Апелляционное постановление № 22-321/2026 от 12 февраля 2026 г.

Судья Кошманова Т.П. дело №22-321/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ставрополь 13 февраля 2026 г.

Ставропольский краевой суд в составе судьи ФИО34,

при секретаре судебного заседания ФИО4,

помощнике судьи ФИО5,

с участием:

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры <адрес> ФИО6,

осужденной ФИО1 и ее защитников в лице адвокатов ФИО16, ФИО7,

потерпевшей Потерпевший №1-Г. и ее представителя в лице адвоката ФИО9,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению (основному и дополнительному) заместителя прокурора <адрес> ФИО10, апелляционным жалобам осужденной ФИО1 и ее защитника - адвоката ФИО16 на приговор Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, гражданки Российской Федерации, имеющей высшее образование, в браке не состоящей, имеющей на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка, зарегистрированной и проживающей по адресу: <адрес>, работающей врачом-терапевтом КДО АНМО «СКККДЦ», военнообязанной, ранее не судимой,

осужденной по ч. 2 ст. 109 УК РФ к 2 годам ограничения свободы с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права заниматься врачебной деятельностью на срок 2 года.

На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования «город Ставрополь» Ставропольского края без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

не изменять место жительства - <адрес>, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена прежней.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи ФИО34, изложившего кратко содержание приговора, существо апелляционных представления (основного и дополнительного) и жалоб, выступление прокурора, мнения осужденной и ее защитника, а также потерпевшей и ее представителя, суд апелляционной инстанции

установил:

обжалуемым приговором суда ФИО1 признана виновной в причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Преступление совершено в период с 29 ноября 2023 г. по 30 ноября 2023 г. на территории Ленинского района г. Ставрополя при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Ленинского района г. Ставрополя ФИО10, находит приговор подлежащим изменению ввиду неправильного применения уголовного закона.

Указывает, что осужденная в судебном заседании вину не признала и в содеянном не раскаялась, отрицая допущенное ею бездействие в отношении пациента.

Обращает внимание на то, что суд первой инстанции при назначении наказания не учел степень перенесенных физических и нравственных страданий ФИО2, переживаний потерпевшей Потерпевший №1-Г., которая в результате преступных действий ФИО1 потеряла супруга, а также непринятие никаких мер осужденной для устранения таких последствий.

Отмечает, что при таких обстоятельствах решение суда о сроке наказания нельзя признать законным.

Просит приговор изменить, усилить назначенное ФИО1 по ч. 2 ст. 109 УК РФ наказание в виде ограничения свободы сроком на 2 года 6 месяцев с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права заниматься врачебной деятельностью сроком на 3 года.

В дополнительном апелляционном представлении заместитель прокурора Ленинского района г. Ставрополя ФИО10, находит приговор подлежащим изменению ввиду неправильного применения уголовного закона.

Указывает, что в случае истечения сроков давности уголовного преследования на момент рассмотрения уголовного дела в суде вышестоящей инстанции лицо подлежит освобождению от назначенного наказания.

Согласно ч. 8 ст. 302 УПК РФ при установлении факта истечения срока давности в ходе судебного разбирательства суд постановляет по делу обвинительный приговор с освобождением осужденного от назначенного ему наказания. По смыслу закона такое же решение принимается и в том случае, если срок давности истекает после постановления приговора, но до его вступления в законную силу.

Отмечает, что согласно описательно-мотивировочной части приговора, ФИО1, исполняя свои профессиональные обязанности врача- терапевта консультативно-диагностического отделения АНМО «СКККДЦ», ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ не оказала в ходе обследования надлежащую медицинскую помощь пациенту ФИО2, что впоследствии привело к наступлению смерти ФИО2

Действия ФИО1 квалифицированы по ч. 2 ст. 109 УК РФ. данное преступление относится к категории небольшой тяжести, в связи с чем срок привлечения к уголовной ответственности истек ДД.ММ.ГГГГ, на основании чего необходимо освободить ФИО1 от назначенного наказания на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ.

Исходя из смысла данной статьи и диспозиции ст. 78 УК РФ, сроки исчисляются именно со дня совершения преступления, иная трактовка данных норм законодательства отсутствует.

Доводы апелляционного представления прокуратуры района от ДД.ММ.ГГГГ просит не рассматривать.

Просит приговор изменить:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ и назначить ей наказание в виде ограничения свободы на срок 2 года с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права заниматься врачебной деятельностью на срок 2 года.

На основании ст. 53 УК РФ установить ФИО11 следующие ограничения:

не выезжать за пределы территории муниципального образования «<адрес>» <адрес> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

не изменять постоянного места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

обязать ФИО1 являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ ФИО1 освободить от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 после вступления приговора в законную силу отменить.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 считает приговор незаконным в виду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильного применения уголовного и уголовно-процессуального закона.

Указывает об обвинительном уклоне при рассмотрении настоящего уголовного дела.

Отмечает, что по указанному уголовному делу суд не указал, по каким основаниям принял одни из доказательств и отверг другие, что повлияло на решение вопроса о виновности ФИО1 и на правильность применения уголовного закона, и привело к назначению несправедливого и чрезмерно сурового наказания.

Полагает, что не все показания свидетелей были изложены в приговоре суда, им не дана оценка, хотя они подтверждают доводы зашиты о непричастности ФИО1 к преступлению.

Обращает внимание на то, что ФИО1 по обстоятельствам дела не могла по своим должностным обязанностям осознавать и предвидеть возможность наступления общественно опасных последствий в виде наступления смерти ФИО2. Тем самым, вопреки выводам суда первой инстанции в приговоре не только не установлен, но и не доказан факт нарушения специальных правил со стороны именно ФИО1, а также наличие причинной связи между этим нарушением и наступившими последствиями, в связи с этим, как указывает автор жалобы, необоснованно назначено дополнительное наказание в виде «запрета заниматься врачебной деятельностью»

Указывает, что судом не дана оценка доказательствам, представленным стороной защиты о заведомо ложных заключениях экспертов, в которых указано на наличие причинно-следственной связи с действиями ФИО1 как врача-терапевта, о проведении обследования и лечения ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ и наступлением смерти ДД.ММ.ГГГГ.

Полагает, что при проведении экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ были допущены многочисленные нарушения Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3 «О государственной экспертной деятельности в Российской Федерации», относительно формы и содержания экспертного учреждения, в том числе, соответствия исследования общепринятым научным методикам, не соблюдения принципа законности при производстве экспертизы, влияющая на допустимость исследуемого заключения, как доказательства.

По мнению автора жалобы, допущенные при производстве вышеуказанных экспертиз нарушения, подтверждаются представленными стороной защиты заключениями (рецензиями) от ДД.ММ.ГГГГ НП «САМОРЕГУЛИРУЕМАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СУДЕБНЫХ ЭКСПЕРТОВ» <адрес>, проведенная экспертами ФИО12, ФИО13, ФИО14, а также заключением комиссии специалистов «СЕВЕРО-ЗАПАДНАЯ АССОЦИАЦИЯ СУДЕБНЫХ МЕДИКОВ» <адрес>, проведенная экспертами ФИО32, ФИО15

Указывает, что невыясненными остались ряд вопросов, в том числе приведенные в вышеуказанных рецензиях.

Автор жалобы приводит собственный сопоставительный анализ заключений экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, №.

Обращает внимание на то, что все три экспертизы идентичны, просто скопированы, тексты экспертиз имеют одинаковое членение на смысловые части. В предложениях сохранена пунктуация и грамматика, вплоть до орфографических ошибок.

Указывает, что судом нарушены требования ст.ст. 75, 88 УПК РФ.

Отмечает, что в соответствии со ст. 14 УПК РФ обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном УПК РФ порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновное™ обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Полагает, что дело рассмотрено с нарушением правил подследственности, что повлекло за собой составление обвинительного заключения, не имеющего юридической силы, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе защитник осужденной ФИО1 - адвокат ФИО16 считает приговор незаконным и необоснованным вследствие существенных нарушений уголовно-процессуального законодательства, а также несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Отмечает, что недопустимо перенесение в приговор показаний допрошенных по уголовному делу лиц и содержания других доказательств из обвинительного заключения или обвинительного акта без учета результатов проведенного судебного разбирательства.

Обращает внимание на то, что изучение приговора, постановленного на основе представленного суду обвинительного заключения, показало, что, вопреки положениям ст. ст. 88, 307 УПК РФ, правила оценки доказательств судом не были соблюдены, и выводы относительно юридической оценки действий ФИО1 не мотивированы путем всестороннего анализа доказательств в совокупности.

По мнению адвоката, суд при описании деяния, признанного доказанным, не указал какие именно действия (бездействие) ФИО1, связанные с выполнением возложенных непосредственно на него обязанностей, причинили смерть ФИО2, учитывая, что медицинскую помощь последнему в течение значительного периода времени оказывали и другие лица.

Полагает, что установление лишь факта бездействия врача при отсутствии надлежащего вывода экспертов о безусловном развитии благоприятного исхода при исключении выявленных недостатков оказания медицинской помощи и о наличии прямой причинно-следственной связи между этими недостатками и смертью пациента недостаточно для вывода о совершении ФИО1 преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ.

Обращает внимание на то, что проведенные в ходе предварительного расследования комиссионные судебно-медицинские экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, которые выполнены с нарушениями требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации.

Отмечает, что судом в нарушение требований ч. 1 ст. 284 УПК РФ отказано в осмотре вещественного доказательства - медицинской карты стационарного больного № ГБУЗ СК «КСКИБ» от ДД.ММ.ГГГГ.

Указывает, что имеет место формальное копирование текста из ранее вынесенного заключения экспертов №от ДД.ММ.ГГГГ в заключения экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, 211/739/509-24 вплоть до орфографических ошибок, которые экспертная группа, даже не удосужилась проверить и справить при составлении заключений. Данный факт свидетельствует о некомпетентности состава экспертной группы и заинтересованности в неблагополучном исходе дела.

Вместе с тем отмечает, что формальное копирование одного и того же содержания экспертизы влечет к его непризнанию как доказательства, поученные в соответствии со ст. 74 УПК РФ.

По мнению адвоката, эксперт ФИО17 был лично заинтересован в исходе дела, что подтверждается его допросом в качестве эксперта в судебном заседании.

Вместе с тем отмечает, что в ходе проведения экспертизы, не выполнена всесторонняя аналитика причин повышения лейкоцитов у пациента ФИО2 во время амбулаторного приема ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Обращает внимание на то, что описательно-мотивировочная часть приговора не в полном объеме содержит показания эксперта ФИО17, поскольку в судебном заседании эксперт пояснил, что при оказании медицинской помощи ФИО2 был выявлен дефект, в то время как, в соответствии с п. 36 заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, указано, что дефекты оказания медицинской помощи не выявлены.

Полагает, что не установлено, на каком основании в посмертном диагнозе указана хроническая бактериальная инфекция (сепсис) при отсутствии клинико-лабораторных и морфологических критериев.

Отмечает, что судом не установлена причинно-следственная связь между фактом ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО1 и наступлением смерти ФИО2

Обращает внимание на факт формального копирования текста из обвинительного заключения ФИО1 в приговор, при описании и ссылки на доказательства, которые были исследованы не в полном объеме. Это заключения экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ.

По мнению адвоката, судом не дана оценка доказательствам, представленным стороной защиты, а именно заключениям экспертов № от 19.032025, № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым установлено, что имеется несоответствие требованиям ст. 25 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» №-Ф3 и требованиям, предъявляемым Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-н «Об утверждении порядка проведения судебно-медицинской экспертизы».

Отмечает, что в приговоре не нашло свое отражение и суждение доказательство стороны защиты - ответ из прокуратуры <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ адресованный Потерпевший №1Г. (Т. 1 л.д. 27-30), согласно которому установлены факты нарушения со стороны скорой помощи при выезде к пациенту, и согласно которому прокуратурой <адрес> проводилась проверка относительно действий врачей «ГКБ-2» <адрес>, результаты которой не были истребованы и приобщены к материалами уголовного дела.

Обращает внимание на то, что в ходатайстве стороны защиты о предоставлении достаточного времени для подготовки к судебным прениям с учетом выступления государственного обвинителя, согласования позиции, судом необоснованно отказано, с предоставлением всего одного часа, что не отвечает требованиям разумности и принципам законности.

При всех вышеприведенных основаниях ФИО1, по мнению автора жалобы, незаконно привлечена к уголовной ответственности.

Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ей деяния являются обоснованными, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, подтверждаются совокупностью относимых, допустимых и достоверных доказательств, исследованных в судебном заседании, надлежащим образом проверенных судом и получивших соответствующую оценку в приговоре.

Судебное разбирательство по уголовному делу в отношении ФИО1 проведено полно, объективно и всесторонне, с соблюдением требований УПК РФ о состязательности и равноправии сторон, с выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу.

Вопреки доводам апелляционных жалоб суд правильно установил фактические обстоятельства совершения ФИО1 преступления, всесторонне, полно и объективно исследовал все представленные сторонами доказательства и дал им надлежащую оценку.

Приговор содержит описание инкриминируемого ФИО1 деяния, как оно установлено судом, с указанием времени, места, способа и других обстоятельств совершения в отношении ФИО2 преступления.

Несмотря на непризнание осужденной ФИО1 вины, вывод суда о ее виновности в инкриминируемом деянии основан на исследованных по делу доказательствах, полно и правильно приведенных в приговоре, подтвержден материалами дела.

В обоснование вывода о виновности ФИО1 в ненадлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей, что повлекло по неосторожности смерть ФИО2, положены:

показания потерпевшей Потерпевший №1Г. о том, что ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ они обращались в ФИО35 диагностический центр, где были направлены к врачу-терапевту ФИО1, последней был поставлен диагноз: острый ринофарингит. ФИО2 стал лечиться в соответствии с теми назначениями, которые ему дала ФИО1, но лучше ему не становилось, а становилось только хуже. Впоследствии они были доставлены в ГБУЗ «ГКБ №» <адрес>, где не получив помощи и не дождавшись бригаду СМП направились в инфекционную больницу, где врачи сказали: «Что возможно, мы сделаем, сейчас мы его в реанимацию отвезем», на утро он умер;

показания свидетеля ФИО18 о том, что он помог довести ФИО2 до инфекционной больницы, из-за ухудшения состояния здоровья, ФИО2 был госпитализирован;

показания свидетеля - врача-терапевта клинико-диагностического отделения АНМО «СКККДЦ» ФИО19 о том, что им был осмотрен пациент ФИО2, после чего им был введен противорвотный лекарственный препарат и была вызвана бригада СМП, а также был приглашен хирург для осмотра и исключения хирургической патологии;

показания свидетеля - врача-хирурга клинико-диагностического отделения АНМО «СКККДЦ» ФИО20, об обстоятельствах осмотра и установления предварительного диагноза: острый живот;

показания свидетеля - врача-оториноларинголога клинико- диагностического отделения АНМО «СКККДЦ» ФИО21, об обстоятельствах осмотра и установления диагноза: острый ринофарингит, искривление носовой перегородки, хронический компенсированный тонзиллит. Диагноз ставился на основании сбора жалоб, анамнеза, данных объективного осмотра. Лечение было назначено местное, на горло;

показания свидетеля - заведующей отделением реанимации и интенсивной терапии, врачом-анестезиологом-реаниматологом ГБУЗ СК «КСКИБ» ФИО22 об обстоятельствах осмотра и установления диагноза: На момент осмотра состояние пациента оценивалось как крайне тяжёлое: уровень сознания - кома второй степени, кожные покровы желтушные, на грудной клетке и в подмышечных областях отмечалась мелкая тёмная геморрагическая сыпь, на руках - гематомы в местах инъекций. Пациент находился на аппарате искусственной вентиляции лёгких. Гемодинамика была нестабильной: артериальное давление составляло 80/45 мм рт. ст. на фоне введения вазопрессоров, скорость инфузии которых была увеличена. Тяжесть состояния пациента была обусловлена полиорганной недостаточностью (церебральной, дыхательной, почечно-печеночной, сердечно-сосудистой), тромбоцитопеническим синдромом с геморрагическими проявлениями, судорожным синдромом (предположительно вследствие субарахноидального кровоизлияния), а также выраженной эндогенной интоксикацией на фоне острого гепатита неуточнённой этиологии, возможно, опухоли гепатобилиарной зоны и вероятной ВИЧ-инфекции в сочетании с сопутствующей патологией (мочекаменная болезнь, кардиомиопатия смешанной этиологии). Ввиду критически низкого содержания тромбоцитов в крови, врачом был заказан тромбоцитарный концентрат на станции переливания крови. В плане дообследования планировались: УЗИ органов брюшной полости и почек, КТ органов брюшной полости с контрастированием. Выполнить КТ головного мозга не представлялось возможным из-за тяжёлого состояния пациента и невозможности его транспортировки в кабинет КТ. Экспресс-тест на ВИЧ не был проведён в связи с отсутствием необходимого реактива. На фоне проводимой интенсивной терапии ДД.ММ.ГГГГ в 8 часов 12 минут была зафиксирована остановка сердечной деятельности; на пятой минуте реанимационных мероприятий удалось восстановить сердечный ритм. В 08:19 произошла повторная остановка сердца, ритм был восстановлен на четвёртой минуте. Состояние пациента после этого оценивалось как терминальное, обусловленное течением постреанимационной болезни. В 8 часов 35 минут зафиксирована третья остановка сердечной деятельности. В течение 30 минут проводились реанимационные мероприятия, однако эффекта добиться не удалось. В 9 часов 05 минут ДД.ММ.ГГГГ была констатирована биологическая смерть пациента ФИО2;

показания свидетеля - врача-анестезиолога-реаниматолога ГБУЗ СК «КСКИБ» ФИО23 о том, что он входил в состав консилиума врачей, поскольку из-за тяжёлого состояния пациент не мог самостоятельно подписать документы. В дальнейшем, после осмотра другим дежурным врачом-реаниматологом приёмного покоя, ФИО2 был госпитализирован в отделение реанимации;

показания свидетеля - врача-анестезиолога-реаниматолога ГБУЗ СК «КСКИБ» ФИО24 об обстоятельствах осмотра и госпитализации в отделение реанимации. На момент осмотра основная жалоба была длительная сохраняющаяся температура тела. Ближе к утру, состояние здоровья ФИО2 было с отрицательной динамикой в виде прогрессирования церебральной, нарастание дыхательной, сосудистой недостаточности. Проявился судорожный синдром, с дальнейшим угнетением сознания, в результате чего пациент был переведён на искусственную вентиляцию в легких. Впоследствии проявились клиники полиорганной недостаточности, были подключены в терапию лазопрессоры, ну и продолжилась интенсивная терапия пациента. У пациента был хронический вирусный гепатит «С»;

показания свидетеля - заведующего рентгеновским отделением, врача- рентгенолога ГБУЗ СК «КСКИБ» ФИО25 о том, что по результатам исследования у ФИО2 КТ-признаков патологий головного мозга на момент исследования не выявлено, также КТ-признаков инфильтративных изменений в легких на момент исследования не выявлено. В ходе исследования была выявлена лимфаденопатия средостения. Более каких-либо исследований в отношении ФИО2 ни она, ни врачи рентгеновского отделения не проводили;

показания свидетелей - фельдшера и врача ГБУЗ СК «СККССМП» ФИО26, ФИО27 о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 48 минут бригада скорой помощи в составе фельдшера, врача скорой медицинской помощи ФИО27 и водителя прибыла в АНМО «СКККДЦ», расположенную по адресу: <адрес>. После чего от врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» были переданы документы, а именно направление на госпитализацию пациента ФИО2 с диагнозом: «острый живот». Далее ей и врачом скорой медицинской помощи ФИО27 был проведён осмотр, в ходе которого была измерена температура тела, артериальное давление, уровень сахара в крови и снята ЭКГ. Температура тела ФИО2 была в пределах 37-38 градусов, отмечалась многократная рвота и тошнота. Состояние пациента оценивалось как средней тяжести. Также был введён препарат «Метоклопрамид» внутримышечно, 0,5% 2 мл. Ввиду тяжести состояния пациента ФИО2 он был незамедлительно госпитализирован в ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес> в хирургическое отделение и передан дежурному врачу.

Оснований не доверять вышеуказанным показаниям потерпевшей Потерпевший №1Г., свидетелей стороны обвинения и экспертов у суда не имелось, поскольку они последовательны и согласуются с иными доказательствами по уголовному делу:

заключением № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО2 в ноябре 2023 года обратился в АНМО «СКККДЦ» с жалобами на боли в горле, повышение температуры тела до 38 градусов, общую слабость, боль в суставах. В АНМО «СКККДЦ» ФИО2 были проведены: рентгенография органов грудной полости, рентгенография придаточных пазух носа, выполнен общий анализ крови. Общий анализ крови достоверно указывал на острое инфекционное заболевание, о котором свидетельствуют: лейкоцитоз (лейкоциты 16,93-109/л), сдвиг лейкоцитарной формулы влево, резкое увеличение скорости оседания эритроцитов (СОЭ): 42 мм/ч. Члены комиссии считают, что лейкоцитоз, сдвиг лейкоцитарной формулы влево, резкое увеличение СОЭ однозначно свидетельствовали о наличии у ФИО2 тяжелой бактериальной инфекции с поражением легких. Рентгенограмма органов грудной полости от ДД.ММ.ГГГГ не предоставлена следователем, что по причине ее отсутствия не позволило высказаться о наличии двухсторонней пневмонии. С учетом вышеизложенного, врач- терапевт АНМО «СКККДЦ» обязан был вызвать скорую медицинскую помощь и направить ФИО2 в инфекционную больницу на госпитализацию и стационарное лечение бактериальной инфекции. Врач- оториноларинголог АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ после осмотра пациента ФИО2 выставила диагноз: «острый ринофарингит», что не соответствует диагностированному лейкоцитозу, лихорадку, резкому повышению СОЭ и т.д. Врач-оториноларинголог АНМО «СКККДЦ» после осмотра пациента ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ не подтвердила выставленный клинический диагноз. На повторном приеме ДД.ММ.ГГГГ у врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» состояние ФИО2 не улучшилось, он предъявлял жалобы на повышение температуры тела до 38,0 градусов ночью, боли в горле, общую слабость, боль в суставах. На повторном приеме ДД.ММ.ГГГГ в АНМО «СКККДЦ» ФИО2 также не проводили и не назначили общие анализы крови и мочи, биохимический анализ крови, не проводили рентгенографическое и компьютерно-томографическое исследования органов грудной полости, не проводили исследование на С- реактивный белок, прокальцитониновый тест, не назначили консультации инфекциониста, пульмонолога, не вызывали скорую медицинскую помощь для транспортировки на госпитализацию пациента в инфекционную больницу, то есть не проведение указанных рекомендаций не позволило врачу-терапевту оценить динамику бактериальной инфекции. Члены комиссии считают, что у врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ отсутствовало клиническое мышление и настороженность по поводу пневмонии и дальнейшего развития бактериального сепсиса и полиорганной недостаточности, обусловивших наступление смерти ФИО2 Своевременная госпитализация пациента ФИО2 в ГБУЗ СК «КСКИБ» ДД.ММ.ГГГГ однозначно позволила бы спасти его жизнь. Таким образом, бездействия врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ и умственный стеноз обусловили развитие угрожающего жизни состояния, приведшего к смерти ФИО2 Находясь в тяжелом состоянии, ФИО2 до ДД.ММ.ГГГГ никуда не обращался. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в АНМО «СКККД» с жалобами на боли в животе, тошноту, рвоту, общую слабость, повышение температуры тела до 38 градусов. В АНМО «СКККД» ФИО2 осмотрен врачом-терапевтом и врачом-хирургом, был выставлен диагноз: «острый живот», была вызвана скорая медицинская помощь, которая госпитализировала пациента в ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес>. Врачом-хирургом ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес> был выставлен диагноз: лихорадка неясной этиологии, паренхиматозная желтуха». Врачом-хирургом ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес> данных за острую хирургическую патологию и за механический характер желтухи выявлено не было в связи с чем ФИО2 был направлен на консультацию инфекциониста ГБУЗ СК «КСКИБ». В ГБУЗ СК «КСКИБ» ФИО2 поступил ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 21 мин в тяжелом состоянии, при поступлении: контакт с пациентом затруднен, уровень сознания - умеренное оглушение. ДД.ММ.ГГГГ в 05:30 в связи с крайне тяжелым состоянием, угнетением сознания до сопора пациент ФИО2 переведен на искусственную вентиляцию легких. Смерть ФИО2 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 9 часов 05 минут, то есть менее чем через 10 часов после его госпитализации в ГБУЗ СК «КСКИБ». Причиной смерти ФИО2 явилась генерализованная вирусно-бактериальная инфекция с диффузным альвеолярным повреждением легких, с мелкоочаговой пневмонией серозного характера; очаговым интерстициальным миокардитом с фокусами выраженной дистрофии кардиомиоцитов вплоть до некроза, с кровоизлияниями; выраженным отеком оболочек и вещества головного мозга; нарушением кровообращения во внутренних органах и головном мозге в виде неравномерного и паретического кровенаполнения сосудов, с преимущественным поражением сосудов микроциркуляторного отрезка, с выраженными нарушениями реологических свойств крови, повышением проницаемости сосудистой стенки, кровоизлияниями в строму и паренхиму органов, очагами тромбоза микроциркуляторного отрезка, с проявлениями ДВС-синдрома- то есть у ФИО2 развились: полиорганная недостаточность, инфекционно-токсический шок вирусно-бактериального генеза, ДВС-синдром. В ГБУЗ СК «КСКИБ» ФИО2 поступил в крайне тяжелом состоянии, тяжесть состояния его была обусловлена полиорганной недостаточностью, эндогенной интоксикацией, явившихся закономерными осложнениями не диагностированной и не леченной с ноября 2023 года тяжелой бактериальной инфекции с поражением легких. В ГБУЗ СК «КСКИБ» пациенту ФИО28 был выполнен весь комплекс клинико-диагностических мероприятий, был установлен правильный диагноз: «бактериальная инфекция неуточненная, тяжелая форма; инфекцционно-токсическое поражение почек (о чем свидетельствует наличие эритроцитов сплошь в поле зрения в общем анализе мочи) и печени». Действия медицинских работников ГБУЗ СК «КСКИБ» были направлены на спасение жизни пациента, на поддержание витальных функций организма, и в причинной связи с наступлением смерти ФИО2 не состоят. Не диагностирование основного заболевания в ноябре 2023 года в АНМО «СКККДЦ» по вышеизложенным причинам, не госпитализация его в ГБУЗ СК «КСКИБ» состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО2;

заключением № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при рентгенологическом исследовании установлено. На рентгенограмме придаточных пазух носа от ДД.ММ.ГГГГ в прямой проекции определяется: костно-травматических изменений не выявлено. Пазухи носа дифференцированы. Определяется незначительное пристеночное затемнение в левой верхнечелюстной пазухе. Носовая перегородка отклонена влево. Носовые ходы асимметричны. На рентгенограмме органов грудной полости от ДД.ММ.ГГГГ определяется: костно-травматических изменений в зоне исследования не выявлено. Легкие расправлены, без очаговых и инфильтративных теней. Легочный рисунок не изменен. Корни не расширены. Синусы свободны. Размеры сердца не изменены. У пациента ФИО2 при обращении ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 30 минут к врачу- терапевту АНМО «СКККДЦ» имелась генерализованная острая бактериальная инфекция с поражением верхних дыхательных путей, легких и сердца - миокардит. В АНМО «СКККДЦ» ФИО2 были проведены: рентгенография органов грудной полости, рентгенография придаточных пазух носа, выполнен общий анализ крови. Общий анализ крови достоверно указывал на острое инфекционное заболевание, о котором свидетельствуют: лейкоцитоз (лейкоциты 16,93><109/л), сдвиг лейкоцитарной формулы влево, резкое увеличение скорости оседания эритроцитов (СОЭ): 42 мм/ч, наличие в лейкоцитарной формуле палочкоядерных лейкоцитов в количестве 19%. На рентгенограмме органов грудной полости от ДД.ММ.ГГГГ, и при повторном исследовании рентгенограммы в ходе комиссионной судебно-медицинской экспертизы рентгенологических признаков пневмонии не обнаружено, что не соответствует клиническому состоянию пациента ФИО2 на момент его обращения за медицинской помощью. Наличие в лейкоцитарной формуле палочкоядерных лейкоцитов в количестве 19% свидетельствует о тяжелой бактериальной инфекции. Врач-терапевт АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ обязан был вызвать скорую медицинскую помощь и направить пациента ФИО2 в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения <адрес> для дообследования в условиях стационара, что выполнено не было, и в дальнейшем привело к смерти. Врач-терапевт АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ недооценил результаты клинического анализа крови, назначил только консультацию ЛОР-врача. Врач оториноларинголог АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ провел ЛОР-осмотр пациента ФИО2, установил диагноз: «Острый ринофарингит. Искривление носовой перегородки. Хронический компенсированный тонзиллит», назначил лечение ЛОР-патологии. При повторном приеме пациента ФИО2 на следующий день - ДД.ММ.ГГГГ в 15:38 состояние ФИО2 не улучшилось, он предъявлял жалобы на повышение температуры тела до 38,0 градусов ночью, боли в горле, общую слабость, боль в суставах. Врач- терапевт АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ не назначил общие анализы крови и мочи, биохимический анализ крови, компьютерно-томографическое исследование органов грудной полости, не назначил исследование крови на С-реактивный белок рокальцитониновый тест, не назначил консультации инфекциониста, пульмонолога, и не госпитализировал пациента на стационарное лечение. Врачом-терапевтом АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ при оказании медицинской помощи пациенту ФИО2 были нарушены нормы Приказа министра здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №и «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению» по профилю «терапия» и Приказа министра здравоохранения Российской Федерации от 0-.1-Ш4 Ж/96н «Об утверждении Положения об организации оказания специализированной, в том числе высокотехнологической медицинской помощи». ДД.ММ.ГГГГ, после новогодних праздников, ФИО2 обратился в АНМО «СКККД» с жалобами на боли в животе, тошноту, рвоту, общую слабость, повышение температуры тела до 38 градусов. В AHMУ «СКККД» ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 осмотрен врачом-терапевтом и врачом-хирургом, был выставлен диагноз: «острый живот», была вызвана скорая медицинская помощь, которая госпитализировала пациента в ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес>. Врачом-хирургом ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес> был выставлен диагноз: лихорадка неясной этиологии, паренхиматозная желтуха». Врачом-хирургом ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес> данных за острую хирургическую патологию и за механический характер желтухи выявлено не было, в связи с чем ФИО2 был направлен на консультацию инфекциониста ГБУЗ СК «КСКИБ». В ГБУЗ СК «КСКИБ» ФИО2 поступил ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 21 мин в тяжелом состоянии, при поступлении: контакт с пациентом затруднен, уровень сознания - умеренное оглушение. ДД.ММ.ГГГГ в 05:30 в связи с крайне тяжелым состоянием, угнетением сознания до сопора пациент ФИО2 переведен на искусственную вентиляцию легких. Смерть ФИО2 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 9 часов 05 минут, то есть менее чем через 10 часов после его госпитализации в ГБУЗ СК «КСКИБ». На ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО2 не предотвратима, имели место сепсис, полиорганная недостаточность. Причиной смерти ФИО29 явилась генерализованная вирусно-бактериальная инфекция с диффузным альвеолярным повреждением легких, мелкоочаговой пневмонией серозного характера; очаговым интерстициальным миокардитом; выраженным отеком оболочек и вещества головного мозга; нарушением кровообращения во внутренних органах и головном мозге в виде неравномерного и паретического кровенаполнения сосудов, с преимущественным поражением сосудов микроциркуляторного отрезка, с выраженными нарушениями реологических свойств крови; выраженной белковой дистрофии клеток печени с центролобулярными некрозами: выраженной белковой дистрофии эпителия канальцев почек с развитием некротического нефроза, с проявлениями ДВС-синдрома - то есть у ФИО2 развились: сепсис, полиорганная недостаточность (острая печеночно-почечная, острая легочно-сердечная, острая церебральная недостаточности), инфекционно-токсический шок, сепсис вирусно-бактериального генеза, ДВС-синдром. Действия врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти пациента ФИО2 в связи с негоспитализацией на лечение. Действия остальных медицинских работников: АНМО «СКККДЦ», ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес> и ГБУЗ СК «КСКИБ» не состоят в причинной связи с наступлением смерти ФИО2;

заключением № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на момент обращения в АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 имелись клинические признаки бактериальной инфекции неуточненного генеза, данным клинического анализа крови: лейкоцитоз (лейкоциты 16,93x10%), тромбоцитоз (тромбоциты – 405-109/л), резкое увеличение скорости оседания эритроцитов (СОЭ- 42 мм/ч), наличие в лейкоцитарное формуле палочкоядерных лейкоцитов в количестве 19%. На повторном приеме ДД.ММ.ГГГГ в АНМО «СКККДЦ» ФИО2 не провели и не назначили общие анализы крови и мочи, биохимический анализ крови, не провели компьютерно-томографическое исследование органов грудной полости, не проводили исследование на С-реактивный белок, прокальцитониновый тест, не назначили консультации инфекциониста, пульмонолога, не вызвали скорую медицинскую помощь для транспортировки на госпитализацию пациента в инфекционную больницу, то есть не проведение указанных рекомендаций не позволило врачу-терапевту оценить динамику бактериальной инфекции. Не проведение вышеуказанных анализов и исследований не позволило установить правильный клинический диагноз, локализацию очага инфекции в организме ФИО2 Выставленный ДД.ММ.ГГГГ врачом-терапевтом АНМО «СКККДЦ» предположительный диагноз: «атипичная пневмония?» требовал проведения дообследования: компьютерной томографии органов грудной полости - самый информативный диагностический метод обследования, позволяющий диагностировать любую патологию в легких и томографическую локализацию патологических очагов; исследования на С-реактивный белок, проведения прокапьцитонинового теста, биохимического исследования крови на общий белок, креатинин, мочевину, билирубин, АЛТ, ACT, Д-димер, проведения ЭКГ (на момент обращения АД 110/70 мм рт. ст., пульс 110 мин, что свидетельствовало о нарушении сердечного ритма - тахикардии), и требовало консультации врача-кардиолога. В случае отсутствия изменений на ЭКГ необходимо было провести диагностический поиск на наличие бактериальной инфекции у ФИО2 или направить его на стационарное лечение в инфекционную больницу. Для установления объективного диагноза, причины лихорадки в течение последних 7 дней - необходимо был назначение и проведение указанных выше диагностических исследований. Лабораторная база АНМО «СКККДЦ» - позволяет проведение перечисленных методов исследования. При выполнении ДД.ММ.ГГГГ врачом-терапевтом АНМО «СКККДЦ» мероприятий, ДД.ММ.ГГГГ можно было установить достоверный клинический диагноз. Врач-терапевт имела возможность верифицировать бактериальную инфекцию и установить локализацию первичного очага поражения у пациента ФИО2 У врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» после проведения осмотра пациента ФИО2 имелись достаточные основания для уточнения диагноза и его госпитализации в инфекционную больницу, о чем свидетельствовало: наличие лихорадки в течение 7 дней до момента обращения за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ, лейкоцитоз (лейкоциты- 16,93-109/л), тромбоцитоз (тромбоциты-405х10/л), резкое увеличение скорости оседания эритроцитов (СОЭ- 42 мм/ч), наличие в лейкоцитарной формуле палочкоядерных лейкоцитов в количестве 19%. При госпитализации пациента ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ СК «КСКИБ» - вся ответственность с АНМО «СКККДЦ» - была бы снята, и вины прямой, косвенной у врача-терапевта не было бы. Медицинская помощь пациенту ФИО2 должна быть оказана согласно Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «терапия»: п. 4: «медицинская оказывается в форме неотложной медицинской помощи, оказываемой при внезапных острых заболеваниях, состояниях, обострении, хронических заболеваний, без явных признаков угрозы жизни пациента, не требующих экстренной медицинской помощи»; п. 9: «при отсутствии проводимого лечения в амбулаторных условиях и (или возможности проведения дополнительных обследований по м показаниям, врач-терапевт, врач-терапевт участковый, врач-терапевт участковый цехового врачебного участка, врач общей практики (семейный врач) по согласованию с врачом-специалистом по профилю заболевания пациента направляет его в медицинскую организацию для проведения дополнительных обследований и (или) лечения, в том числе в стационарных условиях»; п. 11: «при острых внезапных заболеваниях, состояниях, обострении хронических заболеваний терапевтического профиля, не опасных для жизни и не требующих медицинской помощи в экстренной форме или лечения в стационарных условиях, первичная медико-санитарная помощь может оказываться службой неотложной медицинской помощи, созданной в структуре медицинской организации, оказывающей первичную медико-санитарную помощь» и п. 12: «при выявлении медицинских показаний к оказанию медицинской помощи в экстренной и неотложной формах, при невозможности ее оказания в условиях медицинской организации, в которой находится пациент, пациента безотлагательно доставляют, в том числе бригадой скорой медицинской помощи, в медицинскую организацию, имеющую в своем составе специализированные отделения, для оказания необходимой медицинской помощи». Все приказы Министерства здравоохранения РФ по порядку оказания медицинской помощи взрослому населению - 100 % должны выполняться. Министерство здравоохранения РФ за врача решила алгоритм действий лечащего доктора и объемы обследования. Представленный для проведения комиссионной судебно-медицинской экспертизы компакт-диск с рентгенограммой органов грудной полости от ДД.ММ.ГГГГ указывает на то, что она принадлежит здоровому человеку, и не соответствует клиническому состоянию пациента ФИО2 на момент его обращения за медицинской помощью, с учетом семидневной лихорадки до обращения за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ. Отсутствие легочной патологии на рентгенограмме органов грудной полости от ДД.ММ.ГГГГ при наличии клинических признаков бактериальной инфекции не уточненного генеза должно было насторожить врача-терапевта АНМО «СКККДЦ», и являлось абсолютным показанием для: 1) назначения проведения компьютерной томографии органов грудной полости, 2) консультации инфекциониста, кардиолога (для диагностики септического миокардита), уролога (для диагностики патологии мочевыводящих путей), 3) для направления пациента ФИО2 на диагностическое обследование и стационарное лечение в инфекционную больницу, так как семидневная лихорадка неясного генеза является абсолютным показанием для госпитализации в инфекционную больницу с целью поиска очагов инфекции и соответствующего лечения, что врачом-терапевтом выполнено не было. При проведении общего анализа крови ДД.ММ.ГГГГ выявленные показатели: лейкоцитоз (лейкоциты- 16,93х109/л), тромбоцитоз <тромбоциты-405х109 л), резкое увеличение скорости оседания эритроцитов (СОЭ - 42 мм ч), наличие в лейкоцитарной формуле палочкоядерных лейкоцитов в количестве 19 % - однозначно указывали на бактериальную инфекцию неуточненного генеза, что являлось показанием для неотложной госпитализации пациента ФИО2 в инфекционную больницу (согласно п. 9. п. 12 Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ N923н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «терапия»). Да, установленные после проведения общего анализа крови показатели лейкоцитов- 16,93?109%, тромбоцитов- 405х109/л и скорость оседания эритроцитов - 42 мм/ч, наличие в лейкоцитарной формуле палочкоядерных лейкоцитов в количестве 19 % - являлись госпитализации пациента ФИО2 в инфекционную больницу (согласно п. 4, п. 9, п. 12 Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ N923н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «терапия»). Врач-терапевт АНМО «СКККДЦ» лечение пациенту ФИО2 не назначал: ДД.ММ.ГГГГ назначил: рентгенографию легких, рентгенографию придаточных пазух носа, общий анализ крови, консультацию ЛОР-врача, повторный осмотр терапевта. При повторном приеме ДД.ММ.ГГГГ врач-терапевт АНМО «СКККДЦ» рекомендовал выполнять назначения ЛОР-врача, медикаментозного лечения пациенту ФИО2 не назначил. Не установление врачом-терапевтом АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ правильного диагноза, не установление очага инфекции, назначение им лечения, отсутствие у врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» диагностической настороженности, не направление на консультацию к врачу-инфекционисту и не направление на госпитализацию в инфекционную больницу впоследствии привели к смерти пациента ФИО2 В ГБУЗ СК «КСКИБ» ДД.ММ.ГГГГ пациенту ФИО28 был выполнен весь комплекс клинико-диагностических мероприятий, что позволило установить правильный диагноз: «бактериальная инфекция неуточненная, тяжелая форма; инфекционно-токсическое поражение почек» (о чем свидетельствует наличие эритроцитов сплошь в поле зрения в общем анализе мочи) и печени. Смерть ФИО2 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 9 часов 05 минут, то есть менее чем через 10 часов после его госпитализации в ГБУЗ СК «КСКИБ». В ГБУЗ СК «КСКИБ» ФИО2 поступил в крайне тяжелом состоянии, тяжесть состояния его была обусловлена полиорганной недостаточностью, эндогенной интоксикацией, явившихся закономерными осложнениями не диагностированной и не леченной с ноября 2023 года тяжелой бактериальной инфекции. Действия медицинских работников ГБУЗ СК «КСКИБ» были направлены на спасение жизни пациента, на поддержание витальных функций организма, и в причинной связи с наступлением смерти ФИО2 не состоят. Установленное в ГБУЗ СК «КСКИБ» заболевание: грипп А (HINI)- является сопутствующим, и не привело к ускорению генерализованной вирусно-бактериальной инфекции, повлекшей смерть пациента ФИО2 Члены комиссии утверждают. что у ФИО2 на момент обращения за медицинской помощью в АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ имелась бактериальная инфекция неуточненного генеза. Врачом-терапевтом АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ при оказании медицинской помощи пациенту ФИО2 нормы Приказа министра здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению» по профилю «терапия» и Приказа министра здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Положения об организации оказания специализированной, в том числе высокотехнологической медицинской помощи» - не выполнены.

Бездействия врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, не госпитализация пациента на стационарное лечение обусловили развитие угрожающего жизни состояния: сепсиса, полиорганной недостаточности у пациента ФИО2

Причиной смерти ФИО2 явилась нелеченная генерализованная вирусно-бактериальная инфекция с диффузным альвеолярным повреждением легких, с мелкоочаговой пневмонией серозного характера; очаговым интерстициальным миокардитом.

Да, врачом-терапевтом АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ при оказании медицинской помощи пациенту ФИО2 не выполнены нормативно-правовые акты МЗ РФ, указанные выше.

Недооценка тяжести состояния пациента врачом-терапевтом АНМО «СКККДЦ» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, неправильная оценка результатов общего анализа крови, не направление его на стационарное лечение привело к развитию угрожающего для жизни состояния и, впоследствии, к смерти ФИО2

Да, смерть пациента ФИО2, наступившая ДД.ММ.ГГГГ, то есть через 47 дней после посещения им врача-терапевта АНМО «СКККДЦ», состоит в прямой причинно-следственной связи с допущенными врачом- терапевтом нарушениями при оказании медицинской помощи и безразличным отношением к пациенту.

После ДД.ММ.ГГГГ пациент ФИО2 не появлялся у врача, и дальнейшее его состояние стало известно через 1,5 месяца, а именно - когда ФИО2 повторно обратился за медицинской помощью в АНМО «СКККД» с жалобами на боли в животе, тошноту, рвоту, общую слабость, повышение температуры тела до 38 градусов.

В АНМО «СКККД» ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 осмотрен врачом- терапевтом и врачом-хирургом, был выставлен диагноз: «острый живот», была вызвана скорая медицинская помощь, которая госпитализировала пациента в ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес>.

Врачом-хирургом ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес> был выставлен диагноз: лихорадка неясной этиологии, паренхиматозная желтуха».

Врачом-хирургом ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес> данных за острую хирургическую патологию и за механический характер желтухи выявлено не было, в связи с чем ФИО2 был направлен на консультацию инфекциониста ГБУЗ СК «КСКИБ».

С учетом не обращения пациента ФИО2за медицинской помощью в течение 1,5 месяца к врачу-терапевту - наступила его смерть.

Связь между безразличным отношением к пациенту ФИО2 в течение 1,5 месяцев и летальным исходом - имеется, и это юридическая оценка должна даваться прокурором и следователем, с подтверждением или исключением- судом.

У врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» при обращении пациента ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ имелась объективная возможность предвидеть неблагоприятные последствия своих бездействий.

Угрозы жизни пациенту ФИО2, 47 лет, на момент осмотра не было (Sp02 -07 %, 98 % на атмосферном воздухе), АД 110/70 мм рт. ст, температура тела 37,6 градусов.

Единственной ошибкой врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» ФИО1 было то, что пациент не был направлен на консультацию врача-инфекциониста;

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, объектом осмотра является медицинская документация пациента ФИО2 - 10 бумажных листов медицинской документации, 2 медицинские карты пациента: запись первичного приема врача-терапевта АНМО "СККДЦ" от ДД.ММ.ГГГГ; запись рентгенографии АНМО "СККДЦ" от ДД.ММ.ГГГГ придаточных пазух носа; запись первичного приема врача-терапевта АНМО "СККДЦ" от ДД.ММ.ГГГГ; запись рентгенографии легких АНМО "СККДЦ" от ДД.ММ.ГГГГ; запись общего анализа крови АНМО "СККДЦ" от ДД.ММ.ГГГГ; запись первичного приема врача-оториноларинголога АНМО "СККДЦ" от ДД.ММ.ГГГГ; запись повторного приема врача-терапевта АНМО "СККДЦ" от ДД.ММ.ГГГГ; запись посещения врача-терапевта для оказания неотложной помощи АНМО «СККДЦ» от ДД.ММ.ГГГГ; запись посещения врача-терапевта для оказания неотложной помощи АНМО "СККДЦ" от ДД.ММ.ГГГГ; запись посещения врача-хирурга для оказания неотложной помощи АНМО "СККДЦ" от ДД.ММ.ГГГГ; медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № на имя ФИО2; медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № на имя ФИО2; копия протокола патолого-анатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ; оптический диск с двумя рентгеновских снимками грудной клетки;

приказом о приеме работника на работу от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1, приняла на должность врача-терапевта консультативно-диагностического отделения АНМО «СКККД»;

трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, между АНМО «СКККД» и ФИО1;

должностной инструкцией врача-терапевта консультативно- диагностического отделения АНМО «СКККД», утвержденной главным врачом АНМО «СКККДЦ» ФИО30

Анализ и оценка показаний осуждённой приведены в совокупности со всеми собранными по уголовному делу доказательствами, оценены как избранный ФИО1 способ защиты, у суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться с мотивированными суждениями суда в части оценки показаний осуждённой.

Суд правильно пришёл к оценке показаний потерпевшей Потерпевший №1-Г. и свидетелей стороны обвинения, чьи показания положены в основу приговора, как доказательства виновности ФИО1 во вменённом преступлении. Получены они в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона, с соблюдением при их собирании и закреплении гарантированных Конституции РФ прав человека и гражданина, установленных уголовно-процессуальным законом порядка их собирания и закрепления. Оснований сомневаться в данных показаниях у суда не возникло, не имеется таковых и суда апелляционной инстанции. Обоснованно судом не усмотрено причин какой-либо заинтересованности либо оговора у участников уголовного судопроизводства, чьи показания положены в основу приговора, поскольку они последовательны, согласуются с фактическими обстоятельствами уголовного дела и иными доказательствами, находятся во взаимосвязи между собой и с письменными материалами по уголовному делу по своему содержанию.

Обсудив доводы стороны защиты, изложенные в апелляционных жалобах и высказанные в судебном заседании, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что они учитывались при принятии решения по уголовному делу и не ставят под сомнение существо приговора. Все те обстоятельства, на которые осуждённая и защитник сослались в судебном заседании апелляционной инстанции, являлись предметом всесторонней проверки в ходе судебного разбирательства и не нашли подтверждения.

Избирательного подхода к оценке доказательств, игнорирования доводов стороны защиты и непринятия должных мер к их проверке в целях всестороннего и объективного разбирательства по делу не имеется.

Доводы апелляционной жалобы защитника о нарушении судом первой инстанции принципа состязательности сторон, не свидетельствуют о неполноте предварительного расследования и проведенного судебного следствия, о нарушении закона, не влияют на правильность установления фактических обстоятельств дела и выводы суда о виновности ФИО1, поскольку в ходе судебного следствия исследовано достаточно доказательств, на основании которых суд пришел к обоснованному выводу о виновности осужденной в инкриминируемом ей деянии.

Допрошенные по ходатайству стороны защиты эксперты ФИО17, ФИО31 подтвердили сформулированные ими выводы, изложенные в заключение №, и наличие у них полномочий на производство экспертизы.

В судебных заседаниях суда первой инстанции всесторонне и полно проверялись все выдвинутые в защиту осужденной ФИО1 версии, которые своего подтверждения не получили, а эти утверждения стороны защиты, фактически повторенные в суде апелляционной инстанции, не могут быть признаны состоятельными, как не соответствующие действительности, чему судом в приговоре дана мотивированная оценка, с которой суд апелляционной инстанции полагает необходимым согласиться.

Все обстоятельства, имеющие значение для дела, судом были всесторонне исследованы и проанализированы. Собранным доказательствам в приговоре дана надлежащая оценка с подробным анализом и указанием мотивов, по которым суд принял одни доказательства в качестве допустимых, а другие отверг, как недостоверные.

По ходатайствам участников процесса показания допрошенных лиц, данные при производстве предварительного следствия, были оглашены, имеющиеся противоречия в их показаниях были выяснены и устранены в судебном заседании, а в основу приговора судом были положены показания лиц, не противоречащие иным доказательствам, имеющимся в уголовном деле, по значимым обстоятельствам.

Доводы защитника о невиновности ФИО1 в совершении преступления являются необоснованными, опровергаются материалами уголовного дела, показаниями потерпевшей и свидетелей, расценены судом как способ избежать уголовной ответственности за преступление. Мотивы принятого судом решения подробно изложены в приговоре, аргументированы, и, вопреки доводам апелляционных жалоб осужденной и ее защитника, являются законными и сомнений в обоснованности не вызывают. Доводы осужденной и стороны защиты являются преднамеренной и несостоятельной попыткой ввести суд апелляционной инстанции в заблуждение относительно фактических обстоятельств дела, что обусловлено очевидным стремлением осужденной смягчить правовую оценку своих действий.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании и оценке доказательств, повлиявших на правильность установления судом фактических обстоятельств дела, а также каких-либо объективных данных, которые бы остались без внимания и свидетельствовали бы о допущенной ошибке, предопределившей исход дела, либо существенно нарушившей права и законные интересы участников уголовного процесса, не усматривается.

Оценка доказательств по делу соответствует требованиям ст. ст. 87, 88 УПК РФ. Доказательства, на которые суд сослался в приговоре в обоснование виновности осужденной, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, существенных противоречий по значимым обстоятельствам дела, подлежащим доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, не содержат, в связи с чем, обоснованно признаны судом достоверными, допустимыми и относимыми, а в совокупности достаточными для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

Данную судом первой инстанции оценку доказательств суд апелляционной инстанции находит объективной, поскольку на их основании суд установил наличие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу и обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Доводы апелляционных жалоб о несогласии с заключениями судебно- медицинских экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку экспертами не были учтены существенные обстоятельства, которые повлияли на их выводы, являются несостоятельными.

Оснований не доверять показаниям не заинтересованных в исходе уголовного дела свидетелей стороны обвинения не имеется, поскольку они носят последовательный характер, согласуются между собой, не противоречат установленным обстоятельствам дела, в том числе не вызывающим сомнений содержанию протоколов следственных действий, отвечающим требованиям ст. 176, 177, 180 и 181 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции отвергает довод апелляционной жалобы о том, что верными исходными данными, которые и должны были учитываться экспертом при даче им заключения, являются показания ФИО1

Суд апелляционной инстанции полагает, что вышеуказанные показания осуждённой не отвечают критерию достоверности, поскольку показания ФИО1 противоречат, как показаниям вышеуказанных свидетелей стороны обвинения, так и другим имеющимся в материалах уголовного дела доказательствам.

Ссылка в апелляционной жалобе на то, что при проведении судебно-медицинских экспертиз, экспертами были взяты за основу непроверенные и необъективные данные, является несостоятельной, поскольку экспертам наряду с постановлением о назначении судебно-медицинской экспертизы были представлены материалы уголовного дела, в том числе протоколы следственных действий, иные документы, вещественные доказательства. Нарушений уголовно-процессуального закона при проведении данных экспертиз судом не установлено. В приговоре судом дана надлежащая аргументированная оценка указанным заключениям, они признаны достоверными, согласующимися с иными доказательствами по уголовному делу.

Оснований сомневаться в компетенции экспертов и обоснованности данных заключений у суда апелляционной инстанции не имеется.

Поскольку эксперт действовал в пределах своих полномочий, предусмотренных законом, оснований сомневаться в объективности эксперта не усматривается, экспертиза проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, заключения даны в соответствии с положениями, предусмотренными ст. 204 УПК РФ.

Необходимости в назначении дополнительной судебно-медицинской экспертизы не усматривает и суд апелляционной инстанции.

Каких-либо нарушений Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» при проведении экспертиз не установлено.

С доводами стороны защиты о противоречивости и неполноте выводов проведённых по уголовному делу судебно-медицинских экспертиз согласиться нельзя.

Как видно из вышеуказанных заключений, экспертизы проведены экспертами, имеющими соответствующие познания и многолетний стаж экспертной работы. Экспертам были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, последние были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Для производства экспертизы были предоставлены все необходимые данные. Нарушений уголовно-процессуального закона при назначении и проведении экспертиз допущено не было. Каких-либо противоречий между исследовательской частью заключений и выводами экспертов не имеется. Выводы экспертов логичны, последовательны и не допускают их двусмысленного толкования.

В материалах уголовного дела не содержится, стороной защиты не представлено каких-либо данных о том, что у экспертов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения, либо их фальсификации.

Утверждение о том, что все заключения экспертов аналогичны друг другу и скопированы, вплоть до орфографических и пунктуационных ошибок, существенным нарушением не является и не влияет на правильность выводов суда.

При таких обстоятельствах отсутствуют предусмотренные ст. 207 УПК РФ основания для назначения дополнительной либо повторной экспертизы.

Из протокола судебного заседания по рассмотрению уголовного дела следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Из материалов дела следует, что все заявленные стороной защиты ходатайства были разрешены в установленном законом порядке. В каждом случае выяснялось мнение сторон по заявленным ходатайствам. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств не имеется. Председательствующим в суде первой инстанции выполнены требования ст. ст. 15, 243, 244 УПК РФ об обеспечении состязательности и равноправия сторон, созданы условия для реализации процессуальных прав участников процесса на судебных стадиях производства по делу, каких-либо ограничений прав стороны защиты при предоставлении и исследовании доказательств по делу не допущено. Данных, указывающих на неполноту судебного следствия, не установлено.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст. ст. 302 - 309 УПК РФ, отвечает требованиям ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть которого содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины и последствий преступления. В соответствии с требованиями закона суд раскрыл в приговоре содержание доказательств, изложил существо показаний осужденной, потерпевших, свидетелей, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах.

Судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке. Не представляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Все действия председательствующего не выходили за рамки отведенных ему полномочий, не нарушали права осужденного на защиту, права стороны защиты на выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, прав иных участников процесса, вопреки доводам апелляционной жалобы о необъективности суда.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства преступления, совершенного ФИО1, прийти к правильному выводу о его виновности в совершении преступления, за которое он осужден.

Исследовав представленные доказательства, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 2 ст. 109 УК РФ - причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей, и мотивировал в приговоре свои выводы.

Верными являются выводы суда о наличии причинно-следственной связи между действиями врача-терапевта АНМО «СКККДЦ» ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ с наступлением смерти пациента ФИО2, в связи с негоспитализацией его на стационарное лечение.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, процессуальных нарушений производства предварительного расследования, а также данных, указывающих на неполноту судебного следствия, при рассмотрении уголовного дела не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд привёл в приговоре основания, по которым им приняты допустимые доказательства - вышеуказанные заключения судебно-медицинских экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, отвергнуты заключения-рецензии от ДД.ММ.ГГГГ НП «САМОРЕГУЛИРУЕМАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СУДЕБНЫХ ЭКСПЕРТОВ» <адрес>, проведенная экспертами ФИО12, ФИО13, ФИО14, а также заключением комиссии специалистов «СЕВЕРО-ЗАПАДНАЯ АССОЦИАЦИЯ СУДЕБНЫХ МЕДИКОВ» <адрес>, проведенная экспертами ФИО32, ФИО15, оценив которые в соответствии с требованиями УПК РФ, суд обоснованно признал их недопустимыми доказательствами. Заключение специалиста выполнено частным экспертом, не располагавшим подлинниками материалов уголовного дела, на основании показаний самой ФИО1, не предупрежденными в установленном законом порядке об уголовной ответственности, услуги которого оплачены заказчиком, заинтересованным в исходе дела.

Доводы защитника, подразумевающего зависимость наступивших последствий в виде смерти потерпевшего ФИО2 от действий и бездействия иных лиц - врачей ГБУЗ СК «СККССМП», ГБУЗ СК «ГКБ №» <адрес>, ГБУЗ СК «КСКИБ», и в результате иных обстоятельств - употребление потерпевшим ФИО33 в большом количестве лекарственного препарата «нимесил» в течение продолжительного времени, а также то, что ФИО33 мог заболеть, в том числе в период нахождения в <адрес>, носят произвольный характер, основаны на субъективном предположении, не влекут необходимости вмешательства в принятые процессуальные решения и не влияют на правильность выводов суда.

Нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании или оценке доказательств, повлиявших на правильность установления судом фактических обстоятельств уголовного дела, не допущено.

Основания для вынесения оправдательного приговора, в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, либо отмены приговора как об этом ставится вопрос в апелляционных жалобах стороны защиты, отсутствуют.

Доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку доказательств, однако оснований ставить под сомнение оценку доказательств, исследованных судом и приведённых в приговоре, как уже указывалось, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, данной судом, не является основанием для отмены постановленного приговора, который соответствует требованиям ст. 304, 307-309 УПК РФ, содержит анализ и оценку всех исследованных доказательств.

Неустранимых сомнений, которые должны быть истолкованы в пользу осуждённой, материалы уголовного дела не содержат.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, при производстве по уголовному делу не установлены обстоятельства, исключающие возможность вынесения по настоящему уголовному делу законного и обоснованного решения, в связи с чем не имелось оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Нарушений ст. 220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения судом также не установлено.

Доводы стороны защиты об обвинительном уклоне суда при рассмотрении данного уголовного дела являются необоснованными, поскольку не подтверждены материалами уголовного дела.

Все доводы, изложенные осужденной и ее защитником в апелляционных жалобах, аналогичны позиции при рассмотрении дела, они проверялись судом первой инстанции, их оценка приведена в приговоре с указанием мотивов принятых решений.

Суд апелляционной инстанции, проверив аналогичные доводы, приведенные в жалобах и в ходе рассмотрения дела в апелляционном порядке, также приходит к выводу о том, что они полностью опровергаются исследованными судом, изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой.

Иные доводы, приведенные стороной защиты ФИО1 в обоснование невиновности осужденной в совершении инкриминируемого ей деяния, не ставят под сомнения доказательства, положенные судом в основу приговора.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43 и 60 УК РФ, судом учтены характер и степень общественной опасности совершённого преступления, личность виновной, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, учтено влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни ее семьи.

Суд, в том числе, учёл наличие смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, приведённых в приговоре, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Судом в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, обоснованно признаны наличие на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка, положительные характеристики по месту жительства и работы, привлечение к уголовной ответственности впервые (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Судом при назначении наказания обоснованно не установлено обстоятельств, отягчающих наказание.

Данных, свидетельствующих о том, что судом необоснованно не признаны и не учтены какие-либо обстоятельства, смягчающие наказание ФИО1, судом апелляционной инстанции не усматривается.

Оснований для изменения категории преступления небольшой тяжести, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ у суда не имелось,

С учётом влияния назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде ограничения свободы, с установлением ограничений, предусмотренных ст. 53 УК РФ, а также назначения дополнительного наказания, с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ в виде лишения права заниматься врачебной деятельностью.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43 и 60 УК РФ, с учётом принципов справедливости и гуманизма, вывод суда о виде и размере наказания мотивирован совокупностью конкретных обстоятельств уголовного дела и приведёнными в приговоре данными о личности ФИО1

Суд апелляционной инстанции находит решение суда первой инстанции о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься врачебной деятельностью, мотивированным и принятым в соответствии с требованиями закона.

Других обстоятельств, в том числе исключительных, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для применения положений ст. 64 УК РФ, либо которые являлись основаниями для постановления приговора без назначения наказания, применения отсрочки отбывания наказания, по уголовному делу не имеется.

Все заслуживающие внимания обстоятельства, известные на момент постановления приговора, надлежащим образом учтены судом при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному, соответствующим целям наказания, личности осуждённой и чрезмерно суровым не является.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по доводам дополнительного апелляционного представления, по следующим основаниям.

Из материалов уголовного дела явствует нижеследующее.

ФИО1, исполняя свои профессиональные обязанности врача-терапевта консультативно-диагностического отделения АНМО «СКККДЦ», ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ не оказала в ходе обследования надлежащую медицинскую помощь пациенту ФИО2, что впоследствии привело к наступлению смерти ФИО2

В соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 109 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести.

Согласно п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года.

Поскольку со дня совершения преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ прошло более 2 лет, от следствия и суда ФИО1 не уклонялась, течение сроков давности не приостанавливалось, осужденная ФИО1, подлежит освобождению от наказания на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешён судом в соответствии с требованиями п. 3 и 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмен) или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб осуждённой ФИО1 и ее защитника - адвоката ФИО16 судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.15. 389-20. 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить.

освободить ФИО1 от назначенного наказания по ч. 2 ст. 109 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, дополнительное апелляционное представление удовлетворить, апелляционные жалобы – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течении 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствий с требованиями главы 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представлений на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ.

При этом осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Мотивированное апелляционное постановление изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья ФИО34