д.31-35), из которого усматривается, что первичные документы представлены на экспертизу не в полном объеме.

Давая оценку заключению судебно-бухгалтерской экспертизы в указанной части, суд считает, что оно выводов суда не опровергает, поскольку приход товара, его расход фиксировались в журнале прихода и расхода ИП ФИО7 №1, которую вела не только ИП ФИО7 №1, но и ФИО2, которая, будучи материально-ответственным лицом, никаких замечаний в этот журнал относительно остатков товара, прихода, расхода не вносила. В этой связи то обстоятельство, что первичные документы о приходных и расходных операциях сохранились у потерпевшей не в полном объеме, о невиновности ФИО2 не свидетельствует;

- журнал прихода и расхода и сшив первичных документов ИП ФИО7 №1 Указанные вещественные доказательства не только не опровергают выводов суда, но и подтверждают виновность ФИО2

Постановления о возбуждении уголовного дела, отказе в возбуждении дела, о его прекращении, приостановлении следствия, постановление, вынесенное следователем по ходатайству защитника, предъявленные стороной защиты в качестве письменных доказательств, таковыми не являются, поскольку не подпадают под определение доказательств и не входят в перечень доказательств, приведенный в ст.74 УПК РФ.

Показания потерпевшей и свидетелей обвинения являются последовательными, согласуются как между собой, так и с письменными доказательствами по делу, факт наличия неприязненных отношений между потерпевшей ФИО7 №1 и ФИО2 не подтвердился, повода для оговора ФИО2 свидетелями обвинения не выявлено, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии у потерпевшей и свидетелей оснований к оговору подсудимой, признает показания потерпевшей и свидетелей обвинения достоверными и кладет их в основу приговора.

Доводы стороны защиты об отсутствии сведений о том, в каком количестве и на какую сумму ФИО2 как материально-ответственному лицу были вверены товарно-материальные ценности, опровергаются сведениями журнала прихода и расхода, в котором зафиксирован остаток товара в денежном выражении в магазине на дату проведения инвентаризации при вступлении ФИО2 в должность. Как следует из показаний потерпевшей ФИО7 №1 и свидетеля ФИО13, этот остаток был зафиксирован исходя из действительного количества товара в магазине на момент этой инвентаризации. Сама ФИО2 не отрицает, что она приняла в подотчет товар на стеллажах на сумму примерно 200 000 рублей, а также товар на складе и в холодильниках, убедившись и в его количестве. Никаких замечаний ФИО2 в журнале прихода и расхода относительно стоимости остатка вверенного ей товара не содержится. То обстоятельство, что этот остаток не зафиксирован отдельно в акте инвентаризации, акте приема-передачи товара, которые при приеме ФИО23 на работу не составлялись, не свидетельствует о том, что товар в указанной сумме ФИО2 не вверялся.

Не нашли своего подтверждения и доводы подсудимой о том, что в журнале прихода и расхода не фиксировались в полном объеме суммы денежных средств, которые брал сын ФИО7 №1 – Свидетель №1, стоимость товара, который потерпевшая забирала из магазина на свои нужды, просроченного товара, выручка, поскольку ее доводы в указанной части опровергаются не только показаниями потерпевшей ФИО7 №1, пояснившей, что указанные суммы учитывались в качестве расходов, показаниями свидетеля Свидетель №1, указавшего, что при получении денежных средств от ФИО2, это всегда записывалось в журнале, но и сведениями в самом журнале, анализ которых показал, что расходы, в том числе, в виде выручки, стоимости товаров, которые потерпевшая забирала домой, в том числе просроченных товаров, отражались в журнале не только рукой ФИО2, но и рукой самой ФИО7 №1 О том, что в журнале указывались даже незначительные суммы, которые брал Свидетель №1, свидетельствует оборотная сторона журнала, где отражены его долги даже в сумме нескольких рублей. Никаких замечаний от ФИО2 относительно фиксации в журнале прихода товара и расходов не содержится.

Доводы подсудимой о том, что в недостачу, выявленную у нее за период работы, включена недостача Свидетель №2, опровергается показаниями потерпевшей ФИО7 №1, свидетеля Свидетель №2 и самой ФИО2 о том, что при приеме ФИО2 товара от Свидетель №2 рассчитывался остаток товара, фактически наличествовавшего в магазине.

Доводы ФИО2 о том, что за период ее работы ее никогда не заменяла ФИО7 №1, заменяли свидетели Свидетель №1 и ФИО8, опровергаются не только показаниями потерпевшей ФИО7 №1 и свидетеля Свидетель №1 о том, что замену ФИО2 производила только ФИО7 №1, но и заключением судебно-почерковедческой экспертизы, согласно которому в журнале прихода и расхода записи за период работы ФИО2 выполнены либо ФИО2, либо ФИО7 №1

Утверждение ФИО2 о том, что ключи от магазина появились у нее за 3 недели до увольнения, доступ к товарно-материальным ценностям, помимо нее, имели другие лица, опровергается показаниями потерпевшей ФИО7 №1, свидетеля Свидетель №1, свидетеля Свидетель №4, пояснивших, что открывала и закрывала магазин ФИО2. Более того, ее доводы в этой части не могут свидетельствовать о причастности к хищению товара другими лицами, поскольку, как пояснила сама ФИО2, недостачи товара лично она не замечала, деньги из кассы после работы ее сменщиков никогда не пропадали, недостача, по ее мнению, имеется только на бумаге и за счет неучтенных расходов.

Доводы подсудимой ФИО2 о непричастности к хищению товарно-материальных ценностей и денежных средств из магазина ИП ФИО7 №1, опровергаются показаниями потерпевшей ФИО7 №1, пояснившей, что через определенное время с момента поступления ФИО2 на работу продавцом она стала замечать недостаток товара на складе и на прилавках и отсутствие выручки от его реализации, вследствие чего была проведена ревизия, выявившая недостачу, показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №4, которые также обратили внимание на недостаточное количество товара, показаниями свидетеля Свидетель №4 и Свидетель №1 о присутствии в магазине в период работы ФИО2 посторонних лиц, которые брали товар, показаниями свидетеля Свидетель №5, который ДД.ММ.ГГГГ подвозил ФИО2 и не известного ему мужчину с пакетами с продуктами питания.

Оснований не доверять показаниям свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №5 не имеется, поскольку ни дружеских отношений с потерпевшей, ни неприязненных отношений с ФИО2 у них не было, оснований к оговору ФИО2 у них не имеется.

Как пояснила подсудимая ФИО2, копченая колбаса закупалась в небольшом количестве, но палками. Утверждение защитника о том, что тот вес копченой колбасы, который фигурирует в приходных документах, свидетельствует об отсутствии в магазине колбасы палками, о которой говорил в своих показаниях свидетель Свидетель №5, и что к ДД.ММ.ГГГГ она была продана, является предположением, а следовательно, не может быть положено в основу приговора.

С учетом изложенного, суд признает показания подсудимой ФИО2 недостоверными, обусловленными ее стремлением избежать уголовной ответственности.

Согласно предъявленному обвинению стоимость похищенных ФИО2 товарно-материальных ценностей и денежных средств составила – 237 564 рубля и равна сумме выявленной за период ее работы недостачи.

Однако исследованием журнала прихода и расхода денежных средств установлено, что при подсчете остатков не были учтены суммы, указанные в журнале прихода и расхода, которые со слов потерпевшей могут быть стоимостью товара, который она забирала к себе домой, - общая не учтенная сумма составила 640 рублей (40 рублей – рядом с суммой прихода за ДД.ММ.ГГГГ; 300 рублей – если считать, что под расходами за ДД.ММ.ГГГГ, где имеется исправление, указана сумма 488 рублей, а не 188 рублей; 300 рублей – под расходами за ДД.ММ.ГГГГ). Кроме того, не были учтены в качестве расходов в журнале прихода и расхода при выведении остатков суммы долгов, зафиксированные на оборотной стороне журнала, - общая сумма долгов составила 7 168,5 рублей. Поскольку указанные суммы являются расходами, а следовательно, уменьшают недостачу на эти суммы, недостача, выявленная по результатам ревизии ДД.ММ.ГГГГ и экспертизы, подлежит уменьшению, то есть до 229 755,5 рублей (237 564-640-7 168,5 рублей).

Учитывая, сумма ущерба в случае хищения товарно-материальных ценностей складывается из закупочной стоимости этих ценностей без учета наценки, которая у ИП максимально составляла 30 %, отграничить стоимость похищенного товара от суммы похищенных денежных средств не представилось возможным ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия, суд считает необходимым уменьшить сумму рассчитанного с учетом наценки ущерба на 30 %, то есть до 160 828, 85 рублей (229 755,5*70% : 100 %). Таким образом, сумма недостачи, а следовательно, ущерба, причиненного ИП ФИО7 №1 в результате совершенного ФИО2 присвоения, без наценки составила – 160 828 рублей 85 копеек.

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч.2 ст.160 Уголовного кодекса Российской Федерации как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

ФИО23, действуя умышленно, из корыстных побуждений, безвозмездно обратила вверенные ей товарно-материальные ценности и денежные средства ИП ФИО7 №1 в свою пользу, тем самым присвоила их, чем причинила ИП ФИО7 №1 материальный ущерб.

Квалифицирующий признак – совершение преступления «с причинением значительного ущерба» нашел свое подтверждение, поскольку сумма похищенного превышает установленный законом размер в 5 000 рублей и является значительной для потерпевшей, исходя из ее материального положения.

При определении вида и размера наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимой, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд в соответствии с ч.2 ст.61 УК Российской Федерации учитывает привлечение ее к уголовной ответственности впервые и положительные характеристики, состояние здоровья и молодой возраст.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что исправление ФИО2 возможно без изоляции ее от общества и считает необходимым назначить ей наказание в виде лишения свободы с применением ст.73 Уголовного кодекса Российской Федерации - условно.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения преступления, суд не находит оснований для назначения более мягкого вида наказания и применения ч.6 ст.15 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, суд приходит к выводу о возможности не применять к подсудимой дополнительное наказание.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не имеется. В этой связи суд не усматривает оснований для применения к ФИО2 положений ст.64 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу граждан, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Учитывая вышеизложенное, гражданский иск, заявленный потерпевшей ФИО7 №1 на сумму 237 564 рубля и поддержанный ее представителем, не признанный подсудимой, подлежит удовлетворению частично с учетом уменьшения судом суммы похищенного имущества, на сумму 160 828, 85 рублей Денежные средства в сумме 160 828, 85 рублей подлежат взысканию с подсудимой ФИО2 в пользу потерпевшей ФИО7 №1

С вещественных доказательств – документов, находящихся на хранении у потерпевшей ФИО7 №1, следует снять ограничения, связанные с рассмотрением уголовного дела.

Вещественные доказательства – журнал прихода и расхода и сшив первичных документов, хранящиеся в УМД России по <адрес>, по вступлении приговора в законную силу следует вернуть потерпевшей ФИО7 №1

Учитывая характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимой, суд считает необходимым меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу сохранить.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307, 308, 309, 316 УПК Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.160 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ей наказание в виде 1 года лишения свободы.

На основании ст.73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года.

В соответствии с ч.5 ст.73 Уголовного кодекса Российской Федерации возложить на ФИО2 следующие обязанности: не менять постоянное место жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции и один раз в месяц являться в указанную инспекцию для регистрации.

Меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговору в законную силу оставить без изменения, по вступлении приговора в законную силу – отменить.

Гражданский иск потерпевшей ФИО7 №1 удовлетворить частично. Взыскать с ФИО2 в счет возмещения материального ущерба в пользу ФИО7 №1 – денежные средства в сумме 160 828 рублей 85 копеек.

С вещественных доказательств – документов, находящихся на хранении у потерпевшей ФИО7 №1, - снять ограничения, связанные с рассмотрением уголовного дела.

Вещественные доказательства – журнал прихода и расхода и сшив первичных документов, хранящиеся в УМД России по <адрес>, по вступлении приговора в законную силу - вернуть потерпевшей ФИО7 №1

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в апелляционную инстанцию Астраханского областного суда через Кировский районный суд <адрес> в течение десяти суток со дня его вынесения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также воспользоваться правом пригласить защитника для участия в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции либо ходатайствовать о назначении защитника судом.

Председательствующий: Е.В. Сокольская