Постановление от 29 июля 2024 г. по делу № А17-7952/2022

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А17-7952/2022
г. Киров
29 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 июля 2024 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Овечкиной Е.А.,

судейГорева Л.Н., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Суворовой О.С.,

при участии в судебном заседании с использованием видеоконференц-связи в Арбитражном суде Ивановской области:

представителей истца – ФИО2, действующей на основании доверенности 01.11.2023, ФИО3, действующей на основании доверенности от 02.05.2024 № 12,

представителя ответчика – ФИО4, действующей на основании доверенности от 27.01.2024 № 37 АА 1923300,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО5

на решение Арбитражного суда Ивановской области от 26.01.2024 по делу № А17-7952/2022

по иску акционерного общества «Вичугская городская электросеть» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ФИО5

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом во Владимирской, Ивановской, Костромской и Ярославской областях (ОГРН <***>, ИНН <***>),

о взыскании 13 216 885 рублей 00 копеек убытков,

установил:

акционерное общество «Вичугская городская электросеть» (далее – истец, стевая организация, Общество, предприятие, АО «Вичугская горэлектросеть», АО «ВГЭС») обратилось в Арбитражный суд Ивановской области с исковым заявлением к ФИО5 (далее – ответчик, генеральный директор, заявитель, податель жалобы, ФИО5) о взыскании 13 216 885 рублей 00 копеек убытков, а также расходов по уплате государственной пошлины.

Исковые требования основаны на положениях статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статей 77, 277 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ), статей 4, 27, 28, 34. 37, 125, 126, 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон № 208-ФЗ, Закон об АО), пунктов 129, 130 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.20121 № 442 (далее – Основные положения № 442), Приказа Федеральной службы по тарифам от 17.02.2012 № 98-э «Об утверждении Методических указаний по расчету тарифов на услуги по передаче электрической энергии, устанавливаемых с применением метода долгосрочной индексации необходимой валовой выручки», Постановления Департамента энергетики и тарифов Ивановской области от 31.12.2015 № 63-э/7 «Об установлении необходимой валовой выручки и долгосрочных параметров регулирования для сетевых организаций Ивановской области на 2016 - 2020 годы, в отношении которых тарифы на услуги по передаче электрической энергии устанавливаются на основе долгосрочных параметров регулирования» (далее – Приказ № 63-э/7), Постановления Департамента энергетики и тарифов Ивановской области от 01.12.2020 № 64-э/3 «Об установлении необходимой валовой выручки и долгосрочных параметров регулирования для АО «Вичугская городская электросеть» на 2021 - 2025 годы, в отношении которого тарифы на услуги по передаче электрической энергии устанавливаются на основе долгосрочных параметров регулирования» (далее – Приказ № 64-э/3), разъяснениях пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», положениях Устава АО «ВГЭС», пункта 2.2.9 коллективных договоров между администрацией и трудовым коллективом АО «Вичугская горэлектросеть» от 01.03.2017 № 18/68, от 27.02.2020 № 18/68 (далее также – коллективные договоры), Правил внутреннего трудового распорядка для работников АО «Вичугская горэлектросеть» к трудовым договорам (далее – Правила ВТР), Положений об оплате труда работников АО «Вичугская горэлектросеть» к коллективным договорам (далее – Положения об оплате труда), пунктов 2.3.1, 4.3 Положений о премировании работников АО «Вичугская горэлектросеть» по результатам финансово-хозяйственной деятельности к коллективным договорам (далее также – Положения о премировании) и мотивированы начислением ФИО5 необоснованных премий работникам Общества при не достижении технико-экономических показателей результатов хозяйственной деятельности АО «ВГЭС», а также отсутствия прибыли.

В деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, участвует Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом во Владимирской, Ивановской, Костромской и Ярославской областях (далее – третье лицо, МТУ Росимущества).

Решением Арбитражного суда Ивановской области от 26.01.2024 исковые требования удовлетворены, с ФИО5 в пользу Общества взыскано 13 216 885 рублей 00 копеек убытков, а также 89 084 рубля 00 копеек судебных расходов.

Судом первой инстанции установлено, что предметом заявленных исковых требований является взыскание с ответчика 13 216 885 рублей 00 копеек убытков, составляющих, по мнению истца, сумму необоснованно выплаченных работникам Общества премий. В обоснование заявленных исковых требований истцом указано, что выплата премий работников произведена в нарушение положений трудовых договоров, коллективных договоров, Положений об оплате труда, Положений о премировании при отсутствии основного условия премирования – непревышение фактических потерь электроэнергии в распределительных сетях относительно предельно допустимого уровня, а также при отсутствии оснований единовременного премирования (разовая премия к юбилею, разовая премия ко Дню энергетика).

Расходы на оплату труда на 2019 год утверждены Департаментом энергетики и тарифов Ивановской области (далее – Департамент) в сумме 25 939 570 рублей 00 копеек, отчисления на социальные нужды на 2019 год утверждены в сумме 7 885 630 рублей 00 копеек. Фактические расходы на оплату труда за 2019 год составили 31 600 520 рублей 00 копеек, фактические отчисления на социальные нужды за 2019 год составили 9 300 960 рублей 00 копеек. Всего перерасход денежных средств за 2019 год относительно приведенных показателей составил 7 076 280 рублей 00 копеек. Расходы на оплату труда на 2020 год утверждены Департаментом в сумме 26 463 640 рублей 00 копеек, отчисления на социальные нужды на 2020 год утверждены в сумме 8 044 950 рублей 00 копеек. Фактические расходы на оплату труда за 2020 год составили 32 452 300 рублей 00 копеек, фактические отчисления на социальные нужды на 2020 год составили 9 594 610 рублей 00 копеек. Всего перерасход денежных средств за 2020 год относительно приведенных показателей составил 8 835 102 рубля 00 копеек. Расходы на оплату труда на 2021 год утверждены Департаментом в сумме 28 971 210 рублей 00 копеек, отчисления на социальные нужды на 2021 год утверждены в сумме 8 044 950 рублей 00 копеек. Фактические расходы на оплату труда за 2021 год составили 33 157 950 рублей 00 копеек, фактические отчисления на социальные нужды за 2021 год 9 963 210 рублей 00 копеек. Всего перерасход денежных средств за 2021 год относительно приведенных показателей составил 10 592 846 рублей 00 копеек. При анализе фактических потерь электроэнергии в заявленный период суд также установил превышение над утвержденными Департаментом показателями. С учетом данных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности позиции истца о том, что причинами перерасхода денежных средств в 2019, 2020, 2021 годах явилось бездействие ответчика в отсутствии надлежащей организации работы по проведению необходимых технических мероприятий, направленных на снижение потерь электроэнергии в распределительных сетях и отсутствие со стороны ответчика контроля за действиями подчиненного персонала. Таким образом, основное условие премирования (не превышение нормативных потерь электрической энергии относительно утвержденных) в спорный период в Обществе достигнуто не было. Также, по мнению суда первой инстанции, не имелось оснований у ответчика и для выплаты премий к юбилейным датам и ко Дню энергетика с учетом отсутствия в материалах дела доказательств наличия у Общества прибыли, оставшейся после налогообложения, в период сентябрь, октябрь и декабрь 2020 года.

Арбитражный суд посчитал, что материалами дела подтверждено и не опровергнуто ответчиком недобросовестность и неразумность осуществления ФИО5 обязанностей генерального директора по контролю за действиями (бездействием) работников Общества, а также ненадлежащая организация системы управления юридическим лицом. Кроме того, материалами дела подтверждено, что систематическая на протяжений 2019-2021 годов выплата необоснованных премий персоналу по итогам работы за месяц, произведенных на основании приказов, подписанных ФИО5, привела к перерасходу денежных средств по статьям «Заработная плата» и «Страховые взносы» относительно показателя, установленного Департаментом и, как следствие, превышение фактически понесенных расходов на выплату заработной платы и оплату страховых взносов, относительно расходов, заложенных в необходимую валовую выручку (далее также – НВВ).

ФИО5 с принятым решением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение Арбитражного суда Ивановской области от 26.01.2024 и принять новый судебный акт об отказе в иске.

Основные доводы ответчика сводятся к тому выплата премии работникам Общества производилась генеральным директором в соответствии с коллективными договорами, Положениями об оплате труда, Положениями о премировании, действующими в Обществе, а законные выплаты работникам не могут рассматриваться в качестве убытков. Премирование из фонда оплаты труда свидетельствует о том, что выплата премий представляет собой заранее запланированные расходы на оплату труда, а не является убытками Общества. Выплата заявленных премий производилась всем работникам в соответствии с коллективными договорами (а не кому-то избирательно, выборочно). В соответствии с пунктом 2.6 Положений о премировании премирование осуществляется за счет средств фонда оплаты труда, включаемых в себестоимость услуг, уменьшаемых налогооблагаемую прибыль. Сведения о премировании были публичными, не скрывались, предоставлялись при проведении аудита, при подготовке заключений Департамента, соответственно, единственному акционеру было известно о производимых выплатах. ФИО5 лично не скрывал информацию о премировании. Общество в лице Российской Федерации не имело претензий к генеральному директору в связи с выплатой им ежемесячной премии, в отношении него не возбуждались какие-либо дисциплинарные производства в период его руководства, дела о привлечении к имущественной ответственности, уголовные дела, которые бы свидетельствовали о том, что выплаченные премии не одобряются акционером и рассматриваются им как излишние выплаты. Истцом не представлено доказательств отсутствия основания для премирования работников, определенных пунктами 2.2.1-2.2.4 Положений о премировании. Более того, условия пункта 2.3 Положений о премировании относится к категории руководящих работников, специалистов и рабочих. При этом, убытки в виде премирования, заявляются истцом в отношении премии, выплаченных всем работникам Общества. Согласно экспертным заключениям тарифного органа фактические потери не превысили нормативные. Истцом в составе цены иска также были заявлены к взысканию начисленные суммы, с учетом налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ), которые Общество удерживало и уплачивало в бюджет. Однако НДФЛ (в случае взыскания выплат в качестве убытков) будет являться излишне уплаченной за счет средств налогового агента суммой, возврат которой может быть произведен налоговым органом на основании письменного заявления налогового агента по утвержденной форме. В связи с чем, суммы НДФЛ в любом случае не являются убытками Общества. Следует отметить, что ФИО5 при вынесении приказа о премировании, устанавливал разный размер премирования для разных категорий работников исходя из технико-экономических показателей для премирования, определенных Положениями о премировании. ФИО5 самостоятельно расчет, начисление и выплату премий не производил.

В отзыве на апелляционную жалобу Общество отмечает, что не превышение уровня потерь относительно нормативного является основным объективным показателем эффективности деятельности сетевой организации и основным условием премирования руководящих работников, специалистов и рабочих. Несмотря на превышение фактических показателей над нормативными, ФИО5 не предпринималось никаких мер по снижению технологических и коммерческих потерь, не проводились ремонт и реконструкция электросетевых комплексов, не проводилась замена приборов учета, не выявлялись случаи воровства электроэнергии и т.д., в то время как премии выплачивались. Общество отмечает, что вопрос о причинах необоснованного начисления и выплаты персоналу премий неоднократно понимался на повестке дня Совета директоров Общества в 2020, 2021 годах. Истец отклоняет доводы ФИО5 о необоснованности вывода о превышении нормативных потерь в мае 2020 года, а также в феврале, апреле, мае, июне 2021 года, ссылается на пункт 4.3 Положений о премировании, где указано, что премия за отчетный месяц выплачивается не позднее месячного срока после окончания отчетного периода. В случае невыполнения условий премирования за текущий месяц, но при выполнении показателей с начала года, премия выплачивается полностью. Наличие условий для премирования оценивается ежемесячно, но не за текущий месяц, а за период с начала года по текущий месяц. Выплаченный НДФЛ является убытками Общества, поскольку вернуть данную сумму из бюджета невозможно. С учетом изложенного истец просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В дополнительных пояснениях к отзыву на апелляционную жалобу истец продолжил настаивать на своих доводах, указывая именно на недобросовестное поведение генерального директора при выплате премий работников, выразившееся в следующих грубых нарушениях работы сетевой организации как: не ведутся работы по возмещению ущербов, причиненных электросетевому оборудованию и прочему имуществу АО «ВГЭС»; в АО «ВГЭС» отсутствуют сведения об истечении сроков поверки приборов учета‚ трансформаторов тока, трансформаторов напряжения, о поверках измерительных комплексов; не составляется баланс электроэнергии по фидерам; реестр бытовых потребителей ведется в нелицензированном программном комплексе, данные о начислениях и контрольных показаниях в базу не заносятся и анализ начислений не осуществляется; данные о начислениях и контрольных показаниях в базу юридических лиц не заносятся и анализ начислений не осуществляется; не выполняются обязанности по проведению поверки электрических счетчиков с истекшим сроком; отсутствуют акты о технологическом присоединении по всем многоквартирным домам и сетям уличного освещения; не организован контроль за хищением электроэнергии; отсутствует комплексная программа по снижению потерь электрической энергии; не ведется контроль исполнения поручений и распорядительных документов; отсутствуют годовые и (месячные) планы ремонтов (работ), подписанные схемы КЛ, ВЛ, ТП, перечень ВЛ, КЛ, информация о количестве деревянных опор c повышенным загниванием; не проводятся зимние и летние замеры нагрузок; имеются проблемы c качеством электроэнергии (длинные фидера, неполнофазный режим, маленькое сечение провода). Указанный перечень не является исчерпывающим, но позволяет составить представление о том, что генеральным директором не была организована работа по всем ключевым направлениям деятельности сетевой организации. ФИО5 не организовывалась и не велась работа по снижению потерь электроэнергии, однако премии персоналу начислялись и выплачивались. Решения о премировании повлекли негативные последствия для юридического лица. Принимая решение о выплате персоналу премий при условии невыполнения показателей премирования, генеральный директор действовал недобросовестно – необоснованно расходовал денежные средства Общества, что в условиях сложного финансового положения ОАО «ВГЭС» поставило сетевую организацию на грань банкротства. Положительная динамика финансовых показателей общества отсутствовала.

Для безубыточной работы сетевой организации необходимо выполнять показатели, утвержденные Департаментом в НВВ на соответствующий год. Поэтому в целях оценки выполнения / невыполнения основного условия премирования персоналом сетевой организации (для принятия решения о выплате / невыплате премии) показатель фактических потерь ежемесячно рассчитывается за период с начала года по текущий месяц и сравнивается с установленным Департаментом нормативом потерь за год. Таким образом, расходы на оплату потерь являются одной из основных статей себестоимости сетевой организации, поэтому проведение технических мероприятий, направленных на снижение потерь является одной из главных задач сетевой организации. В 2020 году плановый норматив потерь утвержден Департаментом в размере 12,04 %, фактические потери составили 12,25 %; в 2021 году плановый норматив потерь утвержден Департаментом в размере 11,65 %, фактические потери составили 12,84 %. Исковые требования составляет сумма выплат персоналу, произведенных на основании приказов, подписанных ФИО6 с нарушением пункта 2.3. Положений о премировании, a именно: не выполнено основное условие премирования – не превышение нормативных потерь электрической энергии относительно утвержденных, за 2019-2021 годы.

Систематическое, на протяжении 2019, 2020, 2021 годов превышение фактических потерь электроэнергии в электрических сетях относительно показателя, установленного Департаментом в процентном и денежном выражении на соответствующий год, и, как следствие, превышение фактически понесенных расходов на оплату потерь относительно расходов, заложенных в НВВ (тариф) произошло в следствие того, что ответчиком не была организована работа по проведению необходимых технических мероприятий, направленных на снижение потерь электроэнергии в распределительных сетях и отсутствовал контроль со стороны ФИО6 за действиями подчиненного персонала, что и повлекло дополнительные расходы для Общества при отсутствии полученной выручки (дохода). Систематическая на протяжении 2019, 2020, 2021 годов выплата необоснованных премий персоналу по итогам работы за месяц при систематическом не выполнении персоналом основного условия премирования — не превьппение нормативных потерь электрической энергии относительно утвержденных, произведенных на основании приказов, подписанных ФИО5, привело к превышению фактически понесенных расходов на выплату заработной платы и оплату страховых взносов, относительно расходов, заложенных в НВВ, что и повлекло дополнительные расходы для Общества при отсутствии полученной выручки (дохода). Допущенный ответчиком перерасход денежных средств привел к отсутствию у Общества денежных средств и, как следствие, к невозможности для ОАО «ВГЭС» своевременно рассчитываться по своим обязательствам перед публичным акционерным обществом «Федеральная сетевая компания» (далее – ПАО «ФСК).

К дополнениям истец приложил трудовые договоры в редакциях дополнительных соглашений Общества с ФИО7, со ФИО8, с ФИО9, которые суд апелляционной инстанции посчитал возможным приобщить к материалам дела в порядке части 2 статьи 268 АПК РФ и разъяснений пункта 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции».

Ответчик представил пояснения по спору, где повторил основные тезисы апелляционной жалобы, указав, что исполнение обязанности по выплате вознаграждения за труд само по себе не может являться достаточным основанием для взыскания с ответчика убытков. Истец не доказал, что выплаты производились в недобросовестных целях или неразумно. При осуществлении выплат генеральный директор преследовал цель материального поощрения работников, усиления их материальной заинтересованности в повышении качества выполняемых работ и увеличения производительности труда. Сумма, квалифицированная истцом в качестве убытков, составляет заработную плату всех без исключения работников, фактически состоявших в трудовых отношениях с работодателем (среднесписочная численность – 75 человек) и осуществлявших трудовую функцию, в порядке, установленном трудовым законодательством, и не может быть положена в основу искового заявления о взыскания убытков. Обстоятельств того, что произведенные Обществом выплаты в качестве заработной платы завышены или не отвечают принципу разумности и адекватности, их прямому целевому назначению, не установлено. В материалы дела представлены расчетные ведомости, платежные ведомости, из содержания которых следует, что средний размер месячного оклада работника предприятия составлял 14 000 руб./мес. Принимая во внимание размер премирования (50 % от суммы оклада), средняя заработная плата составляла, соответственно, 21 000 руб./мес. Из общедоступных источников (https://www.auditit.ru/inform/zarplata/index.php?id_region=144) следует, что средимесячная заработная плата работника, занятого в сфере деятельности АО «ВГЭС» «Обеспечение электрической энергией, газом и паром; кондиционирование воздуха (ОКВЭД 35)» в Ивановской области в исковой период составляла от 35 000 рублей. Показатель норматива потерь устанавливается органом регулирования на год. Соответственно, и вывод о выполнении/невыполнении также может быть сделан только по итогам года. Например, в рассматриваемом случае по итогам 2019 года годовой показатель потерь суммарно оказался не превышен. С учетом данного факта, генеральный директор лишен объективной возможности предугадать совокупный годовой результат, выполняя обязанность по выплате вознаграждения за труд не реже 2 раз в месяц. Более того, итоговое выполнение/невыполнение показателя норматива потерь зависит от многих факторов (и от трудового коллектива, и от материально-технической базы, и от работы смежных участков, учитывая профиль работы предприятия), а не обусловлено действием/бездействием, поведением лично директора. В рамках предоставленных Уставом Общества полномочий генеральный директор действовал не произвольно по своему усмотрению, а на основании коллективных договоров. Соответственно, генеральный директор вправе издавать приказы о применении мер поощрения в отношении подчиненных ему работников Общества в силу своего должностного положения. В свою очередь, вопросу обоснованности установления и выплаты премий, надбавок самому себе – ФИО5 - посвящен отдельный спор (№ А17-2239/2022). Настоящее дело аналогичным не является, следовательно, никакого преюдициального значения спор № А17-2239/2022 для настоящего дела не имеет. Истец, настаивая на взыскании спорных выплат как убытков, не учитывает, что спорные выплаты носили плановый характер, осуществлялись из фонда оплаты труда, учитывались в составе производственных расходов при подаче заявок на установление тарифа. Премирование из фонда оплаты труда свидетельствует о том, что выплата премий представляет собой заранее запланированные расходы на оплату труда, а не является убытками Общества. Выплата заявленных премий производилась всем работникам в соответствии с коллективными договорами. Утверждения истца о доведении Общества действиями директора до «грани банкротства» голословны. По данным Картотеки арбитражных дел в отношении АО «Вичугская горэлектросеть» дел о банкротстве возбуждено не было. Более того, не возбуждалось исковых производств о взыскании задолженности в суммах, сопоставимых с размером долга, достаточного для инициирования дел о банкротстве.

Подробнее позиции сторон отражены письменно.

МТУ Росимущества отзыв на апелляционную жалобу не представило.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 06.03.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 07.03.2024 в соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 122 АПК РФ. На основании указанной нормы стороны и третье лица надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

Судебное разбирательство дважды откладывалось на основании статьи 158 АПК РФ.

В судебном заседании 03.07.2024 на основании статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 16.07.2024.

Определениями Второго арбитражного апелляционного суда от 03.06.2024, от 01.07.2024, от 15.07.2024 в порядке статьи 18 АПК РФ произведены замены судьи Малых Е.Г. в связи с нахождением в отпуске на судью Горева Л.Н., судьи Горева Л.Н. в связи с нахождением в отпуске на судью Малых Е.Г., судьи Малых Е.Г. в связи с нахождением в отпуске на судью Горева Л.Н., в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начиналось сначала.

В судебном заседании представитель ответчика в полном объеме поддержал доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней.

Представители истца настаивали на своей позиции, изложенной в отзыве на апелляционную жалобу и в дополнении к ней.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело повторно рассмотрено в отсутствие представителя МТУ Росимущества.

Законность решения Арбитражного суда Ивановской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, АО «Вичугская горэлектросеть» создано путем реорганизации в форме преобразования и зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) 19.04.2004.

На основании решения общего собрания акционеров Общества от 27.10.2005 № 2406-р и трудового договора от 27.10.2005 ФИО5 принят на должность генерального директора АО «Вичугская горэлектросеть».

Приказом от 11.02.2022 ФИО5 уволен с должности генерального директора Общества на основании собственного заявления от 10.02.2022. Право собственности на 100 % акций АО «Вичугская горэлектросеть» 11.02.2022 перешло к новому собственнику.

22.02.2022 на основании решения единственного акционера Общества на должность генерального директора АО «Вичугская горэлектросеть» назначен ФИО10.

Согласно обстоятельствам, изложенным в иске, при проведении проверки финансово- хозяйственной деятельности Общества в январе 2022 года было установлено, что в течение 2019, 2020, 2021 годов на основании приказов подписанных ФИО6 в нарушение Положений о премировании при невыполнении основного условия премирования - не превышение нормативных потерь электрической энергии относительно утвержденных, производились выплаты премий по итогам работы за месяц персоналу (руководящим работником, специалистам и рабочим).

Сумма выплат, произведенных генеральным директором персоналу АО «ВГЭС» с нарушением Положений о премировании составила:

- зa 2019 года 673 541 рубль 00 копеек;

- зa 2020 год 2 906 727 py6лей 00 копеек;

- за 2021 год 6 555 380 рублей 00 копеек,

а всего 10 135 648 рублей 00 копеек.

Необоснованная выплата премий повлекла за собой необоснованное увеличение уплаченных в бюджет отчислений на социальные нужды, начисляемых на фонд заработной платы по ставке 30,4 % в сумме 3 081 237 рублей 00 копеек.

Таким образом, общий размер убытков АО «ВГЭС» от действий ФИО5 по начислению премий и соответствующих отчислений в бюджет составил 13 216 885 рублей 00 копеек, что явилось основанием для обращения АО «ВГЭС» в арбитражный суд.

При этом Общество ссылается на то, что в период 2019-2021 годов АО «ВГЭС» находилось в тяжелом финансовом положении, в подтверждение чего представлены отчет о финансовых результатах за январь-декабрь 2020 год, отчет о финансовых результатах за январь-декабрь 2021 года, бухгалтерские балансы ОАО «Вичугская горэлектросеть» на 31.12.2020, на 30.09.2020, на 31.12.2021.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе из сделок, под которыми статья 153 ГК РФ признает действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 277 ТК РФ установлено, что руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, перед самим юридическим лицом предусмотрена статьей 53.1 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии со статьей 69 Закона № 208-ФЗ руководство текущей деятельностью акционерного общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) и коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией). Исполнительные органы подотчетны совету директоров (наблюдательному совету) общества и общему собранию акционеров.

К компетенции исполнительного органа общества относятся все вопросы руководства текущей деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания акционеров или совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества, утверждает штаты, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 № 3-П, правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в управлении организацией.

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В пункте 1 Постановления № 62 разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) (разъяснения пункта 2 Постановления № 62).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.). Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (разъяснения пункта 3 Постановления № 62).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, часть 4 статьи 71 Закона № 208-ФЗ, пункт 4 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (разъяснения пункт 7 Постановления № 62).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода), (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Предусмотренная приведенными нормами и разъяснениями ответственность носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно только при доказанности истцом совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчиков как причинителей вреда, в том числе наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора и членов совета директоров, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, наличия и размера причиненных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчиков и возникшими убытками. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении подобного требования.

Согласно статье 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (пункт 2 статьи 9 АПК РФ).

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, к ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением хозяйственным обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Суд по смыслу статей 10, 118, 123, 126 и 127 Конституции Российской Федерации и положений АПК РФ, не собирает доказательства, а лишь исследует и оценивает доказательства, представленные сторонами, либо истребует доказательства по ходатайству сторон. При этом Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04.06.2007 № 366-О-П со ссылкой на Постановление от 24.02.2004 № 3-П указал, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Деятельность юридического лица зависит от множества факторов, которые существенно изменяются в зависимости от профиля, размера, структуры активов и источников средств организации, её взаимодействия с контрагентами и государственными органами, а также действий конкретных сотрудников хозяйствующего субъекта. Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя и участников должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными.

В рассматриваемом случае в вину ФИО5 вменяется необоснованное премирование работников Общества в отсутствие предусмотренных Положениями о премировании условий.

В соответствии со статьей 274 ТК РФ права и обязанности руководителя организации в области трудовых отношений определяются ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором. В силу заключенного трудового договора руководитель организации в установленном порядке реализует права и обязанности юридического лица как участника гражданского оборота, в том числе полномочия собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, а также права и обязанности работодателя в трудовых и иных, непосредственно связанных с трудовыми, отношениях с работниками, организует управление производственным процессом и совместным трудом.

В силу статьи 20 ТК РФ сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работодатель - физическое либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником.

В соответствии со статьей 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с ТК РФ. В случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора, в том числе в результате назначения на должность или утверждения в должности.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснил, что представителем работодателя является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников.

Сам генеральный директор (директор) общества наделен правами и обязанностями работодателя в отношениях с работниками общества.

Из трудового договора ФИО5 с Обществом от 27.10.2005 следует, что генеральный директор утверждает штатное расписание Общества филиалов, представительств, заключает трудовые договоры, контракты; в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, внутренними документами Общества, поощряет работников, а также налагает на них взыскание.

В силу статьи 144 ТК РФ работодатель вправе устанавливать различные системы премирования, стимулирующих доплат и надбавок с учетом мнения представительного органа работников. В статье 191 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Из изложенного следует, что вопросы премирования работников общества, состоящих с обществом в трудовых отношениях, регулируются трудовым законодательством; в силу статей 5, 8 ТК РФ устанавливаются локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В подпунктах 8, 20 пункта 16.3 Устава Общества в редакции, действовавшей в спорный период, установлено, что генеральный директор Общества применяет к работникам меры поощрения и налагает на них взыскания в порядке и на условиях, предусмотренных действующим законодательством о труде, а также внутренними документами общества; определяет виды стимулирующих и компенсационных выплат (доплат, надбавок, премий и др.), порядок и условия их применения, а также устанавливает формы, систему и размер оплаты труда работников Общества.

Пунктом 2.1 коллективных договоров предусмотрено, что оплата труда работников определяется его личным вкладом с учетом конечных результатов работы предприятия, максимальными размерами не ограничивается.

Установленные государством и отраслевым тарифным соглашением должностные оклады и часовые тарифные ставки являются гарантиями минимальных размеров оплаты труда. При повышении тарифных ставок и должностных окладов работникам в пределах средств, заработанных коллективом, использовать установленные государством тарифные ставки и должностные оклады в качестве ориентиров, не нарушая соглашение об оплате туда работников различной квалификации.

Согласно пункту 2.2.4 коллективных договоров условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с тем, которые установлены коллективными договорами.

Стороны коллективных договоров договорились систему оплаты труда установить повременную; установить систему материального поощрения (премирования) по результатам труда в том числе: по результатам работы за месяц, квартал; за выполнение особо важных и срочных работ; по итогам работы за год; по другим основаниям за счет прибыли, остающейся в распоряжении предприятия (пункты 2.2.5, 2.2.9 коллективных договоров).

Согласно пунктам 2.4.1.1, 2.4.2.1 Положения об оплате труда стимулирующими выплатами являются премии, персональные доплаты и надбавки, иные стимулирующие выплаты. Устанавливается выплата премий согласно Положению о премировании.

Из пунктов 3.1, 4.1, 4.2 Правил ВТР следует, что работник Общества имеет право также получать информацию о системе оплаты, порядке и размерах своего материального вознаграждения, а также предоставляемых компенсациях и льготах, установленных в Обществе; своевременно и в полном объеме получать заработную плату в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполняемой работы и в соответствии с действующим и в Обществе Положениями об оплате труда и материальному стимулированию. Работодатель со своей стороны вправе поощрять работников за добросовестный и эффективный труда, при этом работодатель обязан постоянно совершенствовать организацию оплаты труда, повышать качество нормирования труда; обеспечивать заинтересованность работников результатах и личного труда и в общих итогах работы, правильное соотношение между ростом производительности труда и ростом заработной платы, экономное и рациональное расходование фонда заработной платы, фонда материального поощрения и других поощрительных фондов, правильно применять действующие условия оплаты и нормирования труда, выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные трудовым законодательством, коллективными договорами, локальными нормативными актами Общества, трудовым договором.

При этом согласно пункту 6.1 Правил ВТР за достижение выдающихся результатов в труде, за выполнение особо важных заданий, а также многолетний добросовестный труда в Обществе применяются награды и поощрения, одним из которых является премия.

Согласно пункту 2.1.1 Положений об оплате труда заработная плата, выплачиваемая работникам, складывается из вознаграждения за труд, компенсационных и стимулирующих выплат. Иные выплаты работнику в состав заработной платы не включаются и выплачиваются в размерах, порядке и сроки, установленные трудовым законодательством, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, соглашениями, коллективными договорами, трудовым договором, локальными нормативными актами, которыми эти выплаты установлены. Повременная система оплаты труда устанавливается всем работающим АО «Вичугская горэлектросеть» (пункт 2.2.1 Положений об оплате труда).

Стимулирующими выплатами являются премии, персональные доплаты и надбавки, иные стимулирующие выплаты. Выплата премий устанавливается согласно Положениям о премировании по итогам работы за месяц, квартал, полугодие, девяти месяцев и года, за выявление скрытой мощности. Отдельным категориям работников устанавливаются и иные премии на основании соответствующих локальных нормативных актов. Если выполнены все критерии премирования, соответствующая премия обязательно должна быть выплачена работнику.

Ежемесячная премия начисляется вместе с первой заработной платой месяца, следующего за месяцем, в котором выполнены показатели премирования, ежеквартальная – вместе с первой заработной платой месяца, следующего за последним месяцем квартала, в котором выполнены показатели премирования, ежегодная – вместе с первой заработной платой апреля года, следующего за годом, в котором выполнены показатели премирования (пункты 2.4.1.1, 2.4.2.1, 2.4.2.3, 2.4.2.4, 2.4.2.6 Положений об оплате труда).

Пунктом 1.4 Положений о премировании предусмотрено, что премирование работников по результатам их труда есть право, а не обязанность предприятия и зависит от количества и качестве труда работников, финансового состояния предприятия и других факторов, могущих оказывать влияние на сам факт и размер премирования.

При этом Положения о премировании направлены на повышение трудовой активности работников и усиления материальной заинтересованности в своевременном и качественном выполнении каждым работником своих трудовых обязанностей. При этом под вы, соблюдении трудовой дисциплины (пункт 1.3 Положений о премировании).

Положениями о премировании предусматривается текущее и единовременное премирование.

Текущее премирование осуществляется по итогам работы за месяц в случае достижения работником высоких производственных показателей при одновременном безупречном выполнении работником трудовых обязанностей, возложенных на него трудовым договором, должностной инструкцией и коллективными договорами (пункт 2.2 Положений о премировании).

Основания единовременного премирования установлены в пункте 2.5 Положений о премировании. Данные премии выплачиваются за счет прибыли предприятия, оставшейся после налогообложения, и в расчет среднего заработка не включаются.

В пункте 4.3 Положения о премировании определено, что премия за отчетный месяц выплачивается не позднее месячного срока после окончания отчетного периода. В случае не выполнения технико-экономических показателей и условий премирования за текущий месяц, но при выполнении показателей с начала года, премия выплачивается полностью.

Единовременное (разовое) премирование осуществляется по факту выполнения работы, задания или поручения, внедрения мероприятий, а также наступления события, предусмотренного подпунктами 2.5.5-2.5.6 пункта 2.5 Положений о премировании (пункт 4.7 Положений о премировании).

Согласно пункту 2.3.1 Положений о премировании основным условием премирования руководящих работников, специалистов, рабочих АО «Вичунгская горэлектросеть» является не превышение нормативных потерь относительно утвержденных.

Премирование производится на основании приказа генерального директора, устанавливающего размер премии каждому работнику по показателям, характеризующим результаты работы предприятия. При не выполнении дополнительного условия премирования сумма премии уменьшается. Конкретные показатели и условия премирования, а также размеры премирования утверждает генеральный директор (пункт 2.8 Положений о премировании).

Минимальный гарантированный размер текущих премий работников предприятия устанавливается в размере не менее 30 % от величины должностного оклада (без учета установленных генеральным директором постоянных надбавок к должностному окладу). Размер разовых премий (единовременного вознаграждения) определяется для каждого работника генеральным директором в твердой сумме или процентах от заработной платы по предоставлению руководителя структурного подразделения и не лимитируется. Совокупный размер материального поощрения работников максимальными размерами не ограничивается и зависит только от финансового положения предприятия (пункты 3.1, 3.2, 3.3 Положений о премировании).

Истец представил суду в табличной форме информацию невыполнения основного показателя премирования «Не превышение нормативных потерь в электрических сетях» относительно утвержденных Департаментом относительно за 2019, 2020, 2021 годы помесячно, в которой приведены строки «% потерь электроэнергии за месяц» и «% потерь электроэнергии за месяц нарастающим итогом с начала года».

При анализе данной информации суд апелляционной инстанции установил, что по итогам 2019 года процент фактических потерь, составивших 11,65 %, не превысил утвержденный Департаментом на 2019 год – 12,12 %; по итогам 2020 года процент фактических потерь, составивших 12,25 %, незначительно превысил утвержденный Департаментом на 2020 год – 12,04 %; по итогам 2021 года процент фактических потерь, составивших 12,85 %, также незначительно превысил утвержденный Департаментом на 2021 год – 11,65 %. При этом истец в качестве итогового показателя брал процент фактических потерь за последний месяц года, что суд апелляционной инстанции полагает неверным, исходя из буквального толкования пункта 4.3 Положений о премировании. Среднегодовые показатели фактических потерь в электрических сетях не превышают или превышают незначительно, (что можно отнести к погрешности), прогнозные показатели, утвержденные Департаментом (10,73 % среднего показателя за 2019 год, 11,60 % - за 2020 год, 12,61 – за 2021 год). С учетом чего апелляционный суд полагает, что по итогам года показатели работы со стороны работников предприятия были соблюдены, в связи с чем у генерального директора не было оснований отказывать в премировании сотрудников Общества. Кроме того, истец не учел, что локальными нормативными актами АО «ВГЭС» предусматривается гарантированный размер ежемесячной премии, что подтверждает факт вхождения последних в состав заработной платы сотрудников Общества. Указанное следует из представленных истцом в качестве примеров трудовых договоров с работниками АО «ВГЭС»: с ФИО7, со ФИО8, с ФИО9. При этом положение работников не должно ухудшаться по сравнению с предыдущими периодами (пункт 2.2.4 коллективных договоров). Относительно разовых премий они назначаются только по представлению руководителей структурных подразделений, что видно из имеющихся в деле приказов о поощрении работников, где в качестве оснований для издания данных актов являются служебные записки. Относительно выплаты премии ко Дню энергетика, вопреки доводам истца, генеральный директор в приказе отдельно отразил, что условием для выдачи премии является прибыль, остающаяся в распоряжении предприятия.

Согласно пунктам 4.1, 4.2, 4.3 трудового договора между ФИО5 и Обществом генеральный директор при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах Общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении Общества добросовестно и разумно. Генеральный директор несет материальную ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

При этом не подлежит возмещению ущерб, который может быть отнесен к категории нормального производственно-хозяйственного риска.

Оценивая рассматриваемую ситуацию, суд апелляционной инстанции исходит из того, что кадры или трудовые ресурсы предприятия – это совокупность работников различных профессионально-квалификационных групп, занятых на предприятии и входящих в его списочный состав. В списочный состав включаются все работники, принятые на работу, связанную как с основной, так и неосновной его деятельностью. Другими словами, кадры предприятия являются главным ресурсом каждого предприятия, от качества и эффективности использования которого во многом зависят результаты деятельности предприятия и его конкурентоспособность. Трудовые ресурсы приводят в движение материально-вещественные элементы производства, создают продукт, стоимость и прибавочный продукт в форме прибыли. Коэффициенты постоянства и стабильности кадров, эффективности использования трудовых ресурсов предприятия отражаются не в последнюю очередь в уровне оплаты труда и удовлетворенности работников условиями труда, трудовыми и социальными льготами.

В соответствии со статьями 65, 66 АПК РФ АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Доказательства того, что ответчик, премируя работников Общества, действовал недобросовестно и неразумно, злоупотребляя своими правами, истцом не представлены. По мнению апелляционного суда, действия ФИО5 в отношениях с трудовым коллективом не выходил за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, и, как следствие, неразумности и недобросовестности в его действиях не установлена.

Истцом не доказано что, принятие приказов о премировании работников ВО «Вичугская горэлектросеть» за результаты хозяйственной деятельности вызваны недобросовестными и (или) неразумными виновными действиями генерального директора.

Приказы о премировании работников АО «ВГЭС» за результаты хозяйственной деятельности приняты в пределах полномочий генерального директора, определенных Уставом Общества, трудовым договором, действующими локальными нормативными актами предприятия, регулирующими оплату труда.

Из установленных обстоятельств дела не следует, и истцом не доказано, что приказы о премировании работников предприятия за результаты хозяйственной деятельности повлекли возникновение убытков в размере выплаченных работникам премий и отчисленных в связи с этим во внебюджетные фонды выплат, ответственность за которые несет ФИО5 по основаниям, предусмотренным частью второй статьи 277 ТК РФ, статьей 53.1 ГК РФ, статьей 69 закона № 208-ФЗ.

Апелляционный суд исходит из обоснованности доводов ответчика о том, что им подписывались приказы о премировании на основании действующих на предприятии локальных актов, которые с учетом изложенного полностью соответствовало интересам Общества, как в текущем периоде, так и долгосрочном плане и не причиняло ущерб АО «ВГЭС». А наличие кредиторской задолженности, равно как и финансового убытка Общества применимо к оцениваемым действиям ответчика само по себе не влечет возможность применения к бывшему руководителю указанных мер ответственности. Иные доводы, приведенные сторонами в обоснование своих позиций, к предмету иска не относятся, а касаются других эпизодов деятельности ФИО5 на посту генерального директора Общества, поэтому во внимание суда апелляционной инстанции не принимаются.

Таким образом, суд апелляционной инстанции, вопреки позиции суда первой инстанции, приходит к выводу о недоказанности в рассматриваемой ситуации истцом совокупности условий, необходимых для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, в связи с чем решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового судебного акта на основании пункта 2 части 1 статьи 270 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины остаются на истце, расходы по апелляционной жалобе также относятся на истца и подлежат с него взысканию в пользу подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268–271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

апелляционную жалобу ФИО5 удовлетворить.

Решение Арбитражного суда Ивановской области от 26.01.2024 по делу № А17-7952/2022 отменить и принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «Вичугская городская электросеть» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО5 3 000 рублей 00 копеек в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Арбитражному суду Ивановской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Ивановской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

Судьи

Е.А. Овечкина

Л.Н. Горев

ФИО1