Апелляционное постановление № 22-4856/2021 от 28 октября 2021 г.

Судья Витько В.В. Дело № 22-4856/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Барнаул 29 октября 2021 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе

председательствующего Моисеевой И.А.

при помощнике судьи Банникове И.В.

с участием:

прокурора Банщиковой О.В.

осужденного ФИО1 (посредством видеоконференц-связи)

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и.о. прокурора Табунского района Алтайского края Гросс А.И. и апелляционным жалобам адвоката Репенька Е.Ю. и осужденного ФИО1 на приговор Табунского районного суда Алтайского края от 31 марта 2021 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, судимый:

- 5 апреля 2016 года Кулундинским районным судом Алтайского края по ст. 319 УК РФ к 5 месяцам исправительных работ с удержанием в доход государства 5% из заработной платы;

- 15 февраля 2016 года Кулундинским районным судом Алтайского края по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 2 года, постановлением того же суда от 31 мая 2016 года испытательный срок продлен на 2 месяца;

- 1 июля 2016 года Кулундинским районным судом Алтайского края по п. «б» ч. 2 ст. 158, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, ст. 70 УК РФ (приговоры от 5 апреля 2016 года и от 5 февраля 2016 года) - к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

- 4 июля 2016 года мировым судьей судебного участка № 1 Кулундинского района Алтайского края (с учетом последующих изменений) по ч. 1 ст. 112 УК РФ, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 1 июля 2016) - к 3 годам 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожден 12 августа 2019 года по отбытии наказания;

- 12 февраля 2020 года и.о. мирового судьи судебного участка Кулундинского района Алтайского края по ч. 1 ст. 167 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 6 месяцев;

- 20 февраля 2021 года Кулундинским районным судом Алтайского края (с учетом последующих изменений) по ч. 1 ст. 161 УК РФ, на основании ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ (приговор от 12 февраля 2020 года) - к 1 году 8 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

- осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ к 2 годам 1 месяцу лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору Кулундинского районного суда Алтайского края от 20 февраля 2021 года, окончательно назначено 2 года 2 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен с 31 марта 2021 года.

Мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу.

В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 28 июля 2020 года по 30 марта 2021 года и до вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Доложив обстоятельства дела, изложив существо приговора и содержание апелляционного представления и апелляционных жалоб, выслушав прокурора Банщикову О.В., поддержавшую доводы представления, осужденного ФИО1, поддержавшего доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти – оперативного дежурного ПП по <адрес> МО МВД России «<данные изъяты>» З. в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, совершенное в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в <адрес> Алтайского края при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.

В апелляционном представлении и.о. прокурора Табунского района Алтайского края Гросс А.И. выражает несогласие с приговором суда. Не оспаривая выводы суда о виновности и квалификации действий осужденного, считает приговор подлежащим изменению в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. Указывает, что в нарушение положений ст. 72 УК РФ суд определил начало срока отбывания наказания с даты вынесения приговора, тогда как указанный срок подлежит исчислению с даты вступления приговора в законную силу. Кроме этого, ссылаясь на ст. 304 УПК РФ, автор представления обращает внимание, что во вводной части приговора при указании данных о судимости ФИО1 по приговору Кулундинского районного суда Алтайского края от 1 июля 2016 года не отражено назначение наказания по правилам ст. 70 УК РФ с приговором Кулундинского районного суда от 15 февраля 2016 года. Просит приговор изменить, уточнить вводную часть приговора, указав, что ФИО1 судим приговором Кулундинского районного суда от 1 июля 2016 года к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ с приговорами от 5 апреля 2016 года и от 15 февраля 2016 года к 3 годам лишения свободы, исключить из приговора указание об исчислении срока наказания с 31 марта 2021 года, о зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей с 28 июля 2020 года по 30 марта 2021 года до вступления приговора в законную силу, указать, что срок наказания по настоящему приговору исчислять со дня вступления приговора в законную силу, зачесть наказание, отбытое осужденным по приговору Кулундинского районного суда Алтайского края от 20 февраля 2021 года.

В апелляционной жалобе адвокат Репенёк Е.Ю. считает приговор суда незаконным, необоснованным и несправедливым. По мнению автора жалобы, доказательства, подтверждающие виновность ФИО1 в совершении преступления, отсутствуют, а исследованным доказательствам судом не дано надлежащей оценки. Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 также выражает несогласие с приговором суда и выводами о его виновности в совершении преступления, указывает на нарушение его права на защиту, принципов непосредственности и устности судебного разбирательства, считает приговор подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции. Указывает, что приговор не содержит описания совершенного преступного деяния, что лишило его права на справедливое судебное разбирательство. Выражает несогласие с выводом суда о наличии у него умысла на применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении протерпевшего как представителя власти, а также о нанесении целенаправленного удара. По мнению осужденного, показания потерпевшего З., свидетелей Б.1, Щ., Е., Ф., Т., Л., заключение эксперта, показания специалиста К.1, копия карты вызова скорой помощи, рапорты сотрудников полиции и другие доказательства, на которые сослался суд в приговоре, не подтверждают его виновность в совершении преступления, в обоснование чего автор подробно приводит содержание показаний указанных лиц, давая им собственную оценку. Считает, что исследованная в судебном заседании видеозапись подтверждает незаконность действий потерпевшего в отношении него после его отказа подписать протокол задержания, спровоцировавшего его на сопротивление, после чего он оттолкнул З., который вышел из комнаты, следы крови на лице потерпевшего отсутствовали, удар им был нанесен непроизвольно. Полагает, что заключение эксперта от ДД.ММ.ГГ получено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, так как с постановлением о назначении экспертизы он был ознакомлен несвоевременно, уже после ее производства, что лишило его возможности воспользоваться принадлежащими ему правами. Кроме этого, считает, что установленное у потерпевшего кровоизлияние в слизистую верхней губы не могло повлечь кровотечение. Показания допрошенной в судебном заседании эксперта К.1 являются предположением, положены судом в основу приговора в нарушение п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года. Кроме этого, в ходе допроса эксперта по ходатайству государственного обвинителя первым вопросы были заданы председательствующим по делу, что является существенным нарушением закона. Эксперту были разъяснены права, предусмотренные ст. 58 УПК РФ, тогда как в действительности ей необходимо разъяснять права в соответствии со ст. 57 УПК РФ, она также не была предупреждена об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 310 УК РФ, отсутствует расписка, подтверждающая надлежащее разъяснение ей указанных положений закона. На этом основании осужденный приходит к выводу о недопустимости в качестве доказательства показаний эксперта К.1 в судебном заседании. Копия карты вызова скорой помощи, выписка из приказа МВД от ДД.ММ.ГГ, рапорт сотрудника Щ., приведенные судом в качестве доказательств, в судебном заседании не исследовались, что подтверждается протоколом и аудиозаписью судебного заседания. Содержание указанных в качестве доказательств рапортов сотрудников полиции в приговоре не раскрыто, что исключило их надлежащую оценку судом. Указав на содержание видеозаписи, исследованной в судебном заседании, суд также не дал ей надлежащей оценки, сославшись в приговоре на протокол осмотра предметов в т. *** л.д. ***-*** и выводы органа предварительного следствия, при этом л.д. *** в судебном заседании не оглашался. Председательствующим нарушен порядок исследования доказательств по делу, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания от ДД.ММ.ГГ, когда после объявления пятиминутного перерыва судья передал государственному обвинителю тома дела в отсутствие соответствующего ходатайства и без учета мнения стороны защиты, несмотря на отказ государственному обвинителю в ходатайстве об оглашении показаний свидетеля Л., заявленном до объявления перерыва. Протокол судебного заседания не соответствует фактическим действиям суда в части порядка их производства в судебных заседаниях. Считает, что в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 318 УК РФ, так как по смыслу закона в случае нарушения сотрудником полиции должностного регламента его действия могут признаваться незаконными, что исключает их уголовно-правовую защиту. Правомерности действиям потерпевшего судом первой инстанции оценки не дано, несмотря на исследованные в судебном заседании его ходатайства и обращения. Кроме этого, постановлением Табунского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ производство по его жалобе, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, на действия сотрудников З., Щ. и Е.1 было прекращено с разъяснением, что вопросы о признании их действий незаконными и необоснованными осужденный праве поставить перед судом в ходе судебного разбирательства по уголовному делу. Настаивает, что противоправный характер действий потерпевшего подтверждается рапортом сотрудника Е.1, в котором указано о двукратном применении в отношении ФИО1 физической силы, что скрыли другие сотрудники полиции. Оценки данным обстоятельствам судом также не дано. Таким образом, право на доступ осужденного к правосудию судом не восстановлено. Назначая ему наказание в виде лишения свободы, суд не привел мотивов, по которым пришел к выводу о возможности его исправления только в случае реального лишения свободы. Судом также не учтено в качестве смягчающего наказание обстоятельства частичное признание им вины, противоправное поведение потерпевшего, послужившее поводом для совершения преступления, что подтверждается видеозаписью. Применяя положения ч. 2 ст. 68 УК РФ при назначении наказания, суд имел возможность назначить наказание в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы, но назначил наказание, хотя и не выходящее за пределы санкции статьи, но по своему размеру не соответствующее характеру и степени общественной опасности преступления. Кроме того, придя к выводу об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, суд сослался на ч. 5 ст. 15 УК РФ, содержащую понятие особо тяжкого преступления, тогда как инкриминируемое ему преступление относится к категории средней тяжести. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство либо изменить приговор, смягчить срок назначенного наказания до 1 года 10 месяцев лишения свободы.

Проверив материалы дела, доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Доводы осужденного в судебном заседании, приведенные повторно в апелляционных жалобах, об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, тщательно проверены судом и справедливо отвергнуты, поскольку виновность осужденного в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, вопреки доводам жалоб, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, в том числе: показаниями потерпевшего З., свидетелей Б.1, Щ., Е.1, К., Б., С., Т., Л., допрошенной в качестве специалиста судебно-медицинского эксперта К.1, заключением судебно- медицинской экспертизы о наличии у потерпевшего телесных повреждений, их локализации, степени тяжести, механизме и времени образования, протоколами осмотра места происшествия, видеозаписью камеры наблюдения, изъятой в помещении пункта полиции, иными исследованными и приведенными в приговоре доказательствами.

Так, потерпевший З. в судебном заседании показал, что ДД.ММ.ГГ вместе с помощником оперативного дежурного Ф. находился на суточном дежурстве в дежурной части пункта полиции по <адрес>, был в форменном обмундировании с отличительными знаками сотрудника полиции. В указанное время сотрудниками МО МВД <данные изъяты>» Щ., Е.1 и К. был доставлен в состоянии алкогольного опьянении ФИО1, на него был составлен административный материал. При досмотре ФИО1 ему были разъяснены права, предложено выдать все имеющиеся при нем запрещенные предметы, однако последний вел себя агрессивно, не желал идти на контакт с сотрудниками полиции, поэтому он наклонился к ФИО1 для проведения досмотра. Целищев встал и нанес ему один целенаправленный удар правой рукой в область лица, попал по верхней губе, у него выступила кровь, была вызвана скорая помощь для фиксации факта причинения телесных повреждений. В связи с поведением задержанного сотрудниками полиции к нему была применена физическая сила.

Показания потерпевшего объективно подтверждаются показаниями свидетелей сотрудников МО МВД России <данные изъяты>» Щ., Е.1, пояснивших в судебном заседании о доставлении ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения ДД.ММ.ГГ в пункт полиции по <адрес> в комнату для приема граждан, где на предложение З. подняться со стула для производства досмотра ФИО1 отказался, стал вести себя агрессивно, выражался нецензурно, угрожал им последующими разбирательствами. Когда З. стал его досматривать, ФИО1 ударил того правой рукой в лицо, после чего они применили к ФИО1 физическую силу и пресекли его противоправные действия.

Свидетель К. - полицейский-водитель ОВППСП МО МВД России «<данные изъяты>» в судебном заседании показал, что после доставления в пункт полиции ФИО1, задержанного по ст. 20.21 КоАП РФ, он услышал шум, зашел в комнату для приема граждан, увидел, что Щ. и Е.1 удерживают ФИО1, а у З. на губе кровь, после чего были вызваны следственная группа и скорая помощь.

Аналогичные показания дали свидетели сотрудники полиции Б., Т., Ф., С. - в судебном заседании, Л. – на предварительном следствии (его показания были оглашены судом с согласия сторон в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ).

Участвовавший ДД.ММ.ГГ в качестве понятого при досмотре ФИО1 свидетель Б.1 суду показал, что в ходе досмотра ФИО1 отказался выполнять законные требования сотрудников полиции, в ответ на просьбу встать со стула начал ругаться, ударил рукой по лицу дежурного, после чего на ФИО1 надели наручники.

Вопреки доводам жалоб, суд правильно положил в основу приговора показания потерпевшего З. и свидетелей, изобличающих осужденного в совершении преступления, в том числе Б.1, Щ., Е.1 – непосредственных очевидцев преступления. Оснований не доверять этим показаниям у суда апелляционной инстанции также не имеется; все эти лица были допрошены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания являются последовательными, дополняют друг друга, согласуются между собой и с другими доказательствами.

Существенных противоречий в показаниях указанных лиц, которые бы ставили под сомнение их достоверность, а также их личной заинтересованности в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности не установлено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного об искажении в приговоре показаний указанных свидетелей, их содержание соответствует протоколу и аудиозаписи судебного заседания, с которыми осужденный был ознакомлен, замечания на содержание протоколов в указанной части им не приносились.

В этой связи собственная оценка показаний потерпевшего и свидетелей осужденным, приведенная им в апелляционных жалобах, не свидетельствует о незаконности и необоснованности выводов суда о виновности осужденного на основе данных доказательств.

Помимо показаний потерпевшего и свидетелей обвинения, факт применения ФИО1 насилия в отношении сотрудника полиции З. при исполнении им своих должностных обязанностей подтверждает видеозапись с камеры наблюдения, изъятая в помещении пункта полиции, осмотренная следователем и просмотренная в судебном заседании.

Видеозапись была исследована в судебном заседании ДД.ММ.ГГ, что явствует из протокола судебного заседания, а ссылка в приговоре на протокол осмотра диска с видеозаписью, который также был исследован в судебном заседании, не свидетельствует о допущенном судом нарушении уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора.

Факт причинения потерпевшему З. телесных повреждений в виде кровоизлияния в слизистую верхней губы (***), механизм его образования – от не менее чем однократного ударного действия твердого тупого объекта без конкретной специфической характеристики контактирующей поверхности, что возможно при ударе рукой постороннего человека в область верхней губы, а также время причинения – незадолго до осмотра потерпевшего в отделении СМЭ в *** часов *** минут ДД.ММ.ГГ, то есть не исключено ДД.ММ.ГГ, объективно подтверждается и заключением судебно-медицинской экспертизы.

Вопреки доводам жалобы осужденного, оснований не доверять выводам эксперта К.1 не имеется. Экспертиза проведена экспертом, имеющим соответствующие подготовку и стаж, заключение составлено в соответствии с требованиями УПК РФ, оно содержит ясные и полные ответы на все поставленные перед экспертом вопросы, по всем юридически значимым обстоятельствам. Нарушений закона при проведении экспертизы не установлено. Оценка заключению экспертизы дана судом в совокупности с другими доказательствами в соответствии со ст. 88 УПК РФ.

Свои выводы эксперт К.1 подтвердила в судебном заседании.

Отсутствие у потерпевшего на видеозаписи явных признаков кровотечения в области губ, на что указано в жалобе осужденного, не ставит под сомнение выводы эксперта о наличии у потерпевшего телесных повреждений.

Допрос эксперта К.1 в качестве специалиста, вопреки доводам жалобы осужденного, не является нарушением закона, влекущим безусловную отмену приговора. Отсутствие в материалах дела подписки о предупреждении эксперта об уголовной ответственности также не влечет признания ее показаний недопустимым доказательством, поскольку эксперт была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УПК РФ при производстве судебно-медицинской экспертизы, в судебном заседании дала лишь разъяснения вопросов, входящих в ее профессиональную компетенцию.

Допрос эксперта председательствующим по делу судьей нарушением норм уголовно-процессуального закона не является, поскольку у сторон обвинения и защиты вопросов к эксперту не было.

Ознакомление ФИО1 с постановлением о назначении судебно-медицинской экспертизы после ее проведения не свидетельствует о нарушении следователем его прав и о недопустимости заключения экспертизы в качестве доказательства, так как экспертиза назначена следователем в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 144 УПК РФ, до возбуждения уголовного дела, при проверке сообщения о преступлении. При ознакомлении с постановлением о назначении экспертизы и заключением экспертизы, а также при ознакомлении с материалами уголовного дела осужденный не был лишен возможности реализовать свои права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ.

Свое право на обжалование действий З. и других сотрудников полиции ФИО1 реализовал в судебном заседании.

Учитывая совокупность представленных доказательств, суд первой инстанции обоснованно критически отнесся к показаниям осужденного ФИО1, утверждавшего о незаконных действиях самих сотрудников полиции, расценив их как способ защиты.

То, что потерпевший З. в момент совершения ФИО1 в отношении него преступления являлся представителем власти и находился при исполнении своих должностных обязанностей, неопровержимо подтверждается исследованными судом материалами дела: выпиской из приказа от ДД.ММ.ГГ *** л/с о назначении З. на должность оперативного дежурного дежурной части пункта полиции по <адрес> МО МВД России «<данные изъяты> должностным регламентом (должностной инструкцией) оперативного дежурного, графиком дежурств.

Из исследованных доказательств также следует, что для ФИО1 было очевидно, что потерпевший З. являлся представителем власти - сотрудником полиции, находился на дежурстве, при исполнении своих должностных обязанностей, в форменном обмундировании, с отличительными знаками сотрудника полиции, действовал в рамках должностного регламента и с целью исполнения возложенных на него обязанностей осуществлял помещение доставленного ФИО1 в специальное служебное помещение для задержанных лиц в целях проведения личного досмотра, чему ФИО1 препятствовал, в связи с чем умышленно применил в отношении З. насилие, не опасное для жизни и здоровья, нанеся потерпевшему рукой удар в область лица и причинив ему физическую боль и телесные повреждения.

Оценка действиям потерпевшего З., вопреки доводам жалобы, дана судом, что прямо следует из приговора.

Законность действий сотрудников полиции, в том числе З., была проверена и <данные изъяты> межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета РФ по Алтайскому краю, по результатам проверки нарушений закона в действиях сотрудников полиции при доставлении ФИО1 в пункт полиции, его досмотре, оформлении документов и применении в отношении него физической силы не установлено, в возбуждении уголовного дела в отношении З. и других сотрудников полиции отказано.

В связи с этим доводы осужденного в апелляционной жалобе о допущенном потерпевшим З. поведении, выходящим за пределы осуществления им профессиональной деятельности, являются явно надуманными и опровергаются указанными материалами дела.

Таким образом, исследованные судом и приведенные в приговоре доказательства в совокупности опровергают утверждение осужденного и его защитника о недоказанности вины ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления.

Вопреки утверждениям, содержащимся в апелляционных жалобах, все доводы о неосторожном причинении З. телесных повреждений и об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, судом первой инстанции тщательно проверены, выводы суда по результатам проверки отражены в приговоре, неустраненные существенные противоречия в доказательствах, которые бы вызывали сомнение в выводах суда о виновности осужденного и требовали их толкования в пользу последнего, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не усматривает.

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам в приговоре дана надлежащая оценка с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а всем доказательствам в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела, как того требует ст. 88 УПК РФ. Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ, всем противоречиям судом дана надлежащая оценка, выводы суда о том, почему одни доказательства положены в основу приговора, а другие отвергнуты, убедительно мотивированы в приговоре.

Какого-либо несоответствия выводов, изложенных в приговоре, установленным фактическим обстоятельствам дела судом не допущено.

Вопреки доводам осужденного, судом установлены все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует ст. 307 УПК РФ, в том числе содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 318 УК РФ как применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Выводы суда о юридической оценке действий осужденного основаны на правильном толковании норм уголовного закона и подробно мотивированы в приговоре. Оснований для оправдания осужденного, о чем поставлен вопрос в апелляционных жалобах, не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении уголовного дела, как и принципов презумпции невиновности и состязательности сторон, влекущих отмену приговора, по делу не допущено; уголовное дело расследовано и рассмотрено полно, всесторонне и объективно, с исследованием всех обстоятельств, имеющих значение для дела.

Вопреки доводам жалоб осужденного, порядок исследования доказательств был определен судом с учетом предложений государственного обвинителя и мнения стороны защиты в судебном заседании ДД.ММ.ГГ, с соблюдением требований ст.ст. 15 и 244 УПК РФ, возражений от осужденного не поступало.

Замечания осужденного на протокол судебного заседания в части порядка действий председательствующего судьи в судебном заседании ДД.ММ.ГГ судьей были рассмотрены и удовлетворены.

Все заявленные ходатайства, в том числе стороны защиты, были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Нарушения принципов состязательности и равноправия сторон, необоснованного отклонения заявленных ходатайств в судебном заседании не установлено.

Все иные приведенные в жалобах доводы направлены на переоценку установленных судом фактических обстоятельств, основаны на несогласии с оценкой доказательств, которую суд привел в приговоре, а потому не могут служить основанием к отмене или изменению судебного решения.

Наказание осужденному назначено в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд признал и учел удовлетворительную характеристику личности осужденного.

Иных обстоятельств для признания их смягчающими наказание суд не установил, не находит таких обстоятельств и суд апелляционной инстанции.

Что касается доводов жалоб о необходимости признания в качестве смягчающего наказания обстоятельства противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, то оснований для этого суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не усматривает, поскольку противоправный характер действий потерпевшего судом не установлен.

Оснований для признания в качестве смягчающего обстоятельства частичного признания ФИО1 вины также не имеется, так как осужденный вину не признал, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании показаний не давал, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства судом обоснованно признан в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ рецидив преступлений, в связи с чем наказание назначено с учетом ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, решение о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы судом надлежаще мотивировано в приговоре.

Наказание осужденному назначено в пределах санкции статьи, не в максимальном размере, с учетом ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Назначенное наказание соразмерно характеру и степени общественной опасности содеянного и личности осужденного и является справедливым. Оснований для признания назначенного наказания чрезмерно суровым и для его смягчения суд апелляционной инстанции не находит.

Суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, и оснований для применения к осужденному положений ч. 3 ст. 68 УК РФ и ст. 73 УК РФ, а также замены назначенного наказания принудительными работами в соответствии со ст. 53.1 УК РФ не усматривает.

Ссылка суда в приговоре на ч. 5 ст. 15 УК РФ вместо ч. 6 ст. 15 УК РФ при мотивировании отсутствия оснований для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую является очевидной технической ошибкой, не влияющей на законность и обоснованность приговора.

Окончательное наказание назначено с соблюдением ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению.

Как видно из приговора, в качестве доказательств виновности осужденного суд сослался на рапорты оперативного дежурного З., полицейских Е.1 и Щ. от ДД.ММ.ГГ (т. *** л.д. *** ***, ***). Однако в силу ст. 74 УПК РФ рапорт не является доказательством по уголовному делу, в соответствии со ст.ст. 140, 143 УПК РФ рапорт об обнаружении признаков преступления является поводом для возбуждения уголовного дела. В связи с этим ссылку на них как на доказательство необходимо исключить из описательно-мотивировочной части приговора.

Кроме того, в качестве доказательств виновности осужденного суд сослался на выписку из приказа МВД РФ от ДД.ММ.ГГ (т. *** л.д. ***-***) и копию карты вызова скорой помощи (т. *** л.д. ***-***), которые, как видно из протокола судебного заседания, судом не исследовались, на что справедливо обращено внимание осужденного в жалобе. В связи с чем ссылка и на данные доказательства подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора.

Однако исключение указанных доказательств из приговора на выводы суда первой инстанции о виновности осужденного в совершении преступления не влияет, поскольку они основаны на достаточной совокупности других исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств.

Помимо этого, как верно отмечено прокурором в апелляционном представлении, судом во вводной части приговора неправильно указано, что ФИО1 судим по приговору Кулундинского районного суда Алтайского края от 1 июля 2016 года по п. «б» ч. 2 ст. 158, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, ст. 70 УК РФ (приговоры от 5 апреля 2016 года и от 5 февраля 2016 года) - к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Согласно материалам дела, ФИО1 судим 1 июля 2016 года Кулундинским районным судом Алтайского края по п. «б» ч. 2 ст. 158, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, ст. 70 УК РФ (приговоры от 15 февраля 2016 года и от 5 апреля 2016 года) - к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В связи с чем во вводную часть приговора следует внести соответствующие изменения.

Кроме того, по смыслу ст. 72 УК РФ в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года № 186-ФЗ и взаимосвязанных положений ее чч. 3, 3.1, началом срока отбывания наказания необходимо признавать день вступления приговора в законную силу, в срок лишения свободы по правилам, предусмотренным в ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, засчитывается период со дня фактического задержания до дня вступления приговора в законную силу.

При назначении окончательного наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ в окончательное наказание засчитывается наказание, отбытое по первому приговору.

Избрав ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу после провозглашения приговора, суд указал о начале срока отбывания наказания со дня провозглашения приговора - с 31 марта 2021 года и о зачете времени содержания под стражей с 28 июля 2020 года по 30 марта 2021 года и до дня вступления приговора в законную силу, что противоречит приведенным требованиям закона.

В связи с чем, соглашаясь с доводами апелляционного представления, суд апелляционной инстанции считает необходимым в резолютивной части приговора указать об исчислении срока наказания ФИО1 со дня вступления приговора в законную силу и о зачете в срок лишения свободы времени его содержания под стражей с 31 марта 2021 года до дня вступления приговора в законную силу, то есть до 29 октября 2021 года, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима и о зачете в срок окончательного наказания наказания, отбытого по приговору Кулундинского районного суда Алтайского края от 20 февраля 2021 года, с 28 июля 2020 года по 30 марта 2021 года.

Кроме того, правильно в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначив ФИО1 для отбывания наказания исправительную колонию строгого режима, суд в описательно-мотивировочной части приговора ошибочно сослался на п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, в связи с чем и в этой части приговор подлежит уточнению.

Вносимые изменения, однако, в целом на законность и обоснованность постановленного приговора не влияют и основанием для его отмены не являются.

Иных оснований для изменения приговора, а также для его отмены, в том числе по доводам апелляционных жалоб, не имеется.

Нарушений уголовного и уголовно - процессуального законов, влекущих отмену судебного решения, не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Табунского районного суда Алтайского края от 31 марта 2021 года в отношении ФИО1 изменить.

Уточнить вводную часть приговора указанием о судимости ФИО1 по приговору Кулундинского районного суда Алтайского края от 1 июля 2016 года по п. «б» ч. 2 ст. 158, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, ст. 70 УК РФ (приговоры от 15 февраля 2016 года и от 5 апреля 2016 года) - к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на рапорты оперативного дежурного З. полицейских Е.1 и Щ. от ДД.ММ.ГГ (т. *** л.д. ***, *** ***), выписку из приказа МВД РФ от ДД.ММ.ГГ (т. *** л.д. ***-***), копию карты вызова скорой помощи (т. *** л.д. ***-***) как доказательство виновности ФИО1

Уточнить в описательно-мотивировочной части приговора, что исправительная колония строгого режима назначена ФИО1 в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Указать в резолютивной части приговора об исчислении срока наказания со дня вступления приговора в законную силу, о зачете в срок лишения свободы времени содержания ФИО1 под стражей с 31 марта 2021 года до дня вступления приговора в законную силу, то есть до 29 октября 2021 года, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима и о зачете в срок окончательного наказания наказания, отбытого по приговору Кулундинского районного суда Алтайского края от 20 февраля 2021 года, с 28 июля 2020 года по 30 марта 2021 года.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционную жалобу осужденного удовлетворить частично, апелляционное представление удовлетворить.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии вступившего в законную силу судебного решения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе либо в течение трех суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий: И.А. Моисеева

И.А. Моисеева