Постановление от 6 февраля 2024 г. по делу № А07-17637/2019

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-17455/2022
г. Челябинск
06 февраля 2024 года
Дело № А07-17637/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 февраля 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Колясниковой Ю.С.,

судей Аникина И.А., Жернакова А.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Анисимовой С.П., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СамараТрансНефтьТерминал» на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.08.2019 по делу № А07-17637/2019.


В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «СамараТрансНефтьТерминал» - ФИО1 (паспорт, доверенность от 22.02.2022, срок действия три года, диплом),

общества с ограниченной ответственностью «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» - ФИО2 (паспорт, доверенность от 01.09.2023, срок действия два года, диплом).

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.


Общество «Спецстройпуть» обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Сигмастрой» (далее - общество «Сигмастрой», ответчик) долга в сумме 46 475 374 руб. 80 коп. по договору субподряда от 04.02.2019 № 4022019СМР, а также начисленной неустойки пункта 8.2 договора до момента фактической оплаты долга.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.08.2019 исковые требования общества «Спецстройпуть» удовлетворены: в его пользу с общества «Сигмастрой» взысканы основной долг в сумме 46 475 374 руб. 80 коп., неустойка, начисленная из расчета 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки, начиная с 14.05.2019 до момента фактического исполнения обязательства.

На принудительное исполнение решения 04.12.2019 выдан исполнительный лист.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 01.07.2022 по делу № А07-11507/2021 общество «Сигмастрой» признано несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении его имущества конкурсного производства.

Основанное на судебном решении от 08.08.2019 по настоящему делу требование общества «Спецстройпуть» включено в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Сигмастрой», о чем вынесено определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.11.2021 по делу № А07-11507/2021.

Указанное решение было обжаловано обществом «СамараТрансНефть-Терминал» как конкурсным кредитором общества «Сигмастрой» в Арбитражный суд Уральского округа в порядке пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление Пленума № 35).

Податель жалобы указал, что решение суда не обжаловалось в вышестоящие инстанции, вступило в законную силу, но не исполнялось. Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.05.2021 по заявлению гражданки ФИО3 возбуждено производство по делу № А07-11507/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сигмастрой», определением того же суда от 21.06.2021 в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4 Основанное на решении от 12.07.2019 денежное требование ООО «Спецстройпуть» определением суда от 19.11.2021 включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов. ООО «СамараТрансНефть-Терминал» является конкурирующим кредитором, его требование к ООО «Сигмастрой» принято к рассмотрению определением суда от 12.07.2021.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что директор ООО «Спецстройпуть» ФИО5 одновременно являлся работником ООО «Сигмастрой». Нынешний бенефициар ООО «Спецстройпуть» ФИО6 является родственницей ФИО7, с которой бенефициар ООО «Сигмастрой» ФИО8 имеют общих малолетних детей. Таким образом, между кредитором и должником существовала аффилированность, ставящая под сомнения реальность отношений между ними и влекущая необходимость применения наиболее высокого стандарта доказывания (достоверность за пределами разумных сомнений).

Как следует из решения от 08.08.2019, вывод об удовлетворении исковых требований сделан на основании минимального набора документов (договора, актов и справок) и с учетом отсутствия спора со стороны ответчика. Однако при наличии трудовой зависимости руководителя кредитора от должника кредитор и должник могли составить фиктивные документы с целью искусственного создания кредиторской задолженности (мнимое обязательство).

Апеллянт полагал, что строительство железных дорог является основным видом деятельности ООО «Сигмастрой», поэтому вызывают сомнения экономические мотивы привлечения для работ субподрядчика ООО «Спецстройпуть», контролируемого его же (ООО «Сигмастрой») работником ФИО5

Податель жалобы указал на длительное, вплоть до возбуждения дела о банкротстве ответчика, непредъявление к исполнению решений по настоящему делу и по делу № А07-156174/2019 нарушает реестр требований кредиторов и обеспечивает осуществление контроля над процедурой аффилированным кредитором.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2022 удовлетворены ходатайства ООО «СамараТрансНефть-Терминал» о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы и об отсрочке уплаты государственной пошлины.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 решение суда от 08.08.2019 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 05.12.2022 постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 по делу № А07-17637/2019 Арбитражного суда Республики Башкортостан отменено. Дело № А07-17637/2019 направлено на новое рассмотрение в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 17.01.2023.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2023 судебное разбирательство отложено на 14.02.2023.

На основании определения председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 в составе суда в соответствии с нормами частей 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена: судья Аникин И.А., судьей Томилиной В.А. Ввиду замены в составе суда в соответствии с частью 5 указанной статьи судебное разбирательство начато с начала.

Определением от 14.02.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 01.03. 2023.

На основании определения председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2023 в составе суда в соответствии с нормами частей 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена: судья Томилина В.А., судьей Камаевым А.Х. Ввиду замены в составе суда в соответствии с частью 5 указанной статьи судебное разбирательство начато с начала.

Определением суда от 01.03.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 04.04.2023.

На основании определения председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2023 в составе суда в соответствии с нормами частей 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена: судья Жернаков А.С., судьей Томилиной В.А. Ввиду замены в составе суда в соответствии с частью 5 указанной статьи судебное разбирательство начато с начала.

Определением суда от 04.04.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 25.04.2023.

На основании определения председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 в составе суда в соответствии с нормами частей 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена: судья Камаев А.Х., судьей Аникиным И.А. Ввиду замены в составе суда в соответствии с частью 5 указанной статьи судебное разбирательство начато с начала.

Определением суда от 25.04.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 30.05.2023.

На основании определения заместителя председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2023 в составе суда в соответствии с нормами частей 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена: судья Аникин И.А., судьей Камаевым А.Х. Ввиду замены в составе суда в соответствии с частью 5 указанной статьи судебное разбирательство начато с начала.

Определением суда от 30.05.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 27.06.2023.

Определением суда от 30.05.2023 назначено судебное заседание по рассмотрению ходатайства ООО «СамараТрансНефтьТерминал» о наложении судебного штрафа на ООО «Спецстройпуть» совместно с рассмотрением апелляционной жалобы на 27.06.2023.

На основании определения председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 в составе суда в соответствии с нормами частей 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена: судья Томилина В.А., судьей Аникиным И.А. Ввиду замены в составе суда в соответствии с частью 5 указанной статьи судебное разбирательство начато с начала.

Определением суда от 28.06.2023 (резолютивная часть от 27.06.2023) в удовлетворении заявления ООО «СамараТрансНефть-Терминал» о наложении судебного штрафа отказано. В удовлетворении ходатайства ООО «Спецстройпуть» о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу судебного акта по делу № А07-11507/2021 по рассмотрению заявления ООО «СамараТрансНефть-Терминал» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Сигмастрой» отказано. Назначена по делу судебная экспертиза, производство по делу приостановлено до получения результатов экспертизы.

Определением суда от 25.09.2023 производство по рассмотрению апелляционной жалобы возобновлено, судебное разбирательство отложено на 01.11.2023.

На основании определения председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в составе суда в соответствии с нормами частей 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена: судьи Аникин И.А., Камаев А.Х., судьями Жернаковым А.С., Томилиной В.А. Ввиду замены в составе суда в соответствии с частью 5 указанной статьи судебное разбирательство начато с начала.

До начала судебного заседания посредством сервиса «Мой арбитр» от ООО «СамараТрансНефть-Терминал» поступили следующие ходатайства:

- вопросы эксперту;

- о приобщении дополнительных доказательств в виде письменных пояснений по делу.

Данные документы приобщены к материалам дела для более полного исследования обстоятельств дела.

До начала судебного заседания посредством электронной системы «Мой Арбитр» от ООО «Испытательная Лаборатория» ФИО9 поступили ответы эксперта на возражения ответчика по заключению эксперта № 133/23 от 31.08.2023. Данные пояснения приобщены к материалам дела.

Коллегией установлено, что в оригинале ответы эксперта не поступили в адрес суда.

От ООО «СамараТрансНефтьТерминал» поступили возражения на ответы эксперта, которые приобщены к материалам дела.

От ООО «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» поступили пояснения, которые приобщены к материалам дела.

ООО «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» 02.10.2023 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Суд вернулся к вопросу о разрешении оставленных ранее открытыми от ООО «СамараТрансНефтьТерминал» ходатайств:

1) ходатайства о вызове эксперта в судебное заседание.

2) приобщении объяснения в порядке ст. 81 АПК РФ с приложением дополнительных документов от 21.09.2023.

3) ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств от 22.09.2023.

4) ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств от 02.10.2023.

Текст объяснений от 21.09.2023 приобщен к материалам дела объяснения в порядке ст. 81 АПК РФ.

Вопрос о приобщении к материалам дела приложений к ранее поданным ходатайствам от 21.09.2023, 22.09.2023, 02.10.2023 оставлен коллегией открытым.

В удовлетворении заявленного ходатайства о вызове эксперта в судебное заседание отказано ввиду представления ответов экспертом в письменном виде.

На основании определения от 20.11.2023 в составе суда в соответствии с нормами частей 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена: судьи Жернакова А.С. судьей Аникиным И.А. Ввиду замены в составе суда в соответствии с частью 5 указанной статьи судебное разбирательство начато с начала с учетом совершенных процессуальных действий.

Определением от 01.11.2023 судебное разбирательство отложено на 21.11.2023.

Определением от 21.11.2023 судебное разбирательство отложено на 20.12.2023 в связи с необходимостью истребования у ПАО «ТОАЗ» дополнительных документов по делу.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023 в соответствии с п.2 ч.3 ст.18 АПК РФ, п.37 Регламента арбитражных судов Российской Федерации в составе суда произведена замена судьи Аникина И.А. судьей Жернаковым А.С.

До начала судебного заседания обществом с ограниченной ответственностью «СамараТрансНефтьТерминал» и обществом с ограниченной ответственностью «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» реализованы их права на ознакомление с материалами дела.

К дате судебного заседания 20 декабря 2023 года от публичного акционерного общества «ТОАЗ» поступило сопроводительное письмо от 15.12.2023 о приобщении к материалам дела: выписки из отчета ООО «Алтесс Групп» за 20196 год, выгрузки из системы контроля доступа АПАКС, выкопировки из журнала ДУ-46. Документы приобщены к материалам дела в порядке ст. 66 АПК РФ.

Также от общества с ограниченной ответственностью СамараТрансНефтьТерминал» поступили письменное объяснение по делу и дополнительное письменное объяснение по делу.

Указанные документы приобщены материалам дела в порядке ст. 81 АПК РФ.

От общества с ограниченной ответственностью «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» поступило письменное объяснение по делу в порядке ст. 81 АПК РФ с приложенными к нему документами: схемой железнодорожных путей ПАО «ТОАЗ», фотоматериалов, снимком территории ПАО «ТОАЗ» со спутника, письмом ООО «Сигмастрой» исх. № 09, гарантийным письмом ООО «Уралхим – Транс». Документы приобщены к материалам дела в порядке ч. 2 ст. 268 АПК РФ.

Определением от 20.12.2023 судебное разбирательство отложено на 10.01.2024, сторонам предложено представить в письменном виде окончательные пояснения.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.01.2024 в соответствии с п.2 ч.3 ст.18 АПК РФ, п.37 Регламента арбитражных судов Российской Федерации в составе суда произведена замена судьи Томилиной В.А. судьей Аникиным И.А.

После замены судьи рассмотрение дела начинается с самого начала с учетом совершенных процессуальных действий с учетом совершенных процессуальных действий.

От общества с ограниченной ответственностью «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» поступили возражения на объяснения ООО «СамараТрансНефтьТерминал». Возражения приобщены к материалам дела.

До начала судебного заседания,посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от ООО «СамараТрансНефтьТерминал» поступили письменные пояснения. Письменные пояснения приобщены к материалам дела.

До начала судебного заседания посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от общества с ограниченной ответственностью «СамараТрансНефтьТерминал» поступило ходатайство об истребовании доказательств в Отделении Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан.

Определением от 10.01.2024 ходатайство об истребовании доказательств в Отделении Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан удовлетворено, судебное разбирательство отложено на 06.02.2024.

От Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан 30.01.2024 поступили документы во исполнение определения суда об истребовании доказательств, которые приобщены к материалам дела.

ООО «СамараТрансНефть-Терминал», ООО «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» ознакомились с материалами дела. Ходатайства приобщены к материалам дела.

От ООО «СамараТрансНефть-Терминал» поступили письменные пояснения в порядке ст. 81 АПК РФ, которые приобщены к материалам дела.

От ООО «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» поступило ходатайство о приобщении к материалам дела копии расходно-кассового ордера, документов о выплате заработной платы. Документы приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представитель ООО «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» ходатайствует об отложении судебного заседания с целью подготовки дополнительных документов.

В судебном заседании представитель ООО «СамараТрансНефть-Терминал» поддержал ранее заявленное ходатайство о фальсификации доказательств.

Представителями указано, что иных ходатайств, не рассмотренных судом, не имеется.

Коллегия, удалившись в совещательную комнату, рассмотрела заявление о фальсификации доказательств. По итогам рассмотрения заявление отклонено, обоснование изложено в мотивировочной части постановления.

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного разбирательства, коллегия оснований для отложения не усмотрела.

Основания для отложения судебного разбирательства предусмотрены статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Указанными положениями предусмотрено право, а не обязанность суда отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле.

Согласно части 1 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ходатайства лиц, участвующих в деле, обосновываются ими.

В обоснование заявленного ходатайства об отложении истец ссылается на необходимость представления дополнительных документов. Между тем не обозначает каких-именно документов, а также не представляет пояснений относительно невозможности их представления ранее с учетом того, что дело рассматривается на новом рассмотрении более года.

Приведенные истцом обстоятельства обязательным основанием для применения статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не являются.

При этом апелляционная коллегия принимает во внимание, что истец надлежащим образом и заблаговременно уведомлен о месте и времени проведения судебного заседания, все его доводы и возражения изложены в неоднократно представляемых пояснениях.

Податель ходатайства не обосновал невозможность по объективным причинам представить доказательства ранее либо обратиться к суду за содействием в получении доказательств.

Отложение судебного разбирательства при отсутствии в материалах дела доказательств уважительности причин невозможности рассмотрения дела, а также доказательств, препятствующих рассмотрению дела, ведет к необоснованному увеличению срока разрешения спора.

При наличии процессуальной заинтересованности в представлении новых доказательств истец имел реальную возможность направления таких доказательств в течение более чем года.

Кроме того, заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства об отложении судебного разбирательства в отсутствие уважительных причин, предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не возлагает на суд обязанности отложить заседание при условии представления в материалы дела достаточных доказательств, позволяющих рассмотреть спор по существу.

С учетом изложенного апелляционной коллегией в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказано.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом указаний Арбитражного суда Уральского округа, изложенных в постановлении от 05.12.2022 по настоящему делу, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующим выводам.

Согласно сведениям, размещенным в «Картотеке арбитражных дел», в мае 2021 года в отношении общества «Сигмастрой» было возбуждено дело № А07-11507/2021 о несостоятельности (банкротстве), в рамках которого 21.06.2021 в отношении имущества несостоятельного должника введено наблюдение, 01.07.2022 - открыто конкурсное производство.

Основанное на судебном решении от 08.08.2019 по настоящему делу требование общества «Спецстройпуть» включено в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Сигмастрой».

Общество «СамараТрансНефть-Терминал», не привлеченное к участию в настоящем деле № А07-17637/2019 по спору между обществом «Сигмастрой» и обществом «Спецстройпуть», является конкурирующим кредитором по отношению к последнему, требование общества «СамараТрансНефть-Терминал» к обществу «Сигмастрой» принято к рассмотрению в рамках дела № А07-11507/2021 определением суда от 12.07.2021.

Часть 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предоставляет право заинтересованным лицам обращаться в арбитражный суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно статье 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, не участвующие в деле, о правах и обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать его в установленном порядке, пользуясь правами и исполняя обязанности лица, участвующего в деле.

В пункте 1 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении названных положений закона арбитражным судам апелляционной инстанции следует принимать во внимание, что к иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт. В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной частях судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов.

Таким образом, ООО «СамараТрансНефть-Терминал», имея статус конкурсного кредитора в дела о банкротстве ООО «Сигмастрой», вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке решение арбитражного суда по настоящему делу.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между обществом «Сигмастрой» (генподрядчик) и обществом «Спецстройпуть» (субподрядчик) заключен договор субподряда от 04.02.2019 № 4022019СМР (далее - договор), по условиям которого субподрядчик обязался выполнить строительно-монтажные работы на объекте «выполнение капитального ремонта ж/д путей № 5, 7, 8, 9, 14, 16, 22 и стрелочных переводов № 29, 31, 36, 46, 54, 56, 58, 60, 62, 64 ст. Азотная ПАО «ТОАЗ», инв. №№ 0020010, 020182, 0020218 и сдать результаты работ генподрядчику, а генподрядчик обязался принять и оплатить результаты работ в порядке и на условиях, установленных в настоящем договоре. Перечень подлежащих выполнению работ определен в локально ресурсном сметном расчете № 1 (приложение № 1 к договору).

Общая стоимость работ по договору составила 46 475 374 руб. 80 коп. (пункт 2.1 договора).

Календарные сроки выполнения работ: начало производства работ - в течение 10 календарных дней с момента подписания договора, окончание работ - в течение 90 календарных дней с момента начала производства работ (пункт 3.1 договора).

Расчеты за выполненные работы производятся после их фактического выполнения на основании акта о приемке выполненных работ КС-2 и справки о стоимости выполненных работ и затрат КС-3 в течение 3-х банковских дней с момента подписания актов КС-2, КС-3. Генподрядчик обязан в течение 5 рабочих дней с момента получения от субподрядчика форм КС-2 и КС-3 обязан подписать данные формы или направить мотивированный отказ субподрядчику мотивированный отказ от принятия форм (пункт 5.2 договора).

В случае нарушения генподрядчиком сроков оплаты работ субподрядчик вправе начислить неустойку в размере 0,1% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки (пункт 8.2 договора).

По утверждению общества «Спецстройпуть», во исполнение взятых на себя обязательств оно выполнило работы на общую сумму 46 475 374 руб. 80 коп.

В подтверждение факта выполнения работ субподрядчиком и принятия их генподрядчиком в дело был представлен акт выполненных работ формы КС-2 и справка о стоимости выполненных работ и затрат формы КС-3 от 25.04.2019 № 1 на сумму 46 475 374 руб. 80 коп., подписанные со стороны общества «Сигмастрой» без замечаний.

На оплату работ выставлен счет-фактура от 25.04.2019 № 66.

Общество «Сигмастрой» в нарушение условий договора оплату работ в установленные сроки не произвело, претензия от 14.05.2019 № 229 была оставлена им без удовлетворения, что послужило основанием для обращения общества «Спецстройпуть» в суд с настоящим иском.

Разрешая спор в пользу истца, суд первой инстанции указал на наличие между сторонами правоотношений из договора от 04.02.2019 № 4022019СМР, который квалифицировал как договор субподряда, регулируемый положениями главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации о подряде, и исходил из того, что материалами дела подтвержден факт выполнения работ в полном объеме, наличие задолженности по их оплате в заявленном в иске размере, а также оснований для начисления неустойки на сумму задолженности.

Рассмотрев апелляционную жалобу общества «СамараТрансНефть-Терминал» в порядке пункта 24 Постановления Пленума № 35, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для ее удовлетворения, оставив решение суда первой инстанции без изменения.

Отменяя постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 по делу № А07-17637/2019 Арбитражного суда Республики Башкортостан и направляя дело № А07-17637/2019 на новое рассмотрение в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, арбитражный суд округа указал, что из материалов дела и содержания обжалуемого постановления не усматривается, что заявленное обществом «СамараТрансНефть-Терминал» ходатайство об истребовании у органов ЗАГСа сведений о родственных связях бенефициаров общества «Сигмастрой» и общества «Спецстройпуть» (изложено в просительной части апелляционной жалобы), было рассмотрено и по нему принято соответствующее решение. Представленные обществом «Спецстройпуть» в доказательство реальной возможности выполнения работ по договору от 04.02.2019 № 4022019СМР документы о приобретении товарно-материальных ценностей, необходимых для выполнения работ, а также о наличии в штате работников, обладающих соответствующей квалификацией и допусками, не исследованы апелляционным судом в полной мере, учитывая перечень работ, отраженных в спорном акте о приемке выполненных работ за отчетный период с 01.04.2019 по 25.04.2019, их специфику и реальную возможность их выполнения. Оценка тем фактам, что приказы о приеме на работу монтеров пути (ФИО10, ФИО11, ФИО12) и дорожного мастера (ФИО13) датированы 03.06.2019, 07.07.2019, тогда как субподрядчиком заявлено об участии этих работников в работах, сданных 25.04.2019; что товарная накладная о приобретении щебня датирована 03.06.2019, то есть уже после сдачи работ; документы о приобретении иных материалов в значительном объеме у поставщиков в г. Санкт-Петербурге и г. Уфе датированы 24.04.2019, то есть за 3 дня до сдачи работ в месте, достаточно удаленном от места их приобретения - в г. Тольятти), при том, что в дело не представлено документов, свидетельствующих о наличии у общества «Спецстройпуть» необходимой спецтехники (в собственности или привлеченной) для выполнения работ с учетом их специфики (укладка железнодорожных путей и стрелочных переводов), с помощью которой были обеспечены перевозка рельсов к месту выполнения работ, погрузо-разгрузочные, монтажные, наладочные работы. Так судом кассационной инстанции указано на то, что апелляционным судом не дана, реальная возможность выполнения работ, по существу, за несколько дней (тогда как на их выполнение было договором предусмотрено 90 календарных дней) не исследована. Оценка доводам общества «СамараТрансНефть-Терминал» о необходимости исследования схемы взаимоотношений между публичным акционерным обществом «ТольяттиАзот» (заказчик работ), обществом «Сигмастрой» (генподрядчик), обществом «Спецстройпуть» (субподрядчик), в которой роль генподрядчика сводится лишь фактически к оформлению первичных документов на 1,4 млн. руб. разницы между ценами договоров генподряда и субподряда, - апелляционным судом также не дана, экономические мотивы совершения сделки не исследованы.

Повторно рассматривая апелляционную жалобу коллегия учитывает, что обжалование судебных актов по правилам пункта 24 Постановления Пленума от 22.06.2012 № 35 является одним из выработанных судебной практикой правовых механизмов обеспечения права на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются, по своему существу представляя собой экстраординарное обжалование ошибочного взыскания (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2015 № 304-ЭС15-12643).

Экстраординарное обжалование ошибочного взыскания предполагает, что с заявлением обращается лицо (кредитор или арбитражный управляющий в интересах кредиторов), не участвовавшее в деле, которое и не подлежало привлечению к участию в нем, по которому судебный акт о взыскании долга объективно противопоставляется в деле о банкротстве ответчика (должника). В случае признания каждого нового требования к должнику обоснованным доля удовлетворения требований остальных кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим и обусловлено наделение указанных выше лиц правом на экстраординарное обжалование ошибочного взыскания в рамках общеискового процесса (определения Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, от 03.02.2020 № 305-ЭС19-18970).

Из этого следует также, что названный порядок обжалования по своей функциональности предполагает как возможность приведения новых доводов, так и представления новых доказательств. При этом суду апелляционной инстанции необходимо учитывать наличие оснований для применения соответствующего стандарта доказывания при рассмотрении жалобы, поданной в порядке пункта 24 Постановления Пленума от 22.06.2012 № 35.

Под стандартом доказывания в судебной практике фактически понимается круг обстоятельств, входящих в предмет доказывания, бремя подтверждения которых лежит на лице, заявляющем соответствующие требования или возражения.

Стандарты доказывания дифференцируются по степени строгости в зависимости от положения утверждающего лица в спорном правоотношении, влияющего на фактическую возможность собирания доказательств, в целях выравнивания этих возможностей обеих сторон, а также защиты публичных интересов.

Рассмотрение искового требования в деле, не осложненном банкротным элементом, судом производится с применением обычного общеискового стандарта доказывания (с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств и при отсутствии сговора сторон об утаивании какой-либо информации от суда), по результатам чего суд принимает решение в пользу того лица, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника. Состав таких доказательств должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при его типичном развитии, которыми должна располагать сторона. Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным противником, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

Обращаясь с жалобой на судебные акты по пункту 24 Постановления Пленума от 22.06.2012 № 35, заинтересованное лицо поднимает стандарт доказывания, инициируя более глубокую проверку судами обоснованности требований взыскателя по ранее рассмотренному делу (пункт 26 названного Постановления). Следовательно, бремя доказывания утверждающего лица должно быть увеличено судом таким образом, чтобы его требования были подтверждены исчерпывающе (ясно и убедительно), то есть более тщательно, чем обычно, и судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором.

Для уравнивания заинтересованных лиц в правах суд в силу части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

При рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При наличии убедительных доказательств невозможности поставки бремя доказывания обратного возлагается на ответчика. Указанная правовая позиция изложена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 № 7204/12 по делу № А70-5326/2011, Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Ввиду того, что оспаривающие судебный акт кредиторы не являлись участниками правоотношений по спору с должником, инициированному конкурирующим с ними кредитором, они ограничены в возможности представления доказательств, подтверждающих их доводы. В то же время они должны заявить такие доводы или указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и имеющим с ним общий интерес кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем, так как он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником и, как следствие, не имеет затруднений в доказывании своей позиции в том числе и косвенными доказательствами.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из Определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

При рассмотрении настоящего дела коллегия приходит к выводу о том, что поскольку конкурсный кредитор ООО «САМАРАТРАНСНЕФТЬТЕРМИНАЛ» и ответчик в рассматриваемом случае не имеют объективных возможностей представить доказательства в рамках рассмотрения настоящего дела, соответственно, с учетом изложенных выше разъяснений бремя доказывания возлагается на истца, то есть ООО «Спецстройпуть».

Проанализировав условия представленного договора, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что по своей правовой природе он является договором строительного подряда, поскольку предметом является выполнение строительных работ.

Соответственно, правоотношения сторон в данном случае регулируются § 1 и § 3 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу положений ст. 740 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ. При отсутствии иных указаний в договоре строительного подряда предполагается, что подрядчик обязан выполнить все работы, указанные в технической документации и в смете (ст. 743 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 746 Гражданского кодекса Российской Федерации оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со ст. 711 данного Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 709 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения.

В силу п. 1 ст. 711 Гражданского кодекса Российской Федерации если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

По смыслу п. 1 ст. 711, п. 1 ст. 746 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору строительного подряда оплате подлежит фактически выполненный (переданный заказчику) результат работ.

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (п. 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

Доказательством сдачи подрядчиком результатов работы и приемки его заказчиком может являться акт, удостоверяющий приемку выполненных работ (ст. 720, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В обоснование требования об оплате стоимости работ истцом положены подписанные КС-2, КС-3.

При этом коллегия обращает внимание на то, что с учетом повышенного стандарта доказывания при рассмотрении требований, предъявляемых к организациям – банкротам, доводов апеллянта о том, что работы не выполнялись истцом, однако, не представление апеллянтом каких-либо доказательств того, что работы были выполнены иным лицом, отсутствия в материалах дела доказательств того, что работы фактически были выполнены ответчиком собственными силами, а также подтверждение факта выполнения спорных работ в принципе, требует установления в рамках настоящего дела фактическое выполнение работ в обозначенном объеме на объекте именно истцом.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на то, что заявленное обществом «СамараТрансНефть-Терминал» ходатайство об истребовании у органов ЗАГСа сведений о родственных связях бенефициаров общества «Сигмастрой» и общества «Спецстройпуть» (изложено в просительной части апелляционной жалобы), не рассмотрено и по нему не принято соответствующее решение.

Между тем при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции к судебному заседанию 14.02.2023 от ООО «Самаратранснефть - Терминал» поступили объяснения по поводу актуальности ходатайства об аффилированности сторон спора с доказательствами направления в адрес истца и ответчика (вх. №4507 от 24.01.2023), в которых сторона указала, что не поддерживает ходатайства об истребовании от сторон сведений о трудовой деятельности ФИО5, истребовании из органов ЗАГСа сведений о близких родственниках ФИО8, ФИО7, ФИО6

Ввиду того, что ООО «Самаратранснефть - Терминал» не поддерживает ходатайства об истребовании от сторон сведений о трудовой деятельности ФИО5, истребовании из органов ЗАГСа сведений о близких родственниках ФИО8, ФИО7, ФИО6, данное ходатайство не рассматривается судом апелляционной инстанции.

Между тем из представленных в материалы дела пояснений, не опровергнутых истцом, следует, что решением от 17.02.2022 № 10-12/1 отказано в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «СИГМАСТРОЙ». Указанное решение представлено в материалы настоящего дела посредством «Мой арбитр» 23.12.2022.

Из содержания данного решения налогового органа следует, что еще в 2017 году ООО «СИГМАСТРОЙ» занималось строительством ж/д путей на промышленных предприятиях, имело лицензию на деятельность связанную с железными дорогами.

Из текста решения налогового органа следует, что бывший директор ФИО14 был лишь подписантом в документах, первичные документы подписывал после согласования ФИО8, поскольку являлся номинальным руководителем. Снабженец ФИО5 (в момент подписания документов на настоящему делу являлся директором организации ООО «СПЕЦСТРОЙПУТЬ») занимался для ООО «СИГМАСТРОЙ» закупкой материала верхнего строения 2 пути. Основной состав сотрудников около 50 человек. Трудовых ресурсов было достаточно для выполнения СМР. При этом при нехватке трудовых сил, привлекались люди, которые непосредственно работали на ж/д объектах сотрудники Заказчика. Привлечение таких работников производилось без официального оформления. Из текста решения следует, что субподрядные организации не привлекались (стр. 29, 33, 36-37, 57 решения).

Апеллянт, ссылается на то, что истец обосновывает наличие квалифицированного персонала протоколом заседания квалификационной комиссии по выпуску учащихся ЧОУ ДПО «СигмаЭксперт». В состав экзаменационной комиссии входит ФИО15 – директор ООО «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» после ФИО5 и директор другого кредитора ответчика – ООО «Баштехстрой», также не исполнявшего решение о взыскании долга с 2019 года (дело № А07-12002/2019) и предъявившего требование только в деле о банкротстве.

Председатель комиссии ФИО16 – супруга ФИО15 – является единственным участником и директором ЧОУ ДПО «СигмаЭксперт», в котором обучаются работники ООО «СИГМАСТРОЙ». Это обстоятельство в ходе допросов подтверждали налоговому органу бывшие директора ответчика ФИО17 и ФИО14 (стр. 35-37 решения).

Апеллянт отмечает, что ЧОУ ДПО «Сигма-Эксперт» расположено по одному адресу с ответчиком: <...>, здесь же находится и ООО «Баштехстрой». Объект недвижимости по адресу <...> принадлежит матери единственного участника ООО «СИГМАСТРОЙ» ФИО8 – ФИО18

На сайте данного образовательного учреждения указано, что ФИО15 является специалистом по подготовке кадров.

После ФИО15 директором истца стал ФИО19, который, как он пояснил налоговой инспекции в ходе допроса, с 2015 по 2020 год работал главным механиком ООО «СИГМАСТРОЙ» (стр. 58 решения).

Брат ФИО19 ФИО20 с 2015 года работает в ООО «СИГМАСТРОЙ» в должности монтера пути. Этот гражданин также пояснял, что субподрядные организации не нанимались, трудовых ресурсов хватало, объемы работ выполняло само ООО «СИГМАСТРОЙ», фактически финансово-хозяйственную деятельность осуществляет ФИО8 (стр. 32-33 решения).

ИП ФИО21, на приобретение материалов у которой ссылается истец, является руководителем ряда организаций и участвовала в схеме обналичивания денежных средств, полученных от ООО «СИГМАСТРОЙ» (стр. 13 решения).

Так апеллянт указывает на то, что ФИО8 (бенефициар ответчика) и ФИО7 (дочь бенефициара истца ФИО6) имеют общего ребенка (запись акта о рождении в Консульском отделе Посольства России в Испании, что следует из сведений Государственного комитета Республики Башкортостан по делам юстиции, представленных в рамках дела № А07-11507/2021).

С учетом представленных в материалы дела пояснений апеллянта относительно взаимозависимости организаций истца и ответчика, представленного в материалы дела решения налогового органа, коллегия полагает, что в данном случае с учетом взаимозависимости организаций истца и ответчика, вполне мог иметь место факт фиктивного документооборота с целью формировании долга.

При этом коллегия обращает внимание на то, что несмотря на длительное рассмотрение настоящего дела истцом сам факт взаимозависимости организаций и наличии признаков аффилированности документально не опровергнут (ст. 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Более того, не смотря на указание суда кассационной инстанции на необходимость исследования схемы взаимоотношений между публичным акционерным обществом «ТольяттиАзот» (заказчик работ), обществом «Сигмастрой» (генподрядчик), обществом «Спецстройпуть» (субподрядчик), с целью установления экономических мотивов совершения сделки, представители истца так и не представили надлежащих доказательств в обоснование экономического смысла заключения спорного договора подряда при том, как было указано выше, что ответчик имел трудовые ресурсы и возможности выполнить работы собственными силами.

Как следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2004 г. № 3-П, суд не проверяет экономическую целесообразность решений, принимаемых профессиональными участниками гражданского оборота, которые обладают самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений в сфере бизнеса, поскольку в силу рискового характера предпринимательской деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Более того, сама по себе аффилированность лиц еще не свидетельствует об отсутствии реальных взаимоотношений сторон, поскольку в силу п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 г. № 16 «О свободе договора и ее пределах» в соответствии с п. 2 ст. 1 и ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При таких обстоятельствах законодательство не запрещает различным организациям, в том числе аффилированным, вступать в экономические отношения.

Между тем как было указано выше установление реальности таких отношений, возможности истца объективно выполнить заявленные объемы работ, а также фактическое выполнение работ, за которые истец требует оплату, следует доказать достоверными и надлежащими доказательствами.

В соответствии со статьями 702, 708, 709 и 720 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указано Верховным Судом РФ, в случае, если доводы конкурсного кредитора касаются мнимости подрядной сделки, то при рассмотрении вопроса о мнимости подрядных правоотношений суд не должен ограничиваться проверкой соответствия договора подряда и документов, подтверждающих его исполнение, установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также другие доказательства, прямо или косвенно подтверждающие фактическое выполнение подрядчиком работ в интересах заказчика, в том числе и потенциальную возможность подрядчика выполнить такие работы: наличие у него соответствующего персонала, техники, материалов и т.п. Особое значение приобретают именно косвенные доказательства, так как исходя из предмета спора прямые доказательства, как правило, ставятся под сомнение.

Суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по подряду. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения к должнику-банкроту необоснованных требований (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2022 № 305-ЭС22-1204).

Итак, из содержания п. 1.4 договора истец обязуется выполнить все работы, указанные в п. 1.1, собственными силами и / или силами привлеченных субподрядных организаций, действующих на основании соответствующих свидетельств о допуске к работам и лицензий, в соответствии с условиями настоящего договора.

В силу п. 2.3 договора обеспечение строительства необходимыми материалами осуществляется субподрядчиком.

При этом срок выполнения работ (п. 3.1 договора) начало – в течение 10 календарных дней с момента подписания настоящего договора, окончание - в течение 90 календарных дней с момента начала производства работ.

При рассмотрении настоящего дела у истца имелась объективная возможность представить суду доказательства наличия в штате достаточного количества работников для выполнения спорного объема работ, также факт согласования им допуска для входа на территорию АО «ТОАЗ», однако, истец своим правом на представление документов не воспользовался, за содействием к суду не обратился.

Коллегия критически относится к представленным в материалы дела приказам о приеме на работу монтеров пути (ФИО10, ФИО11, ФИО12) и дорожного мастера (ФИО13), поскольку они датированы 03.06.2019, 07.07.2019, тогда как из представленных КС-2,КС-3 следует, что работы выполнялись в период с 01.04.2019 по 25.04.2019.

Более того, по представленным в материалы дела документам во исполнение определения об истребовании доказательств (ИСХ. от 22.01.2024 № СЗ-02-11/3014) ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 в апреле 2019 года являлись работниками ООО «СИГМАСТРОЙ», то есть самого ответчика.

При этом по данными СКУД АО «ТОАЗ» о допуске ФИО22, ФИО23, ФИО25 и ФИО13, ранее представленным в материалы дела во исполнение определения об истребовании доказательств, указанные лица числились в качестве работников ООО «СИГМАСТРОЙ», то есть ответчика.

Из представленных Фондом данных, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 стали работниками ООО «СПЕЦСТРОЙПУТЬ» лишь с июня - июля 2019 года.

При таких обстоятельствах коллегия критически относится к представленным в материалы дела приказам о приеме на работу ФИО22 (от 10.01.2019 № 2), ФИО23 (от 10.01.2019 № 3), ФИО24 (от 10.01.2019 № 4), ФИО25 (от 10.01.2019 № 5), ФИО26 (от 10.01.2019 № 7), ФИО27 (от 10.01.2019 № 8) с 10.01.2019.

Факт наличия трудовых отношений истцом не подтвержден.

Критической оценки заслуживают и документа представленные истцом к судебному заседанию 06.02.2024, а именно расходный кассовый ордер № 1 от 08.02.2019 о выдаче заработной платы за сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь 2018 г., январь 2019 г. ФИО28 При этом из данного расходно-кассового ордера следует, что ФИО28 указана в качестве главного бухгалтера.

Также представлена таблица с указанием фамилий ФИО29, ФИО5, ФИО30, ФИО28, ФИО31 сумм в рублях и подписи в получении.

Между тем данные документы не обладают признаками информативности применительно к рассматриваемому спору.

Более того, получение денежных средств без отражения основания выдачи, должностей и проч. не позволяет коллегии каким-либо образом соотнести фамилии, указанные в таблице с работами предъявленными к оплате.

Кроме того, коллегия обращает внимание на то, что с учетом актов о приемке работ период выполнения работ составлял 01.04.2019 по 25.04.2019, а потому выдача денежных средств в феврале 2019 г. с учетом отраженного в РКО основания «заработная плата за сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь 2018 г., январь 2019 г.», что не позволяет признать представленные документы относимыми и допустимыми доказательствами по делу.

Анализ, представленных в материалы дела данных СКУД АО «ТОАЗ» и выкопировка из журнала осмотра путей, стрелочных переводов, устройств СЦБ позволяют прийти к выводу о том, что ФИО30, ФИО32 и ФИО33, которые пропускались на территорию АО «ТОАЗ» как начальник участка и монтеры пути «СИГМАСТРОЙ», являлись работниками именно ООО «СИГМАСТРОЙ».

При этом коллегия соглашается с доводами апеллянта о том, что ФИО34 отсутствует в представленном истцом журнале регистрации инструктажа по охране труда, без прохождения которого он не мог быть допущен к работам на железнодорожных путях.

ФИО30 и ФИО32 физически вдвоем не могли выполнить заявленный объем спорных работ.

При этом апеллянт в очередной раз указывает на то, что массовый и практически одновременный перевод работников от ответчика к истцу, а также избрание единственным участником истца ФИО6 (по утверждению апеллянта бабушки сына ФИО8 – бенефициара ответчика) в качестве директора ООО «СПЕЦСТРОЙУТЬ» работника ООО «СИГМАСТРОЙ» ФИО19 еще раз свидетельствует о наличии между истцом и ответчиком тесных и устойчивых связей (фактической аффилированности).

При этом доводы апеллянта, по сути, истец не опровергает, документального обоснования возражений не представляет.

Более того, коллегия обращает внимание на то, что согласно представленному в материалы дела договору подряда от 31.10.2018, заключенного ответчиком с ООО «Алтасс Групп» (агентом ПАО «ТОАЗ») неотъемлемой часть договора являются требования пропускного и внутриобъектного режима (п. 1.2.15), требования в области охраны труда ... (п. 1.2.14).

Ввиду чего коллегия критически относится к доводам истца о том, что работники истца могли заходить на объект, минуя пропускной пункт через дыру в заборе.

Коллегия учитывает, что по условиям договора истца и ответчика работы выполняются иждивением подрядчика.

Истцом в подтверждение наличия техники и приобретения товаров для выполнения работ представлен ряд документов.

В свою очередь апеллянтом представленные документы истца оспаривались именно на предмет реальности и подтверждения фактического выполнения работ.

Акты выполненных работ, по мнению суда апелляционной инстанции, являются одним, но не единственным доказательством фактического выполнения работ, а потому сам факт выполнения работ на объекте при оспаривании такого выполнения противоположной стороной должен быть подтвержден соответствующими доказательствами. При этом изучению, как было отмечено выше, подлежат, в том числе косвенные доказательства, в частности исполнительная документация, УПД на приобретение товаров, договоры аренды технических средств и проч.

Безусловно, непредставление подрядчиком исполнительной документации не является основанием для отказа в оплате выполненных работ (указанный подход соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.10.2016 № 307-ЭС16-12272).

Вместе с тем в данном случае с учетом позиции апеллянта о том, что работы на объекте не выполнялись истцом, исполнительная документация, по мнению суда, может быть одним из средств доказывания фактического выполнения работ, а также периодов их выполнения.

Суд полагает, что в отсутствие акта о фиксации объемов работ, выполненных истцом, факт выполнения работ на объекте, передачи результатов работ подрядчику мог быть подтвержден, в том числе посредством доказательств передачи исполнительной документации.

Истец ссылается на то, что вся документация была передана истцом ответчику (приложение №1 к ходатайству о приобщении к делу дополнительных документов от 13.01.2023), в обоснование чего представляет реестр исполнительной документации без номера без даты.

Однако, документального подтверждения передачи данной исполнительной документации в адрес ПАО «ТОАЗ» материалы дела не содержат.

Представленные акты приемки работ по форме ПУ-48а с оценкой качества работ «хорошо» также не имеют подписей работников АО «ТОАЗ».

По сути, истец в обоснование доводов по фактическому выполнению работ представляет документы, которые также как и акты КС-2, КС-3 подписаны истцом и ответчиком и отметок основного заказчика в себе не содержат.

Суд неоднократно предлагал истцу представить пояснения относительно объемов работ, указанных в акте, с документальным подтверждением по каждой позиции. Между тем истец своим правом на предоставления доказательств реальности выполнения не представил.

Не может свидетельствовать о безусловной реальности выполнения работ и отражение истцом в книге покупок-продаж, представленной в налоговый орган, данной сделки.

Коллеги обращает внимание на то, что баланс интересов сторон спорных отношений соблюдается и не несет для истца чрезмерное бремя - добросовестный исполнитель всегда имеет возможность доказать законность и добросовестность своих действий: соразмерность стоимости работ их объему, обоснованность/экономность стоимости работ и материалов, соответствие качества выполненных работ согласованным условиям, а значит соответствие полученных средств согласованным сторонами требованиям к качеству, соответствие оплаты фактически достигнутому качеству, равно как и иные обстоятельства, опровергающие чрезмерность расходов (определения Верховного Суда РФ от 07.09.2021 № 305-ЭС21-5987, от 22.12.2021 № 305-ЭС21-7750, от 17.01.2022 № 302-ЭС21-17055, от 28.11.2022 № 305-ЭС22-14922).

Поскольку установление факта выполнения либо невыполнения объемов работ, их стоимости требует наличия специальных познаний, по делу судом апелляционной инстанции назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Испытательная Лаборатория» ФИО9. При этом перед экспертом поставлены следующие вопросы:

1) Возможно ли в настоящее время установить факт выполнения работ по договору от 04.02.2019 № 4022019Смр, в том числе по представленным документам?

2) В случае положительного ответа на вопрос № 1 установить являются ли представленные документы подтверждением видов, объемов и стоимости работ, указанных в актах КС-2 по договору от 04.02.2019 № 4022019Смр?

3) В случае, если эксперт установит, что являются в части, то указать стоимость видов и объемов работ в части (составить КС-2, ЛСР).

Экспертиза по делу проведена, в материалы дела от ООО «Испытательная Лаборатория» представлено заключение эксперта № 133/23 от 31.08.2023.

По результатам проведения судебной экспертизы экспертами установлено, что работы (виды работ), предусмотренные условиями договора № 4022019 Смр от 04.02.2019 фактически выполнены; факт выполнения работ по договору от 04.02.2019 № 4022019 Смр, в том числе по представленным документам, в настоящее время, установить возможно.

Представленные документы являются подтверждением видов, объемов и стоимости работ, указанных в актах КС-2 по договору от 04.02.2019 № 4022019 Смр.

Экспертом установлено, что работы, указанные в акте № 1 о приемке выполненных работ за апрель 2019 г., фактически выполнены в части. Стоимость фактически выполненных работ (работ, выполненных в части) со стоимостью материалов, изделий и оборудования на железнодорожном пути необщего пользования № 8 на территории ПАО «Тольяттиазот» по ул. Поволжское шоссе, 32а, Самарская область, г. Тольятти, составляет 45 741 174 руб. с НДС.

Экспертное заключение № 133/23 от 31.08.2023 судом апелляционной инстанции проанализировано и признано соответствующим требованиям статей 82, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и требованиям Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Оснований для непринятия во внимание соответствующих выводов экспертов у суда не имеется, поскольку данное доказательств наряду с иными подлежит оценке судом.

Согласно положениям ч. 4, 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Требования к содержанию заключения эксперта содержатся в ст. 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Нарушений положений указанной статьи судом не установлено.

Судом учтено, что из постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом. Основания несогласия с экспертным заключением должны сложиться при анализе данного заключения и его сопоставления с остальной доказательственной информацией.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанное заключение экспертов, суд апелляционной инстанции установил, что процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена, заключения экспертов соответствуют предъявляемым законом требованиям (статья 86 АПК РФ), в связи с чем пришел к выводу о том, что оснований для признания данного экспертного заключения ненадлежащим доказательством не имеется.

При этом суд исходит из того, что эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо неверного заключения. Нарушения экспертом основополагающих методических и нормативных требований при его производстве не установлены.

Оснований не доверять выводам эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности, принимая во внимание изложенные экспертами выводы по поставленным вопросам, не имеется.

Заключение эксперта достаточно мотивировано, выводы экспертов ясны, противоречия в выводах отсутствуют.

Доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения, основанные на исследовании объекта экспертизы, представленных документов, в материалы дела не представлено (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, судом апелляционной инстанции экспертное заключение принято в качестве надлежащего доказательства.

Также от ООО «Испытательная Лаборатория» ФИО9 поступили ответы эксперта на возражения ответчика по заключению эксперта № 133/23 от 31.08.2023.

По результатам изучения представленного экспертного заключения и дополнительных ответов на вопросы эксперта коллегия приходит к выводу о том, что экспертом установлен факт выполнения работ, отраженных в актах КС-2, КС-3.

Однако, сам факт выполнения работ в принципе не оспаривался и подтверждался самим АО «ТОАЗ».

В рассматриваемом случае необходимо было установить именно факт выполнения работ истцом.

При этом как указал суд кассационной инстанции необходимо исследовать, что документы о приобретении товарно-материальных ценностей, необходимых для выполнения работ, товарная накладная о приобретении щебня датирована 03.06.2019, то есть уже после сдачи работ; документы о приобретении иных материалов в значительном объеме у поставщиков в г. Санкт-Петербурге и г. Уфе датированы 24.04.2019, то есть за 3 дня до сдачи работ в месте, достаточно удаленном от места их приобретения - в г. Тольятти), не представлено документов, свидетельствующих о наличии у общества «Спецстройпуть» необходимой спецтехники (в собственности или привлеченной) для выполнения работ с учетом их специфики (укладка железнодорожных путей и стрелочных переводов), с помощью которой были обеспечены перевозка рельсов к месту выполнения работ, погрузо-разгрузочные, монтажные, наладочные работы. Судом кассационной инстанции также указано на то, что не дана оценка реальной возможности выполнения работ за несколько дней (тогда как на их выполнение было договором предусмотрено 90 календарных дней).

Исходя из представленных в материалы дела письменных ответов эксперта следует, что факт выполнения работ на объекте эксперт установил по представленным в материалы дела документам, в том числе на основании подписанного сторонами акта выполненных работ.

Кроме того, отвечая на вопрос 39 в письменных ответах эксперт указывает на то, что на дату проведения экспертизы резинокордовый переездной настил на объекте фактически демонтирован, однако, поскольку в договоре данные работы предусмотрены, а по акту сданы, эксперт учитывает и эти работы в стоимости фактически выполненных.

Безусловно, это никаким образом не умоляет достоверность проведенного исследования.

Исключительно с учетом повышенного стандарта доказывания требуется более широкое исследование.

Действительно, в материалы дела истцом представлены товарные накладные, товарно-транспортные накладные на приобретение товара. При этом экспертом отмечено, что данные накладные вполне соотносятся с работами, отраженными в КС-2 и имеющимися по факту на местности.

Однако, как было указано выше, истцом не доказано наличие в штате работников, способных проводить работы с поставленными материалами, в том количестве, которое требовалось для выполнения работ.

Более того, для того, чтоб начать укладку новых материалов, необходимо изначально провести демонтажные работы.

Экспертом отмечено, что в общем журнале работ на объекте отражены работы по демонтажу старых верхних строений пути, транспортировка материалов, отгрузочно-погрузочные работы.

При этом составляя акт относительно выполненных объемов, эксперт указывает в нем также работы по вырезке загрязненного баласта вручную, транспортировку удаленного баласта экскаваторами на автомобили-самосвалы, вывоз загрязненного баласта.

Однако, истцом не представлено доказательств того, что его техника заезжала на территорию АО «ТОАЗ», не представлено пояснений каким образом могла вестись погрузка-разгрузка как старых демонтированных материалов, так и новых, привезенных для осуществления работ.

Более того, в материалы дела не представлено документального подтверждения тому, куда производился вывоз загрязненного баласта, не представлено доказательств сдачи его соответствующим организациям.

Не опровергнуты доводы апеллянта о том, что без въезда на территорию АО «ТОАЗ» невозможно было произвести такого вида и объема работы, даже при наличии прохода в заборе в обход проходной.

Более того, коллегия обращает внимание на то, что истцом представлены документы в обоснование перевозки грузов и строительной техники, однако, не представлено никаких данных, в частности информации системы ГЛОНАСС, позволяющих проверить реальность прохождения маршрута транспортными средствами.

Истцом не устранены противоречия в версиях об использовании автокрана для укладки рельсошпальной решетки и стрелочных переводов и о невозможности его проезда к пути № 8 через параллельные пути со стоящими на них составами.

Истцом не представлено доказательств наличия железнодорожных платформ и маневрового тепловоза для перевозки ТМЦ по параллельному пути.

При этом из поступившего ранее ответа АО «ТОАЗ» от 15.12.2023 на запрос суда следует отсутствие информации о предоставлении технологических «окон» для выполнения работ по капитальному ремонту пути № 8 и стрелочных переводов № 31, № 36, № 46 и № 64. Без предоставления таких технологических «окон» по железнодорожным путям не могли свободно передвигаться железнодорожные платформы для целей ремонта пути и стрелочных переводов.

Из представленного спорного акта КС-2 следует, что истцом выполнена электрическая централизация на станции с числом стрелок до 100, однако, не представлено доказательств тому, что истец согласовывал технологические окна для этих работ с ответчиком либо иными организациями.

Заслуживает внимание факт того, что приобретение рельсов Р-65 по товарным накладным ИП ФИО21 от 23.04.2019 № СА19/0423/004 и ООО «Хаят» от 23.04.2019 № ХА19/0423/005, закупки АПАТЭК по товарной накладной ИП ФИО21 от 23.04.2019 № СА19/0423/004, осуществлены истцом по стоимости превышающей, указанную в акте КС-2. Однако, истцом обоснования того, по какой причине им приобретался товар по большей стоимости и сдавался ответчику по меньшей не представлено.

Кроме того, в подтверждение наличия четырех комплектов стрелочных переводов Р-65 истец также ссылается на товарную накладную от 23.04.2019 № ХА19/0423/005, по которой у ООО «Хаят» приобретено на сумму 6 117 774 рубля 34 копейки (3 058 887,17 х 2).

При этом по утверждениям истца стрелочные переводы Р-65 перевозились автомобилем VOLVO FH 2 12 420 - 26.03.2019, 28.03.2019, 30.03.2019, 31.03.2019, то есть ранее даты их приобретения.

Между тем из акта КС-2 следует, что сборка стрелочных переводов № 31, № 36, № 46 и № 64 производилась без стоимости материалов, поскольку соответствующие строки по обозначенным позициям столбца № 12 «Мат» (сметная стоимость материалов в текущих ценах в рублях) не заполнены.

Доказательств получения стрелочные переводы Р-65 от генподрядчика либо основного заказчика материалы дела не содержат, более того, иждивение заказчика условиями договора не предусмотрено.

При этом в материалы дела апеллянтом представлены договор от 20.11.2018 и дополнительное соглашение к нему, заключенные ответчиком и АО «ЧМК», согласно которым рельс Р65 в объеме 128,96 тонн подлежал доставке грузополучателю ОАО «ТОАЗ». Также представлена накладная от 20.02.2019, квитанция по приемке груза, счет-фактура и платежное поручение об оплате.

Кроме того, в материалы дела представлен договор от 10.01.2019, заключенный ответчиком с ООО «КАРЬЕР-ТЛТ+», спецификации к нему № 1-6, товарные накладные, из содержания которых следует, что на объект АО «ТОАЗ» производилась поставка щебня.

При таких обстоятельствах заслуживает критической оценки довод истца о том, что им выполнялись работы на объекте с использованием собственных материалов, поскольку не опровергнуты доводы апеллянта относительно необходимости привлечения организации истца к выполнению работ при наличии у ответчика собственных материалов, закупаемых ориентировочно в периоды спорных работ, собственных трудовых ресурсов.

Коллегия обращает внимание на то, что представленные в материалы дела путевые листы по укладке рельсов и шпал датированы 07.03.2019, 08.03.2019, 09.03.2019,11.03.2019, 12.03.2019, 14.03.2019, 15.03.2019, 16.03.2019, 18.03.2019, 19.03.2019, 20.03.2019, 21.03.2019, 23.03.2019, 27.03.2019, 29.03.2019. При этом период выполнения работ по акту КС-2 составляет с 01.04.2019 по 25.04.2019. Обоснования тому, почему данные документы выходят за период выполнения работ, отраженный в качестве отчетного в КС-2 истцом не представлено.

Анализируя представленные в материалы дела доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что истцом не представлено достоверных доказательств тому, что указанные в подписанном акте объемы работ были им выполнены.

Суд обращает внимание на то, что согласно выписке из Единого государственного реестра истца основным видом его деятельности является строительство жилых и нежилых зданий, дополнительные виды деятельности также связаны с производством ремонтных и строительных работ.

Следовательно, истец является профессиональным участником рынка строительства, принимая на себя обязательства по договору, действуя добросовестно и с должной осмотрительностью, должен был предвидеть свои риски.

Истец, являясь профессиональным участником рынка строительных услуг, мог изначально предвидеть последствия совершения либо не совершения действий по фиксации объемов скрытых работ, фиксации объемов проведения земляных работ, в частности по снятию загрязненного баласта, доказательств ведения входного контроля по представленным материалам со стороны ответчика, ведению иной исполнительной документации с учетом того, что ее ведение обязательно по условиям договора, заключенного с АО «ТОАЗ» и ответчиком (п. 7.10, 8.5.1).

Однако, доказательств, безусловно подтверждающих фактическое выполнение работ на объекте, отраженных в акте КС-2, в материалы дела не представлено.

Коллегия полагает, что представление истцом документов, формально подписанных со стороны истца и, как он указывает, его поставщиков, субподрядчиков, арендодателей, в данном случае не может быть положено в основу судебного акта о взыскании денежных средств с ответчика.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы апеллянта по заявлению о фальсификации доказательств от 30.01.2023 №28/23 (вх. 6106 от 30.01.2023), от 09.06.2023 № 157/23 (вх. 35045 от 09.06.2023) отклоняются судебной коллегией.

В соответствии со ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

Оспариваемое доказательство не исключено из доказательств по делу, поскольку не поступило согласие ответчика (вх. 12198 от 27.02.2023).

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Судом установлено, что апеллянт ходатайства о проведении экспертизы подписи и печати на спорных документах не заявил, как не заявил ходатайства о проведении экспертизы по проверке давности составления документов.

При этом суд неоднократно указывал апеллянту на необходимость представления пояснений относительно того, что именно является сфальсифицированным, по мнению заявителя, в представленных документах.

Между тем апеллянт таких пояснений по существу не представил.

Судом разъяснен сторонам порядок рассмотрения заявления о фальсификации, а также последствия в виде уголовной ответственности.

У представителей отобраны расписки о том, что содержание статей УК РФ им известны и последствия понятны.

Судом учтено, что для проверки заявления о фальсификации назначение экспертизы не является единственным способом проверки достоверности доказательств. Для проверки достоверности заявления суд исследует и иные представленные в материалы дела доказательства.

Согласно ч. 3 ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы, полученные посредством факсимильной, электронной или иной связи, в том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", а также документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, допускаются в качестве письменных доказательств в случаях и порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или договором.

Если копии документов представлены в арбитражный суд в электронном виде, суд может потребовать представления оригиналов этих документов.

В силу ч. 8 ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него.

В рассматриваемом случае, поскольку соответствие подписи директора истца и оттиска печати апеллянтом не оспорено, относительно давности составления документов доводов не приводится, судом не усмотрено оснований сомневаться в том, что подпись принадлежит лицу, имеющему отношение к организации истца, более того, данная подпись заверена печатью истца.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что если по результатам проверки заявления о фальсификации доказательства факт фальсификации с достоверностью подтвержден либо опровергнут, суд выносит частное определение и в порядке части 4 статьи 188.1 АПК РФ направляет его копию в правоохранительные органы для решения вопроса о привлечении лица, представившего фальсифицированное доказательство, или лица, безосновательно заявившего о его фальсификации, предупрежденных об уголовной ответственности, к данной ответственности (п. 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции").

Между тем исходя из положений части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в отношении доказательств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а также если оно подано в отношении документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства (п. 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции").

В порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста).

При этом в силу части 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

В рассматриваемом случае с учетом того, что представитель апеллянта не указывает на подложность подписей, печатей, иных реквизитов в представленных документах, не указывает на несоответствие давности составления документов датам, проставленных в них, коллегия приходит к выводу о том, что апеллянт по существу пытается указать на недостоверность представленных доказательств и невозможность подтвердить факт выполнения работ, представленными в материалы дела документами.

Однако, как указано выше, заявления, касающиеся недостоверности доказательств, не подлежат рассмотрению по правилам статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а потому коллегия не усматривает оснований для признания заявления о фальсификации доказательств обоснованным.

Таким образом, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что истцом не представлены доказательства реальности хозяйственных отношений по договору подряда, отсутствие доказательств наличия в штате организации истца работников, способных выполнить заявленные объемы работ, отсутствие доказательств фактического прохождения на объект, непредставление доказательств ведения исполнительной документации и последующей передачи данной документации основному заказчику, не подтверждение факта доставки и выгрузки материалов необходимых для выполнения работ на объект заказчика, отсутствие доказательств фактического проезда техники на территорию основного заказчика, отсутствие доказательств фактической оплаты закупаемого материала или арендованной техники, отсутствие доказательств утилизации либо передачи основного заказчику либо ответчику демонтированных элементов и снятого грунта, а также установление наличия признаков аффилированности между организациями, суд апелляционной инстанции, пришел к выводу о том, что исковое заявление о взыскании задолженности и неустойки является необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции подлежит отмене по п. 1 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в удовлетворении иска следует отказать.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Порядок распределения судебных расходов предусмотрен ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку в удовлетворении иска отказано, соответственно расходы по оплате государственной пошлины возлагаются на истца.

Расходы на проведение судебной экспертизы в размере 230000 руб. также возлагаются на истца и возмещению не подлежат.

Экспертной организации оплата за проведение судебной экспертизы произведена на основании определения суда от 08.12.2023.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом того, что в удовлетворении иска отказано, относятся на истца.


Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.08.2019 по делу № А07-17637/2019 отменить.

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Спецстройпуть» в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья

Ю.С. Колясникова


Судьи:

И.А. Аникин



А.С. Жернаков