Приговор № 22-618/2023 от 23 марта 2023 г.

Председательствующий Каргаполов И.В. Дело № 22-618/2023

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Имени Российской Федерации

Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе: председательствующего судьи Ушакова А.В.,

судей Волторнист О.А., Вершинина А.Р.,

при секретаре Телетаевой А.С.,

с участием прокурора Альмухамедова А.С., Гуменюка В.В.,

осужденных Грицука С.А., Шамкина Д.А.,

адвокатов Кузнецова И.А., Попова П.А., Андреевой О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 24 марта 2023 года уголовное дело по апелляционному представлению Омского транспортного прокурора Козловского Д.В., апелляционным жалобам адвоката Кузнецова И.А. в интересах осужденного Грицука С.А., адвоката Попова П.А. в интересах осужденного Шамкина Д.А. на приговор Ленинского районного суда г. Омска от 24 октября 2022 года, которым

Грицук С. А., <...>

осужден по ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к наказанию в виде 6 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Грицук С.А. взят под стражу в зале суда.

Приговором постановлено срок отбытия наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в срок лишения свободы на основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ времени содержания под стражей с <...> до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1, <...>

осужден по ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к наказанию в виде 6 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Приговором постановлено срок отбытия наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в срок лишения свободы на основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ времени содержания под стражей с <...> до вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск Омского транспортного прокурора удовлетворен. Постановлено признать сделку по передаче 77 050 руб. 30 коп. за приобретение наркотического средства производное N-метилэфедрона массой 78,72 г. недействительной, с применением к ней последствия недействительности ничтожной сделки, предусмотренных ст. 169 ГК РФ. Взысканы с ФИО2 в доход Российской Федерации денежные средства в размере 77 050 руб. 30 коп.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Волторнист О.А., изложившей обстоятельства дела и доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, позицию прокурора Альмухамедова А.С., поддержавшего апелляционное представление, осужденных ФИО2, ФИО1 и их адвокатов Кузнецова И.А., Попова П.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Согласно приговору ФИО2 и ФИО1 признаны виновными и осуждены за совершение покушения на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Преступление совершено <...> в г. Омске при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО2 вину признал частично, ФИО1 вину не признал полностью.

В апелляционном представлении Омский транспортный прокурор Козловский Д.В. выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства, нарушением уголовного закона и несправедливостью вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания.

Указывает на необоснованное исключение из предъявленного ФИО2 и ФИО1 обвинения квалифицирующего признака «организованной группой» ввиду наличия устойчивости группы лиц, заранее объединившихся для совершения преступлений, лидирующую роль в которой занимало иное лицо, материалы уголовного дела в отношении которого выделены в отдельное производство. Это же лицо создало интернет-магазин, целью которого являлся незаконный оборот наркотических средств, и к деятельности которого привлечены ФИО2, Свидетель №28 и ФИО1, получавшие по указанию организатора крупные партии наркотических средств, и в последующем размещая в тайники-закладки, передавая о них информацию иным участникам организованной группы в целях дальнейшего сбыта. При этом неосведомленность членов организованной преступной группы ФИО2 и ФИО1 об иных участниках свидетельствует лишь о наличии правил конспирации.

Обращает внимание на то, что данная группа характеризовалась устойчивостью, внутренней иерархией, согласованностью преступных действий, четким распределением ролей среди участников при подготовке к преступлениям и непосредственно при их совершении, соблюдением различных мер конспирации, в том числе путем общения исключительно в сети «Интернет» под вымышленными данными, что подтверждается показаниями свидетеля Свидетель №28, а также материалами дела, согласно которым осужденными указанная деятельность велась на протяжении длительного периода времени за которую они систематически получали вознаграждение.

Указывает на необоснованное оставление судом первой инстанции без внимания того обстоятельства, что с Свидетель №28 было заключено досудебное соглашение, в отношении него <...> Ленинским районным судом г. Омска вынесен приговор, согласно которому он осужден за совершение покушения не незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») организованной группой, в крупном размере.

Кроме того, указывает на наличие в описательно-мотивировочной части приговора противоречивых суждений о наличии квалифицирующего признака «с использованием информационно-телекоммуникационной сети, включая «Интернет»», и о необходимость исключения из обвинения признака «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, за исключением сети «Интернет»». При этом указывает, что сеть «Интернет» включена в состав информационно-телекоммуникационных сетей и отдельно от нее рассматриваться не может.

Полагает, что судом первой инстанции в должной мере не учтен характер и степень общественной опасности совершенного особо тяжкого преступления, суд необоснованно учел в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденных, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, повлекшее возможность применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. Однако в ходе предварительного и судебного следствия ФИО2 и ФИО1 вину не признали, активного способствования раскрытию и расследования преступления не оказывали, поскольку правоохранительные органы обладали достаточными сведениями об их причастности к совершению преступления.

На основании изложенного, просит приговор изменить, исключить указание на признание смягчающим наказание обстоятельством активное способствование раскрытию и расследования преступления. Квалифицировать деяние осужденных как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере. Назначенное ФИО2 и ФИО1 наказание усилить до 12 лет лишения свободы.

В апелляционной жалобе адвокат Кузнецов И.А., действующий в интересах осужденного ФИО2, выражает несогласие с приговором, ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального и уголовного законов.

Указывает, что дело рассмотрено ненадлежащим составом суда, а заявленный судье отвод необоснованно не удовлетворен. Так, председательствующий по делу судья <...> рассмотрел в порядке ст. 125 УПК РФ жалобу на постановление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2, в решении по которой высказался о законности возбуждения уголовного дела следователем на основании проведенных в ходе предварительной проверки осмотра места происшествия и изъятия свёртков с веществом, по результатам исследования которого в одном из них установлено наличие наркотического средства.

В нарушение положений ст. 266 УПК РФ в судебном заседании <...> при замене участвующего в рассмотрении дела государственного обвинителя не разъяснено и не предоставлено право заявить ему отвод, чем подсудимые лишены возможности в полной мере реализовать предоставленные им процессуальным законодательством права. Кроме того, в нарушение положений ч. 5 ст. 246 УПК РФ, а также постановления Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 № 18-П, судом при отсутствии соответствующего ходатайства стороны обвинения самостоятельно решен вопрос о том, какие доказательства подлежат исследованию в судебном заседании. В нарушение положений ч. 3 ст. 278 УПК РФ председательствующий по делу первым задавал вопросы свидетелю.

Доказательства, на которые суд ссылается в обоснование виновности осужденных, а именно протоколы следственных действий, заключения экспертиз, справки не являлись предметом исследования в судебном заседании, о чем свидетельствует аудиопротокол судебного заседания.

Обращает внимание на то, что в приговоре не приведено содержание исследованных в судебном заседании протоколов очных ставок между ФИО2 и Свидетель №28, ФИО2 и ФИО1, тогда как данные в ходе очных ставок пояснения существенно отличаются от тех показаний, которые положены в основу приговора, и свидетельствовали об отсутствии в деяниях осужденных состава преступления.

Судом не дана надлежащая оценка показаниям свидетелей Свидетель №6, Г.., Свидетель №3, Свидетель №1, которые разным образом описывали обстоятельства задержания осужденных.

Указывает, что судом нарушен установленный порядок судопроизводства.

Так, <...> состоялись прения сторон и после реплик судебное заседание было отложено. <...> у ФИО3 было отобрано последнее слово и судебное заседание было отложено. <...> производство по делу было приостановлено в связи с болезнью подсудимого ФИО1. Вместе с тем судебное заседание <...> суд начал со стадии дополнений к судебному следствия при отсутствии каких-либо ходатайств сторон, после чего перешел к судебным прениям и отобрал последнее слово у подсудимых. Таким образом, суд произвольно изменил стадийность судебного процесса.

Указывает на недопустимость полученной с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства справки об исследовании № <...> от <...>. Считает, что отношение о назначении химического исследования вещества, якобы изъятого <...> в ходе осмотра места происшествия с участием ФИО2, вынесено следователем в отсутствие каких-либо на то оснований, поскольку исследование вещества начато в 20.10 час., в то время как осмотр места происшествия до этого времени не проводился.

Решение о возбуждении уголовного дела принято <...> после прекращения <...> производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 и Свидетель №28 по материалу предварительной проверки КУСП № <...> от <...>, что свидетельствует о незаконности решения о возбуждении уголовного дела и необходимости его прекращения.

Также в основу приговора положен протокол проверки показаний на месте с участием ФИО1 от <...>, однако данное следственное действие проведено в отсутствие адвоката, с учетом изменившегося процессуального статуса ФИО1 и его отказа от данных в тот момент показаний, влечет признание указанного доказательства недопустимым.

Ссылаясь на п.п. 6, 13.2 постановления Пленума ВС РФ от 15.06.2006 № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами…», цитируя содержание постановления о возбуждении уголовного дела от <...>, указывает, что поскольку наркотическое средство массой 36,9 г. не было получено ФИО2, и возможности распорядиться им по своему усмотрению он не имел, сообщение с адресом тайником-закладкой доставлено ему после задержания, а наркотическое средство обнаружен и изъято сотрудниками полиции спустя 6 месяцев после задержания ФИО2, то указанное свидетельствует на отсутствует в его деяниях состава какого-либо преступления.

Указывает на то, что судом не рассмотрен вопрос о возможности изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, решение об удовлетворении иска прокурора не мотивировано. На основании изложенного, просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В основной апелляционной жалобе адвокат Попов П.А., действующий в интересах осужденного ФИО1, выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным, постановленным в нарушение положений ст. 240 УПК РФ, а также разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума ВС РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре». Указывает, что вина ФИО1 не подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

В дополнительной апелляционной жалобе адвокат Попов П.А., действующий в интересах осужденного ФИО1, приводит доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы адвоката Кузнецова И.А., дополняет, что судом не дана оценка тому обстоятельству, что информация о существовании и места нахождения пакета с 73 свёртками с веществом массой 36,9 г., изъятого у <...> в г. Омске, поступала на телефон ФИО4 уже после фактического задержания сотрудниками полиции, что свидетельствует о необоснованности выводов суда о виновности ФИО1 Также обращает внимание на то, что при наличии у ФИО1 информации о месте нахождения наркотических средств, он, будучи не под стражей, мог самостоятельно их изъять, однако не сделал этого.

Указывает, что государственным обвинителем было оглашено обвинение, предъявленное ФИО3, при этом обвинение, предъявленное ФИО1, в судебном заседании не оглашалось.

На основании изложенного, просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Проверив материалы дела, выслушав мнение участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора суда первой инстанции.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Основываясь на материалах настоящего уголовного дела и имеющихся доказательствах, судебная коллегия считает, что обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене с постановлением по делу нового обвинительного приговора.

В соответствии со ст. 389.16 УПК РФ, приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если: 1) выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; 2) суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда; 3) в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; 4) выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденных.

Органами предварительного расследования ФИО2 и ФИО1 предъявлено обвинение в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

Суд первой инстанции по итогам судебного разбирательства пришел к выводу, что вина осужденных в предъявленном обвинении доказана, и квалифицировал действия каждого из них по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, то есть умышленные действия лиц, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этих лиц обстоятельствам.

Судебная коллегия, исходя из совокупности исследованных по делу доказательств, считает что суд первой инстанции допустил в своих выводах существенные противоречия, не дав должной оценки значимым по делу обстоятельствам.

Вместе с тем, согласно ст. 389.23 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, то суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Поскольку судом первой инстанции всесторонне и полно установлены фактические обстоятельства дела, судебная коллегия полагает, что допущенные судом нарушения могут быть устранены при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке и считает возможным постановить новый обвинительный приговор в отношении ФИО2 и ФИО1 на доказательствах, исследованных и проверенных судом первой инстанции и изложенных в приговоре.

Как установлено судебной коллегией и подтверждено совокупностью доказательств, исследованных судом первой инстанции, не позднее <...> ФИО2, ФИО1 и Лицо № 1 (в отношении которого вынесен обвинительный приговор), находясь по адресу: г. Омск, <...>-<...><...>, умышленно, связавшись с иным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, использующего учетную запись «<...>», посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», по предварительному сговору между собой и с ним, действуя совместно по указанию последнего, получив на мобильный телефон «Honor 10 lite», принадлежащий ФИО2, через программу персональной связи «Telegram» сведения о местонахождении тайника с наркотическим средством, прибыли на указанное иным лицом место, где из тайника-закладки, расположенного в 100 метрах в северном направлении от жилого <...> и в 150 метрах в западном направлении от остановочной платформы «Труд» в ЛАО г. Омска, забрали, тем самым незаконно приобрели 13 свертков с наркотическим средством производное N-метилэфедрона, общей массой массой 5,29 г., и поместили в иные тайники-закладки с целью их сбыта, а именно:

- в тайник, расположенный на расстоянии 250 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на расстоянии 600 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на расстоянии 603 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на расстоянии 405 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на расстоянии 502 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на расстоянии 452 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на расстоянии 510 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на участке местности на расстоянии 120 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на участке местности на расстоянии 120 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на участке местности на расстоянии 120 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на участке местности на расстоянии 120 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на участке местности на расстоянии 120 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>;

- в тайник, расположенный на участке местности на расстоянии 120 метров от <...> в г. Омске с географическими координатами <...>,

которые <...> в ходе осмотров мест происшествий были обнаружены и изъяты сотрудниками полиции.

Кроме того, не позднее 19.40 час. <...> ФИО2, ФИО1 и Лицо № 1 умышленно, получив от иного лица, использующего учетную запись «<...>», посредством сети «Интернет» сообщение о месте нахождения наркотического средства – вещества, содержащего в своем составе производное N–метилэфедрона, массой не менее 36,53 гр., прибыли к месту нахождения тайника-закладки, расположенному в 110 метрах в юго-западном направлении от жилого <...> и в 1,5 метрах в восточном направлении от бетонного забора, огораживающего административное здание по <...> в ОАО г. Омска, где из указанного тайника Лицо № 1 изъяло наркотическое средство - производное N–метилэфедрона, общей массой не менее 36,53 г, расфасованное в 73 свертка, с целью его дальнейшего совместного незаконного сбыта.

Однако ФИО2 и ФИО1 свои противоправные действия довести до конца не смогли, так как не позднее 19.40 час. <...> у <...> они были задержаны сотрудниками полиции, а в ходе личного досмотра Лица № 1 в кармане его куртки был обнаружен и изъят пакет из полимерного материала с 73 свертками с наркотическим средством производным N–метилэфедрона, общей массой 36,53 г.

Кроме того, не позднее 18.50 час. <...>, реализуя совместный преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств, иное лицо, использующее учетную запись «<...>», поместило наркотическое средство – вещество, содержащее в своем составе производное N–метилэфедрона, массой не менее 36,53 г. в тайник –закладку, расположенный в 150 метрах в северном направлении от жилого <...> и в 50 метрах в западном направлении от гаража № <...><...> по <...> в ЛАО г. Омска, предназначенное ФИО2, ФИО1 и Лицу № 1 для последующего сбыта лицам, допускающим немедицинское употребление наркотических средств.

После этого посредством сети «Интернет» через программу персональной связи «Tеlegram» иное лицо направило ФИО3 координаты с местом нахождения тайника-закладки.

Однако наркотическое средство не было изъято ФИО3 и ФИО1 из тайника, и преступление не было доведено до конца по не зависящим от них обстоятельствам, поскольку ФИО2, ФИО1 и Лицо № 1 были задержаны сотрудниками полиции не позднее 19 ч 40 мин <...> у <...> в ОАО г. Омска. В ходе личного досмотра ФИО3, проведенного в тот же день в период с 21.40 час. до 22.10 час. у него был обнаружен и изъят мобильный телефон марки Honor 10 Lite». <...> в ходе осмотра указанного мобильного телефона было установлено, что в программе Telegram» установлен аккаунт с именем «<...>», который <...> отправил текстовое сообщение ФИО2 с указанием места тайника – закладки, расположенного в 150 метрах в северном направлении от жилого <...> и в 50 метрах в западном направлении от гаража № <...><...> по <...> в ЛАО г. Омска, с указанием количества и объема наркотического средства. Указанное наркотическое вещество было обнаружено и изъято в ходе осмотра места происшествия <...>.

Указанные обстоятельства подтверждаются следующими доказательствами, исследованными судом первой инстанции.

Согласно протоколу личного досмотра Свидетель №28 от <...>, проведенного в подъезде <...>, в левом наружном кармане его куртки, были обнаружены и изъяты полимерный пакет с 73 свертками с порошкообразным веществом и мобильный телефон «Xiaomi Redmi Note 7» (т. <...>).

Из справки об исследовании № <...> от <...> следует, что вещества, изъятые в ходе личного досмотра Свидетель №28, содержат в своем составе наркотическое средство производное N-метилэфедрона массами 0,3, 0,31, 0,31, 0,33, 0,32, 0,32, 0,31, 0,32, 0,32, 0,32, 0,3, 0,32, 0,32, 0,33, 0,32, 0,32, 0,31, 0,31, 0,31, 0,31, 0,3, 0,31, 0,29, 0,33, 0,31, 0,32, 0,31, 0,32, 0,29, 0,3, 0,99, 1,01, 1,03, 1, 0,99, 0,99, 1,02, 2,01, 0,51, 0,52, 0,53, 0,53, 0,53, 0,52, 0,5, 0,53, 0,5, 0,52, 0,53, 0,51, 0,5, 0,51, 0,5, 0,51, 0,52, 0,51, 0,51, 0,51, 0,53, 0,52, 0,52, 0,53, 0,53, 0,52, 0,51, 0,51, 0,52, 0,51, 0,52, 0,5, 0,52, 0,54 и 0,52 г общей массой 36,53 г (т. <...>).

Согласно заключению эксперта № <...> от <...>, вещества, изъятые в ходе личного досмотра Свидетель №28, содержат в своем составе наркотическое средство производное N-метилэфедрона массами: 0,28, 0,29, 0,29, 0,31, 0,3, 0,3, 0,29, 0,3, 0,3, 0,3, 0,28, 0,3, 0,3, 0,31, 0,3, 0,3, 0,29, 0,29, 0,29, 0,29, 0,28, 0,29, 0,27, 0,31, 0,29, 0,3, 0,29, 0,3, 0,27, 0,28, 0,97, 0,99, 1,01, 0,98, 0,97, 0,97, 1, 1,99, 0,49, 0,5, 0,51, 0,51, 0,51, 0,5, 0,48, 0,51, 0,48, 0,5, 0,51, 0,49, 0,48, 0,49, 0,48, 0,49, 0,5, 0,49, 0,49, 0,49, 0,51, 0,5, 0,5, 0,51, 0,51, 0,5, 0,49, 0,49, 0,5, 0,49, 0,5, 0,48, 0,5, 0,52 и 0,5 г (т. <...>).

Согласно протоколу личного досмотра ФИО2 от <...> проведенного в подъезде <...>, в карманах его брюк были обнаружены и изъяты мобильный телефон «Honor 10 Lite» и банковская карта «Сбербанк» VISA <...> на его имя (т. <...>).

Из протокола личного досмотра ФИО1 от <...> следует, что в ходе его проведения в подъезде <...> в кармане куртки, надетой на нем, сотрудником полиции был обнаружен и изъят мобильный телефон «Iphone 7» (т. 1 л.д. <...>).

Обстоятельства задержания ФИО3, ФИО1 и Свидетель №28, факт обнаружения и изъятия в содержимом одежды Свидетель №28 полимерного пакета с 73 свертками с порошкообразным веществом светлого цвета, а также изъятия при личном досмотре ФИО3 и ФИО1 мобильных телефонов и банковской карты на имя ФИО3 подтвержден также показаниями сотрудников полиции – К.., Свидетель №6, Г.., Свидетель №3, Свидетель №1, и понятых Свидетель №12, Свидетель №14, Свидетель №15

Из протоколов осмотров от <...>, <...> и <...> видно, что в памяти мобильных телефонов, изъятых в ходе личных досмотров ФИО2, ФИО1 и Свидетель №28, обнаружены фотографии мест тайников с наркотическими средствами на <...>, а также переписка между ними и с другим лицом посредством сети «Интернет» о покушении на незаконный сбыт наркотического средства (т. 2 <...>).

Из протоколов осмотров мест происшествий от <...> усматривается, что недалеко от <...> в местах, запечатленных на фотографиях, обнаруженных в мобильном телефоне, изъятом в ходе личного досмотра ФИО2, были обнаружены и изъяты 13 свертков с порошкообразным веществом (т. <...>).

Из справки об исследовании № <...> от <...> следует, что вещество, изъятое в ходе осмотра места происшествия с участием Свидетель №28, содержит в своем составе наркотическое средство производное N-метилэфедрона массой 0,2 г (т. <...>

Из заключений экспертов № <...>, 2758, 2759, 2760, 2764, 2765 от <...>, № <...> от <...>, № <...>, 2763 от <...>, № <...>, 2756 от <...>, № <...> и 138 от <...> видно, что вещества, изъятые в ходе осмотров мест происшествий <...>, содержат в своем составе наркотическое средство производное N-метилэфедрона массой 0,52, 0,52, 0,53, 0,51, 0,33, 0,52, 0,31, 0,31, 0,31, 0,28, 0,48, 0,15 и 0,42 г (т. <...>).

Свидетели Свидетель №19 и Свидетель №20 в судебном заседании пояснили, что они <...> они с участием понятых провели осмотры мест происшествий по сведениям, полученным из мобильного телефона, принадлежащего ФИО2, с применением служебной розыскной собаки, которая на <...> сигналом обозначила наличие в указанном месте наркотических средств, которые ими на земле в тайниках были обнаружены и изъяты. Первые из обнаруженных веществ были направлены на исследования до окончания осмотров, о проведении протоколов осмотров мест происшествия составлены соответствующие протоколы.

Свидетель Свидетель №9 и Свидетель №17 в судебном заседании показали, что они работают кинологами Омского ЛУ МВД России, и дали аналогичные пояснения.

Обстоятельства проведения осмотров мест происшествия <...> в районе <...> в г. Омске, обнаружения и изъятия наркотических средств, изложенные указанными свидетелями, подтвердили в судебном заседании и свидетели Свидетель №10, Свидетель №11 и Свидетель №16, принимавшие участие в осмотрах в качестве понятых.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от <...>, на участке местности у <...> под деревом в тайнике был обнаружен полимерный пакет с 73 свертками с комкообразным веществом (т. <...>).

Из заключения эксперта № <...> от <...> следует, что вещества, изъятые в ходе осмотра места происшествия <...>, содержат в своем составе наркотическое средство производное N–метилэфедрона массами 0,55, 0,48, 0,54, 0,58, 0,51, 0,56, 0,52, 0,56, 0,53, 0,59, 0,5, 0,54, 0,56, 0,47, 0,52, 0,49, 0,52, 0,5, 0,51, 0,35, 0,54, 0,6, 0,61, 0,54, 0,51, 0,63, 0,49, 0,51, 0,56, 0,53, 0,53, 0,58, 0,51, 0,48 и 0,5 г (т. <...>).

Из заключения эксперта № <...> от <...> следует, что вещества, изъятые в ходе осмотра места происшествия <...>, содержат в своем составе наркотическое средство производное N-метилэфедрона массами 0,27, 0,29, 0,28, 0,35, 0,27, 0,36, 0,29, 0,34, 0,28, 0,36, 0,36, 0,27, 0,34, 0,31, 0,28, 0,31, 0,37, 0,31, 0,33, 0,33, 0,41, 0,38, 0,29, 0,31, 0,27, 0,29, 0,28, 0,36, 0,31 и 0,32 г (т. <...>).

Из заключения эксперта № <...> от <...> следует, что вещества, изъятые в ходе осмотра места происшествия <...>, содержат в своем составе наркотическое средство производное N-метилэфедрона массами 0,88, 1,12, 1,12, 0,88, 1,01, 1,07 и 0,86 г (т. <...>).

Из заключения эксперта № <...> от <...> следует, что вещество, изъятое в ходе осмотра места происшествия <...>, содержит в своем составе наркотическое средство производное N-метилэфедрона массой 1,94 г (т. <...>).

Свидетель Свидетель №23 в судебном заседании показал, что принимал участие в июне 2021 года в качестве понятого при проведении осмотра места происшествия на <...> в г. Омске, где на земле у дерева был обнаружен пакет с большим количеством свертков.

Согласно протоколу осмотра от <...>, осмотрена банковская карта «Сбербанка» № <...> на имя ФИО2 (т. <...>).

Из протокола осмотра от <...> следует, что согласно справки ПАО «Сбербанк» о движении денежных средств на банковской карте № <...>, на имя ФИО2 на ее счет переводились и списывались денежные средства (т. <...>).

Согласно протоколу осмотра от <...>, осмотрена детализация соединений абонентских номеров № <...>, № <...> и № <...>, находившихся в пользовании соответственно Свидетель №28, ФИО2 и ФИО1, в период с <...> по <...> (т. <...>).

Свидетель Свидетель №21, показания которого (<...> оглашены в судебном заседании с согласия сторон, пояснил, что <...> Свидетель №28 и ФИО2 предложили ему поработать на интернет-магазин, который занимается распространением наркотических средств. Они предлагали ему предоставить им его паспорт гражданина РФ для того, чтобы они работали по его данным в интернет-магазине. Он отказал им.

Из показаний лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключением с ним досудебного соглашения о сотрудничестве, Свидетель №28, данных в судебном заседании, а также в ходе предварительного следствия (т. <...>), подтвержденных им в полном объеме, следует, что в 2020 году ФИО2 предложил ему и ФИО1 заниматься распространением наркотических средств путем закладок, приобретая наркотические средства через интернет-магазин. В середине ноября 2020 года ФИО3 и ФИО1 с помощью паспорта последнего устроились на работу в Интернет-магазин курьерами-раскладчиками. Все указания от координаторов магазина приходила на телефон ФИО3, денежные средства за работу должны были приходить на карту ФИО3. Затем в декабре 2020 года посредством сети «Интернет» куратор присылал описания тайников со свертками с наркотическими средствами, которые они втроем по совместной с ним договоренности забирали в указанном месте и неоднократно помещали в иные отдельные тайники в г. Омске, в том числе на территории Аграрного университета на <...>, при этом он и ФИО1 фотографировали их места на принадлежащий ФИО2 мобильный телефон.

<...> он, ФИО1 и ФИО2 вновь проследовали к тайнику, о котором последнему на мобильный телефон сообщило другое лицо, у <...>. В данном месте из тайника он поднял сверток из полиэтилена с наркотическими средствами, который положил в карман куртки, после чего они были задержаны сотрудниками полиции, и в ходе его личного досмотра, проведенного в подъезде <...>, в присутствии понятых, с применением видеозаписи, сотрудник полиции изъял у него пакет с наркотическим средством и мобильный телефон, которые были упакованы и опечатаны, о чем был составлен соответствующим протокол.

Свои показания Свидетель №28 подтвердил и в ходе проверки показаний на месте <...>, пояснив об обстоятельствах приобретения им совместно с ФИО3 и ФИО1 в декабре 2020 года наркотических средств с целью последующего сбыта, распространения путем «закладок» наркотических средств на территории Аграрного университета, а также их задержания сотрудниками полиции <...> у <...> (т. <...>).

Из показаний ФИО2 (т. <...>), данных в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, следует, что в ноябре 2020 года он посредством сети «Интернет» на сайте нашел предложение о «трудоустройстве» курьером по распространению наркотических средств, обязательным условием было предоставление копии паспорта. Он предложил ФИО1 предоставить ему копию своего паспорта, которую на следующий день направил на сайт. Затем ему в ноябре и декабре 2020 года посредством сети «Интернет» присылали описания тайников со свертками с наркотическими средствами, которые он по договоренности с куратором вместе с Свидетель №28 неоднократно помещали в тайники в г. Омске, в том числе <...> и <...> на <...> университета, а ФИО1 фотографировал места «закладок» на принадлежащий ФИО2 мобильный телефон «Honor 10 lite» с абонентским номером: № <...>.

<...> он, Свидетель №28 и ФИО1 вновь проследовали к тайнику, о котором ему на мобильный телефон сообщило другое лицо, у <...>. Свидетель №28 поднял «закладку», после чего он увидел, как все побежали, но их остановили сотрудники полиции.

После чего в подъезде <...> в ходе личного досмотра в присутствии понятых, с применением видеозаписи, после разъяснения участвующим лицам прав и обязанностей сотрудник полиции при нем обнаружил, изъял, упаковал и опечатал банковскую карту «Cбербанк», на которую перечислялись денежные средства за распространение наркотических средств, и мобильный телефон «Honor 10 Lite», о чем был составлен соответствующий протокол.

Оценивая представленные в судебном заседании суда первой инстанции доказательства, судебная коллегия руководствуется, прежде всего, положениями ст. 17 УПК РФ, в соответствии с которыми, судья должен оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствоваться при этом законом и совестью. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленной силы.

Как следует из протокола судебного заседания и аудиозаписи к ней, доказательства представлялись и исследовались судом с соблюдением требований ст. ст. 246, 274, 278 УПК РФ. Нарушений требований ст. 240 УПК РФ, вопреки доводам жалоб адвокатов, по делу не допущено. Письменные доказательства, приведенные в приговоре, судом исследованы в судебном заседании с участием сторон.

В связи с чем, доводы апелляционных жалоб о нарушении судом принципа состязательности, выполнении им функции государственного обвинителя коллегия признает несостоятельными.

Несмотря на то, что в судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемых деяниях не признал, ФИО3 вину признал частично, указав, что первоначальные показания на предварительном следствии он дал под давлением оперативного сотрудника, вина ФИО1 и ФИО3 полностью доказана совокупностью приведенных выше доказательств.

Приведенные выше доказательства судебная коллегия кладет в основу апелляционного приговора в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ, признавая их относимыми, допустимыми, достоверными и в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела.

Показания указанных выше свидетелей являются непротиворечивыми, последовательными, логичными, согласуются между собой, дополняют друг друга в той части, в которой каждый из указанных лиц был очевидцем событий, также они объективно подтверждаются письменными доказательствами по делу. Протоколы допросов указанных свидетелей составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Вид и размер наркотических средств определяются коллегией в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации, на основании справок об исследовании и заключений экспертов.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, оснований для признания недопустимым доказательством справки об исследовании № <...> от <...> не имеется.

Как следует из показаний свидетелей Свидетель №19 и Свидетель №20 об обстоятельствах обнаружения и изъятия в ходе осмотра места происшествия <...> наркотических средств в районе ОмГАУ в г. Омске, первые из обнаруженных веществ были направлены на исследования еще до окончания осмотра местности.

В свою очередь вынесение отношения о назначении исследования, а также проведение химического исследования до окончания осмотра места происшествия в полном объеме требованиям закона не противоречит.

Позицию ФИО1 о своей неосведомленности о характере работы, выполняемой ФИО3 и Свидетель №28, судебная коллегия находит неубедительной.

Показания ФИО1, данные в ходе судебного заседания, о своей непричастности к распространению наркотических средств, опровергаются показаниями Свидетель №28, показаниями ФИО3, данными в ходе предварительного следствия, согласно которым ФИО1 не только предоставил свой паспорт для устройства курьерами в интеренет-магазин, но принимал непосредственное участие в раскладке и фотографировании наркотических средств.

Согласно протоколу осмотра мобильного телефона марки «Iphone?????????????????????????????????????????????????????????????J?J???????????J?J???????????J?J????????J?J????????J?J????????J?J?????????????????????????

Показания ФИО3, данные в ходе судебного следствия, согласно которым на момент поднятия Свидетель №28 <...> закладки с наркотическим средством он (ФИО3) уже отказался от намерения ее сбыть, в связи с чем, якобы предлагал Свидетель №28 сначала оставить наркотические средства для личного употребления, а впоследствии вообще не забирать закладку из тайника, судебная коллегия оценивает критически. Противоречивость позиции ФИО3, изменившего показания, данные на первоначальном этапе предварительного следствия, судебная коллегия объясняет избранным способом защиты от предъявленного обвинения.

При этом суд учитывает, что, будучи впервые допрошенным в ходе предварительного следствия, ФИО2 указанную версию не озвучивал, давал последовательные, непротиворечивые, логичные показания. Допрос ФИО3 производился после разъяснения ему положений ст. 51 Конституции РФ и ст. ст. 46-47 УПК РФ, в присутствии защитника, от которого заявлений и замечаний на протокол не поступило. Отводов адвокату ФИО3 не заявлял, от услуг по осуществлению его защиты не отказывался, заявлений о ненадлежащем выполнении адвокатом обязанностей по его защите не делал.

Анализ показаний ФИО3, данных на первоначальном этапе следствия, позволяет увидеть, что они подробны в изложении не только относительно имевших место обстоятельств состоявшегося с иным лицом сговора на распространение наркотических средств посредством бесконтактного общения и путем «закладок», но и в части своей дальнейшей «работы» курьером совместно с ФИО1 и Свидетель №28.

Объективных данных, позволяющих признать, что показания осужденным были даны вследствие применения недозволенных методов ведения следствия, в суд первой инстанции, равно как и судебной коллегии представлено не было.

В связи с чем, при установлении юридически значимых обстоятельств судебная коллегия принимает за основу первоначальные показания ФИО3, допрошенного в качестве подозреваемого, являющихся достоверными и допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно – процессуального закона.

По мнению коллегии, изложенная Грицуком схема преступной группы, в которой ему была отведена конкретная роль, была настолько отработана, что доводы защиты о возникновении желания добровольно отказаться от этого, представляются малоубедительными. Обстоятельства получения от сбыта выгоды Грицуком сомнений не вызывает, сторонами не оспариваются. Эти обстоятельства объективно следуют из первоначальных показаний ФИО3, который утверждал о том, что был «трудоустроен» таким образом, получал партии наркотических средств, которые распространял путем закладок, получив за это денежное вознаграждение в общей сумме около 76 000 руб. В этой связи, мотивы, связанные с желанием прекратить преступную деятельность, на доказанности которых настаивает защита, представляются коллегии не убедительными, поэтому не ставят под сомнение вину ФИО3 и правовую квалификацию его действий в отношении наркотических средств, изъятых в ходе личного досмотра Свидетель №28 <...>, общей массой 36,53 гр.

Согласно ст. 75 УПК РФ приговор не может быть постановлен на доказательствах, которые были получены с нарушением норм уголовно-процессуального закона, так как такие доказательства являются недопустимыми, то есть не имеют юридической силы. К недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные в суде (п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре»).

В свете приведенный положений протокол проверки показаний ФИО1 на месте от <...>, исследованный судом первой инстанции в судебном заседании (т. <...>), где ФИО1, не может быть положен в основу апелляционного приговора для обоснования виновности ФИО3 и ФИО1, поскольку последний, находящийся на момент проведения данного следственного действия в статусе свидетеля, в отсутствие адвоката указывал обстоятельства приобретения и сбыта наркотических средств, и которые не подтвердил в судебном заседании, отрицая виновность в полном объеме.

Вместе с тем, исключение из совокупности доказательств проверки показаний ФИО1 на месте от <...> на выводы коллегии о виновности ФИО1 и ФИО3 в совершении инкриминируемых преступлений не влияет.

Данных, свидетельствующих о незаконном возбуждении уголовного дела, об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения, нарушении прав осужденных на стадии следствия, в материалах дела не имеется и в суд не представлено.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалоб о незаконном возбуждении <...> уголовного дела № <...> в отношении ФИО3 и Свидетель №28 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ ввиду того, что по материалу проверки, послужившему основанием для возбуждения уголовного дела, <...> вынесено постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении, которое вступило в законную силу и не отменялось.

Основанием для возбуждения уголовного дела в отношении Свидетель №28 и ФИО3 послужило наличие достаточных данных, содержащихся в материале проверки КУСП № <...> от <...>, указывающих на признаки преступления. предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228 УК РФ, полученные в ходе проведения проверки в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ.

При этом предварительной проверке предшествовало задержание Свидетель №28, ФИО3 и ФИО1 в ходе проведения профилактического мероприятия, направленного на профилактику употребления спиртных напитков, наркотических средств, психотропных веществ по подозрению в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.9. КоАП РФ. После задержания указанных лиц, в ходе личного досмотра Свидетель №28 у последнего был обнаружен и изъят полимерный пакет с 73 свертками с порошкообразным веществом; согласно справке об исследовании № <...> от <...> вещество, изъятое в ходе личного досмотра Свидетель №28 содержит в своем составе наркотическое средство – производное N-метилэфедрон.

В свою очередь производство по делу об административном правонарушении по ч. 1 ст. 6.9 КоАП РФ в отношении ФИО3, Свидетель №28 было прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения ввиду того, что факт употребления ими наркотических средств или психотропных веществ установлен не был.

Таким образом, вынесение постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении от <...> на законность принятого <...> решения о возбуждении уголовного дела № № <...> не влияет.

Доводы апелляционных жалоб о рассмотрении уголовного дела незаконным составом суда, поскольку судья Каргаполов И.В. ранее в порядке ст. 125 УПК РФ рассматривал жалобу о признании незаконным постановления о возбуждении уголовного дела от <...>, признания незаконными действий сотрудников СО Омского ЛУ МВД России по осмотру места происшествия и назначению исследования, являются несостоятельными.

Согласно правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации беспристрастность и независимость суда не нарушаются вследствие того, что в ходе предшествующего производства по данному делу этим же или вышестоящим судом принимались решения по тем или иным процессуальным вопросам, не касающимся существа рассматриваемого дела и не находящимся в прямой связи с подлежащими отражению в приговоре или ином итоговом решении выводами о фактических обстоятельствах дела, оценке достоверности и достаточности доказательств, квалификации деяния, наказании осужденного, поскольку суд, рассматривая жалобы в порядке статьи 125 УПК РФ, не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по уголовному делу, само по себе участие судьи в разрешении соответствующих жалоб не свидетельствует о наличии у него предвзятого подхода к рассмотрению в дальнейшем уголовного дела по существу.

Как видно из содержания постановления Ленинского районного суда г. Омска от <...>, на которое ссылаются авторы жалобы, при рассмотрении жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ о признании незаконным постановления о возбуждении уголовного дела от <...>, признания незаконными действий сотрудников СО Омского ЛУ МВД России по осмотру места происшествия и назначению исследования суд не предрешал вопросы, касающиеся оценки доказательств, фактических обстоятельств дела, квалификации деяния, поскольку судебной проверке подлежал процессуальный вопрос о законности действий следователя, принявшего решение о возбуждении уголовного дела.

Опровергаются материалами дела и доводы жалоб о нарушении судом положений ст. 266 УПК РФ, выразившиеся, по мнению защиты, в не доведении до сторон данных о том, что в судебном заседании произошла замена прокурора.

Как следует из протокола судебного заседания от <...>, прослушанной аудиозаписи к нему, суд первой инстанции в судебном заседании объявил состав суда, в том числе, назвал, кто является государственным обвинителем.

Из протокола судебного заседания следует, что еще в подготовительной части судебного заседания председательствующий в соответствии со ст. 266 УПК РФ сообщил, какое дело подлежит рассмотрению, объявил состав суда, разъяснил, в том числе осужденным, права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ, включая право заявить отвод суду, секретарю судебного заседания, государственному обвинителю, адвокатам. Не разъяснение участникам судебного заседания в дальнейшем права заявить отвод вновь вступившему в дело прокурору не может влечь отмену приговора.

При этом какие-либо основания, предусмотренные законом, для отвода государственного обвинителя Альмухамедова А.С. в апелляционной жалобе не приведены и суду апелляционной инстанции не представлены.

Доводы жалоб о нарушении судом первой инстанции установленного порядка судопроизводства, выразившееся в произвольном, в отсутствие ходатайств сторон, возобновлении судебного следствия что ставит под сомнение объективность и беспристрастность суда при вынесении решения, являются несостоятельными. Судебное следствие было возобновлено судом <...> после длительного перерыва в судебном заседании (с <...> до <...>), который состоялся ввиду приостановления производства по уголовному делу в связи с тяжелым заболеванием ФИО1 В судебном заседании <...> произошла замена государственного обвинителя на прокурора Альмухамедова А.С. Возобновление судом по инициативе суда для выяснения и уточнения ряда обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела (в данном случае для уточнения наличия дополнений у сторон), не является нарушением уголовно-процессуального закона и не противоречит положениям ст. 294 УПК РФ.

Вместе с тем, квалифицируя действия ФИО2 и ФИО1 по размещению ранее приобретенных ими наркотических средств в 13 закладках на территории Аграрного университета в г. Омске, по приобретению с целью дальнейшего незаконного сбыта наркотического средства – производного N-метилэфедрона, общей массой не менее 36,53, а также действий, связанных с получением на телефон Грицука сведений о местоположении очередной партии наркотических средств для дальнейшего распространения суд первой инстанции не учел следующее.

По смыслу закона сбыт наркотических средств представляет собой незаконную деятельность лица, охватывающую любые способы их распространения. Общественная опасность таких действий состоит в вовлечении широкого круга лиц – потребителей, здоровье которых определено в качестве одного из объектов посягательства, предусмотренного Главой 25 Уголовного кодекса РФ. Оборудование множественных тайников-закладок с наркотическим средством, являясь способом распространения этих веществ, определяет масштабность преступного вовлечения разных потребителей. По смыслу закона, вовлечение виновным в незаконный оборот наркотических средств в результате своих действий отдельных лиц в каждом случае образует самостоятельный состав преступления, поскольку в каждом случае его действия посягают, во всяком случае, на здоровье отдельного человека.

Следовательно, размещение наркотического средства в определенном месте с целью его последующего сбыта бесконтактным способом образует отдельный состав преступления.

Как усматривается из материалов дела, ФИО3, ФИО1 и Лицо № 1 не позднее <...> получив от куратора на мобильный телефон Грицука сведения о местонахождении тайника, прибыли на указанное место, где из тайника-закладки забрали 13 свертков с наркотическим средством производное N-метилэфедрона, общей массой массой 5,29 г., которые разместили в иных тайниках у <...> с целью их сбыта.

Кроме того, не позднее 19.40 час. <...> ФИО3, ФИО1 и Лицо № 1, получив от куратора сообщение о месте нахождения наркотического средства – вещества, содержащего в своем составе производное N–метилэфедрона, массой не менее 36,53 гр., прибыли к месту нахождения тайника-закладки, откуда Лицо № 1 забрал наркотическое средство, расфасованное в 73 свертка, с целью его дальнейшего совместного незаконного сбыта, которое хранил до момента их задержания.

После задержания ФИО3, ФИО1 и Лица № 1 <...>, в ходе предварительного следствия, при осмотре изъятого в ходе личного досмотра телефона ФИО3, было установлено, что что в программе Telegram» аккаунт с именем «<...>» <...> отправил текстовое сообщение ФИО3 с указанием места тайника – закладки, расположенного у <...> с указанием количества и объема наркотического средства. Указанное наркотическое вещество было обнаружено и изъято в ходе осмотра места происшествия <...>.

Установленные обстоятельства преступлений свидетельствуют о том, что умысел ФИО3 и ФИО1 на сбыт наркотических средств формировался каждый раз при приобретении ими новой партии наркотиков.

При этом из материалов дела следует, что наркотическое вещество сбывалось ФИО3 и ФИО1 за денежное вознаграждение, размер которого зависел от числа оборудованных тайников-закладок.

Таким образом, умысел осужденных был направлен на множественный сбыт определенного количества наркотических средств разным лицам, имевшим возможность приобрести наркотики через различные тайники-закладки в разное время и в разных местах, что следует рассматривать как отдельные преступления, совершаемые с самостоятельным умыслом применительно к каждой новой партии наркотических средств и к каждой «закладке» с наркотическими средствами.

Поскольку ФИО3 и ФИО1 совершено 13 покушений на незаконный сбыт наркотического средства N-метилэфедрон, массой от 0,20 грамм до 0,53 г. грамм, что в соответствии с Постановлением Правительства РФ № 1002 от 01.10.2012 в каждом случае составляет значительный размер, действия осужденных в отношении наркотических средств, помещенных ими в тайники, должны быть квалифицированы как 13 самостоятельных преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ - покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере.

Действия ФИО3 и ФИО1 в отношении наркотического вещества общей массой 36,53 гр., изъятого при личном досмотре Свидетель №28, судебная коллегия квалифицирует по ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Согласно ч. 1, 3 ст. 30 УК РФ приготовлением к преступлению признаются приискание, изготовление или приспособление лицом средств или орудий совершения преступления, приискание соучастников преступления, сговор на совершение преступления либо иное умышленное создание условий для совершения преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам; покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Приготовление к преступлению создает лишь условия для совершения задуманного преступления.

Из материалов уголовного дела следует, что сведения о местонахождении тайников –закладок с партиями наркотических средств, предназначенных для последующей реализации более мелкими партиями, поступали ФИО3 посредством сети «Интернет» в программе «Telegram». Получив координаты тайников, осужденные должны были забрать из тайников наркотические средства, и поместить их в иные тайники более мелкими партиями.

Вместе с тем исследованными доказательствами установлено, что сообщение о месте нахождения наркотического средства – производного N-метилэфедрона, массой не менее 36,9 гр. (в 150 метрах в северном направлении от жилого <...> и в 50 метрах в западном направлении от гаража № <...><...>) было направлено ФИО3 иным лицом непосредственно перед их задержанием. Сообщение было обнаружено органом расследования в ходе осмотра телефона ФИО3, изъятого в ходе его личного досмотра, после чего в ходе осмотра места закладки наркотическое средство было изъято из незаконного оборота.

Таким образом, ФИО3 и ФИО1, договорившиеся с куратором интернет-магазина о получении ими новой партии наркотических средств, после поступления на телефон посредством сети Интернет <...> сообщения от последнего с указанием координат местонахождении тайника с наркотическими средствами, каких-либо действий, направленных на их незаконный сбыт, не совершили по причине их задержания сотрудниками полиции.

При таких обстоятельствах действия осужденных не могут быть квалифицированы как покушение на сбыт, поскольку являлись приготовлением к совершению особо тяжкого преступления. ФИО3 и ФИО1 умышленно были созданы условия для сбыта данного наркотического средства, однако преступление не было доведено до конца по не зависящим от них обстоятельствах - ввиду их задержания.

Таким образом, действия ФИО3 и ФИО1 относительно наркотического вещества, массой не менее 36,9 гр., изъятого <...> в ходе осмотра места происшествия (участка местности, расположенного в 150 метрах в северном направлении от жилого <...> и в 50 метрах в западном направлении от гаража № <...><...>) судебная коллегия квалифицирует по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

При приведении квалификации действий ФИО3 и ФИО1 в соответствие с требованиями уголовного закона судебная коллегия исходит из того, что новая квалификация не содержит признаков более тяжкого преступления и существенно не отличается по фактическим обстоятельствам от предъявленного обвинения, следовательно, не ухудшает положение осужденных и не нарушает их право на защиту.

Квалифицирующий признак совершения преступлений «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интерент») нашел свое подтверждение, поскольку именно таким способом осужденные совершили незаконный сбыт наркотических средств и получили денежные средства, выполнив объективную сторону данного состава преступления.

Судебная коллегия также считает установленным совершение каждого из преступлений в составе группы лиц по предварительному сговору, так как между осужденными и неустановленным следствием лицом существовало распределение ролей в целях осуществления преступного умысла и выполнение конкретных действий во исполнение возникшей договоренности, их умысел был направлен на достижение общего результата. Также бесспорно установлено, что сговор между осужденными и неустановленным лицом на незаконный сбыт наркотических средств состоялся до начала действий, непосредственно направленных на выполнение объективной стороны преступления.

Оценивая доводы апелляционного представления о наличии в действиях осужденных квалифицирующего признака совершения преступления организованной группой, суд отмечает следующее. Исследованные судом первой инстанции доказательства свидетельствуют лишь о том, что осужденные совершали преступления группой лиц по предварительному сговору, заранее договорившись между собой о совместном сбыте наркотиков, распределив между собой роли, при этом признаков организованной группы, таких как четкая иерархия, подчиненность, устойчивость, объединенность, управляемость, т.е. наличие в группе определенной системы принятия решений, которая разделяется и признается всеми участниками, единоначальное руководство группой, которое бы обеспечивало планомерность ее деятельности по достижению общих целей, ее единство и стабильность, не усматривается, доказательств этому стороной обвинения не представлено.

Объективных данных о том, что осужденные действовали в составе именно такой группы, по делу не имеется.

Изложенное выше, исходя из положений ст. 14 УПК РФ, свидетельствует о том, что по делу отсутствует совокупность достоверных, допустимых и достаточных доказательств, на основании которых можно сделать вывод о том, что осужденные совершали преступления в составе организованной группы.

При определении размера и вида наказания, судебная коллегия, с учетом требований ст. 60 УК РФ, принимает во внимание конкретные обстоятельства уголовного дела, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности подсудимых, влияние назначенного наказания на их исправление, условия жизни семьи, а также на достижение иных целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ.

К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого ФИО2, в соответствии со ст. 61 УК РФ, судебная коллегия относит следующее. ФИО2 ранее не судим, характеризуется положительно, социально обустроен, трудоустроен. Коллегия учитывает состояние здоровья ФИО2 и его близких родственников, к смягчающим наказание обстоятельствам также относит признание вины, раскаяние в содеянном, молодой возраст подсудимого, явку с повинной.

Судебная коллегия учитывает также, что в настоящее время ФИО2 на учете в БУЗ ОО «КПБ им. Н.Н. Солодникова», БУЗ ОО «<...>» не состоит.

Кроме того, по смыслу закона, активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления.

Из материалов уголовного дела усматривается, что после задержания ФИО2 добровольно и подробно пояснил об обстоятельствах совершенных преступления, предоставил сотрудникам полиции информацию, до того им неизвестную, а именно рассказал где и когда, с какой целью он приобрел наркотическое средство, где и с кем осуществлял раскладку наркотических средств по тайникам, пояснил о роли иных лиц при совершении преступлений. Данная информация была положена в основу обвинения ФИО2 В связи с чем, указанные действия ФИО2 свидетельствуют о его активном способствовании раскрытию и расследованию преступления, что признается коллегией смягчающим наказание обстоятельством.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО2, предусмотренных ст. 63 УК РФ, не установлено.

Учитывая активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие явки с повинной, признанные в качестве смягчающих наказание обстоятельств, совместно с отсутствием отягчающих наказание обстоятельств, судебная коллегия применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания подсудимому ФИО2

К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого ФИО1 в соответствии со ст. 61 УК РФ, судебная коллегия относит следующее. ФИО1 ранее не судим, характеризуется положительно, социально обустроен, трудоустроен. Коллегия учитывает наличие на иждивении ФИО1 родственника, страдающего тяжелыми заболеваниями, являющегося инвалидом, к смягчающим наказание обстоятельствам также относит молодой возраст подсудимого.

Судебная коллегия учитывает также, что в настоящее время ФИО1 на учете в БУЗ ОО «КПБ им. Н.Н. Солодникова», БУЗ ОО «<...>» не состоит.

Кроме того, по смыслу закона, активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления.

Из материалов уголовного дела усматривается, что после задержания ФИО2 предоставил сотрудникам полиции информацию, до того им неизвестную, а именно пояснил об обстоятельствах предоставления своего паспорта для регистрации в интернет-магазине, своем участии при фотографировании «закладок» с наркотическими средствами, рассказал о роли иных лиц при совершении преступлений. Данная информация была положена в основу обвинения ФИО1 В связи с чем, указанные действия ФИО1 свидетельствуют о его активном способствовании раскрытию и расследованию преступления, что признается коллегией смягчающим наказание обстоятельством.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО1, предусмотренных ст. 63 УК РФ, не установлено.

Учитывая активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признанное в качестве смягчающих наказание обстоятельств, совместно с отсутствием отягчающих наказание обстоятельств, судебная коллегия применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания подсудимому ФИО1

Судебная коллегия также принимает во внимание, что в силу ст. 15 УК РФ ФИО3 и ФИО1 совершены неоконченное преступления, относящиеся к категории особо тяжких преступлений.

При этом коллегия, исходя из фактических обстоятельств совершенных осужденными преступлений и степени их общественной опасности, не находит оснований для изменения их категории в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Определяясь с видом наказания, с учетом указанных выше данных о личности ФИО3 и ФИО1, фактических обстоятельств и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, суд полагает, что исправление подсудимых возможно только в условиях реальной изоляции от общества, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания. В этой связи оснований для применения ст. 73 УК РФ суд не усматривает.

На основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания подсудимым ФИО3 и ФИО1 следует определить в исправительной колонии строгого режима.

Дополнительные наказания, предусмотренные санкциями ч.ч. 3, 4 ст. 228.1 УК РФ, судебная коллегия полагает возможным осужденному не назначать с учетом имущественного и материального положения подсудимых, конкретных обстоятельств совершенных деяний.

По преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, судебная коллегия при назначении наказания ФИО3 и ФИО1 применяет положения ч. 2 ст. 66 УК РФ.

Учитывая совокупность иных вышеприведенных смягчающих вину обстоятельств, судебная коллегия находит возможным назначить наказание ниже низшего предела санкции статьи без применения положений ст. 64 УК РФ.

Оснований для изменения категории по всем инкриминируемым составам преступлений коллегией в ходе рассмотрения настоящего уголовного дела не установлено.

Учитывая, что при производстве по данному уголовному делу возбуждено и выделено в отдельное производство уголовное дело № <...>, в рамках которого в настоящий момент осуществляется предварительное расследование, суд приходит к выводу о том, что наркотические средства с упаковкой могут служить средством для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по указанному уголовному делу, в связи с чем, признает данные вещественные доказательства подлежащими хранению до разрешения их судьбы при производстве по уголовному делу № <...>.

В судебном заседании суда первой инстанции прокурором заявлен гражданский иск о признании недействительной сделки по передаче денежных средств за покупку наркотических средств – производное N-метилэфедрон, общей массой не менее 78,72 гр., в размере 77 050,03 руб., о применении последствий недействительности ничтожной сделки, взыскании с ФИО2 в доход Российской Федерации денежных средств в указанном размере.

Согласно положениям ст. 169 УК РФ, сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные ст. 167 ГК РФ. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Статья 153 ГК РФ относит к сделками действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Материалами дела установлено, что на банковскую карту ФИО2 за осуществление деятельности по незаконному сбыту наркотических средств было перечислено 77 050,03 руб., которые по смыслу уголовного закона являются доходом, полученным преступным путем.

В данном случае ФИО3 и ФИО1 занимались незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, то есть в соответствии со ст. 14 УК РФ совершили виновно общественно опасные деяния, запрещенные Уголовным кодексом РФ под угрозой наказания, то есть совершили преступления.

Поскольку за данные деяния Уголовным кодексом Российской Федерации предусмотрена уголовная ответственность, а судом установлена в совершенных ФИО3 и Шамкиным деяниях совокупность признаков, определяющих конкретный вид состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, и дающих основание для привлечения их к уголовной ответственности, то ошибочно рассматривать совершенные осужденными противозаконные общественно опасные действия, связанные с незаконным оборотом наркотических средств, и получение в результате этих действий денежных средств, как сделки, пусть даже и ничтожные.

Таким образом, производство по иску прокурора подлежит прекращению.

Руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

Приговор Ленинского районного суда г. Омска от 24 октября 2022 года в отношении ФИО2 и ФИО1 – отменить.

ФИО2 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (13 преступлений), ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, за которые назначить ему наказание:

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...> в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества общей массой 36,53 гр.) в виде лишения свободы на срок 6 лет 2 месяцев лишения свободы;

- по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества общей массой 36,9 гр.) в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строго наказания более строгим назначить ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет 2 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу. На основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО2 с <...> и до вступления настоящего приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (13 преступлений), ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, за которые назначить ему наказание:

- по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества, изъятому в тайнике-закладке с географическими координатами <...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества общей массой 36,53 гр.) в виде лишения свободы на срок 6 лет 2 месяца лишения свободы;

- по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического вещества общей массой 36,9 гр.) в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строго наказания более строгим назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет 2 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу. На основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с <...> и до вступления настоящего приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Производство по иску Омского транспортного прокурора о признании сделки по передаче денежных средств на покупку наркотических средств в размере 77 050,03 руб. недействительной – прекратить.

Вещественные доказательства: наркотические средства и их упаковки хранить до рассмотрения уголовного дела № <...>, банковскую карту ПАО «Сбербанк», компакт-диски, детализации, справку формы № 1 хранить в материалах уголовного дела, мобильные телефоны «Honor 10 Lite» и «Iphone 7» вернуть владельцам либо их родственникам, а при невостребовании уничтожить.

Апелляционную жалобу адвоката Кузнецова И.А. удовлетворить частично, апелляционную жалобу адвоката Попова П.А., Апелляционное представление государственного обвинителя – оставить без удовлетворения.

Настоящий приговор может быть обжалован в порядке Главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: