Апелляционное определение № 22-4512/2025 22-97/2026 от 17 февраля 2026 г.

Судья р/с Митюрин В.В. Дело № 22-97/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 18 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда в составе председательствующего судьи Кузнецова А.А.,

судей Козиной Н.С., Улько Н.Ю.,

при секретаре Дорожкиной О.П.,

с участием прокурора Сафонова П.П.,

осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 (видео-конференц-связь),

защитников – адвокатов Шаиной М.А., Ширяева А.В., Голдобина А.В., Новицкой А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Шаиной М.А. в защиту осужденного ФИО1 адвоката Ширяева А.В. в защиту интересов осужденного ФИО2, адвоката Голдобина А.В. в защиту интересов осужденного ФИО3, адвоката Новицкой А.В. в защиту осужденного ФИО4, осужденного ФИО4, на приговор Рудничного районного суда г. Кемерово от 30.06.2025, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> края, не судимый,

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, не судимый,

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, не судимый,

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, не судимый

вердиктом коллегии присяжных заседателей от 18.06.2025 признаны виновными по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ.

ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, ему назначено наказание в виде 7 лет лишения свободы с отбыванием назначенного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания ФИО1 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии со п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтено ФИО1 в срок наказания время содержания под стражей в период с 19.10.2022 до 22.10.2022, а также с 18.06.2025 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, ему назначено наказание в виде 7 лет лишения свободы с отбыванием назначенного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу ФИО2 оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания ФИО2 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ произведен зачет ФИО2 в срок наказания времени содержания под стражей в период с 18.06.2025 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.111 ч.4 УК РФ, ему назначено наказание в виде 7 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием назначенного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу ФИО3 оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания ФИО3 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии со п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтено ФИО3 в срок наказания по настоящему приговору время содержания под стражей в период с 17.10.2022 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, ему назначено наказание в виде 8 лет лишения свободы с отбыванием назначенного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу ФИО4 оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания ФИО4 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии со п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ произведен зачет ФИО4 в срок наказания время содержания под стражей в период с 17.10.2022 до 24.06.2023, а также с 18.06.2025 до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Исковые требования Потерпевший №1 удовлетворены, в соответствии со ст.ст.1064, 1080 ГК РФ взыскано солидарно с ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в пользу Потерпевший №1 в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 116 098 рублей 00 копеек;

В соответствии со ст.ст.151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ взыскано с ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда, причиненного преступными действиями, в размере 500 000 рублей, в долевом порядке, то есть по 125 000 рублей, с каждого.

В приговоре разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Кузнецова А.А., изложившего содержание приговора, существо апелляционных жалоб, заслушав мнение прокурора, осужденных и их защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 осуждены за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено 08.09.2022 в <адрес> в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе (с дополнением), поданной в защиту осужденного ФИО4, адвокат Новицкая А.В., выражая несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным ввиду неправильного применения норм уголовного закона, существенного нарушения норм уголовно-процессуального закона.

Выражает несогласие с квалификацией действий ФИО4 по ч.4 ст.111 УК РФ, поскольку полагает, что в материалах дела не имеется доказательств наличия у ФИО4 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также судом не установлены его конкретные действия, повлекшие такой вред.

Приводит также доводы о том, что суд в нарушение ст.ст.334-336, 351 УПК РФ, п.п.24, 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 22.11.2005 не разъяснил присяжным заседателям надлежащим образом предмет и пределы их компетенции. Так, после приостановления производства в отношении ФИО46 предмет рассмотрения сузился по лицам и эпизодам, однако в протоколах судебных заседаний от 22.01.2025, 12.02.2025, 06.03.2025 отсутствуют сведения о доведении указанной информации до присяжных заседателей. В последующих судебных заседаниях до коллегии присяжных заседателей также не было доведено, что в отношении ФИО46 уголовное дело приостановлено и выделено в отдельное производство.

Кроме того, полагает, что судом 14.05.2025 необоснованно было удовлетворено ходатайство государственного обвинителя о частичном оглашении показаний ФИО46, данных им в ходе предварительного следствия, поскольку ранее аналогичное ходатайство рассматривалось судом и в его удовлетворении ранее было отказано. Считает, что показания ФИО46 были оглашены судом с нарушением правил ст.ст.276, 281 УПК РФ, поскольку в отношении ФИО46 уголовное дело было приостановлено, он уже не являлся подсудимым по настоящему уголовному делу, также не имел процессуального статуса свидетеля. Таким образом, судом было допущено нарушением принципа непоследовательности исследования доказательств, а также равенства сторон, поскольку, удовлетворив ходатайство стороны обвинения и проигнорировав возражения стороны защиты, суд фактически принял обвинительный уклон.

Полагает также, что председательствующим судьей были допущены нарушения при напутственном слове, поскольку он представил версию стороны обвинения как установленный факт, употребляя такие выражения, как «подсудимые нанесли Потерпевший №1 множественные удары, от которых он скончался», «повалили на асфальт», «наносили удары ногами и руками», «лишили возможности дышать». Считает, что подобное изложение содержаний протоколов, экспертиз, показаний свидетелей в повествовательной форме заменила для присяжных судебное следствие и лишило их возможности самостоятельно оценить доказательства.

Кроме того, председательствующим судьей неоднократно воспроизводился текст диспозиции ч.4 ст.111 УК РФ: «умышленно причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший смерть по неосторожности», что не могло быть воспринято присяжными иначе, как разъяснение правовой квалификации, уже признанной судом.

Также в напутственном слове председательствующий изложил версии подсудимых и доводы стороны защиты кратко и без внутренней логической структуры, тогда как версия стороны обвинения представлена развернуто, что является нарушением ст.ст.15, 17 УПК РФ.

Кроме того, при разъяснении порядка голосования председательствующий ошибочно указал, что в случае, если присяжные признают, что подсудимые что-то совершили, ответ должен быть: «Да, виновен», что связало вопросы о событии преступления и виновности.

Полагает, что изложенное свидетельствует о том, что напутственное слово являлось фактически обвинительной речью, в связи с чем присяжные заседатели были лишены возможности самостоятельно оценить доказательства и вынуждены были воспринимать выводы суда как истину.

Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда новой коллегией присяжных заседателей.

В апелляционной жалобе (с дополнением), поданной в защиту осужденного ФИО3, адвокат Голдобин А.В., выражая несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене.

В обоснование этому приводит доводы о том, что показания ФИО46 судом по ходатайству государственного обвинителя были оглашены необоснованно, так как уголовное дело в отношении него было выделено в отдельное производство, по настоящему уголовному делу у него уже не имелось какого-либо процессуального статуса, следовательно, его показания не могли быть использованы в качестве доказательства по настоящему уголовному делу. Кроме того, все подсудимые и их защитники в судебном заседании возражали против оглашения указанных показаний, и присяжные заседатели были лишены возможности выяснить у ФИО46, подтверждает ли он свои показания, а также задать ему вопросы об обстоятельствах дела.

Полагает, что изложенное свидетельствует о нарушении принципа непосредственного исследования доказательств и права осужденного на защиту.

Обращает внимание на то, что в судебном заседании 02.04.2024 обсуждались процессуальные моменты допроса свидетелей Свидетель №5 и Свидетель №6 Так, свидетель Свидетель №5 в ходе своего допроса в судебном заседании пояснила, что ее и свидетеля Свидетель №6 допрашивали одновременно, фактически был один допрос по результатам которого было составлено два протокола, также при допросе присутствовали их родители. Тем не менее, председательствующий не обратил внимание на сведения о допущенных процессуальных нарушениях и не исключил указанные протоколы допросов из числа доказательств как недопустимые, чем также было нарушено право осужденного на защиту.

Приводит доводы о том, что оглашенные в судебном заседании показания ФИО3 на предварительном следствии от 17.10.2022 ФИО3 не подтвердил, пояснив, что на него было оказано давление сотрудниками полиции, также в тот день он находился в болезненном состоянии, терял сознание, ему дважды вызывалась бригада скорой помощи, что подтверждается картами вызова скорой медицинской помощи от 17.10.2022. стороной защиты было заявлено ходатайство об исследовании указанных документов с участием присяжных заседателей, однако в его удовлетворении было отказано, чем, по мнению автора жалобы, также было нарушено право осужденного на защиту.

Указывает также, что прокурор в судебных прениях вместо оценки доказательств дала отрицательную характеристику личности подсудимых, указав, что подсудимые не расскажут всех обстоятельств совершения ими преступлений, излагают события в таком ключе, чтобы всячески умалить свою роль в них, не раскаялись в содеянном, хотят избежать ответственности, в связи с чем не заслуживают снисхождения. При этом председательствующий судья прокурора не останавливал, в связи с чем указанная информация была доведена до сведения присяжных заседателей и оказала на них незаконное воздействие, приведя к вынесению по делу незаконного и необоснованного вердикта.

Полагает, что судом также было допущено нарушение требований ч.7 ст.339 УПК РФ, поскольку вопросы № 2, 5, 8, 11 в вопросном листе сформулированы таким образом, что присяжным предлагается ответить на вопрос доказанности совершения преступления группой лиц, то есть сразу всеми обвиняемыми, что лишило присяжных заседателей возможности исключить причастность кого-либо из обвиняемых к преступлению.

Считает, что председательствующим судьей в нарушение положений ч.2 ст.338 УПК РФ необоснованно было отказано стороне защиты в удовлетворении ходатайств о внесении изменений в формулировку вопросов и постановке дополнительных вопросов в вопросном листе о наличии обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих ответственность за менее тяжкое преступление.

Полагает, что размер назначенного ФИО3 наказания является несправедливым в связи с чрезмерной суровостью наказания и предвзятым отношением председательствующего судьи. Так, государственный обвинитель в судебных прениях просил назначить осужденному наказание в виде 7 лет лишения свободы, в то время как суд назначил ему наказание в виде 7 лет 6 месяцев лишения свободы.

Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

В апелляционной жалобе (с дополнением), поданной в защиту осужденного ФИО2, адвокат Ширяев А.В. выражает несогласие с приговором.

В обоснование этому приводит доводы о недопустимости оглашения судом показаний ФИО46 и о неуведомлении присяжных заседателей о том, что уголовное дело в отношении ФИО46 было приостановлено, что является нарушением права осужденного на защиту.

Указывает также о том, что свидетели Свидетель №6 и Свидетель №5 обсуждали процессуальные вопросы в присутствии присяжных заседателей, что является недопустимым нарушением УПК РФ и влечет отмену приговора.

Приводит доводы о том, что судом было оказано незаконное воздействие на коллегию присяжных заседателей, поскольку напутственное слово было составлено с явным обвинительным уклоном, повлияло на содержание данных присяжными заседателями ответов, содержало ссылки на процессуальные действия, в частности, на допрос матери одного из осужденных, допрошенной в качестве свидетеля. Кроме того, вопросы для присяжных заседателей были составлены таким образом, что дать ответ на них можно было только о причастности ФИО2 к инкриминируемому преступлению, иного ответа они не предполагают. При этом ходатайство защитника о включении в вопросный лист дополнительных вопросов было отклонено.

Просит приговор отменить, ФИО2 оправдать.

В апелляционной жалобе, поданной в защиту осужденного ФИО1, адвокат Шаина М.А. также выражает несогласие с приговором.

В обоснование этому приводит доводы, аналогичные доводам жалоб иных защитников, о том, что напутственное слово было составлено председательствующим судьей с обвинительным уклоном, а также содержало ссылки на процессуальные действия, а именно на допрос в качестве свидетеля матери одного из осужденных.

Кроме того, указывает, что при допросе свидетелей Свидетель №6 и Свидетель №5 с участием присяжных заседателей обсуждались процессуальные моменты их допросов, что напрямую запрещено УПК РФ и влечет незаконность вердикта присяжных заседателей.

Полагает, что в связи с заключением контракта с вооруженными силами РФ ФИО46 производство по делу надлежало приостановить до его возвращения из мест несения военной службы. Полагает также, что существенным нарушением права осужденного на защиту является оглашение показаний ФИО46, в отношении которого уголовное дело было выделено в отдельное производство, поскольку в ходе допросов ФИО46 об уголовной ответственности по ст.ст.307, 308 УК РФ не предупреждался, соответственно, они не обладают презумпцией правдивости и не могли быть оглашены в ходе судебного следствия, на них не могла ссылаться сторона обвинения при предоставлении доказательств и председательствующий в напутственном слове.

Считает, что представленные коллегии присяжных заседателей вопросы сформулированы с обвинительным уклоном, и на них можно ответить только о причастности ФИО1 к инкриминируемому преступлению, при этом предложение защитника о внесении уточняющего вопроса было необоснованно отклонено.

Обращает внимание на то, что санкция ч.4 ст.111 УК РФ не содержит низшего предела срока наказания, в связи с чем назначенное ФИО1 наказание в виде 7 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима является чрезмерно суровым, учитывая, что его поведение на протяжении 2,5 лет в ходе предварительного и судебного следствия было законопослушным, он не представляет угрозы для общества, его исправление возможно без изоляции от общества.

Просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение, изменив ФИО1 меру пресечения на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО4 также выражает несогласие с приговором, просит его отменить и вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 также выражает несогласие с приговором.

Просит отменить приговор, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Постановлением от 18.11.2025 ввиду пропуска срока апелляционная жалоба осужденного ФИО3 оставлена без рассмотрения.

В возражении на апелляционные жалобы защитников государственный обвинитель Дроздова С.Б. просит оставить их без удовлетворения, приговор – без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Уголовное дело рассмотрено судом с участием присяжных заседателей в связи с ходатайством обвиняемых, заявленным после ознакомления с материалами уголовного дела и подтвержденного в ходе предварительного слушания.

Уголовное дело рассмотрено судом с участием присяжных заседателей в соответствии с волеизъявлением осужденных, выраженным в порядке, предусмотренном статьями 217, 325 УПК РФ. При решении вопроса о выборе этой формы судебного разбирательства права обвиняемых были соблюдены, им в присутствии защитника были даны необходимые разъяснения относительно особенностей и правовых последствий рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, в том числе предусмотренных ст.389.27 УПК РФ, возражений от осужденных не поступило.

Как следует из протокола судебного заседания, формирование коллегии присяжных заседателей проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Отбор кандидатов в присяжные заседатели осуществлялся с участием сторон, в ходе которого стороны реализовали право на мотивированные и немотивированные отводы. Председательствующим предоставлена сторонам равная возможность проводить опрос кандидатов в присяжные заседатели, задавать вопросы, связанные с выяснением обстоятельств, препятствующих их участию в заседании по данному делу. На вопросы относительно их личностей кандидаты в присяжные заседатели давали полные ответы, сообщали о себе объективные сведения и информацию.

Обстоятельств, исключающих участие присяжных заседателей сформированной коллегии в судопроизводстве по настоящему уголовному делу, предусмотренных действующим законодательством, не установлено.

Таким образом, коллегия присяжных заседателей для рассмотрения данного уголовного дела сформирована в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное следствие проведено на основе принципа состязательности сторон, с учетом требований статьи 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, главы 37 УПК РФ и положений статьи 335 УПК РФ об особенностях судебного следствия в суде с присяжными заседателями.

Вопросы допустимости и относимости доказательств были исследованы судом в соответствии с требованиями главы 10 УПК РФ в порядке, определяемом ч.2 ст.334 УПК РФ.

Все представленные суду доказательства были исследованы, а заявленные ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке, и по ним приняты мотивированные решения.

Данных, свидетельствующих об ошибочном исключении из разбирательства допустимых доказательств, исследовании недопустимых доказательств или об отказе стороне в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, не усматривается.

Доводы апелляционных жалоб о том, что присяжные заседатели не уведомлены о приостановления производства в отношении ФИО46 не подтверждаются материалами дела, согласно протокола судебного заседания от 22.01.2022, данная информация была доведена председательствующим судьей до коллегии присяжных заседателей.

С их участием исследовались лишь те доказательства, которые содержали данные о фактических обстоятельствах дела, подлежащих установлению присяжными заседателями, и были признаны судом допустимыми с точки зрения их соответствия требованиям закона.

Это относится и к показаниям подсудимого ФИО46, данным в ходе предварительного расследования и оглашенным в судебном заседании с соблюдением требований статей 276 и 281 УПК РФ, допустимость которых оспаривается в апелляционных жалобах стороной защиты.

Из материалов уголовного дела следует, что уголовное дело поступило в суд первой инстанции с обвинительным заключением 17.08.2023, постановлением судьи от 13.01.2025 на основании ходатайства ВРИО начальника пункта отбора на военную службу по контракту <адрес> МО РФ на основании ст. 253 УПК РФ приостановлено производство по уголовному делу в отношении ФИО62 в связи с заключением им контракта о прохождении военной службы в Вооруженных силах Российской Федерации. Продолжено рассмотрение уголовного дела в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4

Показания допрошенного в период предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО46 по ходатайству государственного обвинителя с учетом мнения сторон, исследованы в присутствии присяжных заседателей лишь в части фактических обстоятельств дела.

Судебная коллегия принимает во внимание, что обвиняемый ФИО46 период предварительного следствия был допрошен в соответствии с процессуальным статусом, которым он обладал по уголовному делу в качестве соучастика преступления и не предупреждался об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Между тем, оценка достоверности показаний обвиняемого относится к исключительной компетенции коллегии присяжных заседателей которая произведена ими с учетом разъяснений, данных председательствующим в напутственном слове об основных правилах оценки доказательств в их совокупности, сущности принципа презумпции невиновности, а также положений о толковании неустраненных сомнений в пользу подсудимого.

Кроме того, вопреки доводам жалоб, из протокола судебного заседания, следует, что председательствующий, в том числе и при допросе свидетелей Свидетель №5 и Свидетель №6, последовательно снимал не относящиеся к делу вопросы как обвинения, так и защиты, запрещал доводить до сведения присяжных заседателей информацию, относящуюся к процедуре получения доказательств, деятельности следственных органов. Соответствующие доводы жалоб судебная коллегия отклоняет как несостоятельные.

Доводы изложенные жалобе адвоката Голдобина А.В. о применении к осужденному ФИО3 незаконных методов ведения следствия, соответствуют позиции осужденного и являлись предметом исследования в суде первой инстанции, проверены председательствующим в отсутствие присяжных заседателей и обоснованно отвергнуты, поскольку не подтверждаются материалами дела.

Оснований для иной оценки доказательств судебная коллегия не находит.

Вопреки доводам позиции осужденного ФИО3 и доводов апелляционной жалобы адвоката председательствующим были разъяснены права и обязанности присяжных заседателей, установленные ст. 333 УПК РФ, а в случаях отложения судебного разбирательства выяснялось соблюдение присяжными ограничений, установленных в ч. 2 ст. 333 УПК РФ для поведения присяжных заседателей во время судебного разбирательства.

В случаях, когда в присутствии присяжных заседателей сторонами допускалось исследование обстоятельств, выходящих за пределы компетенции присяжных заседателей, председательствующий останавливал такое исследование и разъяснял присяжным заседателям, что эти обстоятельства не должны ими учитываться при вынесении вердикта.

Таким образом, председательствующим были приняты достаточные меры по созданию необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, ограждению присяжных заседателей от какого-либо незаконного воздействия и обеспечению объективности и беспристрастности коллегии присяжных заседателей.

Прения сторон, реплики и последнее слово осужденных соответствуют требованиям статей 292, 293, 336, 337 УПК РФ.

Как следует из протокола судебного заседания, в прениях стороны давали собственную оценку исследованным доказательствам. То обстоятельство, что государственный обвинитель заявлял о виновности осужденных в совершении преступлений, выражал несогласие с позицией стороны защиты, нельзя расценивать как оказание незаконного воздействия на коллегию присяжных заседателей.

Нарушений требований ст.338 УПК РФ, регламентирующих порядок постановки вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, не допущено.

Из содержания вопросного листа следует, что вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, поставлены в отношении каждого подсудимого отдельно.

Включенные в вопросный лист вопросы, как того требует уголовно-процессуальный закон, основаны на предъявленном обвинении, формулировки вопросов конкретны и понятны.

Вопреки доводам апелляционных жалоб вопросы доказанности совершения деяния каждым из подсудимых совместно с другими подсудимыми относится к фактическим обстоятельствам, подлежащим установлению коллегией присяжных заседателей, в них отсутствуют положения, требующие от присяжных заседателей юридических познаний, и которые могли быть расценены как лишающие присяжных заседателей возможности исключить причастность кого-либо из обвиняемых к преступлению.

Все замечания сторон по содержанию и формулировке вопросов, внесенные предложения по постановке новых вопросов надлежащим образом были обсуждены.

Исходя из положений ст. 339 УПК РФ решение о необходимости включения в вопросный лист частных вопросов, в том числе о наличии фактических обстоятельств, исключающих ответственность за содеянное или влекущих ответственность за менее тяжкое преступление, принимается председательствующим.

При этом не могут ставиться отдельно либо в составе других вопросы, требующие от присяжных заседателей юридической оценки при вынесении вердикта, соответствующие доводы жалоб о необоснованном отклонении вопросов стороны защиты судебная коллегия отклоняет как несостоятельные.

Напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ч.2, ч.3 ст.340 УПК РФ.

Как следует из текста напутственного слова председательствующего по делу, в нем приведены только те доказательства, которые были предметом судебного разбирательства и исследовались непосредственно в присутствии присяжных заседателей. При этом из напутственного слова не усматривается, что председательствующий каким-либо образом выразил в нем свое мнение, свидетельствующее об обвинительном уклоне, либо дал оценку исследованным доказательствам.

При произнесении напутственного слова судья обращал внимание присяжных заседателей на то, что их выводы о виновности подсудимого не могут основываться на доказательствах, признанных недопустимыми, а также о том, что они не должны учитывать при вынесении вердикта обстоятельства, которые не относится к фактическим обстоятельствам дела.

Сведений о том, что при разъяснении порядка голосования председательствующим судьей были допущены высказывания о виновности подсудимых, в материалах дела также не имеется.

Как следует из протокола судебного заседания возражений в связи с содержанием напутственного слова председательствующего по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности сторонами в судебном заседании не заявлено.

Совещание присяжных заседателей происходило в соответствии с положениями ст.341 УПК РФ и нарушений тайны совещательной комнаты не допущено.

Вердикт вынесен присяжными заседателями исходя из существа поставленных перед ними вопросов, является ясным, и противоречий не содержит.

Постановленный по результатам судебного разбирательства приговор соответствует требованиям статей 348-351 УПК РФ.

Сделанные в нем председательствующим выводы основаны на обязательном для него вердикте присяжных заседателей, в соответствии с теми фактическими обстоятельствами, которые вердиктом признаны установленными.

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора соответствует требованиям ч.3 ст.351 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, в совершении которого коллегия присяжных заседателей признала ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 виновными, мотивировку квалификации их действий на основании вердикта присяжных заседателей.

В связи с тем, что в приговоре, постановленном на основании вердикта присяжных, согласно ст.351 УПК РФ, доказательства не приводятся, не могут быть признаны обоснованными доводы жалобы защитника осужденного ФИО4 – адвоката Новицкой А.В. о том, что в приговоре не изложены доказательства его виновности, не дана оценка всем исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам.

Правовая оценка действиям осужденных судом первой инстанции дана в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом присяжных заседателей.

Действия каждого из осужденных по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего судом квалифицированы правильно.

Оснований для принятия по делу решения, предусмотренного ч.5 ст.348 УПК РФ, не имелось. Каких-либо данных о том, что обвинительный вердикт вынесен в отношении невиновного и имеются достаточные основания для постановления оправдательного приговора, в ходе рассмотрения дела не установлено.

Исходя из положений ст.389.27 УПК РФ при пересмотре в апелляционном порядке приговора, вынесенного с участием коллегии присяжных заседателей, не подлежат проверке доводы о несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции на основании вердикта коллегии присяжных заседателей.

Согласно разъяснений данных в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.11.2012 N 26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», достоверность доказательств, относящихся к фактическим обстоятельствам предъявленного лицу обвинения, судом апелляционной инстанции не проверяется.

Поэтому доводы апелляционных жалоб о необоснованности квалификации действий осужденных по ч.4 ст.111 УК РФ в связи отсутствием доказательств их вины, неустановлением конкретных действий, направленных на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также иные доводы, направленные на оспаривание установленных в ходе судебного разбирательства фактических обстоятельств не подлежат оценке при апелляционном рассмотрении уголовного дела.

Вопросы связанные с назначением наказания, разрешением гражданского иска и другими вопросами, разрешаемыми судом при постановлении обвинительного приговора разрешены в соответствии с положениями ст.347 УПК РФ.

Наказание каждому из осужденных в назначено в соответствии с ч.3 ст. 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности, смягчающих наказание обстоятельств, отсутствия отягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Обстоятельств, свидетельствующих о формальном учете смягчающих обстоятельств суд апелляционной инстанции не находит.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд учел: совершение преступления впервые, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, активное способствование изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, наличие на его иждивении <данные изъяты>, оказание посильной помощи близким в быту, состояние здоровья ФИО1 и его близких родственников.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд учел: совершение преступления впервые, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, активное способствование изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, наличие на его иждивении <данные изъяты>, оказание посильной помощи близким в быту, состояние здоровья ФИО2 и его близких родственников.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО3, суд учел: совершение преступления впервые, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, активное способствование изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, оказание посильной помощи близким в быту, состояние здоровья ФИО3 и его близких родственников.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО4, суд учел: совершение преступления впервые, наличие на его иждивении <данные изъяты>, оказание посильной помощи близким в быту, состояние здоровья ФИО4 и его близких родственников.

Кроме того, в соответствии с ч.1 ст.67 УК РФ при назначении наказания за преступление, совершенное в соучастии, суд учел характер и степень фактического участия каждого из осужденных в его совершении, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда.

Обстоятельств, отягчающих наказание кого-либо из осужденных, судом обоснованно не установлено.

Поскольку вердиктом коллегии присяжных заседателей каждый из осужденных признан заслуживающим снисхождения, наказание каждому из осужденных назначено с применением положений ч.1 ст.65 УК РФ, не имеется правовых оснований для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ.

Выводы об отсутствии оснований для применения положений ст.64, ст.73 УК РФ, а также для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, надлежащим образом мотивированы в приговоре в отношении каждого из осужденных, не согласиться с ними у судебной коллегии оснований не имеется. Правовых оснований для применения при назначении наказания кому-либо из осужденных положений ст.53.1 УК РФ суд также обоснованно не усмотрел.

Вопреки доводам жалобы защитника, при назначении наказания осужденным, в том числе ФИО3 и ФИО1 были приняты во внимание все значимые для решения этого вопроса обстоятельства, в том числе характеризующие осужденных сведения, и каких-либо иных обстоятельств, которые могли бы оказать влияние на назначение осужденному наказания, но не были установлены или надлежащим образом учтены судом, не выявлено.

Кроме того, позиция государственного обвинителя, высказанная в прениях, относительно предлагаемого им срока наказания не является для суда обязательной, и назначение судом более строгого наказания, чем было предложено государственным обвинителем в прениях, не свидетельствует о предвзятости судьи.

С учетом изложенного, судебная коллегия находит назначенное каждому из осужденных наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Вид исправительного учреждения верно назначен ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 разрешен в соответствии со статьями 1064, 151, 1080, 1099 - 1101 ГК РФ.

Определенный судом размер компенсации морального вреда соответствует требованиям разумности и справедливости, с учетом характера причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, потерявшей в результате умышленных действий ответчиков близкого человека.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.19, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Рудничного районного суда г. Кемерово от 30.06.2025 в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов и осужденного ФИО4 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденными содержащимися под стражей в тот же срок со дня получения приговора вступившего в законную силу, через суд первой инстанции. Жалобы рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.А. Кузнецов

Судьи Н.С. Козина

Н.Ю. Улько