Апелляционное определение от 15 ноября 2018 г. по делу № 2-8/2018

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 33-АПУ18-13СП


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Москва 15 ноября 2018 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего ЧервоткинаАС. судей Хомицкой Т.П. и ТаратутыИ.В. при секретаре Семеновой Т.Е.

рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, адвокатов Павленко К.В., Тихомирова А.Г., Павлова А.Б. на приговор Ленинградского областного суда, постановленный с участием коллегии присяжных заседателей от 10 июля 2018 года, которым

ФИО1, <...> несудим,

осужден по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ к 9 годам лишения свободы со штрафом в размере 200 000 рублей и с ограничением свободы на 1 год; по

п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ к 7 годам лишения свободы со штрафом в размере 150 000 рублей с ограничением свободы на 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 12 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 300 000 рублей, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с установлением ограничений и обязанностей, перечисленных в приговоре.

Срок наказания исчислен с 10 июля 2018 года, с зачетом времени содержания под стражей.

Постановлено об оправдании ФИО1 по ч. 1 ст. 209, п. «а» ч. 3 ст. 126, п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в отношении К. п. «а» ч. 3 ст. 126, п. «а,б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в отношении В. за неустановлением события преступления; п. «а,б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в отношении Д..) - за отсутствием состава преступления; по п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в отношении Ч. - за непричастностью к совершению преступления.

ФИО2, <...> несудим,

осужден по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ к 6 годам лишения свободы; по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 3 годам ограничения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69, п. «б» ч. 1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено об оправдании ФИО2 по ч. 2 ст. 209, п. «а» ч. 3 ст. 126, п. «а,б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в отношении В. за неустановлением события преступления; по п. «а,б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в отношении А. - за непричастностью преступления.

Срок наказания исчислен с 10 июля 2018 года, с зачетом времени содержания под стражей.

ФИО3, <...> ранее судим:

9 августа 1999 года по п. «г,е,н» ст. 102 УК РСФСР, ч. 5 ст. 33, п. «в,г» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 14 годам лишения свободы,

17 ноября 2000 года по п. «а,в,д» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 4 годам лишения свободы, путем сложения наказания с наказанием по приговору от 9 августа 1999 года в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ к 15 годам лишения свободы, освобожденного условно-досрочно 1 октября 2009 года на неотбытый срок 2 года 8 месяцев 26 дней.

9 апреля 2015 года по п. «а» ч. 1 ст. 213, ч. 1 ст. 222 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы, освобожденного 25 июня 2015 года в соответствии с п. 5 Постановления ГД РФ от 24 апреля 2015 года «Об объявлении амнистии ..»,

осужден по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 6 годам лишения свободы со штрафом в размере 150 000 рублей и с ограничением свободы на 1 год; п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ к 8 годам лишения свободы со штрафом 200 000 рублей с ограничением свободы на 1 год; по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ к 7 годам лишения свободы со штрафом в размере 100 000 рублей с ограничением свободы на 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 12 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима, со штрафом в размере 350 000 рублей, с ограничением свободы на 2 года с установлением ограничений и обязанностей, перечисленных в приговоре.

Срок наказания исчислен с 10 июля 2018 года, с зачетом времени содержания под стражей.

Постановлено об оправдании ФИО3 по ч. 2 ст. 209, п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в отношении К. п. «а» ч. 3 ст. 126, п. «а,б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (в отношении В. за неустановлением события преступления.

ФИО4, <...> ранее судим:

24 декабря 2014 года по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам 3 месяцам лишения свободы с испытательным сроком на 3 года,

13 апреля 2015 года по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 1 году лишения свободы, освобожденного 27 мая 2015 года в соответствии с п. 5 Постановления ГД РФ от 24 апреля 2015 года «Об объявлении амнистии ..»,

осужден по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ к 8 годам лишения свободы со штрафом в размере 150 000 рублей и с ограничением свободы на 1 год; по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ к 7 годам лишения свободы со штрафом в размере 100 000 рублей с ограничением свободы на 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 10 лет лишения свободы со штрафом в размере 200 000 рублей с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.

На основании ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое наказание по приговору от 24 декабря 2014 года в виде 2 года лишения свободы и окончательно назначено 11 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 200 000 рублей, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с установлением ограничений и обязанностей, перечисленных в приговоре.

Срок наказания исчислен с 10 июля 2018 года, с зачетом времени содержания под стражей.

Постановлено об оправдании ФИО4 по ч. 2 ст. 209 УК РФ за неустановлением события преступления.

За осужденными ФИО1, ФИО3, ФИО2, ФИО4 в части их оправдания признано право на реабилитацию.

По делу также осужден ФИО5. и оправдан ФИО6., приговор в отношении которых в апелляционном порядке не пересматривается.

Постановлено о взыскании в счет компенсации морального вреда в пользу А. с ФИО1, ФИО3, ФИО4 по 150 000 рублей с каждого; с ФИО2 - 50 000 рублей.

Также в пользу А. в счет возмещения материального ущерба с ФИО1, ФИО3, ФИО4 по 30 000 рублей с каждого, с Афанасьева10 000 рублей.

В соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей ФИО1, ФИО3, ФИО4 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за открытое хищение имущества А. с угрозой применения насилия в особо крупном размере, а также ФИО1, ФИО3 и ФИО4 осуждены за вымогательство в отношении А. под угрозой применения насилия, в целях получения имущества в особо крупном размере. Кроме того, ФИО3 признан виновным и осужден за вымогательство в отношении Ч.. с применением насилия, ФИО2 - за незаконный оборот боеприпасов.

Преступления совершены в период времени с 8 мая 2014 года по 17 ноября 2015 года на территории Ленинградской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Хомицкой Т.П., объяснения осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в режиме видеоконференцсвязи, адвокатов Павленко К.В., Кротову СВ., Баранова А.А., Урсол А.Л. в их защиту, поддержавших доводы жалоб, объяснение осужденного ФИО5. в режиме видеоконференцсвязи, не обжаловавшего приговор, и адвоката Шевченко Е.М. в его защиту, мнение государственного обвинителя Генеральной прокуратуры РФ ФИО7, полагавшей приговор оставить без изменения, жалобы - без удовлетворения, Судебная коллегия

установила:

в апелляционных жалобах осужденный ФИО1 и адвокат Павленко К.В. в его защиту выражают несогласие с приговором, находя его незаконным и несправедливым, постановленным с существенными нарушениями уголовного закона. Адвокат, анализируя установленные коллегией присяжных заседателей обстоятельства совершения 17 ноября 2015 года вымогательства в отношении потерпевшего А., полагает, что дополнительной квалификации действия ФИО1 по ч. 3 ст. 161 УК РФ, не подлежат, поскольку действия ее подзащитного и соучастников охватывались единым умыслом на реализацию предъявленных требований о передаче денежных средств и автомобиля. Также автор жалобы находит приговор несправедливым в силу суровости назначенного наказания по ч. 3 ст. 163 УК РФ, полагая, что его следует назначить с применением положений ст. 64 УК РФ. Осужденный ФИО1 и адвокат в его защиту просят об изменении приговора, с исключением п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ и снижением наказания по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ с учетом всех смягчающих обстоятельств.

В апелляционных жалобах осужденный ФИО4 и адвокат Тихомиров А.Г. в его защиту также выражают несогласие с приговором, как в части квалификации действий осужденного, так и в части назначенного наказания. Адвокат, сопоставляя ответы на вопросы в вердикте с обстоятельствами, инкриминируемых деяний органами следствия, в частности, по эпизодам в отношении потерпевшего А., считает, что присяжные признали недоказанным применение ФИО4 насилия и высказывания угроз применения насилия по эпизоду грабежа. Аналогично считает неустановленными и обстоятельства применения ФИО4 насилия и высказывания им угроз применения насилия по отношению к А. по эпизоду вымогательства. Обращает внимание, что поводом для совершения преступлений в отношении А. послужило его противоправное поведение, что следовало признать смягчающим наказание обстоятельством. Просит об оправдании ФИО4.

Осужденный ФИО4 полагает, что дополнительной квалификации его действия по ч. 3 ст. 161 УК РФ, не подлежат, поскольку его действия охватывались единым умыслом на реализацию предъявленных требований о передаче денежных средств и автомобиля, принадлежащих А.. Каких- либо угроз применения насилия им не высказывалось. Выражает несогласие с назначенным наказанием, находя его слишком суровым. Обращает внимание, что никакого ущерба А. не причинено, поскольку машина возвращена, а деньги по расписке потерпевший так и не передал, а потому моральный ущерб в сумме 200 000 рублей считает необоснованным. Просит об исключении ч. 3 ст. 161 УК РФ и снижении наказания по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ. В заседании суда апелляционной инстанции дополнительно указал о необоснованности взыскания с него в пользу А. в счет возмещения материального ущерба (расходов на представителя).

В апелляционных жалобах осужденный ФИО3 и адвокат Павлов А.Б. в его защиту выражают несогласие с приговором, ввиду неправильного применения уголовного закона и суровостью наказания. Осужденный ФИО3, со ссылкой на Постановления Пленума Верховного Суда РФ полагает, что в его действиях усматривается состав ст. 330 УК РФ, в связи с чем просит о переквалификации. Адвокат полагает, что судимость ФИО3 по ст. 102 УК РСФСР не образует особо опасного рецидива, поскольку данное преступление относится к категории тяжких. Обращает внимание, что наказание по приговорам от 9 августа 1999 года и от 17 ноября 2000 года было отбыто 1 октября 2009 года; от наказания по приговору от 9 апреля 2015 года ФИО3 был освобожден по постановлению об амнистии, а, следовательно, судимости погашены. В связи с изложенным просит об изменении приговора со снижением наказания, с определением строгого режима. В заседании суда апелляционной инстанции дополнительно указал о необоснованности взыскания с него в пользу А. в счет возмещения материального ущерба (расходов на представителя).

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 полагает, что судом нарушены требования уголовного закона при назначении наказания. Обращает внимание, что ни органами следствия, ни судом неправильно определен размер ущерба, причиненного А., поскольку автомобиль потерпевшего был оценен по рыночной стоимости, которая завышена. Не учтено и то, что А. является психически «нестабильным» человеком, в связи с чем к его показаниям следует относиться критически. Судом необоснованно не признано в качестве смягчающего наказание обстоятельства нахождении на его иждивении матери, которая является пенсионеркой. Со ссылкой на положения ч. 3 ст. 69, ч. 1 ст. 65, 71 УК РФ считает, что наказание ему не может превышать более 3 лет 6 месяцев. По указанным основаниям просит об изменении приговора со снижением наказания.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Михайлов ВВ. просит оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия полагает, что приговор постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО8 в совершении ряда преступлений, основанном на всестороннем и полном исследовании доказательств.

Как следует из представленных материалов, нарушений уголовно- процессуального закона в процессе расследования, на стадии предварительного слушания и в ходе судебного разбирательства, влекущих в соответствии с пунктами 2-4 ст. 389.15 УПК РФ отмену или изменение приговора, постановленного с участием присяжных заседателей, по данному делу не допущено.

Формирование коллегии присяжных заседателей по делу проведено в соответствии с требованиями ст. 326 - 328 УПК РФ. Оснований ставить под сомнение способность присяжных заседателей в объективном рассмотрении дела и, в целом, в реализации своих полномочий, у суда не имелось.

Не установлено и нарушений, которые бы ограничили право стороны защиты и обвинения на представление доказательств, либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей, их полномочиями, установленными ст. 334 УПК РФ.

Данных о нарушении уголовно-процессуального закона в процессе судебного следствия, в том числе, об исследовании недопустимых доказательств в присутствии коллегии присяжных заседателей, о нарушении принципа состязательности сторон, постановке наводящих вопросов участникам процесса по событиям преступлений, которые поставили бы под сомнение объективность принятого решения коллегией присяжных, не установлено.

В необходимых случаях председательствующий останавливал участников судебного разбирательства, обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать во внимание определенные обстоятельства при вынесении вердикта.

Как следует из протокола судебного заседания, если сторонами и допускались отступления от правил, то председательствующий реагировал

на это, разъясняя присяжным заседателям о том, что они не должны принимать во внимание высказывания сторон, которые сами по себе доказательствами не являются, а также не принимать во внимание сведения и информацию, доводившуюся сторонами в присутствии присяжных, о незаконных методах ведения следствия и данные, характеризующие личности и деятельность потерпевших Д.А. К.Ч. В. а также свидетелей по делу.

Таким образом, права сторон обвинения и защиты на представление доказательств были обеспечены судом в равной степени. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в установленном законом порядке.

В ходе судебного следствия стороной обвинения присяжным заседателям представлялись доказательства, достоверность и допустимость которых проверена судом, и сомнений не вызывает.

В соответствии с пунктами 2 - 4 ст. 389.15, 389.27 УПК РФ, предусматривающих основания отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, приговор, постановленный судом в указанном составе, не может быть отменен по мотиву несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

При таких обстоятельствах, доводы стороны защиты об иных фактических обстоятельствах дела, в частности, о неверно указанной стоимости автомобиля потерпевшего А., подлежащих, по их мнению, установлению, и иные доводы о несогласии с установленными фактическими обстоятельствами уголовного дела, не могут быть приняты во внимание, поскольку виновность (невиновность) подсудимых установлена вердиктом присяжных заседателей, правильность которого в соответствии с ч. 4 ст. 347 УПК РФ ставить под сомнение запрещается.

Не усматривает Судебная коллегия и оснований полагать, что сторонами в процессе оказывалось какое-либо воздействие на коллегию присяжных заседателей, повлиявшее на формирование их мнения о виновности или невиновности осужденных, поскольку ответы на вопросы в вердикте свидетельствуют об избирательном и взвешенном подходе по каждому из эпизодов преступлений, что дополнительно подтверждает объективность оценки, исследованных с участием коллегии присяжных доказательств и формирование их убеждения в вопросе виновности без учета влияния внешних факторов. Помимо этого, следует учитывать, что председательствующий в каждом случае делал замечания сторонам по делу, а также разъяснял присяжным, какие обстоятельства по делу подлежат разрешению в соответствии с их полномочиями.

Напутственное слово председательствующего соответствует положениям ст. 340 УПК РФ. Нарушения принципа объективности и беспристрастности не допускалось.

Нарушений требований ст. 338 УПК РФ, регламентирующей порядок постановки вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, не допущено. Изложенная постановка вопросов перед присяжными заседателями позволяла им полно и всесторонне оценить представленные доказательства и сделать вывод о виновности или невиновности подсудимых в инкриминируемых им преступлениях. Нарушений уголовно- процессуального закона при принятии вердикта по делу не установлено. Вердикт коллегии присяжных заседателей ясный и непротиворечивый, соответствует требованиям ст. 348 и ст. 351 УПК РФ, является обязательным для председательствующего судьи.

Не могут быть признаны обоснованными доводы стороны защиты осужденного ФИО4 о том, что присяжные признали недоказанными действия ФИО4 по высказыванию угроз о применении насилия по эпизодам вымогательства и грабежа в отношении потерпевшего А. поскольку данные утверждения противоречат установленным в вердикте обстоятельствам, которые описаны в вопросах № 77-78, № 93-94 (о доказанности преступных действий ФИО4 и его виновности в содеянном, по отношению к А., в том числе, и с угрозой применения насилия).

Вопреки доводам жалобы осужденного ФИО2 утвердительно ответила коллегия присяжных относительно эпизодов в отношении А. и о стоимости его автомобиля, которым ФИО2 в соучастии с другими лицами завладели в результате открытого хищения, чем потерпевшему был причинен ущерб на сумму 1 017 793 рубля 96 копеек. В этой связи также следует отметить, что оснований для проведения каких-либо дополнительных экспертных исследований по ходатайству стороны защиты на предмет стоимости автомобиля, у суда не имелось.

Правовая оценка действиям осужденных ФИО1, ФИО3, ФИО2, ФИО4 судом дана в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом присяжных заседателей. Доводы стороны защиты осужденных ФИО1, ФИО4, ФИО3 об излишней квалификации действий их подзащитных по эпизоду в отношении А. по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ, как и доводы о переквалификации действий ФИО3 на ст. 330 УК РФ, основаны на неправильном понимании уголовного закона.

В соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей признано доказанным (ответы на вопросы № 64, 65, 68, 74, 77, 80, 81, 83-85, 88, 94), что ФИО1 и ФИО4 совместно с ФИО3 17 ноября в период времени с 19.58 до 22.35 часов в помещении автомойки, расположенной в г. Волхове

Ленинградской области по ул. Авиационной, 48 угрожали А. применением физического насилия и потребовали передачи 1 500 000 рублей, на что потерпевший согласился, написав долговую расписку.

В этом же месте и в это же время, под угрозой применения насилия потребовали передачи автомобиля «Порше Кайен», стоимостью 1 017 793 рубля, и ФИО1 указал место, куда должен быть пригнан автомобиль. После чего ФИО3 и ФИО4 вывели А. из помещения автомойки, посадили в другой автомобиль, под управлением другого лица, отвезли А. к дому 9 по Волховскому проспекту в г. Волхове Ленинградской области, где ФИО2 завладел автомобилем «Порше Кайен», а ФИО4 ключами и документами на автомобиль, затем отвезли по другому адресу, где ФИО4 также завладел паспортом транспортного средства на данный автомобиль.

Таким образом, из обстоятельств, установленных вердиктом, следует, что ФИО1, ФИО4, ФИО2 и ФИО3 под угрозой применения насилия открыто похитили чужое имущество, в особо крупном размере, действовали совместно, преследуя корыстный умысел на завладение автомобилем, и каждый выполнял часть объективной стороны преступления, а, кроме того, ФИО1, ФИО3 и ФИО4 требовали передачи чужого имущества в особо крупном размере (вымогательство) под угрозой применения насилия.

Учитывая, что вымогательство не охватывается понятием грабежа и не может считаться способом его совершения, независимо от корыстной направленности данных преступлений, квалификация действий осужденных как совокупность преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 163 и п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ, является правильной. Оснований для исключения ст. 161 УК РФ и квалификации действий осужденных лишь по ст. 163 УК РФ, о чем ставится вопрос в жалобах, не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по доводам апелляционных жалоб стороны защиты, по делу не установлено.

Не усматривает Судебная коллегия и оснований для проверки в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ, и доводы осужденного ФИО5, который приговор не обжаловал, о несогласии с установленными обстоятельствами по факту совершения хулиганских действий, а также доводы о несогласии с назначенным наказанием.

При назначении наказания, суд учел характер и степень общественной опасности содеянного осужденными, данные о личности виновных, условия их жизни, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, мнение коллегии присяжных заседателей по вопросу о снисхождении, а также влияние назначенного наказания на их исправление.

Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими в соответствии с требованиями ст. 61 УК РФ, в том числе и изложенными в жалобах, судом обоснованно не установлено. Суд не усмотрел оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством противоправное, как указано в жалобах, поведение потерпевшего А.. Не вытекает таких фактических обстоятельств и из вердикта коллегии присяжных.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением виновных во время и после совершения преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не установлено.

Утверждение стороны защиты осужденного ФИО3 о неверном признании в его действиях особо опасного рецидива, неверном исчислении срока наказания с учетом отбытого наказания по предыдущим постановленным приговорам, неверном исчислении срока погашения судимости, основаны не неправильном понимании уголовного закона. Несостоятельны и доводы осужденного ФИО2 о неверном назначении ему наказания и нарушении положений ст. 65, 69, 71 УК РФ. Доводы осужденных в этой части проверены, оснований для внесения изменений в приговор не имеется.

Наказание ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 назначено в соответствии с требованиями уголовного закона, с соблюдением принципа дифференциации и индивидуализации назначения наказания по отношению к каждому из осужденных, соразмерно содеянному. Оснований для вывода о назначении чрезмерно сурового наказания, не имеется.

При определении компенсации морального вреда судом учтены характер причиненных А. нравственных страданий, вызванных высказыванием в его адрес угроз применением физического насилия, ограничением свободы передвижения потерпевшего, завладением его имуществом и с учетом степени требований разумности и справедливости, а также степени участия каждого из осужденных в совершении преступных действий в отношении А., определена сума, подлежащая взысканию.

Также в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 131, 132 УПК РФ постановлено о взыскании с осужденных средств, затраченных потерпевшим А. на участие представителя в судебном разбирательстве.

Учитывая вышеизложенное и руководствуясь ст. 389 -389 ,38920, 38928, 3 8933 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Ленинградского областного суда с участием коллегии присяжных заседателей от 10 июля 2018 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, адвокатов Павленко К.В., Тихомирова А.Г., Павлова А.Б. - без удовлетворения.

ПредседательствующийСудьи