Постановление от 26 января 2025 г. по делу № А68-11420/2015

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А68-11420/2015

20АП-4955/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 16.01.2025

Постановление в полном объеме изготовлено 27.01.2025

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А., судей Волошиной Н.А. и Холодковой Ю.Е., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Никматзяновой А.А., при участии представителя конкурсного управляющего ОАО «РЭМС» ФИО1 - ФИО2 (паспорт, доверенность от 03.06.2024), представителя Прокуратуры Тульской области – Денежкиной В.М. (удостоверение, копия доверенности), в отсутствие в судебном заседании иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ОАО «РЭМС» ФИО1 на определение Арбитражного суда Тульской области от 14.06.2024 по делу № А68-11420/2015, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего открытого акционерного общества фирма «РЭМС» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО1 о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника,

УСТАНОВИЛ:

ФИО9 обратился в Арбитражный суд Тульской области с заявлением о признании ОАО фирма «РЭМС» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 28.12.2015 заявление принято к производству.

Определением суда от 16.03.2016 (резолютивная часть объявлена 09.03.2016) требования ФИО9 признаны обоснованными, в отношении ОАО фирма «РЭМС» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО10.

Решением суда от 19.07.2016 ОАО фирма «РЭМС» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Обязанности конкурсного управляющего возложены на временного управляющего ФИО10. Назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении конкурсного управляющего.

Определением суда от 30.08.2016 конкурсным управляющим ОАО фирма «РЭМС» утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий ОАО фирма «РЭМС» ФИО1 обратился в арбитражный суд Тульской области заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в котором просил суд первой инстанции (с учетом уточнения от 11.09.2023, принятого судом к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее - АПК РФ):

1) привлечь ФИО5, ФИО4, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о банкротстве должника; взыскать с ФИО5 в пользу должника 4 836 806,88 рублей; взыскать солидарно с ФИО5 и ФИО4 в пользу должника 134 449 463,78 рублей; взыскать солидарно с ФИО5, ФИО4 и ФИО3 в пользу должника 245 748,26 рублей;

2) привлечь ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невыполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета ОАО фирма «РЭМС», взыскать с ФИО8 в пользу должника 140 385 219,77 рублей;

3) привлечь ФИО7 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскать солидарно с ФИО7 и ФИО6 в пользу должника 140 385 219,77 рублей.

Определением суда от 02.07.2018 на основании ходатайства конкурсного управляющего в порядке статьи 46 АПК РФ к участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «Сервисный центр» (Липецкая область, ОГРН <***>, ИНН <***>) (далее - ООО «Сервисный центр»).

Судом установлено, что ООО «Сервисный центр» 19.11.2020 прекратило деятельность в связи с исключением из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица, о чем в ЕГРЮЛ 19.11.2020 внесена соответствующая запись.

Определением суда Тульской области от 08.11.2022 по ходатайству прокуратуры Тульской области в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена прокуратура Тульской области.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 14.06.2024 заявление конкурсного управляющего открытого акционерного общества фирма «РЭМС» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о привлечении ФИО3 (ИНН <***>), ФИО4 (ИНН <***>), ФИО5 (ИНН <***>), ФИО6 (ИНН <***>), ФИО7 (ИНН <***>), ФИО8 (ИНН <***>) к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ОАО фирма «РЭМС» ФИО1 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, которым требования о привлечении ФИО5, ФИО4, ФИО3, ФИО8, ФИО7 и ФИО6 к субсидиарной ответственности удовлетворить.

В апелляционной жалобе выражает несогласие с выводами суда первой инстанции, считает обжалуемый судебный акт незаконным и необоснованным.

Конкурсный управляющий должника полагает, что ответчики - ФИО11, ФИО4, ФИО3 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному п. 2 ст.10 Закона о банкротстве за неподачу неподачу заявления должника о собственном банкротстве.

Ссылается на то, что, начиная с 2013 года, с каждым годом кредиторская задолженность должника продолжала расти, усматривается убыточный характер его деятельности. Учитывая регулярное нарастание кредиторской задолженности, которое любой из руководителей должника мог проследить, по мнению конкурсного управляющего должника, разумно и обоснованно руководителю ОАО фирма «РЭМС» было бы обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Конкурсный управляющий должника считает, что требования о привлечении ФИО11, ФИО4, ФИО3, учитывая установленную вступившими в законную силу судебными актами дату возникновения признаков неплатёжеспособности - ноябрь 2013 г., подлежат удовлетворению.

Апеллянт также считает, что ФИО8 должна быть привлечена к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному п.4 ст.10 Закона о банкротстве (за не передачу документов).

Как указывает апеллянт, отказывая в удовлетворении требований по рассматриваемому основанию, суд первой инстанции применил нормы права, не подлежащие применению и совершенно необоснованно перераспределил бремя доказывания на конкурсного управляющего должника, в то время как ответчик фактически отстранился от участия в настоящем обособленном споре, что лишь позволяет более критически относится к выводам суда.

Считает, что ФИО7 и ФИО6 должны быть привлечены к субсидиарной ответственности на основании п.4 ст. 10 Закона о банкротстве (за доведение до банкротства).

В суд апелляционной инстанции от ФИО7 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором она возражает против доводов апелляционной жалобы.

Определениями Двадцатого арбитражного апелляционного суда судебное заседание откладывалось, ответчикам и конкурсному управляющему акционерного общества фирма «РЭМС» ФИО1 было предложено представить в суд апелляционной инстанции дополнительные пояснения по делу.

Конкурсный управляющий акционерного общества фирма «РЭМС» ФИО1 представил в суд письменные пояснения.

ФИО7 во исполнение определения суда представила в апелляционный суд следующие документы:

- копию ходатайства представителя конкурсного управляющего ОАО Фирма «РЭМС» ФИО1 ФИО12 от 11.01.19 в Арбитражный суд Тульской области в рамках дела № АА68-11420/2015 об истребовании документов из уголовного дела;

- копию определения Арбитражного суда Тульской области по делу № А68-11420/15 об истребовании доказательств из уголовного дела №1.18.02700027.540012, находящегося в производстве Следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по Тульской области майора юстиции ФИО13, копии следующих документов из уголовного дела: заключения эксперта по бухгалтерской судебной экспертизе, проведенной в ноябре 2018 года, с приложением копий документов, которые были предоставлены эксперту для проведения экспертизы; годового отчёта по результатам работы ОАО фирма «РЭМС» за 2011 год; списка аффилированных лиц ОАО фирма «РЭМС»; инвентаризационной описи основных средств ОАО фирма «РЭМС» по состоянию на 03.10.2011; договоров займов между ФИО6 и ОАО фирма «РЭМС» от 01.12.2010, 06.12.2010, 13.12.2010, 20.12.2010, 11.01.2011; договора уступки прав (цессии) от 20.05.2011г., заключенного между ФИО7 и ФИО6, по которому ФИО7 были уступлены права ФИО6 по перечисленным договорам займа, а также: сведений о движимом и недвижимом имуществе ОАО фирма «РЭМС» по состоянию на 04.10.2011, сведений о кредиторской задолженности (о кредиторах), оставшейся у ОАО фирма «РЭМС» по состоянию на 04.10.2011;

- копию протокола обыска (выемки) от 11.08.2016; протокола обыска (выемки) от 29.08.2016; протокола обыска (выемки) от 26.10.2016.

Согласно ч.1 статьи 262 АПК РФ лицо, участвующее в деле, направляет отзыв на апелляционную жалобу с приложением документов, подтверждающих возражения относительно жалобы, другим лицам, участвующим в деле, и в арбитражный суд.

В силу части 4 статьи 262 АПК РФ отзыв может быть представлен в арбитражный суд посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда, рассматривающего дело, в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Документы, прилагаемые к отзыву, могут быть представлены в арбитражный суд в электронном виде.

Поскольку ФИО7 представлены документы, в опровержение доводов жалобы, они приобщены к материалам дела в порядке статей 262, 268 АПК РФ.

До начала судебного разбирательства в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство конкурсного управляющего акционерного общества фирма «РЭМС» ФИО1 об отложении судебного разбирательства, мотивированное непредставлением Арбитражным судом Тульской области материалов банкротного дела № А68-11420/2015 для очного ознакомления в целях предоставления пояснений о поступлении в материалы дела № А68-11420/2015 конкретного перечня документов уголовного дела № 1.18.02700027.540012, истребованных определением Арбитражного суда Тульской области.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ОАО фирма «РЭМС» ФИО1 просил отложить судебное заседание, ответил на вопросы суда, просил апелляционную жалобу удовлетворить, определение суда – отменить.

Представитель Прокуратуры Тульской области возражал против удовлетворения заявленного ходатайства об отложении судебного разбирательства, поддержал апелляционную жалобу, просил определение суда – отменить.

Рассмотрев ходатайство конкурсного управляющего акционерного общества фирма «РЭМС» ФИО1 об отложении судебного разбирательства в соответствии с положениями статей 158 и 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебная коллегия не находит оснований для его удовлетворения в силу следующего.

В соответствии с частью 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства и невозможность рассмотрения спора без совершения таких процессуальных действий.

Согласно части 5 статьи 159 АПК РФ арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам.

Конкурсный управляющий акционерного общества фирма «РЭМС» ФИО1 в обоснование ходатайства об отложении указал на следующие обстоятельства.

Так, представителем конкурсного управляющего ОАО Фирма «РЭМС» ФИО1 - ФИО2 16.12.2024 направлено ходатайство через систему «Мой арбитр» в Арбитражный суд Тульской области об ознакомлении с материалами дела о банкротстве ОАО Фирма «РЭМС» (зарегистрировано в системе 16.12.2024 в 14 час. 57 мин.).

В связи с тем, что суд первой инстанции не предоставил возможность ознакомления с материалами дела до 09.01.2025, ФИО2 повторно направлено ходатайство через систему «Мой арбитр» в Арбитражный суд Тульской области об ознакомлении с материалами дела о банкротстве ОАО Фирма «РЭМС» (зарегистрировано в системе 14.01.2025 в 09 час. 00 мин.).

По состоянию на 16.01.2025 материалы дела для очного ознакомления не предоставлены, что лишает возможности конкурсного управляющего должника к настоящему судебному заседанию предоставить пояснения относительно поступления в материалы дела № А68-11420/2015 конкретного перечня документов из уголовного дела №1.18.02700027.540012, истребованных определением Арбитражного суда Тульской области по делу № А68-11420/2015.

При электронном ознакомлении с материалам дела по ходатайствам ФИО2, направленным в Двадцатый арбитражный апелляционный суд 08.12.2024 (зарегистрировано в системе 09.01.2025 в 10 час. 45 мин.), 13.01.2024 (зарегистрировано в системе 14.01.2025г. в 10 час. 03 мин.) также невозможно установить какие именно документы уголовного дела № 1.18.02700027.540012 поступили в материалы дела № А68-11420/2015.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции установлено, что определениями Арбитражного суда Тульской области от 15.01.2019, 19.02.2019 было истребовано уголовное дело №1.18.02700027.540012, находящееся в следственном управлении Следственного комитета РФ по Тульской области.

Из материалов дела № А68-11420-11/2015 усматривается, что интересы конкурсного управляющего акционерного общества фирма «РЭМС» ФИО1 по данному делу ранее представлял другой представитель – ФИО12, который 10.02.2020 обращался в Арбитражный суд Тульской области с ходатайством о приобщении к материалам дела копии постановления следователя СУ СК по Тульской области о назначении бухгалтерской экспертизы от 30.10.2018 (том 7, л. д. 54).

В данном ходатайстве представитель конкурсного управляющего акционерного общества фирма «РЭМС» ФИО1 ФИО12 также сообщил, что 07.02.2020 он частично ознакомился с материалами названного выше уголовного дела и просил приобщить к материалам обособленного производства № A68-11420-11/2015 заключение эксперта ФИО14 по бухгалтерской судебной экспертизе №63э-18, проведенной в ноябре 2018 года (вместе с постановлением следователя о ее назначении).

При этом указал, что времени, предоставленного ему 07.02.2020, физически не хватило для ознакомления со всеми материалами истребованного уголовного дела (в том числе и истребованными Арбитражным судом Тульской области от 19.02.2019 наряду с заключением вышеупомянутой экспертизы), в связи с чем, в целях соблюдения принципа состязательности, просил отложить судебное разбирательство на более поздний срок.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 11.02.2020 с учетом ходатайства представителя конкурсного управляющего акционерного общества фирма «РЭМС» ФИО1 ФИО12 судебное заседание было отложено на 30.03.2020, суд предложил сторонам ознакомиться с поступившим в материалы дела уголовным делом № 1.18.02700027.540012 (том 7, л. д. 55 – 56).

Таким образом, начиная как минимум с февраля 2020 года, у конкурсного управляющего акционерного общества фирма «РЭМС» ФИО1 имелось достаточно времени для ознакомления с документами из уголовного дела, поступившими в дело № А68-11420-11/2015 о банкротстве ОАО Фирма «РЭМС» в связи удовлетворением соответствующих ходатайств конкурсного управляющего должника, выработки правовой позиции совместно со своими представителями. С учетом данных обстоятельств, ходатайство об отложении судебного заседания конкурсного управляющего ОАО Фирма «РЭМС», заявленное до начала судебного заседания 16.01.2025, суд апелляционной инстанции расценивает как попытку затягивания процесса.

Кроме того, тот факт, что новый представитель конкурсного управляющего акционерного общества фирма «РЭМС» ФИО1 ФИО2 не знакома с материалами дела, не является уважительной причиной для отложения судебного заседания, поскольку не могут рассматриваться в качестве уважительных причин необходимость согласования с вышестоящим органом (иным лицом) вопроса о совершении процессуального действия, нахождение представителя заявителя в командировке (отпуске), кадровые перестановки, отсутствие в штате организации юриста, смена руководителя (его нахождение в длительной командировке, отпуске), а также иные внутренние организационные проблемы юридического лица.

Вступление в дело нового представителя стороны в силу статьи 158 АПК РФ не является уважительной причиной для отложения судебного разбирательства.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 158, 159 АПК РФ, определил отказать в удовлетворении заявленного ходатайства, поскольку апелляционным судом не установлено оснований, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом, для отложения судебного заседания по делу № А68-11420-11/2015 по данному обособленному спору.

Иные лица, участвующие в настоящем деле, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, участвующих в настоящем деле, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

Судом первой инстанции установлено, что согласно сведениям из материалов регистрационного дела и имеющихся в ЕГРЮЛ сведений в отношении ОАО фирма «РЭМС», общество создано 23.06.1994. Основным видом деятельности должника является «68.32 Управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе».

Конкурсный управляющий должника в суде первой инстанции ссылался на то, что ответчики – ФИО11, ФИО4 и ФИО3 выполняли функции единоличного исполнительного органа должника в следующие периоды времени:

- ФИО6 являлся руководителем должника с 02.08.2010 по 30.09.2012, а также руководителем правопреемника должника – АО «РЭМС» (ИНН <***>) со дня его создания как юридического лица (04.10.2011) до 03.05.2012;

- ФИО11 с 03.02.2014 по 08.08.2014 (согласно представленным ФИО11 в ходе рассмотрения спора копии трудовой книжки и приказов, из которых следует, что она назначена на должность генерального директора должника с 03.02.2014 и уволена 08.08.2014 на основании собственного заявления, трудовой договор от 11.10.2012 № 248 прекращен 08.08.2014);

- ФИО4 с 11.10.2012 до 03.02.2014 и с 25.09.2014 по 03.09.2015;

- ФИО3 с 04.09.2015 по 12.01.2016;

- ФИО8 с 13.01.2016 (по мнению конкурсного управляющего, ФИО8 является номинальным руководителем).

Как указывал заявитель, на дату возникновения у должника признаков неплатежеспособности (октябрь 2013 года) ООО «Сервисный центр» являлось мажоритарным акционером должника, владеющим 50,67 % доли в уставном капитале, что следует из пояснительной записки к годовому бухгалтерскому балансу за 2013 год (по состоянию на 31.12.2013).

ФИО8 с 08.05.2013 являлась директором ООО «Сервисный центр» и его единственным участником.

Как указывал заявитель, ФИО7 является контролирующим должника лицом, поскольку является его бенефициаром и бенефициаром правопреемника – АО «РЭМС» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства (в окончательной редакции от 11.09.2023):

- ответчиками – ФИО11, ФИО4 и ФИО3 нарушена обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве);

- ответчиками – ФИО6 и ФИО7 совершены сделки (действия), в результате которых причинен вред имущественным правам кредиторов (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве);

- ФИО8 не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерских и иных документов должника (абзац четвертый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Указанные обстоятельства, по мнению заявителя, свидетельствуют о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

В пункте 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что он вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых указанной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В абзаце третьем пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» даны рекомендации о том, что предусмотренные обновленным законом нормы, применяются только в части обоснованности подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на положения статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции верно указал, что поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий заявляет о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, настоящее заявление подано в суд 17.07.2017, т.е. после вступления в силу Закона № 266-ФЗ, следовательно, настоящий спор подлежит рассмотрению с применением статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, но при этом с применением процессуальных норм, предусмотренных Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Конкурсный управляющий ссылается на неисполнение обязанности ответчиками – ФИО11, ФИО4 и ФИО3 по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве установлена обязанность руководителя обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случаях, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами либо если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу статей 9, 10 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 4, 65 АПК РФ, лицо, заявляющее требование о привлечении к субсидиарной ответственности по указанному основанию, обязано обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, возникла соответствующая обязанность и когда именно надлежало обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий ссылался на то, что признаки банкротства должника возникли в ноябре 2013 года, что установлено постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 26.10.2023, принятыми по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника к АО «РЭМС» (ИНН <***>) о признании недействительными договора аренды от 04.10.2011 № 1/11 и платежей на общую сумму 6 590 031 рублей 42 копеек по этому договору; договора аренды от 04.07.2013 № 28/13 и платежей на общую сумму 5 233 265 рублей по этому договору и применении последствий их недействительности.

В частности, как установлено указанными судебными актами, требования к должнику, включенные в третью очередь реестра требований кредиторов, составляют 46 481 907 руб. 98 коп. При этом, просрочка оплаты в пользу ЗАО «Тульское предприятие тепловых сетей» возникла с октября 2013 года. Определениями от 10.06.2016 по настоящему делу требования ЗАО «Тульское предприятие тепловых сетей» в размере 205 182 руб. 22 коп. неосновательного обогащения за период с октября 2013 года по апрель 2014, 7 104 руб. расходов по уплате госпошлины, и в размере 74 300 519 руб. 68 коп. долга, 16 977 руб. 87 коп. расходов по уплате госпошлины, 3 535 740 руб. 66 коп. процентов подтвержденные вышеуказанными решениями Арбитражного суда Тульской области, включены в реестр требований кредиторов должника. Сведения о наличии у должника кредиторов, впоследствии включенных в реестр требований кредиторов ОАО фирма «РЭМС», обязательства перед которыми возникли в более ранний период, а также о возникновении признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества по состоянию на 24.01.2013, в материалы дела не представлено. Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу о том, что указанный признак можно считать установленным с ноября 2013 года.

Таким образом, как указано конкурсным управляющим должника, признаки неплатежеспособности ОАО Фирмы «РЭМС» возникли в период руководства предприятием должника ФИО11 Последующие после ФИО11 руководители ОАО Фирмы «РЭМС» – ФИО4 и ФИО3, выполнявшие функции его единоличного исполнительного органа в период до принятия к производству заявления о признании должника банкротом (28.12.2015), соответствующие заявления о банкротстве в суд не подавали. Не позднее октября 2013 года должник, по мнению конкурсного управляющего ОАО Фирмы «РЭМС», уже однозначно имел признаки неплатежеспособности и датой, когда руководитель должника (в рассматриваемом случае, ФИО11), действуя добросовестно, должен был, будучи осведомленным о наличии у должника признаков неплатежеспособности, направить заявление в суд, является, по его мнению, по крайней мере, 01 декабря 2013 года (то есть, по истечении ноября 2013 года должна была быть выявлена задолженность перед АО «Тулатеплосеть» за этот месяц). ФИО5 должна нести субсидиарную ответственность за неподачу заявления Должника о собственном банкротстве в размере обязательств должника, возникших в период с 01 декабря 2013 года по 28 декабря 2015 года. По обязательствам должника, образовавшимся в период с 26.10.2014 по 04.10.2015 (с учетом увеличения на один месяц разумного срока для подачи заявления ФИО4 от даты ее назначения 25.09.2014) ФИО5 должна отвечать солидарно с ФИО4, по обязательствам должника, возникшим с 05.10.2015 с 28.12.2015 – солидарно с ФИО3 (с учетом увеличения на один месяц разумного срока для подачи заявления ФИО3 от даты его назначения 04.09.2015). ФИО4 должна нести субсидиарную ответственность за неподачу заявления должника о собственном банкротстве в размере обязательств должника, возникших в период с 26 октября 2014 года (с учетом увеличения на один месяц разумного срока для подачи заявления ФИО4 от даты ее назначения 25.09.2014) по 28 декабря 2015 года. По обязательствам должника, образовавшимся в период с 26.10.2014 по 04.10.2015 ФИО4 должна отвечать солидарно с ФИО5, по обязательствам должника, возникшим с 05.10.2015 с 28.12.2015 – солидарно с ФИО5 и ФИО3 ФИО3 должен нести субсидиарную ответственность за неподачу заявления должника о собственном банкротстве в размере обязательств должника, возникших в период с 05 октября 2015 года (с учетом увеличения на один месяц разумного срока для подачи заявления ФИО3 от даты его назначения 04.09.2015) по 28 декабря 2015 года. По этим обязательствам должника ФИО3 отвечает солидарно с ФИО5 и ФИО4

Согласно расчету конкурсного управляющего должника объем обязательств должника, возникших с 01.12.2013, составил 4 836 806,88 руб. (в отношении ФИО5), 134 449 463,78 руб. (солидарно с ФИО5, ФИО4) и 245 748,26 руб. (солидарно с ФИО5, ФИО4 и ФИО3).

Возражая против заявленных требований, ФИО5 в суде первой инстанции в отзывах ссылалась на то, что по итогам деятельности общества за 2013 год у должника отсутствовали неисполненные обязательства перед кредиторами. Вся задолженность нашла свое отражение в бухгалтерском балансе должника за 2014 год. При этом за 2014 год Обществом была получена прибыль (совокупный финансовый результат) в размере 2 523 тыс. руб.

Из материалов дела о банкротстве следует, что в реестр требований кредиторов включена задолженность, образовавшаяся с октября 2013 года (в частности: определением Арбитражного суда Тульской области от 10.06.2016 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования АО «Тулатеплосеть» в размере 46 481 907,98 рублей долга, в том числе задолженность, взысканная решением Арбитражного суда Тульской области от 16.12.2015 по делу № А68-13008/2014 (неосновательное обогащение за период с октября 2013 года по апрель 2014 года в сумме 205 182,22 рубля, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 7 104 рубля); определением Арбитражного суда Тульской области от 10.06.2016 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования АО «Тулатеплосеть» в размере 74 300 519,68 рублей долга, 16 977,87 рублей расходов по уплате госпошлины, 3 535 740,66 рублей процентов, в том числе задолженность, взысканная решением Арбитражного суда Тульской области от 26.06.2015 по делу № А68-7299/2014 (неосновательное обогащение за период с ноября 2013 года по январь 2014 года в сумме 1 114,98 рублей), решением Арбитражного суда Тульской области от 28.09.2015 по делу № А68-10150/2014 (задолженность за поставленную энергию за период с ноября 2013 года по апрель 2014 года в сумме 23 976,43 рублей).

Как указано конкурсным управляющим и не оспаривается участвующими в деле лицами, задолженность перед АО «Тулатеплосеть» за отпущенную теплоэнергию подтверждена решениями Арбитражного суда Тульской области от 10.06.2015 по делу №А68-1061/2015, от 23.09.2015 по делу №А68-3836/2015, от 18.06.2015 по делу №А68-6776/2014, от 24.06.2015 по делу №А68-1056/2015, от 24.07.2015 по делу №А68-4095/2015, от 17.06.2015 по делу №А68-1058/2015, от 26.06.2015 по делу №А68-7299/2014, от 28.09.2015 по делу №А68-10150/2014, от 13.11.2015 по делу №А68-1861/2015, от 24.11.2015 по делу №А68-4317/2015, от 16.12.2015 по делу №А68-13008/2014, от 21.12.2015 по делу №А68-6711/2015, от 25.01.2016 по делу №А68-8073/2015, от 11.02.2016 по делу №А68-11379/2015, от 11.02.2016 по делу №А68-11377/2015, от 16.02.2016 по делу №А68-9848/2015, от 15.02.2016 по делу №А68-11376/2015.

Кроме того, как указано конкурсным управляющим и следует из материалов дела, должник также имеет неисполненные денежные обязательства перед АО «ТНС Энерго Тула» в сумме 9 084 834 руб. 93 коп., которая возникла при отсутствии заключенного между сторонами договора на энергоснабжение в период с апреля 2014г. по август 2015г. за отпуск электрической энергии на электроснабжение мест общего пользования в многоквартирные жилые дома, находящиеся в управлении должника: подтверждена решением Арбитражного суда Тульской области от 18.02.2016 по делу №А68-9231/2015, и определением Арбитражного суда Тульской области от 10.06.2016 по делу № А68-11420/2015 указанные требования АО «ТНС Энерго Тула» в размере 9 111 334 рублей 56 копеек включены в реестр требований кредиторов должника.

ФИО5 в суде первой инстанции указывала, что задолженность перед АО «Тулатеплосеть» за период с октября 2013 года по 31.09.2014 была оплачена должником в полном объеме, и имеется непогашенная задолженность за период с октября 2014 года, из чего следует, что должником принимались меры к погашению задолженности.

Указанные обстоятельства, в том числе, подтверждаются расчетом конкурсного управляющего должника, представленному к уточнениям к заявлению от 11.09.2023, согласно которому задолженность в значительном размере начинала формироваться только с марта 2014 года, а решения о взыскании задолженности в пользу кредиторов принимались, начиная с июня 2015 года.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в частности в случаях, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этой обязанности; неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующей обязанности; возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 4 Постановление № 53, под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

В пункте 9 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя и участников должника к ответственности по основаниям пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Однако сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

В силу положений статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» финансовый результат деятельности организации (наличие прибыли или убытка) определяется на основании данных бухгалтерской отчетности по состоянию на конец соответствующего отчетного периода, каковым является финансовый год и квартал, в случае наличия обязательства организации по составлению промежуточной бухгалтерской отчетности.

В отдельные периоды в пределах одного финансового года у организации может возникать прибыль или убыток от текущей хозяйственной деятельности, но эти показатели сами по себе не могут считаться безусловным доказательством недостаточности ее имущества и являться основанием для возникновения обязанности руководителя организации по подаче заявления о банкротстве в соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П сформулирована правовая позиция, согласно которой формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Установление признака недостаточности имущества или наличие иных признаков банкротства подлежит определению по состоянию на дату, предшествующую дате совершения какого-либо конкретного действия лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности (на дату совершения сделки, на дату исполнения конкретной обязанности или совершения иного юридически значимого действия). В этой связи, для установления признака недостаточности имущества, как основания для обращения руководителя должника с соответствующим заявлением в суд необходимо анализировать не только показатели бухгалтерской отчетности, но и сроки возникновения тех или иных обязательств должника, а также то, насколько объективно мог оценивать руководитель должника финансовое положение организации, исходя из структуры ее активов и обязательств по состоянию на конкретную дату.

Таким образом, наличие кредиторской задолженности перед конкретными кредиторами (в том числе уполномоченным органом) само по себе не может однозначно свидетельствовать о том, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества на указанные заявителями даты.

Согласно имеющимся в ЕГРЮЛ сведениям основным видом деятельности должника является «68.32 Управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе», и в управлении должника находилось 232 многоквартирных дома.

При оценке доводов заявителя суд первой инстанции исходил из того, что должник является управляющей организацией, в основной вид деятельности которой входило управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе, основным источником доходов являлись платежи собственников помещений, в находящихся в управлении должника домах. В силу специфики деятельности организации (управление МКД) наличие непогашенной кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с дебиторской задолженностью граждан, является обычной для функционирования управляющих организаций; в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей организацией.

Судом первой инстанции принято во внимание, что согласно бухгалтерскому балансу по итогам 2014 года активы должника составляли 188 104 тыс. руб., из которых основную долю составляли основные средства в размере 81 592 тыс. руб. и дебиторская задолженность в размере 89 201 тыс. руб.

При этом размер кредиторской задолженности составлял на указанную дату 104 456 тыс. руб.

В связи с изложенным суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действия ответчиков в виде неоплаты задолженности перед ресурсоснабжающими организациями не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в связи с чем отсутствуют основания для привлечения ФИО11, ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию.

Как верно отметил суд первой инстанции, сама по себе убыточность деятельности организации обусловлена характером осуществляемой ей деятельности и не позволяет сделать вывод о том, что на приведенную конкурсным управляющим дату у ФИО11, ФИО4 и ФИО3 возникла обязанность для подачи заявления о банкротстве.

При таких обстоятельствах суд области не усмотрел наличия совокупности условий для привлечения ФИО11, ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным конкурсным управляющим основаниям пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами суда первой инстанции соглашается.

Конкурсный управляющий должника в суде первой инстанции ссылался также на то, что ФИО8 не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерских и иных документов должника (абзац четвертый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В абзаце четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 24 Постановления № 53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683, для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, при этом под существенным затруднением понимается, в том числе, невозможность выявления активов должника.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Тульской области от 30.01.2017 по настоящему делу частично удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего должника об истребовании документации ОАО фирма «РЭМС» у бывшего руководителя ФИО8

Арбитражный суд Тульской области обязал бывшего руководителя ОАО фирма «РЭМС» ФИО8 передать конкурсному управляющему ОАО фирма «РЭМС» ФИО1 документы согласно указанному в определении перечню.

Конкурсным управляющим указано, что названное определение суда не исполнено. Отмечает, что в соответствии с бухгалтерским балансом должника на 31.12.2015 у него имелись основные средства на сумму 80 467 000 руб., дебиторская задолженность на сумму 38 143 000 руб. Указанные в первоначальной инвентаризации пять самоходных машин и транспортных средств не найдены органами внутренних дел, их местонахождение и судьба не установлены. Непредставление сведений по дебиторской задолженности, основным средствам, запасам не позволило проследить изменения, касающиеся размера данной задолженности, осуществить мероприятия по ее взысканию.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 24 Постановления № 53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683, для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, при этом под существенным затруднением понимается, в том числе, невозможность выявления активов должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что именно отсутствие документации должника привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

При этом судом принято во внимание, что информация о совершавшихся должником сделках в отношении движимого и недвижимого имущества могла быть запрошена конкурсным управляющим из соответствующих регистрирующих органов, равно как бухгалтерская документация должника из налоговой службы.

Из материалов дела также следует, что в процедуре конкурсного производства по результатам инвентаризации выявлена дебиторская задолженность, и согласно отчету конкурсного управляющего от 22.12.2023 от ее взыскания в конкурсную массу поступило 1 489 684 руб. 77 коп.

Судом области также учтено, что конкурсным управляющим в порядке статьи 61.8 Закона о банкротстве в суд в рамках дела о банкротстве поданы заявления об оспаривании шести сделок должника.

С учетом изложенного, оценив заявленные конкурсным управляющим доводы, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что им не доказано наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации (как бухгалтерской, так и корпоративной) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, равно как и не доказано, что отсутствие документации должника привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Конкурсный управляющий не представил суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства, мотивированно не доказал суду, что при рассмотрении настоящего спора отсутствие той или иной документации привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства должника.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд апелляционной интонации установил, что в рамках уголовного дела № 1.18.02700027.540012 у ОАО «Фирмы РЭМС» были изъяты бухгалтерские и иные документы.

Так, определением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2024 суд откладывал судебное разбирательство, конкурсному управляющему АО фирма «РЭМС» ФИО1, ответчикам - ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, было предложено представить в суд апелляционной инстанции документы по изъятию правоохранительными органами финансово-хозяйственных документов АО фирма «РЭМС» (в случае их изъятия); письменные пояснения по запрашиваемым документам.

ФИО7 во исполнение определения суда представила в апелляционный суд следующие документы:

- копию ходатайства представителя конкурсного управляющего ОАО Фирма «РЭМС» ФИО1 ФИО12 от 11.01.2019 в Арбитражный суд Тульской области в рамках дела № АА68-11420/2015 об истребовании документов из уголовного дела;

- копию определения Арбитражного суда Тульской области по делу № А68-11420/15 об истребовании доказательств из уголовного дела №1.18.02700027.540012;

- копию протокола обыска (выемки) от 11.08.2016; протокола обыска (выемки) от 29.08.2016; протокола обыска (выемки) от 26.10.2016.

Поскольку ФИО7 представлены документы, в опровержение доводов жалобы, они были приобщены к материалам дела в порядке статей 262, 268 АПК РФ.

Так, как следует из протокола обыска (выемки) от 11.08.2016 старшего оперуполномоченного УЭБиПК УМВД РФ по Тульской области из помещений ОАО «Фирмы РЭМС» изъяты оборотно-сальдовые ведомости (позиции 29, 33, 34, 35, 38, 44, 45, 46), системный блок с файлом «1-С-предприятие ООО «ДИАЛОГ» и ОАО «Фирма РЭМС» (позиция 79 в протоколе), а также договор по управлению МКД (позиция 81 в протоколе), трудовые договоры и иные документы общества (том 7, л. д. 23 – 31).

Из протокола обыска (выемки) от 29.08.2016 старшего оперуполномоченного УЭБиПК УМВД РФ по Тульской области также следует, что в ходе поисковых действий заместителем генерального директора ОАО «Фирма РЭМС» ФИО4 добровольно были переданы документы, свидетельствующие о внесении в графу «Оценка соответствия лифтов» квитанций на оплату коммунально-жилищных услуг по указанным в постановлении на обыск домам, в том числе: договоры, протоколы, заключения, акты по приемке выполненных услуг (позиции 1 – 65, 66, 67 – 76), а также иный документы (том 7, л. д. 32 – 35).

Из протокола обыска (выемки) от 26.10.2016 старшего оперуполномоченного УЭБиПК УМВД РФ по Тульской области (т.7, л.д.36-39) следует, что в ходе поисковых мероприятий из помещений ОАО «Фирмы РЭМС» был изъят системный блок (пункт 4), электронные носители информации USB (пункты 5, 6, 7, 8).

Список документации, изъятой правоохранительными органами, позволяет сделать вывод о том, что значительная часть документации общества изъята на электронных носителях (флэш-накопители, системные блоки, том числе с программой «1-С Предприятие»), находится она у правоохранительных органов и при ее должном изучении конкурсный управляющий имел возможность получить информацию о дебиторской задолженности, об активах общества.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Однако, когда передача документации становится невозможной ввиду объективных факторов, находящихся вне сферы контроля директора, соответствующая презумпция применена быть не может.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 N 306-ЭС19-2986, при изъятии документации должника правоохранительными органами возникает объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по ее передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Указанный правовой подход соответствует позиции, изложенной в определениях Верховного суда Российской Федерации от 12.10.2020 N 302-ЭС20-10575, от 08.10.2020 N 305-ЭС20-1476, от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, от 22.07.2019 N 306-ЭС19-2986, а также в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019.

В данном конкретном случае, изъятие УЭБиПК УМВД РФ по Тульской области бухгалтерской и иной документации у ОАО «Фирма РЭМС» не позволяют ФИО8 передать конкурсному управляющему должника соответствующую документацию, исполнить определение Арбитражного суда Тульской области от 30.01.2017, согласно которому суд обязал бывшего руководителя ОАО фирма «РЭМС» ФИО8 передать конкурсному управляющему ОАО фирма «РЭМС» ФИО1 документы согласно указанному в определении перечню.

Данные обстоятельства указывают на отсутствие вины ФИО8 в не передаче документации, изъятой правоохранительными органами.

Несмотря на то, что изъятие документации у ОАО «Фирма РЭМС» было осуществлено в августе, октябре 2016 года, а определение Арбитражного суда Тульской области об истребовании у руководителя ОАО «Фирма «РЭМС» ФИО8 бухгалтерской и иной документации было вынесено 30.01.2017, т.е. позднее и при отсутствии каких-либо возражений со стороны бывшего руководителя должника, в данном конкретном случае имеются объективные препятствия по исполнению ФИО8 обязанности по передаче документации ОАО «Фирма «РЭМС» конкурсному управляющему должника.

Вместе с тем, у конкурсного управляющего должника имелась информация о факте изъятия правоохранительными органами документации ОАО «Фирма «РЭМС», в том числе, значительной ее части на электронных носителях (флэш-накопители, системные блоки, том числе, с программой «1-С Предприятие»).

При этом конкурсный управляющий ФИО1 является руководителем ОАО «Фирма РЭМС», поэтому имел возможность ознакомиться с теми документами, которые были изъяты правоохранительными органами, в том числе, с информацией, хранящейся в системных блоках, флэш-накопителях, однако, он предпочел этого не делать, а произвел целый ряд действий по попытке истребовать документы ОАО «Фирма «РЭМС» у ответчика, у которого отсутствовала реальная возможность для этого.

Конкурсный управляющий как лицо, осуществляющее полномочия руководителя должника и иных органов управления (пункт 1 статьи 129 Закона о банкротстве), для решения задач, возложенных на него Законом о банкротстве, не лишен возможности обратиться в правоохранительные органы с ходатайством о выдаче копий изъятых документов, а при невозможности их самостоятельного получения - за содействием в получении документации к суду, рассматривающему дело о банкротстве, применительно к правилам части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса. Совершение управляющим такого рода действий позволяет исключить из перечня истребуемых им документов те, доступ к которым невозможен по обстоятельствам, не зависящим от бывшего руководителя.

Определением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2024 судебное заседание откладывалось, конкурсному управляющему АО фирма «РЭМС» ФИО1 было предложено представить в суд пояснения и документы об обращении конкурсного управляющего АО фирма «РЭМС» ФИО1 самостоятельно к следователю о получении из уголовного дела №1.18.02700027.540012 иных документов, в том числе, истребованных у бывшего руководителя АО фирма «РЭМС» ФИО8.

В суд апелляционной инстанции поступили пояснения конкурсного управляющего ОАО фирма «РЭМС» ФИО1, изложенные в ходатайстве от 16.01.2025, в которых последний указал, что он самостоятельно не обращался в правоохранительные органы о получении из материалов уголовного дела № 1.18.02700027.540012 документов, в том числе истребованных у бывшего руководителя ОАО «Фирма РЭМС» ФИО8 определением Арбитражного суда Тульской области от 30.01.2017 по делу № А68-11420/2015.

Исходя из вышеизложенного судом первой инстанции сделан правомерный вывод о том, что конкурсным управляющим не опровергнуты доводы ответчика ФИО8 об отсутствии у неё возможности передать конкурсному управляющему соответствующие документы, что исключает привлечение ФИО8 к субсидиарной ответственности по основанию, установленному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (отсутствие либо непередача документов бухгалтерского учета).

Кроме того, конкурсный управляющий ссылался на то, что ответчиками – ФИО6 и ФИО7 причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этими лицами или в пользу этих лиц либо одобрения этими лицами одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В абзаце третьем пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В пункте 16 Постановления № 53 даны разъяснения о том, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию совершения (одобрения) им сделок должника является не только сам факт недействительности сделки, но и, прежде всего, ее убыточность и существенная значимость в хозяйственной деятельности должника - что означает, что в масштабе деятельности и оборотов общества сознательное совершение директором такой сделки (или последовательности сделок) неминуемо повлечет необратимые финансовые последствия и банкротство должника.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на заявителе, обратившемся суд с требованием о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в пункте 1 Обзора судебной практики № 2 (2016), утвержденного 06.07.2016 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает лишь тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица

Однако, факт совершения сделки, в том числе сделки, приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчиков обязанности нести названную ответственность по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Потому для привлечения названных лиц к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными, противоправными действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде банкротства должника.

В частности, как указано конкурсным управляющим должника, ФИО7 и ФИО6 являются контролирующими должника лицами, входят с ним в одну группу лиц, что установлено вступившими в законную силу судебными актами в рамках обособленного спора № А68-11420-14/2015 по заявлению конкурсного управляющего должника к ИП ФИО7 об оспаривании сделки должника. Определением Арбитражного суда Тульской области от 23.04.2021, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2021 и постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 07.02.2022 по настоящему делу, признаны недействительными платежи должника в пользу ИП ФИО7 в общей сумме 5 583 774,78 рублей, и указанная сумма взыскана с ФИО7 в пользу должника.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 26.10.2023, определение Арбитражного суда Тульской области от 14.10.2022 по делу № А68-11420/2015 изменено в части признания сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки. Признаны недействительными сделки по перечислению должником в пользу АО «РЭМС» (ОГРН <***>, ИНН <***>) денежных средств в сумме 5 233 265 рублей. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с АО «РЭМС» в пользу должника денежных средств в общей сумме 5 233 265 рублей. В остальной части в удовлетворении заявления отказано (обособленный спор № А68-11420-13/2015).

В ходе рассмотрения указанных споров судами сделаны выводы о том, что «…ФИО6 являлся руководителем должника с 02.08.2010 по 15.02.2013, а также руководителем правопреемника должника – АО «РЭМС» (ИНН <***>) со дня его создания как юридического лица (04.10.2011) до 03.05.2012. Кроме того, ФИО6 являлся также и руководителем (генеральным директором) ООО «АДС ЖКХ», деятельность прекращена 30.07.2018, единственным участником которого является ФИО15. ФИО15 являлась и является одновременно единственным учредителем юридического лица (и является его аффилированным лицом) с наименованием, тождественным наименованию должника, – ОАО Фирма «РЭМС» (ИНН <***>), зарегистрированного изначально в г. Калуге, впоследствии изменившего место своего нахождения на <...>), и осуществляющего управление 232 многоквартирными домами в г. Туле, которые ранее находились в управлении должника. Руководителем ОАО Фирма «РЭМС» (ИНН <***>) до 14.09.2016 была ФИО7 (ИНН <***>, до замужества ФИО16, супруга ФИО6). Таким образом, должник, ФИО6, АО «РЭМС», ОАО Фирма «РЭМС» (ИНН <***>), ООО «АДС ЖКХ», ФИО15 и ФИО7 входили и входят в одну группу лиц, и, как следствие, являются заинтересованными по отношению друг к другу.».

Конкурсный управляющий ссылался на то, что ФИО7 имела право распоряжаться более чем половиной голосующих акций должника и, входя в одну группу лиц вместе со своим супругом ФИО6, они определяли действия должника и давали обязательные указания остальным лицам: АО «РЭМС» (ИНН <***>), ФИО15, ОАО Фирме «РЭМС» (ИНН <***>), ФИО5, ФИО17, другим юридическим и физическим лицам, которые, как установлено неоднократно судами, входили в одну группу лиц и действовали согласованно.

Между тем, в подтверждение указанного довода о том, что ФИО7 имела право распоряжаться более чем половиной голосующих акций должника, конкурсным управляющим не представлены соответствующие доказательства, равно как и не представлены доказательства того, что прекращение должником функций управляющей организацией в отношении 232 многоквартирных домов в г. Туле, после чего такие функции осуществляла организация с наименованием, тождественным наименованию должника, – ОАО Фирма «РЭМС» (ИНН <***>), явилось следствием действий ФИО7 и/или ФИО6, учитывая, что выбор способа управления многоквартирным домом и организации осуществляется собственниками помещений (статья 161 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Конкурсный управляющий также ссылался на то, что судами в ходе рассмотрения обособленных споров по настоящему делу установлено, что АО «РЭМС» (ИНН <***>) было создано 04.10.2011 в результате реорганизации в форме выделения первоначально как дочернее общество должника (ОАО фирмы «РЭМС»), которому было передано абсолютное большинство внеоборотных активов должника (согласно уточненному акту приема-передачи имущества и обязательств от 04.10.2011). Из акта приема-передачи имущества и обязательств от 04.10.2011 следует, что в результате реорганизации должника в собственность аффилированного ему АО «РЭМС» (ИНН <***>) были переданы 127 объектов недвижимости. Несмотря на формальную законность сделки реорганизации должника 04.10.2011 в форме выделения из него АО «РЭМС» (ИНН <***>) и отсутствия в этот период времени у должника признаков неплатежеспособности, по мнению конкурсного управляющего, эту процедуру следует оценивать через призму последующих действий контролирующих должника лиц – ФИО7 и ФИО6: после завершения указанной реорганизации должник экономически стал центром формирования долговых обязательств перед кредиторами, в то время как АО «РЭМС» (ИНН <***>) – центром распределения прибыли (центром формирования активов). Из прилагаемой отчетности АО «РЭМС» (ИНН <***>) усматривается, что по итогам 2013 года его чистая прибыль составила 2,561 млн. руб., 2014 года – 6,648 млн. руб. и 2015 года – 2,205 млн. руб., тогда как у должника в октябре 2013 года возникли признаки неплатежеспособности, а 28.12.2015 в отношении него было возбуждено дело банкротстве, что установлено судами. Иными словами, Т-выми была использована бизнес-модель с разделением на рисковую и безрисковую части, что позволяло в случае проблем с оплатой ресурсоснабжающим организациям продолжить ведение деятельности, не утрачивая активы.

При оценке указанных доводов конкурсного управляющего суд первой инстанции исходил из того, что вступившим в законную силу определением суда от 14.10.2022 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего к АО «РЭМС» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительной сделки по реорганизации ОАО фирма «РЭМС» в форме выделения из его состава АО «РЭМС» (ГРН записи 2117154307170 от 04.10.2011) (обособленный спор № А68-11420-11/2015).

В ходе рассмотрения указанного спора суд пришел к выводу о том, что на момент завершения процедуры реорганизации (04.10.2011) ОАО фирма «РЭМС» не имело признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Более того, учитывая дату завершения процедуры реорганизации оспариваемой сделкой в принципе не могли быть нарушены права конкурсных кредиторов ОАО фирма «РЭМС», требования которых включены в реестр требований кредиторов, поскольку в правоотношения с ОАО фирма «РЭМС» они вступили после завершения процедуры реорганизации и имели возможность учесть эти обстоятельства при принятии управленческих и хозяйственных решений (применительно к правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016). Кроме того, в момент совершения сделки должник находился в устойчивом финансовом состоянии: согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 04.10.2011 (до реорганизации) превышение активов должника над обязательствами составляло 97 177 тыс. руб., после реорганизации на эту же дату – 97 106 тыс. руб. В результате реорганизации должником получена прибыль в размере 157 тыс. руб. Конкурсным управляющим не приведено доказательств превышения размера неисполненных обязательств должника по состоянию на 04.10.2011, когда был составлен уточненный передаточный акт между должником и ответчиком, над стоимостью имеющегося у должника имущества. Кроме того, в результате реорганизации в отношении переданных в пользу вновь созданного общества активов должником получено встречное предоставление в виде полученных 100 % акций вновь созданной организации. Конкурсным управляющим не приведено в обоснование причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и предшествовавшей этому реорганизацией со ссылкой на имеющиеся в материалах дела доказательства.

Судом первой инстанции также учтена правовая позиция, изложенная в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, согласно которой предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время ст. 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Учитывая результаты рассмотрения заявления конкурсного управляющего к АО «РЭМС» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительной сделки по реорганизации ОАО фирма «РЭМС» в форме выделения из его состава АО «РЭМС», а также сделанные в ходе рассмотрения этого спора выводы, суд первой инстанции правомерно отклонил заявленные конкурсным управляющим в настоящем споре доводы о банкротстве должника вследствие указанных действий, совершенных под контролем ФИО7 и ФИО6

При таких обстоятельствах в удовлетворении заявления в части требования о привлечении ФИО7 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве правомерно отказано.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО7 и ФИО6 должны быть привлечены к субсидиарной ответственности на основании п.4 ст. 10 Закона о банкротстве (за доведение до банкротства) были предметом рассмотрения суда первой инстанции, которым дана соответствующая правовая оценка.

Кроме того, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ, конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательства совершения ФИО7 и ФИО6 каких-либо действий (бездействий), явившихся необходимой причиной банкротства должника.

В материалах дела отсутствуют как доказательства того, что в управлении должника находились 232 многоквартирных дома, так и доказательства того, что в отсутствии законных оснований управление многоквартирными домами было передано другой организации, а также даты совершения указанной «передачи».

Более того, в силу ст. 161 ЖК РФ выбор способа управления многоквартирным домом, а также управляющей организации осуществляется собственниками помещений в многоквартирном доме. Соответственно, в любом случае ни ФИО6, ни ФИО7 не могли повлиять на принятие деловых решений, определивших существенные условия сделок по передаче многоквартирных домов от должника к другой организации.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что объективное банкротство не наступило бы без совершения предполагаемой конкурсным управляющим сделки по передаче многоквартирных домов, а также доказательства того, что указанной сделкой причинен существенный вред кредиторам, т.е. сделка являлась одновременно значимой для должника и существенно убыточной.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для вывода о том, что действиями ФИО7 и ФИО6 должник доведен до банкротства в результате «передачи» многоквартирных домов из управления должника в управление другой организации.

Доводы конкурсного управляющего о вине ФИО6 и ФИО7 в доведении должника до банкротства путем реорганизации должника, которая состоялась 04.10.2011, были предметом рассмотрения обособленного спора (А68-11420-11/2015).

Определением суда от 14.10.22 было отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по реорганизации должника в форме выделения АО «РЭМС», в т.ч. в связи с равноценностью полученного должником встречного предоставления (по результатам реорганизации должник получил акции выделенного общества, стоимость которых соответствует стоимости переданных выделенному обществу активов и обязательств).

В силу правовой позиции, изложенной в п. 23 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.17 №53 (далее - Пленум ВС РФ №23), конкурсный управляющий не вправе ссылаться на нерыночный характер сделки по реорганизации должника в целях применения презумпции доведения до банкротства.

Довод конкурсного управляющего о том, что по завершении реорганизации должник стал центром формирования долговых обязательств перед кредиторами, в то время как выделенное общество - центром распределения прибыли также был предметом рассмотрения в деле А68-11420-11/2015 и не нашел подтверждения.

В настоящем деле также отсутствуют доказательства того, что указанный довод конкурсного управляющего соответствует фактическим обстоятельствам.

Более того, материалы дела подтверждают обратное: согласно бухгалтерской отчетности должника в результате реорганизации была получена прибыль в размере 157 тыс. руб.

Кроме того, как следует из пояснений ФИО7 и ФИО6, передача имущества по разделительному балансу выделенному обществу сама по себе не являлось созданием центра прибыли.

Целью создания ’’центра прибыли” и "центров убытков" является создание условий для максимального получения прибыли "центром прибыли” за счет минимизации его издержек, которые посредством сложной системы договорных отношений переносятся на "центры убытков".

Факт получения выделенным обществом прибыли после того, как у должника возникли признаки неплатежеспособности, является результатом хозяйственной деятельности, а не доказательством создания «центра прибыли» и «центра убытков» в отсутствии доказательств переноса издержек выделенного общества на должника.

Из материалов дела усматривается, что расходы должника связаны исключительно с его собственными обязательствами.

Конкурсным управляющим должника в материалы дела не представлены доказательства того, что АО «РЭМС» являлся бенефициаром доходов, полученных ОАО фирма «РЭМС». Напротив, ОАО фирма «РЭМС» имело право на получение 100% прибыли, полученной от деятельности АО «РЭМС», а не наоборот.

Таким образом, довод конкурсного управляющего о создании «центра прибыли» и «центра убытков» (использование бизнес-модели с разделением на рисковую и безрисковую часты) не соответствует фактическим обстоятельствам дела, не подтвержден какими-либо доказательствами, отвечающими признакам допустимости и относимости.

Довод конкурсного управляющего о том, что отказывая в привлечении ФИО7 и ФИО6 к субсидиарной ответственности, суд ограничился лишь фактом того, что вступившим в законную силу определением суда от 14.10.2022 отказано в признании сделки по реорганизации должника недействительной, однако проигнорировал иные действия, совершенные контролирующими должника лицами во вред самому должнику, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и действующему процессуальному законодательству.

В силу правовой позиции, изложенной в п. 23 Пленума ВС РФ № 23, на конкурсном управляющем лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Соответственно, конкурсный управляющий обязан указать суду сделки, в результате которых контролирующие должника лица совершили действия, явившиеся необходимой причиной банкротства, и представить доказательства участия контролирующих лиц в принятии деловых решений по указанным сделкам, а также то, что указанные сделки являлись значимыми для должника (применительно к масштабам его деятельности) и в их результате причинен существенный вред кредиторам.

Суд первой инстанции проанализировал все сделки, указанные конкурсным управляющим должника, и оценил все доказательства, имеющиеся в материалах дела.

Вопреки доводу конкурсного управляющего должника у суда отсутствует обязанность по сбору доказательств и самостоятельно выявлять сделки, которые могли бы явиться необходимой причиной банкротства, но не были указаны конкурсным управляющим.

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия полагает, что апелляционная жалоба не содержит доводов, свидетельствующих о наличии обстоятельств, влияющих на обоснованность и законность судебного акта либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем, доводы подателя жалобы признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тульской области от 14.06.2024 по делу № А68-11420/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи

Ю.А. Волкова

Н.А. Волошина

Ю.Е. Холодкова