Постановление от 16 сентября 2024 г. по делу № А60-66094/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3332/2024(2)-АК

Дело № А60-66094/2020
17 сентября 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 сентября 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего  Чухманцева М.А.,

судей                                Темерешвой С.В., Чепурченко О.Н.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Шмидт К.А.

при участии:

от ответчика ФИО1 (паспорт, доверенность от 01.09.2023): ФИО2 (удостоверение адвоката, доверенность от 09.07.2024),

от конкурсного управляющего ФИО3: ФИО4 (доверенность от 22.09.2022),

от конкурсных кредиторов ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Агронефтехимпроект» (ООО «Агронефтехимпроект»): ФИО6 (паспорт, доверенность от 06.09.2021, доверенность от 01.09.2023),

от иных лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

ответчика ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 16 мая 2024 года

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего об истребовании документов,

вынесенное в рамках дела № А60-66094/2020

о признании общества с ограниченной ответственностью «ТехАльянс» (ООО «ТехАльянс», ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица: ФИО7, ФИО1,

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора: финансовый управляющий ФИО1 – ФИО8, 



установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 29.12.2020 поступило заявление ФИО9 о признании ООО «ТехАльянс» (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.05.2021 требования заявителя признаны обоснованными, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.04.2022 (резолютивная часть от 05.04.2022) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО3

 Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 72 (7273) от 23.04.2022, на сайте ЕФРСБ - 15.04.2022.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.05.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

В Арбитражный суд Свердловской области 05.09.2022 поступило заявление конкурсного управляющего должника об истребовании информации о месте регистрации бывшего руководителя должника ФИО7, его текущих паспортных данных, а также документов по списку согласно ходатайству (47 позиций).

В Арбитражный суд Свердловской области 13.10.2022 посредством электронной системы «Мой арбитр» от конкурсного управляющего должника поступило ходатайство об истребовании у ФИО7 в конкурсную массу должника транспортного средства ХЕНДЭ CRETA, VIN: <***>, 2018 года выпуска.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.10.2022 в порядке ст. 130 АПК РФ ходатайства конкурсного управляющего должника объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

От конкурсного управляющего должника 08.12.2022 поступили уточнения заявленных требований, согласно которым просит истребовать у бывшего руководителя должника ФИО7:

1. учредительные документы;

2. свидетельство ИНН;

3. свидетельство ОГРН;

4. список участников (реестр акционеров), сведения о держателе реестра акционеров;

5. документы, содержащие сведения о составе органов управления должника, а также о лицах, имевших право давать обязательные для должника указания либо имевших возможность иным образом определять его действия;

6. сведения об аффилированных лицах должника;

7. документы, подтверждающие полномочия руководителя должника;

8. протоколы и решения собраний органов управления должника;

9. свидетельства и (или) листы записи о внесении изменений в сведения о юридическом лице;

10. лицензии и сертификаты, выданные должнику;

11. сведения о наличии филиалов, представительств, дочерних и зависимых хозяйственных обществ с указанием их места нахождения, доли участия должника в их уставном капитале;

12. выписку из Единого государственного реестра юридических лиц, сроком давности не более 1 (одного) календарного месяца, но не ранее последнего изменения, отражаемого в реестре;

13. реквизиты расчетных и иных счетов, открытых должником в кредитных организациях;

14. список лиц, наделенных правом первой и второй подписи на расчетных документах;

15. приказы и распоряжения руководителя должника за период с 01.01.2018 по настоящее время;

16. сведения о выданных доверенностях в форме журнала учета выданных доверенностей;

17. учетную политику и документы, утвердившие ее;

18. документы первичного бухгалтерского учета за период с 01.01.2018 по настоящее время;

19. бухгалтерскую отчетность (форма № 1, 2) за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом;

20. отчеты во внебюджетные фонды и органы статистики за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом;

21. налоговую отчетность;

22. расшифровку расчетов с дебиторами по статье «Расчеты с персоналом по прочим операциям»;

23. расшифровку авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов;

24. расшифровку финансовых вложений;

25. оборотно-сальдовые ведомости по всем счетам бухгалтерского учета, в т.ч. по 01, 02, 04, 08, 10, 19, 20, 26, 41, 44, 50, 51, 58, 60, 62, 63, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 76, 90, 91;

26. книги покупок и продаж, авансовые отчеты, кассовые книги и отчеты;

27. список дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности по каждому дебитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы;

28. список кредиторов с указанием размера кредиторской задолженности по каждому кредитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы;

29. справку о задолженности перед бюджетами всех уровней и внебюджетными фондами (в том числе акт сверки с налоговой инспекцией);

30. сведения о наличии задолженности перед гражданами, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, а также требований по компенсации морального вреда;

31. сведения о наличии задолженности по выплате выходных пособий и оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности;

32. последние акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, последние инвентаризационные ведомости (в том числе акций, облигаций, ценных бумаг) по установленным формам;

33. отчеты ревизионной комиссии о результатах финансово-хозяйственной деятельности должника за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом;

34. заключения профессиональных аудиторов за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом;

35. утвержденное штатное расписание, а также сведения о численности работников на текущую дату;

36. приказы по личному составу (в т.ч. о приеме, увольнении, перемещении и т.д), личные дела работников, трудовые договоры с работниками, табели учета рабочего времени, личные карточки работников, трудовые книжки, должностные инструкции работников, книга учета трудовых книжек, расчетные ведомости по начислению и удержанию из заработной платы, выходных пособий работников должника;

37. сведения о материально ответственных лицах;

38. гражданско-правовые сделки, заключенные с юридическими лицами, физическими лицами и индивидуальными предпринимателями за период с 01.01.2018 по настоящее время;

39. сведения и документы, свидетельствующие об исполнении или неисполнении должником обязательств перед контрагентами;

40. сведения о наличии судебных споров с участием должника, решений судов, решений государственных органов в отношении должника и его руководства;

41. список исполнительных производств, возбужденных в отношении должника, а также возбужденных по заявлению должника;

42. полный перечень имущества должника, в том числе имущественных прав на текущую дату;

43. документы, подтверждающие государственную регистрацию прав собственности должника на имущество и имущественные права, иные документы, подтверждающие права должника на принадлежащее ему имущество и имущественные права;

44. сведения о наличии обременений имущества должника;

45. сведения о наличии и степени готовности незавершенного производства, о времени и величине средств, необходимых до доведения его до готовой продукции; о размере запаса сырья и материалов, который может быть реализован без ущерба для производственного процесса;

46. сведения о наличии и степени готовности объектов незавершенного строительства, размера средств, необходимого для завершения строительных работ;

47. сведения об остатках денежных средств на текущую дату и о движении денежных средств за период с 01.01.2018 по настоящее время.

48. транспортное средство ХЕНДЭ CRETA (VIN <***>), 2018 года выпуска.

(уточнение принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

В судебном заседании 26.01.2023 представителем конкурсного управляющего должника заявлено ходатайство о привлечении к участию в обособленном споре в качестве соответчика ФИО1

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.02.2023 в порядке ст. 46 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО1

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.08.2023 принят отказ конкурсного управляющего должника от истребования вышеуказанного транспортного средства, производство по заявлению об истребовании доказательств в указанной части прекращено.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.02.2024 в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО1 – ФИО8

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.05.2024 заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено частично. На бывшего руководителя должника ФИО7 и ФИО1 солидарно возложена обязанность передать конкурсному управляющему должника информацию и оригиналы документов, необходимые для осуществления полномочий конкурсного управляющего:

1. документы первичного бухгалтерского учета за период с 01.01.2018 по 05.04.2022;

2. бухгалтерскую отчетность (форма № 1, 2) за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом;

3. отчеты во внебюджетные фонды и органы статистики за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом;

4. налоговую отчетность;

5. расшифровку расчетов с дебиторами по статье «Расчеты с персоналом по прочим операциям»;

6. расшифровку авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов;

7. расшифровку финансовых вложений;

8. оборотно-сальдовые ведомости по всем счетам бухгалтерского учета, в т.ч. по 01, 02, 04, 08, 10, 19, 20, 26, 41, 44, 50, 51, 58, 60, 62, 63, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 76, 90, 91;

9. книги покупок и продаж, авансовые отчеты, кассовые книги и отчеты;

10. список дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности по каждому дебитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы;

11. список кредиторов с указанием размера кредиторской задолженности по каждому кредитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы;

12. справку о задолженности перед бюджетами всех уровней и внебюджетными фондами (в том числе акт сверки с налоговой инспекцией);

13. сведения о наличии задолженности перед гражданами, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, а также требований по компенсации морального вреда;

14. сведения о наличии задолженности по выплате выходных пособий и оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности;

15. последние акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, последние инвентаризационные ведомости (в том числе акций, облигаций, ценных бумаг) по установленным формам;

16. утвержденное штатное расписание, а также сведения о численности работников по состоянию на 05.04.2022;

17. приказы по личному составу (в т.ч. о приеме, увольнении, перемещении и т.д.), личные дела работников, трудовые договоры с работниками, табели учета рабочего времени, личные карточки работников, трудовые книжки, должностные инструкции работников, книга учета трудовых книжек, расчетные ведомости по начислению и удержанию из заработной платы, выходных пособий работников должника;

18. сведения о материально ответственных лицах;

19. гражданско-правовые сделки, заключенные с юридическими лицами, физическими лицами и индивидуальными предпринимателями за период с 01.01.2018 по 05.04.2022;

20. сведения и документы, свидетельствующие об исполнении или неисполнении должником обязательств перед контрагентами.

ФИО1, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение в части истребования документов у ФИО1 отменить, отказать в удовлетворении требований к ФИО1 Изменить мотивировочную часть определения относительно признания ФИО1 контролирующим должника лицом, в том числе через свою супругу ФИО10

В апелляционной жалобе с дополнениями (поступили 28.08.2024) ссылается на то, что показания свидетелей не подтверждают тот факт, что ФИО1 фактически является контролирующим должника лицом; свидетели ФИО11 и ФИО12 не имели отношения к должнику и его деятельности, лишь описывали личность ФИО1, свидетель ФИО13 был признан солидарным с ФИО1 должником по возврату суммы займа кредитору, возбудившему дело о банкротстве должника, его показания не являются относимыми, допустимыми и достоверными, свидетельские показания не имеют приоритета перед письменными доказательствами, согласно которым договор займа был заключен между ФИО7 и ФИО9, согласно расписке ФИО7 получил денежные средства; кроме того, именно ФИО7 производилась выплата процентов по договору займа представителю ФИО9, что подтверждается вступившим в законную силу решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 24.07.2020 №2-1743/2020. Показаниям участника должника ФИО14, который пояснил, что работал исключительно с директором должника ФИО7, переговоры и финансовые операции велись исключительно с ним, не дана оценка. Электронная переписка и позиция конкурсного управляющего не подтверждают, что ФИО7 являлся номинальным директором, а ФИО1 фактическим, согласно решению Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 24.07.2020 №2-1743/2020 одобрение заключения договора поручительства со стороны должника оформлено протоколом внеочередного общего собрания участников от 04.07.2019, а не принято ФИО1 единолично. ФИО1 не мог контролировать должника через свою супругу, поскольку ее доля в уставном капитале должника составляет 28%, а совокупная доля ФИО7 (28%) и ФИО15 (28%) составляет решающие 56%. Суд необоснованно признал ФИО1 контролирующим должника лицом, поскольку спор о привлечении к субсидиарной ответственности не рассмотрен. ФИО1 являлся наемным работником, который проработал в обществе должника с 11.01.2016 по 01.10.2019, обязанности по хранению документов на него не возлагались, в материалах дела отсутствуют доказательства фактического наличия у ФИО1 истребуемых документов, доказательства того, что данное лицо удерживает данные документы или уклоняется от их передачи. У конкурсного управляющего имеется возможность самостоятельного получения большинства документов из налоговых, регистрирующих органов, банков и кредитных организаций и др. лиц, а также у ответчика ФИО7  Действует презумпция нахождения документов у руководителя. Электронная переписка датирована июнем – августом 2019 года, тогда как ФИО1 был трудоустроен в обществе должника с 11.01.2016 по 01.10.2019. Электронная переписка не заверена, недопустима в качестве доказательства. Судом не установлен конкретный перечень истребуемых документов.

Конкурсный управляющий должника в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Конкурсные кредиторы ФИО5, ООО «Агронефтехимпроект» в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддерживает, просит определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. 

Представитель кредиторов ФИО5, ООО «Агронефтехимпроект» с доводами апелляционной жалобы не согласен по основаниям, изложенным в отзыве, считает определение законным и обоснованным, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, определение – без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, 20.12.2021 временным управляющим должника ФИО3 в адрес должника руководителю должника ФИО7 направлен запрос об истребовании необходимой для реализации его полномочий документаций.

От руководителя должника ответ не поступил.

02.06.2022 конкурсным управляющим должника ФИО3 в адрес должника руководителю должника ФИО7 направлен повторный запрос об истребовании документации.

Решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 24.07.2020 № 2-1743/2020 с ФИО7, ФИО1,  ФИО10, ФИО13 и должника в пользу ФИО9 солидарно взыскана задолженность по договору займа от 04.07.2019.

В данном решении указано следующее: «Представитель ответчиков ФИО13, ФИО1, ФИО10 действующая на основании доверенности ФИО16, исковые требования не признала, в предоставленных суду письменных возражениях, объяснениях, данных в судебном заседании, указала, что в июне 2019 года ФИО1 обратился к ФИО6 с просьбой предоставить денежный заем в размере 2 000 000 руб. на срок полгода с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 6% годовых (те. 0.5 % в месяц). В целях заключения договора займа на этих условиях, 04.07.2019 ответчик ФИО7 подписал договор займа, а ФИО1, ФИО10, ФИО13 и ООО «ТехАльянс» в лице директора ФИО7 подписали договор поручительства…».

Ссылаясь на то, что ФИО7 являлся лишь номинальный директором общества, фактическим руководителем должника был ФИО1, что подтверждается решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 24.07.2020 № 2-1743/2020, а также перепиской, представленной конкурсному управляющему представителем конкурсного кредитора ФИО9 – ФИО6, из содержания которой следует, что изначально ФИО1 намеривался выступить заемщиком по договору займа, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании у ФИО7, ФИО1 документов и сведений.

Удовлетворяя заявленные требования частично, суд первой инстанции исходил из того, что руководителем должника являлся ФИО7, ФИО7 фактически был подконтролен ФИО1; ФИО1 являлся фактическим руководителем должника и контролирующим должника лицом; безусловных доказательств передачи конкурсному управляющему документов в полном объеме материалы дела не представлено; часть документов конкурсный управляющий мог запросить и получить самостоятельно; перечисленные в пп. 45-46 документы объективно не могут быть использованы должником в своей деятельности.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  отзывов, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В силу ст. 223 АПК РФ, ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обязанность ведения бухгалтерского учета, обеспечения сохранности в течение определенных периодов (не менее пяти лет) первичной документации, на основании которой ведется такой учет и сдается отчетность, установлена положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 9, 29) (далее – Закона о бухгалтерском учете). Ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации.

В силу ст. 24 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны в течение четырёх лет обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учёта и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих получение доходов, осуществление расходов (для организаций и индивидуальных предпринимателей), а также уплату (удержание) налогов.

Согласно п. 4 ст. 32 и ст. 40 от 08.02.1998 № 14-ФЗ Федерального закона от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закона об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. В целях осуществления своих полномочий директор имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества, и как его исполнительный орган, отвечает за сохранность документов.

В соответствии с п. 3.2 ст. 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Согласно п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Законом.

В силу п. 2 названной статьи Закона о банкротстве на конкурсного управляющего возложены, в частности, обязанности по принятию в ведение имущества должника, проведению инвентаризации такого имущества; по принятию мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, а также мер по обеспечению сохранности имущества должника, предъявлению к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требований о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Законом.

В соответствии с абз. 1 п. 8 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

При проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве).

В силу п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244).

Согласно правовой позиции, приведенной в абз. 2 п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

При обращении в суд с соответствующим заявлением конкурсный управляющий должен сформулировать предмет своего требования, конкретизировав перечень и виды запрашиваемых документов.

При этом степень должной конкретизации требования арбитражного управляющего об обязании передать документы оценивается судом с учетом обстоятельств рассматриваемого дела и необходимости обеспечения реальной возможности осуществления управляющим возложенных на него полномочий.

Как разъяснено в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7), согласно п. 1 ст.308.3, ст. 396 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено ГК РФ, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства.

При предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным.

В то же время, следует учитывать, что конкурсный управляющий может не обладать всей полнотой информации о видах, датах и наименованиях документов, которые должны иметься у бывшего руководителя должника.

Поэтому он вправе конкретизировать перечень и виды документов с той степенью, которая соответствует его осведомленности, четкий же список документов определяется в ходе принудительного исполнения судебного акта.

При этом приводя строго определенный перечень документов, подлежащих истребованию, конкурсный управляющий должен обосновать свое утверждение об объективном существовании поименованных им документов, а также наличие у бывшего руководителя должника нормативно установленной обязанности по их хранению, что, в свою очередь, переводит на лицо, ответственное за хранение документов и обязанное их передать во исполнение абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, бремя доказывания факта передачи документов или их утраты и невозможности восстановления, в том числе совершения действий по истребованию документации у предыдущего руководителя либо по восстановлению документации иным образом.

Судом первой инстанции установлено, что директором должника являлся ФИО7

20.12.2021 временным управляющим должника и 02.06.2022 конкурсным управляющим должника по адресу должника руководителю должника ФИО7 направлялись уведомления о введении в отношении должника наблюдения и конкурсного производства соответственно с требованием предоставить  необходимую арбитражному управляющему документацию должника и сведения для осуществления полномочий арбитражного управляющего в соответствии с Законом о банкротстве.  

От руководителя должника ответов не последовало.  

Судом первой инстанции были истребованы сведения о месте регистрации ФИО7, который в последующем был извещен о судебном разбирательстве по требованию арбитражного управляющего.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, с учетом изложенных выше норм права, а также положений п. 4 ст. 32, ст. 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, п. 1 ст. 7, ст. 29 Закона о бухгалтерском учете ФИО7 как директор должника должен был в добровольном порядке исполнить возложенную на него законом обязанность по передаче временному и конкурсному управляющему всей документации должника, включая документы первичного бухгалтерского учета, а также материальных ценностей.

Доказательства исполнения указанной обязанности в материалы дела не представлены.

Как ранее было указано, арбитражный управляющий вправе требовать по суду исполнения данной обязанности по представлению документов и имущества должника от руководителя, а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы (п. 24 Постановления №53).

По требованию представителя конкурсного управляющего должника арбитражным судом к участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчика был привлечен ФИО1

В соответствии с п. 3. Постановления № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Согласно Определению ВС РФ по делу № 305-ЭС21-18249 от 23.01.2023 законодательством о банкротстве, действительно, предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения. Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения. Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 Постановления № 53). Первые – поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые – поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей. Предусмотренная абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность руководителя передать документацию должника конкурсному управляющему в равной степени (солидарно) распространяется как на номинального, так и на фактического руководителя. Неисполнение этой обязанности влечет возможность впоследствии применить презумпцию доведения до несостоятельности, предусмотренную подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно сведений трудовой книжки ФИО1 занимал должность коммерческого директора должника с 11.01.2016 по 01.10.2019.

Судом первой инстанции с учетом имеющих в материалах дела доказательств и свидетельских показаний установлено, что ФИО7 был фактически подконтролен ФИО1, который от имени должника заключал договоры займа, регулировал их условия, при этом, данные сделки влияли на экономическую и юридическую судьбу должника.

Не смотря на то, что в договорах займа ФИО1 выступал как поручитель, кредиторы по договорам займа, заключенным с его участием, в процедуре банкротства должника в последующем вошли в реестр требований кредиторов.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно признал ФИО1 фактическим руководителем должника.

Кроме того, супруга ФИО1 – ФИО10 является участником общества с долей участия 28%. Через свою супругу ФИО1 контролировал общество должника.

Суд первой инстанции установил, что ФИО1 фактически решал экономическую и финансовую судьбу ООО «ТехАльянс», определял лиц, участвующих в сделке, и сообщил от имени номинального руководителя его готовность выступить в качестве заемщика.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ФИО1 как фактический руководитель должника и контролирующее должника лицо обладает документами должника, испрашиваемыми конкурсным управляющим.

Как ранее было указано, документы и сведения, запрашиваемые конкурсным управляющим у руководителя должника ФИО7, ему не переданы.

При таких обстоятельствах, учитывая, что согласно сведениям из ЕГРЮЛ директором должника числился ФИО7, а ФИО1 являлся фактическим руководителем должника, суд первой инстанции обоснованно возложил на указанных лиц солидарно обязанность по передаче конкурсному управляющему должника документов, необходимых для осуществления полномочий конкурсного управляющего.

Учитывая, что часть испрашиваемых документов конкурсный управляющий мог запросить и получить самостоятельно, перечисленные в пп. 45-46 документы объективно не могут быть использованы должником в своей деятельности, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил ходатайство конкурсного управляющего частично, затребовав у ФИО7 и ФИО1 следующие документы: 1. документы первичного бухгалтерского учета за период с 01.01.2018 по 05.04.2022; 2. бухгалтерскую отчетность (форма № 1, 2) за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом; 3. отчеты во внебюджетные фонды и органы статистики за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом; 4. налоговую отчетность; 5. расшифровку расчетов с дебиторами по статье «Расчеты с персоналом по прочим операциям»; 6. расшифровку авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов; 7. расшифровку финансовых вложений; 8. оборотно-сальдовые ведомости по всем счетам бухгалтерского учета, в т.ч. по 01, 02, 04, 08, 10, 19, 20, 26, 41, 44, 50, 51, 58, 60, 62, 63, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 76, 90, 91; 9. книги покупок и продаж, авансовые отчеты, кассовые книги и отчеты; 10. список дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности по каждому дебитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы; 11. список кредиторов с указанием размера кредиторской задолженности по каждому кредитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы; 12. справку о задолженности перед бюджетами всех уровней и внебюджетными фондами (в том числе акт сверки с налоговой инспекцией); 13. сведения о наличии задолженности перед гражданами, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, а также требований по компенсации морального вреда; 14. сведения о наличии задолженности по выплате выходных пособий и оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности; 15. последние акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, последние инвентаризационные ведомости (в том числе акций, облигаций, ценных бумаг) по установленным формам; 16. утвержденное штатное расписание, а также сведения о численности работников по состоянию на 05.04.2022; 17. приказы по личному составу (в т.ч. о приеме, увольнении, перемещении и т.д.), личные дела работников, трудовые договоры с работниками, табели учета рабочего времени, личные карточки работников, трудовые книжки, должностные инструкции работников, книга учета трудовых книжек, расчетные ведомости по начислению и удержанию из заработной платы, выходных пособий работников должника; 18. сведения о материально ответственных лицах; 19. гражданско-правовые сделки, заключенные с юридическими лицами, физическими лицами и индивидуальными предпринимателями за период с 01.01.2018 по 05.04.2022; 20. сведения и документы, свидетельствующие об исполнении или неисполнении должником обязательств перед контрагентами, отказав в удовлетворении ходатайства в остальной части.

Доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО1 о том, что показания свидетелей не подтверждают тот факт, что ФИО1 фактически является контролирующим должника лицом; свидетели ФИО11 и ФИО12 не имели отношения к должнику и его деятельности, лишь описывали личность ФИО1, свидетель ФИО13 был признан солидарным с ФИО1 должником по возврату суммы займа кредитору, возбудившему дело о банкротстве должника, его показания не являются относимыми, допустимыми и достоверными, свидетельские показания не имеют приоритета перед письменными доказательствами, согласно которым договор займа был заключен между ФИО7 и ФИО9, согласно расписке ФИО7 получил денежные средства; кроме того, именно ФИО7 производилась выплата процентов по договору займа представителю ФИО9, что подтверждается вступившим в законную силу решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 24.07.2020 №2-1743/2020, отклоняются на основании следующего.

В рамках настоящего обособленного спора, определяя ФИО1 фактическим руководителем должника и контролирующим должника лицом, суд первой инстанции заключил, что ФИО1 обладает документами и сведениями о должнике, испрашиваемыми конкурсным управляющим.

Вывод о том, что ФИО1 является фактическим руководителем должника и контролирующим должника лицом подтвержден свидетельскими показаниями, электронной перепиской, представленной в материалы дела.

Допрошенные в ходе рассмотрения дела под подписку об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ свидетели подтвердили указанные факты.

В частности, свидетель ФИО13 указал, что именно ФИО17 руководил деятельностью должника. Свидетель ФИО11 указал, что именно ФИО1 называл себя руководителем должника. Свидетель ФИО12 также указал, что именно ФИО1 называл себя руководителем должника. Помимо указанного ФИО11 и ФИО12 сослались на известность им фактов вывода ФИО1 денежных средств, полученных некоммерческой организацией по гранту на подконтрольное ему общество должника.

Кредитор ФИО5 представил в материалы дела информацию о том, что все сделки, совершенные им и должником непосредственно заключались при участии ФИО1

Фактически свидетели, кредиторы должника, включенные в реестр требований кредиторов должника по долговым обязательствам, не имели факта общения с руководителем должника ФИО7, а имели таковой    с ФИО1

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, опросив свидетелей, суд первой инстанции обоснованно заключил, что ФИО1 является фактическим руководителем должника.

Имеющиеся в материалах дела доказательства подтверждают, что ФИО1 принимал участие в принятии от имени общества должника руководящих решений, в связи с чем, был знаком и обладал документацией должника. Свидетель ФИО13 подтвердил, что именно в распоряжении ФИО17 были все документы хозяйственной деятельности. Опрошенные судом первой инстанции свидетели указывали, что ФИО1 имел доступ ко всей документации должника, позиционировал себя как руководитель должника.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что в силу осуществляемых ФИО1 действий, касающихся руководства обществом должника, он обладает документацией должника, также является правильным, с решением суда первой инстанции о возложении на ФИО7 и ФИО1 обязанности по предоставлению документов должника солидарно суд апелляционной инстанции соглашается.

Довод апеллянта о том, что показаниям участника должника ФИО14, который пояснил, что работал исключительно с директором должника ФИО7, переговоры и финансовые операции велись исключительно с ним, не дана оценка, отклоняется, поскольку ФИО14 в качестве свидетеля в судебном заседании с подпиской об уголовной ответственности по ст. 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации не допрашивался.

Доводы апеллянта о том, что электронная переписка и позиция конкурсного управляющего не подтверждают, что ФИО7 являлся номинальным директором, а ФИО1 фактическим, согласно решению Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 24.07.2020 №2-1743/2020 одобрение заключения договора поручительства со стороны должника оформлено протоколом внеочередного общего собрания участников от 04.07.2019, а не принято ФИО1 единолично, отклоняются.

Из указанной электронной переписки, имеющейся в материалах дела, следует, что ФИО1 имел доступ к документации должника, а также распоряжался ей. В частности, с электронными письмами ФИО6 от 11.06.2019 ФИО1 направил карточку предприятия должника, справку об оборотах с разбивкой по месяцам от 19.06.2019, справку об ограничениях от 19.06.2019, справку об отсутствии кредиторов от 19.06.2019. В письме от 19.06.2019 указано, что следующим письмом будут направлены все финансовые и бухгалтерские документы. В следующем письме в приложении указана «отчетность_ТА». Все направленные ФИО1 документы распечатаны и приобщены в материалы дела. Также в письме ФИО1 в адрес ФИО6 имеется ссылка на направление реквизитов Сбербанка России, два расчетных счета.

Помимо указанного, в данной переписке  на предложение заключить договоры займа ФИО1, ознакомившись с перечисленными ФИО6 условиями, указал (письмо от 13.06.2019), что «предложение принимается. Готовность по займу по юр.лицу и по физ.лицу. желательная сумма займа: 3 000 000 руб.», то есть фактически принял решение по заключению сделок от имени должника на предложенных условиях. Также, на вопрос ФИО6 кто будет заемщиком, а кто поручителем, ФИО1 сообщил, что заемщиком будет он, а «ФИО7 – поручитель и по совместительству директор ООО «ТехАльянс»», направил копию своего и ФИО7 паспортов, а также, как указал, ошибочно, направил копию паспорта ФИО10 В письме от 19.06.2019 ФИО1 также сообщил, что ФИО7 готов выступить поручителем. Письмом от 27.06.2019 ФИО1 направил информацию по заключенным должником контрактам, статистические данные по процедурам должника в качестве гарантии возвратности переданных по договору займа денежных средств. В письме от 03.07.2019 ФИО1 ответил, что «условия сделки устраивают», сослался на подготовку документов. В письме от 19.07.2019 ФИО1 просил о возможности продолжить разговор о выдаче заключительной части займа безналичным способом, возврату – наличными, на прежних условиях сделки. В письме от 07.08.2019 выразил готовность на заключение сделки.

Таким образом, ФИО1 определил всех лиц, участвующих в сделке, от имени номинального руководителя должника выражал его готовность выступить в качестве заемщика, определял условия сделки.

Исходя из имеющихся в материалах дела доказательств в совокупности, следует, что ФИО1 осуществлял фактическое руководство деятельностью должника, в связи с чем, на него обоснованно возложена обязанность предоставить часть испрашиваемых конкурсным управляющим должника документов.

При этом, надлежащее оформление заключения договора поручительства со стороны должника протоколом внеочередного общего собрания участников от 04.07.2019 не опровергает возможность ФИО1 фактически  принимать руководящие от имени общества решения.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что ФИО1 не мог контролировать должника через свою супругу, поскольку ее доля в уставном капитале должника составляет 28%, а совокупная доля ФИО7 (28%) и ФИО15 (28%) составляет решающие 56%, отклоняется.

В соответствии с ч. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения.

В пунктах 3 и 4 Постановления № 53 указано на то, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

В данном же случае имеются формально-юридические признаки аффилированности, а именно свойство ФИО1 и его супруги ФИО10, что подтверждает его возможность опосредованного влияния в управлении обществом должника.

Довод апеллянта о том, что суд необоснованно признал ФИО1 контролирующим должника лицом, поскольку спор о привлечении к субсидиарной ответственности не рассмотрен, отклоняется.

Возможность возложения на лицо обязанности передать конкурсному управляющему испрашиваемую им документацию должника поставлена в зависимость от установления факта того, что лицо, на которое данная обязанность возлагается, должно иметь доступ к документации должника, то есть документация должна фактически находиться у этого лица. Доступ к документации должника, в свою очередь, должен быть чем-то опосредован. В данном случае именно установление факта того, что ФИО1 является фактическим руководителем должника и контролирующим должника лицом, в силу чего он обладает способностью принимать экономически значимые для должника решения и имеет доступ к документации, иным сведениям о должнике, к имуществу должника, предшествует и определяет возможность возложения на данное лицо обязанности, установленной п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве по обеспечению передачи бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего.

В силу изложенного суд первой инстанции в целях истребования у ФИО1 находящихся у него документов должника и надлежащего осуществления процедуры банкротства обоснованно установил осуществление фактического руководства должником со стороны ФИО1

Доводы апеллянта о том, что ФИО1 являлся наемным работником, который проработал в обществе должника с 11.01.2016 по 01.10.2019, обязанности по хранению документов на него не возлагались, в материалах дела отсутствуют доказательства фактического наличия у ФИО1 истребуемых документов, доказательства того, что данное лицо удерживает данные документы или уклоняется от их передачи, отклоняются.

Для удовлетворения заявленного арбитражным управляющим требования суду необходимо установить конкретный перечень истребуемых документов, а также исследовать вопрос фактического их нахождения у лица, требования к которому о возложении обязанности передать документы предъявлены, так как судебный акт, обязывающий передать документы, отсутствующие у лица, не будет обладать признаками исполнимости (статья 16 АПК РФ).

По смыслу законодательства о банкротстве наличие документов у контролирующего должника лица презюмируется. Бремя опровержения указанной презумпции лежит на ответчике, который должен мотивировать отсутствие конкретного документа бухгалтерского, налогового, статистического, кадрового контроля, кассовой дисциплины.

В отношении исполнения обязанности по передаче конкурсному управляющему имущества должника специальное средство защиты, предусмотренное п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве, может быть использовано арбитражным управляющим в ситуации, когда бывший руководитель должника (иное лицо, у которого находятся документы) уклоняется (отказывается) от участия в приемке-передаче имущества, владение которыми должник не утратил.

Основанием для отказа в удовлетворении ходатайства об истребовании может служить лишь факт передачи документов и материальных ценностей в требуемом объеме либо наличие доказательств, свидетельствующих об объективной невозможности передать документы, обязанность доказывания которых в силу статьи 65 АПК РФ возлагается на лицо, ссылающееся на данные обстоятельства.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам ст. 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание, что истребуемая конкурсным управляющим документация должника ему не передана ни бывшим руководителем, ни ответчиком; учитывая, что ФИО1 в рамках настоящего дела признана лицом, контролирующим деятельность должника и презумпция осведомленности о хозяйственной деятельности должника, ответчиком не опровергнута, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для возложения на ФИО1 обязанности передать конкурсному управляющему истребуемые им документы в части согласно перечню, изложенному в обжалуемом определении.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что у конкурсного управляющего имеется возможность самостоятельного получения большинства документов из налоговых, регистрирующих органов, банков и кредитных организаций и др. лиц, а также у ответчика ФИО7, отклоняется, поскольку суд первой инстанции учел данную возможность конкурсного управляющего и отказал в истребовании документов, возможность истребования которых у конкурсного управляющего имеется.

Довод апеллянта о том, что действует презумпция нахождения документов у руководителя, не опровергает возможность истребования документов у лица, у которого данные документы фактически находится. О наличии данной возможности упомянуто в абз. 2 п. 24 Постановления № 53.

Довод апеллянта о том, что электронная переписка датирована июнем – августом 2019 года, тогда как ФИО1 был трудоустроен в обществе должника с 11.01.2016 по 01.10.2019, правого значения не имеет с учетом установленного факта фактического руководства должником со стороны ФИО1 и наличия у него статуса контролирующего должника лица.

Довод апелляционной жалобы ФИО1 о том, что электронная переписка не заверена, недопустима в качестве доказательства, отклоняется, данная переписка была надлежащим образом оценена судом первой инстанции на основании ч. 1 ст. 9, ч 1, ч. 2 ст. 65, ч. 1 ст. 66, ст. 67, 68, 71 АПК РФ.

Довод апеллянта о том, что судом не установлен конкретный перечень истребуемых документов, отклоняется.

Как ранее было указано, при обращении в суд с заявлением об истребовании документов должника конкурсный управляющий должен сформулировать предмет своего требования, конкретизировав перечень и виды запрашиваемых документов. При этом степень должной конкретизации требования арбитражного управляющего об обязании передать документы оценивается судом с учетом обстоятельств рассматриваемого дела и необходимости обеспечения реальной возможности осуществления управляющим возложенных на него полномочий.

Принимая во внимание обстоятельства настоящего спора, суд первой инстанции надлежащим образом определил перечень документов, истребуемых солидарно у ФИО7 и ФИО1, удовлетворив требования конкурсного управляющего частично.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 16 мая 2024 года по делу № А60-66094/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


М.А. Чухманцев



Судьи


ФИО18



О.Н. Чепурченко