Приговор № 2-1/2021 2-15/2020 от 21 марта 2021 г. по делу № 2-1/2021Именем Российской Федерации г. Абакан 22 марта 2021 г. Верховный Суд Республики Хакасия в составе председательствующего судьи Зольникова С.П., при секретарях Юртаевой О.И., Овсянниковой С.В., с участием государственных обвинителей Кандрашовой Т.А., Потаповой Л.В., Ягодкиной В.А., защитников – адвокатов Гракова К.К., Ждановой И.П., Котельникова А.В., Колесникова А.И., Лепехина В.Н., Пак Е.В., Полева М.В., Шилиной Е.Л., подсудимых ФИО10, ФИО80, ФИО90, ФИО92, потерпевших ФИО1, ФИО2, ФИО6, ФИО5, ФИО4, представителя потерпевшего ФИО1 – ФИО20, представителя потерпевшей ФИО2 – ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО10, <данные изъяты>, судимого: -2 августа 2012 г. Абаканским городским судом (с учетом постановления того же суда от 4 декабря 2012 г.) по п. «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ 2 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ (приговор от 31 января 2008 г.) к 2 годам 7 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима, зачтено время содержания под стражей с 2 августа 2012 г. (приговор вступил в законную силу 18 сентября 2012 г.); -11 декабря 2012 г. Абаканским городским судом (с учетом постановления того же суда от 13 февраля 2013 г.) по ч. 1 ст. 111 УК РФ 1 году 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 2 августа 2012 г.) к 2 годам 11 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима, зачтено время содержания под стражей и отбытое наказание по предыдущему приговору с 2 августа 2012 г. (приговор вступил в законную силу 25 декабря 2012 г.), освобожден 1 июля 2015 г. по отбытии наказания; -6 апреля 2017 г. мировым судьей судебного участка № 4 г. Абакана по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 4 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, освобожден 26 мая 2017 г. по отбытии наказания, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных пп. «в», «д» ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст.209, п. «а» ч. 4 ст. 162, п. «а» ч. 4 ст. 162, пп. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, ФИО80, <данные изъяты>, несудимой, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 209, п. «а» ч. 4 ст. 162, пп. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, ФИО90, <данные изъяты>, судимого: -15 марта 2010 г. Абаканским городским судом по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ (приговор от 11 марта 2009 г.) к 4 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, освобожден по отбытии наказания 18 июля 2014 г., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 209, п. «а» ч. 4 ст. 162, п. «а» ч. 4 ст. 162, пп. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, ФИО92, <данные изъяты>, судимого: -8 сентября 2015 г. Абаканским городским судом по п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 115, ч. 2 ст. 69, ст. 72 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима; -11 июля 2016 г. Абаканским городским судом по пп. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 8 сентября 2015 г.) к 3 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, освобожден 5 декабря 2018 г. по отбытии наказания, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 209, п. «а» ч. 4 ст. 162, п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, ФИО10 совершил: грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение, в крупном размере; организацию разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, в крупном размере; ФИО90 и ФИО92 совершили разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, в крупном размере; ФИО10, ФИО90 и ФИО92 совершили разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным проникновением в помещение; ФИО10 и ФИО90 совершили разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище; ФИО80 дважды оказала пособничество в грабеже, то есть открытом хищении чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, в одном случае с незаконным проникновением в помещение, во втором – с незаконным проникновением в жилище, в особо крупном размере. Преступления совершены подсудимыми в г. Абакане Республики Хакасия при следующих обстоятельствах. 6 декабря 2015 г. около 9 часов 42 минут ФИО10, действуя из корыстных побуждений с умыслом на грабеж, пришел в магазин «<данные изъяты>» по <адрес>, где расположен ломбард ООО «<данные изъяты>», помещение которого, имеющее адрес: <адрес>, было образовано стеклянными витринами, в них находились принадлежащие индивидуальному предпринимателю ФИО4 ювелирные изделия. ФИО10, понимая, что его противоправные действия очевидны для продавца ломбарда ФИО17 и других присутствующих лиц, кулаком разбил стекло витрины, огораживающей помещение ломбарда, в образовавшееся отверстие просунул руку, незаконно проникнув в помещение ломбарда, и извлек из витрины планшет с ювелирными изделиями, открыто похитив: - цепочки из золота 585 пробы: весом 6,44 гр. стоимостью 10300 рублей; 9,12 гр. стоимостью 14600 рублей; 11,38 гр. стоимостью 18200 рублей; 15,01 гр. стоимостью 24000 рублей; 18,59 гр. стоимостью 29700 рублей; 9,36 гр. стоимостью 14900 рублей; 8,42 гр. стоимостью 13400 рублей; 5,03 гр. стоимостью 8000 рублей; 6,53 гр. стоимостью 10400 рублей; 4,21 гр. стоимостью 7000 рублей; 47,3 гр. стоимостью 80400 рублей; 7,34 гр. стоимостью 12400 рублей; 9,06 гр. стоимостью 15400 рублей; 2,04 гр. стоимостью 3500 рублей; - подвески из золота 585 пробы: весом 1,78 гр. стоимостью 2800 рублей; 1,77 гр. стоимостью 2800 рублей; 1,57 гр. стоимостью 2500 рублей; 5,37 гр. стоимостью 8600 рублей; 1,31 гр. стоимостью 2200 рублей; 1,59 гр. стоимостью 2700 рублей; 1,08 гр. стоимостью 1800 рублей; 1,18 гр. стоимостью 2000 рублей; 0,77 гр. стоимостью 1300 рублей; 1,31 гр. стоимостью 2300 рублей; 1,47 гр. стоимостью 2500 рублей; 1,83 гр. стоимостью 3100 рублей; 1 гр. стоимостью 1700 рублей; 1,8 гр. стоимостью 3100 рублей; 1,4 гр. стоимостью 2400 рублей; 0,95 гр. стоимостью 1600 рублей; 0,94 гр. стоимостью 1600 рублей; 1,61 гр. стоимостью 2700 рублей; 1,81 гр. стоимостью 3100 рублей; 1,96 гр. стоимостью 1600 рублей; 1,31 гр. стоимостью 2300 рублей; 0,64 гр. стоимостью 1100 рублей; 0,36 гр. стоимостью 600 рублей; 0,74 гр. стоимостью 1300 рублей; -крестики из золота 585 пробы: весом 1,14 гр. стоимостью 1800 рублей; 1,01 гр. стоимостью 1700 рублей; 1,06 гр. стоимостью 1800 рублей; 3,8 гр. стоимостью 6500 рублей; 2,51 гр. стоимостью 4300 рублей; 0,98 гр. стоимостью 1700 рублей; 1,34 гр. стоимостью 2300 рублей; 0,8 гр. стоимостью 1400 рублей; -цепочку из золота 375 пробы весом 10,37 гр. стоимостью 14500 рублей, на общую сумму 355900 рублей, что является крупным размером. С похищенным имуществом ФИО10 с места совершения преступления скрылся и распорядился им по своему смотрению, причинив материальный ущерб потерпевшему ФИО4 в сумме 355900 рублей Кроме того, ФИО10, которому стало известно о том, что индивидуальный предприниматель ФИО1 имеет дорогостоящие золотые украшения и может хранить по месту своего жительства крупную сумму денежных средств, решил совершить нападение на ФИО1 с целью хищения его имущества. Находясь в баре «<данные изъяты>», расположенном по <адрес>, в середине декабря 2018 г. ФИО10 предложил ФИО90, а затем до 20 декабря 2018 г. – ФИО92 совместно участвовать в нападении на ФИО1, с чем они согласились. В ходе нападения ФИО10 решил использовать имевшиеся у него обрез, изготовленный самодельным способом из деталей двуствольного длинноствольного охотничьего гладкоствольного ружья 16 калибра, являющийся огнестрельным оружием (далее – обрез), и револьвер модели «Сафари-3 РФ 430» № №, переделанный самодельным способом для стрельбы патронами калибра 5,6 мм, являющийся гладкоствольным короткоствольным огнестрельным оружием (далее – револьвер «Сафари-3»). При подготовке к преступлению в период до 24 декабря 2018 г. ФИО10, находясь в г. Абакане, провел наблюдение за потерпевшим ФИО1, проживавшим в квартире по <адрес>; установил график посещения потерпевшим Муниципального автономного учреждения г. Абакана «Спорткомплекс Абакан» (далее – «Спорткомплекс Абакан»), пользование потерпевшим автомобилем «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак «№»; разработал и сообщил ФИО90 и ФИО92 план совершения преступления, в соответствии с которым ФИО90 и ФИО92 должны, угрожая револьвером и обрезом, напасть возле спорткомплекса на ФИО1, вместе с которым на его автомобиле поехать домой к потерпевшему; ФИО10 в свою очередь будет осуществлять наблюдение и на своем автомобиле проследует за ними к дому ФИО1, где они, угрожая потерпевшему применением оружия, должны вместе пройти в его квартиру, чтобы завладеть денежными средствами и золотыми украшениями; в случае отказа ФИО1 поехать с ФИО90 и ФИО92, последние должны завладеть имуществом потерпевшего на месте нападения, полагая, что у него будут при себе браслет из золота и цепочка из золота общей стоимостью не менее 408240 рублей, что является крупным размером. 24 декабря 2018 г. около 19 часов ФИО90, ФИО92 и ФИО10, действуя из корыстных побуждений с умыслом на разбойное нападение, с применением оружия, с целью хищения имущества в крупном размере, в соответствии с разработанным планом преступления на автомобиле «Мазда 3» государственный регистрационный знак «№» (принадлежащем супруге ФИО10 – ФИО80) под управлением ФИО10 приехали в район «Спорткомплекса Абакан», где оставили автомобиль возле дома по <адрес>. По указанию ФИО10 ФИО90 взял револьвер «Сафари-3», заряженный не менее чем одним патроном калибра 5,6 мм, а ФИО92 – обрез, представленные ФИО10, которые он привез с собой в автомобиле. После чего они втроем пошли к спорткомплексу, надев для сокрытия лиц медицинские маски. В период с около 19 часов 08 минут до 19 часов 47 минут 24 декабря 2018 г. ФИО10, ФИО90 и ФИО92, находясь возле «Спорткомплекса Абакан», расположенного по <адрес>, ожидали потерпевшего ФИО1 При этом ФИО90 периодически находился рядом с парковочной площадкой спорткомплекса вблизи автомобиля потерпевшего «<данные изъяты>», а ФИО92 и ФИО10 наблюдали неподалеку. Около 19 часов 47 минут того же дня потерпевший ФИО1 вышел из «Спорткомплекса Абакан» и направился на парковочную площадку к своему автомобилю, где к нему подошел ФИО90, который, действуя в соответствии с разработанным планом и выполняя отведенную ему роль, напал на ФИО1, на которого направил револьвер «Сафари-3», угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья, потребовал сесть в свой автомобиль «<данные изъяты>» с целью следования в квартиру потерпевшего и хищения, принадлежащего ему имущества. В свою очередь ФИО92, осознавая себя участником нападения и выполняя отведенную ему роль, удерживая в руках обрез, побежал на парковочную площадку, чтобы действовать совместно с ФИО90 согласно плану нападения на ФИО1, который увидел ФИО92 и наличие у него обреза. В сложившейся обстановке, реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, потерпевший ФИО1 стал убегать. В связи с чем ФИО90 для достижения цели нападения – хищение имущества потерпевшего, чтобы воспрепятствовать ему возможности скрыться, умышленно выстрелил из револьвера «Сафари-3» в ФИО1, причинив потерпевшему слепое огнестрельное ранение правой ягодичной области справа, проникающее в параректальную клетчатку, которое повлекло длительное расстройство здоровья на срок свыше 21 дня и оценивается как вред здоровью средней тяжести. ФИО92, действуя согласованно с ФИО90, понимая характер его действий и применение оружия, продолжил свое участие в нападении и стал преследовать ФИО1 для завладения имуществом потерпевшего. Однако потерпевший ФИО1, скрываясь от преследования, громко кричал, зовя на помощь, привлекая внимание находившихся поблизости посторонних лиц, в связи с чем ФИО92, ФИО90 и ФИО10, опасаясь быть задержанными, были вынуждены скрыться с места преступления. После чего, в период с 24 по 26 декабря 2018 г., находясь в баре «<данные изъяты>», расположенном по <адрес>, ФИО10 предложил ФИО90 и ФИО92 напасть с применением оружия на комиссионный магазин, расположенный в доме по адресу: <адрес>, откуда похитить ювелирные изделия, с чем ФИО90 и ФИО92 согласились. Затем в период до 28 декабря 2018 г. при подготовке к нападению: -ФИО10, ФИО90 и ФИО92 совместно провели осмотр в районе указанного комиссионного магазина для установления наличия охранных систем; -ФИО10 разработал и сообщил ФИО90 и ФИО92 план, согласно которому для того, чтобы прибыть к месту преступления и затем скрыться необходимо использовать автомобиль; в ходе нападения ФИО90 должен использовать имеющийся у ФИО10 обрез, изготовленный самодельным способом из деталей двуствольного длинноствольного охотничьего гладкоствольного ружья 16 калибра модели «ИЖ-58» с номером «№» и годом выпуска 1963 (далее – обрез), являющийся огнестрельным оружием пригодным для стрельбы; в целях конспирации использовать маски и перчатки; -для управления автомобилем и тем самым оказания содействия в совершении преступления ФИО10 решил привлечь свою супругу ФИО80, использовать принадлежащий ей автомобиль «Мазда 3» государственный регистрационный знак «№» и с этой целью обратился к ФИО80, с чем она согласилась. 28 декабря 2018 г. около 22 часов, находясь в г. Абакане, ФИО10, ФИО90 и ФИО92 на вышеуказанном автомобиле «Мазда 3» под управлением ФИО80 направились к месту совершения преступления, обговорив свои роли. При этом ФИО80 стало известно о намерении ФИО10, ФИО90 и ФИО92 совершить хищение ювелирных изделий в работающем комиссионном магазине, ее ФИО10 попросил ожидать их возвращения в автомобиле, а затем увезти с места преступления. ФИО10, осознавая отведенную ей роль соучастника, с предложением ФИО10 оказать содействие в совершении преступления согласилась. ФИО10, ФИО90 и ФИО92 также понимали, что ФИО80 осведомлена об их преступных намерениях и желали, чтобы она оказала им в этом содействие. Приехав около 22 часов 30 минут того же дня к дому по <адрес>, расположенному в районе места нападения, ФИО10, ФИО90 и ФИО92 в соответствии с планом нападения с целью сокрытия внешности и минимизации возможности оставления своих следов надели приготовленные медицинские маски и перчатки, ФИО90 взял представленный ФИО10 заряженный патроном обрез, который ФИО10 привез в автомобиле. После чего ФИО10, ФИО90 и ФИО92 пошли к комиссионному магазину. В свою очередь ФИО10, которая не знала о наличии у других соучастников обреза, полагая, что ФИО10, ФИО90 и ФИО92 намерены совершить открытое хищение с незаконным проникновением в помещение, действуя с умыслом на оказание им пособничества в этом, ожидала в автомобиле возле вышеуказанного дома, чтобы затем увезти их после преступления, обеспечивая возможность скрыться. По пути следования к комиссионному магазину ФИО92 подобрал камень, чтобы разбить стеклянную витрину для получения доступа к ювелирным изделиям, которые они намеревались похитить. Около 22 часов 37 минут 28 декабря 2018 г., подойдя к комиссионному магазину, расположенному на первом этаже в доме по адресу: <адрес>, действуя из корыстных побуждений с умыслом на разбой, с применением оружия, с незаконным проникновением в помещение, выполняя заранее оговоренные роли, ФИО10 остался на улице около крыльца и наблюдал за окружающей обстановкой для предупреждения ФИО90 и ФИО92 о возможности быть задержанными, а ФИО90 и ФИО92 прошли в работающий комиссионный магазин, в котором в изолированном служебном помещении, предназначенном для размещения и хранения материальных ценностей, находился продавец ФИО5, а за стеклянной витриной были размещены продаваемые ювелирные изделия. Находясь в комиссионном магазине, ФИО90, действуя в соответствии с планом нападения и выполняя отведенную ему роль, угрожая потерпевшему ФИО5 применением насилия, опасного для жизни и здоровья, что потерпевший воспринял реально, направил в его сторону обрез, скомандовал ложиться на пол и произвел выстрел в стеклянную витрину, отгораживающую служебное помещение, в результате чего в стекле образовалось отверстие. Непосредственного после этого ФИО92, осознавая себя участником нападения, и, понимая, что ФИО90, выстрелив из обреза, применил оружие, действуя совместно и согласованно с ним, стал наносить принесенным с собой камнем удары по стеклу, увеличив образовавшееся отверстие, в которое ФИО90 просунул руку, незаконно проникнув в служебное помещение, и извлек из витрины планшет с принадлежащими индивидуальному предпринимателю ФИО6 ювелирными изделиями, похитив: -цепочки из золота 585 пробы: весом 8,2 гр. стоимостью 16400 рублей; 7,7 гр. стоимостью 15400 рублей; 8 гр. стоимостью 16000 рублей; 13,8 гр. стоимостью 27600 рублей; 9,7 гр. стоимостью 19400 рублей; 7 гр. стоимостью 14000 рублей; 5,9 гр. стоимостью 11800 рублей; -часы «Мактайм» из золота 585 пробы весом 10,8 гр. стоимостью 25000 рублей. С похищенным имуществом ФИО90, ФИО92, ФИО10 покинули место преступления и скрылись на автомобиле «Мазда 3» под управлением ФИО80, причинив потерпевшему ФИО6 материальный ущерб в общей сумме 145600 рублей. Кроме того, ФИО10, располагая сведениями о месте жительства потерпевшей ФИО2, которая проживала одна, являлась индивидуальным предпринимателем, имела денежные средства и дорогостоящие золотые украшения, в период с 25 по 30 апреля 2019 г., находясь в г. Абакане, предложил ФИО90 совершить нападение на ФИО2 с целью хищения ее имущества, с чем ФИО90 согласился. Затем в период до 5 мая 2019 г. ФИО10 и ФИО90 в ходе подготовки к совершению преступления для установления наличия камер видеонаблюдения провели осмотр в районе дома по <адрес>, где в квартире № проживала потерпевшая ФИО2, на которую они договорились напасть по месту ее жительства. Для оказания содействия в совершении преступления ФИО10 решил привлечь свою супругу ФИО80, которую 5 мая 2019 г. в дневное время, до около 19 часов, попросил под видом медицинского работника обратиться к потерпевшей ФИО2, чтобы потерпевшая открыла дверь квартиры, сообщив ФИО80, что в квартире находится женщина в преклонном возрасте, имеющая денежный долг, который он и ФИО90 намерены потребовать, а ФИО80 должна ожидать их в условленном месте на принадлежащем ей автомобиле «Мазда 3» государственный регистрационный знак «№», чтобы затем увезти, с чем ФИО80 согласилась. После чего, около 19 часов того же дня, ФИО10, ФИО90 и ФИО80 на вышеуказанном автомобиле «Мазда 3» под управлением ФИО80 приехали к дому по <адрес>, где оставили автомобиль на некотором расстоянии от дома потерпевшей, к которому направились пешком. При этом ФИО10 и ФИО90 взяли с собой заранее приготовленные медицинские маски и перчатки для конспирации, а ФИО10 также - пластиковые хомуты и липкую ленту скотч для связывания потерпевшей. ФИО80 по указанию ФИО10 взяла папку для документов с целью придания убедительности тому, что она является медицинским работником. Затем ФИО10, ФИО90 и ФИО80 прошли в подъезд дома по <адрес>, поднялись на пятый этаж к квартире №, где ФИО90 и ФИО10 надели медицинские маски и перчатки, расположились на лестнице – ФИО90 выше, а ФИО10 – ниже квартиры ФИО2, чтобы исключить возможность того, что потерпевшая их увидит в дверной глазок. В сложившейся обстановке ФИО80 осознавала, что ФИО10 и ФИО90 собираются проникнуть в квартиру против воли проживающего там лица, чтобы совершить открытое хищение имущества, а ее роль - обратиться к потерпевшей, а затем ожидать ФИО10 и ФИО90 в машине, чтобы увезти с места преступления, направлена на оказание им содействия. ФИО10 и ФИО90 также понимали, что ФИО10 осознает преступный характер их действий и желали, чтобы она оказала им в этом содействие, что ФИО80 подтвердила согласием и выполнением отведенной ей роли. Так, ФИО80, около 19 часов 10 минут 5 мая 2019 г., находясь на пятом этаже в подъезде дома по <адрес>, действуя с умыслом на оказание ФИО10 и ФИО90 пособничества в совершении преступления, позвонила в дверной звонок квартиры №, представилась медицинским работником и попросила потерпевшую ФИО2 открыть дверь под предлогом подписания медицинских документов. ФИО2, будучи введенной в заблуждение ФИО80, которую увидела в дверной глазок, не подозревая о преступных намерениях ФИО10 и ФИО90, открыла дверь своей квартиры. После чего ФИО80, продолжая выполнять отведенную ей роль соучастника, покинула подъезд дома потерпевшей и до около 19 часов 30 минут того же дня ожидала ФИО10 и ФИО90 в своем автомобиле «Мазда 3» возле дома по <адрес>, чтобы затем увезти их после преступления, обеспечивая возможность скрыться. В свою очередь ФИО10 и ФИО90 в период с около 19 часов 10 минут до около 19 часов 30 минут 5 мая 2019 г., действуя из корыстных побуждений с умыслом на разбой, через открытую входную дверь, незаконно проникли в квартиру потерпевшей ФИО2 против ее воли, где напали на потерпевшую, которую ФИО90 толкнул, повалив на пол в комнате. Затем ФИО90 и ФИО10, действуя согласованно, связали потерпевшей руки и ноги пластиковыми хомутами, обмотали рот липкой лентой скотч, ФИО90, требуя от потерпевшей ФИО2 сообщить место хранения денежных средств, высказал угрозы убить потерпевшую, которой нанес не менее трех ударов рукой и ногой по голове и рукам, причинив ей гематомы в лобной области справа и на руках, ссадины в щечной области справа. Кроме того, ФИО90 снял с рук ФИО2 и похитил браслет из золота стоимостью 70000 рублей, браслет из золота стоимостью 35000 рублей, кольцо из золота в виде перстня с камнем зеленого цвета стоимостью 15000 рублей, кольцо из золота в виде перстня стоимостью 20000 рублей, а также похитил со стола в комнате и из сумочки, находящейся на столе, колье из золота стоимостью 60000 рублей, деньги в сумме 120570 рублей. В это же время ФИО10, действуя согласованно с ФИО90, осмотрел квартиру в поисках ценного имущества и обнаружил в коридоре в шкафу сейф, о чем сообщил ФИО90, понимая, что в сейфе может находиться ценное имущество. Продолжая совместные преступные действия, ФИО90 взял в кухне нож, демонстрируя который потерпевшей с целью подавления ее воли к сопротивлению, потребовал назвать цифровой код замка на сейфе и высказал угрозу убить потерпевшую в случае отказа, угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья. Затем ФИО90 разрезал пластиковые хомуты, которыми были связаны руки и ноги потерпевшей ФИО2, которую удерживая за волосы, подтащил к сейфу, а ФИО10, умыслом которого охватывались высказанные ФИО90 угрозы и использование ножа в качестве оружия, потребовал открыть сейф. ФИО2, реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, выполняя требования ФИО90 и ФИО10, открыла замок на сейфе, из которого ФИО90 и ФИО10 похитили 1200000 рублей. С принадлежащим потерпевшей ФИО2 похищенным имуществом ФИО93 и ФИО90 покинули место преступления и скрылись на автомобиле «Мазда 3» под управлением ФИО80, причинив ФИО2 материальный ущерб в общей сумме 1520570 рублей, что является особо крупным размером. ФИО10 вину в открытом хищении имущества потерпевшего ФИО4, в разбойных нападениях на потерпевшего ФИО1 и комиссионный магазин, а также в создании банды не признал. ФИО90 и ФИО92 вину в разбойных нападениях на потерпевшего ФИО1 и комиссионный магазин, в участии в банде не признали. ФИО80 вину в разбойном нападении на комиссионный магазин и в участии в банде не признала. Подсудимые заявили о том, что данных преступлений не совершали. ФИО10 и ФИО90 признали себя частично виновными в предъявленном обвинении в нападении на потерпевшую ФИО2, выдвинув версию о совершении грабежа, оспаривая при этом хищение имущества в особо крупном размере. ФИО80, заявляя о частичном признании вины в инкриминированном ей преступлении в отношении ФИО2, фактически оспаривала наличие у нее умысла на совершение преступления. Все подсудимые, отрицая свои досудебные показания, не соответствующие их показаниям, данным в суде, заявили о получении показаний в результате недозволенных методов ведения следствия. В судебном заседании ФИО10, оспаривая обвинение, пояснил, что грабеж 6 декабря 2015 года в ломбарде он не совершал. В этот период производил ремонт в одной из квартир в доме по <адрес> и заходил в расположенный там же магазин, в котором находится ломбард. Каким образом обрезанная шапка со следами его ДНК оказалась на месте происшествия, не знает. Мог использовать шапку при производстве ремонта для защиты от пыли, однако такого не помнит. 24 декабря 2018 года в нападении на ФИО1, которого он ранее видел на рынке, не участвовал, об обстоятельствах преступления ему не известно. В этот день мог встречаться с ФИО94. С ФИО92 не встречался, в тот период между ними был конфликт. 28 декабря 2018 года в нападении на комиссионный магазин по <адрес> не участвовал, находился дома. На следующий день вместе с ФИО95, ФИО94 и своей сестрой ФИО81 ездил в г. Красноярск, чтобы искать своего отца, про которого ФИО81 сообщила подруга, сказала, что видела отца на рынке в г. Красноярске. В 2017 году возле придорожного кафе на дороге «Красноярск – Абакан» он нашел и взял себе револьвер «Сафари-3», в котором было 5-7 патронов, но выстрелы не производились. Револьвер он хранил при себе или в машине, весной 2019 года выбросил. Изъятые по делу обрезы ему не принадлежат. На СТО, где работал ФИО14, он был в связи с необходимостью ремонта машины, но обрез не изготавливал. Также ФИО10 пояснил, что ФИО11 рассказала ему о том, что работала у предпринимателя ФИО2, которая ей не выплатила зарплату, попросила помочь в этом вопросе, о чем он рассказал ФИО94. 5 мая 2019 года ФИО94, которому нужны были деньги, предложил поговорить с ФИО2 или забрать у нее деньги. Адрес ФИО2 ему был известен от ФИО11. Так как ФИО2 могла не открыть им дверь, он попросил свою супругу ФИО95 постучать в дверь и представиться медработником, сказал, что нужно поговорить с должником, другие подробности не говорил. По его указанию ФИО95 оставила детей у знакомой. Затем она привезла его и ФИО94 на своем автомобиле «Мазда» в район дома потерпевшей, вместе прошли в подъезд, где он стоял на лестнице ниже, а ФИО94 - выше квартиры потерпевшей. ФИО95 постучала в дверь, сказала, что пришла из больницы, необходимо подписать документы, в руках у ФИО95 была папка, которую он ей дал. Когда дверь открылась, ФИО95 ушла, а ФИО94 и он вошли в квартиру. Используя взятые с собой пластиковые хомуты, ФИО94 связал ФИО2 руки, он – ноги, а также скотчем обмотал потерпевшей рот. Он просил у ФИО2 деньги, которые она должна своим работникам, обыскал квартиру. Так как потерпевшая сказала, что ей стало плохо, ФИО94 ножом разрезал хомуты, которые использовались для связывания, искал ингалятор. Затем он обнаружил сейф, попросил потерпевшую сказать код. ФИО2 сама открыла сейф, откуда ФИО94 достал пачку денег, которые он взял. ФИО2 не били, угроз не высказывали, ножом не угрожали. После чего он и ФИО94 ушли. ФИО95, которая ожидала, отвезла их на машине. Выяснилось, что в квартире потерпевшей ФИО94, действий которого он не видел, также взял два кольца, два браслета, цепочку, еще деньги около 55000 рублей, которые отдал ему. Всего, с учетом денег из сейфа, было похищено 550000 рублей, из которых 250000 рублей он отдал ФИО94, остальные деньги и золото оставил себе. В этот же день он и ФИО95 уехали в г. Красноярск, где покупали различные вещи, на следующий день вернулись в г. Абакан. В последующем похищенные золотые украшения и оставшиеся деньги он отдал на хранение ФИО21. Заявляя об оговоре себя и других подсудимых в результате недозволенных методов ведения следствия, подсудимый ФИО10 пояснил, что во время нахождения под стражей в конце мая 2019 года оперуполномоченный ФИО9 сообщил ему, что задержали его супругу ФИО95 в связи с преступлением в отношении ФИО2, угрожал в связи с этим отдать их детей в детский дом. На следующий день ФИО9 встречался с ним вместе с оперуполномоченным ФИО12, который передал ему письмо от ФИО95, она просила выполнять требования сотрудников полиции, с чем он согласился. По условиям ФИО9 показания в отношении ФИО95 необходимо было давать, чтобы она была свидетелем. ФИО9 и ФИО12, которым он сообщил, где выбросил револьвер, сказали, что им нужно, чтобы оружие выдал он. По их предложению, для того чтобы не привлекать к уголовной ответственности ФИО95, договорились, что кто-нибудь подбросит оружие в гараж, а он это оружие якобы выдаст. В последующем ФИО9 сказал, что нашел револьвер, который закопал около дома ФИО8, сообщил место. 4 июня 2019 года он показал это место, где револьвер откопали. В ходе проверки показаний на месте по его предложению ФИО9 позвонил ФИО8 и позвал того. По приезду он и ФИО9 поговорили с ФИО8, которого он попросил найти какое-либо оружие и подбросить в гараж, объяснил, зачем это нужно. 5 июня 2019 года приехали к гаражу, ФИО8 намекнул, где спрятал два обреза, которые были обнаружены и изъяты. На следственных действиях он давал показания, которым его научил ФИО9 при беседе в конце мая 2019 года, а также в ходе допроса 3 июня 2019 года, который проходил без адвоката. Подсудимая ФИО80, возражая в судебном заседании против предъявленного обвинения, пояснила, что не помнит, где находилась вечером 28 декабря 2018 года. Однако ФИО95, ФИО94 и ФИО92 в район комиссионного магазина по <адрес> на автомобиле не привозила, в нападении на магазин не участвовала, оружия у ФИО95 не видела, в г. Красноярске золотые изделия не продавала, ездили туда 29 декабря 2018 года с целью поиска отца ФИО95. 5 мая 2019 года она договаривалась с ФИО18 пойти с детьми в парк. К 15 часам она привезла ФИО34 на работу в кафе, расположенное по <адрес>, ждала ФИО18, которая задерживалась. Ей позвонил ФИО95, сказал, что нужна ее помощь, попросил у кого-нибудь оставить детей и вместе с ФИО94 приехал к кафе. Детей отвезли к ФИО18. ФИО95 рассказал, что какой-то должник должен деньги, нужно, чтобы она постучалась в дверь. Она подробности не спрашивала, поняла, что ФИО95 и ФИО94 не откроют. Вместе с ними на ее автомобиле «Мазда», которым она управляла, приехали в район дома потерпевшей ФИО2. Автомобиль оставили на некотором расстоянии от дома потерпевшей, в подъезд к которой пришли втроем. ФИО95 дал ей какую-то папку, зачем она не знает. Она постучала в дверь, попросила открыть. Когда замок начал открываться, подошел ФИО94. Азизов сказал ей спускаться и подождать их. Она спокойно ушла и ждала в машине, уезжала на некоторое время. Когда минут через 15-20 ФИО95 и Гольцев вернулись к машине, вели себя спокойно, что они делали в квартире у потерпевшей, она не знала, об этом они не говорили, деньги и украшения не показывали. Вечером она вместе с ФИО95 уехала в г. Красноярск, детей оставила у ФИО18. После задержания Азизов сказал, чтобы она сообщила об этом ФИО11, с которой она встретилась. ФИО11 сказала, что по ее просьбе ФИО95 пошел забрать долг у ФИО2, у которой ФИО11 ранее работала. Утверждая о непроцессуальных методах получения досудебных показаний, ФИО80 пояснила, что после задержания сотрудники полиции высказывали угрозы арестовать ее, а детей поместить в детский дом, если она не будет выполнять их условия. В течение трех суток она находилась в изоляторе временного содержания, где с ней неоднократно беседовали оперативные сотрудники, в том числе ФИО9. Они убедили ее заключить досудебное соглашение о сотрудничестве, с чем она согласилась, так как не хотела, чтобы ее арестовали. По просьбе ФИО9 она написала письмо ФИО95 о том, что будет выполнять условия сотрудников полиции, попросила ФИО95 делать тоже самое, и в последующем подписывала показания, которые ей давали. ФИО9 ей показал видеозапись нападения на комиссионный магазин по <адрес>, сказал, что на записи ФИО94 и ФИО92. ФИО1 она видела на рынке, где работает ее мать, которая в конце декабря 2018 года рассказывала, что в ФИО1 кто-то стрелял. Более ей по данному факту ничего не известно. Однако ФИО9 сказал ей говорить, что нападение на ФИО1 совершили ФИО95, ФИО94 и ФИО92. На допросе 30 мая 2019 года адвокат присутствовал не с самого начала, а ФИО9 диктовал следователю ФИО46 нужные показания. В последующем следователь ФИО13 настаивала на допросах, чтобы она во всем признавала вину, корректировала ее показания, на проверке показаний на месте самостоятельно указывала места, где проводилось следственное действие. Так как она не хотела, чтобы ее арестовали, соглашалась с действиями сотрудников полиции. Кроме того, как пояснила ФИО80, вечером 8 мая 2019 года после того как был задержан ФИО95 проводился обыск в ее квартире и в расположенном около дома гараже, принадлежащем ее матери ФИО60. Ключ от гаража привезла ее мать, которой она звонила по телефону одного из понятых, так как у нее телефон изъяли. В гараже проводили тщательный осмотр, но ничего не нашли. После того как 27 мая 2019 года она была задержана, оперуполномоченный ФИО9 вновь проводил обыск в квартире и гараже. Ключи от гаража привозила ее мать. По данному факту протокол в деле отсутствует. Третий раз обыск в гараже проводили 5 июня 2019 года, когда изъяли оружие, которое туда положил ФИО8. Он сказал, что такие условия ФИО95 предъявили оперативные сотрудники. Подсудимый ФИО90, оспаривая предъявленное обвинение, в судебном заседании пояснил, что 24 декабря 2018 года в вечернее время в районе «Спорткомплекса Абакан» не находился, нападение на ФИО1 не совершал, был в баре «<данные изъяты>». Был ли там ФИО92, не помнит. ФИО95 в баре не было, с ним встречался днем в связи с ремонтом машины, поэтому вместе бывали на разных СТО. Потерпевшего ФИО1 ранее видел в «Спорткомплексе Абакан», где между ними произошел конфликт. После того как потерпевшему было причинено ранение, они неоднократно встречались в тренажерном зале, ФИО1 его не узнавал. Оружие у ФИО95 и ФИО92 он не видел. 28 декабря 2018 года в нападении на комиссионный магазин по <адрес> он также не участвовал, в это время находился в баре «<данные изъяты>». Виделись ли с ФИО95 и ФИО92 в этот день, не помнит. 29 декабря 2018 года ездил в г. Красноярск вместе с ФИО95, который искал своего отца. Также ФИО90 пояснил, что 5 мая 2019 года ФИО95 рассказал ему, что знает какую-то женщину из мехового магазина, которая должна работнице деньги, которые он предложил забрать. Так как они понимали, что дверь им не откроют, по его предложению ФИО95 попросил свою супругу ФИО95 помочь. О чем конкретно говорили А-вы, не слышал, но ФИО95 не знала, что будет совершено преступление. После того как А-вы отвезли к знакомым своих детей, втроем приехали к дому ФИО2. ФИО95 взял маски, ему дал пластмассовые хомуты и скотч. Когда пришли к квартире потерпевшей, он стоял на лестнице выше, а ФИО95 – ниже квартиры. После того как ФИО95 постучала в дверь и потерпевшая открыла, он спустился, и вместе с ФИО95 зашел в квартиру, при этом они использовали медицинские маски и перчатки. Он толкнул в зал потерпевшую ФИО2, которая упала. Затем он скотчем и хомутами связал потерпевшей руки, ФИО95 – ноги, скотчем обмотали рот. ФИО95 осматривал квартиру. Он стоял около потерпевшей, которая сказала, что у нее астма, попросила дать ингалятор из сумки, где он обнаружил деньги в сумме 55000 рублей, золотые цепочку и колье, которые забрал. Так как не нашел ингалятор, испугался за потерпевшую, взял в кухне нож, и, действуя так, чтобы не напугать ее, разрезал хомуты и скотч на руках и ногах. После чего потерпевшая нашла и использовала ингалятор. ФИО95 обнаружил сейф и спросил у потерпевшей код от замка. ФИО2 сама открыла сейф, откуда он взял 500000 рублей. После чего он и ФИО95 ушли. ФИО2 какие-либо угрозы не высказывали, удары не наносили, всего у нее забрали 550000 рублей и золотые украшения. Из похищенного он взял себе 250000 рублей. Азизов сказал, что должен отдать часть денег осведомителю. Изъятые у него при задержании деньги -более 32000 рублей, а также 135000 рублей, изъятые в ходе обыска в его квартире, были похищены у ФИО2. Изъятый у него сотовый телефон «Самсунг A30» он также приобрел на похищенные деньги. Заявляя о недозволенных методах ведения следствия, ФИО90 пояснил, что после его задержания и заключения под стражу оперативные сотрудники ФИО9 и другие требовали давать признательные показания, угрожали применением насилия в камере следственного изолятора, а также угрожали показать сокамерникам его фотографии, где он голый спал в бане. Следователь ФИО13 сначала навязала ему заключить, а затем угрожала расторгнуть досудебное соглашение о сотрудничестве. В результате данного воздействия он давал показания, которым его научили ФИО9 и следователь ФИО13. При проведении очной ставки ФИО95 также просила оговорить ее и других обвиняемых. Подсудимый ФИО92, отрицая свое участие в совершении преступлений, пояснил, что оружие у ФИО95 и ФИО94 он не видел, ФИО95 ружье не передавал, на СТО у ФИО14 был один раз с ФИО95 в феврале 2019 года, в его присутствии ФИО95 обрез не изготавливал. Утром 24 декабря 2018 года он совершал пробежку в Парке культуры и отдыха возле «Спорткомплекса Абакан». Для защиты от холода использовал медицинскую маску, которую там же выбросил. В вечернее время возле спорткомплекса не был, в нападении на ФИО1 не участвовал, до 22 часов находился в баре «<данные изъяты>» вместе с ФИО94. С ФИО95 не встречался, между ними в тот период был конфликт. 28 декабря 2018 года в нападении на комиссионный магазин по <адрес> он также не участвовал. В этот день по приглашению его брата ФИО84 около 15-16 часов приехал в с. Таштып, откуда вернулся вместе с ФИО84 на следующий день. Телефон с собой не брал, оставил дома, так как по условиям административного надзора в ночное время ему необходимо находиться по месту жительства. Как пояснил ФИО92, в ходе допросов на предварительном следствии он давал показания в результате воздействия оперативного сотрудника ФИО57 и следователя ФИО13, которые под условием изменения ему меры пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест убедили его оговорить себя и других обвиняемых, заключить досудебное соглашение, учили, какие нужно давать показания, а в последующем, чтобы он не отказался от показаний, угрожали изменить меру пресечения на заключение под стражу. Он был вынужден согласиться, так как в связи с причиненным ему ранением ноги имелась опасность ее ампутации, и требовалось лечение. Кроме того, поскольку ФИО95 его оговаривала, он тоже ее оговорил, об этом она также просила сама перед очной ставкой. Виновность подсудимых в совершении преступлений при установленных судом обстоятельствах подтверждается совокупностью доказательств, представленных стороной обвинения, которыми доводы подсудимых, высказанные в свою защиту, опровергнуты. По преступлению от 6 декабря 2015 г. Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 4 сентября 2019 г. ФИО10 пояснил, что в декабре 2015 года он выполнял ремонтные работы в доме по <адрес> и заходил в расположенный в этом же доме магазин, где обратил внимание на ломбард, который решил ограбить, для чего разбить витрину и похитить золотые украшения. С этой целью 6 декабря 2015 года после 9 часов к расположенному в том же районе дому по <адрес> он вызвал такси, на котором собирался скрыться, а сам пошел в магазин по <адрес>. Он был отдел в куртку и штаны темного цвета, спортивную шапку, перчатки, на ногах кроссовки черного цвета, с собой была сумка со сменной обувью. Подойдя к отделу, где расположен ломбард, он, понимая, что его действия очевидны для продавцов в магазине, разбил кулаком стекло витрины, взял планшет с золотыми украшениями и побежал к гаражам, которые находятся на <адрес>. Около гаражей он переобулся, кроссовки, шпаку и перчатки забросил на гараж и уехал на такси. В ломбарде он похитил несколько золотых цепочек и кулонов, которые продал в г. Красноярске за 150 или 200 тысяч рублей. (т. 22 л.д. 203-207) При проведении 20 сентября 2019 г. проверки показаний на месте обвиняемый ФИО10 показал магазин «<данные изъяты>», расположенный по <адрес>, место, где в магазине находился ломбард, пояснив, что он кулаком разбил витрину в ломбарде, из витрины достал планшеты с ювелирными украшениями и убежал. На нем были одеты черные кроссовки со шнурками, синие спортивные штаны с желтыми лампасами, черная кепка, черная куртка с капюшоном, матерчатые перчатки, лицо закрыто вязаной шапкой черного цвета отрезанной сверху, с собой была сумка черного цвета с логотипом фирмы «Адидас» белого цвета со сменной обувью, штанами и шапкой. Кроме того, ФИО10 указал металлические гаражи, расположенные около дома по <адрес>, куда он убежал. Как пояснил ФИО10, за гаражами он переобулся и переоделся, а кроссовки, штаны, кепку, шапку-маску, в которых был одет во время ограбления, и сумку забросил на крышу гаража. После чего уехал на такси. (т. 22, л.д. 211-221) О достоверности признательных показаний ФИО10 и его виновности в совершении преступления свидетельствуют следующие доказательства. Так, потерпевший ФИО4 пояснил суду и подтвердил свои показания, данные на стадии предварительного расследования (т. 14, л.д. 39-42), о том, что он является учредителем и директором ООО «<данные изъяты>», помещение которого расположено в магазине «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>. Ломбард принимает от граждан ювелирные изделия, те из них, которые не выкупают, он как индивидуальный предприниматель приобретает в ломбарде и затем там же продает после предпродажной подготовки ювелиром. Помещение ломбарда состоит из стеклянных витрин с окном для приемки товара и выдвижным стеллажом для входа, который закрывается, оборудовано системой видеонаблюдения. В помещение ломбарда могут пройти и находиться только он и сотрудники. Покупатели доступ внутрь помещения, а также к товару на витрине не имеют и не могут самостоятельно взять товар с витрины. 6 декабря 2015 года в ломбарде работала ФИО17, которая сообщила ему о том, что были похищены золотые украшения. На видеозаписи, которая велась во время преступления, он видел, что мужчина разбил витрину, откуда похитил два планшета с ювелирными изделиями и выбежал из магазина. За мужчиной побежала ФИО17, но не смогла догнать. ФИО17 ему тоже рассказала, что преступник разбил стекло витрины, схватил два планшета с ювелирными изделиями и убежал в сторону гаражей, откуда уехал на автомобиле. В результате преступления были похищены принадлежащие ему золотые цепочки и кулоны на общую сумму 355900 рублей. Из них возле дома по <адрес> сотрудники полиции обнаружили цепочку стоимостью 14600 рублей и кулон стоимостью 3100 рублей, которые ему возвращены. При продаже ювелирных изделий ведется журнал, с учетом которого была сделана ревизия и составлена справка о похищенном имуществе и его стоимости. В журнале отражены сведения об ювелирных изделиях, их весе, пробе, стоимости и дате продажи. Деятельностью по приемке и реализации ювелирных изделий он занимается с 2007 года, имеет большой опыт по определению их рыночной стоимости, для чего проходил обучение. То, что похищенные ювелирные изделия являлись золотыми, было установлено приемщиком, затем им самим с помощью химических реактивов, после этого - ювелиром при предпродажной подготовке изделий. Свидетель ФИО17 пояснила, что в 2015 году она работала у индивидуального предпринимателя ФИО4 продавцом-приемщиком в ломбарде «<данные изъяты>», расположенном в магазине по <адрес>, где находились и другие отделы. Помещение ломбарда было отгорожено стеклянными витринами, в которых находились планшеты с золотыми изделиями. Вход в ломбард осуществлялся через выдвижную тумбочку, были установлены камеры видеонаблюдения. В помещение ломбарда имели доступ только она, ее сменщица и предприниматель ФИО4. Клиенты не имели доступ к товару на витринах и не могли его самостоятельно взять, чтобы посмотреть. 6 декабря 2015 года она была на работе. Примерно в 9 часов 30 минут услышала, что разбилось стекло, увидела мужчину, который вытаскивал из витрины планшеты с золотом. Он был одет в темную одежду с капюшоном, в перчатках, лицо закрыто черной маской, были видны только прорези для глаз. Она выбежала на улицу за мужчиной, который убежал за дом. Продавец из другого отдела вызвала охрану. В ломбарде велись книги учета, на основании которых предприниматель ФИО4 установил, какие ювелирные изделия были похищены, это были в основном золотые цепочки. Для определения того, что изделия изготовлены из золота, использовались химические реактивы, вес устанавливался с помощью специальных весов, цену изделий определял предприниматель ФИО4 в зависимости от пробы золота и веса. Как пояснила свидетель ФИО25, она работала продавцом в одном из отделов в магазине «<данные изъяты>», расположенном по <адрес>, где также находился ломбард «<данные изъяты>». В помещение ломбарда заходили только продавцы и хозяин, посторонние туда войти не могли. 6 декабря 2015 года она видела, что в десятом часу в магазин зашел парень, одетый в черные куртку и штаны, перчатки. Он сразу опустил на лицо черную маску с прорезями для глаз, рукой разбил в ломбарде стекло витрины, откуда взял планшет с золотом и убежал. Она побежала за ним вместе с продавцом из ломбардца, но парень скрылся за домом. В соответствии с протоколом выемки у потерпевшего ФИО4 был изъят оптический диск с видеозаписью с камер наблюдения от 6 декабря 2015 г. в торговом отделе по <адрес>. (т. 14, л.д. 69-71) Согласно протоколу осмотра предметов (т. 14, л.д. 72-76) на оптическом диске содержится файл с видеозаписью, которая была воспроизведена и в судебном заседании. Установлено, что на записи отображается время 09:23, дата 6 декабря 2015 г., камеры видеонаблюдения направлены на витрины ломбарда, к которому подошел мужчина среднего телосложения одетый в черную куртку с капюшоном, накинутым на голову, из-под которого виден козырек кепки черного цвета, на ногах у него одеты темные штаны со светлыми лампасами, черная спортивная обувь, на руках - темные перчатки, в левой руке держит черную сумку, его лицо закрыто предметом черного цвета, индивидуальные признаки которого на записи не видны. Мужчина нанес два удара правой рукой по витрине, из которой затем вытащил планшеты с ювелирными изделиями и быстро ушел. Показания потерпевшего ФИО4 о том, что время на записи отстает от реального на 19 минут, в совокупности с другими доказательствами позволяют установить, что преступление было совершено около 09 часов 42 минут 6 декабря 2015 г. В протоколе осмотра места происшествия от 6 декабря 2015 г. отражено, что в помещении магазина «<данные изъяты>», расположенного по <адрес>, имеется павильон ломбарда «<данные изъяты>», огороженный стеклянными витринами, в которых находятся золотые украшения, одна из витрин разбита. (т. 13, л.д. 204-208) При осмотре 6 декабря 2015 г. места происшествия в районе дома по <адрес> возле металлических гаражей обнаружены в снегу и изъяты цепочка и подвеска, обрезанная вязаная шпака черного цвета, на крышах гаражей - сумка, туфли черные на шнурках, спортивные штаны с желтыми лампасами, кепка, перчатка строительная, возле дома по <адрес> – вторая перчатка. Прилагаемые к протоколу осмотра места происшествия фототаблицы дают наглядное представление об обнаруженных вещах и предметах. (т. 13, л.д. 209-216) Согласно протоколам осмотра предметов, цепочка и подвеска изготовлены из металла желтого цвета, имеют клеймо 585 пробы, вес цепочки 9,12 гр., вес подвески 1,83 гр., на них имеются бирки с пломбами, на бирках указан аналогичный вес и проба; верх шапки, которая осмотрена и в судебном заседании, обрезан, в результате чего шапка может быть использована в качестве маски, закрывающей лицо ниже уровня глаз; туфли по форме соответствуют спортивным кроссовкам, имеют размер 43. (т. 13, л.д. 218-219, 224-231) В соответствии заключениями биологических экспертиз (исследование ДНК) № 9646 от № 2Б/424 г. и 12 января 2016 от 20 сентября 2019 г. на шапке, изъятой при осмотре места происшествия в районе дома по <адрес>, обнаружена слюна, которая произошла от ФИО10 (т. 14, л.д. 212-218, 233-235), биологические образцы которого были получены для сравнительного исследования (т. 3, л.д. 191). То обстоятельство, что при получении у ФИО10 образцов участвовал защитник Марушан А.В., который в последующем отведен, не свидетельствует о недопустимости протокола и полученных образов, поскольку участие защитника при получении образов не является обязательным, сторона защиты не оспаривала на этом основании достоверность заключения эксперта, которое к тому же является не единственным доказательством виновности ФИО96 Как следует из заключения эксперта № 9646 от 12 января 2016 г., образцы для исследования, на которых обнаружены следы ДНК, были получены с изнаночной (внутренней) стороны шапки, что соответствует показаниям ФИО10 о том, что шапка использовалась им в качестве маски и была натянута на лицо, чем обусловлено образование слюны на внутренней стороне. Показания свидетелей ФИО17 и ФИО25 о наличии у нападавшего маски с прорезями, на что обращает внимание ФИО10, не противоречат индивидуальным признакам шапки, на которой отсутствуют прорези для глаз, однако отрезанный верх позволяет натянуть ее на голову ниже уровня глаз и закрыть лицо, что с учетом одетых на нападавшем кепки и капюшона было воспринято свидетелями как прорези для глаз. Обнаруженные в районе дома по <адрес> спортивные штаны синего цвета с лампасами, черные кроссовки, темные перчатки и сумка, описание которых приведено в протоколе осмотра места происшествия, соответствуют аналогичным вещам и сумке, которые были у нападавшего на видеозаписи, что с учетом нахождения шапки возле похищенных цепочки и кулона позволяет сделать вывод о том, что шапка, штаны, кроссовки и сумка использовались лицом, совершившим преступление, антропометрические данные которого на видеозаписи, а также размер обуви соответствуют данным ФИО10, который показал, что носит обувь 43 размера, о чем пояснила и ФИО80 Таким образом, приведенные доказательства дополняют друг друга и в своей совокупности позволяют сделать бесспорный вывод о том, что данное преступление совершил ФИО10 Из договора аренды от 2 июля 2015 г. следует, что помещение ломбарда ООО «<данные изъяты>» расположено по адресу: <адрес>. (т. 14, л.д. 43-46) Согласно копии свидетельства налогового органа потерпевший ФИО4 является индивидуальным предпринимателем. (т. 14, л.д. 26) В соответствии со справкой потерпевшего ФИО4, 6 декабря 2015 г. из ломбарда по <адрес> были похищены принадлежащие ему ювелирные изделия из золота 585 пробы, стоимость которых составляет: - цепочки: весом 6,44 гр. - 10300 рублей, 9,12 гр. - 14600 рублей, 11,38 гр. - 18200 рублей, 15,01 гр. - 24000 рублей, 18,59 гр. - 29700 рублей, 9,36 гр. - 14900 рублей, 8,42 гр. - 13400 рублей, 5,03 гр. - 8000 рублей, 6,53 гр. - 10400 рублей, 4,21 гр. - 7000 рублей, 47,3 гр. - 80400 рублей, 7,34 гр. - 12400 рублей, 9,06 гр. - 15400 рублей, 2,04 гр. - 3500 рублей; - подвески: весом 1,78 гр. - 2800 рублей, 1,77 гр. - 2800 рублей, 1,57 гр. - 2500 рублей, 5,37 гр. - 8600 рублей, 1,31 гр. - 2200 рублей, 1,59 гр. - 2700 рублей, 1,08 гр. - 1800 рублей, 1,18 гр. - 2000 рублей, 0,77 гр. - 1300 рублей; 1,31 гр. - 2300 рублей, 1,47 гр. - 2500 рублей, 1,83 гр. - 3100 рублей, 1 гр. - 1700 рублей, 1,8 гр. - 3100 рублей, 1,4 гр. - 2400 рублей, 0,95 гр. - 1600 рублей, 0,94 гр. - 1600 рублей, 1,61 гр. - 2700 рублей, 1,81 гр. - 3100 рублей, 1,96 гр. - 1600 рублей, 1,31 гр. - 2300 рублей, 0,64 гр. - 1100 рублей, 0,36 гр. - 600 рублей, 0,74 гр. - 1300 рублей; -крестики: весом 1,14 гр. - 1800 рублей, 1,01 гр. - 1700 рублей, 1,06 гр. - 1800 рублей, 3,8 гр. - 6500 рублей, 2,51 гр. - стоимостью 4300 рублей, 0,98 гр. - 1700 рублей, 1,34 гр. - 2300 рублей, 0,8 гр. - 1400 рублей; -а также золотая цепочка 375 пробы весом 10,37 гр. стоимостью 14500 рублей, -всего на общую сумму 355900 рублей. (т. 13, л.д. 247-249) Содержащиеся в указанной справке сведения о количестве и стоимости похищенного имущества потерпевший ФИО4 подтвердил при допросе в судебном заседании. Эти сведения сомнений в достоверности не вызывают, поскольку соответствуют представленным потерпевшим копиями журнала «Продажа золота» (т. 14, л.д. 1-25), в котором отражены аналогичные данные о продаваемых ювелирных изделиях, в том числе о тех, недостача которых была установлена в ходе ревизии. Показания потерпевшего ФИО4 и свидетеля ФИО17 позволяют сделать вывод о том, что фактическая стоимость похищенного имущества определена потерпевшим исходя из значительного его опыта по оценке и реализации ювелирных изделий, с учетом их веса и пробы золота, соответствует сложившимся рыночным ценам, поэтому сомнений в правильности не вызывает. Показания свидетеля защиты ФИО61, пояснившего о том, что он занимается строительными работами, в связи с чем знаком с ФИО95, который в ноябре-декабре 2015 года делал ремонт в квартире в доме по <адрес> и брал у него строительный инструмент, а также соответствующие им показания ФИО10 в судебном заседании, вышеприведенных доказательств не опровергают. По преступлению от 24 декабря 2018 г. Потерпевший ФИО1 показал, что он проживает в квартире по <адрес>, является индивидуальным предпринимателем, имеет несколько торговых отделов на рынках. В 2018 году у него работала ФИО16, с ней общалась подсудимая ФИО95, мать которой также работает на рынке. ФИО16 и ФИО95 посещали его страницу в социальной сети «ВКонтакте». ФИО95 была зарегистрирована под другим именем, но он знал, что это она, так как общался с ней на рынке. Подсудимого ФИО95 он ранее также видел на рынке вместе с ФИО95. У него имеются массивные золотые браслет и цепочка, которую ФИО95 у него просила посмотреть. Примерно в августе 2018 года на рынке он разговаривал со знакомым риэлтором по поводу приобретения двухкомнатной квартиры. Затем обсуждал этот вопрос с риэлтором в октябре 2018 года по телефону. ФИО16 присутствовала при этих разговорах, которые слышала. Кроме нее никто не знал о том, что он собирается купить квартиру. В последующем 13 декабря 2018 года он квартиру купил. На протяжении нескольких лет он регулярно занимался в тренажерном зале в «Спорткомплексе Абакан», где в 2018 году видел ФИО94. Иногда при посещении спортзала на нем были золотые браслет и цепочка. 24 декабря 2018 года около 18:30 он приехал в спорткомплекс на своем автомобиле «<данные изъяты>» госномер «№». Примерно в 19:40 он вышел из спорткомплекса и пошел к своему автомобилю, находившемуся там же на парковке, которая была хорошо освещена. К нему подошел мужчина плотного телосложения в красно-серой куртке с капюшоном, в кепке, с маской на лице, направил ему в голову пистолет, сказал: «Открывай машину, садись, поехали». Он воспринял эти действия как угрозу убийством. Мужчина повторил требование садиться в машину и ехать, иначе угрожал «снести» ему голову. Опасаясь за свою жизнь, он побежал в сторону спорткомплекса. Мужчина выстрелил в него, пуля попала ему в правую ягодицу. В это же время подбежал и затем преследовал его второй мужчина худощавого телосложения, который в руках держал «маленькое ружье», был одет в куртку, шапку, на лице маска, требовал от него остановиться, схватил сзади за капюшон и пытался сделать подножку. Он не упал, побежал дальше, звал на помощь. Того, как напавшие на него убежали, он не видел. Посторонний мужчина помог ему подняться по лестнице в спорткомплекс, сказал, что они ждали давно. В спорткомплексе ему оказали первую помощь и вызвали скорую. В больнице он находился до конца декабря, затем примерно до 10 или 14 января 2019 года ходил на перевязки, рана гноилась, поэтому в рану ему ставили жгут. Так как и в последующем из-за раны он испытывал болевые ощущения, 20 февраля 2019 года ему сделали операцию и извлекли пулю. В больнице он находился до 25 февраля, затем лечение продолжалось амбулаторно в феврале и марте. Как следует из показаний, данных ФИО10, ФИО80, ФИО90 и ФИО92 в судебном заседании и на досудебной стадии, А-вы знакомы с 2016 года, имеют ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и с 2018 года состоят в браке. ФИО95, ФИО94 и ФИО92 в течение нескольких лет состоят в дружеских отношениях, в связи с чем ФИО94 и ФИО92 также знакомы с ФИО95. В ходе предварительного расследования ФИО10, ФИО90 и ФИО92, поясняя о своем участии в нападении на ФИО1 и, изобличая друг друга, рассказали об обстоятельствах совершения преступления, а ФИО80 - о своей осведомленности об его участниках. Так, в ходе допроса 30 мая 2019 г. обвиняемая ФИО80 пояснила, что иногда работала на центральном рынке у своей матери ФИО60, где общалась с ФИО16, которая говорила, что предприниматель, у которого ФИО16 работала, получает хороший доход, имеет несколько квартир, сдает их в аренду и хочет купить еще квартиру. Об этом она рассказала ФИО95, который также приходил на рынок и видел данного предпринимателя. В последующем ФИО95 ей сказал, что вместе с ФИО94 и ФИО92 напал на этого предпринимателя, чтобы забрать деньги, но из-за ФИО92 потерпевший убежал. (т. 9, л.д. 56-67) При проведении 30 мая 2019 г. очной ставки с ФИО90 обвиняемая ФИО80 пояснила, что ей известно о том, что ФИО94, ФИО95 и ФИО92 участвовали в нападении на предпринимателя возле «Спорткомплекса Абакан», что ФИО90 на очной ставке также подтвердил. (т. 9, л.д. 73-76) ФИО10, будучи допрошенным в качестве подозреваемого 1 июля 2019 г., пояснил, что в октябре-ноябре 2018 года ФИО94 рассказал ему о том, что в тренажерном зале «Спорткомплекса Абакан» обратил внимание на парня кавказской национальности (потерпевшего), у которого были массивные золотые цепь и браслет. Он ранее также занимался в тренажерном зале и по описанию ФИО94 понял о ком речь. Мать его супруги торгует на рынке, где он видел потерпевшего, у которого продавцом работала ФИО16. От нее было известно, что потерпевший хорошо зарабатывает, имеет квартиры, которые сдает в аренду, и собирается еще купить квартиру. Об этом он рассказал ФИО94, который предложил забрать у потерпевшего золотые украшения. Принять участие в совершении преступления предложили также ФИО92, тот согласился. После чего втроем разработали план, предусматривающий два варианта. В соответствии с первым вариантом решили, что ФИО94 и ФИО92 подойдут к потерпевшему около спорткомплекса после тренировки и, угрожая имевшимся у ФИО95 револьвером, вместе с потерпевшим на автомобиле последнего «<данные изъяты>» поедут домой к потерпевшему, а он поедет за ними на своем автомобиле. После чего все вместе должны зайти к потерпевшему в квартиру, которую осмотреть с целью поиска денег и украшений. Второй вариант заключался в том, что ФИО92 и Гольцев возле спорткомплекса должны под угрозой револьвера забрать у потерпевшего золотые цепочку и браслет. После чего все вместе планировали скрыться на машине. Договорились совершить преступление вечером 24 декабря 2018 года. Реализация одного из планов зависела от сложившейся ситуации. В назначенное время он заехал на своем автомобиле за ФИО92 и ФИО94, которому дал револьвер. Вместе приехали на парковку «Спорткомплекса Абакан», где находился автомобиль потерпевшего «<данные изъяты>», поняли, что потерпевший еще в тренажерном зале. Затем он оставил свой автомобиль в районе «китайского рынка», откуда они пешком пошли к автомобилю потерпевшего, которого ждали около часа. Когда потерпевший появился, к нему направился ФИО94, который должен был пойти навстречу, ФИО92 должен был подойти сзади, чтобы блокировать возможность отхода. Когда ФИО94 с револьвером подошел к потерпевшему, тот закричал и побежал в сторону спорткомплекса. ФИО92 в это время еще не подошел и не успел блокировать потерпевшего. После этого он услышал выстрел, понял, что из револьвера. ФИО94 и ФИО92 побежали в его сторону, затем они втроем убежали к месту стоянки его автомобиля, на котором уехали. ФИО94 сказал, что стрелял, чтобы напугать потерпевшего, в которого не попал. (т. 10, л.д. 63-68) В ходе допроса 18 июля 2019 г. обвиняемый ФИО10 пояснил, что за день или более до 24 декабря 2018 года он встретился с ФИО92 в кафе по <адрес>, предложил ограбить потерпевшего, фотографию которого полученную со страницы в социальной сети «ВКонтакте» показал на телефоне. Ранее он уже рассказывал ФИО92 про потерпевшего, говорил, что у того на рынке отделы, он носит золотые украшения, поэтому у потерпевшего есть что похитить. ФИО92 согласился. 24 декабря 2018 года он с ФИО94 и ФИО92 на его автомобиле подъехали к «китайскому рынку», где оставили автомобиль. Оттуда пошли к «Спорткомплексу Абакан», чтобы напасть на потерпевшего, имя которого - ФИО1 он узнал из социальных сетей. Он дал ФИО94 револьвер, который был в машине, а ФИО92 сказал взять обрез, находившийся там же в машине в спортивной сумке. У него было два обреза, какой из них взял ФИО92, не помнит. Он, ФИО94 и ФИО92 надели медицинские маски и перчатки. Он был одет в черный спортивный костюм с капюшоном, черную обувь. Во что были одеты ФИО94 и ФИО92 точно не помнит, ФИО92 – во что-то красное, у ФИО94 на ногах были белые кроссовки. Около спорткомплекса он и ФИО92 остались возле бетонных плит недалеко от автомобильной парковки, куда пошел ФИО94 ждать потерпевшего. Когда ФИО94 подал знак, он сказал ФИО92 бежать на помощь. Затем услышал выстрел, понял, что стрелял ФИО94, который вместе с ФИО92 бежали в его сторону. После чего они втроем побежали к его машине. Потерпевшего не ограбили, так как тот убежал. Когда с ФИО94 и ФИО92 совершали преступления, то не брали с собой сотовые телефоны, которые чаще всего оставляли в кафе «<данные изъяты>» по <адрес>, так как понимали, что местоположение можно определить по сотовой связи. (т. 22, л.д. 130-133) Согласно протоколу допроса от 6 августа 2019 г. обвиняемый ФИО10 пояснил, что при нападении на ФИО1 использовался выданный им револьвер «Сафари», из которого Гольцев выстрелил в потерпевшего. Данный револьвер предназначен под патроны 4,2 мм, но переделан под патроны ТОЗ калибром 5,6 мм. Он нашел револьвер уже переделанным. Перед тем как напасть на ФИО1, он и ФИО94, чтобы изучить обстановку, выяснить наличие видеокамер, ездили к дому потерпевшего по <адрес>, в котором находится магазин «<данные изъяты>». Около подъезда, над которым была установлена видеокамера, находился автомобиль ФИО1. О том, что ФИО1 собирается купить квартиру, он знал от работавшей у потерпевшего ФИО16, поэтому и решили ФИО1 ограбить. Чтобы узнать, где живет ФИО1, он следил за потерпевшим, когда тот ездил с работы и тренировки, узнал таким образом, когда заканчиваются у него занятия. (т. 22, л.д. 178-182) При проведении проверки показаний на месте 19 июля 2019 г. обвиняемый ФИО10 показал место в районе дома по <адрес>, где оставили автомобиль и затем пошли к «Спорткомплексу Абакан» пешком. Как пояснил ФИО10, по его указанию ФИО92 взял принадлежащий ФИО95 обрез, а ФИО94 – револьвер. Кроме того, они втроем одели медицинские маски, чтобы их не опознали. Возле спорткомплекса ФИО10 указал железобетонные плиты, где он и ФИО92 наблюдали, а также - место возле крыльца, где ожидал потерпевшего ФИО90, место на автомобильной парковке, где находился автомобиль потерпевшего ФИО1, пояснив, что в потерпевшего выстрелил ФИО94, а ФИО92 потерпевшего преследовал. После чего они побежали в его сторону и затем втроем убежали к своему автомобилю. (т. 22, л.д. 134-156) Как показал обвиняемый ФИО10 в ходе допроса 4 сентября 2019 г., когда он нашел револьвер, который использовался при нападении на ФИО1, револьвер был заряжен пятью или шестью патронами ТОЗ. Один патрон он выстрелил, чтобы убедиться, что револьвер пригоден для стрельбы. Перед совершением разбоя ФИО94 и ФИО92 рассматривали револьвер, поэтому они знали, что револьвер заряжен, а ФИО94 открывал барабан, перед тем как 24 декабря 2018 года пошли к спорткомплексу. Однако они не договаривались, что ФИО94 будет стрелять, договаривались, что заставит потерпевшего сесть в машину под угрозой револьвера. Обрез, который использовался при нападении на ФИО1, принадлежит ФИО92, который в декабре 2018 года положил обрез в его машину, где обрез хранился. Приклад обреза обмотан синей изолентой. Во время преступления обрез заряжен не был. (т. 22, л.д. 203-207) Согласно протоколу дополнительного допроса от 4 октября 2019 г. обвиняемый ФИО10 пояснил, что в декабре 2018 года он вместе с ФИО94 и ФИО92 был в кафе «<данные изъяты>». ФИО92 рассказал, что у него есть обрез и предложил пострелять, чтобы проверить исправность обреза. На следующий день или через день они втроем приехали в район Дренажного канала. Карачаков взял из своего дома обрез двуствольного ружья, у которого уже были укорочены ствол и приклад. Убедившись, что обрез стреляет, оставили обрез на хранение в его машине. Для удобства ношения в сумке он решил обрез укротить еще. В период с декабря 2018 года до февраля 2019 года он вместе с ФИО94 и ФИО92 на своем автомобиле приехал на СТО в районе <адрес>, где работал ФИО14, который ранее занимался ремонтом его автомобилей. По его просьбе ФИО14 дал ему режущий инструмент, с помощью которого он отпилил у обреза ствол и приклад, отпиленные части забросил на расширительный бачок отопления. ФИО94 и Карачаков видели его действия. С каким обрезом совершались разбойные нападения, он не помнит. (т. 22, л.д. 225-227) При проведении 11 октября 2019 г. очной ставки с ФИО92 обвиняемый ФИО10 пояснил, что в декабре 2018 года ФИО92 передал ему курковое ружье, о наличии которого говорил ранее. Для удобства хранения вместе с ФИО92 и ФИО94 решили ружье укоротить. Для этого вместе приехали на СТО по <адрес>, где он отпилил у ружья ствол и приклад. После чего хранил обрез в своей машине, о чем ФИО92 и ФИО94 знали. У него имелись патроны 16 калибра, однако из данного ружья не стреляли. Какой именно обрез использовался при совершении нападения на ФИО1, не помнит. За несколько дней до нападения на ФИО1 он рассказал ФИО92 о потерпевшем, которого можно ограбить. Действия каждого при совершении преступления обсудили за несколько дней до преступления. Вместе с ФИО94 он ездил к дому потерпевшего, а также к спорткомплексу, где потерпевший тренировался. (т. 22, л.д. 228-232) Обвиняемый ФИО90 в ходе допроса 23 июля 2019 г. пояснил, что примерно за неделю до 24 декабря 2018 года он вместе с ФИО95 был в баре «<данные изъяты>», расположенном по <адрес>. ФИО95 предложил ему ограбить мужчину, рассказал, что потерпевший торгует на центральном рынке, имеет деньги и собирается купить квартиру. Он согласился. Вместе с ФИО95 планировали преступление. В ходе подготовки два раза ездили к дому потерпевшего, адрес которого знал ФИО95. Он точно адрес не помнит. Собирались напасть на потерпевшего около его дома, вместе пройти в квартиру и забрать деньги. Так как на подъезде, где живет потерпевший, установлена камера видеонаблюдения, решили, что там совершать нападение опасно. ФИО95 ему показал автомобиль потерпевшего «<данные изъяты>» белого цвета, когда тот подъехал. Он узнал потерпевшего, так как встречался с ним в тренажерном зале в «Спорткомплексе Абакан» и обратил внимание, что потерпевший носил толстые золотые цепь и браслет, о чем сказал ФИО95, с которым решили напасть на потерпевшего возле спорткомплекса после тренировки около 20 часов. По предложению ФИО95 решили привлечь для совершения преступления ФИО92. У ФИО95 имелись обрез и револьвер. Договорились, что он и ФИО92, угрожая револьвером и обрезом, заставят потерпевшего сесть в машину к потерпевшему и повезут домой. ФИО95 будет на своей машине ехать за ними. Деньги необходимо будет забрать дома у потерпевшего. В случае, если не удастся заставить потерпевшего поехать с ними, решили на месте нападения забрать у потерпевшего золотые украшения. Как ему известно, за несколько дней до нападения ФИО95 предложил ФИО92 участвовать в преступлении, с чем тот согласился. 24 декабря 2018 года около 18:30 ФИО95 заехал за ним на автомобиле «Мазда 3». По указанию ФИО95 он взял с собой красную олимпийку, безрукавку, чтобы переодеться. Около 19 часов заехали за ФИО92 в бар, где ФИО95 отдал бармену его и ФИО92 сотовые телефоны, чтобы их не обнаружили по телефонам. Затем втроем приехали к спорткомплексу. Автомобиля потерпевшего не было. Поехали в аптеку на перекрестке улиц <адрес>, где по указанию ФИО95 он купил медицинские маски. Пока возвращались к спорткомплексу, обсудили, что он будет ждать потерпевшего возле крыльца, и когда потерпевший появится, он подаст знак ФИО92, который должен подойти сзади, вместе они заставят потерпевшего сесть в машину, угрожая – он револьвером, ФИО92 – обрезом. ФИО92 был одет в олимпийку красного цвета без капюшона, черную вязаную шапку, черные штаны, ФИО95 – в куртку черного цвета, шапку вязаную, кроссовки, трико. Автомобиль ФИО95 оставили на <адрес> за «китайским рынком», чтобы автомобиль остался незамеченным. Он взял в бардачке револьвер, который там ФИО95 хранил и ему показывал. ФИО92 Азизов сказал взять обрез, который был в машине в спортивной сумке. Оружие собирались использовать для угрозы, чтобы заставить потерпевшего сесть в машину, стрелять не договаривались. Они втроем надели на лица маски, чтобы их не смогли опознать, и пришли к «Спорткомплексу Абакан», где согласно договоренности он ждал потерпевшего около крыльца, а ФИО92 и ФИО95 находились рядом возле бетонных плит, ожидая его сигнала, по которому ФИО92 должен был ему помочь. Около 20 часов из спорткомплекса вышел потерпевший, который шел к машине на парковке. Он позвал потерпевшего, на которого направил револьвер и сказал садиться в свою машину. Потерпевший начал убегать в сторону спорткомплекса. В этот момент подбежал ФИО92, который держал в руках обрез. Вместе с ФИО92 он стал преследовать потерпевшего, поскользнулся и случайно выстрелил. После чего он и ФИО92 побежали в сторону ФИО95, а оттуда к автомобилю. Завладеть имуществом потерпевшего у них не получилось, так как потерпевший убежал. После совершения преступления они вернулись в бар по <адрес>. (т. 66, л.д. 88-100) При проведении проверки показаний на месте 24 июля 2019 г. обвиняемый ФИО90 показал многоэтажный жилой дом по <адрес>, в котором находится магазин «<данные изъяты>», пояснив, что во дворе этого дома он и ФИО95 наблюдали за потерпевшим ФИО1 и видели, что тот зашел в подъезд №, над которым установлено видеонаблюдение, поэтому решили напасть на потерпевшего возле спорткомплекса. Также ФИО90 указал место возле дома по <адрес>, куда он, ФИО92 и ФИО95 приехали на автомобиле, который оставили, а дальше пошли пешком. Возле «Спорткомплекса Абакан» ФИО90 показал парковочную площадку напротив крыльца, где находился автомобиль потерпевшего «<данные изъяты>», а также место неподалеку, где ожидал он, пояснив, что он догнал потерпевшего возле машины и наставил на него револьвер. Потерпевший побежал в сторону спорткомплекса. В это время подбежал ФИО92, с которым они начали преследование. Он поскользнулся, упал и случайно выстрелил. После чего они убежали. (т. 66, л.д. 101-131) Доводы ФИО90 о том, что в ходе проверки показаний на месте он не мог указать адрес, где живет потерпевший, и показал другой дом, в котором находится магазин «<данные изъяты>» (расположенный по <адрес>), не свидетельствуют о недостоверности протокола проверки показаний на месте, в котором отражено, что, прибыв во двор вышеуказанного дома, ФИО90 пояснил, что ошибся, и в последующем самостоятельно показал расположенный рядом дом по <адрес>, в котором живет потерпевший. Согласно протоколу допроса от 30 августа 2019 г. обвиняемый ФИО90 пояснил, что перед нападением на потерпевшего ФИО1 он взял в бардачке автомобиля ФИО95 револьвер, проверил – револьвер был заряжен. На фототаблице к заключению эксперта № 1/1051 от 2 июля 2019 г. изображен револьвер, который он использовал при нападении. У ФИО92 с собой был двуствольный обрез с рукояткой, перемотанной синей изолентой, также изображенный на фототаблице к данному заключению эксперта. Когда планировали напасть на ФИО1, договаривались совершить преступление с использованием этого оружия, которое ФИО95 показывал ему и ФИО92. (т. 66, л.д. 156-161) Как следует из протокола допроса от 2 октября 2019 г., обвиняемый ФИО90 пояснил, что в декабре 2018 года он, ФИО95 и ФИО92 находились в кафе «<данные изъяты>». ФИО92 сказал, что у него есть охотничье ружье и патроны. В этот же или на следующий день вместе поехали на Дренажный канал, где из данного ружья стреляли. Ружье было двуствольное, с деревянным прикладом, осталось храниться у ФИО95. В феврале 2019 года ФИО95 предложил у данного ружья отпилить ствол и приклад. Втроем на автомобиле ФИО95 приехали на СТО в районе <адрес>, где ФИО95 ранее ремонтировал машину. Работник СТО дал ФИО95 режущий инструмент, с помощью которого ФИО95 отпилил ствол и приклад. Изготовленный обрез ФИО95 хранил у себя. (т. 66, л.д. 164-166) В ходе проверки показаний на месте 17 октября 2019 г. ФИО90 показал СТО, расположенное в гаражном массиве возле дома по <адрес>. Подтвердив показания от 2 октября 2019 г. о том, что ФИО95 отпилил ствол и приклад у ружья, ФИО90 уточнил, что это происходило до 24 декабря 2018 года. Ружье было курковое, разобранное, находилось в сумке, которую ФИО95 взял в машине. Когда ФИО95 отпиливал, он помогал держать ствол и приклад. ФИО92 находился рядом и наблюдал. (т. 66, л.д. 167-170) При проведении 18 октября 2019 г. очной ставки с ФИО92 обвиняемый ФИО90 подтвердил, что ФИО92, находясь в кафе «<данные изъяты>», рассказал ему и ФИО95, что имеет ружье, из которого втроем стреляли на Дренажном канале. Затем вместе были на СТО по <адрес>, где ФИО95 отпилил у ружья ствол и приклад, в чем он помогал, удерживая части ружья, а ФИО92 наблюдал рядом. В последующем обрез хранился в машине у ФИО95. Использовался ли обрез при нападении на ФИО1, он не помнит. (т. 66, л.д. 174-179) На допросе в качестве обвиняемого 4 декабря 2019 г. ФИО90 пояснил, что в декабре 2018 года он и ФИО95 были в баре «<данные изъяты>». ФИО95 предложил совершить нападение на ФИО1, который торгует на рынке, имеет деньги и собирается приобрести квартиру. Азизов сказал, что у него есть револьвер, который можно использовать при совершении преступления, предложил также привлечь ФИО92. В тот же период времени он, ФИО95 и ФИО92 находились в кафе «<данные изъяты>», обсуждали как совершить нападение. ФИО92 сказал, что у него есть охотничье ружье с патронами, которое хранится дома. ФИО95 предложил проверить, стреляет ли ружье. На следующий день или через день вместе поехали на Дренажный канал и по одному разу выстрелили из ружья. Через некоторое время ФИО95 предложил укоротить ружье. Втроем приехали на СТО, где ФИО95 отпилил ствол и приклад. За неделю до нападения на ФИО1 он вместе с ФИО95 дважды ездил к дому, где проживает потерпевший. Азизов сначала предлагал совершить нападение около дома, чтобы вместе с потерпевшим подняться в квартиру и забрать деньги. Но так как на подъезде была камера видеонаблюдения, ФИО95 решил напасть на потерпевшего возле «Спорткомплекса Абакан», куда потерпевший ходил в тренажерный зал, и ФИО95 знал расписание тренировок. В процессе наблюдения потерпевший подъехал к дому на своем автомобиле «<данные изъяты>». Он узнал потерпевшего, которого ранее видел в тренажерном зале и обратил внимание, что у потерпевшего были массивные золотые цепочка и браслет. Так как решили совершить нападение около спорткомплекса, ФИО95 предложил привлечь ФИО92, разработал план, согласно которому он и ФИО92 под угрозой применения оружия должны заставить потерпевшего сесть в свой автомобиль, поехать домой к потерпевшему, ФИО95 должен был ехать за ними, дома у потерпевшего необходимо было забрать деньги. Если потерпевший откажется с ними ехать, решили ограбить его около спорткомплекса – забрать золотые украшения. Этот план ФИО95 за день или два до нападения рассказал ФИО92, при каких обстоятельствах он не знает. 24 декабря 2018 года около 18:30 за ним приехал ФИО95. Накануне они спланировали напасть на потерпевшего после тренировки, которая заканчивалась около 20 часов. С ФИО95 около 19 часов приехали в пивной бар, где был ФИО92. Его и ФИО92 сотовые телефоны ФИО95 отдал бармену, чтобы по телефонам нельзя было установлено их местонахождения. Втроем приехали к «Спорткомплексу Абакан» на автомобиле ФИО95, который сказал, что автомобиля потерпевшего еще нет. Затем поехали в аптеку на перекрестке <адрес>, где по указанию ФИО95 он купил медицинские маски и вновь поехали к спорткомплексу. По дороге ФИО95 рассказал план действий, согласно которому он должен ждать потерпевшего около входа в спорткомплекс и подать знак, когда потерпевший выйдет, после чего вместе с ФИО92 заставить потерпевшего сесть в машину, угрожая он – револьвером, а ФИО92 – обрезом. Автомобиль оставили на <адрес>, он взял с собой из бардачка револьвер, проверил - в барабане было несколько патронов. ФИО92 по указанию ФИО95 взял из сумки обрез, который накануне изготовил ФИО95. Был ли обрез заряжен, он не знает. Стрелять из оружия не собирались, а только должны были использовать в качестве угрозы. Когда пришли к спорткомплексу, автомобиль потерпевшего находился на парковке. Согласно договоренности он пошел к крыльцу, а ФИО92 и ФИО95 ожидали недалеко возле бетонных плит. Примерно в 20 часов из спорткомплекса вышел потерпевший ФИО1. Он подал рукой знак и направился к потерпевшему, который подошел к своему автомобилю. Он окликнул потерпевшего, на которого наставил револьвер и сказал садиться в автомобиль. Однако потерпевший начал убегать. В этот момент подбежал ФИО92, который был с обрезом, стал преследовать ФИО1. Он непроизвольно выстрелил, не желая попасть в потерпевшего. Затем он и ФИО92 побежали к ФИО95, вместе с которым - к автомобилю. Завладеть имуществом ФИО1 не удалось, так не смогли заставить потерпевшего сесть в машину и он убежал. (т. 68, л.д. 261-275) ФИО92, будучи допрошенным в качестве подозреваемого 2 июля 2019 г. пояснил, что в середине декабря 2018 года он вместе с ФИО94 был в баре по <адрес>, куда пришел ФИО95, который предложил напугать какого-то мужчину, что конкретно нужно делать, не говорил, пообещал за это дать ему денег или свою машину «Хонда Интегра», с чем он согласился. Через несколько дней он был в том же баре, куда пришли ФИО94 и ФИО95. Затем вместе на машине приехали на <адрес>, одели маски. По указанию ФИО95 он достал из спортивной сумки обрез, понял, что обрез неисправный, так как не было курка. Втроем пришли к «Спорткомплексу Абакан». ФИО94 пошел к крыльцу, а он и Азизов стояли в стороне. Азизов сказал ему, что нужно у мужчины незаметно вытащить из кармана ключи. Когда мужчина вышел из спорткомплекса и направился к своему автомобилю «Лексус», он отвернулся, так как не хотел уже в этом принимать участие. Однако Азизов сказал ему бежать туда. Он видел, что ФИО94 шел к потерпевшему, направив на того пистолет, а потерпевший пятился назад и побежал. После чего он услышал выстрел и подбежал к потерпевшему, которого сбил с ног, однако увидев кровь, сказал потерпевшему убегать. После чего потерпевший побежал к спорткомплексу, он с ФИО94 и ФИО95 через лес убежали к машине. (т. 10, л.д. 88-91) В ходе допроса 11 июля 2019 г. обвиняемый ФИО92 пояснил, что примерно 20 декабря 2018 года в вечернее время он вместе с ФИО94 был в баре «<данные изъяты>» по <адрес>, куда приехал ФИО95, который предложил ему напугать какого-то мужчину, торгующего на рынке, которого, как он понял, нужно избить. ФИО95 показал фотографию мужчины в телефоне, обещал за это денег или отдать машину «Хонда Интегра». На фотографии был мужчина с толстой золотой цепочкой на шее. С предложением ФИО95, который сказал, что в этом будет участвовать и ФИО94, он согласился. 24 декабря 2018 года он был в том же пивном баре вместе с ФИО94, куда около 19 часов пришел ФИО95, который позвал их. ФИО95 оставил его и ФИО94 сотовые телефоны у бармена, чтобы потом не установили по телефонам их местонахождение. Втроем поехали на автомобиле ФИО95 «Мазда 3» к «Спорткомплексу Абакан». Машины потерпевшего не было. Затем поехали в аптеку на <адрес>, где ФИО94 купил маски. Азизов сказал, что потерпевший всегда в это время тренируется и должен выйти около 20 часов. После чего поехали на <адрес>, где оставили автомобиль и оттуда пошли к спорткомплексу. Перед этим ФИО95 дал ФИО94 револьвер, а ему сказал взять из спортивной сумки обрез, чтобы напугать потерпевшего, у которого необходимо было вытащить из кармана ключи, но не уточнил от дома или от автомобиля. Он взял обрез, решил, что обрез неисправный и незаряженный, так как был без курка. Они втроем были в масках, ФИО95 одет во все черное, ФИО94 - в красную олимпийку, он также – в красную олимпийку, черную спортивную шапку, черные штаны и кроссовки. Около спорткомплекса Азизов сказал ФИО94 ждать потерпевшего возле крыльца, а он и ФИО95 ожидали за углом. ФИО95 не посвящал его подробно в свои планы, он понял, что потерпевшего нужно напугать и ограбить. Примерно в 20 часов из спорткомплекса вышел мужчина, за которым пошел ФИО94. Он видел, что возле машины на парковке ФИО94 направил револьвер на потерпевшего, который пятился назад, кричал и уперся в автомобиль «Лексус» белого цвета. Азизов сказал ему бежать туда. Он побежал в сторону ФИО94 и потерпевшего, в руках держал обрез. Потерпевший побежал к спорткомплексу. Раздался выстрел. Он понял, что это выстрелил ФИО94, который держал на вытянутой руке револьвер в направлении потерпевшего. Около крыльца он догнал потерпевшего, схватил за руку и сделал подножку. Потерпевший кричал о помощи. Увидев на потерпевшем кровь, он испугался, сказал ему бежать, а сам убежал вместе с ФИО94 и ФИО95 к их автомобилю, откуда уехали в бар. (т. 37, л.д. 62-69) При проведении проверки показаний на месте 12 июля 2019 г. обвиняемый ФИО92 показал место возле дома по <адрес>, где 24 декабря 2018 г. ФИО95, он и ФИО94 оставили автомобиль ФИО95 «Мазда 3» и пошли к «Спорткомплексу Абакан». Как пояснил ФИО92, втроем они одели маски, он взял с собой обрез, ФИО94 – револьвер. Возле спорткомплекса ФИО92 показал железобетонные плиты, где он и ФИО95 остались ждать потерпевшего. На парковочной площадке перед крыльцом спорткомплекса ФИО92 показал место, где находился автомобиль потерпевшего, возле которого ФИО94 направил на потерпевшего револьвер. ФИО92 пояснил, что по указанию ФИО95 он побежал на помощь ФИО94, держа в руках обрез. Потерпевший побежал к крыльцу и в этот момент он услышал выстрел. Около крыльца он догнал потерпевшего, схватил за руку и сделал подножку. Увидев кровь у потерпевшего, который кричал, он побежал в сторону ФИО95, вместе с которым и ФИО94 убежал к автомобилю. (т. 37, л.д. 70-94) Как следует из протокола допроса обвиняемого ФИО92 от 5 сентября 2019 г., он пояснил, что перед совершением нападения на ФИО1, когда приехали на <адрес>, по указанию ФИО95 он достал из спортивной сумки обрез. Азизов сказал, что обрез не заряжен. Он переломил обрез и убедился, что патроны отсутствовали, также не было курка. В декабре 2018 года он вместе с ФИО95 ездил на СТО в районе <адрес>. В машине ФИО95 он видел обрез двуствольного ружья с прикладом перемотанными синей изолентой. Из данного обреза с разрешения ФИО95 он произвел один выстрел в дерево на берегу реки. Патроны были у ФИО95, который сказал, что снаряжает их самостоятельно. Также ему известно, что у ФИО95 был еще один обрез и револьвер. Обрезы ФИО95 возил в машине в спортивной сумке. Револьвер ФИО95 ему показывал, а ФИО94 использовал револьвер при нападении на ФИО1. О том, что револьвер был заряжен, он не знал. На фототаблице к заключению эксперта № 1/1322 от 26 августа 2019 г. изображен револьвер, из которого ФИО94 стрелял в ФИО1. (т. 37, л.д. 121-124) Согласно протоколу допроса от 7 октября 2019 г. обвиняемый ФИО92 пояснил, что в декабре 2018 года он бывал в кафе «<данные изъяты>» вместе с ФИО94, которому никогда не рассказывал о том, что имеет ружье. В декабре 2018 года он вместе с ФИО95 ездил в район <адрес> на СТО, где встретил знакомого по имени ФИО14, с которым ранее отбывал наказание. ФИО95 занес в помещение СТО двуствольное охотничье ружье с прикладом, которое там оставил. Он не видел, чтобы ФИО95 делал из ружья обрез. (т. 37, л.д. 128-129) В ходе очной ставки с ФИО10, проведенной 11 октября 2019 г., обвиняемый ФИО92 пояснил, что совершить нападение на ФИО1 ему предложил ФИО95, когда они находились в баре по <адрес>. В декабре 2018 года он видел в машине у ФИО95 двуствольное охотничье ружье, из которого предложил пострелять. Вместе с ФИО95 приехали к дамбе, где он один раз выстрелил из ружья. Он не помнит того, что ФИО95 укорачивал ружье. Обрез данного ружья не использовался им при совершении нападения на ФИО1, у него был другой обрез. (т. 22, л.д. 228-232) При проведении 18 октября 2019 г. очной ставки с ФИО90 обвиняемый ФИО92 пояснил, что в двадцатых числах декабря 2018 года он вместе с ФИО95 на машине последнего приехал на СТО в районе <адрес>. ФИО95 достал из багажника машины ружье, которое занес в помещение СТО и вышел через некоторое время. Он зашел в помещение, где встретил своего знакомого по имени ФИО14. Когда уехали, Азизов сказал, что ружье нужно укоротить. ФИО94 с ними не было. (т. 66, л.д. 174-179) На допросе 14 ноября 2019 г. обвиняемый ФИО92, отрицая наличие у него ружья, пояснил, что примерно 14 декабря 2018 года он вместе с ФИО95 ездил на СТО в районе <адрес>, где ФИО95 просил у работника СТО инструмент, чтобы обрезать ствол и приклад у ружья. Был ли с ними ФИО94 в этот день, он не помнит. ФИО95 достал ружье из багажника и занес в помещение СТО. Он не видел, как ФИО95 отрезал ствол и приклад. Примерно 20 декабря 2018 года он был вместе с ФИО94 в баре «<данные изъяты>» по <адрес>, куда приехал ФИО95, который предложил ограбить ранее ему неизвестного мужчину, как ему потом стало известно -потерпевшего ФИО1, фотографию которого с сайта «ВКонтакте» ФИО95 показал на сотовом телефоне, сказал, что ФИО1 торгует на рынке, имеет деньги, золотые браслет и цепочку, которые он видел на фотографии в телефоне, что нападем на потерпевшего вместе с ФИО94 с обрезом и револьвером, о наличии которых у ФИО95 ему было известно. С предложением ФИО95 он согласился. 24 декабря 2019 года он был в том же баре вместе с ФИО94, куда приехал ФИО95, который оставил их сотовые телефоны у бармена, чтобы по телефонам не установлении их местонахождение. Втроем на автомобиле ФИО95 «Мазда 3» поехали к «Спорткомплексу Абакан». ФИО95, который знал, где потерпевший живет, работает, когда тренируется, посмотрел автомобиль потерпевшего, которого не было. Затем поехали в аптеку на <адрес>, где ФИО94 купил медицинские маски. Оттуда приехали в район спорткомплекса на <адрес>. Азизов сказал, что дальше пойдем пешком, дал ФИО94 револьвер, заряженный или нет, он не знает. По указанию ФИО95 он достал в сумке под сиденьем обрез, сделанный ФИО95 примерно 14 декабря 2019 года из двуствольного охотничьего куркового ружья, рукоятка обреза была перемотана синей изолентой. Азизов сказал, что обрез нужен, чтобы напугать потерпевшего. Так как он стрелять не собирался, то не проверял, был ли обрез заряжен. Азизов сказал, что он должен вытащить ключи у потерпевшего ФИО1, которого надо заставить сесть в машину и приехать к потерпевшему домой, чтобы дома, где есть деньги и ценности, ограбить. Когда пошли к спорткомплексу, одели медицинские маски. На парковке ФИО95 узнал автомобиль ФИО1 «<данные изъяты>» белого цвета, сказал ФИО94 ждать возле крыльца, а он и ФИО95 находились в стороне возле бетонных плит. При появлении ФИО1 он должен был помочь ФИО94 заставить потерпевшего сесть в машину. Он и ФИО95 отвлеклись и не сразу увидели потерпевшего, на которого Гольцев возле машины направил револьвер. По указанию ФИО95 он побежал к ним, держа в руках обрез. ФИО1 побежал в сторону спорткомплекса. ФИО94, удерживая на вытянутой руке револьвер, выстрелил. Около крыльца он догнал потерпевшего, которого хотел схватить и сделать ему подножку, но потерпевший увернулся и громко кричал о помощи, поэтому он, испугавшись быть пойманным, побежал в сторону ФИО95, вместе с которым и ФИО94 убежал к автомобилю, при этом уронил свою медицинскую маску. ФИО95 отвез его и ФИО94 в бар. (т. 37, л.д. 188-196) В ходе допроса 2 декабря 2019 г. обвиняемый ФИО92 пояснил, что 10 декабря 2018 года возле своего дома купил у незнакомого мужчины за 1000 рублей старое двуствольное охотничье курковое ружье, о чем затем рассказал ФИО95, которому данное ружье отдал. (т. 37, л.д. 236-237) При проведении проверки показаний на месте 6 декабря 2019 г., ФИО92 показал место возле своего дома по <адрес>, где он приобрел и затем хранил ружье. (т. 37, л.д. 244-249) О достоверности признательных показаний обвиняемых в той части, в которой они соответствуют установленным фактическим обстоятельствам, и виновности ФИО10, ФИО90, ФИО92 в совершении преступления свидетельствуют объективные сведения, содержащиеся в ряде протоколов следственных действий и заключениях экспертов, показаниях свидетелей, вещественные доказательства. Так, свидетель ФИО16 пояснила, что в 2018-2019 годах она работала на рынке у потерпевшего ФИО1, знакома и поддерживает отношения с ФИО95, у которой мать тоже работает на рынке, где ФИО95 часто бывала. На рынке всем было известно, что ФИО1 является материально обеспеченным, у него имелись массивные золотые украшения. Летом 2018 года она и ФИО95 брали у него посмотреть золотую цепочку. Она знала, что ФИО1 регулярно посещал спортзал. То обстоятельство, что ФИО16 не пояснила, что ей было известно о том, что потерпевший ФИО1 собирался купить квартиру, не свидетельствует о наличии каких-либо сомнений, поскольку, как следует из материалов дела, данный факт до допроса 30 мая 2019 г. ФИО80 не был известен органу предварительного расследования и затем нашел свое подтверждение. Согласно протоколу выемки от 1 августа 2019 г. у потерпевшего ФИО1 были изъяты браслет и цепочка, изготовленные из металла желтого цвета, которые осмотрены, установлено, что браслет длиной 25 см, шириной 1,5 см, весом 98,27 гр., цепочка длиной 64 см, шириной 1 см, весом 173,89 гр., на них имеется клеймо 585 пробы. (т. 9, л.д. 208-210, 211-213) С учетом этих данных и показаний потерпевшего ФИО1 об изготовлении цепочки и браслета из золота, а также информация ООО «<данные изъяты>» о том, что стоимость приема золотых изделий 585 пробы составляет 1500 рублей за 1 гр. (т. 4, л.д. 124), суд приходит к выводу, что стоимость браслета составляет не менее 147405 рублей, цепочки – не менее 260835 рублей. Свидетель ФИО37, являясь очевидцем нападения на потерпевшего, пояснил, что зимой 2018 года примерно в 19 часов он привез супругу и ребенка в «Спорткомплекс Абакан», затем ожидал в своей машине на парковке, которая была хорошо освещена фонарями. Он обратил внимание на мужчину крепкого телосложения в медицинской маске, одетого в куртку с наличием красного цвета с капюшоном. Минут через 15-20 со стороны спорткомплекса к автомобилю «<данные изъяты>» белого цвета подошел потерпевший, к которому приблизился мужчина в медицинской маске. Они между собой о чем-то громко говорили, он понял, что было требование садиться в машину. Мужчина в маске держал, что-то в руке. Он услышал громкий оружейный выстрел, понял, что мужчина в медицинской маске выстрелил в потерпевшего, который побежал. Затем появился мужчина худощавого телосложения в темной одежде, который побежал за потерпевшим, а потом в другую сторону. Была ли у второго мужчины маска и куда делся первый мужчина, он не видел. Он прошел в спорткомплекс, где видел кровь, у потерпевшего была рана в области ягодицы. В судебном заседании свидетель ФИО37 указал на подсудимого ФИО90, который по антропометрическим данным соответствует мужчине крепкого телосложения в медицинской маске. Как пояснил свидетель ФИО32, он работает охранником в «Спорткомплексе Абакан». Когда зимой 2018 года было совершено нападение на мужчину около спорткомплекса, он находился на дежурстве. Около 20 часов потерпевший забежал в помещение, сказал, что в него стреляли, просил вызвать скорую. Медицинский работник оказал помощь потерпевшему, у которого была рана в области бедра и кровотечение. На спорткомплексе установлены видеокамеры, с которых просматриваются парковки для автомобилей. Свидетель ФИО64 показал, что к 19:45 он привозит свою супругу в «Спорткомплекс Абакан» на занятия, во время которых прогуливается по прилегающему парку. Зимой 2018 года, когда он прогуливался по парку на расстоянии нескольких сотен метров от спорткомплекса, увидел, что через парк от спорткомплекса бежали трое мужчин. Один из них худощавый, одетый во все черное с капюшоном на голове. Второй был пониже ростом, одетый тоже в темное, чем-то ударил по ветке, как он подумал, ножом. Третий был коренастый, одетый в красный свитер и темную безрукавку. Когда он затем прошел в спорткомплекс, там узнал, что в кого-то стреляли. По этому поводу его опрашивали и показали видеозаписи наблюдения, на которых он узнал мужчин, бежавших по парку. В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 24 декабря 2018 г. около «Спорткомплекса Абакан», расположенного по <адрес>, имеется площадка для стоянки автомобилей. Там же возле угла здания на снегу обнаружен участок со следами обуви, дорожка которых ведет через примыкающий к спорткомплексу Парк культуры и отдыха, где около данной дорожки следов обуви обнаружена и изъята медицинская маска. Далее дорожка следов обуви ведет на <адрес>. В ходе осмотра изъят диск с видеозаписями камер наблюдения, установленных на спорткомплексе. (т. 9, л.д. 133-143) В протоколе осмотра предметов от 16 августа 2019 г. (т. 9, л.д. 218-225) зафиксировано, что на оптическом диске, изъятом при осмотре места происшествия, имеется видеозапись, которая была воспроизведена и в судебном заседании с участием потерпевшего ФИО1, с учетом пояснений которого установлено, что запись велась видеокамерой, установленной на здании «Спорткомплекса Абакан». Фрагмент записи начинается 24 декабря 2018 г. в 18:24. Камера направлена на парковку, на которой расположены автомобили, в том числе автомобиль потерпевшего «<данные изъяты>». В 19:08 через парковку прошел мужчина плотного телосложения в темной одежде с капюшоном и красными рукавами, его лицо прикрыто чем-то светлым, он остановился около спорткомплекса, затем периодически уходил и возвращался, в 19:39 вновь вышел из обзора видеокамеры. В 19:41 на парковку прошел мужчина среднего телосложения в темной одежде с капюшоном, лицо его прикрыто чем-то светлым, он остановился напротив автомобиля ФИО1 и затем ушел. В 19:46 от здания спорткомплекса на парковку вышел ФИО1, который подошел к своему автомобилю. В 19:47 к нему направился появившийся в кадре первый мужчина в темной одежде с красными рукавами и подошел вплотную, вытянул руку в направлении ФИО1, который зашел за своей автомобиль с другой стороны. В это же время к автомобилю подбежал мужчина худощавого телосложения в светлых штанах и темной куртке, его руки вытянуты вперед. Он стал преследовать ФИО1, который побежал в направлении спорткомплекса, догнав потерпевшего, поскользнулся и затем вместе с первым мужчиной убежал в другом направлении. Какие предметы имеются в руках мужчин, напавших на ФИО1, не видно, так как запись ведется с расстояния. Согласно протоколу осмотра предметов от 5 сентября 2019 г. при воспроизведении с участием ФИО92 и его защитника Шилиной Е.Л. видеозаписей наблюдения, ФИО92 пояснил, что на видеозаписях зафиксирован ФИО94, одетый в куртку с красными рукавами и капюшоном, который возле крыльца спорткомплекса ожидал потерпевшего ФИО1. Одетый во все черное - это ФИО95, который ходил убедиться, что на парковочной площадке автомобиль потерпевшего. Подбегающий к ФИО94 и ФИО1 - это он (ФИО92), в руках он держал обрез. (т. 37, л.д. 114-117) В ходе последующего допроса обвиняемый ФИО92 пояснил, посмотрев видеозапись, он понял, что ранее ошибочно пояснял, что был одет в темные штаны, так как был одет в светлые штаны. Также он ошибочно пояснял, что у потерпевшего ФИО1 автомобиль «Лексус». После просмотра видеозаписи он вспомнил, что у потерпевшего автомобиль «<данные изъяты>». Также он ошибочно пояснял, что схватил потерпевшего за руку и сделал подножку. На записи видно, что этого ему сделать не удалось, так как потерпевший убежал. (т. 37, л.д. 121-124) Таким образом, досудебные показания обвиняемых о действиях ФИО90 и ФИО92 в ходе нападения на потерпевшего ФИО1 согласуются с показаниями потерпевшего, свидетеля ФИО37 и видеозаписью. Показания ФИО92 о том, что на записи также зафиксирован ФИО10, соответствуют, как показаниями ФИО90 и ФИО10 о том, что последний был одет в черную одежду, так и видеозаписи, на которой видно, что его лицо прикрыто, как следует из показаний обвиняемых, медицинской маской. О нахождении ФИО92 на месте преступления и достоверности досудебных показаний обвиняемых, пояснивших об использовании в ходе нападения медицинских масок, свидетельствуют и выводы биологических экспертиз (исследование ДНК) № 2Б/473 и № 2Б/351, согласно которым на медицинской маске, изъятой при осмотре места происшествия 24 декабря 2018 г. в районе «Спорткомплекса Абакан», обнаружены следы пота, произошедшие от ФИО92 (т. 10, л.д. 195-197, л.д. 209-211). Утверждения ФИО92 о том, что образец ДНК у него не получали, опровергаются исследованным протоколом получения образцов для сравнительного исследования (т. 3, л.д. 202), согласно которому биологические образцы у ФИО92 были получены в присутствии защитника Шилиной Е.Л., подтвердившей в судебном заседании свое участие в данном следственном действии. Проанализировав доказательства в этой части, суд приходит к выводу, что место обнаружения медицинской маски в Парке культуры и отдыха, показания свидетеля ФИО64 о количестве лиц, бежавших через парк от спорткомплекса, их антропометрических данных и одежде, согласуются с видеозаписями наблюдения, показаниями потерпевшего ФИО1, свидетеля ФИО37, а также с признательными показаниями обвиняемых, что позволяет сделать выводы, во-первых, о том, что свидетель ФИО64 видел подсудимых, среди которых у ФИО92 в руках был обрез, воспринятый свидетелем в темное время суток при наблюдении ФИО92 бегущим, как нож, во-вторых, об участии ФИО10, ФИО90 и ФИО92 в совершении преступления. Из показаний подсудимых следует, что ФИО90 пользовался абонентским номером сотовой связи №, ФИО92 - номером №, ФИО80 - номером №, что соответствует информации ПАО «МТС» о регистрации указанных абонентских номеров на данных подсудимых (т. 15, л.д. 162). ФИО10 пояснил, что пользовался абонентским номером сотовой связи №. Сведения о телефонных соединениях абонентских номеров, которыми пользовались подсудимые, истребованы у оператора сотовой связи на оптическом диске, осмотренном следователем с приложением к протоколу осмотра распечаток телефонных соединений (т. 15, л.д. 180, 181-250, т. 16, л.д. 1-56), информация на оптическом диске также исследована в судебном заседании. Установлено, что 23 декабря 2018 г. между абонентскими номерами ФИО92 и ФИО10; в период с 21 по 23 декабря 2018 г. между абонентскими номерами ФИО90 и ФИО10; 24 декабря 2018 г. между абонентскими номерами ФИО90 и ФИО80 имелись неоднократные телефонные соединения; 24 декабря 2018 г. в 13:53 имелось соединение между номерами ФИО90 и ФИО92, что с учетом также показаний ФИО80 о том, что с ФИО90 по ее телефону связывался ФИО10, свидетельствует об общении подсудимых ФИО10, ФИО90 и ФИО92 между собой перед совершением преступления. Кроме того, 24 декабря 2018 г. телефонные соединения ФИО92 в 15:42 и 20:27, телефонные соединения ФИО90 в 17:43 и 20:27, а также телефонные соединения ФИО10 в 18:50 и 20:24 фиксировались через базовую станцию по <адрес>, которая находится возле бра «<данные изъяты>», расположенного, согласно показаниям обвиняемых, в здании по <адрес>, что наглядно видно на исследованных в судебном заседании схеме и картах г. Абакана. При этом в период с 15:42 до 20:27 по абонентскому номеру ФИО92, в период с 17:43 до 20:27 по абонентскому номеру ФИО90 и в период с 19:06 до 20.24 по абонентскому номеру ФИО10 каких-либо соединений не имелось. В 19:38 часов по абонентскому номеру ФИО92 имелся входящий вызов продолжительностью ноль секунд без указания базовой станции. В соответствии с показаниями свидетеля ФИО22, он несколько лет, в том числе в 2018 году, работал в ПАО «МТС» в г. Абакане, в силу образования и опыта работы может разъяснить сведения, содержащиеся в детализации телефонных соединений. Соединения абонентских устройств в первую очередь осуществляются через ближайшую базовую станцию, с учетом наличия свободных каналов и качества связи. В городских условиях радиус обслуживания базовой станции 1,5-2 км. Указанный в детализации Карачакова вызов 24 декабря 2018 года в 19:38 не был принят, о чем свидетельствует продолжительность соединения ноль секунд без фиксации соединения базовой станцией. Свидетель ФИО34 пояснила, что в 2018-2019 годах она работала в баре «<данные изъяты>», куда приходили ФИО95, ФИО94, ФИО92. В основном они бывали вместе. Таким образом, приведенные в этой части доказательства свидетельствуют о достоверности признательных показаний ФИО90, ФИО92 и ФИО10 о том, что перед нападением на ФИО1, которое, как установлено, было совершено 24 декабря 2018 г. около 19:47, подсудимые встретились в баре «<данные изъяты>», куда вернулись и после преступления. То обстоятельство, что свидетель ФИО34 не подтвердила, что ФИО10 оставлял у нее сотовые телефоны на длительное время, не опровергает признательные показания обвиняемых о том, что они предпринимали меры, чтобы исключить возможность установления их местонахождения по расположению базовых станций сотовой связи, о чем свидетельствует отсутствие телефонных соединений во время нападения, предшествующий и последующий нападению периоды. Показания ФИО92 и ФИО90 о прибытии на место преступления на автомобиле «Мазда 3» под управлением ФИО10 согласуются с протоколом выемки от 8 мая 2019 г. об изъятии у ФИО10 автомобиля «Мазда 3» государственный регистрационный знак «№», который осмотрен и согласно данным УГИБДД МВД по Республике Хакасия принадлежит ФИО58 (т. 9, л.д. 209-210, 211-219, т. 18, л.д. 228-229) По материалам дела следует, что ФИО58 – это прежняя фамилия подсудимой ФИО80, также пояснившей о принадлежности ей указанного автомобиля и пользовании им ФИО10 Применение в ходе нападения на ФИО1 оружия и насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, также подтверждается следующими доказательствами. Согласно копии карты вызова скорой медицинской помощи 24 декабря 2018 г. у ФИО1 при его осмотре в 20:00 обнаружено огнестрельное ранение правой ягодичной области, потерпевший доставлен в Абаканскую межрайонную клиническую больницу. (т. 10, л.д. 137-138) Из показаний свидетеля ФИО36 (врача-хирурга) следует, что 24 декабря 2018 года в больницу поступил потерпевший ФИО1, которого он осматривал и оказывал ему медицинскую помощь. У потерпевшего было ранение правой ягодичной области, имевшее характерные признаки огнестрельного в виде округлой раны с рваными краями с участком осаднения, которое не могло быть колотым. В течение 4-5 дней потерпевший находился на лечении, ему проводилось рентгенографическое исследование, результаты которого наряду с другими медицинскими данными были отражены в истории болезни. Извлекать из раны пулю в тот период было нецелесообразно по медицинским показаниям. Через полтора или два месяца после повторной госпитализации он провел потерпевшему операцию, в ходе которой извлек из раны пулю диаметром около 5-7 мм. Так как пуля изымалась металлическим инструментом, на ней могли образоваться следы. Потерпевший находился на лечении также около 4-5 дней, по поводу чего велась вторая история болезни. Пуля хранилась в операционном блоке, и через некоторое время он выдал ее сотруднику полиции. Поскольку такие случаи редкие и в тот период их больше не было, выдана была именно пуля, извлеченная из раны у данного потерпевшего. Допрошенная в качестве свидетеля дознаватель ФИО66 (расследовавшая уголовное дело) пояснила, что после того как в начале 2019 года потерпевшему ФИО1 была проведена операция и извлечена из раны пуля, пулю она изъяла у врача-хирурга, проводившего операцию, а в последующем выдала следователю в ходе выемки. Согласно протоколу выемки от 8 июля 2019 г. у свидетеля ФИО66 данная пуля была изъята следователем процессуальным путем в ходе выемки. (т. 10, л.д. 98-100) В соответствии с заключением баллистической экспертизы № 1/639 от 3 мая 2019 г. (эксперт ФИО38) представленный на экспертизу предмет (выданный свидетелем ФИО66) является изготовленной заводским способом пулей – частью спортивно-охотничьего патрона кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм к нарезному 5,6 мм огнестрельному оружию, изготовлена заводским способом. Данная пуля выстреляна из оружия калибром 5,6 мм, имеющего гладкий канал ствола. (т. 11, л.д. 20-21) В протоколе осмотра предметов отражены размеры пули, длина которой составляет 10,2 мм, диаметр 5,5 мм. (т.10, л.д. 101-102) По результатам осмотра в судебном заседании пули свидетель ФИО36 пояснил, что по внешнему виду она соответствует пуле, извлеченной из раны у потерпевшего. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что в результате проверки доказательств установлено, что изъятая у свидетеля ФИО66 пуля была ранее извлечена из раны потерпевшего ФИО1 В соответствии с протоколом выемки от 9 августа 2019 г. у потерпевшего ФИО1 изъята одежда, в которую он был одет во время нападения на него 24 декабря 2018 г. (т. 9, л.д. 231-233) В протоколе осмотра предметов отражено, что на трико сзади справа под поясом обнаружено сквозное повреждение диаметром 1 см, которое по пояснениям участвовавшего в осмотре ФИО1 образовано в результате огнестрельного ранения. На брюках сзади справа под поясом обнаружена заплатка, под которой, по пояснениям ФИО1, имеется повреждение от огнестрельного ранения. (т. 9, л.д. 234-239) Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы № 127 от 16 января 2019 г. (эксперт ФИО39) на момент обращения за медицинской помощью 24 декабря 2018 г. у ФИО1 имелось телесное повреждение в виде слепого огнестрельного ранения правой ягодицы, проникающее в параректальную клетчатку (подтвержденное данными клинической картины, инструментальной диагностики и оперативным вмешательством), которое возникло в срок, не противоречащий указанному в постановлении (24 декабря 2018 г.), в результате воздействия снаряда огнестрельного оружия, причинило легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель. (т. 10, л.д. 112-113) Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 1250 от 23 мая 2019 г. (эксперт ФИО71) по представленному медицинскому документу наличие у ФИО1 телесных повреждений не установлено. (т. 10, л.д. 130) Из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 1833 от 16 июля 2019 г. (эксперт ФИО71) следует, что согласно представленных медицинских документов у ФИО1 имелся рубец в правой ягодичной области, являющийся исходом заживления раны; в ходе операции выявлено «инородное тело тазового дна металлической плотности» без идентификации предмета. Огнестрельный характер ранения не поврежден: не описаны морфологические свойства раны, изъятое из раны инородное тело. Отсутствуют сведения о свойствах раны до поступления в стационар 19 февраля 2019 г. Установить тяжесть вреда здоровью не представляется возможным. (т. 10, л.д. 146-147) По заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы от № 2230 от 8 августа 2019 г. (эксперт ФИО71) согласно представленных медицинских документов у ФИО1 имелось повреждение: рана в области верхнего квадранта правой ягодичной области, в ходе операции выявлено «инородное тело тазового дна металлической плотности» без идентификации предмета. Учитывая описание морфологических свойств раны, изложенных в карте скорой медицинской помощи № 142, рана могла образовать в срок, не противоречащий указанному в постановлении (24 декабря 2018 г.). Огнестрельный характер не подтвержден морфологическими свойствами раны, не описано инородное тело, изъятое из раны. Установить тяжесть вреда здоровью не представляется возможным, так как в имеющихся медицинских документах не содержится достаточных сведений о заживлении раны, отсутствуют медицинские документы с периода доставки ФИО1 бригадой скорой помощи (24 декабря 2018 г.) в Абаканскую межрайонную клиническую больницу с результатами лечения до поступления в стационар 19 февраля 2019 г. (т. 10, л.д. 160-162) В соответствии с заключением повторной судебно-медицинской экспертизы № 2578 от 6 сентября 2019 г. (эксперт ФИО75) по данным представленной медицинской документации у ФИО1 имелось телесное повреждение в виде раны в верхнем наружном квадранте правой ягодичной области, диагностированной как «слепое огнестрельное ранение ягодичной области справа, проникающее в параректальную клетчатку», потребовавшей оперативное хирургическое вмешательство (удаление инородного тела, наложение швов и зажившей образованием рубца, которая могла образоваться в срок, не противоречащий указанному в постановлении, то есть 24 декабря 2018 г.), образовавшееся в результате выстрела из огнестрельного оружия, заряженного травматическим снарядом, содержащим металлический сердечник, расценивается как повреждение, причинившее вред здоровью средней тяжести, так как влечет за собой временное нарушение функций органов и (или) систем (временную нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня). (т. 10, л.д. 177-182) Будучи допрошенным в судебном заседании, эксперт ФИО39 пояснил, что его выводы об огнестрельном характере раны основаны на морфологических признаках раны, описанных в представленной медицинской карте № 13609, результатах проведенного им осмотра потерпевшего, у которого имелся рубец как исход заживления раны, в которой осталось инородное тело, установленное компьютерной томографией, проведенной 24 декабря 2018 года. Признаки раны свидетельствуют о том, что она не являлась колотой. Так как на момент производства им экспертизы имелись сведения о том, что потерпевший проходил лечение с 24 по 29 декабря 2018 года, то есть - 5 суток, по квалифицирующему признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до 21 дня он пришел к выводу о причинении легкого вреда здоровью. Однако, поскольку при производстве экспертизы экспертом ФИО75 на основании дополнительных медицинских документов было установлено, что в последующем потерпевший также находился на стационарном и амбулаторном лечении, и длительность расстройства здоровья составила свыше 21 дня, это свидетельствует о средней степени тяжести данного телесного повреждения. Как пояснила эксперт ФИО71, медицинская карта № 13609 ей не была представлена, чем обусловлены противоречия ее выводов с выводами других экспертов, так как в данной медицинской карте имеются сведения о снаряде, описание краев раны, хода раневого канала, что подтверждает огнестрельный характер раны. Степень тяжести вреда здоровью определяется от момента получения травмы до выздоровления, то есть до восстановления функций органов или систем человека, что подтверждается медицинскими данными о прохождении лечения по поводу травмы. Согласно показаниям эксперта ФИО75, приведенные в медицинской карте № 13609 данные о размере и форме раны округлой формы, края которой осадненные, рваные, ушибленные, вокруг раны имеется отек мягких тканей, с учетом данных медицинской карты № 1841 о том, что в ходе оперативного вмешательства из раны извлечен металлический предмет, свидетельствуют об огнестрельном характере ранения. Из медицинских документов установлено, что с 24 по 29 декабря 2018 года, а также с 19 по 25 февраля 2019 года потерпевший находился на стационарном лечении, с 26 февраля по 16 марта 2019 года он находился на амбулаторном лечении, то есть всего 29 дней, которые подлежат учету в совокупности, так как каждый раз поводом для получения медицинской помощи являлось инородное тело в причиненной ране. Общая длительность расстройства здоровья, без учета времени между оказанием медицинской помощи, составила более 21 дня, что соответствует вреду здоровья средней тяжести. Таким образом, противоречия в выводах экспертов выяснены и устранены. С учетом показаний экспертов и сведений, изложенных в соответствующих заключениях, установлено, что эксперту ФИО71 при производстве экспертиз представлялись разные медицинские документы, среди которых не была представлена медицинская карта стационарного больного № 13609, содержащая сведения о поступлении потерпевшего ФИО1 в Абаканскую межрайонную клиническую больницу 24 декабря 2018 г. после причиненного ранения, с описанием морфологических признаков раны и нахождении на лечении до 29 декабря 2018 г. При этом указанная медицинская карта была представлена экспертам ФИО39 и ФИО75, выводы которых согласуются с показаниями свидетеля ФИО36 о характере причиненного ФИО1 огнестрельного ранения и извлечении из раны пули, с показаниями свидетеля ФИО66 об изъятии у свидетеля ФИО36 пули, протоколом выемки у свидетеля ФИО66 пули, протоколом ее осмотра и заключением баллистической экспертизы о том, что данная пуля выстреляна из оружия. В связи с чем, суд приходит к выводу о достоверности выводов экспертов ФИО39 и ФИО75 о причинении ФИО1 огнестрельного ранения. Кроме того, эксперту ФИО75 были также представлены медицинские документы о нахождении ФИО1 на лечении с 19 по 25 февраля 2019 г., в ходе которого в результате оперативного вмешательства из раны извлечена пуля, а потерпевший затем продолжал получать лечение амбулаторно до 16 марта 2019 г. Таким образом, эксперт ФИО75 при производстве повторной судебно-медицинской экспертизы № 2578 от 6 сентября 2019 г. исследовала в полном объеме медицинские документы, содержащие сведения об оказании ФИО1 медицинской помощи, на основании которых установила, что длительность расстройства здоровья ФИО1 составила более 21 дня. В соответствии с п. 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздрава и социального развития РФ № 194н от 24 апреля 2008 г., временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (длительное расстройство здоровья) является вредом здоровью средней тяжести. Согласно п. 18 указанных Медицинских критериев продолжительность нарушения функций органов и (или) систем органов (временной нетрудоспособности) устанавливается в днях исходя из объективных медицинских данных, поскольку длительность лечения может не совпадать с продолжительностью ограничения функций органов и (или) систем органов человека. Проведенное лечение не исключает наличия у живого лица посттравматического ограничения функций органов и (или) систем органов. Из показаний экспертов следует, что объективными медицинскими данными для установления продолжительности временной нетрудоспособности являются медицинские документы о прохождении лечения в днях, которые необходимо учитывать в совокупности, так как каждый раз оказание ФИО1 медицинской помощи было обусловлено причиненным ранением, требовавшим лечение. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обоснованности и достоверности выводов повторной судебно-медицинской экспертизы № 2578 от 6 сентября 2019 г. о том, что причиненное ФИО1 огнестрельное ранение повлекло вред здоровью средней тяжести. Доводы адвоката Гракова В.В. о недопустимости заключений судебно-медицинских экспертиз на том основании, что в заключениях не указано лицо, которое разъяснило экспертам права, обязанности и предупредило об ответственности, не могут быть признаны обоснованными. Указанные экспертизы проводились в государственном судебно-экспертном учреждении, руководитель которого в силу ч. 2 ст. 199 УПК РФ разъясняет экспертам права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, а заключение эксперта в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 204 УПК РФ должно содержать сведения о предупреждении эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Эти требования закона соблюдены, заключения экспертов содержат сведения о разъяснении им прав и обязанностей, предусмотренных ст. 57 УПК РФ, а также о предупреждении об ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, что подтверждается подписями экспертов. При этом, вопреки доводам адвоката Гракова В.В., ни уголовно-процессуальный закон, ни Федеральный закон «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», на который ссылается защитник, не содержат требований указывать в заключении должностное лицо, которое разъяснило эксперту права, обязанности и предупредило об ответственности. Данных о том, что экспертами нарушены какие-либо обязанности, предусмотренные ст. 14 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», материалы дела не содержат, конкретных доводов об этом не приведено. При таких обстоятельствах оснований для признания заключений судебно-медицинских экспертиз недопустимыми и исключения не имеется, поскольку нарушений требований закона при их назначении и производстве не допущено. Использование подсудимыми револьвера и обреза при совершении преступления и их признательные показания в этой части подтверждаются также и иными доказательствами. В частности, из протокола проверки показаний на месте от 4 июня 2019 г. следует, что обвиняемый ФИО10 пояснил, что желает указать место хранения револьвера, переделанного под патрон калибра 5,6 мм, которое было им указано под деревом в районе <адрес> на выезде из г. Абакана, где револьвер не был обнаружен. После чего ФИО10 показал место хранения револьвера в районе дома по <адрес>, где был обнаружен закопанный в земле полиэтиленовый сверток черного цвета, в котором в ходе последующего осмотра места происшествия обнаружен и изъят револьвер «Сафари-3». (т. 22, л.д. 43-48, 49-52) Согласно протоколу проверки показаний на месте от 5 июня 2019 г. обвиняемый ФИО10 пояснил о желании показать место хранения оружия, использованного при совершении преступлений, указав в металлическом гараже, расположенном около дома <адрес>, возле стены надувную лодку, в которой обнаружены составные части оружия, а также место хранения оружия возле задней стены гаража, где также обнаружены составные части оружия. В ходе последующего осмотра места происшествия изъяты части двух гладкоствольных двуствольных ружей с патроном в одном из стволов. (т. 22, л.д. 60-65, 66-74) В протоколе осмотра предметов от 28 августа 2019 г. приведено описание изъятых предметов, установлено, что на револьвере имеются обозначения «Сафари 3», «РФ 430», «№» и другие. Составные части ружей являются обрезами, один из которых - обрез двуствольного охотничьего ружья с наружными курками, с деревянной рукояткой светло-коричневого цвета, обмотанной синей изолентой, с маркировками: на колодке «№», на казенной части стволов «1957», на цевье «№»; второй - обрез двуствольного охотничьего ружья, без наружных курков, с деревянной рукояткой темно-коричневого цвета, с маркировкой: на колодке, цевье, подствольном крюке «№», на казенной части стволов «1963». (т. 22, л.д. 77-79) Согласно заключению баллистической экспертизы № 1/1051 от 2 июля 2019 г. (эксперт ФИО72) представленные на исследование: -обрез изготовлен самодельным способом из деталей двуствольных длинноствольных охотничьих гладкоствольных ружей 16 калибра модели «Б» с заводскими номерами на колодке – «№», на цевье – «№» и годом выпуска 1957 на казенной части стволов, относится к категории огнестрельного оружия пригодного для стрельбы; -обрез изготовлен самодельным способом из деталей двуствольного длинноствольного охотничьего гладкоствольного ружья 16 калибра модели «ИЖ-58» с заводскими номерами на колодке, на цевье, на подствольном крюке – «№» и годом выпуска 1963 на казенной части стволов, относится к категории огнестрельного оружия пригодного для стрельбы; -патрон является охотничьим патроном 16 калибра промышленного производства, относится к штатным боеприпасам к гражданскому гладкоствольному длинноствольному охотничьему оружию 16 калибра, пригоден для производства выстрела; -револьвер изготовлен промышленным способом и является револьвером «Сафари-3» Украинского производства, предназначен для спортивно-тренировочной стрельбы с использованием 4-х мм патрона Флобера, к категории огнестрельного оружия не относится. Ответить на вопрос о пригодности револьвера к производству выстрелов не представляется возможным по причине отсутствия боеприпасов. (т. 5, л.д. 136-143) По заключению дополнительной судебно-баллистической экспертизы № 1/1194 от 16 июля 2019 г. (эксперт ФИО72) пуля (извлеченная из раны потерпевшего ФИО1) стреляна не из револьвера «Сафари-3», а из другого оружия. (т. 11, л.д. 34-36) В соответствии с заключением повторной баллистической экспертизы № 1/1322 от 26 августа 2019 г. (эксперт ФИО38) представленные на исследование: -первый обрез изготовлен самодельным способом из деталей двуствольных длинноствольных охотничьих гладкоствольных ружей 16 калибра модели «Б» с заводскими номерами на колодке – «№», на цевье – «№» и годом выпуска 1957 на казенной части стволов, относится к категории огнестрельного оружия, пригоден для стрельбы; -второй обрез изготовлен самодельным способом из деталей двуствольного длинноствольного охотничьего гладкоствольного ружья 16 калибра модели «ИЖ-58» с номером «№» и годом выпуска 1963 на казенной части стволов, относится к категории огнестрельного оружия, пригоден для стрельбы; -револьвер изготовлен самодельным способом путем рассверловки ствола и камор барабана под патрон кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм с одновременным усилением конструкции барабана револьвера «Сафари-РФ 430» № производства ООО «Латэк» г. Харьков, относится к категории самодельного гладкоствольного огнестрельного оружия, пригоден для производства одиночных выстрелов; -пуля калибра 5,6 мм (извлеченная из раны потерпевшего ФИО1) могла быть выстреляна из указанного револьвера, ответить на вопрос в категоричной форме не представляется возможным в связи с отсутствием на ней следов от канала ствола. (т. 11, л.д. 55-62) Согласно заключению повторной судебно-баллистической экспертизы № 1/1248 от 30 сентября 2019 г. (эксперт ФИО73) представленный револьвер является спортивно-тренировочным револьвером модели «Сафари-3 РФ 430» №, предназначенным для стрельбы патронами Флобера калибра 4 мм, производства ООО «Латэк» г. Харьков, изготовлен (переделан) самодельным способом путем рассверловки ствола и камор барабана с усилением конструкции барабана путем наваривания металла в долы барабана для стрельбы патронами калибра 5,6 мм, относится к категории гладкоствольного короткоствольного огнестрельного оружия, пригоден для производства, как одиночных выстрелов, так и для стрельбы самовзводом. Пуля (извлеченная из раны потерпевшего ФИО1) выстреляна из данного револьвера. (т. 11, л.д. 79-85) Будучи допрошенным в судебном заседании, эксперт ФИО38 пояснил, что его вывод о том, что пуля могла быть выстреляна из револьвера «Сафари-3», основан на совпадении калибра пули и револьвера, пригодности револьвера к производству выстрелов. Так как данный револьвер переделан самодельным способом, на стволе могут быть неровности (задиры), которые при выстреле отобразятся на пуле. Установить, что пуля выстреляна из конкретного оружия, можно при наличии совпадений следов от канала ствола на исследуемой пуле и пуле, полученной в ходе экспериментальных выстрелов. При производстве им экспертизы № 1/639 на пуле были обнаружены следы в виде валиков и борозд, которые могли образоваться от канала ствола. Также имелись следы, которые возникли не от канала ствола, возможно, что при изготовлении и хранении пули или от воздействия мединструмента, поскольку пуля была извлечена из раны. Если следы от канала ствола не совпадают с экспериментальными, то может быть сделан вывод о том, что пуля выстреляна не из данного оружия. На пуле, представленной на исследование, и экспериментальных пулях не имелось исключающих различий в следах от канала ствола. Однако на пулях было недостаточно следов для того, чтобы идентифицировать выстреляна ли пуля из данного револьвера или нет. Для получения экспериментальных пуль при производстве экспертизы № 1/1322 он использовал стандартные патроны калибра 5,6 мм, которыми произвел по три выстрела из двух камор барабана. В остальные каморы указанные патроны подходили, однако выстрелы произвести не удалось, причины этого в ходе экспертизы не установлены. При производстве выстрелов следы от канала ствола на пуле могут более четкими или менее четкими, на их образование может влиять положение и наклон оружия при производстве выстрела. Методика проведения экспертизы не предусматривает определенное количество экспериментальных выстрелов, эксперт может произвести столько выстрелов, сколько посчитает нужным, пока не получит на пулях следы, на основании которых можно сделать выводы. Количество следов, которые должны совпадать, методикой проведения экспертизы также не предусмотрено. На фототаблице к заключению эксперта № 1/1248 имеется фотография пули, которую он ранее исследовал. Отображенные на фотографии после увеличения следы валиков и бороздок соответствуют следам, которые были установлены им на пуле при производстве первичной экспертизы № 1/639. Аналогичные следы имеются на фотографии экспериментальной пули, которые при совмещении совпали со следами на исследуемой пуле. То есть установлена идентичность и совпадение следов от канала ствола, в том числе в мелких деталях. Поэтому с заключением эксперта № 1/1248 он согласен, так как следы от канала ствола, отображенные на сравнительной фотографии исследованной и экспериментальной пуль, достаточны для выводов. Имеющиеся отличия следов на пулях, это следы не от канала ствола, а следы, возникшие при изготовлении или хранении пули. Эксперт ФИО72 в судебном заседании пояснил, что револьвер «Сафари-3» предназначен для спортивно-тренировочной стрельбы. Для его использования в качестве оружия необходима рассверловка ствола и камор барабана под патрон калибром 5,6 мм. В описательной части заключения № 1/1051 он ошибочно указал, что диаметр камор барабана составляет 5,3 мм. При исследовании было установлено, что каморы диаметром от 5,6 до 5,7 мм, диаметр ствола у дульного среза - 5,6 мм, у казенной части - около 7 мм. Он пробовал зарядить револьвер патронами калибра 5,6 мм, которые в каморы не вставлялись, поэтому при производстве дополнительной экспертизы № 1/1194 на этом основании он пришел к неправильному выводу, что пуля, представленная на экспертизу, не могла быть выстреляна из данного револьвера. Его ошибка при исследовании револьвера заключалась в том, что при заряжании револьвера он не применял достаточную физическую силу и не использовал другие патроны. Так как размер патронов данного калибра в разных партиях у разных производителей составляет от 5,66 мм до 5,75 мм, использованные им патроны, могли не подойти по размеру. Ознакомившись с заключениями других экспертов № 1/1322 и № 1/1248, эксперт ФИО72, соглашаясь с ошибочностью своих выводов, пояснил, что при производстве выстрела пуля касается канала ствола, поэтому на ней остаются следы. На разных пулях следы могут несколько отличаться, некоторые следы могут не отобразиться, поскольку при производстве выстрелов разные пули могут не задеть ту же часть ствола, может быть разная направленность выделения пороховых газов, поскольку патроны калибра 5,6 мм кольцевого воспламенения. Кроме того, в данном случае начало ствола больше размером, чем у дульного среза, поэтому в ствол пуля заходит свободнее. По методике для определения того, из какого оружия выстреляна пуля, эксперт сравнивает калибр и следы от канала ствола со следами на экспериментально отстрелянных пулях. Количество экспериментальных выстрелов не ограничено, пока не получиться устойчивость следа. Выводы экспертов ФИО72 и ФИО38 о том, что исследованные ими обрезы являются огнестрельным оружием, пригодным для производства выстрелов, не противоречат друг другу, основаны на результатах проведенных исследований, сомнений в правильности не вызывают и стороной защиты не оспариваются. С учетом показаний эксперта ФИО72, подтвердившего ошибочность своих выводов в отношении револьвера и пули, данные им заключения в этой части признаются судом недостоверными. Заключение эксперта ФИО73 о том, что пуля, извлеченная из раны у потерпевшего ФИО1, выстреляна из револьвера «Сафари-3», согласуются с выводами эксперта ФИО38 о возможности производства выстрела данной пулей из указанного револьвера, показания которого свидетельствуют о том, что расхождения в их выводах обусловлены тем, что в ходе выстрелов на пулях не во всех случаях образуются полностью тождественные следы, что подтвердил и эксперт ФИО72 При таких обстоятельствах и учитывая, что револьвер был переделан самодельным способом путем рассверловки ствола, который со стороны казенной части имеет больший размер, что не исключает касание пулей разных частей ствола, суд не находит оснований сомневаться в показаниях экспертов о том, что образованные на пулях следы от канала ствола могут не во всех случаях совпадать, что обусловило различие в выводах экспертов ФИО38 и ФИО73, которые (различия) не являются существенными противоречиями, так как выводы эксперта ФИО38 не исключают выводов, сделанных экспертом ФИО73 Поскольку противоречия в заключениях экспертов устранены путем допроса экспертов, оснований для назначения дополнительных или повторных экспертиз не имеется, а с учетом иных приведенных доказательств суд приходит к выводу, что пуля, извлеченная из раны потерпевшего ФИО1, была выстреляна из изъятого револьвера «Сафари-3», который является огнестрельным оружием. Расхождения в выводах эксперта ФИО38 о возможности производства из револьвера одиночных выстрелов, с выводами эксперта ФИО73 о возможности производства, как одиночных выстрелов, так и стрельбы самовзводом, не являются существенными для доказывания, поскольку не исключают возможность производства выстрела из револьвера. Что касается заключения и показаний, привлеченного стороной защиты специалиста ФИО24, суд приходит к следующему. В представленном стороной защиты заключении № 66 от 25 сентября 2020 г. специалист ФИО24 указывает, что выводы эксперта ФИО72 в заключении № 1/1051 от 2 июля 2019 г. в части исследования револьвера «Сафари-3», выводы эксперта ФИО38 в заключении эксперта № 1/1322 от 26 сентября 2019 г. в части исследования пули, выводы эксперта ФИО73 в заключении эксперта № 1/1248 от 30 сентября 2019 г. в части исследования пули не обоснованы, не объективны и не верны. В судебном заседании специалист ФИО24 пояснил, что при производстве экспертизы № 1/1051 эксперт установил, что была произведена рассверловка камор барабана, но необоснованно отказался от дальнейшего исследования на предмет пригодности револьвера к производству выстрелов, ссылаясь на отсутствие патронов, ходатайство о представлении которых должен был заявить. При проведении экспертизы № 1/1322 эксперт не исследовал пулю. Выводы о том, что пуля могла быть выстреляна из данного револьвера, необоснованные, поскольку эксперт не установил на пуле следов от канала ствола. Выводы эксперта в заключении № 1/1248 о наличии следов на пуле не соответствуют заключению № 1/1322, согласно которому следов на пуле не обнаружено, не видно этих следов и в демонстрационной фототаблице к заключению, нет фотоизображения следов на экспериментально отстрелянной пуле, поэтому выводы эксперта, основанные на совмещении следов, вызывают сомнение. Указанные в заключении продольно-направленные следы на пуле (ширина, высота, длина) не описаны. В ходе подобной экспертизы идентификация проводится по общим признакам (например, размер пули) и частным, которые оставляет канал ствола. При производстве экспертизы отстреливаются патроны с целью получения пуль для сравнительного исследования. Количество экспериментальных патронов методикой не предусмотрено, отстреливается сколько нужно эксперту, чтобы добиться устойчивых следов на экспериментальных пулях. Затем проводится сравнительное исследование и совмещение следов. При этом специалист ФИО24 согласился с правильностью заключения № 1/1051 относительно исследованных экспертом обрезов и пояснил, что для переделки револьвера «Сафари-3» в огнестрельное оружие необходима рассверловка камор барабана под патрон определенного размера, что установлено. Также специалист пояснил о правильности заключения № 1/1322 в части исследованных экспертом обрезов и револьвера «Сафари-3». Не соглашаясь по основаниям, указанным в своем заключении, с выводами о том, что пуля могла быть выстреляна из данного револьвера, показал, что из исследованного револьвера возможно производство выстрелов патронами калибра 5,6 мм. Однако считает, что производство выстрела пулей, извлеченной у ФИО1, исключается, так как эксперт не установил на пуле следов от канала ствола, на основании которых можно провести идентификацию. Не оспаривал специалист ФИО24 и правильность заключения № 1/1248 в отношении револьвера «Сафари-3», пояснив, что не согласен с выводами эксперта относительно исследования пули, поскольку эксперт не исследовал следы на пуле и не указал, есть ли они там, должен был сделать развертку пули и иллюстрировать. В то же время после осмотра в судебном заседании фототаблицы к данному заключению специалист пояснил, что на фотографии отображены следы на представленной эксперту пуле, а также совмещение следов на данной пуле и на экспериментально отстрелянной пуле. Учитывая, что заключение эксперта ФИО72 № 1/1051 в части исследования револьвера и пули признано судом недостоверным, заключение и показания специалиста ФИО24 в этой части оценки не требуют. В остальном специалист не оспаривал правильность выводов данной экспертизы в отношении обрезов и патрона, а также правильность заключений № 1/1322 и № 1/1248 относительно принадлежности обрезов и револьвера, переделанного самодельным способом, к огнестрельному оружию. Мнение специалиста ФИО24 о неправильности выводов экспертов ФИО38 и ФИО73 о возможности выстрела пули из представленного револьвера, поскольку, по утверждению специалиста, в выводах не приведено подробное описание следов на исследованной и экспериментальной пуле, противоречит, во-первых, заключению эксперта № 1/639, в котором при описании пули указано, что на ведущей части пули имеются следы в виде мелких валиков, бороздок и задиров металла, расположенных параллельно продольной оси пули, во-вторых, показаниям самого специалиста ФИО24 о том, что на фототаблице к заключению эксперта № 1/1248 отображены следы на исследуемой пуле, а также их совмещение со следами на экспериментально отстрелянной пуле. Как разъяснил эксперт ФИО38, указанные следы соответствуют описанию следов в заключении № 1/639. Утверждения специалиста ФИО24 о том, что возможность производства выстрела пулей, извлеченной из раны ФИО1, исключается, опровергаются как показаниями эксперта ФИО38 о том, что при проведении им экспертизы № 1/1322 на пуле, представленной на исследование, и экспериментальных пулях не имелось исключающих различий в следах от канала ствола, а следов было недостаточно для того, чтобы идентифицировать, что пуля выстреляна из данного револьвера, так и заключением эксперта ФИО73, которым на экспериментально отстрелянных им пулях установлено наличие совпадающих следов, что не противоречит показаниям специалиста ФИО24 о том, что количество экспериментальных пуль не ограничено и обусловлено необходимостью получения устойчивых следов на экспериментальных пулях. Следовательно, не во всех случаях на пулях образуются тождественные следы, о чем и пояснили эксперты ФИО38 и ФИО72 Принимая во внимание изложенное, а также то, что специалист ФИО24 не производил исследование, суд приходит к выводу, что выраженное специалистом мнение не опровергает заключений экспертов ФИО38 и ФИО73, которые свидетельствуют о достоверности досудебных показаний обвиняемых о том, что в ходе нападения на ФИО1 использовался изъятый по делу револьвер «Сафари-3», принадлежащий ФИО10 Наличие у ФИО10 обреза подтвердил свидетель ФИО82, который пояснил, что ранее состоял в браке с подсудимой ФИО95. В 2016 году у него произошел конфликт с ФИО95. При встрече, на которую он приехал на машине, ФИО95 достал из-под куртки обрез ружья, из которого выстрелил в сторону его машины, поэтому он уехал. С ФИО95 был еще кто-то с предметом, похожим на ружье. По данному факту было возбуждено уголовное дело и ФИО95 осужден. Согласно приговору мирового судьи судебного участка № 4 г. Абакана от 6 апреля 2017 г. ФИО10 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, и осужден за то, что 28 сентября 2016 г., действуя с умыслом на угрозу убийством, направил в сторону автомобиля, в котором находился ФИО82, неустановленный в ходе следствия предмет, похожий на обрез, и произвел выстрел в сторону автомобиля. (т. т. 24, л.д. 79-82) То обстоятельство, что приговор постановлен в особом порядке, а ФИО10 в суде пояснил, что выстрел произвело другое лицо, которое было вместе с ним, не ставит под сомнение показания свидетеля ФИО82 о том, что он видел у ФИО10 обрез. Как пояснил на досудебной стадии свидетель ФИО19, в течение нескольких лет он знаком с ФИО94, ФИО92 и ФИО95. ФИО94 и ФИО92 находились под влиянием ФИО95, рассказывали ему, что ФИО95 предлагал им совершить грабеж. Зимой 2018 года ФИО95 также предлагал ему напасть на ломбард, от чего он отказался. Летом 2018 года ФИО95 приехал к нему на машине, в багажнике показал обрез ружья и ружье, оружие было разобрано по частям, одно было с курками, поэтому он спросил у ФИО95, является ли оно мушкетом. ФИО95 ответил, что это не мушкет, а обрез. Для каких целей нужно оружие, ФИО95 не говорил. На фотографиях к заключению баллистической экспертизы № 1/1322 от 26 августа 2018 г. изображен обрез куркового ружья с рукояткой, обмотанной синей изолентой, который он видел в багажнике у ФИО95. На тот момент оружие уже было переделано под обрез и рукоятка обмотана изолентой. Второе оружие он не запомнил. (т. 15, л.д. 102-106) Утверждения свидетеля ФИО19 о том, что он эти показания не давал, а подписал подготовленный протокол допроса, не могут быть признаны достоверными, поскольку, заявлены без какого-либо повода в отсутствие вопросов относительно его досудебных показаний, и противоречат его собственным пояснениям в суде о том, что в ходе допроса ему показывали фотографии оружия, что и отражено в протоколе, правильность изложения показаний в котором свидетель ФИО19 подтвердил, подписав протокол без каких-либо замечаний. На основании постановлений руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, от 3 и 16 сентября 2019 г. органу предварительного расследования представлены оптические диски с записями телефонных переговоров, в том числе ФИО10 и ФИО92, справки «ПТП» (прослушивания телефонных переговоров) с содержанием телефонных переговоров (т. 16, л.д. 218-250, т. 17, л.д. 1-59, 135-137), которые прослушивались на основании постановлений Верховного Суда Республики Хакасия от 12 февраля 2019 г., исследованных в судебном заседании. Оптические диски осмотрены следователем. В проколе осмотра предметов от 8 октября 2019 г. отражено, что на дисках содержатся аудиофайлы и относящиеся к ним текстовые файлы с пояснениями о датах и времени телефонных переговоров, использованных абонентских номерах, приведено содержание записанных переговоров соответствующее справкам «ПТП». (т. 17, л.д. 138-233) В судебном заседании подсудимый ФИО10 подтвердил, что по абонентскому номеру № записаны его телефонные переговоры, ФИО92 подтвердил принадлежность ему телефонных переговоров по абонентскому номеру №. Согласно справкам «ПТП» и протоколу осмотра оптического диска, в ходе телефонных разговоров: - 15 февраля 2019 г. ФИО10 рассказал, что в процессе конфликта кого-то избил, «постреляли немножко еще» (т. 16, л.д. 229, т. 17, л.д. 148); -18 февраля 2019 г. в 15:30 ФИО92 разговаривал с лицом, использующим номер зарегистрированный на ФИО76, который предложил встретиться, «не по телефону пообщаться» (т. 17, л.д. 10, 183); -18 февраля 2019 г. в 17:54 ФИО92 сообщил ФИО10 о том, что определенные лица назначают встречу, куда необходимо приехать, предлагает взять «букашку» «маленького» на всякий случай; ФИО10 соглашается, говорит, что на встрече «сразу убивать надо» (т. 17, л.д. 11, 184-185); -20 февраля 2019 г. ФИО92 выяснял у неустановленного лица о возможности приобретения патронов «на двустволку или на ружье» на 12 и на 16 (т. 17, л.д. 19, 192); -23 февраля 2019 г. в 19:24 в ходе разговора между ФИО92 и ФИО10 последний выяснял, забрал ли ФИО92 «мелкого»; ФИО92 обещает позвонить по этому поводу; ФИО10 говорит, что «мелкого» нужно забрать (т. 17, л.д. 26, 200); -23 февраля 2019 г. в 21:34 ФИО92 сообщат ФИО10, что определенный предмет, который они не называют, находится в машине у ФИО97; ФИО10 высказывает в связи с этим претензию (т. 17, л.д. 27, 201); -25 февраля 2019 г. ФИО92 разговаривал с лицом, использующим номер, зарегистрированный на ФИО19, который выясняет, «что со стрелкой»; они договариваются вместе поехать на встречу по поводу возникшего конфликта; ФИО92 говорит, что «обрез на всякий случай возьмем» (т. 17, л.д. 32, 206); -13 марта 2019 г. ФИО92 рассказал неустановленному лицу, что вместе с Азизом «приезжали, там маленько стрельбу открыли», «с обреза не стреляли, так с «мелкашки», короче, с револьвера» (т. 17, л.д. 41, 211). Свидетель ФИО76 пояснил суду и подтвердил свои показания, данные на предварительном следствии (т. 17, л.д. 128-130), о том, что в феврале 2019 года из-за возникшей у него конфликтной ситуации он обратился к ФИО92, чтобы тот ему помог. В последующем ФИО92 со своими знакомыми встречался с лицами, с которыми у него был конфликт. Свидетель ФИО50 пояснил суду и подтвердил свои показания, данные на предварительном следствии (т. 18, л.д. 96-98), о том, что в феврале 2019 года в ночное время он отвозил из бара домой ФИО92, который был в состоянии алкогольного опьянения. На следующий день по просьбе ФИО100 он осмотрел автомобиль, где обнаружил револьвер, который ФИО92 у него забрал, сказал, что револьвер пневматический. Утверждения свидетеля ФИО50 о том, что изображенный на фототаблицах к заключению эксперта № 1/1248 от 30 сентября 2019 г. (т. 11 л.д. 82-85) револьвер «Сафари - 3» является не тем, что у него оставил ФИО92, не могут быть признаны достоверными, поскольку свидетель пояснил, что особенностей револьвера не помнит, запомнил, что револьвер был темного цвета, небольшого размера - около 15 см, с барабаном. Однако это описание соответствует приобщенному к делу в качестве вещественного доказательства револьверу «Сафари - 3». Таким образом, содержание телефонных переговоров свидетельствует о наличии у ФИО10 и ФИО92 револьвера и обреза, договоренностях ФИО92 приобрести патроны к охотничьему ружью 16 калибра, что соответствует калибру изъятых по делу обрезов. Упоминаемое ФИО92 название предмета «маленький» или «мелкашка», который он просил ФИО10 взять в связи с разрешением возникшего у ФИО76 конфликта, с учетом показаний свидетеля ФИО50 о том, что ФИО92 оставил в его автомобиле револьвер небольшого размера, а также телефонные переговоры, в ходе которых ФИО10 говорит о необходимости забрать у ФИО97 «мелкого», «маленького», свидетельствуют о том, что ФИО10 и ФИО92 говорят о принадлежащем ФИО10 револьвере. Свидетель ФИО14 в судебном заседании показал, что работал на СТО, в связи с чем ремонтировал автомобили ФИО95. СТО было расположено на <адрес>, а с осени или с начала зимы 2018 года - на <адрес>, куда зимой 2018-2019 года, дату он точно не помнит, приехал на автомобиле «Мада-3» ФИО95 вместе с ранее ему знакомым ФИО92 и ФИО94. С собой кто-то из них занес в помещение СТО черную сумку, достал из сумки ружье, которое было разобрано, и попросил у него режущий инструмент. Азизов стал отпиливать у ружья ствол. Отпиленные от ружья ствол и приклад забросили на расширительный бачок. В ходе допроса на предварительном следствии 10 октября 2019 г. свидетель ФИО14 пояснял, что ФИО95 приехал на СТО вместе с ФИО92 и ФИО94 в конце декабря 2018 года. ФИО95 занес в помещение СТО части охотничьего двуствольного ружья – отдельно приклад и ствол, которые собирался укоротить. После чего ФИО95 в присутствии ФИО92 и ФИО94 отпилил часть ствола и часть приклада. ФИО95 или ФИО92 забросил отпиленные части ружья на расширительный бачок, а ружье ФИО95 положил в черную сумку. После чего они уехали. На представленных ему для обозрения фотографиях к заключению эксперта № 1/1322 от 26 декабря 2019 года в обрезе куркового ружья с рукояткой светло-коричневого цвета, обмотанной синей изолентой, он узнал ружье, которое укротил ФИО95. (т. 18, л.д. 6-9) Оглашенные показания свидетель ФИО14 подтвердил, пояснив, что давал их без какого-либо воздействия. То обстоятельство, что в ходе допроса 26 сентября 2019 г. ФИО14 пояснял о том, что данные события происходили в начале февраля 2019 года, а ствол и приклад у ружья отпиливал по просьбе ФИО95 он (т. 18, л.д. 2-5), не противоречит его последующим, как досудебным показаниям, так и показаниям в суде, о наличии у ФИО10 ружья, части которого были отпилены и помещены на расширительный бачок в гаражном боксе, что подтверждается и другими доказательствами. Так, свидетель ФИО28 пояснил, что является собственником гаражного бокса, расположенного по <адрес>, который в декабре 2018 года он сдал в аренду под СТО. Первоначально с арендатором встретились в гаражном боксе 6 декабря, в этот же день он отдал ключи, договор заключили 10 декабря, затем 12 декабря он приезжал в гаражный бокс, где были машины и велись ремонтные работы. В январе или в феврале 2019 года из-за возникшего конфликта по поводу хищения его имущества договор был расторгнут и арендатор вывез свое имущество. В последующем к нему обратились сотрудники следственных органов, чтобы сделать осмотр в гаражном боксе, на что он согласился, открыл им замок. Они сразу спросили про расширительный бачок, на котором обнаружили приклад, часть ствола двуствольного ружья и в присутствии двух приглашенных женщин изъяли. Кому принадлежит изъятое, он не знает. В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 2 октября 2019 г. с участием ФИО28, в присутствии понятых ФИО35 и ФИО45 при осмотре гаражного бокса, расположенного по <адрес> на расширительном баке системы отопления обнаружены и изъяты фрагмент ствола двуствольного ружья и приклад. (т. 18, л.д. 16-23) Свидетель ФИО35, будучи допрошенной в суде по ходатайству стороны защиты, пояснила, что она шла в районе дома по <адрес> и вместе с еще одной девушкой была приглашена сотрудниками полиции, которые осматривали гаражный бокс, пояснили, что откуда-то сверху изъяли ржавую металлическую трубку, по поводу чего она расписалась в протоколе. То, что свидетель ФИО35 не помнила об изъятии также приклада и пояснила, что обнаружение изъятого происходило без ее участия, не ставит под сомнение достоверность сведений в протоколе о том, что в гаражном боксе наряду с фрагментом ствола был изъят и приклад, которые зафиксированы с помощью технических средств на прилагаемых к протоколу фотографиях, об изъятии которых пояснил и свидетель ФИО28 Осмотрев фотографии, прилагаемые к вышеуказанному протоколу осмотра места происшествия от 2 октября 2019 г., свидетель ФИО14 подтвердил, что СТО, в котором ФИО10 отпилил части от ружья, располагалось в данном гаражном боксе. Поскольку об указанных обстоятельствах свидетель ФИО14 впервые пояснил на допросе 26 сентября 2019 г., то есть до проведения осмотра в гаражном боксе, результаты которого подтверждают эти показания, ставить их под сомнение нет оснований. Допрошенный судом свидетель ФИО57 (сотрудник полиции) также подтвердил обнаружение на СТО приклада и фрагмента ствола, их изъятие в ходе осмотра, протокол которого был составлен им. Таким образом, каких-либо сомнений в том, что на момент обнаружения приклад и фрагмент ствола находились на расширительном бачке в гаражном боксе, откуда изъяты протоколом осмотра, не имеется. Согласно протоколу осмотра предметов от 14 октября 2019 г. установлено, что фрагмент ружейного приклада изготовлен из дерева серого цвета; на фрагменте блока стволов, спаренных в горизонтальной плоскости, со стороны противоположной дульным срезам имеются следы грубой механической обработки, указывающие на то, что фрагмент блока стволов был отделен отпиливанием. (т. 18, л.д. 43-44) В соответствии с заключением трасологической экспертизы № 1/1566 от 11 октября 2019 г.: -фрагмент блока стволов и обрез, изготовленный самодельным способом из деталей двуствольных длинноствольных охотничьих ружей 16 калибра модели «Б» с заводскими номерами на колодке «№», на цевье «№» и годом выпуска 1957 на казенной части стволов могли составлять единое целое; -фрагмент блока стволов и обрез, изготовленный самодельным способом из деталей двуствольных длинноствольных охотничьих ружей 16 калибра модели «ИЖ-58» единое целое не составлял; -так как рукоятки обрезов после отделения прикладов подвергались дополнительной механической обработке, ответить на вопрос составляли ли ранее единое целое приклад и один из обрезов, не представляется возможным из-за отсутствия общей лини разделения, так как рукоятки обрезов после отделения прикладов подвергались дополнительной механической обработке. (т. 18, л.д. 35-38) Показания специалиста ФИО24 о том, что вероятный вывод недопустим, не могут быть приняты во внимание, поскольку в данном случае вывод эксперта не является предположением, а основан на проведенном исследовании, результаты которого отражены в мотивировочной части заключения, где указано, что при совмещении фрагмента блока стволов со стволами обреза (изготовленного из деталей охотничьих ружей 16 калибра модели «Б») установлено совпадение по общим признакам (форме и размеру прицельной планки, рельефному рисунку ее поверхности, внешнему диаметру стволов в месте совмещения). Заключение трасологической экспертизы согласуется с показаниями свидетеля ФИО14 от 2 октября 2019 г., который еще до того как экспертом были сделаны выводы, пояснял, что курковый обрез с рукояткой, обмотанной синей изолентой (изготовленный из деталей ружья модели «Б»), изображенный на фотографиях к заключению баллистической экспертизы, соответствует ружью ФИО10, у которого были отпилены приклад и часть ствола. С учетом изложенного суд приходит к выводу о достоверности показаний обвиняемых ФИО10, ФИО90 и ФИО92, пояснивших об изготовлении обреза на СТО, где работал ФИО14, поскольку они согласуются с другими приведенными в этой части доказательствами. Что касается досудебных показаний свидетеля ФИО19, который на фотографиях к заключению эксперта узнал обрез куркового ружья с прикладом, обмотанным синей изолентой, пояснив, что видел его у ФИО95 летом 2018 г., то они не свидетельствуют о наличии сомнений, поскольку приведенные выше доказательства и их анализ позволяют сделать вывод о том, что изъятый обрез из куркового ружья был изготовлен не ранее декабря 2018 г., следовательно, ФИО19, пояснивший о том, что точно не помнит, когда ФИО10 показывал ему оружие, заблуждался в этой части. Доводы подсудимого ФИО10 о том, что изъятый по делу револьвер он ранее выбросил, о чем сообщил оперуполномоченному ФИО9, который револьвер нашел и сказал показать место хранения, а обрезы были помещены в гараж свидетелем ФИО8 накануне изъятия, поэтому ФИО10 не принадлежали, проверены судом. Так, ФИО10 и ФИО80 утверждают, что гаражом, в котором были изъяты обрезы, они самостоятельно никогда не пользовались и не имели от гаража ключ, который был только у матери ФИО95 – свидетеля ФИО60. Допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны защиты свидетель ФИО60 также пояснила, что данный гараж принадлежит ей, ключ от гаража постоянно был только у нее, ФИО95 и Азизов самостоятельно гаражом не пользовались. После того как в начале мая 2019 года был задержан ФИО95, в гараже проводился обыск, ей звонила ФИО95 и попросила ключ. В конце мая после задержания ФИО95 она приехала к ФИО95 домой, где также проводился обыск. Сотрудник полиции попросил ключ от гаража, который она дала, и в гараже вновь проводили обыск. Вначале июня 2019 года в вечернее время она была дома у ФИО95, ей позвонил ФИО8 – друг ФИО95, попросил ключи от гаража. Через некоторое время ФИО8 приехал, ему она дала ключ, который у нее был с собой. ФИО8 сказал, что по требованию оперативных сотрудников должен подбросить в гараж оружие, чтобы ФИО95 не арестовали. Свидетель защиты ФИО8 показал, что с подсудимым ФИО95 поддерживает дружеские отношения. 4 или 5 июня 2019 года ему позвонил неизвестный, представился сотрудником полиции ФИО9, попросил подъехать к его дому по <адрес>, где он проживает и проходили следственные действия с участием ФИО95. После его приезда через некоторое время откопали сверток, в котором был небольшой револьвер. Затем он присутствовал при разговоре ФИО95 и ФИО9, который сказал ФИО95, если тот хочет, чтобы ФИО95 не привлекли к ответственности, нужно еще оружие подкинуть в гараж. ФИО95 попросил его (ФИО8) найти оружие и подкинуть. Он знал, что за несколько дней до этого его знакомый ФИО15 нашел оружие. Вечером он позвонил ФИО15 по этому поводу. Тот подтвердил, что оружие у него. Он приехал и забрал дома у ФИО15 пакет, в котором было два обреза. Затем он поехал домой к ФИО95, где ее мать, которой он рассказал всю ситуацию, дала ему ключ от гаража, куда он положил два обреза, о чем сообщил по телефону ФИО9, с которым неоднократно созванивался по этому поводу в этот и на следующий день перед тем как утром в гараже с участием ФИО95 проводили осмотр. Так как в ходе осмотра не могли найти обрезы, по просьбе ФИО9 он взглядом указал, куда положил. Свидетель защиты ФИО15 пояснил, что с Азизовым состоит в приятельских отношениях. В конце мая 2019 года он нашел в районе Дренажного канала два обреза ружей, которые принес домой и собирался сдать в полицию, о чем рассказал ФИО8. Обрезы хранил на балконе в своей квартире по <адрес>. Примерно через неделю ему позвонил ФИО8, спросил про оружие, затем подъехал в вечернее время около 22-23 часов, сказал, что по просьбе оперативных сотрудников подбросит обрезы, которые «повесят» на ФИО95, а за это ФИО95 отпустят. С его разрешения ФИО8 забрал пакет с обрезами с балкона. Вместе с тем, исследованные судом сведения о телефонных соединениях свидетельствуют о том, что 4 июня 2019 г. в вечернее время между абонентскими номерами свидетелей ФИО8 и ФИО60, ФИО8 и ФИО15 телефонных соединений не имелось, многократные в течение каждого часа телефонные соединения ФИО8 в районе места жительства ФИО15 не фиксировались, что опровергает показания данных свидетелей о том, что перед встречами ФИО8 с ФИО15 и ФИО60 они созванивались, и ставит под сомнение достоверность показаний о наличии этих встреч. Свидетель защиты ФИО49 показал, что участвовал в качестве понятого при проведении обыска в квартире Азизовоых. Один из сотрудников полиции сказал, что нужен ключ от гаража, в котором необходимо провести обыск. В связи с чем ФИО95 попросила у него телефон, по которому звонила своей матери через интернет с использованием WI-FI в ее квартире, так как у него на телефоне уже <***> дня не было денег. Согласно протоколу обыска от 8 мая 2019 г. обыск в квартире ФИО80 проводился с 19:50 до 21:15. (т. 7, л.д. 51-55) Однако данные о неоднократных телефонных соединениях свидетеля ФИО49 8 мая 2019 г., в том числе наличие исходящих звонков до и после проведения обыска, опровергают его показания о невозможности пользования обычной сотовой связью в связи с отсутствием на балансе его абонентского номера денежных средств. При этом соединения между его абонентским номером и номером ФИО60 отсутствуют. По номеру ФИО60 4 июня 2019 г. после 16:20 телефонных соединений, за исключением входящих смс-сообщений от МЧС, не имелось. Кроме того, из показаний свидетеля ФИО82 следует, что во время его брака с подсудимой ФИО95 они проживали в доме по <адрес>, где находился металлический гараж, принадлежащий матери ФИО95, которая хранила там свои вещи. Ключ от гаража имелся и у ФИО95. Свидетель ФИО43 пояснила, что проживает в доме по <адрес>, длительное время знает проживающую в соседнем доме подсудимую ФИО95 и ее мать ФИО60, у которой во дворе имеется металлический гараж. Примерно летом 2018 года он видела, что из гаража вышел ФИО95, который был один, затем закрыл гараж на замок. Сторона защиты также ссылается на протокол осмотра места происшествия, согласно которому при осмотре гаража 8 мая 2019 г. обрезы не были обнаружены. (т. 6, л.д. 70-73) Свидетель защиты ФИО65 пояснила, что в мае 2019 года принимала участие в качестве понятой при осмотре гаража возле дома по <адрес>. Осмотр проводился вечером в темное время в присутствии подсудимых А-вых. Трое сотрудников полиции светили фонариками, осмотрели весь гараж, передвигали находившиеся там предметы. В ходе осмотра, который продолжался около 40 минут, изъяли обувь. Она видела резиновую лодку, которая была сдутая и находилась возле стены слева от входа в гараж, лодку поднимали. Затем был составлен протокол. Как пояснил свидетель ФИО77 (оперативный сотрудник), 8 мая 2019 года после задержания ФИО95 по поручению следователя он проводил обыск в квартире А-вых. В ходе обыска от Азизовой стало известно о том, что в их пользовании имеется гараж, расположенный во дворе дома. После чего он провел осмотр гаража. Ключ от гаража представила ФИО95, мать которой ему не известна и не присутствовала. После осмотра ключ он вернул ФИО95. Гараж был завален вещам и хламом. Так как было темное время, он подсвечивал фонариком на телефоне, изъял обувь. Он осмотрел вещи поверхностно, какие-либо предметы не передвигал, поэтому не обнаружил обрезы, изъятые в гараже в последующем. Таким образом, совокупность исследованных в этой части доказательств опровергает утверждения подсудимых А-вых и свидетеля ФИО60 о том, что ФИО80 и ФИО10 не имели ключ от гаража и гаражом не пользовались. Показания свидетеля защиты ФИО68 о том, что она из окна своей квартиры видела, как сотрудники полиции привезли ФИО95 к гаражу, где проводили осмотр, не содержат сведений, опровергающих доказательства стороны обвинения и подтверждающих версию стороны защиты. Согласно сведений о соединениях абонентских номеров сотовой связи, используемых свидетелями ФИО9 и ФИО8, на которые обращает внимание сторона защиты, 4 июня 2019 г. в 10:36, 10:50, 17:05, а также 5 июня 2019 г. в 08:39, 09:41, 09:51 имелись исходящие телефонные звонки ФИО9 ФИО8, который также звонил ФИО9 4 июня 2019 г. в 10:54, 11:30, 18:19, 18:47, 21:45 и 5 июня 2019 г. в 08:44. Как следует из протоколов соответствующих следственных действий, проверка показаний на месте с участием ФИО10 проводилась 4 июня 2019 г. с 09:30 до 11:40, 5 июня 2019 г. - с 09:45 до 10:20. Допрошенная в качестве свидетеля следователь ФИО46 пояснила, что в связи расследованием уголовного дела по факту разбойного нападения на ФИО2 при проведении проверки показаний на месте 4 и 5 июня 2019 года ФИО95 отказался пояснять по данным обстоятельствам и изъявил о желании показать – 4 июня 2019 года место хранения револьвера, 5 июня 2019 года – место, где он спрятал обрезы. В ходе проверки показаний на месте 4 июня 2019 года ФИО95 показал место хранения револьвера - сначала возле Дренажного канала, где револьвер не был обнаружен, затем - в частном секторе, где копали землю в местах, указанных ФИО95. Звонил ли кому-либо ФИО9 и присутствовал ли кто-либо из посторонних, она не помнит. В ходе проверки показаний на месте 5 июня 2019 года ФИО95 в гараже возле его дома указал на лодку, в которой был завернут обрез, также - на ковер, в котором ничего не было, затем показал место возле задней стены гаража, где в пакете был обнаружен второй обрез. Понятые и защитник наблюдали возле ворот гаража. При проведении проверок показаний на месте вне рамок процессуальной процедуры сотрудники пресс-службы МВД осуществляли частичную видеосъемку для информационных целей. Свидетель ФИО9 показал, что после задержания подсудимых он беседовал, в том числе и с ФИО95, какое-либо воздействие на которого не оказывал, ФИО95 ему об обстоятельствах преступлений не рассказывал. В связи с осуществлением оперативного сопровождения по делу он присутствовал на проверке показаний месте, в ходе которой ФИО95 возле дома ФИО8 показал, где спрятан револьвер. О том, что ФИО95 намерен показать место хранения револьвера, он не знал. Так как револьвер в течение длительного времени не могли найти, по просьбе ФИО95 последний разговаривал по его телефону с ФИО8, выяснял, не убирал ли тот револьвер. После того, как Азизов сказал, что револьвер находится там же, поиски были продолжены, револьвер откопан. В последующем в ходе проверки показаний на месте ФИО95 указал в гараже около своего дома, где хранились два обреза, которые были изъяты. У кого взяли ключ, чтобы открыть гараж, он не помнит. Первый обрез был замотан в резиновую лодку зеленого цвета, которая находилась около газового баллона справа от входа, второй обрез был обнаружен в черном пакете в правом дальнем углу гаража возле кирпичей. Там же был ФИО8, в связи с чем, он не знает. Так как А-вы общались с ФИО8, проводили много времени у него дома, то он проверял на причастность к совершению преступлений и ФИО8, с которым в связи с этим неоднократно общался по телефону и лично. С ФИО8 он не обсуждал того, чтобы тот принес оружие, которое затем ФИО95 должен был, якобы, выдать. При каких обстоятельствах изъятые обрезы оказались в гараже, он не знает. На следственных действиях присутствовали сотрудники пресс-службы МВД Республики Хакасия, которые вели видеозапись. Допрошенные судом свидетели ФИО70 и ФИО69 подтвердили, изложенные в протоколах проверки показаний на месте сведения об их участии в данных следственных действиях и последующих осмотрах места происшествия в качестве понятых. Как пояснила свидетель ФИО70, подсудимый ФИО95 показал возле частного дома, где был спрятан пистолет, какое-либо воздействие на него не оказывалось. На месте поисков на земле была трава, следов того, что перед этим производилась копка, не было. Пистолет долго не могли найти. Азизов сказал, что место точно не помнит, закапывал зимой. В ходе поиска в течение полутора-двух часов сотрудники полиции перекопали большую площадь земли. ФИО95 кому-то звонил по телефону одного из сотрудников полиции, спрашивал, не забирал собеседник пистолет. Собеседник сказал, что не забирал. Затем откопали черный полиэтиленовый сверток, в котором находился пистолет. На следующий день она участвовала в осмотре гаража, в котором нашли обрез ружья. Насколько она помнит, где нужно искать обрезы показал ФИО95, на которого никто воздействия не оказывал. Свидетель ФИО69 пояснила, что ФИО95 показывал, где закопан пистолет - сначала в районе дамбы около реки, затем в частном секторе. Какое-либо воздействие на него не оказывалось, он самостоятельно отвечал на вопросы, задаваемые сотрудниками полиции, которые копали не менее 20 минут. Разговаривал ли с кем-либо ФИО95 по телефону, она не помнит. В земле откопали черный сверток с пистолетом, который, как пояснил ФИО95, закопал он. Также она присутствовала в качестве понятой при осмотре гаража с участием ФИО95. Как открыли гараж, не помнит. В гараж, в котором находились различные вещи, заходили ФИО95 и два сотрудника полиции, остальные смотрели около входа. Азизов самостоятельно показывал, где находится в гараже оружие. В указанных им местах обнаружили части от оружия (дуло, приклад, что-то еще), которые были завернуты, подробности она не помнит. После осмотра в судебном заседании протоколов проверки показаний на месте с участием ФИО10 и протоколов осмотра места происшествия от 4 и 5 июня 2019 г., в ходе которых были изъяты револьвер и обрезы, свидетели ФИО70 и ФИО69 подтвердили составление протоколов по результатам следственных действий, проведенных с их участием, и правильность содержащихся в протоколах сведений. Свидетель ФИО29 (сотрудник конвойной службы полиции) пояснил, что 4 июня 2019 года осуществлял конвоирование ФИО95 при проведении проверки показаний на месте. В ходе проверки показаний на месте ФИО95 разговаривал по сотовому телефону, представленному оперативным сотрудником. О чем был разговор, он не помнит. Затем ФИО95 разговаривал с каким-то парнем, который подошел вместе с оперативным сотрудником, также участвовавшим в разговоре. О чем они говорили, он не слышал. По ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании приобщен истребованный по запросу прокурора в МВД по Республике Хакасия оптический диск с видеозаписями, которые вели сотрудники отделения информации и общественных связей МВД по Республике Хакасия при проведении следственных действий с участием обвиняемого ФИО10 Видеозаписи были воспроизведены в судебном заседании с участием свидетеля ФИО9 По результатам просмотра с учетом пояснений ФИО10 и ФИО9 установлено, что на видеозаписях зафиксированы отдельные фрагменты следственных действий с участием ФИО10 от 4 и 5 июня 2109 г. Так, на видеозаписи № 1 зафиксировано, что ФИО10 в присутствии участников следственного действия на берегу Дренажного канала указывает место под деревом. В следующих фрагментах съемка осуществляется возле частного дома с номером №, где участники следуют за ФИО10, который сообщает, что копать нужно не глубоко, пакет под камнем, кирпичом. Также зафиксирован фрагмент разговора ФИО10 по сотовому телефону с использованием громкой связи, как установлено с ФИО8, у которого ФИО10 спрашивает: «Не трогал, там же он?», ФИО8 ответил: «Да, должен быть там, если ты не забирал». В следующих фрагментах продолжаются поисковые работы. Затем ведется съемка свертка из черного полиэтиленового пакета, находящегося в углублении в земле. В пакете обнаружен завернутый в ткань револьвер (по внешнему виду соответствующий револьверу на фототаблицах к заключениям баллистических экспертиз). На видеозаписи № 2 зафиксировано, что ФИО10 в присутствии участников следственного действия подходит к металлическому гаражу с навесным замком, который открывает. На вопрос ФИО9, который не разборчив, ФИО10 сообщает: «В ковре». В следующем фрагменте съемка ведется в гараже, который хаотично завален бытовыми предметами. Оперуполномоченный ФИО9 осматривает свернутый ковер, расположенный в дальнем углу возле левой от входа стены, сообщает, что в ковре ничего нет. ФИО10, также находящийся в гараже, говорит, что должен быть еще один ковер. В следующем фрагменте оперуполномоченный ФИО9 достает в правом от входа углу в районе газового баллона свернутый предмет, похожий на резиновую лодку или надувной матрас, в котором завернут курковый обрез, разобранный на три части, с рукояткой обмотанной синей изолентой (по внешнему виду похожий на обрез, изготовленный из деталей охотничьих ружей модели «Б», изображенный на фотографиях к заключениям баллистических экспертиз). В следующем фрагменте ФИО98 вместе с оперуполномоченным ФИО9 ведут поиск возле противоположной от входа стены, затем в дальнем углу около правой от входа стены. В следующем фрагменте оперуполномоченный ФИО9 поднимает черный полиэтиленовый пакет, обнаруженный около стены. В пакете находится обрез, разобранный на три части (по внешним признакам похожий на обрез, изготовленный из охотничьего ружья модели «ИЖ-58», изображенный на фотографиях в заключениях баллистических экспертиз). Части обрезов осматриваются, в одном из стволов находится патрон. В судебном заседании подсудимый ФИО10 пояснил, что на видеозаписях зафиксирован, в том числе его разговор по телефону с ФИО8, у которого он выяснял, где находится лом, чтобы копать. ФИО8 подтвердил, что лом находится в угольнике. Оружие и иные предметы он у ФИО8 не оставлял, вместе с ФИО8 не прятал. Вместе с тем, свидетель ФИО9 показал, что, так как револьвер долго не могли найти, он выяснял у ФИО95, действительно ли револьвер закопан в указанном им месте. По просьбе ФИО95 он позвонил ФИО8, с которым затем разговаривал ФИО95 по громкой связи и выяснял про револьвер. Разговор зафиксирован на видеозаписи. ФИО8 подтвердил ФИО95, что револьвер не брал. Лом и лопату он спрашивал у ФИО8, когда тот приехал, а ФИО95 звонил ФИО8, чтобы выяснить именно местонахождения револьвера. По сообщению Министра внутренних дел по Республике Хакасия видеоматериал по запросу прокуратуры был направлен в полном объеме, других видеозаписей данных следственных действий не имеется. Тот факт, что протоколы проверки показаний на месте с участием ФИО10 от 4 и 5 июня 2019 г. не содержат сведений об осуществлении видеозаписи, а сами видеозаписи отражают не весь ход следственных действий, на допустимость данных протоколов и видеозаписей не влияет, поскольку из показаний следователя ФИО46 следует, что видеозапись проводилась не в рамках процессуальной процедуры, а – осуществлялась наблюдавшими за проведением следственных действий работниками МВД по Республике Хакасия для информационных целей. В соответствии с ч. 1 и п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основании которых устанавливается наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию; в качестве доказательств допускаются иные документы, которые согласно ч. 2 ст. 84 УПК РФ могут содержать сведения как в письменном, так и в ином виде, к ним могут относиться, в том числе материалы видеозаписи и иные носители информации, истребованные или представленные в порядке, установленном ст. 86 УПК РФ. В силу ч. 1 ст. 86 и ч. 5 ст. 246 УПК РФ прокурор вправе собирать доказательства и представлять их в судебном разбирательстве; согласно ч. 4 ст. 21 УПК РФ при осуществлении своих полномочий прокурор праве направлять запросы. Поскольку видеозаписи получены прокурором и представлены суду в соответствии с полномочиями, предусмотренными УПК РФ, источник видеозаписей установлен, они содержат сведения, относящиеся к предмету исследования по уголовному делу и подтверждаются другими доказательствами, суд признает видеозаписи относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, содержание которых не является восполнением неполноты протоколов следственных действий, поскольку ФИО10 подтвердил, что давал пояснения, зафиксированные на видеозаписях. В связи с показаниями свидетелей ФИО8 и ФИО15 по рапорту государственного обвинителя следователем СО по г. Абакан ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия в отношении оперуполномоченного ФИО9 проведена проверка, по результатам которой вынесено постановление от 7 декабря 2020 г. об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления. При оценке доказательств в этой части и версии ФИО10 суд приходит к следующему. Показания участвовавших в следственных действиях понятых ФИО70 и ФИО69, незаинтересованных в исходе дела и подтвердивших, что именно ФИО10 добровольно и самостоятельно показывал, где спрятал револьвер и в этих местах сотрудники полиции производили поиски, а также исследованная видеозапись, на которой объективно зафиксировано, что ФИО10 на проверке показаний на месте в ходе телефонного разговора, как установлено с ФИО8, выяснял, находится ли определенный предмет в том же месте, на что ФИО8 пояснил, что данный предмет должен быть там же, с учетом показаний ФИО9 о том, что ФИО10 по телефону выяснял у ФИО8, где находится револьвер, которые подтверждаются показаниями понятой ФИО70 о том, что ФИО10 пояснял, что револьвер закапывал зимой, и, поскольку револьвер не могли долго найти, в ходе телефонного разговора выяснял, находится ли револьвер в том же месте, а также показания в судебном заседании ФИО10 о том, что обнаруженный револьвер принадлежал ему, в совокупности позволяют сделать вывод о том, что, во-первых, револьвер в место его обнаружения ранее поместил ФИО10, который в ходе проверки показаний на месте револьвер добровольно выдал, во-вторых, ФИО8 был осведомлен о месте хранения револьвера. Доводы ФИО10 о том, что место хранения револьвера под деревом возле Дренажного канала он показывал по указанию оперуполномоченного ФИО9 (то есть по версии ФИО10 в заведомо для ФИО9 ложном месте), также признаются недостоверными, поскольку подобное поведение ФИО9 было бы лишено какого-либо смысла. В то же время показания ФИО8 о том, что обрезы в гараж были помещены им 4 июня 2019 г. перед изъятием, а также результаты предшествующего этому осмотра гаража 8 мая 2019 г., в ходе которого согласно показаниям свидетеля ФИО65 смотрели и резиновую лодку, с учетом видеозаписи, согласно которой ФИО10 сообщил, что обрезы находятся в ковре (расположенном возле стены слева от входа), что не соответствует месту обнаружения одного из обрезов завернутым в резиновую лодку или надувной матрас справа от входа, а также месту обнаружения второго обреза в пакете возле противоположной от входа стены, и, как видно на видеозаписи, ФИО10 фактически не показывал места нахождения обрезов, а совместно с оперуполномоченным ФИО9 участвовал в их поиске, в совокупности свидетельствуют о наличии сомнений в этой части. Вместе с тем, приведенные в приговоре доказательства, бесспорно подтверждающие наличие у ФИО10 обрезов, как на момент совершения соответствующих преступлений, так и в последующем, в том числе, досудебные показания подсудимых ФИО10, ФИО90, ФИО92, свидетелей ФИО14 и ФИО19, которые опознали в изъятом в гараже обрезе с наружными курками и рукояткой, обмотанной синей изолентой (изготовленном из деталей ружей модели «Б») обрез, принадлежавший ФИО10, показания которого, а также показания ФИО90 и ФИО92 о том, что у ФИО10 имелся и второй обрез без наружных курков, опознанный ФИО90 во втором изъятом в гараже обрезе без наружных курков (изготовленном из ружья модели «ИЖ-58) как обрез, использовавшийся при разбойном нападении 28 декабря 2018 г. (о чем доказательства и выводы приведены далее), в совокупности позволяют сделать вывод о том, что 5 июня 2019 г. в ходе проверки показаний на месте и осмотра в гараже были обнаружены и изъяты обрезы, принадлежащие ФИО10 Утверждения ФИО8 о том, что обрезы в гараж положил он, не исключают этого, а с учетом его осведомленности о наличии у ФИО10 револьвера и месте его хранения, свидетельствуют о том, что ФИО8 при таких обстоятельствах должен был знать, где ФИО10 обрезы хранил. Таким образом, показания ФИО10 и ФИО8 о том, что в гараж обрезы поместил ФИО8, не опровергают того, что обрезы принадлежали ФИО10 Согласно приобщенной к делу по ходатайству государственного обвинителя информации, полученной прокурором в ФКУ Тюрьма ГУФСИН России по Красноярскому краю, во время содержания под стражей ФИО10 вел переписку со свидетелем ФИО8, а также ФИО74 (что соответствует фамилии ФИО80 до первого замужества, адрес которой указан по месту жительства ФИО8), со свидетелем ФИО26, а также ФИО27 (адрес которой указан по месту жительства ФИО26, проживающей в соседней квартире с ФИО80), направив им в период с 17 июня по 25 октября 2019 г. 18 писем, и получил от них 22 письма. В судебном заседании ФИО10 показал, что вел переписку с ФИО8, а на имя ФИО26 направлял письма для ФИО80, которая фактически осуществляла с ним переписку. Из показаний ФИО8 и ФИО80 также следует, что они общались между собой во время производства по уголовному делу. Как пояснил ФИО10, с ФИО15 он состоит в приятельских отношениях, ранее оказывал ФИО15 поддержку в одном из конфликтов. С учетом изложенного, а также характера отношений ФИО10 со свидетелями ФИО8 и ФИО15, в силу которых они заинтересованы в благоприятном для него исходе дела, а также интенсивной переписки ФИО10 с ФИО8, ФИО80 и общения между последними, показания свидетелей ФИО8 и ФИО15 о том, что обрезы были найдены ФИО15, отвергаются судом как недостоверные. По ходатайству стороны защиты к материалам уголовного дела были приобщены три фотографии, на двух из которых, согласно пояснениям потерпевшего ФИО1, изображен он, а фотографии могли быть размещены на его странице в социальной сети «ВКонтакте». На одной из фотографий у потерпевшего на руке массивный браслет, похожий на золотой. В судебном заседании свидетель ФИО19 опознал на данных фотографиях ФИО1, с которым у ФИО90 был конфликт в тренажерном зале в «Спорткомплексе Абакан» в 2018 г. Как следует из показаний ФИО90 в суде, указанные фотографии были получены им со страницы потерпевшего ФИО1 в социальной сети «ВКонтакте» после произошедшего между ними в 2018 г. конфликта. ФИО80 в суде показала, что имела страницу в социальной сети «ВКонтакте», где была зарегистрирована под другим именем. По информации, полученной стороной защиты в Муниципальном автономном учреждении г. Абакана «Спорткомплекс им. Н.Г. Булакина» (до 01 сентября 2020 г. - МАУ г. Абакана «Спорткомплекс Абакан»), ФИО90 посещал тренажерный зал с 1 по 31 марта 2018 г. и с 10 апреля по 9 мая 2019 г., ФИО92 - с 15 января по 14 февраля 2019 г. Однако представленные стороной защиты доказательства не опровергают доказательства стороны обвинения; соответствуют досудебным показаниям ФИО90 о том, что потерпевшего ФИО1 он видел в тренажерном зале до нападения, где обратил внимание на наличие у него золотых браслета и цепочки; а посещение ФИО90 в 2018 г. в социальной сети «ВКонтакте» страницы потерпевшего ФИО1, с учетом показаний последнего о том, что подсудимая ФИО80 также посещала его страницу, свидетельствуют о достоверности показаний ФИО92 и ФИО10 о том, что последний показывал ФИО92 фотографию потерпевшего из социальной сети. Оспариваемые стороной защиты протоколы предъявления для опознания, согласно которым потерпевшему ФИО1 были предъявлены для опознания ФИО90 и ФИО92 (т. 9, л.д. 200-205), не используются судом в качестве доказательств виновности, поскольку условия опознания не соответствуют условиям, при которых ФИО1 видел нападавших в медицинских масках и в головных уборах, а ФИО99 и в одежде с капюшоном. Вместе с тем, совокупности иных исследованных доказательств достаточно для выводов о виновности ФИО10, ФИО90 и ФИО92, признательные показания которых об их действиях во время нападения согласуются между собой и подтверждаются другими приведенными в приговоре доказательствами. Расхождения в показаниях ФИО90 и ФИО10 относительно инициатора преступления и роли ФИО10 при подготовке к нападению не являются противоречиями, существенными для доказывания, и устранены. Суд в данной части берет за основу показания ФИО90, который последовательно пояснял о том, что именно ФИО10 предложил совершить нападение на ФИО1, предоставил оружие, руководил подготовкой и участниками нападения, что согласуется с показаниями А-вых о том, что ФИО10 было известно, что потерпевший ФИО1 осуществляет предпринимательскую деятельность и собирался приобрести квартиру, с показаниями ФИО10, подтвердившего свое участие наряду с ФИО90 в подготовке к совершению преступления и предоставлении оружия, а также с показаниями ФИО92 о том, что к совершению преступления его привлек ФИО10, который рассказал и наличии у потерпевшего денег и ценностей, предоставил оружие и руководил другими участниками. Показания ФИО92 о том, что он не был осведомлен о том, что револьвер был заряжен, а ФИО10 говорил ему о необходимости лишь напугать потерпевшего, опровергаются, как показаниями ФИО90 и ФИО10, из которых следует, что ФИО92 было известно об использовании ФИО90 в ходе нападения заряженного револьвера и цели нападения на ФИО1, имуществом которого собирались завладеть, так и последующими показаниями самого ФИО92, в которых он признавал, что в ходе нападения собирались завладеть имуществом потерпевшего, что согласуется с действиями ФИО92, которые были обусловлены планом преступления и направлены на достижение этой цели. Выдвигавшаяся обвиняемым ФИО90 версия о том, что выстрел в потерпевшего он произвел случайно при падении, опровергается показаниями потерпевшего ФИО1, свидетеля ФИО37 и видеозаписью наблюдения. Доводы обвиняемых, которые в ходе допросов указывали, что не имели договоренности стрелять из револьвера, не могут быть приняты во внимание, поскольку из показаний ФИО90 и ФИО10 следует, что ФИО10 представил ФИО90 заряженный патронами револьвер, в чем ФИО90 убедился перед нападением. ФИО92 после производства ФИО90 выстрела из револьвера продолжил согласованные с ним действия и преследовал потерпевшего. При оценке доказательств суд также учитывает, что показания свидетеля ФИО14 относительно даты изготовления обреза (с декабря 2018 г. до февраля 2019 г.), а также досудебные показания ФИО10, ФИО90 и ФИО92 (которые неоднократно их меняли) относительно того, кем - ФИО10 или ФИО92, когда – до или после нападения на ФИО1 было представлено ружье модели «Б», из которого изготовлен обрез, и какой из двух обрезов использовался при нападении на ФИО1, имеют противоречия между собой и являются непоследовательными у каждого из обвиняемых. Показания ФИО90 от 4 декабря 2019 г. о том, что обрез был изготовлен при подготовке к преступлению и обсуждении, в том числе с ФИО92 плана преступления, не соответствуют его же показаниям на этом допросе о том, что ФИО92 план нападения сообщил ФИО10 за день или два до нападения. Показания ФИО92 и ФИО10 также не свидетельствует о том, что обрез был изготовлен в связи с подготовкой к нападению на ФИО1 Так как на досудебной стадии причины изменения ФИО10, ФИО90 и ФИО92 показаний не выяснялись, и в связи с отрицанием ими этих показаний в ходе судебного разбирательства, эти причины не могут быть выяснены судом, а противоречия в этой части не устранены, суд приходит к выводу, что представленные стороной обвинения доказательства не достаточны для бесспорных выводов о том, что ружье модели «Б» было представлено ФИО92, и, что обрез из данного ружья был изготовлен при подготовке к нападению на ФИО1 и использовался при совершении данного преступления, как об этом указано в обвинении. Однако данное обстоятельство, а также то, что на первоначальных допросах обвиняемые не поясняли о наличии у ФИО92 обреза при нападении на ФИО1, не ставит под сомнение их последующие показания об использовании ФИО92, имевшегося у ФИО10 обреза, изготовленного из охотничьего ружья, поскольку эти показания согласуются между собой и подтверждаются другими доказательствами, свидетельствующими об изъятии двух обрезов, изготовленных из деталей охотничьих ружей, об использовании одного из которых ФИО92 поясняли обвиняемые, а также с показаниями потерпевшего ФИО1 наличии у ФИО92 в ходе нападения оружия, называемого им «маленькое ружье». Обрез использовался ФИО92 в качестве угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, а вносимые в этой части изменения в обвинение не нарушают право на защиту, поскольку подсудимым не вменяется новых фактов или действий. При этом суд исключает из обвинения указание о том, что ФИО10 наблюдал за окружающей обстановкой с целью предупреждения об опасности, поскольку исследованными доказательствами данное обстоятельство не подтверждено. Вопреки доводам стороны защиты, показания потерпевшего ФИО1 о том, что, как установлено, ФИО90, угрожая револьвером, дважды требовал от потерпевшего сесть в машину, чтобы вместе ехать, о чем пояснил и свидетель ФИО37, который также слышал требование к потерпевшему садиться в машину, позволяют сделать вывод о достоверности признательных показаний обвиняемых относительно разработанного плана, предусматривавшего доставление потерпевшего в его квартиру с целью хищения имущества, а в случае, невозможности реализовать данный сценарий, - хищение имущества на месте нападения, о чем свидетельствуют, последующие действия ФИО90 по применению оружия и действия ФИО92 по преследованию потерпевшего, который стал убегать. Досудебные показания ФИО92 о том, что он, догнав потерпевшего, говорил ему убегать, опровергаются показаниями потерпевшего ФИО1 о том, что ФИО92, преследуя его, требовал остановиться, пытался схватить за одежду и сделать подножку, что не противоречит видеозаписи, поэтому ставить под сомнение показания потерпевшего нет оснований. По преступлению от 28 декабря 2018 г. Потерпевший ФИО5 пояснил, что он работает оценщиком-приемщиком в комиссионном магазине, расположенном по <адрес>. Служебное помещение, в котором находятся работники и товар, изолировано от клиентской зоны перегородкой со стеклянной витриной и дверью, туда другие лица доступа не имеют, что понятно, исходя из того, что это помещение закрыто. Приемка большого по размеру товара осуществляется через окно. В магазине ведется видеонаблюдение, установлены камеры в клиентской зоне и в помещении для работников. 28 декабря 2018 года около 23:30 он находился на рабочем месте. В помещение магазина вошел мужчина плотного телосложения в темной куртке, кепке, с одетым на голову капюшоном, в медицинской маске, из-под куртки достал обрез двуствольного ружья, потребовал лечь на пол, что он воспринял как угрозу. Также зашел второй мужчина худощавого телосложения в синей спортивной кофте и медицинской маске с большим камнем в руках. Он стал отходить за дверь из зоны видимости через витрину и в этот момент услышал выстрел, в результате которого было разбито стекло витрины, а заряд пролетел около него и попал в расположенную за витриной стену, в которой, а также на одном из планшетов в витрине образовались повреждения от выстрела. Второй нападавший начал камнем разбивать стекло витрины. В окне через которое осуществляется приемка крупного товара, открылся замок и второй нападавший через окно проник внутрь помещения для работников магазина, встал на рабочий стол. Он попытался нанести нападавшему удар стулом, в результате чего тот вылез. Первый нападавший, который был вооружен, вытащил через повреждение в витрине планшет с золотыми изделиями, среди которых были цепочки, браслеты и золотые часы. Нападавшие убежали и потеряли золотые часы, которые были в последствии обнаружены. Он вызвал охрану и руководство. Свидетель ФИО78 пояснил, что работает в охранном предприятии «<данные изъяты>». 28 декабря 2018 года в ночное время сработала тревожная кнопка в комиссионном магазине по <адрес>. Прибыв туда, он увидел, что была разбита витрина, на стене имелись следы выстрела. Продавец рассказал, что напали двое мужчин в медицинских масках, которые стреляли и лезли в окно, показал видеозапись, на которой было зафиксировано нападение. Потерпевший ФИО6 пояснил, что он является индивидуальным предпринимателем, осуществляет продажу товаров в комиссионном магазине, расположенном в доме по <адрес>. В магазине служебное помещение для работников изолировано от посетителей витриной с металлической дверью. В этом помещении могут находиться только работники и он, другие лица туда доступ не имеют. С клиентами приемщик контактирует через приемопередаточный лоток или окно. В магазине установлена тревожная кнопка и ведется видеонаблюдение. 28 декабря 2018 года в 22:45 ему позвонил приемщик ФИО5, сообщил о вооруженном нападении. По прибытии в магазин он увидел, что была простреляна и разбита витрина, за расположенной за ней стеной имелись повреждения от следов выстрела, на полу находился пыж, в витрине - большой камень. Он просмотрел записи наблюдения, которые выдал сотрудникам полиции. На видеозаписях видно, что нападавшие произвели выстрел в витрину и взяли один планшет с золотыми цепочками и часами. Золотые изделия, которые продаются в магазине, выкупаются у разных лиц в среднем по 2500 рублей за один грамм, и принадлежат ему как индивидуальному предпринимателю, он их продает. В магазине ведется строгий учет товара с применением компьютерной программы и в тетради. Каждое изделие фотографируется, взвешивается на ювелирных весах, проверяется химическими реактивами для определения пробы золота, изделиям присваивается номер. Приемщики имеют в этом большой опыт. Стоимость ювелирных изделий при продаже устанавливается исходя из рыночных цен, в чем он за много лет работы хорошо разбирается. В результате проведения ревизии, акт которой был представлен следователю, было установлено похищенное имущество, из которого ему в ходе следствия возвратили часы. Стоимость другого похищенного имущества - золотых цепочек составляет 120600 рублей. Согласно копии свидетельства налогового органа потерпевший ФИО6 является индивидуальным предпринимателем. (т. 2, л.д. 207) В соответствии с актом ревизии от 29 декабря 2018 г. из комиссионного магазина индивидуального предпринимателя ФИО6, расположенного по <адрес>, были похищены золотые часы «Мактайм» с весом золота 10,8 гр. стоимостью 25000 рублей, золотые цепочки: весом 8,2 гр. стоимостью 16400 рублей, 7,7 гр. стоимостью 15400 рублей, 8 гр. стоимостью 16000 рублей, 13,8 гр. стоимостью 27600 рублей, 9,7 гр. стоимостью 19400 рублей, 7 гр. стоимостью 14000 рублей, 5,9 гр. стоимостью 11800 рублей, общей стоимостью 145600 рублей. Акт ревизии снабжен приложениями с фотографиями указанных золотых изделий, справкой о том, что изделия выполнены из золота 585 пробы. (т. 2, л.д. 210-213) Потерпевший ФИО6 в судебном заседании достоверность акта ревизии подтвердил. Поскольку установлено, что потерпевший ФИО6 в коммерческих целях длительное время осуществляет перепродажу ювелирных изделий, стоимость, которых определена исходя из пробы и веса золота, что было установлено с использованием химических реактивов и весов, оснований ставить под сомнение акт ревизии не имеется, а указанная в нем стоимость похищенного имущества соответствует фактической рыночной стоимости. О виновности подсудимых в этой части предъявленного им обвинения свидетельствуют досудебные показания ФИО80, которая изобличила ФИО90, ФИО92 и ФИО10 в участии в данном преступлении, рассказав и своей роли. Так, в ходе допроса в качестве обвиняемого 30 мая 2019 г. ФИО80 пояснила, что в конце декабря 2018 года в вечернее время она вместе с мужем ФИО95 ездила по городу на своем автомобиле «Мазда 3», которым управляла. Они где-то встретились с ФИО94 и ФИО92, которые сели в машину. У ФИО94 была спортивная сумка. ФИО92 был одет в синюю или красную спортивную кофту. В районе <адрес> ФИО95 ей сказал остановиться, после чего ФИО94 переоделся. Переодевался ли ФИО92, она не помнит, но он был одет в яркую кофту фирмы «Адидас». ФИО94 и ФИО92 куда-то пошли, ФИО95 пошел за ними, сказал, что в криминальное вмешиваться не будет. Примерно через 5 минут ФИО95 вернулся, ничего ей не объяснял, еще через минуты 3 пришли ФИО94 и ФИО92. Последнего отвезли домой, а сами поехали домой к ФИО8, проживающему в доме по <адрес>. По дороге ФИО94 переоделся. Дома у ФИО8 ФИО94 показал планшет с цепочками из металла желтого цвета, которых было 4 или 5, сказал, что цепочки нужно продать в г. Красноярске. Из разговора ФИО95 и ФИО94 она поняла, что ФИО94 и ФИО92 совершили ограбление ломбарда. В г. Красноярск поехали вместе с сестрой ФИО95 ФИО81 на ее машине. В г. Красноярске в районе торгового центра «Планета» она реализовал в два ломбарда цепочки за общую сумму около 40000 рублей. Деньги между собой поделили ФИО94, ФИО95 и ФИО92, небольшую часть дали ФИО81, так как ездили на ее машине. В последующем в социальной сети «ВКонтакте» она видела видеозапись ограбления ломбарда по <адрес>, на которой узнала ФИО92 по яркой спортивной кофте и ФИО94 – по телосложению. (т. 9, л.д. 56-67) При проведении 30 мая 2019 г. очной ставки с ФИО90 обвиняемая ФИО80 пояснила, что ограбление ломбарда по <адрес> совершили ФИО94 и ФИО92, которых она опознала по внешности и на видеозаписи в социальной сети «ВКонтакте», что ФИО90 также подтвердил. (т. 9, л.д. 73-76) В ходе проверки показаний на месте 27 июня 2019 г. ФИО80 указала место недалеко от дома по <адрес>, куда 28 декабря 2018 г. около 22:30 часов она приехала на своем автомобиле «Мазда 3» вместе с ФИО94, ФИО92 и ФИО95, которые пошли в направлении <адрес>, а она их ожидала в автомобиле по указанию ФИО95. Как пояснила ФИО80, в последующем она поняла, что ФИО94 и ФИО92 в этот вечер совершили нападение на ломбард, так как она в социальной сети смотрела видеозапись нападения, на которой их узнала. У ФИО94 был обрез, из которого он выстрелил в витрину. (т. 23, л.д. 28-38) При проведении 4 июля 2019 г. очной ставки с ФИО92 обвиняемая ФИО80, хотя и выражала несогласие с показаниями ФИО92 относительно обстоятельств нападения на комиссионный магазин, пояснила, что находилась вместе с остальными в автомобиле, обрез у ФИО94 не видела. (т. 37, л.д. 95-99) В ходе очной ставки с ФИО90 23 августа 2018 г. обвиняемая ФИО80, заявляя о несогласии с показаниями ФИО90 относительно ее осведомленности о действиях других соучастников, подтвердила, что возила ФИО94, ФИО92 и ФИО95 к ломбарду. (т. 66, л.д. 147-153) Согласно протоколу допроса обвиняемой ФИО80 от 28 ноября 2019 г. она пояснила, что 28 декабря 2018 года в вечернее время она и ФИО95 ездили по городу на ее автомобиле «Мазда 3», встретили ФИО92 и ФИО94, у последнего была спортивная сумка. После 22 часов по просьбе ФИО95 она заехала во двор дома по <адрес>, где ФИО94 переодевался возле автомобиля, что она видела. Переодевался ли ФИО92, она не помнит, он был одет в ярко-синюю спортивную кофту «Адидас». Затем по указанию ФИО95 переехали во двор дома по <адрес>. ФИО92 и ФИО94 ушли в направлении <адрес>, ФИО95 пошел за ними примерно через 5 минут, сказал, что скоро вернется. Через несколько минут они вернулись и сели в машину, что-то обсуждали, кто-то попросил побыстрее уехать. Вроде бы ФИО94 ругался на ФИО92, из-за чего она не поняла. По просьбе ФИО100 она отвезла того в район его дома, а она с ФИО95 и ФИО94 поехали к ФИО8, проживающему по <адрес>, где ФИО94 передал ФИО95 4 или 5 цепочек, похожих на золотые. Из их разговора она поняла, что ФИО92 и ФИО94 совершили ограбление. ФИО94 предложил продать цепочки в г. Красноярске, куда поехали на следующий день вместе с сестрой ФИО95 ФИО81 на машине последней. В г. Красноярске она с ФИО81 сдали золотые цепочки в два ломбарда в районе торгового центра «Планета» на общую сумму около 50000 рублей, деньги отдали ФИО95. Как были разделены деньги, она не знает, ФИО81 ФИО95 дал около 3000 рублей. в последующем в социальной сети «ВКонтакте» она видела ограбление ломбарда по <адрес>, узнала на видеозаписи ФИО94 и ФИО92, поняла, что преступление было совершено 28 декабря 2018 года, когда она подвозила их во двор по <адрес>. (т. 23, л.д. 146-153) ФИО90, ФИО92 и ФИО10, подтверждая на предварительном следствии свое участие в разбойном нападении, давали подробные показания об обстоятельствах его совершения и ролях друг друга, а ФИО90 и ФИО92 изобличали и ФИО80 в соучастии в совершении преступления. Так, в ходе допроса в качестве обвиняемого 3 июля 2019 г. ФИО90 пояснил, что ФИО95 предложил ему с применением обреза совершить нападение на ломбард в районе центрального рынка и похитить золотые украшения, с чем он согласился. 28 декабря 2018 года в вечернее время за ним заехали ФИО95 и ФИО95, которая была за рулем автомобиля «Мазда 3». Он взял одежду, чтобы переодеться и вместе поехали в бар по <адрес> за ФИО92, которому ФИО95 также предложил участвовать в совершении нападения. Около 22 часов забрали ФИО100, заехали в аптеку на <адрес>, где он купил три маски и перчатки. Затем приехали в район ломбарда, где втроем пошли посмотрели наличие видеокамер и пути отхода. Потом поехали во дворы по <адрес>. По пути следования обсуждали детали нападения в присутствии ФИО95, которая знала, что они собираются напасть на ломбард, так как при ней заезжали в аптеку, переодевались, обсуждали, что он и ФИО92 должны зайти в ломбард, а ФИО95 будет ожидать около ломбарда, чтобы сообщить им о появлении посторонних лиц. ФИО95 должна была ждать и затем вместе с ними уехать с места преступления. Примерно в 22:30 пошли к ломбарду. Он пред этим достал из-под переднего пассажирского сиденья обрез, так как знал, что его туда положил ФИО95, который вместе с Карачаковым видел его действия. Когда шли к ломбарду, ФИО92 поднял камень, чтобы разбить стекло витрины. ФИО95 остался около крыльца, а он и ФИО92 зашли в ломбард. Он один раз выстрелил в стеклянную витрину, отгораживающую помещение, где находится работник ломбарда. ФИО92 начал камнем разбивать стекло, хотел проникнуть во внутрь помещения, где находился работник, который замахнулся стулом, и ФИО92 прекратил дальнейшие действия. Он схватил с витрины планшет с цепочками и вместе с Карачаковым выбежал. ФИО95 их ждал около крыльца. Втроем они прибежали к автомобилю, где ждала ФИО95. Он убрал под сиденье обрез, показал всем планшет, на котором было около семи золотых цепочек. ФИО95 повезла их по домам, в машине он переоделся. Договорились похищенное продать в г. Красноярске, куда поехали 29 декабря 2018 года он, ФИО95, ФИО95 и сестра последнего ФИО81 на ее автомобиле. В г. Красноярске ФИО95 и ФИО81 реализовали цепочки в ломбард. ФИО95 отдал ему и ФИО92 по 10000 рублей. (т. 66, л.д. 49-52) В ходе допроса в качестве обвиняемого 23 июля 2019 г. ФИО90 пояснил, что 25 декабря 2018 года, после неудачного нападения на ФИО1, он, ФИО95 и Карачаков встретились в пивном баре по <адрес>. ФИО95 предложил им с применением оружия напасть на ломбард и похитить золото, сказал, что ломбард находится в районе центрального рынка, работает круглосуточно, что необходимо будет для конспирации использовать сменную одежду, разбить витрину, чтобы завладеть золотыми изделиями, которые затем продать, с чем он и ФИО92 согласились. По договоренности 28 декабря 2018 года в вечернее время ФИО95 подъехал за ним домой и позвонил. ФИО95 был на автомобиле «Мазда 3» вместе с ФИО95, которая управляла автомобилем. Вместе они заехали за ФИО92, который ожидал в баре «<данные изъяты>» по <адрес>. По указанию ФИО95 телефоны оставили для конспирации в баре. После чего поехали в сторону центрального рынка. По дороге ФИО95 рассказал, как нужно действовать. Он и ФИО92 должны зайти в ломбард, разбить витрину и забрать золотые украшения, ФИО95 будет ожидать около крыльца ломбарда, чтобы в случае появления посторонних, оповестить об этом. ФИО95 должна ждать в автомобиле, чтобы увезти всех после преступления. В аптеке на перекрестке <адрес> он купил маски и перчатки. Затем они несколько раз проехали по дворам в районе ломбарда, чтобы посмотреть камеры видеонаблюдения, а также пути отхода, заехали во двор дома по <адрес>, чтобы переодеться. Он переодел куртку и сверху надел еще штаны. ФИО92 поверх своей одежды надел серые штаны и синюю олимпийку. ФИО95 был одет во все черное, переодевался или нет, он не помнит. Примерно в 22:30 заехали во дворы на <адрес> и остановились около жилого дома, где еще раз обсудили свои действия. ФИО95 знала и понимала, куда и с какой целью ехали, так как в ее присутствии обсуждали нападение, выбирали место парковки, переодевались, при ней одевали маски на лица. Когда пошли к ломбарду, он достал в машине из-под сиденья обрез, чтобы разбить стекло витрины и напугать работника ломбарда. Обрез был из обычного ружья с укороченным прикладом коричневого цвета. По дороге ФИО92 поднял большой камень. Он и ФИО92 зашли в ломбард, ФИО95 ожидал на улице. В ломбарде он сразу выстрелил в витрину с золотыми украшениями. От выстрела в стекле образовалось отверстие, возле которого ФИО92 начал камнем разбивать стекло. В этот момент открылась форточка внутрь помещения, куда вскочил ФИО92, чтобы проникнуть внутрь. Работник ломбарда замахнулся стулом на ФИО92, который выскочил обратно и выбежал из ломбарда. Он взял с витрины один планшет с золотыми цепочками и тоже выбежал. Были ли на планшете часы, он не обратил внимание, возможно часы выпали. Втроем добежали до машины, где их ждала ФИО95, которой Азизов сказал быстро уезжать. В машине он показал планшет с похищенными цепочками. Поехали вроде бы в пивной бар по <адрес>, где забрали сотовые телефоны и остался ФИО92. Он с А-выми приехал домой к ФИО8, проживающему по <адрес>, где рассмотрели похищенные цепочки - 6 или 7 штук. По предложению ФИО95 на следующий день поехали в г. Красноярск, чтобы продать похищенное. Утром за ним заехали А-вы, затем доехали до сестры ФИО95 ФИО81, вместе с которой на ее машине поехали в г. Красноярск, где в районе торгового центра «Планета» ФИО95 и ФИО81 реализовали похищенные цепочки в ломбарде. Из вырученных денег ФИО95 ему отдал 15000 рублей, себе и ФИО95 оставил также по 15000 рублей, 3000 рублей дал ФИО81, а также расплачивался за бензин и обед, сказал, что 10000 рублей отдаст ФИО92. Когда возвращались в г. Абакан, на вопрос ФИО81 он сказал, что золото было из ломбарда. ФИО81, видимо, догадалась, что оно получено в результате преступления и спросила, причастен ли к этому ФИО95, который сказал, что там не был. (т. 66, л.д. 88-100) При проведении проверки показаний на месте 24 июля 2019 г. обвиняемый ФИО90 показал дом по <адрес>, возле которого переодевались перед совершением преступления 28 декабря 2018 г. Также ФИО90 показал дом по <адрес>, возле которого ФИО95 ожидала в автомобиле, когда он, ФИО95 и ФИО92 пошли в ломбард, надев медицинские маски, он также взял из-под переднего пассажирского сиденья обрез. В доме по <адрес> ФИО90 показал ломбард, возле которого остался ожидать ФИО95, а он и ФИО92 пошли в ломбард, над которым имеется вывеска «Комиссионный магазин. Скупка». Находясь внутри помещения, ФИО90 пояснил, что на момент проведения проверки показаний на месте обстановка изменилась, окно и подоконник в витрине были с другой стороны и не было решетки. Он также указал, куда произвел выстрел в витрине, подтвердил ранее данные показаниях о своих действиях и действиях ФИО92 (т. 66, л.д. 101-131) В ходе очной ставки 2 августа 2019 г. с ФИО10 обвиняемый ФИО90 пояснил, что совершить нападение на ломбард ему предложил ФИО95 за <***> дня до нападения. Нападение планировали с ФИО95 и ФИО92, вместе приезжали в район ломбарда, чтобы посмотреть наличие видеокамер и пути отхода. На ломбарде видеокамер не было. Во время нападения к ломбарду их привезла на автомобиле «Мазда 3» ФИО95, которая ждала их возвращения и знала, что они пошли напасть на ломбард. Когда ехали, в машине в присутствии ФИО95 он, ФИО92 и ФИО95 обсуждали, что он и ФИО92 должны зайти в ломбард, а ФИО95 будет ждать на улице. Также в присутствии ФИО95 обсуждали, что нужны маски и перчатки, которые заехали купить в аптеке. Он и ФИО92 переодевались на улице возле машины, в которой была ФИО95. Перед тем как пойти ФИО95 достал из-под сиденья обрез и передал ему. Во время нападения ФИО95 находился на улице и должен был предупредить его и ФИО92 о появлении посторонних лиц. После преступления он в автомобиле показал планшет с похищенными в ломбарде цепочками, сказал, что достал из отверстия, откуда ФИО92 не смог достать. Похищенные цепочки на следующий день сдали в ломбард в г. Красноярске сестра ФИО95 – ФИО81 и ФИО95. Из полученных денег ему, ФИО95 и ФИО95 досталось по 15000 рублей, ФИО92 – 10000 рублей; (т. 22, л.д. 157-163) Согласно протоколу очной ставки, проведенной 23 августа 2019 г. между ФИО80 и ФИО90, обвиняемый ФИО90 пояснил, что нападение на ломбард по <адрес> было совершено им совместно с ФИО95, ФИО92 и ФИО95, роль которой заключалась в том, чтобы привезти остальных на место преступления, ожидать и затем увезти. ФИО95 управляла своим автомобилем «Мазда 3», по указанию ФИО95 остановилась возле дома по <адрес>, данное место он и Азизов смотрели за <***> дня до совершения преступления. Когда ехали к месту совершения преступления обсуждали, что он и ФИО92 должны зайти в ломбард, где он выстрелит в стекло из обреза, при необходимости ФИО92 должен разбить стекло камнем. ФИО95 должен наблюдать возле ломбарда и предупредить о появлении посторонних. Он уверен, что ФИО95 этот разговор слышала. Вместе с ней заезжали в аптеку, чтобы купить маски для совершения преступления, затем он переодевался возле машины, что также видела ФИО95, которой говорили, что нужно остановить машину, чтобы переодеться. Он с сумкой с вещами вылез из машины, где было неудобно переодеваться. Видела ли ФИО95, как он взял обрез, не знает. Когда прибежали из ломбарда, ФИО95 ждала за рулем. Он сказал, что похитил в ломбарде золотые цепочки, что все слышали, отдал их ФИО95. Цепочки смотрели в машине, а затем вместе с ФИО95 и ФИО95 в доме у ФИО8. По предложению ФИО95 решили реализовать их в г. Красноярске, куда на следующий день поехали вместе с сестрой ФИО95, которая вместе с Азизовой сдали золотые украшения в два или три ломбарда. Из полученных денежных средств ФИО95 дал ему 15000 рублей, ФИО92 – 10000 рублей, своей сестре – 3000 рублей, себе оставил 30000 рублей на двоих с ФИО95. (т. 66, л.д. 147-153) На допросе 30 августа 2019 г. обвиняемый ФИО90 показал, что в ходе совершения нападения на ломбард он использовал двуствольный обрез с рукояткой, перемотанной синей изолентой, изображенный на фототаблице к заключению эксперта № 1/1051, который ФИО95 ему и ФИО92 показывал. Перед нападением ФИО95 ему сказал, что зарядил обрез пыжом, то есть холостыми патронами. Он проверил и убедился, что в обрезе было два патрона. О наличии у ФИО95 второго обреза ему известно не было. (т. 66, л.д. 156-161) При проведении 18 октября 2019 г. у очной ставки с ФИО92 обвиняемый ФИО90 пояснил, что, наряду с курковым обрезом с рукояткой, перемотанной синей изолентой, у ФИО95 был второй обрез безкурковый, который он использовал при нападении на ломбард. За день или два до нападения на ломбард он, ФИО95 и ФИО92 решили использовать обрез для устрашения работника ломбарда и чтобы разбить стекло витрины, о чем вместе договорились. Перед тем как пошли в ломбард все видели, что он взял обрез. (т. 66, л.д. 174-179) Как следует из протокола допроса от 4 декабря 2019 г., обвиняемый ФИО90 пояснил, что 25 декабря 2018 года, то есть на следующий день после нападения на ФИО1, он, ФИО92 и ФИО95 находились в пивном баре по <адрес>. ФИО95 предложил напасть на ломбард в районе центрального рынка, с применением оружия напугать работника ломбарда и похитить золотые украшения, с чем он и ФИО92 согласились. Азизов сказал для конспирации использовать сменную одежду, которую потом можно выбросить. 28 декабря 2018 года в вечернее время за ним домой заехал ФИО95, который был на автомобиле «Мазда 3» вместе со своей женой ФИО95, она была за рулем. Поехали в бар «<данные изъяты>» по <адрес>, где их ждал ФИО92, которого позвали, а телефоны оставили в баре. Все вместе поехали к центральному рынку. По дороге ФИО95 рассказал план нападения, что он и ФИО92 должны зайти в ломбард, разбить витрину и забрать золотые украшения, ФИО95 останется на улице, чтобы оповестить о появлении посторонних, ФИО95 должна ждать в машине и увезти всех после нападения. В аптеке на перекрестке <адрес> он купил медицинские маски и резиновые перчатки. По указанию ФИО95, чтобы посмотреть наличие видеокамер и пути отхода, ФИО95 несколько раз проехала мимо ломбарда. Затем остановились во дворе дома по <адрес>, чтобы переодеться. Он переодел куртку и надел сверху еще штаны. ФИО92 поверх своей одежды надел синюю олимпийку и светлые штаны. Переодевались возле машины, что не могла не видеть ФИО95. Кроме того, о том, что нужно переодеться между ними был разговор в машине. Переодевался ли ФИО95, он не помнит. Затем все вместе на автомобиле под управлением ФИО95 заехали во двор дома по <адрес> «а», где еще раз в машине обсудили свои действия, он, ФИО95 и ФИО92 надели медицинские маски, из-под переднего пассажирского сиденья он достал обрез, что остальные видели. Это был безкурковый обрез, не тот, что использовался ФИО92 при нападении на ФИО1. Он переломил обрез, удостоверился - обрез был заряжен. После чего он ФИО95 и ФИО92 пошли к ломбарду. Азизов сказал ФИО95 ждать их, она понимала, что они пошли совершать нападение на ломбард. По дороге Карачаков взял с земли камень. ФИО95 остался возле ломбарда, чтобы сообщить, если необходимо будет убегать. Он и Карачаков вошли в помещение ломбарда, посетителей не было. Он, чтобы напугать работника ломбарда и разбить стекло витрины, выстрелил в стекло витрины с золотыми украшениями, от чего в стекле образовалось отверстие, а ФИО92 в этом месте начал стекло разбивать камнем. Форточка внутрь помещения, где находится работник ломбарда, открылась, Карачаков вскочил туда, чтобы проникнуть внутрь, но работник ломбарда замахнулся стулом и ФИО92 соскочил обратно и выбежал. Он в это же время взял с витрины планшет с золотыми цепочками и тоже побежал к машине, где показал похищенное и отдал ФИО95, что видела и ФИО95, все вместе обсуждали, произошедшее в ломбарде. Не исключает, что на планшете с цепочками были еще часы, которые он мог потерять. Все вместе поехали в кафе, где забрали сотовые телефоны и остался ФИО92, остальные поехали домой к ФИО8, проживающему по <адрес>, где он и А-вы рассмотрели похищенные цепочки - 6 или 7 штук, их забрал ФИО95, по решению которого на следующий день поехали в г. Красноярск, чтобы цепочки продать. Ездили на автомобиле сестры ФИО95 – ФИО81, которая была с ними. В г. Красноярске в ломбарде в районе торгового центра «Планета» ФИО95 и ФИО81 реализовали цепочки в ломбард. Из вырученных денег ФИО95 отдал ему 15000 рублей, себе и ФИО95 оставил 30000 рублей, ФИО81 дал 3000 рублей и должен был отдать ФИО92 10000 рублей. (т. 68, л.д. 261-275) Обвиняемый ФИО92 в ходе допроса 24 июня 2019 г. пояснил, что примерно за неделю до 28 декабря 2018 года он находился в баре по <адрес>, где ФИО95, который был вместе с ФИО94, предложил совершить нападение на ломбард в районе центрального рынка, похитить золотые изделия и деньги, с чем он согласился и, как понял, ФИО94 тоже был согласен в этом участвовать. 28 декабря 2018 года после 20 часов он был в том же баре, куда за ним заехал ФИО95, который был вместе с ФИО94 и ФИО95, она управляла автомобилем «Мазда 3». В автомобиле стали обсуждать действия при нападении. Азизов сказал, что он и ФИО94 должны зайти в ломбард, разбить витрину и забрать золотые изделия. ФИО95 в это время будет находиться около крыльца, чтобы предупредить о появлении посторонних. ФИО95 должна их ждать в автомобиле. Азизов сказал, что смотрел наличие камер видеонаблюдения и знает, куда лучше поставить автомобиль. Кто-то предложил купить маски и перчатки, для чего подъехали в аптеку, куда заходил ФИО94, который затем дал ему и ФИО95 медицинские маски. Приехав во двор дома по <адрес>, все вместе обсуждали их действия при совершении нападения, о котором ФИО95 знала и должна была ждать в машине, чтобы затем быстро уехать. По указанию ФИО95 он подготовил и одел в машине сменную одежду: олимпийку синего цвета, светлые штаны и кроссовки, которые после преступления выбросил. ФИО94 также выбросил одежду, в которой был при совершении преступления. ФИО95 был одет во все черное. Телефоны при совершении преступления с собой не брали. Когда втроем пошли к ломбарду, он не знал, что Гольцев взял обрез. По дороге он поднял с земли камень, чтобы разбить витрину. Он и ФИО94 зашли в ломбард в доме по <адрес>, а ФИО95 остался около крыльца на подстраховке. В ломбарде он стал камнем разбивать стекло витрины. Открылась форточка, ведущая внутрь помещения, где находится работник ломбарда. Он услышал выстрел и увидел, что у ФИО94 обрез. Через форточку он залез внутрь помещения. Работник ломбарда сказал, что вызвал полицию и замахнулся на него стулом. Он испугался и выбежал из ломбарда, следом за ним – ФИО94. Вместе с ФИО95 прибежали к автомобилю, сев в который, на вопрос ФИО95 он ответил, что в ломбарде ничего не взяли. ФИО94 сказал, что взял золото и показал планшет с золотыми цепочками. ФИО95 похвалил за это ФИО94, сказал, что похищенное надо продать в г. Красноярске. Обрез, из которого стрелял ФИО94, принадлежит ФИО95, в машине которого он ранее этот обрез видел. О том, что ФИО94 при нападении будет использовать обрез и стрелять из него они не договаривались. (т. 37, л.д. 39-44) При проведении 4 июля 2019 г. очной ставки с ФИО93 обвиняемый ФИО92 пояснил, что в нападении 28 декабря 2018 года на ломбард по <адрес> принимала участие и ФИО95, которая была за рулем автомобиля «Мазда 3». К месту преступления приехали минут за 20 до нападения. В машине вместе обсуждали, что будет делать каждый, в обсуждении участвовала и ФИО95, которая ждала его, ФИО94 и ФИО95, когда они пошли совершать преступление. При этом, находясь в машине, втроем они одели маски, а он переодевался. После преступления ФИО94 в машине достал планшет с золотыми изделиями и обрез, что видела ФИО95, которая вместе со всеми обсуждала, что она должна поехать в г. Красноярск реализовать похищенные золотые украшения. В последующем ФИО95 отдал ему 10000 рублей, сказал, что золото продали в г. Красноярске и всем досталось по 10000 рублей. (т. 37, л.д. 95-99) Согласно протоколу допроса в качестве обвиняемого от 11 июля 2019 г. ФИО92 пояснил, что 25 декабря 2018 года он, ФИО95 и Гольцев встретились в баре по <адрес>. ФИО95 предложил совершить нападение на ломбард в районе центрального рынка, с применением оружия напугать работника ломбарда и забрать золотые украшения, с чем он согласился. Азизов сказал, что для конспирации необходимо использовать сменную одежду, которую выбросить. 28 декабря 2018 года около 21 часа он был в том же баре, куда за ним приехал ФИО95, который был вместе с ФИО94 и ФИО95, она управляла автомобилем «Мазда 3». Сотовые телефоны оставили в баре и поехали к Центральному рынку. По дороге ФИО95 рассказал пан действий в ходе нападения. Он и ФИО94 должны зайти в ломбард, разбить витрину и забрать золотые украшения. ФИО95 должен остаться около крыльца ломбарда, чтобы предупредить в случае появления посторонних. ФИО95 должна ждать остальных в машине, чтобы уехать после совершения преступления. В машине он переоделся, надел синюю олимпийку, светлые штаны и черные кроссовки. Как он понял, ФИО94 переоделся до этого. ФИО95 был одет в черную одежду. По пути к ломбарду в аптеке на <адрес> ФИО94 купил маски и перчатки. Примерно в 22:30 заехали с <адрес> во дворы, где остановились и еще раз обсудили план нападения. Дорогу все время показывал ФИО95. При этом ФИО95 знала, куда и с какой целью они едут, так как при ней в машине обсуждали как будет происходить нападение, кто и что будет делать, при ней он переоделся и одели маски. Когда он, ФИО94 и ФИО95 пошли в ломбард, он не знал, что Гольцев взял собой обрез. По дороге он подобрал большой камень, чтобы разбить стекло. Согласно плану ФИО95 остался возле ломбарда, расположенного в доме <адрес>, а он и ФИО94 зашли внутрь. Он услышал выстрел. ФИО94 в руках держал обрез. От выстрела в стекле витрины образовалось отверстие, в районе которого он начал бить камнем и увидел, что открылась форточка, ведущая внутрь помещения, где находится работник ломбарда. Он залез на подоконник перед форточкой, чтобы проникнуть внутрь и взять золотые украшения, которые видел на витрине. Работник ломбарда закричал, что вызвал полицию и замахнулся стулом. Он испугался и выбежал из ломбарда, за ним – ФИО94. Вместе с ФИО95 побежали к машине. В машине ФИО95, выяснив, что он ничего не взял, начал на него ругаться, что он уже второй раз все испортил. ФИО94 достал из-под куртки обрез и планшет с золотыми цепочками. ФИО95 ФИО94 похвалил. Все вместе они быстро оттуда уехали, автомобилем управляла ФИО95. Приехали в частный сектор, где выбросили планшет и одежду, в которую переодевались перед совершением преступления он и ФИО94. Затем его увезли в пивной бар, откуда он уехал домой. ФИО95 говорил, что похищенные цепочки необходимо реализовать в г. Красноярске. На следующий день или через день ФИО95 отдал ему 10000 рублей, сказал, что цепочки в г. Красноярске продала ФИО95, кто еще ездил он не знает. (т. 37, л.д. 62-69) В ходе проверки показаний на месте 12 июля 2019 г. обвиняемый ФИО92 показал аптеку в районе перекрестка улиц <адрес>, куда приехали вместе с ФИО80, а ФИО90 купил маски и перчатки, - место возле дома по <адрес>, где ФИО80 ждала в автомобиле во время совершения разбойного нападения. Как пояснил ФИО92, ФИО95 знала, что он, ФИО95 и ФИО94 пошли совершать разбойное нападение, так как при ней обсуждали действия каждого, одели маски, а он и ФИО94 и перчатки, он также переоделся. Показывая путь следования к месту преступления, ФИО92 указал возле дома по <адрес> место, где он взял с земли камень. В доме по <адрес> ФИО92 показал крыльцо с вывеской «Комиссионный магазин. Скупка», где ФИО10 остался ждать, чтобы предупредить о появлении посторонних, а он и ФИО90 вошли в помещение комиссионного магазина, в котором ФИО92 показал витрину, куда из обреза выстрелил ФИО90, от чего в стекле образовалось отверстие, в районе которого он начал бить камнем, а также где находилась форточка, через которую он проник внутрь, чтобы взять золотые украшения. Однако из-за действий работника ломбарда, замахнувшегося на него стулом, выскочил обратно и побежал к машине с ФИО95 и ФИО94, где их ждала ФИО95. (т. 37, л.д. 70-94) При проведении 6 августа 2019 г. очной ставки с ФИО10 обвиняемый ФИО92 пояснил, что совершить нападение на ломбард по <адрес> ему предложил ФИО95 в декабре 2018 года, когда они находились в кафе. К ломбарду его, ФИО95 и ФИО94 привезла ФИО95, которая знала о том, что они собираются совершить разбойное нападение, так как при ней в машине обсуждали нападение и решили, что он и ФИО94 зайдут в ломбард, а ФИО95 будет ожидать на подстраховке. ФИО95 принимала участие в разговоре. Однако ранее у него с ней сговора не было и он был удивлен, что она была с ними. Перед преступлением переодевались в машине и на улице. ФИО95 находилась в машине и видела это. Также заезжали в аптеку за масками и перчатками и обсуждали это в машине в присутствии ФИО95, которая знала, зачем маски и перчатки. Когда пошли в ломбард, он взял камень, чтобы разбить стекло витрины и взять золотые изделия. Он не знал о том, что у ФИО94 был обрез, который увидел только в ломбарде, а когда Гольцев выстрелил, он убежал. Вернувшись в машину, ФИО94 показал планшет с золотыми изделиями, который передал ФИО95, сказал, что успел их взять. ФИО95 ФИО94 похвалил, что слышала и ФИО95. На следующий день или через день ФИО95 отдал ему 10000 рублей. (т. 22, л.д. 166-171) На допросе 5 сентября 2019 г. обвиняемый ФИО92 подтверждал, что, совершив неудачное нападение на ФИО1, на следующий день ФИО95 предложил ему и ФИО94 напасть на ломбард, в котором был и видел золотые украшения, сказал, что в ломбард зайдем с обрезом, чтобы разбить стекло. (т. 37, л.д. 121-124) В соответствии с протоколом очной ставки, проведенной 11 октября 2019 г. между ФИО10 и ФИО92, обвиняемый ФИО92 подтвердил показания ФИО95 о том, что перед нападением на ломбард по <адрес>, вместе с ФИО95 и ФИО94 ездил к ломбарду, чтобы посмотреть наличие видеокамер. (т. 22, л.д. 228-232) В ходе очной ставки 18 октября 2019 г. с ФИО90 обвиняемый ФИО92, оспаривая договоренность об использовании ФИО90 при нападении на ломбард обреза, подтвердил, что участвовал в нападении. (т. 66, л.д. 174-179) Как следует из протокола допроса обвиняемого ФИО92 от 14 ноября 2019 г., он пояснил, что на следующий день после нападения на ФИО1, 25 декабря 2018 года, он, ФИО94 и ФИО95 встретились в баре по <адрес>, ФИО95 предложил совершить нападение на ломбард в районе центрального рынка, чтобы похитить золотые украшения, с чем он согласился. 28 декабря 2018 года днем ФИО95 ему позвонил, выяснил в силе ли договоренности по поводу нападения на ломбард, и назначил встречу около 22 часов в баре «<данные изъяты>». В назначенное время он был в баре, куда зашли ФИО95 и ФИО94. Сотовые телефоны оставили у бармена. ФИО95 был на автомобиле «Мазда 3», которым управляла ФИО95. Вместе поехали в район центрального рынка. ФИО95 рассказал как будем действовать при нападении. ФИО94 и он должны в ломбарде разбить витрину и забрать золотые украшения, ФИО95 в это время будет ожидать на улице, чтобы предупредить о появлении посторонних лиц. ФИО95 должна ждать их в машине и увезти после совершения преступления. По дороге он поверх своей одежды надел синюю олимпийку и светлые штаны. Возможно, что переодевались, где-то на улице во дворах, но он этого не помнит. В аптеке на <адрес> ФИО94 купил медицинские маски и перчатки. Примерно в 22:30 заехали во двор дома по <адрес>, где остановились, еще рез обсудили действия, надели втроем маски, поэтому ФИО95 знала, когда их ждала, что к ломбарду пошли, чтобы совершить нападение. О том, что Гольцев взял собой обрез, он не знал. По дроге он поднял большой камень. Когда пришли к ломбарду, расположенному в доме по <адрес>, ФИО95 остался на улице наблюдать за появлением посторонних, а он и ФИО94 зашли в ломбард, в витрине которого за стеклом были золотые украшения. Он услышал выстрел, увидел, что у ФИО94 обрез, из которого тот выстрелил в стекло витрины. Он начал бить камнем возле образовавшегося отверстия, чтобы разбить стекло, от чего открылась форточка, ведущая в помещение, где находится работник ломбарда. Он залез на подоконник перед форточкой, чтобы проникнуть внутрь и взять золотые украшения. Так как работник ломбарда крикнул, что вызвал полицию и замахнулся на него стулом, он выскочил и выбежал из ломбарда, за ним выбежал ФИО94. Вместе с ожидавшим их ФИО95, прибежали к автомобилю, в который сели. На вопрос ФИО95 он сказал, что в ломбарде ничего не взяли, из-за чего ФИО95 начал на него ругаться. ФИО94, достал из-под куртки обрез и планшет с золотыми цепочками. ФИО95 быстро поехала, по дороге выбросили вещи и планшет, его отвезли в пивной бар на <адрес>. Азизов сказал, что похищенные цепочки нужно реализовать в г. Красноярске, куда он не ездил. На следующий день или через день ФИО95 дал ему 10000 рублей, сказал, что каждому досталась по такой сумме, что цепочки сдала в ломбард в г. Красноярске ФИО95, подробности ему неизвестны. (т. 37, л.д. 188-196) Обвиняемый ФИО10 в ходе допроса 18 июля 2019 г. пояснил, что до нападения на ломбард ФИО94 и ФИО92 знали о том, что у него есть обрез и револьвер, с которыми было совершено преступление 24 декабря 2018 г. После того как совершили нападение на ломбард, прибежали к машине «Мазда 3». В машине ФИО94 достал из-под куртки планшет с золотыми цепочками, которые успел похитить в ломбарде. Поехали домой к ФИО8, проживающему по <адрес>, где с Гольцевым вдвоем смотрели цепочки, которые были похищены. Планшет от украшений и одежду, в которой он ФИО94 и ФИО92 были во время совершения преступления, выбросили. (т. 22, л.д. 130-133) В ходе проверки показаний на месте 19 июля 2019 г. обвиняемый ФИО10 показал место возле дома по <адрес>, пояснив, что 28 декабря 2018 г. он, ФИО94 и ФИО92 приехали к указанному дому на автомобиле «Мазда 3», которым управляла ФИО95, где переоделись в приготовленную одежду. ФИО10 показал также дом по <адрес>, куда затем их привезла ФИО95 и ожидала, а он ФИО94 и ФИО92 пошли в ломбард для совершения разбойного нападения. Как пояснил ФИО10, они втроем надели медицинские маски, ФИО92 и ФИО94 – перчатки, а Гольцев взял с собой обрез. Кроме того, ФИО10 показал, где он ожидал возле дома по <адрес>, чтобы предупредить о появлении посторонних лиц ФИО94 и ФИО92, которые пошли в расположенный там же ломбард, пояснив, что через несколько минут из ломбарда выбежал ФИО92, затем – ФИО94, с которыми он убежал к месту, где их ждала ФИО95 в автомобиле. (т. 22, л.д. 134-156) При проведении 2 августа 2019 г. очной ставки с ФИО90 обвиняемый ФИО10 пояснил, что совершить нападение на ломбард предложил ФИО94 он. К ломбарду их привезла на автомобиле «Мазда 3» ФИО95, которой он сказал, что они идут решать какой-то конфликт. Перед тем как пойти в ломбард, втроем переоделись возле машины. Когда ФИО94 и ФИО92 зашли в ломбард, он был на улице, чтобы предупредить о появлении посторонних лиц. ФИО94 показал ему и ФИО92 планшет с похищенными золотыми украшениями, которые ФИО95 не видела. Похищенные цепочки продали за 50000 рублей, из которых ФИО94 он отдал 15000 рублей, 10000 рублей - ФИО92, 3000 рублей – сестре, остальные оставил себе. (т. 22, л.д. 157-163) Как пояснил обвиняемый ФИО10 при проведении 6 августа 2019 г. очной ставки с ФИО92, он предложил последнему совершить нападение на ломбард по <адрес>. Накануне нападения вместе с ФИО92 и ФИО94 ездили к ломбарду, чтобы посмотреть наличие в округе видеокамер и обсудить их действия при совершении преступления. К ломбарду их привезла ФИО95. Когда пошли в ломбард, Гольцев взял обрез, ФИО92 – камень. Обрез был под сиденьем или в сумке. Как Гольцев взял обрез, он не видел. Изначально не планировали применять обрез при нападении. В этот или в другой день заезжали в аптеку за масками и перчатками. Была ли с ними ФИО95, не помнит. Перед тем как пошли в ломбард, переоделись. Он переодевался в машине, что видела ФИО95, которой он объяснил, что это необходимо, чтобы не повредить одежду, так как может возникнуть конфликтная ситуация. После того как Гольцев выстрелил в ломбарде, они оттуда убежали. В машине ФИО94 показал планшет с золотыми изделиями, чего ФИО95 не видела. Похищенные золотые изделия его сестра и ФИО95 реализовали в <адрес> в ломбарде, после чего он распределил между участниками деньги. (т. 22, л.д. 166-171) Согласно протоколу допроса от 4 сентября 2019 г. обвиняемый ФИО10 пояснил, что обрез, который использовался при нападении на ломбард, принадлежит ему, был приобретен им ранее в с. Уйбат, и добровольно выдан. Приклад данного обреза не был перемотан изолентой. До преступления он зарядил обрез двумя патронами 16-го калибра, которые купил вместе с обрезом. Перед тем как пойти в ломбард, ФИО94 около машины переломил обрез и посмотрел, что обрез заряжен. Применять обрез для того, чтобы стрелять в кого-либо они не договаривались, только для того, чтобы разбить стекло витрины. (т. 22, л.д. 203-207) При проведении 11 октября 2019 г. очной ставки с ФИО92 обвиняемый ФИО10 пояснил, что перед нападением на ломбард по <адрес>, ФИО92 ездил вместе с ним к ломбарду, чтобы посмотреть наличие видеокамер и путей отхода. (т. 22, л.д. 228-232) О виновности подсудимых и достоверности их признательных показаний в той части, в которой они соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам, свидетельствуют следующие доказательства. В протоколе осмотра места происшествия от 28 декабря 2018 г. с прилагаемой фототаблицей, дающей наглядное представление, отражена обстановка на месте совершения преступления в помещении ломбарда, расположенного в доме по <адрес>. Установлено, что служебное помещение для сотрудников и размещения товаров отгорожено от клиентской зоны перегородкой со стеклянной витриной, имеющей окно для приемки и выдачи товаров, вход в данное помещение осуществляется через дверь. На витрине находятся планшеты с товаром. В стекле витрины имеется сквозное повреждение с неровными краями, пленка с повреждениями со стекла изъята. В витрине обнаружены и изъяты камень, поврежденный планшет для товара. В служебном помещении в стене, расположенной за витриной, обнаружено 16 повреждений овальной формы. Из повреждений, а также с пола возле стены изъяты фрагменты металла. На расстоянии 30 метров от дома по <адрес> на тропинке в направлении дома по <адрес> обнаружены и изъяты часы в корпусе из металла желтого цвета. В ходе осмотра изъят оптический диск с записями видеонаблюдения. (т. 2, л.д. 138-149) То, что в данном протоколе, некоторых иных процессуальных документах и показаниях комиссионный магазин указывается как ломбард, не свидетельствует о наличии каких-либо не устраненных противоречий, поскольку в судебном заседании потерпевшие ФИО6 и ФИО5, осмотрев фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия, подтвердили, что осмотр проводился именно в комиссионном магазине, что соответствует и фототаблице, где на момент осмотра над входом в помещение имелась вывеска «Комиссионный магазин – скупка». Согласно выписки из ЕГРН указанный комиссионный магазин расположен по адресу: <адрес>. (т. 2, л.д. 241-242) В протоколе осмотра предметов от 19 февраля 2019 г. (т. 2, л.д. 165-168) зафиксировано, что на оптическом диске с записями видеонаблюдения, изъятом при осмотре места происшествия, имеется два видеофайла, которые были воспроизведены и в судебном заседании с участием потерпевшего ФИО5, с учетом пояснений которого установлено, что видеозапись в файле «…0001» велась в помещении комиссионного магазина в клиентской зоне, куда зашли двое мужчин, первый из которых плотного телосложения одет в темно-синюю куртку с капюшоном, второй худощавого телосложения и ниже ростом, одет в ярко-синюю спортивную кофту и черную шапку, они оба в перчатках и медицинских масках. Первый мужчина достал из-под куртки предмет, похожий на обрез двуствольного ружья, не имеющий наружных курков, который направил в сторону, не отображаемую на записи. Второй мужчина, держа в руке камень, наносит интенсивные удары, затем залезает наверх и быстро выпрыгивает назад. Первый мужчина появляется в обзоре камеры, в одной руке держит предмет похожий на обрез ружья, в другой – планшет, на котором различимы цепочки. Затем оба мужчины быстро выходят из помещения магазина. В файле «…0000» фрагмент записи начинается 28 декабря 2018 г. в 22:37 часов. Запись велась в служебном помещении комиссионного магазина, где находился потерпевший ФИО5, куда через окно приемки и выдачи товара проник мужчина, соответствующий второму мужчине на записи в файле «…0001», которому потерпевший ФИО5 попытался нанести удар стулом. После чего данный мужчина через окно приемки и выдачи товара вылез из помещения. В протоколе осмотра предметов от 5 сентября 2019 г. отражено, что записи видеонаблюдения были воспроизведены с участием ФИО92, который пояснил, что на записях лицо в синей куртке с капюшоном и обрезом – это ФИО90, второе лицо в спортивной ярко-синей куртке «Адидас» - это он. (т. 37, л.д. 111-113) Кроме того, при исследовании в судебном заседании оптического диска установлено, что на диске наряду с указанными файлами имеется третий файл, который не был воспроизведен по техническим причинам. По запросу государственного обвинителя органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, представлен оптический диск с полученными у потерпевшего ФИО6 видеозаписями нападения, который приобщен к материалам дела и исследован в судебном заседании. Установлено, что на оптическом диске наряду с вышеуказанными видеозаписями, имеется файл «camera 3…» с видео и аудиозаписью другой камерой наблюдения в том же комиссионном магазине. На записи зафиксировано, что 28 декабря 2018 г. в 22:37 в клиентскую зону комиссионного магазина зашел мужчина, соответствующий первому мужчине в файле «…0001», который держит перед собой и направляет на витрину предмет, похожий на обрез. Затем слышны команда: «На пол!», звуки выстрела и разбивающегося стекла, осколки которого отлетают от витрины. Одновременно в помещение заходит мужчина соответствующий второму мужчине на записи в файлах «…0000» и «…0001», он наносит по витрине множественные удары камнем, после чего открывает окно в витрине, на которое залезает и сразу выпрыгивает назад. В это же время первый мужчина достает рукой из разбитой витрины планшет. После чего мужчины вдвоем выбегают из магазина. Содержание видеозаписей с учетом показаний потерпевшего ФИО5 позволяет сделать вывод, во-первых, что на видеозаписях зафиксировано нападение на комиссионный магазин, произошедшее 28 декабря 2018 г. в 22:37 часов, которое записано с разных камер видеонаблюдения, расположенных в комиссионном магазине в клиентской зоне и в служебном помещении для сотрудников магазина, во-вторых, о достоверности показаний обвиняемых ФИО90 и ФИО92 относительно их действий в ходе нападения. Согласно протоколам осмотра предметов, изъятых с места происшествия, на фрагменте пленки со стекла витрины обнаружено сквозное повреждение диаметром 3,5 см.; в планшете для ювелирных изделий установлено наличие сквозного повреждения размером около 2 на 3 см; камень имеет размеры около 20 на 12 см; пять металлических фрагментов имеют неправильную округлую форму; часы из металла желтого цвета имеют название «Мактайм». (т. 2, л.д. 171-178, т. 2, л.д. 217-223) В соответствии с заключением дополнительной судебно-баллистической экспертизы № 1/1194 от 16 июля 2019 г., предметы (металлические фрагменты, изъятые в ходе осмотра места происшествия) не являются картечью, на их поверхности отсутствуют следы от канала ствола, поэтому ответить на вопрос, выстреляны ли они из обрезов (изъятых в гараже в ходе осмотра места происшествия 5 июня 2019 г.), не представляется возможным. (т. 11, л.д. 34-36) Как пояснил эксперт ФИО72, проводивший экспертизу, патрон 16 калибра для охотничьего ружья можно снарядить самодельным способом. Предметы, изъятые при осмотре места происшествия, могли использоваться в качестве поражающих элементов в патроне и могли быть выстреляны из обрезов, представленных на экспертизу. Эксперт ФИО38 также пояснил, что охотничий патрон можно снарядить самодельным способом. В качестве поражающего заряда могут быть использовать любые предметы, в том числе мелкие металлические, размер которых соответствует калибру гильзы. Изображенные на фотографиях к заключению экспертизы №1/1194 предметы могли использоваться в качестве поражающего заряда в патроне 16 калибра для охотничьего ружья. Вышеприведенные в приговоре доказательства (т. 22, л.д. 60-65, 66-74, 77-79, т. 5, л.д. 136-43, т. 11, л.д. 55-62 и др.) и выводы суда, основанные на оценке совокупности представленных доказательств и доводов сторон, свидетельствуют о наличии у ФИО10 и изъятии обреза, изготовленного из двуствольного охотничьего ружья 16 калибра модели «ИЖ-58» с номером «№» и годом выпуска 1963 на казенной части стволов (обрез без наружных курков), а также обреза, изготовленного из деталей двуствольных охотничьих ружей 16 калибра модели «Б» с заводскими номерами на колодке – «№», на цевье – «№» и годом выпуска 1957 на казенной части стволов (обрез с наружными курками и рукояткой, обмотанной синей изолентой), которые относятся к категории огнестрельного оружия, пригодны для стрельбы. Таким образом, досудебные показания ФИО90, ФИО92 и ФИО10 об их действиях в ходе нападения, согласуются с показаниями ФИО5 о действиях нападавших, показаниями потерпевшего ФИО6 и свидетеля ФИО78 об известных им от ФИО5 обстоятельствах нападения, а также с видеозаписями, на которых зафиксированы действия нападавших, и другими доказательствами, которых достаточно для выводов о том, что ФИО90 применил в ходе нападения огнестрельное оружие - обрез, из которого произвел выстрел, о чем наряду с досудебными показаниями обвиняемых и показаниями потерпевшего ФИО5 объективно свидетельствуют видеозаписи, на которых зафиксировано, что после того, как один из нападавших направил в сторону витрины предмет, похожий на обрез, изготовленный из двуствольного ружья, раздался звук выстрела и разбивающегося стекла, а в стекле витрины, от которого отделились осколки, образовалось отверстие, что согласуются и с данными протоколов осмотра места происшествия и предметов об обнаружении в стекле витрины и на пленке, изъятой с поврежденного стекла витрины, отверстий, за стеклом - планшета со сквозным повреждением, а также - множественных повреждений на стене за витриной (не имевшихся, согласно показаниям потерпевших ФИО5 и ФИО6, до нападения), откуда были изъяты металлические предметы, которые согласно показаниям экспертов могли использоваться в качестве заряда для охотничьего патрона 16 калибра. Показания ФИО90 о том, что в ходе нападения он использовал безкурковый обрез, опознанный им в изъятом обрезе без наружных курков, изготовленном из двуствольного охотничьего ружья 16 калибра модели «ИЖ-58», соответствуют показаниям ФИО92 и ФИО10 о наличии у последнего данного обреза на момент совершения преступления, а также видеозаписям, на которых видно, что обрез имеет два ствола, без наружных курков, по внешнему виду соответствует изображенному на фотографиях к заключениям баллистических экспертиз изъятому обрезу, изготовленному из охотничьего ружья модели «ИЖ-58». Утверждения адвоката Котельникова А.В. о том, что на представленной в судебное заседание государственным обвинителем видеозаписи в файле «camera 3…», видно, что у нападавшего полноразмерное ружье, являются несостоятельными, поскольку на видеозаписи того же события в файле «…0001» видно, что нападавший достал оружие из-под куртки, что согласуется с содержащимися в протоколе осмотра предметов и в заключении баллистической экспертизы № 1/1322 сведениями о том, что общая длина обреза составляет 657 мм. С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что в ходе разбойного нападения на комиссионный магазин ФИО90 использовал изъятый обрез, изготовленный из охотничьего ружья модели «ИЖ-58», являющийся огнестрельным оружием. Доводы ФИО92 о том, что зафиксированный на записях нападавший, использовавший камень, выше ростом нападавшего с оружием, что противоречит тому, что ФИО92 ниже ФИО90, также являются несостоятельными. В связи с передвижениями нападавших, приближением и удалением по отношению к камерам, на записях отсутствует их взаимное расположение, на основании которого могут быть сделаны достоверные выводы об их росте. Явного несоответствия антропометрических данных лиц, зафиксированных на записях, данным ФИО90 и ФИО92 не имеется. Ранее приведенные в приговоре доказательства свидетельствуют об использовании ФИО80 абонентского номера сотовой связи №, ФИО80 – №, ФИО90 - №, ФИО92 – №. Кроме того, согласно протоколу обыска от 8 мая 2019 г. по месту жительства ФИО92 в доме по <адрес> изъят, в том числе сотовый телефон «iPhon» (т. 6, л.д. 122-125), при осмотре которого установлено наличие контактов «Азиз» - номер №, «Азиз-2» номер №. (т. 6, л.д. 128-134) Подсудимый ФИО92 в судебном заседании пояснил, что в ходе обыска был изъят принадлежащий ему сотовый телефон, в котором ФИО95 был записан под именем «Азиз». Согласно протоколу осмотра полученного у оператора сотовой связи оптического диска со сведениями о соединениях абонентского номера № (т. 16, л.д. 67-84), исследованного и в судебном заседании, соединения 28 и 30 декабря 2018 г. фиксировались в г. Абакане, а 29 декабря 2018 г. в г. Красноярске, что соответствует показаниям подсудимых о том, что 29 декабря 2018 г. ФИО10 уезжал в г. Красноярск. Неоднократные соединения с абонентским номером № имеются и в детализации абонентского номера ФИО80 Таким образом, приведенные в этой части доказательства позволяют сделать вывод о пользовании ФИО80 и абонентским номера №. Сведения о телефонных соединениях подсудимых, отраженные в протоколах осмотра оптических дисков с прилагаемыми к ним распечатками информации о телефонных соединениях (т. 15, л.д. 180, 181-250, т. 16, л.д. 1-56, т. 16, л.д. 67, 68-84), а также результаты исследования оптических дисков непосредственно в судебном заседании свидетельствуют о том, что телефонные переговоры ФИО10 (по телефону №) 25 декабря 2018 г. в период с 23:48 до 03:26 26 декабря 2018 г., телефонные переговоры ФИО99 26 декабря 2018 г. в период с 00 до 03:19, телефонные переговоры ФИО92 26 декабря 2018 г. в период 00:18 до 03:32 фиксировались базовой станцией по <адрес>, что с учетом ранее приведенных в приговоре показаний свидетеля ФИО22 о том, что телефонные соединения преимущественно осуществляются через близлежащую базовую станцию, согласуется с досудебными показаниями обвиняемых ФИО10, ФИО90 и ФИО92 о том, что на следующий день после нападения на ФИО1, то есть 25 декабря 2018 г., они втроем находились в баре «<данные изъяты>» по <адрес>, где ФИО10 предложил совершить разбойное нападение на комиссионный магазин. Кроме того, в период с 25 по 28 декабря 2018 г. между ФИО92 и ФИО10 (по номерам № и №) имелись неоднократные телефонные соединения, последнее из которых - 28 декабря 2018 г. в 16:01; между ФИО99 и ФИО10 (по номерам № и №) имелись неоднократные телефонные соединения, последнее из которых - 28 декабря 2018 г. в 19:49; между ФИО92 и ФИО90 имелись неоднократные телефонные соединения, последнее из них 28 декабря 2018 г. в 20:45, что подтверждает их показания о встречах между собой при подготовке и непосредственно перед нападением. Согласно детализации абонентского номера ФИО80 28 декабря 2018 г. зафиксированы: - в 20:18 исходящее соединение с абонентским номером ФИО90, что согласуется с показаниями ФИО80 в суде о том, что ФИО10 пользовался ее телефоном для связи с ФИО90, за которым, согласно досудебным показаниям ФИО90 и А-вых, последние заехали перед нападением; - в период с 20:22:56 до 22:27:47 неоднократные последовательные соединения «Исх. GPRS-4G» через базовую станцию по <адрес> (в районе места жительства ФИО90); -в 22:44:44 соединение «Исх. GPRS-4G» через базовую станцию по <адрес> продолжительностью «0» секунд; -также в 22:44:44 соединение «Исх. GPRS» продолжительностью 15 секунд через станцию № 24907, адрес которой не указан; -в 22:44:58 соединение «Исх. GPRS-4G» через базовую станцию по <адрес>; -в 23:08 исходящий звонок и затем до 23:22 часов неоднократные соединения через базовую станцию по <адрес>; -в 23:26 часов соединение через базовую станцию по <адрес>. Как следует из показаний свидетеля ФИО22, указанный в детализации вид соединения «Исх. GPRS-4G» - это соединение с сетью интернет. В детализации местонахождение абонента не регистрируется, фиксируется базовая станция, с которой началось соединение, независимо от того, где связь окончена. Последовательная продолжительность отдельных 4G соединений с 20:22:56 до 22:27:47 свидетельствует о непрерывности соединения с сетью интернет в этот период. Так как интернет соединение в это период не прерывалось, в детализации указана фиксация всех соединений через базовую станцию по <адрес>, где было начато соединение. Однако в течение соединения телефон и абонент фактически могли перемещаться и выйти из зоны обслуживания данной базовой станции. Алгоритм работы абонентских устройств настроен таким образом, что при наличии сети 4G телефон будет постоянно находиться в зоне оборудования, обслуживающего сеть 4G. В случае потери связи с сетью 4G в зависимости от различных условий соединение может осуществляться, как ближайшей базовой станцией, так и первоначальной. В 22:44:44 абонентское устройство пыталось восстановить прерванное соединение с последней базовой станцией по <адрес>, которую не обнаружило, о чем свидетельствует время соединения «0». В это же время через контролер № 24907 (предназначенный для поиска станции и соединения), адрес которого в детализации не указывается, происходил поиск ближайшей базовой станции. Последующее соединение в 22:44:58 осуществлялось через базовую станцию по <адрес>, в зону действия которой переместился абонент и, судя по азимуту соединения, не исключается, что мог находиться в направлении центрального рынка от данной базовой станции. Таким образом, вопреки доводам стороны защиты, сведения о соединениях по абонентскому номеру ФИО80 с 20:22 до 22:44, с учетом разъяснений свидетеля ФИО22, не исключают нахождение абонентского устройства, а, следовательно, ФИО80 в районе места совершения преступления. Доводы стороны защиты о том, что при первоначальном допросе свидетель ФИО22 пояснил, что во время соединений зафиксированных базовой станцией по <адрес>, абонентское устройство не могло находиться в районе центрального рынка, не могут быть приняты во внимание, поскольку в ходе первоначального допроса свидетель давал пояснения о данных соединениях без учета того, что в период с 20:22 до 22:27, как установлено в ходе его дополнительного допроса, фактически имелось одно непрерывное интернет соединение. Ставить под сомнение показания свидетеля ФИО22 о том, что в этом случае фиксация соединений будет отражаться через базовую станцию на начало продолжаемого интернет соединения, нет оснований, поскольку они согласуются с информаций от 26 января 2021 г., представленной оператором сотовой связи - ПАО «МТС», согласно которой абонент, подключившийся к базовой станции при интернет соединении, может перемещаться, оставаясь подключенным к этой же базовой станции. Как установлено, по абонентскому номеру ФИО80 в период с 20:22 до 22:44 часов осуществлялось только интернет соединение, что не исключает управление ею автомобилем, о чем обвиняемые давали показания, поскольку, во-первых, из показаний свидетеля ФИО22 следует, что интернет соединение будет фиксироваться автономно при включенном сотовом телефоне и подключении к сети интернет (что не предполагает обязательного пользования абонентским устройством), во-вторых, наличие соединений не свидетельствует о том, что абонентским устройством пользовалась именно ФИО80, вместе с которой был ФИО10, который, как установлено, тоже пользовался ее сотовым телефоном. Признательные показания обвиняемых об их участии в совершении преступления согласуются и с данными о том, что 28 декабря 2018 г.: -по абонентскому номеру ФИО92 в период с 21:27 до 23:40 телефонных соединений не имелось, а в указанное время соединения фиксировались базовой станцией по <адрес>, расположенной в районе дома ФИО100 по <адрес>; -по абонентскому номеру ФИО90 телефонные соединения в 21:53 зафиксированы базовой станцией по <адрес>, в 22:42 - базовой станцией по <адрес>, между которыми иных соединений не имелось, а в 23:12 соединение зафиксировано базовой станцией по <адрес>; -по абонентскому номеру ФИО10 № в период с 15:00 28 декабря 2019 г. до 01:22 29 декабря 2018 г. и по его номеру № в период с 19:49 до 01:22 29 декабря 2018 г. телефонных соединений не имелось; -29 декабря 2019 г. абонентские соединения ФИО80 и ФИО90 фиксировались в г. Красноярске. Таким образом, с учетом того, что нападение на комиссионный магазин было совершено 28 декабря 2018 г. в 22:37, отсутствие телефонных соединений по абонентским номерам, используемым ФИО90, ФИО92 и ФИО10 во время совершения преступления, в предшествующий, а по абонентским номерам ФИО10 и ФИО92 и в последующий периоды свидетельствует о том, что подсудимыми предпринимались меры, исключающие возможность установления их местонахождения по расположению базовых станций сотовой связи. Кроме того, сведения о фиксации телефонных соединений ФИО90 после нападения – в 22:42 и ФИО10 – в 22:44 через базовую станцию по <адрес>, расположенную в районе дома ФИО92, затем в 23:08 по абонентскому номеру ФИО80 и в 23:12 часов по абонентскому номеру ФИО90 - через базовую станцию по <адрес>, расположенную вблизи дома свидетеля ФИО8 по <адрес>, а 29 декабря 2019 г. – в г. Красноярске позволяют сделать вывод о достоверности досудебных показаний ФИО80, ФИО90 и ФИО10 о том, что после совершения преступления, высадив ФИО92, остальные подсудимые поехали домой к ФИО8, где осматривали похищенное, а утром 29 декабря 2019 г. поехали в г. Красноярск, откуда вернулись в ночь на 30 декабря 2019 г., что также свидетельствует о том, что наличие у ФИО80 двоих малолетних детей не исключает ее участие в совершении преступления, поскольку, согласно ее показаниям и показаниям ФИО10, детей при необходимости они оставляли у проживавшей в соседней с ними квартире ФИО26 или у матери ФИО80 либо у знакомой ФИО18 Признательные показания обвиняемых об участии в совершении преступления и обстоятельствах реализации похищенного имущества подтвердила свидетель ФИО81, которая будучи допрошенной в ходе предварительного расследования пояснила, что утром 29 декабря 2018 г. ей позвонил ее родной брат ФИО95, сказал, что ему нужно съездить в г. Красноярск на ее автомобиле. Около 8 часов ФИО95 и ФИО95 подъехали к ней домой с ФИО94 на своем автомобиле «Мазда 3». После чего все вместе поехали на автомобиле «<данные изъяты>», которым она пользовалась. В г. Красноярске ФИО94 дал ей или ФИО95 несколько золотых цепочек, которые нужно было сдать в ломбард. Она вместе с Азизовой сдала цепочки в ломбард. ФИО95 ей дал две или три тысяч рублей. Когда возвращались, на ее вопрос о происхождении цепочек ФИО94 ответил, что цепочки из ломбарда. Она поняла, что они получены в результате преступления, спросила об этом у ФИО95, который сказал, что в этом не участвовал. Через несколько дней в социальной сети «ВКонтакте» она увидела видеозапись нападения на ломбард, которое совершили мужчина плотного телосложения с ружьем и худощавый мужчина. В последующем в ходе разговора с ФИО95 и ФИО95 на эту тему, кто-то из них сказал, что нападение на ломбард совершил Гольцев вместе с Василием, которого она не знает. (т. 7, л.д. 42-47) В судебном заседании свидетель ФИО81 также пояснила, что в декабре 2018 года утром ей позвонил ФИО95, сказал, что нужно ехать в г. Красноярск. ФИО95 и ФИО95 приехали к ней на своем автомобиле «Мазда». В г. Красноярск поехали на ее автомобиле «<данные изъяты>». С ними также ездил ФИО94. При этом свидетель ФИО81 в суде пояснила, что в г. Красноярске в больнице и на рынках искали ее с ФИО95 отца. Отрицая, что сдавали в ломбард золотые украшения, свидетель сначала пояснила, что об этом рассказала следователю сама, затем - что такие показания не давала, а они были записаны следователем самостоятельно и подписаны ею, так как в июне 2019 года она получила письмо от ФИО95, в котором он просил соглашаться со следователем, что ему было нужно для досудебного соглашения, чтобы назначали меньше наказание. О написании подобного письма рассказали в суде и подсудимые А-вы, пояснив, что письмо ФИО95 передал ФИО8 в ходе проверки показаний на месте 5 июня 2019 г. В свою очередь ФИО95, полученное от ФИО8 письмо, якобы, сбросила в почтовый ящик ФИО81. Вместе с тем, к показаниям, данным в судебном заседании свидетелем ФИО81, подсудимыми А-выми и ФИО90, относительно цели их поездки в г. Красноярск 29 декабря 2018 г., суд относится критически, поскольку они противоречивы и не соответствуют другим материалам дела. Так, досудебное соглашение, про которое, по утверждению ФИО81, ФИО10 указывал в письме, на 5 июня 2019 г. с последним заключено не было, с соответствующим ходатайством ФИО10 обратился 17 июня 2019 г. О том, что похищенное имущество было реализовано в ломбарде в г. Красноярске, впервые рассказала ФИО80 на допросе 30 мая 2019 г. и ее показания нашли подтверждение. Кроме того, ФИО10 в судебном заседании пояснил, что про отца, которого видели в г. Красноярске, ему рассказала ФИО81, с ней вечером 28 декабря 2018 г. договорились вместе поехать в г. Красноярск, чтобы искать отца. Однако свидетель ФИО81 показала суду, что о необходимости поехать в г. Красноярск ей сообщил ФИО95 утром 29 декабря 2018 года. Зачем нужно ехать, она не знала, потом Азизов сказал, что поехали в г. Красноярск, чтобы искать отца. Таким образом, указанные показания ФИО10 и ФИО81 исключают друг друга. В то же время, содержащиеся в протоколе допроса ФИО81 показания о непричастности ФИО10 к совершению преступления (что явно не соответствует версии следствия и утверждениям свидетеля о том, что она подписала подготовленный следователем протокол), а также подробности относительно видеозаписи нападения (что подтверждается приведенными ниже доказательствами) свидетельствуют о том, что досудебные показания ФИО81 давала самостоятельно. При этом ей было разъяснено право не свидетельствовать против близких родственников, а также возможность использования ее показаний в качестве доказательств, в том числе в случае последующего отказа от них. Согласно показаниям свидетеля ФИО26, в 2019 году по просьбе ФИО95 она посмотрела размещенную в сети интернет видеозапись ограбления в ломбарде. ФИО95 интересовалась, узнала ли она кого-либо на записи, где было двое парней в масках, другие подробности она уже не помнит. Один из участников на видеозаписи по походке и движениям был похож на ФИО94, которого она знает около трех лет, вместе с ним работала. Из показаний подсудимой ФИО80 в судебном заседании следует, что она показывала ФИО26 размещенную в сети интернет видеозапись нападения на комиссионный магазин, аналогичную имеющейся в деле. Свидетели ФИО9 и ФИО57 пояснили, что в ходе оперативно-розыскных мероприятий была получена и проверялась информация о причастности ФИО95, ФИО94 и ФИО92 к совершению в 2018 году разбойного нападения на комиссионный магазин по <адрес>. Как уточнил свидетель ФИО57, было установлено, что после нападения на комиссионный магазин подсудимые выезжали в г. Красноярск, где также проводились оперативно-розыскные мероприятия, в ходе которых не удалось установить, куда были сбыты похищенные золотые изделия. Доводы стороны защиты об отсутствии доказательств реализации похищенного имущества в г. Красноярске, не могут быть приняты во внимание, поскольку в силу ч. 2 ст. 17 УПК РФ никакие доказательства не имеют преимуществ перед другими; согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ собранные доказательства подлежат оценке как отдельно, так и в совокупности, в том числе с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела. Совокупности исследованных доказательств, которые позволяют установить обстоятельства, подлежащие доказыванию, достаточно для выводов о виновности подсудимых. Доводы ФИО92 о наличии у него алиби и представленные в подтверждение этому показания свидетелей также были проверены судом. В частности, свидетель защиты ФИО48 пояснил, что он длительное время знаком с ФИО92, с которым поддерживает дружеские отношения. В 2018 году он проживал в с. Таштып, где последний раз виделся с ФИО92 28 декабря 2018 года, вместе употребляли спиртное у ФИО89, с ними был ФИО84. На следующий день ФИО92 уехал. Дату запомнил, так как 30 декабря у его жены день рождения. Допрошенный по ходатайству стороны защиты свидетель ФИО84 пояснил, что ФИО92 является его двоюродным братом и один раз приезжал к нему в с. Таштып. Это было 28 декабря 2018 года, дату запомнил, так как через три дня был новый год. Они вместе с ФИО48 употребляли спиртное у знакомой, которую зовут ФИО89. Также приходила ФИО89, домой к которой затем пошли. 29 декабря 2018 года он вместе с ФИО92 приехал в г. Абакан, где в каком-то кафе участвовал в турнире по нардам, потом уехал домой. С 4 мая 2020 года он находится под стражей в связи с обвинением в совершении преступления. В следственном изоляторе содержался в одной камере с ФИО92. Свидетель ФИО34 пояснила, что перед новым годом в кафе «<данные изъяты>» проводился турнир по нардам, в котором участвовал брат ФИО92. Допрошенный свидетель ФИО19 показал, что новый 2019 год он собирался встретить с ФИО92, однако тот уехал в с. Таштып и приехал только 4-5 января. Вместе с тем, доводы стороны защиты о наличии у ФИО92 алиби, опровергаются его собственными досудебными показаниями, данными 3 июня 2019 г. в качестве подозреваемого и 4 июня 2019 г. в качестве обвиняемого, согласно которым ФИО92, оспаривая обвинение, ничего не пояснял о том, что 28 декабря 2018 года он уезжал в с. Таштып, а утверждал, что он находился дома в связи с установленным ему административным надзором. (т. 37, л.д. 12-14, 19-21) Суд также учитывает, что телефонные соединения ФИО92 28 декабря 2018 г. в период времени предшествующий разбойному нападению и после нападения, а также 29 декабря 2018 г., когда, по утверждению ФИО92, он находился в с. Таштып, многократно фиксировались исключительно в г. Абакане. Доводы ФИО92 о том, что, уехав 28 декабря 2018 г. в с. Таштып, телефон он оставил дома, не могут быть приняты во внимание, поскольку пояснить, кто пользовался его телефоном, ФИО92 ничего определенного не мог, к тому же в указанный период телефонные соединения, в том числе разговоры с ФИО10 и ФИО90, неоднократно фиксировались базовыми станциями в различных частях г. Абакана, что свидетельствует о передвижениях с сотовым телефоном, который не находился все время в доме ФИО92 Данные о телефонных соединениях ФИО92, которые в с. Таштып фиксировались 21, 22, 25 января 2019 г., свидетельствуют о том, что в с. Таштып он мог быть в указанные дни, и не исключено, что встречался с ФИО48 и ФИО84, показания которых (допрошенных в суде в октябре 2020 г.) о точной дате, когда они, якобы, видели ФИО92 длительное время назад - в декабре 2018 г., вызывают сомнения. По информации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Хакасия ФИО92 и ФИО84 в период с 17 июня 2020 г. по 18 сентября 2020 г. содержались в одной камере. При таких обстоятельствах, с учетом родственных и дружеских отношений ФИО92 с ФИО84 и ФИО48, суд приходит к выводу о недостоверности показаний этих свидетелей, которые даны ими для обеспечения алиби ФИО92, доводы которого в этой части опровергнуты. Что касается показаний свидетелей ФИО34 и ФИО19, то они не содержат сведений о том, где находился ФИО92 28 декабря 2018 г., а показания ФИО19 о нахождении ФИО92 в с. Таштып до 4-5 января 2019 г. вовсе противоречат версии подсудимого. Оценив исследованные доказательства, суд приходит к выводу, что наличие некоторых расхождений в досудебных показаниях обвиняемых не ставит под сомнение их достоверность в той части, в которой они согласуются между собой и соответствуют другим доказательствам. Так, показания обвиняемых ФИО10, ФИО90 и ФИО92 не содержат противоречий существенных для доказывания. Каждый из них пояснял, что инициатором преступления являлся ФИО10, который предложил принять в этом участие ФИО90 и ФИО92, определил объект и время нападения, их роли, привлек для управления автомобилем ФИО10 Показания ФИО90 и ФИО10, данные на очных ставках, о том, что при подготовке к преступлению они совместно с ФИО92 приезжали к комиссионному магазину для проверки наличия камер видеонаблюдения и определения путей отхода, что на очной ставке с ФИО10 подтвердил и ФИО92, а также показания ФИО90, ФИО92 и ФИО10 о местах, где переодевались ФИО90 и ФИО92, затем ожидала в автомобиле ФИО80, об использовании медицинских масок и перчаток, сомнений в достоверности не вызывают, поскольку согласуются между собой, а в части использования масок, перчаток и одежды ФИО90 и ФИО92, о которой поясняли обвиняемые, подтверждаются показаниями потерпевшего ФИО5 и видеозаписями нападения. Показания обвиняемых ФИО90 и ФИО10, пояснивших о договоренности использовать в ходе нападения обрез для того, чтобы напугать работника комиссионного магазина и разбить стекло витрины, соответствуют друг другу и действиям ФИО90, который войдя в ломбард, сразу же скомандовал ложиться на пол и произвел выстрел, что свидетельствует, как о достоверности показаний ФИО10 о том, что он зарядил обрез перед нападением, и показаний ФИО90 о том, что перед нападением он проверил - обрез был заряжен, так и о наличии между ними договоренности использовать обрез в качестве оружия для производства выстрела в качестве угрозы работнику комиссионного магазина и для повреждения стекла витрины. Утверждения ФИО92, что он не был осведомлен о наличии у ФИО90 обреза и намерении его использовать, опровергаются, во-первых, показаниями ФИО10 и ФИО90 о том, что они совместно с ФИО92 договаривались использовать в ходе нападения обрез, что соответствует показаниям ФИО92 о том, что он знал о наличии у ФИО10 двух обрезов, во-вторых, действиями ФИО92, который, как видно на видеозаписях, после производства ФИО90 выстрела начал согласованно с ним незамедлительно разбивать камнем стекло витрины возле образовавшегося от выстрела отверстия. Показания ФИО10, ФИО90 и ФИО92 относительно действий каждого из них во время нападения, последовательности их сокрытия с места преступления и похищенном имуществе также согласуются между собой, а в части действий ФИО90 и ФИО92 – и с показаниями потерпевшего ФИО5, записями видеонаблюдения, что также свидетельствует о достоверности этих показаний обвиняемых. Досудебные показания ФИО80, которая подтверждала, что по просьбе ФИО10 она на своем автомобиле привезла ФИО90, ФИО92 и ФИО10 к месту нападения, где ожидала их, а в последующем увезла, высадив ФИО92, а с ФИО10 и ФИО90 поехала домой к свидетелю ФИО8, проживающему по <адрес>, где они смотрели похищенные цепочки, согласуются с показаниями остальных обвиняемых, а также со сведениями о телефонных соединениях. Показания обвиняемых ФИО80 и ФИО10 о том, что ФИО80 не знала о преступных намерениях ФИО90, ФИО92 и ФИО10, а также показания ФИО80 о том, что ФИО10 пошел к комиссионному магазину через несколько минут после ФИО90 и ФИО92, в этой части признаются судом недостоверными, данными с целью исключения участия ФИО80 в совершении преступления и приуменьшения роли ФИО10, поскольку опровергаются показаниями ФИО90, ФИО92 и ФИО10 в соответствующей части. В частности, ФИО90 и ФИО92 в своих показаниях, подтвержденных ими на очных ставках с ФИО80 и ФИО10, последовательно поясняли, что ФИО80 знала об их намерении совместно с ФИО10 совершить нападение на комиссионный магазин, поскольку в ее присутствии при следовании к месту нападения ФИО10 рассказал план и роли участников, в том числе роль ФИО80, которая должна была ожидать в машине, чтобы увезти всех после преступления; вместе с ФИО80 заезжали в аптеку, в которой ФИО90 приобрел медицинские маски для использования в ходе преступления; в присутствии ФИО80 ФИО90 и ФИО92 надели подготовленную для конспирации одежду; после чего переехали в другое место, где ФИО10, ФИО90 и ФИО92 одели маски, затем втроем пошли к месту нападения, а ФИО80 ожидала в машине; после нападения ФИО90 в присутствии ФИО80 показал всем похищенные цепочки, обсуждали необходимость реализации похищенного в г. Красноярске. В ходе допросов ФИО80 также подтверждала, что в ее присутствии ФИО90 переоделся. Показания ФИО80 о том, что цепочки она увидела только в доме у ФИО8, где ФИО94 предложил их продать в г. Красноярске, не могут быть признаны достоверными и потому, что ФИО92 домой к ФИО8 не поехал, однако он также пояснил, что вместе с остальными видел в машине похищены цепочки, которые решили продать в г. Красноярске. Так как в присутствии ФИО80 обсуждались действия участников нападения на комиссионный магазин и отведенная ей роль, не скрывались подготовительные действия ФИО90, ФИО92 и ФИО10 к совершению преступления, а затем и похищенное имущество, суд приходит к выводу о достоверности показаний ФИО90 и ФИО92 о том, что ФИО10, привезя на своем автомобиле ФИО90, ФИО92 и ФИО10 к месту нападения, знала о планируемом хищении и согласилась ожидать их, чтобы увезти после совершения преступления. Однако бесспорных доказательств того, что ФИО80 была осведомлена о вооруженности ФИО90, ФИО10 и ФИО92 обрезом, не представлено. Об обсуждении в ее присутствии того, что ФИО90 должен выстрелить в витрину, в ходе неоднократных следственных действий с обвиняемыми, пояснил один раз ФИО90 на очной ставке с ФИО80 23 августа 2019 г., о чем ни до, ни в последующем, в том числе при даче подробных показаний 23 июля 2019 г. и 4 декабря 2019 г., не пояснял, указывая, как и ФИО92 о том, что в присутствии ФИО80 обсуждали лишь необходимость разбить витрину, из которой похитить имущество. Показания ФИО90 от 18 октября 2019 г. и 4 декабря 2019 г. о том, что все видели, как он из-под переднего сиденья достал обрез, не позволяют установить, на основании чего он сделал такой вывод, так как он находился на заднем сиденье, а ФИО80 – на переднем. При этом в ходе очной ставки с ФИО10 ФИО90 пояснил, что не знает, видела ли ФИО80, как он взял обрез. Возникшие в этой части не устраненные сомнения, которые в силу ст. 14 УПК РФ, толкуются судом в пользу подсудимой ФИО80, не ставят под сомнение ее осведомленность в целом о преступных намерениях других соучастников. Поскольку в присутствии ФИО10 обсуждалось, что ФИО90 и ФИО92 должны свободно зайти в комиссионный магазин, чтобы разбить витрину и похитить имущество, а ФИО10 будет их подстраховывать, ФИО80 понимала, что ФИО90 и ФИО92 должны зайти в магазин в присутствии работника магазина, следовательно, осознавала открытый характер противоправного завладения имуществом. По преступлению от 5 мая 2019 г. Потерпевшая ФИО2 в судебном заседании пояснила, что проживает одна в квартире по <адрес>. Ей принадлежит магазин женской одежды по <адрес>. 5 мая 2019 года в 19 часов она пришла с работы. Через непродолжительное время в дверь квартиры постучали. Неизвестная ей девушка, обращаясь к ней по имени и отчеству «ФИО2», сказала, что пришла из больницы и попросила открыть, чтобы расписаться в документах. Когда она открыла дверь, девушка быстро начала спускаться по лестнице вниз. В квартиру сразу же ворвались двое мужчин в масках. Один из мужчин был плотного телосложения, второй худощавый. Который поплотнее связал ей руки, ноги, обмотал рот, бил ее по голове и спине. Худощавый осматривал квартиру. Они требовали отдать деньги, в случае отказа угрожали убить ее. Когда они обнаружили сейф, потребовали открыть, угрожая убийством, если она этого не сделает. Она опасалась за свою жизнь и здоровье. Также ей угрожали ножом, срезали повязки на руках и ногах, затем удерживали ее за волосы. Она на коленках подползла к сейфу, который открыла. Худощавый мужчина вытащил из сейфа и забрал деньги, более одного миллиона рублей, точно сумму не помнит. Также они похитили из сумки около двухсот семидесяти тысяч рублей, со стола в комнате - золотые украшения и деньги. В ходе нападения ей были причинены кровоподтеки на голове и руках, после ударов по спине болел позвоночник. До нападения у нее телесных повреждений не было. Во время нападения приступов астмы у нее не было, ингалятор она не просила. В ходе следствия ей вернули похищенные золотые украшения, незначительную часть денежных средств. Из показаний потерпевшей ФИО2, данных на предварительном следствии, следует, что после продажи в 2017 году квартиры и приобретения новой у нее на 5 мая 2019 года осталось 1200000 рублей. 5 мая 2019 года около 19 часов она пришла домой с работы. Через 10-15 минут в дверь позвонили. В дверной глазок она увидела девушку с папкой в руке, которая обратилась к ней по имени и отчеству, сказала, что пришла из больницы, что нужно расписаться в каких-то документах. Она открыла дверь. Девушка побежала вниз по лестнице, а в квартиру ворвались двое неизвестных ей мужчин, которые были в медицинских масках и перчатках. Они толкнули ее в комнату, отчего она упала, связали ей руки и ноги, заклеили рот скотчем. Один из них пинал ее по спине, животу, ногам, требуя деньги и угрожая убийством, второй осматривал квартиру в поисках денег. Угрозы она восприняла реально. Тот, который ее пинал, снял с нее два золотых кольца и два золотых браслета, взял золотое колье со стола в комнате. Второй обнаружил в коридоре в шкафу сейф, который был закрыт на кодовый замок. Нападавшие требовали у нее сказать код от замка, за волосы потащили в коридор. Тот, который ее ранее пинал, ударил ее по голове кулаком, взял в кухне нож, приставил к горлу и сказал, что убьет ее, если она не откроет сейф. Боясь, что ее могут убить, она открыла сейф, откуда один из них вытащил деньги в сумме 1200000 рублей. Забрав деньги из сейфа, нападавшие покинули квартиру. О случившемся она сообщила дочери, которая вызвала скорую и полицию. Из золотых украшений у нее были похищены колье стоимостью 60000 рублей, два браслета стоимостью 70000 рублей и 35000 рублей, два кольца-перстня с камнями стоимостью 15000 рублей и 20000 рублей. Также нападавшие похитили 570 рублей со стола в комнате и 120000 рублей из сумочки. Всего было похищено ее имущество на сумму 1520570 рублей, из которого ей вернули в ходе следствия золотые украшения и 225000 рублей. (т. 4, л.д. 102-104, 107-109, 113-115, 119-120) Указанные показания потерпевшая ФИО2 подтвердила в суде, пояснила, что ей действительно угрожали ножом, требуя открыть сейф, а для того, чтобы она открыла сейф, ей ножом разрезали повязки на руках и ногах. У кого был нож, она не помнит. Худощавому мужчине постоянно кто-то звонил. В ходе очной ставки с обвиняемой ФИО80 потерпевшая ФИО2 также поясняла, что перед нападением 5 мая 2019 года сначала позвонили в дверь. Она увидела в дверной глазок девушку с папкой, которая обратилась к ней по имени и отчеству «ФИО2», попросила открыть дверь, сказала, что пришла из больницы, нужно подписать бумаги. Когда она открыла дверь, девушка побежала вниз по лестнице, а в квартиру ворвались двое незнакомых мужчин. (т. 23, л.д. 72-74) Показания потерпевшей ФИО2 на разных стадиях производства по делу согласуются между собой и не содержат противоречий, существенных для доказывания. То обстоятельство, что потерпевшая при допросе в суде не помнила некоторых подробностей, не ставит под сомнение ее досудебные показания, которые получены с соблюдением требований закона и подтверждены потерпевшей, не имеющей оснований для оговора подсудимых, согласуются с другими доказательствами, поэтому берутся судом за основу при постановлении приговора. Причастность подсудимых А-вых и ФИО90 к совершению инкриминированного им деяния, наряду с их показаниями в судебном заседании, подтверждается показаниями, которые они давали на предварительном следствии. Так, в ходе допроса 31 мая 2019 г. обвиняемый ФИО90 пояснил, что в конце апреля 2019 года ФИО95 рассказал, что его знакомая работала в магазине мехов, хозяйка которого имеет деньги, предложил ее ограбить, с чем он согласился. За 5-6 дней до преступления ФИО95 показал ему дом и подъезд, где проживает хозяйка магазина. Осмотрев с ФИО95 территорию, решили оставить свой автомобиль возле дома по <адрес> и идти через дворы, где не было камер видеонаблюдения. 5 мая 2019 года около 18 часов за ним заехал ФИО95, сказал, что поедем на адрес потерпевшей. В аптеке он купил себе одну пару медицинских перчаток, у ФИО95 перчатки были. ФИО95 знал, где находится магазин потерпевшей, который закрывался в 18 часов. Они проехали туда, чтобы проверить потерпевшую, так как хотели ее дожидаться и вместе с ней зайти в квартиру. Магазин был закрыт. ФИО95 позвонил ФИО95, которая ждала их около кафе по <адрес>, куда приехали. Он надел рубашку, заранее оставленную в машине ФИО95 «Хонда Одиссей». Вместе с ФИО95 пересели в машину «Мазда 3», которой управляла ФИО95. Азизов сказал ФИО95, что мы собираемся забрать долг, но нам не откроют квартиру, поэтому необходима ее помощь. По указанию ФИО95 приехали к дому по <адрес>, где оставили машину. ФИО95 дал ФИО95 папку для документов, сказал постучать в дверь и представиться медсестрой. Он взял медицинские перчатки, ФИО95 – матерчатые перчатки и втроем пошли к дому потерпевшей. Первой в подъезд вошла ФИО95, как она открыла дверь, он не знает. На 4-м или 5-м этаже ФИО95 показал дверь потерпевшей. Он поднялся по лестнице выше, а ФИО95 остался ниже квартиры, чтобы их не было видно в дверной глазок. Затем ФИО95 позвонила в дверной звонок, что-то сказала, ей ответили и открыли дверь. Он спустился к двери. ФИО95 побежала вниз, а ФИО95 поднялся. Он толкнул потерпевшую и зашел в квартиру, где толкнул ее из коридора в зал, отчего она упала. Входную дверь изнутри закрывал ФИО95. Он обмотал потерпевшей за спиной руки пластиковым хомутом, а рот скотчем, которые ему дал ФИО95. С рук потерпевшей он снял два браслета и два кольца. На столе в зале он взял золотое колье, в сумке – деньги 50000 рублей купюрами по 5000 рублей. ФИО95 осматривал квартиру и обнаружил сейф в шкафу в коридоре. Так как Азизов сказал потерпевшей назвать код, он снял с ее рта скотч. Потерпевшая сообщила код, но ФИО95 потребовал, чтобы она сам открыла. Для этого он снял с ее рук пластиковый хомут. Потерпевшая открыла замок на сейфе, из которого он достал две пачки денег по 5000 рублей, которые отдал ФИО95. После чего он и ФИО95 ушли к автомобилю, где их ждала ФИО95. По дороге он выбросил рубашку и перчатки. ФИО95 отвезла их к автомобилю ФИО95 «Хонда Одиссей». С ФИО95 пересчитали похищенные деньги, которых было 1050000 рублей. ФИО95 дал ему 300000 рублей, остальные деньги и похищенные золотые украшения остались у ФИО95. 6 мая 2019 года на похищенные деньги он купил сотовый телефон «Самсунг А 30». (т. 66, л.д. 36-43) При проведении проверки показаний на месте 24 июля 2019 г. обвиняемый ФИО90 показал дом по <адрес>, пояснив, что возле данного дома 5 мая 2019 г. вместе с А-выми оставили автомобиль и пошли к дому потерпевшей, ФИО95 передал ФИО95 пластиковую папку для документов, сказал позвонить в дверь, представиться, что она из больницы и попросить открыть. Также ФИО90 показал дом <адрес> и подъезд, где проживала потерпевшая, в подъезде на пятом этаже – квартиру №, где было совершено нападение на потерпевшую, у которой похитили золотые украшения и деньги. (т. 66, л.д. 101-131) Как пояснил обвиняемый ФИО90 в ходе допроса 4 декабря 2019 г., в конце апреля 2019 года ФИО95 ему рассказал, что от знакомой знает про владелицу магазина мехов, как ему потом стало известно - ФИО2, которая уже в престарелом возрасте и проживает одна, дома хранит деньги, предложил совершить на нее нападение, с чем он согласился. ФИО95 показал ему магазин потерпевшей, расположенный по <адрес>, а также дом по <адрес> и квартиру, где она жила. Перед нападением он и ФИО95 ездили в районе дома потерпевшей ФИО2, чтобы посмотреть наличие видеокамер, пути отхода. ФИО95 решил оставить свой автомобиль возле дома по <адрес> и дальше пойти пешком, на потерпевшую напасть в подъезде, когда она после 18 часов будет возвращаться с работы. 5 мая 2019 года около 18 часов он встретился с ФИО95, который сказал, что в этот день нападем на ФИО2. Вместе с ФИО95 на автомобиле последнего «Хонда Одиссей» проехали мимо магазина потерпевшей, чтобы проверить потерпевшую, на которую собирались напасть в подъезде. Магазин потерпевшей был уже закрыт. В аптеке он купил себе перчатки, у ФИО95 перчатки были. Затем поехали к бару «<данные изъяты>» по <адрес>, где пересели в автомобиль «Мазда 3», которым управляла ФИО95. В ее присутствии он переоделся в рубашку, заранее оставленную в автомобиле ФИО95, который сказал ФИО95, что нужно у должника забрать деньги, сумму не называл, а так как нам не откроют, сказал, что она должно позвонить в дверь. По указанию ФИО95 приехали к дому по <адрес>, где оставили автомобиль. ФИО95 дал ФИО95 папку для документов, сказал представиться, что она из больницы, чтобы открыли верь. Втроем зашли в подъезд. Каким образом открыли подъездную дверь, не помнит. Первая шла ФИО95. На пятом этаже ФИО95 указал дверь потерпевшей и спустился по лестнице ниже, он поднялся выше квартиры потерпевшей, чтобы их не было видно в дверной глазок. При этом они одели медицинские маски. ФИО95 позвонила в дверной звонок, представилась, что из больницы и попросила открыть. Называла ли она потерпевшую по имени и отчеству, он не помнит, но ФИО95 ей говорил, что в квартире живет пожилая женщина и откроет медицинскому работнику. Когда дверь открылась, он быстро спустился по лестнице, ФИО95 – побежала вниз. Он вместе с ФИО95 зашел в квартиру, где толкнул потерпевшую, она упала на пол в зале. Он стянул ей за спиной руки пластиковым хомутом, а рот скотчем, которые ему дал ФИО95. С рук потерпевшей ФИО2 он снял два золотых кольца и два золотых браслета. ФИО95 осматривал квартиру. Со стола в зале он взял золотое колье, а из сумки деньги 50000 рублей купюрами по 5000 рублей. ФИО95 обнаружил в шкафу в коридоре сейф, спросил у потерпевшей код. Она не ответила, тогда он ударил ее один или два раз, сказал, что убьет, если она не скажет. Потерпевшая назвала четырехзначный код. Однако ФИО95 потребовал, чтобы она сама открыла. По указанию ФИО95 он принес из кухни нож, которым разрезал потерпевшей хомуты на руках. Ножом не угрожал. После чего потерпевшая открыла сейф. Из сейфа он достал две пачки денег купюрами по 5000 рублей, которые отдал ФИО95. Так как потерпевшая сопротивлялась и порвала на нем перчатку, Азизов собрал фрагменты перчатки, а он помыл нож. После чего он и ФИО95 ушли к автомобилю, где их ждала ФИО95, которая отвезла их к бару, где он и ФИО95 пересели в автомобиль «Хонда Одиссей», считали похищенные деньги. Он пересчитал одну из пачек из сейфа, в которой было 500000 рублей, вторую не считали, подумали, что в ней столько же. То есть всего денег было 1050000 рублей. ФИО95 дал ему 300000 рублей, остальные деньги и золотые украшения оставил у себя. Похищенные деньги он тратил, в том числе купил сотовый телефон «Самсунг А30», из оставшихся в ходе обыска в его квартире изъяли 135000 рублей. (т. 68, л.д. 261-275) Обвиняемый ФИО10 при проведении 19 июля 2019 г. проверки показаний на месте показал дом по <адрес>, пояснив, что возле данного дома он, ФИО94 и ФИО95 оставили автомобиль «Мазда 3», на котором приехали под управлением ФИО95, и затем пошли к дому потерпевшей ФИО2. Также ФИО10 показал дом по <адрес>, в подъезде квартиру потерпевшей №. Как пояснил ФИО10, он не помнит, как они открыли дверь подъезда. Гольцов прошел на один лестничный пролет выше квартиры, а он остался ниже. Когда дверь открылась, он сказал ФИО95, чтобы она ждала в машине. ФИО95 выбежала из подъезда, а он и Гольцев ворвались в квартиру, где напали на женщину, похитили золотые украшения и деньги. (т. 22, л.д. 134-156) В ходе допроса 4 июня 2019 г. обвиняемый ФИО10 пояснил, что он рассказал ФИО94 о том, что ФИО2 торгует шубами, поэтому предположил, что у нее дома могут быть украшения и деньги, количество которых не знали. (т. 22, л.д. 203-207) Обвиняемая ФИО80 в ходе допросов 30 мая 2019 г. пояснила, что 5 мая 2019 года она собиралась вместе с детьми и подругой ФИО18 поехать в парк. Днем она довезла знакомую ФИО34 на работу в кафе по <адрес>, где ждала ФИО18. Ей позвонил ФИО95, сказал, что нужна ее помощь, а когда приехал, попросил оставить детей у ФИО18. Детей они отвезли к мужу ФИО18, затем, заехав в несколько мест, с ФИО95 и ФИО94 приехали к дому по <адрес>. ФИО95 рассказал, что ему кто-то должен деньги, но мужчинам дверь не откроют, поэтому нужна ее помощь, дал ей папку для документов. Втроем пришли к дому в районе перекрестка <адрес>, поднялись вроде бы на 3 этаж, дорогу показывал ФИО95. Он поднялся выше по лестнице, а ФИО94 остался ниже, чтобы их не было видно в дверной глазок. По указанию ФИО94 она постучала в дверь, попросила открыть. Когда открывался замок, она стала спускаться, а ФИО94 и ФИО95 зашли в квартиру. Она подождала около машины 5-10 минут, затем доехала до кафе, где работает ФИО34. Ей позвонил по мессенджеру с незнакомого номера ФИО95, после чего она приехала к месту, где должна была их ждать. Через 5 минут пришли ФИО94 и ФИО95. В последующем в этот день она и ФИО95 уехали в г. Красноярск, детей он оставила у ФИО18. ФИО95 ей рассказал, что с ФИО94 забрали долг 170-180 тысяч рублей у какой-то бабушки. 10 мая 2019 г. она встретилась с ФИО11, из разговора с которой поняла, что ФИО11 знала о том, что ФИО95 и ФИО94 совершили нападение на ФИО2. ФИО11 также рассказала, что в переписке между ней и ФИО95 есть видеозапись с изображением магазина потерпевшей. (т. 9, л.д. 56-67, л.д. 96-99) Согласно протоколу проверки показаний на месте от 27 июня 2019 г., обвиняемая ФИО80 показала место возле дома по <адрес>, куда 5 мая 2019 г. она вместе с ФИО94 и ФИО95 приехала по указанию последнего и оставила автомобиль, а также - дом по <адрес> и квартиру №, в которую зашли ФИО10 и ФИО90 Также пояснила, что Азизов сказал ей, что ему кто-то должен деньги, не хочет отдавать долг и не откроет дверь, поэтому нужно, чтобы в дверь постучала девушка, после чего он и ФИО94 зайдут в квартиру. Около двери ФИО94 и ФИО95 встали ниже и выше на лестнице, она по просьбе ФИО95 позвонила в дверной звонок или постучала и попросила открыть, а когда дверь начала открываться – быстро убежала вниз. (т. 23, л.д. 28-38) В соответствии с протоколом допроса обвиняемой ФИО80 от 28 ноября 2019 г. она уточнила, что ФИО95 ей сказал, что нужна ее помощь, так как какой-то предприниматель не отдает деньги и, поскольку ему и ФИО94 не откроют, она должна позвонить в дверь квартиры, сказать, что пришла из больницы и нужно подписать документы. Когда она позвонила или постучала в квартиру потерпевшей, попросила открыть, возможно, сказала, что пришла из больницы, но имя отчество потерпевшей не называла, так как не знала. Когда дверь начала открываться, она стала быстро спускаться. ФИО95 и ФИО94, которые стояли на лестнице выше и ниже, чтобы их не было видно в дверной глазок, направились к квартире, куда зашли. Азизов сказал ей ждать в машине. Она понимала, что ФИО95 и ФИО94 собираются действовать незаконно и, возможно, совершить какое-то преступление, так как хотели проникнуть в квартиру. (т. 23, л.д. 146-153) Об участии А-вых и ФИО90 в совершении преступления и достоверности показаний потерпевшей ФИО2 свидетельствуют объективные сведения, содержащиеся в протоколах следственных действий и заключениях экспертов, показания свидетелей и представителя потерпевшей. Так, представитель потерпевшей ФИО3 пояснила, что потерпевшая является ее матерью, проживает одна в квартире по <адрес>. По поводу совершенного нападения мать рассказала, что ее попросила открыть дверь в квартиру девушка, которая сказала, что пришла из медицинского учреждения, якобы, нужно подписать какие-то документы. После того как мать открыла дверь, девушка убежала по лестнице вниз, а в квартиру ворвались двое мужчин, которые положили мать на пол, связали руки, били, угрожали ножом, осмотрели квартиру, обнаружили сейф, который потребовали открыть, для чего развязали ей руки, из сейфа взяли деньги более одного миллиона рублей, которые были после продажи квартиры, также забрали ювелирные украшения. В ходе нападения матери были причинены гематомы и кровоподтеки на голове, теле, руках. Когда нападавшие ушли, мать вызвала скорую и позвонила ей. Свидетель ФИО18 пояснила в судебном заседании и подтвердила свои показания, данные на предварительном следствии (т. 15, л.д. 17-20), о том, что 5 мая 2019 года она договаривалась с ФИО95 днем погулять с детьми. Так как она была занята на работе, днем они не встретились. Около 17-18 часов ФИО95 привезла к ней своих детей, попросила побыть с ними некоторое время. Через час, возможно больше, ФИО95 забрала детей, которых вновь привезла через некоторое время, попросила побыть с ними до следующего дня. Она согласилась. 6 мая 2019 года А-вы забрали своих детей в позднее время. Из досудебных показаний свидетеля ФИО18 также следует, что ФИО95 рассказывала ей о том, что ФИО95 и ФИО94 совершили нападение на женщину, у которой забрали деньги и золотые украшения, поэтому арестованы. Азизова сказала, что оказалась замешана в этом, так как ее попросили постучать в квартиру потерпевшей, что дальше произойдет ФИО95 не знала. (т. 15, л.д. 17-20) Утверждения свидетеля ФИО18 о том, что она такие показания следователю не давала, не могут быть признаны достоверными, поскольку протокол допроса подписан свидетелем без каких-либо замечаний, ее показания не противоречат позиции ФИО80 Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО11 пояснила, что в январе-марте 2017 года она работала продавцом в магазине у потерпевшей ФИО2, знакома с А-выми, которым про ФИО2 не рассказывала. Примерно в мае 2019 года ей звонил ФИО95, интересовался, где можно купить хорошую куртку. Она посоветовала ему несколько магазинов, в том числе магазин потерпевшей ФИО2, расположенный на <адрес>. В этот же день ФИО95 ей направил фотографию данного магазина. Она пользовалась абонентским номером №. В мае к ней приезжала ФИО95, спрашивала про какую-то женщину. Она не поняла, про что говорила ФИО95, поняла только, когда ее (ФИО11) задержали. Вместе с тем, показания ФИО11 относительно отсутствия у нее разговоров с А-выми о потерпевшей ФИО2 не могут быть признаны достоверными, поскольку являются непоследовательными и опровергаются как ее досудебными показаниями, так и последующими показаниями в суде. В частности, при проведении 28 мая 2019 г. очной ставки между ФИО80 и ФИО11 последняя пояснила, что в апреле 2019 года ФИО95 интересовался про магазин потерпевшей ФИО2. 10 мая 2019 года ФИО95 рассказала ей, что ФИО94 и ФИО95 задержали за ограбление ФИО2. (т. 9, л.д. 68-72) Из показаний ФИО11, которые она давала на досудебной стадии, будучи допрошенной 27 августа 2019 г. в качестве подозреваемого и 2 ноября 2019 г. в качестве свидетеля, следует, что, когда она работала у ФИО2, из разговоров поняла, что потерпевшая проживает одна. В 2017 году она говорила ФИО95 о том, что ФИО2 платила ей маленькую зарплату, хотя имеет хорошие доходы, носит золотые украшения. ФИО95 выяснял у нее про ФИО2. Она рассказала, что ФИО2 каждый день бывает в своем магазине по <адрес>. 25 апреля 2019 года к ней обратился ФИО95, спрашивал, где находится магазин ФИО2. Затем вечером ФИО95 позвонил ей с использованием функции видеозвонка, показал здание, в котором находится магазин ФИО2. Она объяснила, какой из магазинов ФИО2. 29 апреля 2019 года ФИО95 ей направил фотографию магазина ФИО2, она подтвердила, что это тот магазин. 11 мая 2019 года к ней приехала ФИО95, которая рассказала, что ФИО95 и ФИО94 ограбили какую-то бабушку, она поняла, что ФИО2. ФИО95 также рассказала, что она просила потерпевшую открыть дверь, чтобы расписаться в каких-то документах, затем убежала. Из разговора с ФИО95 она поняла, что ФИО95 знала о намерениях ФИО94 и ФИО95 напасть на потерпевшую и согласилась им помочь по просьбе ФИО95, так как потерпевшая не открыла бы ФИО95 и ФИО94 дверь. (т. 8, л.д. 193-198). Утверждения ФИО11 в судебном заседании о том, что она не давала показания об участии ФИО80 в совершении преступления, подписала протокол под угрозами следователя привлечь ее к уголовной ответственности, а 2 ноября 2019 г. ее не допрашивали, не могут быть признаны состоятельными. После оглашения и обозрения протокола допроса от 2 ноября 2019 г. свидетель ФИО11 подтвердила, что протокол подписан ею, а также пояснила, что действительно рассказывала ФИО95 о том, что потерпевшая платила ей маленькую зарплату, а когда его задержали, к ней приезжала подсудимая ФИО95, выясняла про ФИО2. Таким образом, при допросе в судебном заседании ФИО11 изначально давала ложные показания о том, что не разговаривала с А-выми про потерпевшую, следовательно, действовала в их интересах, что с учетом ее дружеских отношений с ФИО10 свидетельствует о ее заинтересованности в исходе дела. То обстоятельство, что протокол допроса ФИО11 в качестве подозреваемого от 27 августа 2019 г. был оглашен после допроса ФИО11 в судебном заседании уже без ее участия, не свидетельствует о невозможности использования данного доказательства, поскольку судом по ходатайству государственного обвинителя предпринимались исчерпывающие меры для обеспечения повторной явки ФИО11, которая согласно представленных службой судебных приставов материалов, в том числе объяснений ее матери, по месту регистрации не проживает, место жительства ФИО11 не установлено. При этом с абонентского номера ФИО11 судебному приставу, исполнявшему постановление о ее приводе и предпринимавшему меры связаться с ней по сотовой связи, пришло сообщение об отказе явиться в суд. Кроме того, сторона защиты имела возможность оспаривать показания ФИО11 и задавать ей вопросы, как при проведении очной ставки на досудебной стадии, так и при допросе в суде, в ходе которого ФИО11 пояснила, что летом 2019 г. допрашивалась в качестве подозреваемого с участием адвоката Лыткина О.П., сведения об участии которого на допросе 27 августа 2019 г. отражены в данном протоколе и подтверждаются ордером адвоката, а показания, содержащиеся в указанном протоколе в целом соответствуют протоколу допроса ФИО11 от 2 ноября 2019 г., после оглашения которого стороны имели возможность допрашивать ее. При таких обстоятельствах и поскольку участие адвоката при допросе 27 августа 2019 г. (который к тому же проводился после того как ФИО11 была освобождена 24 мая 2019 г. из-под стражи) исключает возможность оказания на нее какого-либо непроцессуального воздействия, суд признает данный протокол допроса допустимым доказательством, которое используется при установлении фактических обстоятельств. Согласно копиям свидетельств соответствующих государственных органов ФИО2 является индивидуальным предпринимателем, ей принадлежит магазин, расположенный в здании по <адрес>. (т. 4, л.д. 116, 118) На оснований постановлений руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, от 20 мая 2019 г. рассекречены и представлены на оптическом диске записи телефонных переговоров ФИО10, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий (т. 8, л.д. 79-82), а также фототаблица, на которой зафиксировано, что в здании, где находится магазин потерпевшей, имеются другие меховые магазины и магазин бижутерии. (т. 8, л.д. 85) В протоколе осмотра оптического диска зафиксировано, что на диске содержатся, в том числе телефонные переговоры ФИО10 (по телефону №) с ФИО11 (по телефону №) 25 апреля 2019 г. в 20:08 часов и 20:11 часов, в ходе которых ФИО11 сообщает ФИО10, что крыльцо, которое ему нужно, находится за бижутерией и мехами за углом. (т. 8, л.д. 94-97) Согласно детализации абонентского номера ФИО10 (№) 25 апреля 2019 г. в 20:08 и 20:12 часов имелись телефонные соединения с абонентским номером №, используемым ФИО11 В судебном заседании подсудимый ФИО10. не оспаривал, что записаны его разговоры. Их содержание соответствует показаниям ФИО11, что свидетельствует о том, что данные разговоры состоялись между ними, а ФИО10 выполнялись подготовительные действия к совершению преступления. Свидетель ФИО85 пояснила суду и подтвердила свои показания, данные на предварительном следствии (т. 16 л.д. 98-101), о том, что она работает фельдшером скорой медицинской помощи. 5 мая 2019 года около 20 часов она выезжала по адресу: <адрес> для оказания медицинской помощи ФИО2, у которой на лице и руке были гематомы, на ногах и запястьях следы, как будто ее связывали. ФИО2 пояснила, что к ней пришла незнакомая девушка, представившаяся врачом, после чего в квартиру ворвались двое мужчин, а девушка убежала, мужчины связали и били ФИО2. В карте вызова скорой медицинской помощи были зафиксированы имевшиеся у ФИО2 телесные повреждения, среди которых кровоподтеки указаны как гематомы. Согласно копии карты вызова скорой медицинской помощи от 5 мая 2019 г. у ФИО2 зафиксированы гематома в области лба, ссадины на щеке справа, множественные гематомы верхних конечностей. (т. 4, л.д. 126-127) В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы № 1843 от 10 июля 2019 г., имевшиеся у ФИО2 и указанные в копии карты вызова скорой медицинской помощи, гематома в лобной области, ссадины в щечной области справа, множественные гематомы верхних конечностей образовались от воздействия твердого тупого предмета в срок до двух суток на момент осмотра фельдшером 5 мая 2019 г., не повлекли расстройства здоровья. (т. 4, л.д. 136-137) Выводы эксперта об образовании телесных повреждений в срок до двух суток, не исключают их причинение 5 мая 2019 г. Показания потерпевшей ФИО2 о том, что до нападения у нее телесных повреждений не имелось, сомнений не вызывают, а приведенная в этой части совокупность доказательств подтверждает показания потерпевшей о примененном в отношении нее в ходе нападения насилии. Как пояснил суду свидетель ФИО21, примерно за две недели до задержания ФИО95 последний оставил ему на хранение сверток. После того как ФИО95 был задержан, ему позвонила подсудимая ФИО95, сказала, что в свертке, находятся деньги, которые просила ей дать. В свертке он обнаружил деньги пятитысячными купюрами и платок, в котором были завернуты золотые украшения. По просьбе ФИО95 он привозил ей из этих денег 10000, 60000 и 80000 рублей. В последующем золотые украшения и оставшиеся деньги он выдал сотрудникам полиции. Из показаний свидетеля ФИО21, данных на предварительном следствии, следует, что примерно за 4-5 дней до задержания ФИО95 передал ему на хранение пакет. 9 или 10 мая 2019 года ему позвонила ФИО95, сказала, что у него деньги, которые оставил ФИО95. В пакете он обнаружил деньги купюрами по 5000 рублей и сверток из носового платка, в котором были два золотых браслета, золотое колье и два золотых кольца. По просьбе ФИО95 он привозил ей 150000 рублей, затем еще 60000 или 80000 тысяч, потом около 50000 рублей и 100000 рублей. 30 мая 2019 года он обратился в полицию и выдал оставленные ФИО95 золотые украшения и оставшиеся деньги в сумме 90000 рублей. (т. 9, л.д. 2-4) Свидетель ФИО21 эти показания подтвердил, за исключением сумм денежных средств, переданных ФИО95, утверждает, что в ходе допроса на него было оказано давление, в этой части он таких показаний не давал. Вместе с тем, участие на допросе приглашенного свидетелем адвоката Сандыкова К.В., подписавшего протокол допроса наряду со свидетелем без замечаний и дополнений, исключает возможность оказания на свидетеля воздействия и произвольное изложение его показаний следователем. Поэтому доводы свидетеля об оказанном на него в ходе допроса воздействии отклоняются судом как недостоверные. Согласно протоколу выемки от 30 мая 2019 г. у свидетеля ФИО21 в присутствии приглашенного им адвоката Сандыкова К.В. изъяты денежные средства в сумме 90000 рублей купюрами по 5000 рублей, а так же золотое колье, два золотых браслета, два золотых кольца, пакет и платок (т. 9, л.д. 6-11). В протоколе осмотра предметов от 18 июня 2019 г. приведено подробное описание украшений, установлено, что они изготовлены из металла желтого цвета, имеют клеймо 585 пробы, вес колье составляет 40 гр., вес браслетов – 42 гр. и 23 гр., кольца (в протоколе указаны как кольца-перстни) имеют камни, вес колец 10 гр. и 13 гр. (т. 9, л.д. 12-16) Согласно протоколам предъявления для опознания от 19 июня 2019 г. потерпевшая ФИО2 опознала колье, два браслета и два кольца-перстня как предметы, похищенные у нее в ходе нападения 5 мая 2019 г. (т. 9, л.д. 17-25) По информации ООО «<данные изъяты>» стоимость приема золотых изделий 585 пробы составляет 1500 рублей за 1 гр. (т. 4, л.д. 124). Показания потерпевшей ФИО2 о том, что украшения являются золотыми, подтверждается наличием на них клейма с указанием пробы. Таким образом, приведенные в этой части доказательства свидетельствуют о том, что выданные ФИО21 ювелирные украшения были похищены у потерпевшей ФИО2, показания которой об их стоимости согласуются со сведениями об их весе и стоимости золотых изделий при приеме в ломбарде, что в совокупности является достаточным для установления стоимости похищенных украшений. Показания свидетеля ФИО21 о том, что ФИО10 передал ему сверток до 5 мая 2019 г. являются явным заблуждением, поскольку принадлежность потерпевшей денег и золотых украшений и их хищение 5 мая 2019 г. бесспорно установлены. В протоколе осмотра места происшествия от 5 мая 2019 г. зафиксирована обстановка на месте совершения преступления в квартире № по <адрес>, расположенной на пятом этаже многоэтажного дома. В шкафу в коридоре установлено наличие металлического сейфа, в коридоре обнаружен и изъят нож, на полу в кухне - фрагмент медицинской перчатки. (т. 4, л.д. 56-72) Как следует из протокола осмотра предметов от 6 октября 2019 г., длина лезвия ножа, изъятого при осмотре места происшествия, составляет 17 см. (т. 4, л.д. 80-85) Согласно заключениям биологических экспертиз (исследование ДНК) № 2Б/194 и № 2Б/310 на фрагменте перчатки, изъятом с места происшествия, обнаружены эпителиальные клетки, которые произошли от ФИО90, образцы ДНК которого были получены и представлены экспертам. (т. 4, л.д. 197-204, 218-223, т. 6, л.д. 25) Обнаружение на месте происшествия фрагмента перчатки с образцами ДНК ФИО90 безусловно свидетельствует о его нахождении в квартире потерпевшей, где он мог быть только при совершении преступления. В соответствии с протоколом задержания ФИО90 в порядке ст. 91, 92 УПК РФ от 8 мая 2019 г. при проведении личного обыска у него были изъяты сотовый телефон «Samsung Galaxy A30» и денежные средства в сумме 32653 рубля (т. 66, л.д. 4-6), которые осмотрены, установлено, что среди денежных средств 6 купюр достоинством 5000 рублей. (т. 66, л.д. 9-16) Согласно протоколу обыска от 8 мая 2019 г. по месту жительства ФИО90 в квартире по <адрес> были изъяты, в том числе деньги в сумме 135000 рублей денежными купюрами по 5000 рублей, сотовый телефон, коробка из-под телефона «Samsung Galaxy A30», которые осмотрены. (т. 7, л.д. 101-103, 108-123) Из досудебных показаний свидетеля ФИО86, исследованных в порядке ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, следует, что ФИО94, который является ей братом, проживал вместе с ее отцом ФИО67 в квартире по <адрес>. Изъятые в ходе обыска в их квартире денежные средства в сумме 135000 рублей ее отцу ФИО67 не принадлежат. Эти денежные средства мог принести только ФИО94. (т. 60, л.д. 30-34) Свидетель ФИО44 пояснил суду и подтвердил свои показания, которые он давал на предварительном следствии (т. 16, л.д. 203-206), о том, что он работает в торговом павильоне, где осуществляется продажа сотовых телефонов. Согласно товарному чеку от 6 мая 2019 года (прилагаемому к протоколу допроса - т. 16, л.д. 207) и компьютерной базы данных в этот день он продал по данному чеку сотовый телефон «Samsung Galaxy А 30» и сим-карту, которая была зарегистрирована на ФИО90, рассчитавшегося наличными деньгами. Как установлено, ФИО80 пользовался абонентскими номерами сотовой связи №, №, ФИО80 – №, ФИО90 - №. Согласно протоколам осмотра полученных у оператора сотовой связи оптических дисков со сведениями о телефонных соединениях (приведенным в приговоре ранее), исследованных и в судебном заседании, 5 мая 2019 г. между абонентскими номерами ФИО90 и ФИО10 имелись неоднократные соединения. Кроме того, согласно детализации абонентского номера ФИО90 5 мая 2019 г. его соединение в 19:02 зафиксировано базовой станцией по <адрес>, расположенной недалеко от дома потерпевшей, в 19:34 – базовой станцией по <адрес>, иных соединений между указанными не имелось, что соотносится с показаниями потерпевшей о времени совершения преступления. В соответствии с детализацией абонентского номера ФИО93 5 мая 2019 г. в период с 18:18 до 20:03 ее телефонные соединения фиксировались базовыми станциями по <адрес> и <адрес>, между которыми на расстоянии одного квартала находится дом потерпевшей, а также - базовой станцией на расположенном поблизости доме по <адрес>, что не противоречит показаниям ФИО80 о ее нахождении возле дома потерпевшей во время совершения преступления. Телефонные соединения ФИО10 по абонентскому номеру № 5 мая 2019 г. в период с 14:22 до 17:37 часов фиксировались базовой станцией по <адрес>, то есть недалеко от дома потерпевшей ФИО2; в период с 18:18 до 20:33 часов - базовой станцией по <адрес>, расположенной недалеко от дома ФИО10 по <адрес>, при этом в указанный период не имелось разговоров или отправленных смс-сообщений, а осуществлялись только интернет соединения, которые согласно показаниям свидетеля ФИО22 могут осуществляться абонентским устройством в автономном режиме. По абонентскому номеру ФИО10 № телефонные соединения 5 мая 2019 г. не фиксировались, а 6 мая 2019 г., как и соединения в этот день по его абонентскому номеру №, фиксировались в г. Красноярске, что подтверждает показания подсудимых А-вых о том, что после нападения на ФИО2 они поехали в г. Красноярск, где расходовали похищенные деньги. В соответствии с протоколом выемки от 9 мая 2019 г. у ФИО10 был изъят автомобиль «Хонда Одиссей», в котором при осмотре обнаружены, в том числе квитанции от 7 мая 2019 г. к приходным кассовым ордерам о принятии ООО «<данные изъяты>» от ФИО80 денежных средств в размере 1800 и 30000 рублей. (т. 7, л.д. 149-151, 152-161, 163-169) Согласно протоколу выемки от 8 мая 2019 г. у ФИО10 был изъят автомобиль «Мазда 3», госномер «№» (т. 7, л.д. 209-210), который принадлежит ФИО80 Использование данного автомобиля для прибытия и сокрытия с места преступления подсудимые А-вы и ФИО90 подтвердили. При осмотре в автомобиле обнаружены и изъяты, в том числе бирки, товарные и кассовые чеки от 6 мая 2019 г. о покупке в АО «<данные изъяты>» в г. Красноярске кольца из золота 585 пробы со вставками из фианита стоимостью 9338 рублей, кольца из золота 585 пробы со вставками из фианита стоимостью 10440 рублей. (т. 7, л.д. (т. 7, л.д. 211-219, 222-229) В соответствии с протоколом выемки от 30 мая 2019 г. у обвиняемой ФИО80 изъяты два обручальных кольца (т. 9, л.д. 101-105), которые осмотрены, установлено, что кольца изготовлены из металла желтого цвета с камнями белого цвета, имеют клеймо 585 пробы. (т. 9, л.д. 106-109). Согласно протоколу обыска от 8 мая 2019 г. при обыске в квартире по месту жительства А-вых по адресу: <адрес> изъят, в том числе кассовый чек на сумму 13990 рублей, при осмотре которого установлено, что расчет был произведен наличными при покупке 7 мая 2019 г. обуви в магазине «<данные изъяты>» в г. Красноярске. (т. 7, л.д. 51-55, 77-91) В судебном заседании ФИО10 подтвердил приобретение им обуви, указанной в чеке, ФИО10 – приобретение колец. Приведенные доказательства свидетельствуют об использовании А-выми денежных средств, похищенных у ФИО2 ФИО90 в судебном заседании также пояснил, что до задержания израсходовал около 150000 рублей, что с учетом изъятия у него и в его квартире более 167000 рублей, также похищенных у ФИО2, позволяет сделать вывод о достоверности досудебных показаний ФИО90 о том, что из похищенных денег ФИО10 отдал ему 300000 рублей. При оценке противоречий в показаниях потерпевшей ФИО2, а также ФИО90 и ФИО10 относительно суммы похищенных денежных средств, суд признает достоверными показания потерпевшей, данные на предварительном следствии, так как они даны ею после совершения преступления и подтверждены на последующем допросе, потерпевшая пояснила источник происхождения значительной суммы денежных средств, что соответствует показаниями ее представителя ФИО3 На досудебной стадии ФИО90 также признавал, что было похищено более 1000000 рублей. Однако с учетом того, что, как он пояснял, с ФИО10 посчитали одну пачку денежных средств из сейфа, в которой оказалось 500000 рублей, а вторую пачку не пересчитывали, досудебные показания ФИО90 не могут содержать точных сведений о сумме похищенных денежных средств. Показания в суде ФИО90 и ФИО10 о хищении всего 550000 рублей опровергаются и анализом иных исследованных доказательств, которые свидетельствуют о том, что ФИО10 оставил на хранение у ФИО21 не менее 450000 рублей, еще 300000 рублей получил ФИО90, и, как установлено, А-вы также расходовали денежные средства. При таких обстоятельствах ставить под сомнение показания потерпевшей ФИО2, данные на предварительном следствии, достоверность которых она подтвердила в судебном заседании, нет оснований. Кроме того, показания ФИО90 и ФИО10 в той части, в которой они оспаривают применение насилия к потерпевшей, высказывание ей угроз убийством и демонстрирование в качестве угрозы ножа, также опровергаются показаниями потерпевшей ФИО2, которая с подсудимыми знакома не была и причин для их оговора не имеет, ее показания подтверждаются и в остальной части, поэтому не вызывают сомнений в полном объеме. Доказательства стороны обвинения, свидетельствующие об изъятии у ФИО93 при ее задержании 27 мая 2019 г. сотового телефона, под чехлом которого обнаружена записка с адресом и данными потерпевшей ФИО2, с учетом не опровергнутых показаний ФИО80 о том, что эти сведения стали ей известны после преступления от адвоката, осуществлявшего защиту ФИО10, не используются судом в качестве доказательств виновности. Вместе с тем, не доверять показаниям потерпевшей ФИО2 о том, что ФИО80, попросив открыть дверь, обратилась к ней по имени и отчеству, нет оснований. Потерпевшая об этом поясняла на предварительном следствии и в судебном заседании, данные потерпевшей ФИО2 знала ФИО11, от которой ФИО10 были известны и другие сведения о потерпевшей, в том числе и то, что она проживает одна. С учетом изложенного суд допускает показания подсудимых в качестве достоверных в той части, в которой они не противоречат показаниям потерпевшей ФИО2 и другим доказательствами, с учетом оценки данной им судом. Утверждения ФИО10 и ФИО90 в суде о том, что забрать у потерпевшей ФИО2 деньги, предложил в день нападения ФИО90, которому деньги были необходимы для приобретения памятника матери, опровергаются как досудебными показаниями ФИО90, который неоднократно пояснял, что инициатором преступления являлся ФИО10, так и анализом показаний ФИО90 в судебном заседании, согласно которым он пояснил, что денежные средства в сумме 56110 рублей также изъятые в ходе обыска по месту его жительства принадлежат его отчиму ФИО67, который приготовил эти деньги для установки памятника, что подтвердила в своих показаниях и свидетель ФИО86 Кроме того, досудебные показания ФИО90 о том, что ФИО95, как инициатору преступления, было известно материальное положение, место работы и место жительства потерпевшей, согласуются как с досудебными показаниями ФИО11 и показаниями ФИО10 в суде, из которых следует, что эти сведения последнему были известны от ФИО11, так и с записью телефонных переговоров между ФИО10 и ФИО11 свидетельствующей о выполнении ФИО10 действий, направленных на подготовку к совершению преступления уже 25 апреля 2019 г., что соответствует показаниям ФИО90 о том, что совершить преступление ФИО10 предложил ему в конце апреля 2019 г. Доводы подсудимых о том, что ФИО80 не знала о преступных намерениях ФИО10 и ФИО90, являются несостоятельными. Так, показания обвиняемого ФИО90, который неоднократно пояснял, что ФИО10 рассказал ФИО80 о наличии должника, у которого они собираются забрать деньги, сомнений в достоверности не вызывают, поскольку согласуются с аналогичными показаниями ФИО10 и ФИО80, также пояснявших о том, что ФИО10 говорил ФИО80 о наличии должника, который не отдает долг. Досудебные показания обвиняемого ФИО90, согласно которым ФИО10 рассказал ФИО80, что в квартире проживает женщина в преклонном возрасте, которая им не откроет дверь, а откроет ФИО80, если она представится медицинским работником, также признаются судом достоверными, поскольку соответствуют, во-первых, показаниям А-вых, подтвердивших, что участие ФИО80 было необходимо для того, чтобы ей открыли дверь в квартиру, при этом А-вы на досудебной стадии также поясняли, что ФИО80 должна была представиться медицинским работником (о чем ФИО10 пояснил и в суде) и для убедительности взяла папку для документов (что ФИО80 также подтвердила в суде); во-вторых, показания ФИО90 соответствуют показаниям потерпевшей ФИО2 о том, что ФИО80 представилась медицинским работником, попросила открыть дверь для подписания документов, обращаясь к ней по имени и отчеству. В связи с чем суд приходит к выводу, что ФИО80 знала о том, что в квартире находится женщина в преклонном возрасте, у которой ФИО10 и ФИО90 намерены потребовать деньги. Кроме того, то, что участие ФИО80 было необходимо для введения потерпевшей в заблуждение, чтобы она открыла дверь, а ФИО10 и ФИО90 использовали для конспирации маски и перчатки, что ФИО80 видела, так как находилась рядом с ФИО90 и ФИО10, которые проникли в квартиру в масках и перчатках непосредственно после ее действий, свидетельствует о том, что ФИО80 понимала, во-первых, что проникновение ФИО10 и ФИО90 в квартиру будет осуществлено против воли потерпевшей; во-вторых, их требование денег у потерпевшей является противоправным, что она подтверждала и в своих показаниях на допросе в качестве обвиняемого 28 ноября 2019 г., которые согласуются с действиями ФИО80, оставившей автомобиль на расстоянии от дома потерпевшей, к которому она не подъехала и после того как, согласно показаниям ФИО80, она на непродолжительное время уезжала и затем вернулась в прежнее место. Это позволяет сделать вывод о том, что ФИО80 стремилась исключить возможность быть замеченной возле места преступления в автомобиле, на котором должна увезти ФИО10 и ФИО90 Следовательно, с учетом предшествующего участия ФИО80 совместно с ФИО10 и ФИО90 с совершении хищения в комиссионном магазине, где она выполняла такую же роль, а также применения ФИО10 и ФИО90 мер конспирации, направленных на сокрытие их личностей, ФИО80 понимала, что действия ФИО10 и ФИО90 направлены на хищение имущества потерпевшей, а ФИО10 и ФИО90 осознавали, что ФИО80 понимает противоправный характер их действий и рассчитывали на ее содействие. Поскольку ФИО80 понимала, что ФИО90 и ФИО10 намерены совместно совершить хищение имущества с проникновением в квартиру против воли, находившейся там потерпевшей, обещание ФИО80 оказать им содействия в этом выразилось в ее согласии с предложенными ей действиями и фактическим выполнением отведенной ей роли. Поэтому доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО80 умысла и состава преступления, являются несостоятельными. Доводы подсудимых о недозволенных методах ведения следствия также проверены судом, обстоятельств, влекущих признание их досудебных показаний недопустимыми, не установлено. Как пояснили подсудимые, физическое насилие или пытки к ним не применялись, а воздействие заключалось в угрозах и уговорах, о чем их показания приведены в приговоре ранее. В обоснование этих доводов сторона защиты ссылается на исследованные в судебном заседании сведения о том, что: -во время содержания в ИВС УМВД России по г. Абакану: ФИО90 вызывался 9, 11, 13, 14, 15, 17, 30 мая 2019 г. оперуполномоченными ФИО9, ФИО63, ФИО87, ФИО12; ФИО80 вызывалась 28, 29 мая 2019 г. оперуполномоченным ФИО9; -во время содержания в ФКУ СИЗО-1: ФИО92 вызывался 6 июня 2019 г. оперуполномоченным ФИО57 ФИО90 вызывался 20 августа, 6, 12, 13, 19 ноября, 2, 17, 19 декабря 2019 г., 14 января 2020 г. оперуполномоченными ФИО88, ФИО31, ФИО41 Кроме того, ФИО10 утверждает, что адвокат Марушан А.В. присутствовал непродолжительное время на допросе 3 июня 2019 г., в ходе которого оперуполномоченный ФИО9 учил его, какие нужно давать показания; подсудимая ФИО80 заявила, что на ее допросе 30 мая 2019 г. адвокат Лепехин В.Н. присутствовал не все время, в обоснование чего ссылаются на информацию УМВД России по г. Абакану от 20 октября 2020 г., согласно которой по данным журнала регистрации выводов подозреваемых и обвиняемых из камер ИВС (далее – журнал выводов): -30 мая 2019 г. ФИО80 выводилась в следственный кабинет с 11:05 до 12:35 и с 13:20 до 16:25 к следователю ФИО46, оперуполномоченным ФИО9, ФИО12; -3 июня 2019 г. ФИО10 выводился в следственный кабинет с 13:40 до 19:00 к следователю ФИО46 и оперуполномоченному ФИО9 Согласно копиям требований на вывод № 316 и № 317 от 3 июня 2019 г. участниками следственных действий с ФИО10 указаны - с 11:05 до 12:25 следователь ФИО46, оперуполномоченный ФИО9 и адвокат Марушан А.В., с 13:40 до 19:00 – следователь ФИО46 и оперуполномоченный ФИО9 Также стороной защиты был представлен оптический диск с аудиозаписью, которая, по утверждению ФИО92, велась им в ходе ознакомления с материалами уголовного дела в декабре 2019 г., когда в отношении него была применена мера пресечения в виде домашнего ареста. Как следует из аудиозаписи, на которой согласно пояснениям ФИО92 записан его разговор, в том числе с оперуполномоченным ФИО57, последний обвиняет ФИО92 в том, что он вырвал из дела конверт, сообщает, что данные действия могут повлечь изменение меры пресечения, для чего будут созданы соответствующие условия, сообщает необходимость «подписать» три тома и закончить ознакомление в понедельник. Вместе с тем, встречи оперативных сотрудников с обвиняемыми и представленная аудиозапись не являются основанием для выводов о недопустимости тех или иных доказательств. Будучи допрошенным в суде, свидетель ФИО57 пояснил, что после задержания ФИО92 по подозрению в совершении нападения на комиссионный магазин по <адрес>, он беседовал с ним, какого-либо воздействия на ФИО92, в том числе и в последующем, не оказывал. ФИО92 добровольно сообщал сведения об обстоятельствах преступлений. Также следователь ФИО13 рассказала ему о том, что когда ФИО92 знакомился с материалами уголовного дела, пропал конверт с данными о личности свидетеля, сведения о котором были сохранены в тайне. В связи с чем он беседовал с ФИО92, которому предлагал отдать конверт, разъяснял, что такое поведение может повлечь изменение меры пресечения. Согласно рапорту руководителя следственного органа, 20 декабря 2019 г. после ознакомления ФИО92 с материалами уголовного дела, установлено отсутствие в деле конверта с данными свидетеля, подлинные данные которого сохранены в тайне. (т. 41, л.д. 192) На аудиозаписи разговора ФИО92 с оперуполномоченным ФИО57, который (разговор), как установлено, был обусловлен отсутствием в уголовном деле, предъявленном для ознакомления ФИО92, определенных документов, не содержится требований к нему давать какие-либо показания или высказываний, свидетельствующих о том, что ФИО92 ранее принуждали оговорить себя и других обвиняемых. Наоборот, ФИО92 сам говорит, что он добровольно сотрудничал и признает вину. Указание ФИО92 о необходимости окончить ознакомление с делом в определенный срок, не свидетельствует о нарушениях, исключающих возможность рассмотрения дела судом, так как на тот момент уголовное дело в отношении ФИО92 было выделено в связи с досудебным соглашением о сотрудничестве, а в последующем соединено с основным делом, с которым ФИО92 затем ознакомлен в полном объеме. Свидетель ФИО12 показал, что он осуществлял оперативное сопровождение по уголовному делу, возбужденному по факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО92. Так как имелись сведения о том, что ФИО95 и ФИО95 осведомлены о данном преступлении, он беседовал с ними. На этих беседах также присутствовал оперативный сотрудники ФИО9, который занимался раскрытием других преступлений. В ходе бесед какие-либо угрозы ФИО95 и ФИО95 не высказывались, давление на них не оказывалось. ФИО95 дала признательные показания, поэтому написала ФИО95 записку, чтобы получить его поддержку. Как пояснил свидетель ФИО9, после задержания подсудимых он беседовал с ФИО95, ФИО94 и ФИО95, какое-либо воздействие на них не оказывал, давать какие-либо показания не учил. ФИО95 и ФИО94 об обстоятельствах преступлений ему не рассказывали, поясняли, что дадут показания после заключения досудебного соглашения о сотрудничестве. ФИО95 рассказала о преступлениях, в том числе о других, совершенных ФИО95, ФИО94 и ФИО92. По ее просьбе он передал записку ФИО95. Так как он осуществлял оперативное сопровождение, то присутствовал при проведении первоначальных следственных действий с участием обвиняемых, чтобы знать информацию по делу. Допрошенная в качестве свидетеля следователь ФИО46 (проводившая следственные действия с участием обвиняемых А-вых и ФИО90 с 30 мая по 5 июня 2019 г.), пояснила, что в ходе данных следственных действиях присутствовали защитники, на некоторых допросах и оперуполномоченный ФИО9, который занимался раскрытием других преступлений. Так как ФИО9 в допросе участия фактически не принимал, только слушал, против чего другие участники не возражали, в протоколе он не указан. Какое-либо воздействие на обвиняемых в ее присутствии не оказывалось, жалоб на действия оперативных сотрудников они не заявляли, показания давали самостоятельно. Она или иные сотрудники полиции в ее присутствии не предлагали ФИО95 за те или иные показания избрать определенную меру пресечения, угроз изъятия детей и помещения их в социальное учреждение не высказывали. Она ходатайствовала о заключении ФИО95 под стражу. Вывод ФИО95 3 июня 2019 года в следственный кабинет осуществлялся на основании выписанных ею требований. Допрос проводился с участием адвоката Марушана и прерывался на обед, после которого адвокат Марушан опоздал, поэтому не указан в требовании, так как прошел в ИВС самостоятельно. Свидетель ФИО83 (дознаватель, проводившая допрос ФИО10 1 июля 2019 г. и допрос ФИО92 2 июля 2019 г. в связи с расследованием уголовного дела по факту нападения на ФИО1), пояснила, что допросы подозреваемых ФИО95 и ФИО92 проходили с участием защитников, с которыми они имели возможность согласовать позицию и самостоятельно давали показания, иные лица на допросах не присутствовали. Она какое-либо воздействие на ФИО95 и ФИО92 не оказывала, жалоб на оперативных сотрудников они не заявляли. Свидетель ФИО13 пояснила, что при проведении ею следственных действий с обвиняемыми всегда участвовали адвокаты, оперативные сотрудники не присутствовали. Во время или до следственных действий она какое-либо воздействие на обвиняемых не оказывала, показания они давали самостоятельно, на проверке показаний на месте показывали, кто какую роль выполнял, кто что делал. Она указаний обвиняемым по поводу того, какие они должны продемонстрировать действия иди давать показания, не давала. На оперативных сотрудников обвиняемые жалоб не высказывали. Свидетель ФИО51 (дежурный ИВС УМВД России по г. Абакану) пояснил, что согласно приказу МВД России № 140-дсп основанием для вывода подозреваемого, обвиняемого из камеры в следственный кабинет является письменное требование следователя. В требовании указывается время и участники следственного действия. Если адвокат пришел позже следователя, то он может быть не указан в требовании, это не будет нарушением, адвокат допускается на основании удостоверения и ордера. Обязательно указывать в требовании об участии адвоката приказ не предписывает. В журнале выводов участники следственного действия не фиксируются, записываются основания вывода обвиняемого. Согласно представленной государственным обвинителем копии журнала выводов, в данном журнале отражаются данные подозреваемого (обвиняемого), номер требования, время и цель вывода (например, вывод в следственный кабинет, в суд или иное). При этом сведения об участниках следственного действия в журнале выводов не отражаются, а согласно показаниям свидетелей ФИО46 и ФИО51 фиксируются в требованиях на вывод, на основании которых и была представлена информация УМВД России по г. Абакану от 20 октября 2020 г. об участниках следственных действий с ФИО80 30 мая 2019 г. и с ФИО10 3 июня 2019 г. Поскольку из показаний свидетелей ФИО46 и ФИО51 следует, что не во всех случаях присутствие адвоката отражается в требовании на вывод обвиняемого, суд приходит к выводу, что информация от 20 октября 2020 г. об участниках следственных действий при допросе ФИО80 30 мая 2019 г. не является достоверной. В силу ст. 166 УПК РФ участники следственного действия указываются в протоколе. Согласно протоколу допроса обвиняемой ФИО80 от 30 мая 2019 г. ее допрос проводился с участием адвоката Лепехина В.Н., которым наряду с ФИО80 подписан протокол. В судебном заседании адвокат Лепехин В.Н., хотя и пояснил, что не помнит, присутствовал ли на допросе 30 мая 2019 г., однако подтвердил наличие его подписей в данном протоколе и исключил подписание протоколов следственных действий, в которых он не принимал участие. При этом, как следует из материалов дела, первоначально защитником ФИО80 на основании ордера от 27 мая 2019 г. являлся адвокат Ярош А.Ю., от услуг которого ФИО80 отказалась, указав в поданном следователю заявлении от 28 мая 2019 г. о том, что ее интересы будет представлять на основании соглашения адвокат Лепехин В.Н., который представил ордер и участвовал в следственных действиях, проведенных с ФИО80 28 мая 2019 г. (т. 9, л.д. 40, 43, 48-50, 68-72) По информации УМВД России по г. Абакану от 20 октября 2019 г. адвокат Лепехин В.Н. имел конфиденциальные встречи с ФИО80 28 и 29 мая 2019 г., а также 30 мая 2019 г. перед ее допросом в этот день. Как следует из материалов дела, непосредственно после допроса ФИО80 30 мая 2019 г. между ней и ФИО90 была проведена очная ставка, в соответствии с протоколом которой в ходе данного следственного действия также принимали участие адвокат Лепехин В.Н. и защитник ФИО90 – адвокат Котельников А.В., которыми протокол подписан и участие на очной ставке не оспаривается. (т. 9, л.д. 73-76) Таким образом, отраженные в протоколе допроса ФИО80 от 30 мая 2019 г. сведения об участии в следственном действии адвоката Лепехина В.Н., что подтвердила и следователь ФИО46, а адвокат Лепехин В.Н. не отрицал, сомнений в достоверности не вызывают, поскольку согласуются с заявлением ФИО80 о проведении следственных действий с участием адвоката Лепехина В.Н., с информацией о неоднократных встречах ФИО80 с адвокатом Лепехиным В.Н. в ИВС, в том числе перед допросом 30 мая 2019 г., а также со сведениями об участии адвоката Лепехина В.Н. на очной ставке между ФИО80 и ФИО90 непосредственно после указанного допроса. Доводы ФИО80 о том, что ее признательные показания от 30 мая 2019 г., якобы, являлись условием избрания ей меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, не соответствуют материалам уголовного дела, согласно которым следователь ФИО46 обратилась в суд с ходатайством от 28 мая 2019 г. об избрании в отношении ФИО80 меры пресечения в виде заключения под стражу, которое поддержала в судебном заседании 30 мая 2019 г. Однако судом данное ходатайство было оставлено без удовлетворения, а в отношении ФИО10 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. (т. 9, л.д. 82-83) Кроме того, согласно материалам уголовного дела, ФИО80 29 мая 2019 г. обратилась с ходатайством, подписанным и адвокатом Лепехиным В.Н., о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, в котором указала о согласии давать правдивые показания по предъявленному обвинению в совершении нападения на ФИО2, а также «о хищении в ломбарде по <адрес> и стрельбе на спорткомплексе Абакан», обязавшись выполнить данные условия при заключении 30 мая 2019 г. досудебного соглашения о сотрудничестве (т. 9, л.д. 85-86, 92-93). При этом ранее в ходе допросов в качестве подозреваемого 27 мая 2019 г. и в качестве обвиняемого 28 мая 2019 г., то есть после того, когда по утверждениям ФИО80, на нее, якобы, было оказано воздействие, она отказывалась давать показания, пояснив на допросе 27 мая 2019 г. о том, что плохо себя чувствует, а на допросе 28 мая 2019 г., что желает дать показания после заключения досудебного соглашения о сотрудничестве. (т. 9, л.д. 38-49, 48-50) Изложенное свидетельствует о том, что ФИО80 самостоятельно реализовывала свое право давать показания или отказаться. Инициатива давать показания исходила именно от ФИО80, позиция которой изменилась после проведения 28 мая 2019 г. очной ставки между ней и ФИО11, пояснившей о причастности подсудимых к совершению нападения на ФИО2 (т. 9, л.д. 68-71) Утверждения ФИО80 о том, что она давала показания, которым ее научил оперуполномоченный ФИО9, не могут быть признаны достоверными, поскольку, как видно из протокола допроса от 30 мая 2019 г., ФИО80, изобличая других обвиняемых, отводила себе роль неосведомленного об их намерениях участника, что не соответствует версии органов предварительного расследования и также свидетельствует о самостоятельном выборе ФИО80 позиции по своей защите, согласованной со своим защитником, что она подтвердила в суде. Доводы ФИО90 о том, что его показания были обусловлены угрозами оперуполномоченного ФИО9 применением к нему насилия в следственном изоляторе сокамерниками, являются несостоятельными. Так, ФИО90 был задержан 8 мая 2019 г. и затем арестован, с 17 мая 2019 г. содержался под стражей в следственном изоляторе. При этом он утверждает, что угрозы, которые обусловили его признательные показания, якобы, высказывались сразу после его задержания. Однако в ходе допроса в качестве подозреваемого 8 мая 2019 г. ФИО90 пояснил о своей непричастности к преступлению (т. 66, л.д. 21-23); при предъявлении обвинения 9 мая 2019 г. вину не признал и от дачи показаний отказался (т. 66, л.д. 32-33); впервые дал признательные показания 31 мая 2019 г. (по факту нападения на ФИО2) после проведения 30 мая 2019 г. очной ставки с ФИО80, которая пояснила на очной ставке об участии ФИО90 в нападениях на ФИО2, комиссионный магазин по <адрес> и на ФИО1 (т. 9, л.д. 73-76) Изложенное, с учетом показаний ФИО90 о том, что сотрудники полиции, следственного изолятора или сокамерники какое-либо насилие в отношении него не применяли, свидетельствует, что изменение позиции ФИО90 было вызвано показаниями ФИО80, которая на очной ставке изобличила, как его, так и других соучастников преступлений. Утверждения ФИО90 о том, что досудебное соглашение о сотрудничестве было ему навязано следователем, а также утверждения ФИО92 о том, что заключение досудебного соглашения и его признательные показания были обусловлены изменением ему меры пресечения в виде содержания под стражей на домашний арест, противоречат материалам дела, согласно которым после того как следователем были разъяснены обвиняемым права, предусмотренные главой 40.1 УПК РФ, ФИО92 в присутствии защитника Шилиной Е.Л., а ФИО90 в присутствии защитника Котельникова А.В. заявили о желании заключить досудебное соглашение о сотрудничестве и обратились с соответствующим ходатайствами, указывая, ФИО90 в ходе допроса и в ходатайстве от 3 июля 2019 г. о том, что обязуется дать правдивые показания о совершении преступлений с участием ФИО80, ФИО10, ФИО92 (т. 66, л.д. 49-52, 57); ФИО92 в ходатайстве от 21 июня 2019 г., что желает дать показания о совершении разбойных нападений на ломбард и граждан, изобличить ФИО10, ФИО80 и ФИО90 в преступной деятельности (т. 37, л.д. 24). Так как в силу требований закона следователь лишь выполняет обязанность разъяснения обвиняемому его прав, а инициатива заключения досудебного соглашения о сотрудничестве может исходить только от обвиняемого, который при обязательном участии защитника (что соблюдено) вправе подать об этом ходатайство, в котором самостоятельно указывает, какие действия он обязуется совершить в целях содействия следствию (ст. 317.1 УПК РФ), суд приходит к выводу, что каких-либо нарушений требований закона и прав обвиняемых при заключении досудебных соглашений, влияющих на допустимость показаний обвиняемых, не допущено. Протокол допроса обвиняемого ФИО10 от 3 июня 2019 г., в ходе которого, по утверждению ФИО10, адвокат Марушан А.В. присутствовал не все время, постановлением суда от 22 декабря 2020 г. признан недопустимым в связи с наличием обстоятельств, исключающих участие адвоката Марушана А.В. в деле. Вместе с тем, следственные действия с ФИО10, протоколы которых используются судом в качестве доказательств виновности подсудимых, проводились с участием защитника Гракова К.К., назначенного следователем в связи с отводом адвоката Марушана А.В., с чем ФИО10 выразил согласие в заявлении от 18 июля 2019 г. (т. 37, л.д. 125) Доводы ФИО10 о том, что в ходе допроса 3 июня 2019 г. оперуполномоченный ФИО9 учил его показаниям, которые он затем давал без какого-либо воздействия, во-первых, опровергнуты следователем ФИО46, во-вторых, противоречат материалам уголовного дела, согласно которым ФИО10 в ходе следственных действий пояснял об обстоятельствах подготовки и совершения преступлений, действиях участников, в том числе не известных органу предварительного расследования, которые затем нашли подтверждение в процессе их проверки и собирания доказательств. Утверждения ФИО10 о том, что вследствие оказанного на него незаконного воздействия он был вынужден причинить себе телесные повреждения, являются несостоятельными. Так, ФИО10 пояснил, что после 3 июня 2019 г. какое-либо воздействие на него не оказывалось. Согласно истребованных по его ходатайству копии заключения от 20 июня 2019 г. и материалов служебной проверки ФКУ <адрес>, 20 июня 2019 г. ФИО10 разбил оконное стекло и попытался нанести себе повреждения, причинив порезы на пальцах правой кисти. Из прилагаемых к заключению письменных объяснений ФИО10 следует, что указанные действия он совершил в результате несогласия с режимными требованиями и применяемыми в отношении него методами дисциплинарного характера. По данным УМВД России по г. Абакану 28 июня 2019 г., находясь в камерном блоке Абаканского городского суда, ФИО10 сломал пластмассовую шариковую ручку и причинил себе поверхностные раны шеи и предплечий. В объяснении ФИО10 указал, что эти действия совершил в знак протеста в связи с содержанием в ФКУ <адрес>, где администрация предвзято к нему относится. При доставлении ФИО10 28 июня 2019 г. в ФКУ <адрес>, по поводу телесных повреждений на руках и шее он также указал в объяснении, что причинил их в связи с несогласием с решением суда о его содержании в ФКУ <адрес>. Указанный повод причинения ФИО10 телесных повреждений, соответствует материалам уголовного дела, согласно которым в тот период ФИО10 содержался в ФКУ <адрес>. В судебном заседании ФИО10, ФИО90, ФИО92 подтвердили участие защитников при проведении с ними следственных действий, протоколы которых используются судом в качестве доказательств. ФИО80, как подтверждала участие адвоката Лепехина В.Н., так и давала в этой части неконкретные пояснения, которые в основном сводятся к тому, что она не помнит, участвовал ли ее адвокат Лепехин В.Н. в следственных действиях и все ли время он присутствовал, что не соответствует, как содержанию протоколов, подписанных ФИО80 и адвокатом Лепехиным В.Н., так и пояснениям адвоката Лепехина В.Н., который, как указано выше, исключил подписание им протоколов следственных действий, в которых он не участвовал, либо совершение иных действий, противоречащих интересам ФИО80, что подтверждается материалам дела, согласно которым позиция адвоката Лепехина В.Н. соответствовала позиции ФИО80, в интересах которой защитник заявлял ходатайства о проведении следственных и процессуальных действий, прекращении уголовного дела. Пояснения ФИО80 в суде относительно частичного участия адвоката Лепехина В.Н. на некоторых следственных действиях, расцениваются как избранный подсудимой способ защиты, поскольку в связи с такими заявлениями ФИО80 вопрос доверия защитнику выяснялся. ФИО80 неоднократно поясняла, что ее позиция на предварительном следствии и в судебном заседании с адвокатом Лепехиным В.Н. согласована, другого защитника она приглашать не желает, возражала против замены защитника. Участие при проведении следственных действий с обвиняемыми профессиональных защитников – адвокатов, которыми наряду с обвиняемыми протоколы следственных действий подписаны без каких-либо замечаний и заявлений и подтверждена правильность показаний обвиняемых, исключает возможность оказания незаконного воздействия на обвиняемых и недостоверного изложения следователем их показаний. Кроме того, о недостоверности подобных доводов подсудимых ФИО80, ФИО90 и ФИО92 свидетельствуют их следующие досудебные показания. Так, ФИО80 в ходе допросов 26 августа 2019 г. и 18 ноября 2019 г. отказывалась выразить свое отношение к предъявленному обвинению, поясняя, что показания даст в последующем, так как ей необходимо время для изучения постановления о привлечении в качестве обвиняемого, получении консультации защитника, подготовки к допросу (т. 23, л.д. 67-69, 105-107). В ходе допросов 21 ноября 2019 г. и 15 января 2019 г. ФИО10 от дачи показаний отказалась, заявив о признании вины и подтверждении предыдущих показаний (т. 23, л.д. 110). ФИО92 в ходе допроса 15 августа 2019 г. от дачи показаний отказался (т. 37, л.д. 108-110). При предъявлении обвинения 14 ноября 2019 г. вину признал частично, оспаривая обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 209 УК РФ, а также ч. 1 ст. 222 УК РФ (от поддержания которого государственный обвинитель отказался в суде, о чем вынесено постановление от 2 февраля 2021 г.) (т. 37, л.д. 188-196). В ходе допроса 28 ноября 2019 г. ФИО92 отказался давать показания и выразить свое отношение к предъявленному обвинению, пояснив о том, что ему необходимо дополнительное время для изучения постановления о привлечении в качестве обвиняемого и подготовки к допросу (т. 37, л.д. 231-233). При предъявлении обвинения 10 декабря 2019 г. от дачи показаний отказался (т. 41, л.д. 181-182). В ходе допроса 16 февраля 2020 г. (то есть до того как 12 марта 2020 г. ему была изменена мера пресечения на заключение под стражу в связи с допущенными нарушениями) ФИО92 заявил об отказе от предыдущих показаний, указывая, что они были даны в результате оказанного на него давления со стороны следствия и заключения досудебного соглашения о сотрудничестве. Оспаривая обвинение, он пояснил, что в преступлении в отношении ФИО1 не участвовал, а лишь присутствовал при совершении преступления ФИО94, о наличии у которого револьвера не знал, вооружен обрезом не был, у него была металлическая труба, так как ФИО94 просил напугать ФИО1. По обвинению в нападении 28 декабря 2019 г. на комиссионный магазин пояснил, что вину признает в совершении совместно с ФИО95 и ФИО94 грабежа, так как о наличии у ФИО94 обреза он и ФИО95 не знали. ФИО95, которая данное преступление не совершала, он ранее оговорил. (т. 44, л.д. 95-96) ФИО90 при предъявлении обвинения 29 ноября 2019 г. отказался давать показания и выразить свое отношение к предъявленному обвинению, пояснив, что необходимо дополнительное время для подготовки к допросу и консультации защитника (т. 68, л.д. 252-254). В ходе допроса 3 февраля 2020 г., признав полностью вину в предъявленном обвинении и ранее данные показания об обстоятельствах совершения преступлений, от дачи показаний отказался (т. 71, л.д. 56-58). В ходе допроса 9 апреля 2020 г. ФИО90 отрицал ранее данные им показания об осведомленности ФИО95 о том, что он, ФИО95 и ФИО92 намерены совершить 28 декабря 2018 года нападение на комиссионный магазин. Вместе с тем, он подтвердил, что ФИО95 привезла их на машине к месту нападения, а также ранее данные показания об обстоятельствах нападения на ФИО1. При этом ФИО90 оспаривал квалификацию его действий по обвинению в нападении на ФИО2, заявляя о совершении грабежа, так как нож в качестве угрозы не демонстрировал, а использовал, чтобы разрезать хомуты на руках потерпевшей. (т. 73, л.д. 203-204) ФИО10 в ходе допроса 22 августа 2019 г., признавая вину, отрицал участие ФИО80 в совершении преступлений, пояснив, что она на автомобиле привезла его, ФИО94 и ФИО92 к месту нападения на комиссионный магазин, а также его и ФИО94 к дому потерпевшей ФИО2, не зная об их намерениях совершить преступления (т. 22, л.д. 192-195). При предъявлении обвинения 15 и 27 ноября 2019 г. ФИО10 вину признал частично. Подтверждая совершение совместно с ФИО94 и ФИО92 разбойных нападений на ФИО1, комиссионный магазин и ФИО2, оспаривал совершение преступлений в составе организованной группы, участие ФИО95 при нападении на комиссионный магазин, а также не признал вину по ч. 1 ст. 209 УК РФ в создании банды и руководстве ею. (т. 23, л.д. 16-18, 211-213) Таким образом, исследованные в судебном заседании показания подсудимых, которые они давали на протяжении предварительного расследования, свидетельствуют о том, что ФИО80, ФИО90, ФИО92 и ФИО10 давали показания самостоятельно, по их ходатайствам им предоставлялось время для подготовки к допросу и получения консультации защитника, они не были ограничены в возможности реализовывать свои права давать показания или отказаться, излагать свою позицию, в том числе оспаривать обвинение. Доводы подсудимых о том, что они поясняли на допросах сведения, которым их научили следователь и оперативные работники, опровергаются содержанием показаний обвиняемых, которые, во-первых, не являются идентичными между собой, а в некоторой части противоречат друг другу в связи с позицией обвиняемых относительно как собственного участия в преступлениях, так и действий соучастников, во-вторых, обвиняемые, в определенной части оспаривали обвинение. При этом версии, в соответствии с которыми они приуменьшают или отрицают свое участие в преступлениях, отличаются между собой и не являются последовательными на протяжении досудебного и судебного производства по делу. Утверждения подсудимых о том, что ФИО90 и ФИО92 оговаривали ФИО80, так как об этом она просила их перед проведением очных ставок, являются несостоятельными, поскольку ФИО80 в ходе очных ставок оспаривала показания ФИО90 и ФИО92 об ее участии в преступлении. Факт того, что оперативный сотрудник ФИО9 передал ФИО10 записку от ФИО80, в которой она сообщила о намерении сотрудничать со следствием, не влияет на допустимость показаний ФИО80 и ФИО10, поскольку данное обстоятельство не являлось принуждением к даче показаний, которые они в ходе допросов давали самостоятельно. Разъяснение ФИО80 после задержания того, что ее малолетние дети могут быть помещены в социальные учреждения, не является незаконным воздействием, поскольку в силу требований ст. 160 УПК РФ, если у задержанного или заключенного под стражу остались без присмотра и помощи несовершеннолетние дети, на следователя возложена обязанность принять меры к передаче детей на попечение родственников или других лиц либо помещению в детские или социальные учреждения. Присутствие оперуполномоченного ФИО9 при допросе ФИО80 30 мая 2019 г. и допросе ФИО10 3 июня 2019 г. нарушением не является, поскольку, во-первых, в силу ч. 7 ст. 164 УПК РФ следователь вправе привлечь к участию в следственном действии должностное лицо органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность; во-вторых, согласно показаниям свидетелей ФИО46 и ФИО9, последний участником не являлся, а чтобы знать обстоятельства по делу присутствовал на допросах, в протоколах которых каких-либо возражений обвиняемых и защитников против этого не имеется. Поскольку доводы ФИО10, ФИО80, ФИО90 и ФИО92 о получении их досудебных показаний в результате незаконного воздействия опровергнуты, и, учитывая, что их показания в ходе следственных действий, используемые судом в качестве доказательств виновности, были получены с соблюдением требований уголовного процессуального закона, в присутствии защитников, после разъяснения обвиняемым права отказаться от дачи показаний и предупреждения о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и при последующем отказе от этих показаний, а протоколы соответствующих следственных действий подписаны обвиняемыми и защитниками без каких-либо замечаний и заявлений, суд признает их допустимыми доказательствами. С учетом изложенного, показания подсудимых на досудебной стадии и в судебном заседании об обстоятельствах совершения преступлений, их роли и действиях других соучастников в той части, в которой они соответствуют друг другу, согласуются с другими доказательствами и признаны достоверными, используются судом при постановлении приговора. Не соответствующие установленным фактическим обстоятельствам досудебные показания подсудимых и их показания в ходе судебного разбирательства, отвергаются судом, поскольку они опровергнуты совокупностью доказательств, положенных в основу приговора, которые получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, являются допустимыми и относимыми. Решения следователя о проведении обысков по месту жительства А-вых, ФИО90 и ФИО92 в порядке ч. 5 ст. 165 УПК РФ по результатам судебной проверки признаны законным, поскольку их производство не терпело отлагательств, так как существовал обоснованный риск того, что имеющие значение для дела предметы, могли быть уничтожены. Результаты оперативно-розыскной деятельности получены при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных ст. 2, 7 и 8 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», а полученные сведения представлены в установленном порядке и закреплены процессуальным путем. То, что постановления суда о разрешении прослушивания телефонных переговоров не были представлены одновременно с результатами оперативно-розыскной деятельности, не свидетельствует о недопустимости данных доказательств, поскольку соответствующие судебные решения были представлены в ходе судебного разбирательства и исследованы. Оснований для выводов о том, что потерпевшие и свидетели сообща оговорили подсудимых, не имеется. К показаниям свидетелей в той части, в которой они высказываются в поддержку выдвинутых подсудимыми версий или оспаривают свои досудебные показания, заявляя о незаконных действиях следователя, суд относится критически, поскольку свидетели поддерживают версии и доводы подсудимых, признанные недостоверными, а заявления о нарушениях опровергаются содержанием исследованных протоколов допроса. Показания свидетелей ФИО30, ФИО47, ФИО23, ФИО52 и свидетеля под псевдонимом ФИО33 (т. 15, л.д. 112-115), а также другие представленные сторонами доказательства, не содержат сведений, на основании которых могут быть установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию, и не влияют на достоверность и допустимость иных доказательств, используемых при постановлении приговора, так как не касаются обстоятельств их получения. Доводы адвоката Лепехина В.Н., высказанные в прениях, о нарушении прав ФИО80 при ознакомлении с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ, аналогичны доводам стороны защиты, которые высказывались на предварительном слушании, были проверены и признаны необоснованными, поскольку опровергаются содержанием протоколов ознакомления обвиняемых и с защитников с материалами уголовного дела, о чем судом вынесено постановление от 22 апреля 2020 г. об отказе в удовлетворении ходатайств обвиняемых и защитников о возвращении уголовного дела прокурору. Кроме того, при поступлении уголовного дела в суд по заявлениям обвиняемых и их защитников материалы уголовного дела были предъявлены им для дополнительного ознакомления, в чем они не были ограничены и в последующем. Вопреки доводам стороны защиты, показания, данные на предварительном следствии ФИО10, ФИО80, ФИО90 и ФИО92, которые причин для самооговора и оговора друг друга не имели, являются не единственными доказательствами виновности подсудимых, установленной на основе совокупности исследованных доказательств, которых достаточно для выводов о фактических обстоятельствах совершенных преступлений. В связи с чем в этой части в отношении подсудимых должен быть постановлен обвинительный приговор. При квалификации действий ФИО10 по завладению 6 декабря 2015 г. имуществом потерпевшего ФИО4 суд учитывает, что ФИО10 имел корыстную цель и понимал, что противоправный характер его действий очевиден для присутствующих лиц. Поэтому хищение являлось открытым, а с учетом стоимости имущества, превышающей 250000 рублей, согласно примечанию 4 к ст. 158 УК РФ - совершено в крупном размере. Так как ломбард являлся огороженным витринами обособленным помещением, предназначенным для хранения материальных ценностей, куда, кроме сотрудников ломбарда, посетители не могли свободно пройти, а расположенные на витринах ювелирные изделия находились внутри помещения ломбарда за стеклянной витриной и посетители не имели к ним свободный доступ, действия ФИО10, который без согласия сотрудника ломбарда через разбитое стекло витрины неправомерно вторгся рукой в помещение ломбарда, откуда извлек похищенное имущество, являются незаконным проникновением в помещение. Обсуждая вопрос о квалификации действий подсудимых по факту нападения 24 декабря 2018 г. на ФИО1, суд исходит из установленных фактических обстоятельств, согласно которым ФИО10 непосредственно в нападении на ФИО1 не участвовал. Он являлся инициатором преступления, определил объект и разработал план нападения, к совершению которого привлек ФИО90 и ФИО92, предоставил им оружие, доставил к месту преступления на автомобиле и руководил их действиями. Согласно ч. 3 ст. 33 УК РФ лицо, организовавшее совершение преступления и руководившее его исполнением, признается организатором. То, что план преступления предусматривал возможное участие ФИО10 в проникновении в квартиру потерпевшего и завладении имуществом, также не свидетельствует о том, что ФИО10 являлся соисполнителем, поскольку в данном случае необходимо исходить из фактически выполненных соучастниками действий. Непосредственно нападение на ФИО1 с целью хищения его имущества совершили ФИО90 и ФИО92, которые в соответствии с заранее разработанным планом и договоренностью совместно и согласованно выполняли отведенные им роли, действуя группой лиц по предварительному сговору. Поскольку согласно состоявшейся между всеми соучастниками до начала нападения договоренностью ФИО90 угрожал потерпевшему ФИО1 револьвером, а ФИО92 в это же время, удерживая в руках обрез, также прибежал на место нападения на потерпевшего, для которого участие ФИО92 в нападении и наличие у него оружия было очевидным, их действия являлись угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, который данную угрозу воспринимал реально. Кроме того, выстрелив в ФИО1 из револьвера, являющегося огнестрельным оружием, и причинив потерпевшему ранение, повлекшее средней тяжести вред здоровью, ФИО90 применил оружие и насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшего. Так как ФИО90 знал о том, что револьвер заряжен, и произвел прицельный выстрел в направлении потерпевшего, его действия являлись умышленными. В свою очередь ФИО10, предоставив ФИО90 заряженный револьвер, с учетом характера планируемого преступления, предвидел возможность применения ФИО90 револьвера, как в качестве угрозы, так и для причинения потерпевшему телесных повреждений и допускал это. ФИО92 также знал, что ФИО90 вооружен заряженным револьвером, а после того, как в ходе нападения ФИО90 произвел выстрел в направлении ФИО1, продолжил согласованные с ФИО90 действия, преследуя потерпевшего. Таким образом, умыслом ФИО10 и ФИО92 охватывалось применение ФИО90 оружия и насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего. В сложившейся обстановке указанные действия ФИО90 и ФИО92 были направлены на воспрепятствование потерпевшему возможности скрыться и достижение предусмотренной планом нападения цели – хищение его имущества. Учитывая, что разбой юридически считается оконченным с момента нападения, факт того, что подсудимые не завладели имуществом потерпевшего ФИО1, значение не имеет. Так как они рассчитывали завладеть, по крайней мере, золотыми украшениями потерпевшего, стоимость которых превышает 250000 рублей, разбой был совершен с целью хищения имущества в крупном размере. При совершении 28 декабря 2018 г. нападения на комиссионный магазин ФИО10, ФИО90 и ФИО92 действовали в соответствии с заранее разработанным планом и распределением ролей. При этом ФИО10 наряду с ФИО90 и ФИО92 являлся соисполнителем, поскольку он согласно предварительной договоренности подстраховывал их от возможного обнаружения преступления, чтобы не быть задержанными, тем самым оказывая непосредственное содействие в совершении преступления. Действия ФИО90, который в ходе нападения направил в сторону потерпевшего ФИО5 обрез, являющийся огнестрельным оружием, и произвел выстрел в стекло витрины, за которой находился потерпевший, являлись применением оружия и угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, которую потерпевший воспринял реально. Поскольку ФИО90 в ходе нападения использовал оружие в соответствии планом, разработанным ФИО10, который предоставил имеющийся у него обрез, заряженный патроном, а ФИО92 также знал о вооруженности ФИО90 обрезом и продолжил согласованные с ФИО90 действия, направленные на хищение имущества после того как ФИО90 произвел из обреза выстрел, умыслом ФИО10 и ФИО92 охватывалось применение ФИО90 оружия в ходе нападения. Так как изолированное служебное помещение в комиссионном магазине, в котором находился потерпевший ФИО5, предназначено для хранения материальных ценностей, отгорожено от посетителей перегородкой с витриной и дверьми, поэтому посетители не могли войти в данное помещение, а ювелирные изделия находились внутри служебного помещения за стеклянной витриной и к ним посетители не имели свободный доступ, действия ФИО90, который без согласия работника комиссионного магазина через разбитое стекло витрины неправомерно вторгся рукой в служебное помещение, откуда извлек похищенное имущество, являются незаконным проникновением в помещение, что было предусмотрено планом нападения, поэтому охватывалось умыслом ФИО10 и ФИО92, который с целью незаконного проникновения в помещение согласованно с ФИО90 участвовал в повреждении стеклянной витрины. Подсудимая ФИО80 непосредственно не участвовала в нападении, однако содействовала преступлению, заранее согласившись скрыть других соучастников (ФИО10, ФИО90 и ФИО92) после его совершения, которых она ожидала в автомобиле и увезла после преступления, обеспечив им возможность скрыться. В связи с чем ее действия в силу ч. 5 ст. 33 УК РФ образуют соучастие в форме пособничества. В соответствии с ч. 1 ст. 5 УК РФ лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие последствия, в отношении которых установлена его вина. В тех случаях, когда исполнителем преступления совершается преступление, которое не охватывалось умыслом организатора, подстрекателя или пособника, они не подлежат уголовной ответственности за эксцесс исполнителя (ст. 36 УК РФ) и их действия следует квалифицировать за фактически совершенное преступление, исходя из направленности умысла. Бесспорных доказательств того, что ФИО80 была осведомлена о наличии у ФИО90, ФИО10 и ФИО92 оружия и намерении его использовать в ходе преступления, не представлено. Поэтому за их действия в этой части она ответственности не подлежит. Как установлено, ФИО80 было известно, что ФИО10, ФИО90 и ФИО92 намерены совершить хищение имущества в комиссионном магазине, в который ФИО90 и ФИО92 должны свободно зайти, разбить витрину и завладеть имуществом в присутствии работника магазина, а ФИО10 должен их подстраховывать. Следовательно, ФИО10 осознавала открытый характер хищения, с незаконным проникновением в помещение - так как к имуществу не было свободного доступа и требовалось повреждение ограждений, за которым оно находилось. Нападение 5 мая 2019 г. на потерпевшую ФИО2 и завладение ее имуществом ФИО10 и ФИО90 совершили с корыстной целью, не имя какого-либо предполагаемого права на имущество потерпевшей, по предварительной договоренности между собой, совместно участвуя в выполнении объективной стороны преступления. Их действия подлежат квалификации с учетом общей стоимости похищенного имущества, которая превышает 1000000 рублей, что в силу примечания 4 к ст. 158 УК РФ является особо крупным размером. Поскольку ФИО90 и ФИО10 вторглись в квартиру потерпевшей без ее согласия и против воли потерпевшей с целью хищения имущества, совершенное ими проникновение в жилище являлось незаконным. Действия ФИО90, высказывавшего потерпевшей ФИО2 угрозы убийством, в том числе, подкрепленные демонстраций ножа, то есть орудием, которым потерпевшей могли быть причинены вред здоровью или смерть, являлись угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, воспринятой потерпевшей реально, а нож, которым было оказано психическое воздействие, использовался в качестве оружия. То, что ФИО90 и ФИО10 заранее не договаривались использовать в ходе нападения нож, значения не имеет. После высказанных ФИО90 угроз и демонстрации потерпевшей ножа ФИО10 продолжил свое участие в совершении преступления, поэтому его умыслом охватывались указанные действия ФИО90 и применение им ножа. При юридической оценке действий ФИО80 суд учитывает, что она непосредственно в нападении на ФИО2 не участвовала. Осознавая, что ФИО10 и ФИО90 договорились против воли потерпевшей ФИО2, то есть незаконно, проникнуть в жилище потерпевшей и открыто похитить имущество, ФИО80 оказала им содействие в совершении преступления, устранив препятствие при проникновении в квартиру потерпевшей, после чего, заранее дав согласие скрыть ФИО10 и ФИО90 после совершения преступления, ожидала их в автомобиле и затем увезла с места преступления, обеспечив им возможность скрыться. В соответствии с ч. 5 ст. 33 УК РФ лицо содействовавшее совершению преступления устранением препятствий, а также заранее обещавшее скрыть преступника, является пособником (действия которого подлежат квалификации, исходя из направленности умысла). ФИО80 осознавала намерение ФИО90 и ФИО10 совершить открытое хищение имущества. Однако она не имела с ними договоренности и единого умысла на совершение действий, связанных с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшей, а также на использование ножа для психического воздействий на потерпевшую. Поэтому совершенные ФИО90 и ФИО10 действия в этой части являлись эксцессом исполнителя, за которые ФИО80 в силу ст. 36 УК РФ ответственности не подлежит. В отношении размера имущества, которое ФИО10 и ФИО90 намеревались похитить, умысел ФИО80 был неопределенный и охватывал хищение имущества в любом размере. Поэтому в этой части действия ФИО80 подлежат квалификации, исходя из особо крупного размера имущества, похищенного исполнителями, так как она предвидела возможность наступления данных последствий, которые не могла исключать. С учетом изложенного, суд квалифицирует: -действия ФИО10 по факту хищения 6 декабря 2015 г. имущества потерпевшего ФИО4 по пп. «в», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в помещение, в крупном размере: -по факту нападения 24 декабря 2018 г. на потерпевшего ФИО1: действия ФИО10 по ч. 3 ст. 33, ч. 3 ст. 162 УК РФ как организация разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, в крупном размере; действия ФИО90 и ФИО92 по ч. 3 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, в крупном размере; -по факту нападения 28 декабря 2018 г. на комиссионный магазин: действия ФИО10, ФИО90 и ФИО92 по ч. 3 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным проникновением в помещение; действия ФИО80 по ч. 5 ст. 33, пп. «а», «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ как пособничество в грабеже, то есть открытом хищении чужого имущества, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение; -по факту нападения 5 мая 2019 г. на потерпевшую ФИО2: действия ФИО10 и ФИО90 по п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, в особо крупном размере; -действия ФИО80 по ч. 5 ст. 33, п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ как пособничество в грабеже, то есть открытом хищении чужого имущества, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, в особо крупном размере. Кроме того, органом предварительного расследования ФИО10 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 209 УК РФ, – создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан и организации, а равно в руководстве такой группой (бандой); ФИО90, ФИО92 и ФИО80 обвиняются в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 209 УК РФ, - участие в устойчивой вооруженной группе (банде) или в совершаемых ею нападениях. Согласно предъявленному им обвинению в период с 6 по 24 декабря 2018 г. ФИО10, действуя с умыслом на создание организованной устойчивой вооруженной группы (банды) и руководство такой группой (бандой), в целях совершения систематических вооруженных разбойных нападений на граждан и организации, осуществляющие деятельность по реализации ювелирных изделий и иных материальных ценностей на территории г. Абакана, предложил ранее знакомым ФИО90 и ФИО92, склонным к противоправному поведению, войти в состав банды для совершения вышеуказанных нападений, с чем они согласились, объединившись для совершения нападений на граждан и организации с целью хищения материальных ценностей. После чего, в период с 24 по 28 декабря 2018 г. ФИО10 предложил войти в состав банды своей супруге ФИО80, которая имела навыки управления транспортными средствами, использование которых было необходимо для совершения преступления, с чем ФИО80 согласилась, вступив в банду. ФИО10 распределил между участниками банды роли в соответствии с общим преступным умыслом, организовал, разработал и согласовал формы, методы и план преступной деятельности в целях совместного совершения особо тяжких преступлений, механизм действия и структуру банды в виде действующих под его руководством участников, имеющих стабильный состав и согласованность своих действий, для которых разработал специфические правила поведения и требования, обязательные для исполнения. Состав банды был постоянен, устойчив и стабилен, ее участники действовали совместно в тесном взаимодействии другу с другом, были объединены и сплочены наличием общей цели, общим умыслом, направленным на совершение систематических нападений на граждан и организации с целью извлечения незаконного дохода. Преступные действия участников банды отличались постоянством форм и методов преступной деятельности, которая была рассчитана на длительное время и осуществлялась исключительно в соответствии с планом, разработанным ФИО10, одобренным остальными участниками банды, действия которых носили организованный характер, что выражалось в их объединении, планировании и выполнении детального плана преступлений. Созданная ФИО10 банда характеризовалась: 1) устойчивостью - наличием единого преступного умысла, направленного на систематические разбойные нападения на граждан и организации, общей целью функционирования, совершения нападений одним и тем же способом, с применением одного и того же оружия, направленной на получение финансовой выгоды путем совершения тяжких и особо тяжких преступлений против собственности, устоявшимся составом банды, проведением совместного досуга; 2) стабильностью состава - наличием участников более 2-х человек, длительностью преступной деятельности, наличием связей между ее участниками; 3) вооруженностью, выражающейся в наличии на вооружении банды огнестрельного оружия: -представленного ФИО10 револьвера «Сафари-3» и патронов к нему, -представленного ФИО10 обреза, изготовленного самодельным способом из деталей двуствольного длинноствольного охотничьего гладкоствольного ружья 16 калибра модели «ИЖ-58» и патронов к нему, - обреза, изготовленного ФИО10 в период с 6 по 24 декабря 2018 г. самодельным способом из деталей двуствольных длинноствольных охотничьих ружей 16 калибра модели «Б», представленных ФИО92, которые ФИО10 хранил и перевозил в автомобиле «Мазда 3»; 4) оснащенностью, выражающейся в наличии автомобиля «Мазда 3», государственный регистрационный знак «№», принадлежащем ФИО80, используемого при совершении преступлений, средств маскировки внешности, средств связи - сотовых телефонов; 5) организованностью, то есть осуществлением единого руководства и координации действий руководителем банды ФИО10, распределением функций и ролей между участниками банды, планированием руководителем банды ФИО10 преступной деятельности и подготовкой к ней, наличием устоявшейся схемы совершения разбойных нападений, уничтожение следов преступлений, распределением ролей следующим образом: ФИО10, являясь организатором и руководителем банды, возложил на себя обязанности: - проводить тщательную подготовку к совершению преступлений, собирать информацию о местонахождении и маршруте следования объектов нападений, нахождении ценного имущества, разрабатывать преступные планы; - информировать участников банды о разработанном им плане совершения преступления, контролировать выполнение его указаний участниками банды и осуществлять общее руководство их деятельностью, координировать их действия и взаимозаменяемость; - лично определять, кто из участников банды будет принимать непосредственное участие в совершении преступления, осуществлять контроль за ходом исполнения всеми участниками своих функций для достижения общего результата при совершении преступления; - устанавливать и контролировать деятельность каждого участника банды, в том числе принятие ими заранее разработанных мер конспирации, исключение пользования сотовыми телефонами в момент совершения преступлений; - лично участвовать при совершении преступления; - распределять между участниками банды доход, полученный от совершенных преступлений; ФИО90 участвовал в совершенных бандой трех разбойных нападениях, в том числе используя оружие, находящееся на вооружении банды, с целью сокрытия преступлений совместно с участниками банды уничтожал одежду, в которой были совершены разбойные нападения; ФИО92 участвовал в совершенных бандой двух разбойных нападениях, угрожая потерпевшим имевшимся на вооружении банды обрезом, с целью сокрытия преступлений совместно с участниками банды уничтожал одежду, в которой были совершены разбойные нападения; ФИО80 участвовала в совершении двух разбойных нападений, в ходе которых управляла автомобилем, доставляя участников банды на место преступления и обеспечивала возможность скрыться с похищенным имуществом, в сбыте которого принимала участие. Участниками банды были совершены следующие разбойные нападения: -ФИО10, ФИО90 и ФИО92 нападение на ФИО1 24 декабря 2018 г.; -ФИО10, ФИО90, ФИО92 и ФИО80 нападение на комиссионный магазин 28 декабря 2018 г.; -ФИО10, ФИО90 и ФИО80 нападение на ФИО2 5 мая 2019 г. Подсудимые вину в бандитизме не признали, оспаривая существование банды, пояснили – ФИО10, что банду не создавал и не руководил ею, ФИО80, ФИО90 и ФИО92 – о том, что в банде не состояли. Государственным обвинителем в обоснование и подтверждение обвинения в этой части приведены в прениях следующие доказательства: -досудебные показания ФИО90 и ФИО92, согласно которым ФИО10, как лидер организованной преступной группы, планировал совершение разбойных нападений, о чем сообщал участникам группы, с которыми, достигнув согласие на участие в совершении нападений, планировали последующие действия каждого из участников организованной группы при совершении преступлений, подсудимыми принимались меры конспирации (использование медицинских масок и перчаток), а также применялось оружие – обрезы и револьвер, после совершения разбойных нападений ФИО10 распределял между участниками банды похищенные денежные средства; -результаты оперативно-розыскных мероприятий «прослушивание телефонных переговоров», представленные следователю на основании постановлений от 3 и 16 сентября 2019 г., и протоколы их осмотра (приведенные в приговоре ранее), свидетельствующие о наличии у подсудимых оружия, участии в конфликтах; - приведенные в приговоре показания свидетеля ФИО50, пояснившего о том, что в своем автомобиле он обнаружил оставленный ФИО92 револьвер, который тот забрал, а также показания свидетеля ФИО76 о том, что он обращался к ФИО92 для его участия в разрешении конфликта; - досудебные показания свидетеля ФИО19 о том, что он видел у ФИО95 ружье и обрез, знал о наличии револьвера. ФИО94 и ФИО92 находились под влиянием ФИО95, который был среди них лидером, ему также предлагал участвовать в разборках с применением оружия, совершить нападение на ломбард; -показания свидетеля под псевдонимом ФИО54, подлинные данные о личности которой сохранены в тайне, пояснившей в судебном заседании и подтвердившей показания, данные на предварительном следствии, о том, что она знакома с ФИО95 и ФИО94, из общения с которыми и лицами из их окружения поняла, что ФИО95 и ФИО94 связаны с преступной деятельностью. Знает, что с ними поддерживал отношения ФИО92. Среди указанных лиц ФИО95 являлся лидером. Ей известно, что у ФИО95 был обрез ружья, который она видела у него в 2017 году, а также - револьвер, который ФИО95 и ФИО94 в разговорах называли «маленький»; -досудебные показания свидетеля под псевдонимом ФИО79, согласно которым он общался с ФИО95 и ФИО94, которые между собой обсуждали, у кого можно забрать деньги, для этих целей у ФИО95 были биты и обрез ружья, к ФИО95 обращались для «выбивания» долгов. ФИО95 имел авторитет и влияние на ФИО94, ему и другим лицам предлагал совершить нападение на ломбард; -досудебные показания свидетеля под псевдонимом ФИО53, пояснившего о том, что он знаком с ФИО95, который по своим качествам является лидером. ФИО95 общался с ФИО94 и ФИО92, которые находились под его влиянием. У ФИО95 были биты, а также револьвер и два обреза, которыми пользовались члены его группы; -показания свидетеля ФИО57 о том, что была получена оперативная информация о действии в г. Абакане вооруженной банды, причастности ФИО95 и его знакомых к нападению в декабре 2018 года на комиссионный магазин по <адрес>. В ходе телефонных переговоров, которые прослушивались, ФИО95, ФИО92 и ФИО94 обсуждали участие в разных разборках, говорили об использовании оружия. В последующем подтвердилась их причастность к совершению разбойных нападений; -рапорт об обнаружении в действиях ФИО10 признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 209 УК РФ, в действиях ФИО90, ФИО92, ФИО10 - признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 209 УК РФ; - приведенные в приговоре протоколы проверки показаний на месте с участием ФИО10 и протоколы осмотра места происшествия от 4 и 5 июня 219 г., в ходе которых были обнаружены и изъяты револьвер и обрезы, заключение судебной баллистической экспертизы № 1/1322 от 26 августа 2019 г., согласно которому обрезы изготовлены самодельным способом из деталей охотничьих ружей 16 калибра, относятся к категории огнестрельного оружия, пригодны для стрельбы, заключение повторной судебной баллистической экспертизы № 1/1248 от 30 сентября 2019 г. согласно которому револьвер «Сафари-3» переделан под патрон калибра 5,6 мм, относится к категории огнестрельного оружия, пригоден для стрельбы; - приведенные в приговоре показания свидетеля ФИО14, данные на досудебной стадии и в судебном заседании, об обстоятельствах изготовления ФИО10 обреза, а также показания свидетеля ФИО28 об изъятии в гаражном боксе фрагментов ствола и приклада от ружья, протокол осмотра в гаражном боксе, где были изъяты фрагменты ствола и приклад, приобщенные в качестве вещественных доказательств, и протокол их осмотра, заключение судебной баллистической экспертизы № 1/1566 от 11 октября 2019 г., согласно которому фрагмент блока стволов и один из изъятых обрезов, могли составлять единое целое; - протокол выемки у ФИО10 автомобиля «Мазда-3», в ходе осмотра которого изъяты бейсбольная бита, резиновая палка, три белых медицинских маски, которые осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств; -протоколом выемки у ФИО10 автомобиля «Хонда Одиссей», в ходе осмотра которого изъята бейсбольная бита; -заключение судебной комплексной психолого-лингвистической экспертизы, согласно которому ФИО95 можно отнести к типологии корыстолюбивого лидера, характеризующегося тягой к высокому материальному статусу и стремлению доминировать, отличающегося повышенным уровнем притязания, значительно завышенной самооценкой. ФИО95 обладает индивидуально-психологическими особенностями, проявляющимися в неспособности критично оценивать социальную ситуацию, сложившуюся в семье, что определило ее сопричастность к преступной деятельности мужа. ФИО92 и ФИО94 имеют такие психологические особенности личности, как повышенная внушаемость, робость, зависимость, что обуславливает их роль в процессе совершаемых преступлений и является основой для функционально-соисполнительных действий в осуществлении непосредственно преступных действий. ФИО95, ФИО92, ФИО94 представляют собой группу, которая по предварительному преступному сговору совершила ряд преступлений, с целью совершения нападения в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни, с применением огнестрельного и холодного оружия. На уровень сплоченности группы указывают следующие признаки: 1)деятельность группы направлена на преступление с целью совершения нападения в целях хищения чужого имущества, с применением насилия опасного для жизни с применением огнестрельного (обрез) и холодного (нож) оружия; 2) территориальная (все участники группы проживают на территории г. Абакана) и криминалистическая (все участники группы познакомились в местах лишения свободы) специфика групповой сплоченности; 3) создание организованной преступной группировки для достижения целей преступного намерения – проникновение в законные формы предпринимательства; 4)относительный профессионализм преступной деятельности: все участники группы имели судимости, в период подготовки преступления собирали информацию об объектах и субъектах преступлений и ограблений. Таким образом, при установленной схеме взаимодействия и взаимовлияния между участниками группы выявлены ее субъекты и система подчинения, включающая руководящее лицо (ФИО95) и исполнителей (ФИО92, ФИО94), соисполнителя в лице ФИО95. Приходя к выводу об оправдании ФИО10 в создании банды и руководстве ею, ФИО90, ФИО92 и ФИО80 - в участии в банде или совершенных ею нападениях, а также об отсутствии в действиях подсудимых инкриминированного им квалифицирующего признака совершения преступлений 24 и 28 декабря 2018 г., 5 мая 2019 г. «организованной группой», суд исходит из следующего. В силу ч. 3 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, содержащимся в п. 15 постановления Пленума от 27 декабря 2020 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», организованная группа характеризуется, в частности, устойчивостью, наличием в ее составе организатора (руководителя) и заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, распределением функций между членами группы при подготовке к совершению преступления и осуществлении преступного умысла. Об устойчивости организованной группы может свидетельствовать не только большой временной промежуток ее существования, неоднократность совершения преступлений членами группы, но и их техническая оснащенность, длительность подготовки даже одного преступления, а также иные обстоятельства (например, специальная подготовка участников организованной группы к проникновению в хранилище для изъятия денег или других материальных ценностей). В соответствии с пп. 2, 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. № 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» под бандой следует понимать организованную устойчивую вооруженную группу из двух и более лиц, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации. Об устойчивости банды могут свидетельствовать, в частности, такие признаки, как стабильность ее состава, тесная взаимосвязь между ее членами, согласованность их действий, постоянство форм и методов преступной деятельности, длительность ее существования и количество совершенных преступлений. Вместе с тем, исследованные и приведенные в приговоре доказательства, в том числе те, на которые ссылается государственный обвинитель в этой части предъявленного обвинения, свидетельствующие о наличии у ФИО10 револьвера и двух обрезов, использовавшихся при совершении преступлений, не достаточны для выводов о создании ФИО10 устойчивой вооруженной группы (банды) и участии в ней других подсудимых. Обязательным признаком организованной группы и банды является устойчивость, а для банды, наряду с вооруженностью, также цель объединения двух и более лиц – нападение на граждан и организации. Как следует из материалов дела и показаний подсудимых, А-вы являются супругами, ФИО10, ФИО90 и ФИО92 до совершения совместно преступлений были знакомы между собой в течение длительного времени и поддерживали отношения друг с другом, в связи с чем ФИО80 также была знакома с ФИО90 и ФИО92 Доказательств того, что ФИО10 предложил другим подсудимым объединиться с целью совершения вооруженных нападений на граждан и организации, не имеется. Не установлено и того, что подсудимыми был заранее разработан план совместной преступной деятельности, предусматривающий распределение функций между ними при подготовке к преступлениям и их совершении. Согласно приведенным в приговоре досудебным показаниям обвиняемых, ФИО10 предложил ФИО90 совершить нападение на ФИО1 с целью хищения имущества последнего. Решение о привлечении ФИО92 к участию в нападении было принято в последующем в ходе планирования преступления, в подготовке к которому ФИО92 не участвовал, о плане нападения и ролях соучастников, в том числе и отведенной ФИО92 роли, ему сообщил ФИО10 перед нападением. Подсудимый ФИО90, хотя и пояснял на досудебной стадии о своем участии в подготовке к нападению вместе с ФИО10, который принимал окончательные решения, однако совершение указанных действий не инкриминируется ФИО90 в предъявленном обвинении, исходя из пределов которого в силу ч. 1 ст. 252 УПК РФ подлежат установлению фактические обстоятельства, согласно которым подготовкой к совершению преступлению занимался ФИО10 Обвинение в том, что ФИО92 на стадии подготовки к нападению на ФИО1 представил детали охотничьего ружья модели «Б» (из которого был изготовлен обрез, изъятый в гараже), не подтверждено исследованными доказательствами, которых не достаточно для бесспорных выводов, во-первых, о том, что детали охотничьего ружья модели «Б» представил именно ФИО92, во-вторых, что обрез был изготовлен в период с 6 по 24 декабря 2018 г., о чем доказательства и их оценка приведены в приговоре ранее и свидетельствуют о том, что обрез мог быть изготовлен в последующем в период до февраля 2019 г. Действий по приисканию иных средств или орудий для их применения в ходе нападения на ФИО1 подсудимые не совершали. Револьвер и обрез, изготовленный из охотничьего ружья «ИЖ-58», согласно обвинению и досудебным показаниям ФИО10 имелись у ФИО10 ранее. В планировании нападения на комиссионный магазин ФИО90 и ФИО92 также не участвовали, а согласившись с предложением ФИО10 совершить нападение, они лишь вместе осмотрели местность в районе комиссионного магазина для установления камер видеонаблюдения. Разработанный ФИО10 план нападения на комиссионный магазин не предусматривал оснащенности участников техническими средствами, длительной или специальной подготовки, о чем свидетельствует и то, что использованный ФИО92 в ходе нападения камень для повреждения витрины был взят им с собой уже по пути следования к комиссионному магазину. ФИО80 в подготовке и планировании нападения не участвовала. О решении ФИО10 привлечь ее для содействия в совершении преступления ФИО90 и ФИО92 стало известно перед нападением. При этом достоверных доказательств осведомленности ФИО80, как о наличии оружия у ФИО10, так и о том, что в ходе данного преступления будет использоваться обрез, не представлено. В подготовке нападения на ФИО2 ФИО80 также участия не принимала. Как следует из досудебных показаний обвиняемых, решение о ее привлечении было принято ФИО10 перед нападением, в ходе которого ФИО10 и ФИО90 оружие не применяли, нож, использованный для угрозы, был взят на месте преступления, какого-либо разделения между ФИО10 и ФИО90 функций и ролей при подготовке и совершении нападения не было. Использование подсудимыми общедоступных медицинских масок, перчаток и сменной одежды для исключения возможности их опознания очевидцами преступления и оставления следов, не свидетельствует о специальной подготовке или оснащенности. Каких-либо доказательств, подтверждающих, как это указано в обвинении, что ФИО10 разработал специфические правила поведения и требования, обязательные для других подсудимых, а их совместная преступная деятельность по нападению на граждан и организации была рассчитана на длительное время, не представлено. Обоснованных доводов, подтвержденных доказательствами, о том, что обнаруженные бейсбольные биты и резиновая палка имеют отношение к преступной деятельности, не приведено, в обвинении об этом также не указано. Показания свидетелей ФИО76, ФИО19 и результаты оперативно-розыскной деятельности, свидетельствующие об участии ФИО10, ФИО92 и ФИО99 при разрешении конфликтных ситуаций, не подтверждают наличие банды или совершении преступлений в составе организованной группы, поскольку конкретные обстоятельства указанных конфликтных ситуаций и роль подсудимых в этом не установлены. Показания свидетеля ФИО57 и соответствующие им показания свидетеля ФИО9 о полученной оперативной информации, а также показания свидетеля ФИО19 не содержат конкретных сведений об обстоятельствах создания банды, вхождении в ее состав участников, их функциях, роли при подготовке и совершении преступлений. Показания свидетелей под псевдонимами ФИО54, ФИО79, ФИО53 об участии подсудимых в некой преступной деятельности, оспариваемые стороной защиты, не используются в качестве доказательств виновности, поскольку вследствие сохранения в тайне данных о личностях свидетелей существует риск недостоверности их показаний, которые другими доказательствами о конкретных обстоятельствах не подтверждены. Досудебные показания ФИО90 и ФИО92 относительно совершения преступлений в составе организованной группы носят общий характер и не соответствуют обстоятельствам совершения преступлений, о которых они поясняли. Заключение комплексной психолого-лингвистической экспертизы в части индивидуально-психологических особенностей подсудимых и лидерских качествах ФИО10, а также показания ФИО90 и ФИО92 о роли ФИО10 в качестве инициатора преступлений, подготовкой и совершением которых он руководил, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам совершения преступлений группой лиц по предварительному сговору. Выводы вышеуказанной экспертизы о совершении ФИО10, ФИО92 и ФИО90 преступлений сплоченной группой лиц по предварительному сговору (с приведением ее признаков), с целью нападения и хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением огнестрельного оружия, не учитываются судом, поскольку указанные обстоятельства относятся к фактическим обстоятельствам и юридической квалификации, поэтому их установление отнесено к компетенции суда, а не эксперта. Рапорт об обнаружении признаков преступлений, предусмотренных чч. 1, 2 ст. 209 УК РФ, каких-либо обстоятельств не устанавливает и доказательством в данном случае не является. Акт оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» от 1 апреля 2018 г., на который государственный обвинитель также ссылался в прениях, не исследовался в судебном заседании, поэтому не может использоваться для установления фактических обстоятельств. В связи с изложенным, установленные судом фактические обстоятельства совершения ФИО10, ФИО90 и ФИО92 в течение непродолжительного периода времени разбойных нападений на ФИО1 и комиссионный магазин с предварительным распределением ролей и применением оружия, а в последующем ФИО10 и ФИО90 – разбойного нападения на ФИО2, с привлечением ФИО10 в качестве пособника в ходе соответствующих преступлений, не свидетельствует о тесной взаимосвязи между подсудимыми, обусловленной преступной деятельностью, и их объединении в организованную устойчивую группу. Таким образом, оценив исследованные доказательства и обсудив доводы сторон, суд приходит к выводу, что обязательный признак организованной группы и банды – устойчивость, а также цель объединения подсудимых - нападение на граждан или организации не нашли свое подтверждение, что с учетом установленных фактических обстоятельств является основанием, во-первых, для изменения предъявленного подсудимым обвинения - переквалификации действий ФИО10, ФИО90, ФИО92 с п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ на предусмотренный ч. 2 ст. 162 УК РФ признак совершения преступлений «группой лиц по предварительному сговору», исключении из обвинения ФИО80 квалифицирующего признака совершения преступлений «организованной группой», во-вторых, об оправдании ФИО10 по ч. 1 ст. 209 УК РФ, ФИО80, ФИО90 и ФИО92 по ч. 2 ст. 209 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. В силу п. 1 ч. 2 ст. 133, ч. 1 ст. 134 УПК РФ оправдание подсудимых в данной части влечет признание за ними права на реабилитацию. Согласно заключениям амбулаторных комплексных психолого-психиатрических экспертиз: -ФИО80 и ФИО90 каким-либо психическим расстройством не страдали и не страдают, у них не наблюдалось и признаков временного болезненного расстройства психической деятельности. Во время инкриминированных им деяний ФИО10 и ФИО90 могли в полной мере осознавать фактический характер своих действий, понимать их общественную опасность и руководить ими, сохраняют эту способность в настоящее время; -ФИО10 каким-либо психическим расстройством не страдал и не страдает, у него имеется <данные изъяты>, у ФИО92 обнаруживаются признаки <данные изъяты>, которые у них не столь выражены и не сопровождаются психотической симптоматикой. Во время инкриминированных им деяний у ФИО10 и ФИО92 не наблюдалось признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, поэтому они могли в полной мере осознавать фактический характер своих действий, понимать их общественную опасность и руководить ими, сохраняют эту способность в настоящее время; -в принудительных мерах медицинского характера ФИО10, ФИО80, ФИО90 и ФИО92 не нуждаются. (т. 19, л.д. 93-96, 108-110, 122-124, 136-138) С учетом заключений экспертов, которые у суда сомнений не вызывают, поскольку мотивированы и научно обоснованы на результатах непосредственного освидетельствования экспертами подсудимых, исследования материалов дела, содержащих полные сведения об их личностях, а также с учетом обстоятельств совершения преступлений и адекватного поведения подсудимых в судебном заседании, суд признает ФИО10, ФИО80, ФИО90, ФИО92 вменяемыми, подлежащими уголовной ответственности и наказанию. Назначая наказание, суд в соответствии с требованиями ст. 6, 60 и 67 УК РФ учитывает обстоятельства, характер и степень общественной опасности преступлений, характер и степень фактического участия подсудимых в их совершении, значение этого участия для достижения цели преступления и причиненного вреда, личности подсудимых, влияние наказания на их исправление и на условия жизни их семей, смягчающие обстоятельства, а ФИО10, ФИО90, ФИО92 и отягчающее обстоятельство. Подсудимые ФИО80 и ФИО10 состоят в барке, ФИО92 – в фактических семейных отношениях, все подсудимые ранее работали, в том числе по найму, имеют постоянное место жительства, ФИО80 преступления совершила впервые, ФИО10, ФИО99 и ФИО92 ранее судимы, характеризуются: -ФИО10 участковым уполномоченным полиции по месту жительства - отрицательно, на него поступали жалобы на агрессивное поведение, к административной ответственности за нарушение общественного порядка не привлекался; по прежним местам отбывания наказания - в целом отрицательно, имел как взыскания, так и поощрения; по месту работы у ИП ФИО42, соседями и свидетелями - положительно (т. 24, л.д. 87, 90-91, 96, 106-111); -ФИО80 по месту обучения в школе и в университете, соседями и свидетелями - положительно (т. 24, л.д. 37, 139, 142, 145-150); -ФИО90 по прежнему месту отбывания наказания в целом – отрицательно, имел как поощрения, так и взыскания; по месту работы у ИП ФИО55 и свидетелями – положительно; участковым уполномоченным полиции – удовлетворительно, жалоб от соседей на него не поступало, злоупотребляет спиртными напитками; с 2009 г. состоит на учете с диагнозом: синдром зависимости от алкоголя (т. 69, л.д. 63, 65, 74, 78); -ФИО92 по месту обучения в школе – удовлетворительно; участковым уполномоченным полиции по месту жительства – удовлетворительно, заявлений на него не поступало; по прежнему месту отбывания наказания - посредственно, имел как взыскания, так и поощрения; по месту работы у ИП ФИО55, соседями и свидетелями – положительно (т. 41, л.д. 130, 134, 136, 141-142). Судимости ФИО10 по приговорам от 24 мая 2007 г. и 31 января 2008 г., наказание по которым сложено в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ и затем частично присоединено на основании ст. 70 и п. «в» ч. 7 ст. 79 УК РФ к наказанию по приговору от 2 августа 2012 г., не учитываются судом, поскольку по приговору от 31 января 2008 г. ФИО10 отбывал наказание в исправительной колонии общего режима и был условно-досрочно освобожден 26 декабря 2011 г. на 5 месяцев 11 дней. Срок его содержания под стражей до вступления в законную силу приговоров от 24 мая 2007 г. и 31 января 2008 г., подлежащий зачету в срок лишения свободы, составляет более 1 года, что с учетом предусмотренных п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ новых льготных правил зачета свидетельствует о том, что неотбытый срок, на который он был условно-досрочно освобожден, на момент совершения преступления по приговору от 2 августа 2012 г. считается истекшим, что в соответствии со ст. 10 УК РФ влечет исключение из указанного приговора указания о назначении наказания по правилам ст. 70 УК РФ. Поэтому судимости от 24 мая 2007 г. и 31 января 2008 г. погашены. Исследуя обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, суд приходит к выводу, что признательные показания каждого из подсудимых, которые они давали на досудебной стадии и подтвердили в ходе проверки показаний на месте (ФИО10 при этом выдал оружие), содержат сведения о лицах, участвовавших в совершении преступлений, своей роли и иных обстоятельствах, в том числе неизвестных органу следствия, что имело значение для раскрытия и расследования преступлений. Поэтому в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признает ФИО80, ФИО10, ФИО90 и ФИО92 смягчающим обстоятельством по каждому преступлению активное способствование их раскрытию и расследованию, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступлений. Кроме того, суд учитывает смягчающими обстоятельствами: -в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ - ФИО80 наличие двух малолетних детей, ФИО10 – наличие малолетнего ребенка, ФИО92 - наличие малолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в отношении которого его отцовство подтверждено свидетелем ФИО30; -в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ протоколы явки с повинной – ФИО10 по факту хищения имущества потерпевшего ФИО4, а ФИО90 и ФИО92 - по факту нападения на ФИО1; -в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - ФИО10, ФИО90 и ФИО80 частичное признание ими вины по обвинению в совершении преступления в отношении потерпевшей ФИО2 и изъятие в ходе следственных действий части похищенного у ФИО2 имущества, подлежащего возвращению ей, вследствие чего общественно-опасные последствия в виде материального вреда, причиненного потерпевшей хищением, частично устранены; состояние здоровья ФИО92 и ФИО80, имеющих заболевания, а ФИО92 и инвалидность третей группы; выявленные у ФИО10 и ФИО92 в ходе судебно-психиатрических экспертиз расстройства; участие ФИО10 в воспитании и содержании малолетнего ребенка ФИО80 Согласно представленной защитником Шилиной Е.Л. копии расписки потерпевшего ФИО6, подтвержденной им в судебном заседании, ФИО47 возместила потерпевшему материальный ущерб в сумме 50000 рублей в интересах подсудимого ФИО92, к которому потерпевший претензий не имеет. В соответствии с копией расписки потерпевшего ФИО5, он каких-либо претензий к ФИО92 не имеет. Действия ФИО47 по частичному возмещению вреда потерпевшему ФИО6 и заявления потерпевших об отсутствии претензий к ФИО92 суд признает смягчающим обстоятельством для ФИО92 на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, поскольку, как пояснил в судебном заседании ФИО92, указанные действия ФИО47 предприняла самостоятельно, без его поручения и согласия. Оснований для признания смягчающим обстоятельством протокола явки с повинной ФИО92 от 23 июня 2019 г. по факту нападения на комиссионный магазин не имеется, так как на тот момент ФИО92 было предъявлено обвинение в совершении данного преступления. Утверждения ФИО92 о том, что он является отцом несовершеннолетнего ребенка ФИО56, ДД.ММ.ГГГГ г.р., также основанием для признания данного обстоятельства смягчающим не являются, поскольку каких-либо достоверных сведений о том, что ФИО92 принимал участие в его содержании и воспитании, не представлено. Также, вопреки доводам адвоката Лепехина В.Н., доказательств того, что подсудимая ФИО80, иные лица по ее поручению или с согласия предпринимали действия, направленные на возвещение вреда потерпевшей ФИО2, не представлено. Предложение потерпевшей встретиться для обсуждения данного вопроса, против чего она не возражала, действиями по возмещению вреда не является. Преступления, совершенные ФИО10 6 декабря 2015 г. и ФИО80 28 декабря 2018 г., относятся к категории тяжких, совершенные ФИО10, ФИО90, ФИО92 24 и 28 декабря 2018 г. и 5 мая 2019 г., а также ФИО80 5 мая 2019 г. - к категории особо тяжких. Оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется. Так как преступления совершены ФИО10, ФИО90 и ФИО92 при наличии непогашенных судимостей за тяжкие преступления, за которые они осуждались к реальному лишению свободы, в соответствии с ч. 1 ст. 18, п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ суд признает отягчающим обстоятельством наличие в действиях каждого из них рецидива преступлений, который согласно п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ является опасным, что влечет применение положений ч. 5 ст. 18 и ч. 2 ст. 68 УК РФ. Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО80, не имеется. В связи с чем, с учетом наличия смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при назначении ей наказания подлежат применению положения ч. 1 ст. 62 УК РФ. Оснований для применения к подсудимым положений чч. 2, 4 ст. 62 УК РФ в связи с заключением досудебных соглашений о сотрудничестве, не имеется, поскольку условия досудебных соглашений они не выполнили, обвинение, в том числе с учетом установленных судом обстоятельств, оспаривали, что явилось основанием для прекращения досудебных соглашений с А-выми и особого порядка принятия судебного решения с ФИО92 и ФИО90 Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений и влекущих применение положений ст. 64 УК РФ, не установлено. Учитывая изложенное, руководствуясь целями назначения наказания, предусмотренными ст. 43 УК РФ, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО10, ФИО90, ФИО92 и ФИО80 наказания за каждое преступление в переделах санкции в виде лишения свободы, с дополнительным наказанием ФИО10, ФИО90, ФИО92 (с учетом их личностей и рецидива преступлений) в виде ограничения свободы, которое будет способствовать достижению цели их исправления после отбытия основного наказания. Оснований для назначения ФИО10 дополнительного наказания в виде ограничения свободы, а также для назначения всем подсудимым дополнительного наказания в виде штрафа, с учетом их имущественного положения и исковых требований потерпевших, не имеется. ФИО10, ФИО90 и ФИО92 окончательное наказание по совокупности преступлений подлежит назначению в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний. ФИО10 преступление от 6 декабря 2015 г. совершил до вынесения приговора от 6 апреля 2017 г., а преступления от 24 и 28 декабря 2018 г. и 5 мая 2019 г. - после указанного приговора, наказание по которому отбыл. В соответствии с п. 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», если по делу будет установлено, что осужденный виновен еще и в других преступлениях, одни из которых совершены до, а другие - после вынесения первого приговора, то наказание по второму приговору назначается вначале по совокупности преступлений, совершенных до вынесения первого приговора, после этого - по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, затем по совокупности преступлений, совершенных после вынесения первого приговора. Окончательное наказание назначается по правилам статьи 70 УК РФ путем частичного или полного присоединения к наказанию, назначенному по совокупности преступлений, совершенных после вынесения первого приговора, неотбытой части наказания, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ. Поскольку в силу ст. 126 Конституции РФ и ст. 2 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 г. № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» Верховный Суд РФ является высшим судебным органом и дает судам разъяснения по вопросам судебной практики в целях обеспечения единообразного применения законодательства Российской Федерации, окончательное наказание ФИО10 подлежит назначению с учетом указанных правовых позиций Верховного Суда РФ. Отбытие ФИО10 наказания по приговору от 6 апреля 2017 г. не исключает назначение наказание с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ, так как данная норма закона не содержит какого-либо ограничения ее применения в случае отбытия осужденным наказания по первому приговору, которое засчитывается в окончательное наказание, о чем также даны разъяснения в п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. «О судебном приговоре», согласно которому при применении судом правил ч. 5 ст. 69 УК РФ в резолютивной части приговора указывается срок отбытого подсудимым наказания по первому приговору, который подлежит зачету в срок вновь назначенного наказания, в том числе в случаях, когда наказание по прежнему приговору отбыто подсудимым полностью. Согласно ст. 47.1 и 49 УИК РФ дополнительное наказание в виде ограничения свободы подлежит самостоятельному исполнению после отбытия соответствующими подсудимыми основного наказания. Оснований для назначения ФИО80 условного осуждения в соответствии со ст. 73 УК РФ суд не находит с учетом характера и степени общественной опасности совершенных ею преступлений. Местом отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО10, ФИО90 и ФИО92 должна быть назначена в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ исправительная колония строгого режима, ФИО80 в силу п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ – исправительная колония общего режима. В соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, суд может отсрочить реальное отбывание наказания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста. ФИО80 имеет малолетних детей - ФИО91, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО62, ДД.ММ.ГГГГ г.р., которые проживают с ней. Учитывая, что ФИО80 имеет двоих детей в возрасте до четырнадцати лет, не отнесена к числу лиц, указанных в ч. 1 ст. 82 УК РФ, которым не может быть применена отсрочка отбывания наказания, ее супруг ФИО10 также осуждается к лишению свободы, что повлечет оставление без попечения родителей, по крайне мере, ребенка подсудимой - ФИО62, ДД.ММ.ГГГГ г.р., суд с учетом личности ФИО80 ранее не судимой, ее меньшей роли при совершении преступлений, активного способствования их раскрытию, расследованию и изобличению других соучастников, а также с учетом интересов ее малолетних детей, приходит к выводу о наличии оснований для принятия решения об отсрочке ФИО80 в соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ реального отбывания наказания до достижения ее ребенком ФИО62, ДД.ММ.ГГГГ г.р., четырнадцатилетнего возраста. Обстоятельств, влекущих применение отсрочки отбывания наказания другим подсудимым, а также для освобождения подсудимых от наказания не имеется. Избранная в отношении ФИО10, ФИО99, ФИО92 мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу отмене или изменению не подлежит, поскольку с учетом личностей подсудимых и тяжести совершенных преступлений имеются основания полагать, что они могут скрыться. Необходимости дальнейшего применения в отношении ФИО80 меры пресечения не имеется. Для обеспечения ее явки по вызовам суда на стадии апелляционного обжалования у нее необходимо взять обязательство о явке. В соответствии с положениями ст. 72 УК РФ: - время содержания под стражей ФИО10 и ФИО90 в период с 8 мая 2019 г. до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима; - время содержания под стражей ФИО92 в период с 3 июня 2019 г. по 27 июня 2019 г. и с 12 марта 2020 г. до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима; -время нахождения ФИО92 под домашним арестом в период с 28 июня 2019 г. по 11 марта 2020 г. подлежит зачету из расчета два дня под домашним арестом за один день лишения свободы; - время содержания ФИО10 под стражей в период с 27 мая 2019 г. по 30 мая 2019 г. подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; -время нахождения ФИО80 под домашним арестом с период с 31 мая 2019 г. по 22 марта 2021 г. подлежит зачету из расчета два дня под домашним арестом за один день лишения свободы. Принимая решение об исчислении ФИО10 зачета с 8 мая 2019 г., суд исходит из того, что согласно материалам дела фактически ФИО10 был задержан в этот день. Кроме того, ФИО10. в окончательное наказание в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ подлежит зачету наказание, отбытое им по приговору от 16 апреля 2017 г., в период с 20 октября 2016 г. по 29 декабря 2016 г. и с 6 апреля 2017 г. по 26 мая 2017 г. из расчета один день за один день. При производстве по уголовному делу были заявлены гражданские иски о возмещении материального ущерба: -потерпевшим ФИО4 в сумме 338680 рублей (т. 134, л.д. 65), который ФИО10 не признал; -потерпевшим ФИО6 в сумме 120600 рублей (т. 2, л.д. 233), который подсудимые не признали; -потерпевшей ФИО2 в сумме 1095570 рублей (т. 4, л.д. 121), который ФИО10 признал полностью, ФИО80 - в сумме 150000 рублей, ФИО90 - в сумме 550000 рублей; Кроме того, потерпевшим ФИО1 заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда в сумме 1500000 рублей, в обоснование которого указано, что в результате совершенного преступления, он испытал физические и нравственные страдания, выразившиеся в физической боли, переживаниях, стрессе, расстройствах. Подсудимые ФИО10, ФИО90 и ФИО92 данный иск не признали. Обсуждая исковые требования потерпевших, суд приходит к следующему. В силу положений п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении. Согласно ст. 1080 ГК РФ имущественный вред, причиненный совместными действиями нескольких подсудимых, взыскивается с них солидарно. В соответствии с п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Как установлено судом: - действиями ФИО10 потерпевшему ФИО4 хищением имущества причинен материальный вред в размере 355900 рублей; похищенное имущество стоимостью 17700 рублей возвращено, а в сумме 338200 рублей вред не возмещен; - совместными действиями ФИО10, ФИО80, ФИО90 и ФИО92 потерпевшему ФИО6 хищением имущества причинен материальный вред в размере 145600 рублей; похищенное имущество стоимостью 25000 рублей возвращено, также возмещен ущерб в сумме 50000 рублей в интересах ФИО92, таким образом, не возмещенный вред составляет 70600 рублей; -совместными действиями ФИО10, ФИО80 и ФИО90 потерпевшей ФИО2 хищением имущества причинен материальный вред в размере 1520570 рублей; похищенные денежные средства в размере 225000 рублей и имущество стоимостью 200000 рублей возвращены, кроме того возврату потерпевшей подлежат похищенные у нее и изъятые у ФИО90 денежные средств в сумме 32653 рубля, таким образом, не возмещенным является вред в сумме 1062917 рублей. Кроме того, ФИО10 организовал разбойное нападение на потерпевшего ФИО1, совершенное ФИО90 и ФИО92 с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, в ходе которого ФИО90 выстрелил из представленного ФИО10 револьвера, причинив потерпевшему вред здоровью средней тяжести. В результате действий подсудимых потерпевший ФИО1 испытывал физические и нравственные страдания, то есть моральный вред, который в силу ст. 151 ГК РФ подлежит денежной компенсации. Так как доказательств, подтверждающих стоимость стекла, поврежденного ФИО10 при хищении имущества ФИО4, не представлено, исковые требования потерпевшего в части взыскания данных расходов в сумме 480 рублей удовлетворению не подлежат. Поскольку потерпевший ФИО6 в судебном заседании отказался от исковых требований к ФИО92 в связи с тем, что ФИО47 частично возместила вред в интересах ФИО92, не возмещенный вред в оставшейся части подлежит взысканию с остальных подсудимых. Таким образом, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении гражданских исков и взыскании в счет возмещения имущественного вреда: - с ФИО10, ФИО80, ФИО90 в пользу потерпевшего ФИО6 70600 рублей солидарно; - с ФИО10, ФИО80 и ФИО90 в пользу потерпевшей ФИО2 1062917 рублей солидарно; -с ФИО10 в пользу потерпевшего ФИО4 3382000 рублей; С учетом характера причиненных потерпевшему ФИО1 физических и нравственных страданий, его материального положения и материального положения подсудимых, их степени участия в совершении преступления и причинении вреда, требований разумности, справедливости и соразмерности, суд в соответствии с положениями ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1 и взыскании в его пользу в долевом порядке - с ФИО90 250000 рублей, с ФИО10 - 150000 рублей, с ФИО92 – 100000 рублей в счет компенсации морального вреда. Что касается заявленных по уголовному делу АО <данные изъяты> гражданских исков о взыскании с виновных лиц 43922 рублей 60 копеек в связи оплатой лечения потерпевшего ФИО1 и 49114 рублей 50 копеек в связи с оплатой лечения потерпевшего ФИО7 (уголовное дело по факту причинения вреда которому прекращено в отношении ФИО80 на основании ст. 25 УПК РФ), то они подлежат оставлению без рассмотрения, поскольку являются регрессными исками о возмещении расходов страховой организации, которые рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства. Процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения защитникам, участвовавшим в ходе судебного разбирательства по назначению суда, составили: - в связи с осуществлением защиты ФИО80 – адвокату Лепехину В.В. 162880 рублей, адвокату Пак Е.В. - 24080 рублей; - в связи с осуществлением защиты ФИО10 – адвокату Гракову К.К. 168960 рублей, адвокату Ждановой И.П. - 6080 рублей; -в связи с осуществлением защиты ФИО90 – адвокату Котельникову А.В. 190240 рублей, адвокату Полеву - 3040 рублей; - в связи с осуществлением защиты ФИО92 – адвокату Шилиной Е.Л. 165990 рублей, адвокату Колесникову А.И. - 3040 рублей. Поскольку ФИО80 от защитника Пак Е.В. отказывалась, но отказ не был принят судом, от выплаты процессуальных издержек в данной части она подлежит освобождению в соответствии с ч. 4 ст. 132 УПК РФ. Заявление подсудимого ФИО92 об отказе от защитника, обусловленное отсутствием денежных средств, не было принято судом, поскольку было вынужденным и фактически отказом от защитника не являлось, поэтому не влечет освобождение ФИО92 от выплаты данных процессуальных издержек. Иных сведений о процессуальных издержках не представлено. Учитывая возраст, состояние здоровья, семейное и имущественное положение подсудимых, которые трудоспособны, могут работать и получать доход, как во время, так и после отбывания наказания, суд приходит к выводу, что предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ оснований для их полного освобождения от выплаты процессуальных издержек не имеется. Вместе с тем, с учетом указанных обстоятельств, а также объема предъявленного подсудимым обвинения, его уменьшения и частичного оправдания подсудимых, гражданских исков потерпевших, в пользу которых с подсудимых должны производиться взыскания, суд считает необходимым частично освободить подсудимых от выплаты процессуальных издержек и взыскать с ФИО10 и ФИО90 по 100000 рублей, с ФИО80 и ФИО92 – по 80000 рублей. Для обеспечения имущественных взысканий в ходе предварительного расследования были наложены аресты на изъятые: -у ФИО90 деньги в сумме 32653 рубля и сотовый телефон «Samsung Galaxy A30», по месту жительства ФИО90 - деньги в сумме 56110 рублей (т. 18, л.д. 246); - у обвиняемой ФИО80 два золотых обручальных кольца стоимостью 9438 рублей и 10440 рублей, по месту ее жительства - денежные средства в сумме 5000 рублей и кроссовки стоимостью 13990 рублей (т. 19, л.д. 4); - автомобиль «Мазда 3» стоимостью 300000 рублей, принадлежащий ФИО80 (т. 18, л.д. 233); - автомобиль «<данные изъяты>» стоимостью 110000 рублей, принадлежащий ФИО90 (т. 18, л.д. 239). Из показаний ФИО90 следует, что деньги в сумме 56110 рублей принадлежат его отчиму ФИО67, с которым он проживал в одной квартире. Как пояснила ФИО80, обручальные кольца были приобретены на похищенные у ФИО2, деньги, кроссовки принадлежат ФИО10, происхождение 5000 рублей она не помнит. Автомобиль «Мазда 3», оформленный на нее и которым она пользовалась, был приобретен ее матерью ФИО60, которой принадлежит (о чем последняя также пояснила в судебном заседании). По данным УГИБДД МВД по Республике Хакасия владельцем автомобиля «<данные изъяты>» является ФИО40, владельцем автомобиля «Мазда 3» - ФИО58, то есть подсудимая ФИО80, имевшая ранее данную фамилию. (т. 18, л.д. 228-230, т. 24, л.д. 114-116) Утверждения ФИО80 и свидетеля ФИО60 о том, что автомобиль «Мазда 3» оформлен на ФИО80, а принадлежит ФИО60, не могут быть приняты во внимание, поскольку они не оспаривают, что право собственности на автомобиль в установленном порядке оформлено на ФИО80, которая являлась его фактическим владельцем и пользователем. С учетом вышеизложенного и положений ч. 3 ст. 81 УПК РФ суд приходит к выводу, что: - арест, наложенный постановлением суда от 3 сентября 2019 г., на сотовый телефон «Samsung Galaxy A30» и денежные средства в общей сумме 88763 рублей необходимо отменить, из них деньги в сумме 56110 рублей - вернуть ФИО67, деньги в сумме 32653 рубля вернуть по принадлежности потерпевшей ФИО2, сотовый телефон «Samsung Galaxy A30» - передать в службу судебных приставов для обеспечения исполнения приговора в части имущественных взысканий в пользу потерпевшей ФИО2; - арест, наложенный постановлением суда от 3 сентября 2019 г., на два обручальных кольца, денежные средства в сумме 5000 рублей, кроссовки необходимо отменить и передать их в службу судебных приставов для обеспечения исполнения приговора в части имущественных взысканий, с учетом принадлежности имущества и того, что два обручальных кольца приобретены на денежные средства, похищенные у потерпевшей ФИО2; - арест, наложенный постановлением суда от 30 июля 2019 г., на автомобиль «Мазда 3» необходимо сохранить до исполнения приговора в части имущественных взысканий в отношении ФИО80, а автомобиль передать в службу судебных приставов. Так как ФИО90 не имеет правоустанавливающих документов на автомобиль «<данные изъяты>», арест на данный автомобиль подлежит отмене, а автомобиль возвращению ФИО67, у которого он был изъят, что не лишает потерпевших права потребовать обращения взыскания на данный автомобиль в порядке гражданского судопроизводства. Разрешая вопрос об иных вещественных доказательствах, суд учитывает как требования ч. 3 ст. 81 УПК РФ, так и то, что кроме ФИО80 и ФИО92, просивших вернуть принадлежащие им сотовые телефоны, заинтересованными лицами о возврате иных вещественных доказательств не заявлено. На основании изложенного, руководствуясь ст. 304–309 УПК РФ, суд ПРИГОВОРИЛ: ФИО10 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных пп. «в, «д» ч. 2 ст. 161, ч. 3 ст. 33, ч. 3 ст. 162, ч. 3 ст. 162, п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, и назначить ему наказание: - по пп. «в», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ в виде лишения свободы на 5 лет с ограничением свободы на 6 месяцев; - по ч. 3 ст. 33, ч. 3 ст. 162 УК РФ в виде лишения свободы на 8 лет с ограничением свободы на 1 год; - по ч. 3 ст. 162 УК РФ в виде лишения свободы на 8 лет с ограничением свободы на 1 год; - по п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ в виде лишения свободы на 10 лет с ограничением свободы на 1 год. В соответствии со ст. 53 УК РФ установить ФИО10 к наказанию в виде ограничения свободы за каждое преступление следующие ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложить обязанность являться в данный орган два раза в месяц для регистрации. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказания, назначенного по пп. «в», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ, и наказания по приговору мирового судьи судебного участка № 4 г. Абакана от 6 апреля 2017 г. назначить ФИО10 5 лет 1 месяц лишения свободы с ограничением свободы на 6 месяцев, установив в соответствии со ст. 53 УК РФ ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложив обязанность являться в данный орган два раза в месяц для регистрации. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных по ч. 3 ст. 33, ч. 3 ст. 162, ч. 3 ст. 162, п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, путем частичного сложения наказаний назначить ФИО10 12 лет 6 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 10 месяцев, установив в соответствии со ст. 53 УК РФ ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложив обязанность являться в данный орган два раза в месяц для регистрации. На основании ст. 70 УК РФ к наказанию, назначенному по совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, частично присоединить неотбытую часть наказания, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, и окончательно назначить ФИО10 13 лет лишения свободы с ограничением свободы на 2 года, установив в соответствии со ст. 53 УК РФ ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложив обязанность являться в данный орган два раза в месяц для регистрации. ФИО90 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, ч. 3 ст. 162, п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, и назначить ему наказание: - по ч. 3 ст. 162 УК РФ (преступление от 24 декабря 2018 г.) в виде лишения свободы на 9 лет с ограничением свободы на 1 год; - по ч. 3 ст. 162 УК РФ (преступление от 28 декабря 2018 г.) в виде лишения свободы на 9 лет с ограничением свободы на 1 год; - по п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ в виде лишения свободы на 10 лет с ограничением свободы на 1 год. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО90 13 лет лишения свободы с ограничением свободы на 2 года, установив в соответствии со ст. 53 УК РФ (за каждое преступление и по их совокупности) ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложив обязанность являться в данный орган два раза в месяц для регистрации. ФИО92 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, ч. 3 ст. 162 УК РФ, и назначить ему наказание: - по ч. 3 ст. 162 УК РФ (преступление от 24 декабря 2018 г.) в виде лишения свободы на 8 лет с ограничением свободы на 1 год; - по ч. 3 ст. 162 УК РФ (преступление от 28 декабря 2018 г.) в виде лишения свободы на 8 лет с ограничением свободы на 1 год. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО92 10 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, установив в соответствии со ст. 53 УК РФ (за каждое преступление и по их совокупности) ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложив обязанность являться в данный орган два раза в месяц для регистрации. Местом отбывания наказания в виде лишения свободы назначить ФИО10, ФИО90 и ФИО92 исправительную колонию строгого режима, срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Зачесть ФИО10 в срок отбывания наказания отбытое им наказание по приговору от 6 апреля 2017 г. в период с 20 октября 2016 г. по 29 декабря 2016 г. и в период с 6 апреля 2017 г. по 26 мая 2017 г., а также время содержания под стражей по настоящему делу в период с 8 мая 2019 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. Зачесть ФИО90 в срок отбывания наказания время содержания под стражей в период с 8 мая 2019 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. Зачесть ФИО92 в срок отбывания наказания: - время содержания под стражей в период с 3 июня 2019 г. по 27 июня 2019 г. и с 12 марта 2020 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима; -время нахождения под домашним арестом в период с 28 июня 2019 г. по 11 марта 2020 г. из расчета два дня под домашним арестом за один день лишения свободы. Дополнительное наказание в виде ограничения свободы, назначенное ФИО10, ФИО90 и ФИО92, исполнять после отбытия основного наказания. Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО10, ФИО90 и ФИО92 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения с содержанием в ФКУ <адрес>. ФИО80 признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, пп. «а», «в» ч. 2 ст. 161, ч. 5 ст. 33, п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы: - по ч. 5 ст. 33, пп. «а», «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ на срок 3 года; - по ч. 5 ст. 33, п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ на срок 6 лет. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО80 7 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима. На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ отсрочить ФИО80 реальное отбывание наказания до достижения ее ребенком ФИО62, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, четырнадцатилетнего возраста. Зачесть ФИО80 в срок отбывания наказания: - время содержания под стражей в период с 27 мая 2019 г. по 30 мая 2019 г. из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; - время нахождения под домашним арестом в период с 31 мая 2019 г. по 22 марта 2021 г. из расчета два дня под домашним арестом за один день лишения свободы. Меру пресечения в отношении ФИО10 в виде домашнего ареста отменить, избрать в отношении нее до вступления приговора в законную силу меру процессуального принуждения – обязательство о явке. ФИО10 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 209 УК РФ, оправдать на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. ФИО80, ФИО90 и ФИО92 по обвинению, каждого, в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 209 УК РФ, оправдать на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 133, ч. 1 ст. 134 УПК РФ признать за ФИО10, ФИО80, ФИО90 и ФИО92 право на реабилитацию в части оправдания. Взыскать с осужденного ФИО10 338200 (триста тридцать восемь тысяч двести) рублей в пользу потерпевшего ФИО4 в счет возмещения имущественного вреда. Взыскать с осужденных ФИО10, ФИО80 и ФИО90 солидарно 70600 (семьдесят тысяч шестьсот) рублей в пользу потерпевшего ФИО6 в счет возмещения имущественного вреда. Взыскать с осужденных ФИО10, ФИО80, ФИО90 солидарно 1062917 (один миллион шестьдесят две тысячи девятьсот семнадцать) рублей в пользу потерпевшей ФИО2 в счет возмещения имущественного вреда. Взыскать в пользу потерпевшего ФИО1 в счет компенсации морального вреда в долевом порядке: -с осужденного ФИО10 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей; -с осужденного ФИО90 250000 (двести пятьдесят) рублей; -с осужденного ФИО92 100000 (сто тысяч) рублей. Взыскать в пользу федерального бюджета процессуальные издержки: -с осужденного ФИО10 в сумме 100000 (сто тысяч) рублей; -с осужденной ФИО80 в сумме 80000 (восемьдесят тысяч) рублей; -с осужденного ФИО90 в сумме 100000 (сто тысяч) рублей; -с осужденного ФИО92 в сумме 80000 (восемьдесят тысяч) рублей. Гражданские иски АО <данные изъяты> о взыскании расходов в связи с оплатой лечения потерпевших ФИО1 и ФИО7 оставить без рассмотрения. Арест, наложенный на сотовый телефон «Samsung Galaxy A30» и денежные средства в общей сумме 88763 рублей, отменить: -деньги в сумме 32653 рубля, переданные в бухгалтерию МВД по Республике Хакасия по приходному кассовому ордеру № от 9 сентября 2019 г., - вернуть потерпевшей ФИО2, исполнение возложить на МВД по Республике Хакасия; -деньги в сумме 56110 рублей, переданные в бухгалтерию МВД по Республике Хакасия по приходному кассовому ордеру № от 9 сентября 2019 г., вернуть ФИО67, проживающему по <адрес> либо его опекуну или представителю, исполнение возложить на МВД по Республике Хакасия; -сотовый телефон «Samsung Galaxy A30» и коробку от данного телефона, переданные в камеру хранения вещественных доказательств МВД по Республике Хакасия, - передать в службу судебных приставов для обеспечения исполнения приговора в части имущественных взысканий в пользу потерпевшей ФИО2 Арест, наложенный на автомобиль «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак «№», переданный на хранение на автостоянку по <адрес>, отменить, автомобиль вернуть ФИО67 либо его опекуну или представителю, исполнение возложить на МВД по Республике Хакасия. Арест, наложенный на автомобиль «Мазда 3» государственный регистрационный знак «№», переданный на хранение на автостоянку по <адрес>, сохранить до исполнения приговора в части имущественных взысканий, автомобиль передать в службу судебных приставов для обеспечения исполнения приговора в отношении ФИО80 в части имущественных взысканий. Арест, наложенный на обручальное кольцо 585 пробы весом золота 3,22 гр., обручальное кольцо 585 пробы весом золота 3,6 гр., денежные средства в сумме 5000 рублей, кроссовки мужские белого цвета фирмы «Адидас» отменить: - обручальное кольцо 585 пробы весом золота 3,22 гр. и обручальное кольцо 585 пробы весом золота 3,6 гр., переданные в бухгалтерию МВД по Республике Хакасия по акту от 9 сентября 2019 г., - передать в службу судебных приставов для обеспечения исполнения приговора в части имущественных взысканий в пользу потерпевшей ФИО2; - денежные средства в сумме 5000 рублей, переданные в бухгалтерию МВД по Республике Хакасия по приходному кассовому ордеру № от 9 сентября 2019 г., - передать в службу судебных приставов для обеспечения исполнения приговора в отношении ФИО80 в части имущественных взысканий; - кроссовки мужские белого цвета фирмы «Адидас», переданные в камеру хранения вещественных доказательств МВД по Республике Хакасия, передать в службу судебных приставов для обеспечения исполнения приговора в отношении ФИО10 в части имущественных взысканий. Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу: -обрез, изготовленный из охотничьих ружей модели «Б» 16 калибра, обрез, изготовленный из охотничьего ружья «ИЖ-58» 16 калибра, револьвер «Safari-3», пулю калибра 5,6 мм, фрагмент ствола и приклад, переданные на хранение в УМВД России по г. Абакану по квитанциям № от 15 октября 2019 г., - передать в ЦЛРР Управления Росгвардии по Республике Хакасия для принятия решения в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации; -оптические диски, два рукописных письма, квитанции, лист с рукописными записями, акт о передачи имущества, медицинские маски, пять металлических фрагментов, фрагмент медицинской перчатки, отрезок бумаги с рукописным текстом, контроль-кассовые чеки, залоговые билеты, полимерные пакеты и бирки на золотые изделия, товарный чек, договор, находящиеся в материалах уголовного дела, - хранить там же; -две бейсбольные биты, резиновую палку, планшет для золотых украшений, фрагмент пленки стекла с повреждением, электрошоковое устройство, переданные в камеру хранения вещественных доказательств МВД по Республике Хакасия, - уничтожить; - предметы и вещи, возвращенные потерпевшим ФИО1, ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО4, свидетелям ФИО81, ФИО19, ФИО59, - оставить им по принадлежности; - носовой платок и полиэтиленовый пакет, изъятые у свидетеля ФИО21, сотовый телефон ФИО90 «INOI 2», мужские кроссовки 43 размера, шапку-маску, ручку АКПП, кухонный нож, хранящиеся при уголовном деле, - уничтожить; - сотовые телефоны «Samsung SM-J710FN/DS», изъятый в ходе обыска по <адрес>, и «Samsung SM-A505FN/DS», изъятый в ходе обыска по <адрес>, - вернуть ФИО80; - сотовый телефон «iPhone», изъятый в ходе обыска по <адрес>, хранящийся при уголовном деле, - вернуть ФИО92 или по его заявлению иному лицу. Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции через Верховный Суд Республики Хакасия в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционных жалоб или представления, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Председательствующий С.П. Зольников Суд:Верховный Суд Республики Хакасия (Республика Хакасия) (подробнее)Истцы:ООО "СМК РЕСО-Мед" (подробнее)Судьи дела:Зольников Сергей Петрович (судья) (подробнее)Последние документы по делу:Судебная практика по:Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вредаСудебная практика по применению норм ст. 151, 1100 ГК РФ Ответственность за причинение вреда, залив квартиры Судебная практика по применению нормы ст. 1064 ГК РФ По кражам Судебная практика по применению нормы ст. 158 УК РФ Разбой Судебная практика по применению нормы ст. 162 УК РФ По грабежам Судебная практика по применению нормы ст. 161 УК РФ Соучастие, предварительный сговор Судебная практика по применению норм ст. 34, 35 УК РФ Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Судебная практика по применению нормы ст. 111 УК РФ Доказательства Судебная практика по применению нормы ст. 74 УПК РФ |
