Приговор № 1-64/2017 от 23 июня 2017 г. по делу № 1-64/2017

Дело № 1-64/2017


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Удомля 23 июня 2017 года

Удомельский городской суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Галкина С.В.,

при секретаре Еремеевой Н.И.,

с участием государственного обвинителя – Удомельского межрайонного прокурора Цурикова С.В.,

подсудимого Дзюбина В.В.,

защитника подсудимого – адвоката Сайдуллаевой Л.Н., представившей удостоверение № от 02.09.2013 года и ордер № от 29.05.2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

Дзюбина В.В., <данные изъяты>,

в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

Дзюбин В.В., являясь лицом, управляющим автомобилем, находясь в состоянии опьянения, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено в <адрес> при следующих обстоятельствах:

03 августа 2016 года в период с 21 часа 29 минут до 22 часов 05 минут Дзюбин В.В., находясь в состоянии алкогольного опьянения, в тёмное время суток, по сухому асфальтовому покрытию управлял принадлежащим ему технически исправным автомобилем марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, и следовал по проезжей части дороги <адрес> в направлении к г. <адрес>, перевозя в качестве пассажира на переднем пассажирском сиденье ФИО1

В указанное время Дзюбин В.В., подъехав со скоростью 40 км/ч к нерегулируемому У-образному перекрёстку, расположенному около автозаправочной станции на 19 км автодороги <адрес>, намеревался совершить поворот налево к <адрес>, и будучи обязанным знать и соблюдать Правила дорожного движения РФ и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности и не причинять вреда, по причине нахождения в состоянии опьянения проявил невнимательность, неверно оценил складывающуюся дорожную обстановку и, не убедившись в безопасности своих действий, приступил к выполнению поворота налево.

Своими действиями Дзюбин В.В. не уступил преимущество в движении встречному автомобилю, и создав опасную обстановку, выехал на встречную сторону автодороги, где совершил столкновение с автомобилем марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2., который двигался по автодороге <адрес>.

В результате нарушения водителем Дзюбиным В.В. Правил дорожного движения РФ и произошедшего вследствие этого дорожно-транспортного происшествия, водителю ФИО2 были причинены сочетанная травма головы, туловища, конечностей: тяжелая черепно-мозговая травма - линейный перелом свода черепа на уровне лобной кости справа с ушибом головного мозга в области правой лобной доли; перелом правой ключицы со смещением отломков; оскольчатый перелом тела левой бедренной кости на границе верхней и средней трети диафиза со смещением отломков и наружным ротационным травматическим подвывихом левой бедренной кости; наружный ротационный травматический подвывих правой бедренной кости; ушибленная рана в области правого коленного сустава; гематома (массивное кровоизлияние) мышц правого тазобедренного сустава.

Перелом свода черепа справа у ФИО2 являлся опасным для жизни, а перелом диафиза левой бедренной кости влечёт за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, поэтому все имеющиеся у потерпевшего повреждения расцениваются в совокупности как тяжкий вред здоровью.

Причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2 наступили в результате дорожно-транспортного происшествия и находятся в прямой причинно-следственной связи с противоправными действиями Дзюбина В.В., который, управляя автомобилем, нарушил требования следующих пунктов Правил дорожного движения РФ, утверждённых Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090 «О правилах дорожного движения»:

- пункта 1.3, обязывающего участников дорожного движения знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки...;

- пункта 1.5, обязывающего участников дорожного движения действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда;

- пункта 8.1, обязывающего участников дорожного при выполнении манёвра не создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.. .;

- пункта 10.1, обязывающего водителя вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства;

- пункта 13.12, обязывающего водителя безрельсового транспортного средства при повороте налево или развороте уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направления прямо или направо.

Данные нарушения и привели к указанным выше последствиям, то есть своими действиями Дзюбин В.В. совершил преступление, предусмотренное частью 2 статьи 264 УК Российской Федерации.

В судебном заседании подсудимый Дзюбин В.В. свою вину в совершении преступления не признал. Пояснил, что 03 августа 2016 года он около 17:00 часов на принадлежащей ему автомашине марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, приехал с работы на дачный участок, расположенный в <адрес>, где уже находилась его супруга. На участке они с супругой занимались садовыми работами. На улице было жарко, и в ходе работы он употребил около 1,5 литров пива, которое привёз с собой. Супруга тоже употребила пиво – около 0,5 л.

Около 22:00 часов они с супругой поехали домой. Не смотря на то, что вечером он употреблял пиво, чувствовал он себя вполне хорошо, поэтому спокойно сел за руль машины, а супруга села на переднее пассажирское сиденье. На улице было уже темно, и он двигался с ближним светом фар, дополнительно были включены противотуманные ксеноновые фары.

Выезжая из деревни на автодорогу <адрес>, он увидел, как в направлении города <данные изъяты> на своей машине движется его знакомый ФИО3. Они друг другу посигналили светом фар, и он поехал за Королёвым в направлении города <данные изъяты>.

Подъезжая к городу Удомля, перед автозаправочной станцией <данные изъяты> он намеревался повернуть налево – в направлении проспекта <данные изъяты>. Он видел, что ФИО3, который двигался примерно в ста метрах впереди его, проехал данный поворот, и двигался прямо. Впереди себя он видел только задние огни автомашины ФИО3, никаких встречных машин не было. Сбросив скорость до 40 км/ч, включив вторую передачу, и убедившись, что встречных машин нет, он приступил к манёвру «поворот налево», выехав на встречную полосу движения.

В это момент его супруга в свете фар его автомобиля увидела встречную машину, и громко закричала, после чего последовал сильный удар в переднюю часть машины. Он встречную машину увидел только в последний момент, и не успел среагировать. После столкновения автомашин он на какое-то время потерял сознание. Когда очнулся, то увидел, что находится в своей автомашине на месте водителя. Вокруг машины уже находились люди, которые помогли ему и его супруге выбраться из машины. После чего их доставили в больницу, так как у супруги от осколков лобового стекла были многочисленные порезы на лице, а у него был сильный вывих левого бедра.

Впоследствии он разговаривал с ФИО3, который приходил к нему в больницу. С его слов перед поворотом на заправку тот видел, что навстречу им двигалась автомашина без габаритных огней и включённым светом фар. Данная машина проехала мимо ФИО3, после чего произошло столкновение. Уверен, что именно по этой причине произошло дорожно-транспортное происшествие, поскольку водитель встречного транспортного средства двигался без включённого света фар. В связи с чем, он не мог увидеть в темноте данное транспортное средство, и без каких-либо сомнений приступил к манёвру «поворот налево», так как ни он, ни его супруга, не видели света фар встречных автомобилей. Кроме того, перекрёсток, на котором произошло дорожно-транспортное происшествие, в тёмное время суток не освещён. Виновным в дорожно-транспортном происшествии считает водителя встречной автомашины ФИО2, который двигался с не включённым ближним светом фар. Полагает, что водитель встречной машины мог находиться под воздействием наркотических средств, поскольку должен был видеть, как он совершает поворот налево, и мог во избежание столкновения остановиться, либо свернуть в сторону. Однако не сделал этого, и продолжил движение прямо. Себя считает виновным только в том, что сел за руль автомашины, находясь в состоянии алкогольного опьянения.

Несмотря на непризнание вины, виновность Дзюбина В.В. в совершении описанного выше преступления подтверждается следующими доказательствами, собранными предварительным следствием и исследованными в судебном заседании:

Так, из показаний потерпевшего ФИО2 следует, что он пользовался автомашиной марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, синего цвета, которая принадлежит его отчиму ФИО4 03 августа 2016 года после 21:00 часа он на данной автомашине выехал из дома своей сожительницы на дачу родителей, расположенную в <адрес>. Машина была в исправном состоянии. На улице было уже темно, и он двигался по городу с включённым ближним светом фар. Выезжая из города <данные изъяты>, он двигался по <адрес>, включив дальний свет. Когда подъезжал к автозаправочной станции <данные изъяты>, расположенной у въезда в город, увидел свет фар встречных автомашин, поэтому переключил фары на ближний свет. Двигался он со скоростью около 60-70км/ч, и автозаправочную станцию проехал быстро. Как только он проехал автозаправочную станцию, за доли секунд увидел перед своей автомашиной встречную автомашину марки «<данные изъяты>» серебристого цвета, которая осуществляя поворот налево, выехала на его полосу движения, после чего произошло столкновение. Данную автомашину он видел впереди себя примерно за 50 метров, но никакой опасности не предполагал, поскольку двигались они каждый в своей полосе. Всё произошло очень быстро, и он не успел среагировать на появление встречной автомашины в своей полосе движения. После столкновения автомашин он потерял сознание, и очнулся через несколько месяцев в больнице. Со слов родственников и врачей узнал, что длительное время находился в коме. В результате ДТП у него была сломана левая нога, получил тяжелый ушиб головного мозга и другие повреждения. Виновником дорожно-транспортного происшествия считает водителя автомашины «<данные изъяты>», который осуществляя манёвр «поворот налево», не уступил ему дорогу.

Из показаний свидетеля ФИО1. в судебном заседании следует, что что 03 августа 2016 года она была в отпуске и в течение всего дня находилась на даче, расположенной в <адрес>. После 17:00 часов на дачу приехал её муж – Дзюбин В.В., который привёз с собой пиво. Во время работы на дачном участке она выпила одну бутылку лёгкого пива объёмом 0,5 литра, а муж употребил около 1,5 литра пива. Когда на улице уже стемнело, они стали собираться домой, и после 21:00 часа выехали с дачи. Муж сел за руль автомашины, а она на переднее пассажирское сиденье. Когда они выезжали из деревни на дорогу <адрес>, мимо них в направлении города проехала машина ФИО3, с которым её супруг хорошо знаком. Они выехали на дорогу, и поехали за машиной ФИО3, которая двигалась перед ними на расстоянии около 100 метров. Перед въездом в город у автозаправочной станции <данные изъяты> им нужно было свернуть налево, в направлении к проспекту <данные изъяты>, однако ФИО3 почему-то поехал прямо. После чего она заметила, как на машине ФИО3 загорелись красные стоп-сигналы. Её супруг, подъехав к перекрёстку, стал поворачивать налево, так как они намеривались въехать в город с проспекта <данные изъяты>, и стал въезжать на встречную полосу. В этот момент в непосредственной близости перед их машиной она увидела встречную автомашину, и закричала мужу об опасности, после чего произошло столкновение. До столкновения ни встречной машины, ни света её фар, она не видела. После столкновения машин она на какое-то время потеряла сознание, когда пришла в себя, то увидела, что возле машин находятся люди. Она вышла из машины самостоятельно, а её супруг был зажат в машине, и не мог выйти. Подошедшие люди помогли её мужу выбраться из машины, вызвали скорую помощь, после чего их доставили в больницу. В результате ДТП у неё были причинены телесные повреждения в виде перелома правой руки, множественные порезы лица осколками лобового стекла. У мужа был сильных вывих левого бедра, в результате чего он длительное время провёл в больнице. Считает виновным в ДТП водителя встречной автомашины, который двигался в тёмное время суток без включённого света фар.

Из показаний свидетеля ФИО3 в судебном заседании следует, что ранее он работал в должности инспектора ГИБДД, а в настоящее время является индивидуальным предпринимателем. 03 августа 2016 года около 22:00 часов он на своём автомобиле марки «<данные изъяты>» подъезжал к городу <данные изъяты> по автодороге <адрес>. Проезжая мимо <адрес>, он увидел автомобиль своего знакомого Дзюбина В., который находился за рулём своего автомобиля марки «<данные изъяты>» серебристого цвета. Они поприветствовали другу друга, посигналив светом фар. После чего он продолжил движение прямо, а Дзюбин на своей автомашине выехал на автодорогу <адрес>, и поехал следом за ним. В этот момент на автодороге других транспортных средств не было, и он хорошо видел свет фар машины Дзюбина в зеркалах заднего вида.

Перед въездом в город он проехал У-образный перекрёсток, так как намеревался заехать на автозаправочную станцию, расположенную за перекрёстком, поэтому двигался прямо. Снизив скорость, он приготовился повернуть налево, чтобы заехать на автозаправочную станцию. В этот момент он на расстоянии примерно 50-70 метров увидел встречное транспортное средство, с недостаточным освещением фар. По расположению и размерам горящей системы освещения он предположил, что это мог быть либо мотоцикл, либо легковая автомашина. Не смотря на то, что головное освещение встречного транспортного средства было очень тусклым, он достаточно отчётливо видел огни данного транспортного средства. После чего в свете фар своего автомобиля увидел, что ему навстречу движется автомашина марки «<данные изъяты>». Увидев встречную автомашину, он остановился, пропуская её, включил левый указатель поворота, после чего намеревался повернуть налево и заехать на автозаправочную станцию. Пропустив мимо себя автомашину марки «<данные изъяты>», он приготовился к манёвру «поворот налево», и в этот момент услышал позади своей машины сильный удар. После чего в зеркало заднего вида увидел, что произошло столкновение автомашины под управлением Дзюбина В.В., и встречной автомашины, которую он только что пропустил мимо себя.

Он развернулся и подъехал к месту аварии, которое было расположено на перекрёстке, ведущем с автодороги <адрес>. Подъехав к месту столкновения, он подбежал к машине Дзюбина, который был зажат на водительском сиденье, пытался что-то сказать, и стонал от боли. Супруга ФИО1, сидевшая на переднем пассажирском сиденье, находилась без сознания, у неё на голове было сильное рассечение, шла кровь. Он привёл супругу ФИО1 в чувство, и помог ей выйти из машины. Убедившись, что оба живы, он подошёл к машине «<данные изъяты>», водитель которой также был зажат в машине, и находился без сознания.

После этого к месту столкновения стали подъезжать машины, собираться люди. Водители подъехавших машин помогали ему разжимать повреждённые машины, чтобы извлечь зажатых водителей. Поскольку ранее работал в системе ГИБДД, и хорошо знаком с аварийными ситуациями, он открепил клеммы на аккумуляторах обеих машин, во избежание короткого замыкания и последующего возгорания. С помощью подошедших людей им удалось извлечь Дзюбина из повреждённой автомашины. Но водитель автомашины «<данные изъяты>» был настолько сильно зажат в своей машине, что его удалось извлечь только тогда, когда приехали сотрудники МЧС. Все пострадавших в ДТП на машинах скорой помощи отправили в больницу. Водитель автомашины «<данные изъяты>» был в очень тяжёлом состоянии.

Осмотрев визуально место столкновения автомашин, он понял, что Дзюбин, подъезжая к городу <данные изъяты>, на У-образном перекрёстке совершал манёвр «поворот налево», и как только выехал на полосу встречного движения – произошло столкновение с автомашиной марки «<данные изъяты>», которая двигалась прямо во встречном направлении. По какой причине произошло столкновение, он не знал.

На следующий день обратился к владельцу автозаправочной станции <данные изъяты>, с просьбой посмотреть видеозапись с камер видеонаблюдения, выходящих на автодорогу <данные изъяты>, так как хотел разобраться, что именно произошло, и не показалось ли ему, что встречная автомашина марки «<данные изъяты>», которую он пропустил, и двигалась с нестандартным освещением. Просмотрев видеозапись, он убедился, что данная автомашина действительно ехала с тусклым светом фар. Сделав копию видеозаписи на внешний носитель, он впоследствии принёс эту запись Дзюбину в больницу, где тот проходил лечение.

Из показаний свидетеля ФИО5 в судебном заседании следует, что 03 августа 2016 года около 22:00 часов он подъезжал к городу <данные изъяты> на своей автомашине. На улице уже было темно. Впереди него двигалась грузовая автомашина - эвакуатор. При подъезде к городу в районе заправочной станции <данные изъяты> услышал звук сильного удара, а когда подъехал ближе, то увидел, что в районе перекрёстка перед автозаправочной станцией стоят две повреждённые автомашины: марки «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>».

Автомашина марки «<данные изъяты>» находилась на встречной полосе движения, а автомашина «<данные изъяты>» стояла ближе к полосе движения, по которой двигался он. Остановившись, он подошёл к месту аварии. Вместе с ним остановились ещё несколько машин. Люди подошли к месту столкновения, помогали вытащить пострадавших. В салоне автомашины марки «<данные изъяты>» за рулём находился мужчина, который был в сознании, и стонал от боли. Самостоятельно водитель выбраться не мог, так как был зажат в машине. В автомашине марки «<данные изъяты>» за рулём находился мужчина, который также был зажат. Мужчина стонал от боли, но был без сознания. Он позвонил в полицию и скорую помощь, сообщив о произошедшем дорожно-транспортном происшествии. Потом приехали сотрудники МЧС, скорая помощь.

Из показаний свидетеля ФИО6 в судебном заседании следует, что в августе 2016 года он работал в должности инспектора дорожного надзора отделения ГИБДД МО МВД России «Удомельский», и 03 августа 2016 года находился на службе. В вечернее время, после 21:00 часа, от оперативного дежурного поступило сообщение о дорожно-транспортном происшествии на участке автодороги <данные изъяты>, возле автозаправочной станции <данные изъяты>. Он совместно с инспектором ДПС ФИО7. и следователем ФИО8. выехал на место ДТП, где увидел две повреждённые автомашины: марки «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». На месте ДТП уже присутствовали сотрудники МЧС, которые ещё до их приезда растащили повреждённые автомашины в разные стороны, освободив проезжую часть дороги. Со слов присутствующих на месте аварии очевидцев ему стало известно, что в результате ДТП пострадало три человека, которых бригады скорой помощи уже увезли в больницу.

По результатам осмотра места ДТП и со слов одного из очевидцев стало понятно, что автомашина марки «<данные изъяты>» под управлением потерпевшего ФИО2. двигалась по направлению из <адрес> прямо, а автомашина марки «<данные изъяты>» под управлением Дзюбина В.В. двигалась в направлении города <данные изъяты>. На перекрёстке перед автозаправочной станцией <данные изъяты> водитель автомашины «<данные изъяты>» Дзюбин В.В. стал поворачивать налево, и на встречной полосе произошло столкновение двух автомашин. Это было видно по глубоким царапинам на асфальте на полосе движения автомашины марки «<данные изъяты>» под управлением ФИО2. На асфальте также были видны множественные осколки стекол, оторванный бампер одной из автомашин. У обеих автомашин были сильные механические повреждения в передней левой части.

Очевидец дорожно-транспортного происшествия пояснил, что наблюдал столкновение автомашин в зеркало заднего вида своей автомашины. Перед столкновением автомашина марки «<данные изъяты>» проехала мимо него с тусклым светом фар. Как только данная автомашина проехала – произошло её столкновение с автомашиной марки «<данные изъяты>» под управлением Дзюбина В.В.

Впоследствии им проводилась доследственная проверка по факту данного дорожно-транспортного происшествия. В ходе проверки ему стало известно, что у Дзюбина В.В., находящегося на лечении в ЦМСЧ №, имеется диск с видеозаписью камер видеонаблюдения автозаправочной станции <данные изъяты>, где зафиксирован момент, когда мимо АЗС проезжала автомашина марки «<данные изъяты>» под управлением ФИО2 перед столкновением. Он выезжал в больницу и протоколом изымал у Дзюбина В.В. данный диск с видеозаписью. После проведения проверки все материалы были переданы в следственное отделение для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Из показаний свидетеля ФИО4 в судебном заседании следует, он является собственником автомашины марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, которой с осени 2015 года пользовался его пасынок – ФИО2

И он, и ФИО2. всегда следили за техническим состоянием автомашины, своевременно проводили ремонт, и техническое обслуживание. Последний раз техническое облуживание автомашины проводилось в феврале 2016 года. Все световые приборы в автомашине были в исправном состоянии. Автомашиной ФИО2. управлял ежедневно, в том числе и в тёмное время суток, и если бы у автомашины были какие-либо неисправности со световыми приборами, он бы об этом обязательно знал.

04 августа 2016 года в вечернее время его супруга сообщила ему о том, что ФИО2 днём дома не появлялся, на телефонные звонки не отвечал. Они стали беспокоиться, сразу же поехали на дачу, думая, что ФИО2 может быть там, но на даче его не оказалось. Тогда стали звонить в полицию и в больницу. В больнице сообщили, что ФИО2 попал в дорожно-транспортное происшествие, и находится в коме. Со слов врачей им стало известно, что у ФИО2 тяжелый ушиб головного мозга, перелом ноги, ключицы и другие повреждения.

Из показаний свидетеля ФИО9 в судебном заседании следует, ФИО2 - её сын, который с осени 2015 года пользовался автомашиной марки

«<данные изъяты>», принадлежащей её супругу. И сын, и супруг, всегда внимательно следили за исправным состоянием данной автомашины, при необходимости ремонтировали. С сыном она виделась практически ежедневно, он приезжал к ней на обед, иногда забирал её на машине с работы, привозил на работу.

04 августа 2016 года в вечернее время ей позвонила ФИО10., с которой проживал её сын, и сообщила, что ФИО2 со вчерашнего вечера дома не появлялся, телефон был выключен. Они забеспокоились, стали искать сына, звонили в полицию и больницу. Когда она позвонила в больницу, её попросили приехать в приёмное отделение, где ей сообщили, что сын находится в реанимации с полученными в результате дорожно-транспортного происшествия телесными повреждениями. Сын находился в коме. На следующий день врачи ей сказали, что сын находится в очень тяжелом состоянии и шансов на улучшение состояния не давали. Сын находился в коме с 03 августа по 01 сентября 2016 года. Первые дни, когда сын пришёл в себя, он не шевелился и не разговаривал, мог только открывать глаза. Впоследствии состояние сына стало улучшаться, но она боялась спрашивать сына об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, поскольку видела, что воспоминания о данном факте доставляют ему страдания. В ходе разговоров сын упоминал о том, что перед аварией видел перед собой автомашину «<данные изъяты>» серебристого цвета, и пытался уйти от столкновения. Иных подробностей произошедшего она у сына не спрашивала. В настоящее время собираются документы для оформления сыну группы инвалидности, поскольку в результате телесных повреждений, полученных в дорожно-транспортном происшествии, сын не может самостоятельно передвигаться.

Из показаний свидетеля ФИО10, оглашённых в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что с весны 2016 года она сожительствует с ФИО2., который пользовался автомашиной марки «<данные изъяты>», принадлежащей отчиму.

ФИО2 управлял данной автомашиной ежедневно, и всегда следил за её техническим состоянием. Световые приборы автомашины всегда были исправны. 03 августа 2016 года в 21 час 50 минут ФИО2. уехал на дачу своих родителей в <данные изъяты>, а она осталась дома. Больше она ФИО2 не видела. На следующий день в вечернее время ФИО2 не пришел с работы домой, телефон ФИО2 был отключён. Она заволновалась и позвонила его матери. Они вместе поехали на дачу, но ФИО2 там не было. Затем они стали звонить в полицию, больницу и узнали, что 03 августа 2016 года около 22:00 часов ФИО2 при выезде из города, попал в ДТП, столкнувшись со встречной автомашиной. В результате ДТП ФИО2 получил серьёзные телесные повреждения, и находится в реанимации. Около месяца ФИО2. находился в коме, затем его состояние стало улучшаться. В настоящее время он находится на домашнем лечении под наблюдением матери и врачей (том 2 л.д. 11-12).

Виновность подсудимого Дзюбина В.В. также подтверждается письменными доказательствами по делу, исследованными в судебном заседании:

Так, из рапорта оперативного дежурного МО МВД России «Удомельский» от 03 августа 2016 года (КУСП №) усматривается, что в 22 часа 05 минут поступило телефонное сообщение от ФИО5 о том, что у АЗС <данные изъяты> произошло дорожно-транспортное происшествие с пострадавшими (том 1 л.д.14);

- из рапорта оперативного дежурного МО МВД России «Удомельский» от 03 августа 2016 года (КУСП №) усматривается, что в 23 часа 15 минут поступило телефонное сообщение от медсестры ЦМСЧ № о том, что в приёмное отделение поступил ФИО2. с диагнозом: травматический шок, закрытый перелом левого бедра, рваная рана коленного сустава справа (том 1 л.д.15);

- из рапорта оперативного дежурного МО МВД России «Удомельский» от 03 августа 2016 года (КУСП № усматривается, что в 23 часа 20 минут поступило телефонное сообщение от медсестры ЦМСЧ № о том, что в приёмное отделение поступил Дзюбин В.В. с диагнозом: закрытый перелом левого бедра (том 1 л.д.16);

- из протокола осмотра места происшествия от 03 августа 2016 года с приложенной иллюстрационной таблицей и схемой места ДТП усматривается, что был осмотрен участок местности на 19 км автодороги <данные изъяты> в районе автозаправочной станции <данные изъяты>

Осмотр проводился в тёмное время суток, освещение на участке пути отсутствует. Согласно протоколу осмотра состояние видимости с включением света фар дальним составляет 100 метров, ближним – 50 метров.

На проезжей части находятся два автомобиля: марки «<данные изъяты>» (государственный регистрационный знак №) и марки «<данные изъяты>» (государственный регистрационный знак №).

Автомобиль «<данные изъяты>» расположен на левой полосе проезжей части автодороги, поперёк полосы, задней частью к краю проезжей части. Автомобиль «<данные изъяты>» стоит на правой полосе проезжей части автодороги, задняя часть автомобиля примыкает к правой линии горизонтальной дорожной разметки. У обоих автомобилей значительно повреждены передние части. НА проезжей части между передними частями автомобилей лежит множество осколков стекол, обломков кузова.

Координаты столкновения установлены по царапинам белого цвета на асфальте в 42,9 м от места привязки (том 1 л.д. 18-35);

- согласно акту обследования дорожных условий в месте совершения ДТП от 03 августа 2016 года, недостатки в содержании дороги отсутствуют (том 1 л.д.45);

- из протокола осмотра транспортного средства от 03 августа 2016 года, усматривается, что был осмотрен автомобиль марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, у которого зафиксированы механические повреждения капота, левого переднего крыла, переднего бампера, левой передней двери, правых и левых передних фар, левой передней стойки, крыши, лобового стекла, стекла левой передней двери (том 1 л.д.37-38);

- из протокола дополнительного осмотра транспортного средства от 06 октября 2016 года и приложенной фототаблицы усматривается, что с участием специалиста АНО «<данные изъяты>» был дополнительно осмотрен автомобиль марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, имеющий внешние механические повреждения (том 1 л.д.111-118);

- из протокола осмотра транспортного средства от 03 августа 2016 года усматривается, что был осмотрен автомобиль марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, у которого зафиксированы механические повреждения лобового стекла, капота, правого и левого переднего крыла, крыши, переднего бампера, решетки радиатора, передней и задней левых дверей, левого зеркала заднего вида, передней левой стойки, панели приборов, рулевой колонки, переднего левого диска колеса, стекла левой передней двери, повреждения внутри салона (том 1 л.д.39-40);

- из протокола дополнительного осмотра транспортного средства от 06 октября 2016 года и приложенной фототаблицы усматривается, что с участием специалиста АНО «<данные изъяты>» был дополнительно осмотрен автомобиль марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, имеющий внешние механические повреждения (том 1 л.д.106-110);

- согласно заключению № (выписка из акта судебно-химического исследования) от 05 августа 2016 года при исследовании крови Дзюбина В.В. обнаружен этиловый спирт в количестве 2,4%о (том 1 л.д.47);

- из акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица № от 09 декабря 2016 года усматривается, что у Дзюбина В.В. по состоянию на 03 августа 2016 года установлено состояние опьянения, в его крови обнаружен этиловый спирт в количестве 2,4 промилле (том 1 л.д.147);

- из протокола осмотра места происшествия от 12 августа 2016 года и приложенной фототаблицей к нему усматривается, что в хирургическом отделении стационара ФБУЗ ЦМСЧ № ФМБА России у Дзюбина В.В. изъят DVD-R-диск видеозаписью с камеры видеонаблюдения, установленной на АЗС <данные изъяты> (том 1 л.д.56-60);

- из протокола осмотра и прослушивания фонограммы от 02 февраля 2017 года следует, что была осмотрена видеозапись с камер видеонаблюдения на АЗС «<данные изъяты>» на DVD-Rдиске, изъятом у Дзюбина В.В. В ходе просмотра видеозаписи установлено, что у автомашины, совершившей столкновение с автомашиной под управлением Дзюбина В.В., видны два огня от автомобильных фар. При этом левый огонь горит ярче, чем правый (том 2 л.д. 22-36);

- из протокола осмотра места происшествия от 06 октября 2016 года и приложенной фототаблицы к нему усматривается, что с участием специалистов АНО «<данные изъяты>», статиста, инспекторов ДПС, был осмотрен участок автодороги <данные изъяты>, расположенный на 19 км, вблизи автозаправочной станции «<данные изъяты>», с целью установления предметной видимости автомобиля «<данные изъяты>» с включённым одним габаритом в дорожных условиях, приближенных к рассматриваемому событию.

В момент визуального определения, расстояние до нулевой линии от автомобиля аналога «<данные изъяты>» с включённым одним габаритным огнём составило 30 метров, для автомобиля «<данные изъяты>» составило 60 метров. Общее расстояние между встречными автомобилями составило 90 метров (том 1 л.д. 101-105);

- из заключения № от 10 октября 2016 года судебно-экспертной лаборатории автотехнической экспертизы усматривается, что столкновение транспортных средств происходило в центральной части полосы движения автомобиля «<данные изъяты>» на расстоянии около 1,5+0,5м от середины дороги. Скорость автомобиля «<данные изъяты>» в момент происшествия была около 40 км/ч. Для водителя автомобиля «<данные изъяты>», чьи действия привели к созданию опасной и далее аварийной обстановке на автодороге, техническая возможность предотвращения происшествия определялась выполнением требований пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 8.2, 10.1, 13.12 ПДД РФ и такая возможность у него имелась. Действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» не соответствует указанным пунктам Правил дорожного движения, и состояли в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием: не было бы несоответствий, не было бы и столкновения.

В действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» несоответствий требованиям п. 1.5, 10.1 ПДД РФ не усматривается. В заданной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» не имел технической возможности предотвратить происшествия (том1 л.д. 120-143);

- из заключения технико-автотехнической судебной экспертизы № от 20 февраля 2017 года усматривается, что водитель автомашина «<данные изъяты>» ФИО2 вёл автомобиль по своей половине проезжей части, опасности для движения водителю автомобиля марки «<данные изъяты>» Дзюбину В.В. не создавал. С момента возникновения такой опасности не имел технической возможности предотвратить встречное столкновение.

Для водителя Дзюбина В.В. никто из участников движения и ничто из дорожной обстановки не создавали внезапной опасности или препятствия, возникновение которых он не мог предвидеть, и что могло бы потребовать от него выполнения каких-либо экстренных действий по управлению транспортным средством с целью предотвращения происшествия.

Именно действия водителя Дзюбина В.В., несоответствующие требованиям п.8.1 ПДД РФ в части «…при выполнении манёвра не должны создаваться опасность для движения…», и пункта 13.12 ПДД РФ в части «при повороте налево или развороте водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направления прямо…», состояли в причинной связи с рассматриваемым событием, то есть послужили необходимой и достаточной (непосредственной) причиной рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия.

С технической точки зрения, в исследуемой дорожно-транспортной ситуации предотвращение данного ДТП со стороны водителя автомобиля «<данные изъяты>» Дзюбина в.В. зависело не от наличия или отсутствия технической возможности, а целиком зависело от его действий, не противоречащих приведённых требований Правил дорожного движения. В случае полного и своевременного выполнения требований пункта 8.1 ПДД РФ и пункта 13.12 ПДД РФ, он мог (и имел техническую возможность) не допустить столкновение со встречным автомобилем «<данные изъяты>».

В рассматриваемой ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО2 пользовался преимущественным правом на движение (вне зависимости от времени суток, освещённости встречного автомобиля и т.п.), то есть не мог предвидеть, да и не должен, что встречный автомобиль начнёт выполнять левый поворот в непосредственной близости от его автомобиля. С момента возникновения опасности для движения и до столкновения в его распоряжении было 0,7 с, что не позволяло ему не только снизить скорость, но и среагировать на опасность.

Водитель автомобиля «<данные изъяты>» Дзюбии В.В. имел возможность визуально определить встречный автомобиль на расстоянии между ними 90 м. Для преодоления данного расстояния, при скорости встречного автомобиля «<данные изъяты>» (60 км/ч) и скорости автомобиля «<данные изъяты>» (40 км/ч), до места столкновения необходимо 3,2 с. Данного времени было более чем достаточно, чтобы снизить скорость автомобиля «<данные изъяты>» (не прибегая к экстренному торможению), пропустить встречный автомобиль «<данные изъяты>» под управлением ФИО2, пользующийся преимущественным правом на движение, и выполнить левый поворот.

Вне зависимости от работы головного освещения (одна фара или две) автомобиля «<данные изъяты>» водитель автомобиля «<данные изъяты>» Дзюбин В.В. имел техническую возможность заблаговременно обнаружить встречный автомобиль и принять соответствующие меры для предотвращения возникновения опасности для движения водителю автомобиля «<данные изъяты>» ФИО2., а именно снизить скорость своего автомобиля или остановиться при необходимости и уступить дорогу автомобилю «<данные изъяты>», водитель которого пользовался таким правом.

В ходе исследования установлено: что лампа ближнего света автомобиля «<данные изъяты>» правой фары исправна. В момент разрушения лампы головного света левой фары на тело накала было подано напряжение (включён ближний свет фар). То есть, непосредственно перед рассматриваемым событием на автомобиле был включён ближний свет фар (абсолютно точно работала левая фара).

Техническая возможность предотвращения столкновения не зависела от света фар (одна или две), работающих на автомобиле «<данные изъяты>», так как расстояние, на котором имелась объективная возможность обнаружить встречный автомобиль, определялось с учётом работы одной фары, соответственно и все расчёты, также проведены с учётом установленного расстояния (том 2 л.д.70-111)

- из заключения судебно-медицинской экспертизы № от 22 августа 2016 года усматривается, что у ФИО2 имеется сочетанная тупая травма головы, нижних конечностей:

- головы: трещина правой лобной кости, ушиб головного мозга тяжелой степени;

- нижних конечностей: перелом левой бедренной кости в верхней трети со смещением; рвано-ушибленная рана правого коленного сустава.

Все повреждения возникли 03 августа 2016 года, от действия тупых твердых предметов, каковыми могли быть элементы салона легковой автомашины, что имело место во время ДТП. В совокупности своей, повреждения причинили вред здоровью опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни, поэтому расцениваются как тяжкий вред здоровью (том 1 л.д.64-65);

- из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы № от 26 января 2017 года усматривается, что у ФИо2 имеется сочетанная тупая травма головы, туловища, нижних конечностей:

- головы: линейный перелом лобной кости справа, ушиб головного мозга тяжёлой степени (лобных долей), субарахноидальное кровоизлияние;

- туловища: закрытый перелом правой ключицы со смещением;

- нижних конечностей: перелом левой бедренной кости в верхней трети со смещением; рвано-ушибленная рана правого коленного сустава.

Все повреждения возникли 03 августа 2016 года, от действия тупых твердых предметов, каковыми могли быть элементы салона легковой автомашины, что имело место во время ДТП. В совокупности своей, повреждения причинили вред здоровью опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни, поэтому расцениваются как тяжкий вред здоровью (том 2 л.д.52-53);

- из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы № от 28 марта 2017 года усматривается, что у ФИО2 имелась сочетанная травма головы, туловища, конечностей: - тяжелая черепно-мозговая травма - линейный перелом свода черепа на уровни лобной кости справа с ушибом головного мозга в области правой лобной доли; перелом правой ключицы со смещением отломков: оскольчатый перелом тела левой бедренной кости на границе верхней и средней трети диафиза со смещением отломков и наружным ротационным травматическим подвывихом левой бедренной кости, наружный ротационный травматический подвывих правой бедренной кости, ушибленная рана в области правого коленного сустава.

Все указанные повреждения образовались в результате ударных взаимодействий с поверхностью твёрдых предметов, незадолго до госпитализации ФИО2, и могли быть получены в условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия 03 августа 2016 года вследствие соударения с деталями салона движущегося автомобиля при его резком замедлении (столкновения с препятствием).

Перелом свода черепа является опасным для жизни, а перелом диафиза левой бедренной кости влечёт за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3, поэтому имеющиеся у потерпевшего повреждения, полученные в условиях дорожно-транспортного происшествия одномоментно или в быстрой последовательности друг за другом, расцениваются в совокупности, как тяжкий вред здоровью (том 2 л.д.143-157);

Оценивая собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности с точки зрения достоверности и допустимости, суд находит их достоверными и достаточными для того, чтобы сделать вывод о доказанности вины подсудимого Дзюбина В.В. в совершении инкриминируемого ему преступления.

Суд повергает критической оценке показания подсудимого Дзюбина В.В. как в судебном заседании, так и на предварительном следствии в той части, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО2 который управлял автомашиной без включённого света фар.

Показания подсудимого Дзюбина В.В. в этой части суд расценивает как избранный им способ защиты и не доверяет им, поскольку они опровергаются показаниями потерпевшего ФИО2 свидетелей ФИО4., ФИО9., ФИО3, ФИО10.

Суд находит, что показания указанных лиц являются последовательными, подробными, неизменными, они согласуются между собой и заключением технико-автотехнической судебной экспертизы № от 20 февраля 2017 года, диагностической картой транспортного средства «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № от 17 февраля 2016 года (том 2 л.д.10), материалами видеозаписи с камер видеонаблюдения автозаправочной станции «<данные изъяты> не содержат противоречий и подтверждаются письменными доказательствами по делу. Поэтому суд доверяет показаниям данных лиц.

Из показаний свидетеля ФИО3 следует, что приближающееся встречное транспортное средство он увидел на расстоянии примерно 50-70 метров. Не смотря на то, что головное освещение встречного транспортного средства было тусклым, он достаточно отчётливо видел огни данного транспортного средства.

Из заключения эксперта № от 20 февраля 2017 года следует, что вне зависимости от работы головного освещения (одна фара или две) автомобиля «<данные изъяты>» водитель Дзюбин В.В. имел техническую возможность заблаговременно обнаружить встречный автомобиль и принять соответствующие меры для предотвращения возникновения опасности для движения встречного транспортного средства, а именно снизить скорость своего автомобиля или остановиться при необходимости и уступить дорогу автомобилю «<данные изъяты>», водитель которого пользовался таким правом. При этом водитель Дзюбии В.В. имел возможность визуально определить встречный автомобиль на расстоянии 90 м между ними.

Суд не находит оснований не доверять заключениям эксперов судебно-экспертной лаборатории автотехнической экспертизы «Лаборатория Судэкс». Заключения экспертов отвечают всем предъявленным требованиям, их выводы конкретны и категоричны, противоречий не содержат. Результаты исследований в полном объёме отражены в заключениях.

Достаточность представленных экспертам материалов для проведения исследований, полнота исследований и соответствие сделанных на их основе выводов, у суда сомнений не вызывает.

Суд признаёт несостоятельными доводы защиты об отсутствии в действиях Дзюбина В.В. состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 264 УК Российской Федерации, поскольку, по мнению адвоката, при совершении манёвра «поворот налево» её подзащитный действовал в соответствии с требованиями Правил дорожного движения, только после того, как убедился в безопасности данного манёвра и отсутствии помех на встречной полосе движения. Поскольку данные доводы защиты полностью опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Доводы подсудимого Дзюбина В.В. о том, что потерпевший в момент дорожно-транспортного происшествия мог находиться в состоянии наркотического опьянения, суд находит также несостоятельными. Поскольку тот факт, что в 2002 году ФИО2 привлекался в уголовной ответственности по части 1 статьи 228 УК Российской Федерации, не свидетельствует о том, что 03 августа 2016 года он находился в состоянии наркотического опьянения. Сведений о том, что ФИО2 состоит на учёте у врача-нарколога, либо привлекался к административной ответственности за потребление наркотических средств или психотропных веществ, материалы уголовного дела не содержат. Согласно заключению № (выписка из акта судебно-химического исследования) от 05 августа 2016 года при исследовании крови ФИО2 этиловый спирт не обнаружен (том 2 л.д.42);

Суд не принимает во внимание и доводы подсудимого Дзюбина В.В. о том, что потерпевший должен был видеть, как он совершает поворот налево, и ФИО2. мог во избежание столкновения остановить машину, либо свернуть в сторону. Поскольку экспертным заключением установлено, что в рассматриваемой ситуации водитель ФИО2. пользовался преимущественным правом на движение (вне зависимости от времени суток, освещённости встречного автомобиля и т.п.), то есть не мог предвидеть, да и не должен, что встречный автомобиль под управлением Дзюбина В.В. начнёт выполнять левый поворот в непосредственной близости от его автомобиля. С момента возникновения опасности для движения и до столкновения в его распоряжении было 0,7 с, что не позволяло ФИО2 не только снизить скорость, но и среагировать на опасность.

Таким образом, судом установлено, что 03 августа 2016 года в период с 21 часа 29 минут до 22 часов 05 минут Дзюбин В.В., находясь в состоянии алкогольного опьянения, управляя технически исправным автомобилем марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, подъехал к нерегулируемому У-образному перекрёстку, расположенному около автозаправочной станции на 19 км автодороги <адрес>, намереваясь совершить поворот налево. Будучи обязанным знать и соблюдать Правила дорожного движения РФ и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности и не причинять вреда, по причине нахождения в состоянии опьянения Дзюбин В.В. проявил невнимательность, неверно оценил складывающуюся дорожную обстановку и, не убедившись в безопасности своих действий, приступил к выполнению поворота налево.

Дзюбин В.В., не уступив преимущество в движении встречному автомобилю, и, создав опасную обстановку, выехал на встречную сторону автодороги, где совершил столкновение с автомобилем марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2

В результате нарушения водителем Дзюбиным В.В. пунктов 1.3, 1.5, 2.7,8.1, 10.1, 13.12 Правил дорожного движения РФ, и произошедшего вследствие этого дорожно-транспортного происшествия, водителю ФИО2. были причинены сочетанная травма головы, туловища, конечностей: тяжелая черепно-мозговая травма - линейный перелом свода черепа на уровне лобной кости справа с ушибом головного мозга в области правой лобной доли; перелом правой ключицы со смещением отломков; оскольчатый перелом тела левой бедренной кости на границе верхней и средней трети диафиза со смещением отломков и наружным ротационным травматическим подвывихом левой бедренной кости; наружный ротационный травматический подвывих правой бедренной кости; ушибленная рана в области правого коленного сустава.

Перелом свода черепа справа у ФИО2. являлся опасным для жизни, а перелом диафиза левой бедренной кости влечёт за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, поэтому все имеющиеся у потерпевшего повреждения расцениваются в совокупности как тяжкий вред здоровью.

Причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2 наступили в результате дорожно-транспортного происшествия и находятся в прямой причинно-следственной связи с противоправными действиями Дзюбина В.В., который, управляя автомобилем, нарушил требования вышеуказанных пунктов Правил дорожного движения РФ, утверждённых Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090 «О правилах дорожного движения»

Исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что действия Дзюбина В.В. следует квалифицировать части 2 статьи 264 УК Российской Федерации, так как он, являясь лицом, управляющим автомобилем, находясь в состоянии опьянения, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2

Подсудимый подлежит наказанию за совершённое преступление. Оснований для прекращения уголовного дела, постановления приговора без назначения наказания или освобождения от наказания не имеется.

При определении вида и меры наказания, суд, в соответствии со ст. 60 УК Российской Федерации, учитывает общественную опасность и степень тяжести содеянного, данные о личности подсудимого, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи, мнение потерпевшего, не настаивающего на суровом наказании, а также следующее:

Суд учитывает, что Дзюбин В.В. совершил преступление, относящееся к категории средней тяжести. С учётом фактических обстоятельств совершённого преступления и степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК Российской Федерации.

Из материалов дела, характеризующих личность подсудимого, следует, что Дзюбин В.В. ранее не судим, к административной ответственности в течение года не привлекался, на учётах у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит, хронических заболеваний и инвалидностей не имеет, по месту жительства и месту работы характеризуется положительно, женат, имеет на иждивении несовершеннолетних детей.

К обстоятельствам, смягчающим наказание, суд в соответствии с пунктом «г» части 1 статьи 61 УК Российской Федерации относит наличие у виновного несовершеннолетних детей.

В соответствии с частью 2 статьи 61 УК Российской Федерации в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд учитывает положительные характеристики подсудимого с места работы и места жительства.

Обстоятельств, отягчающих наказание Дзюбина В.В., по делу не установлено.

Исключительных обстоятельств, связанных с мотивами и целями преступления, поведением виновного, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, которые позволяли бы при назначении наказания применить ст.64 УК Российской Федерации, судом не установлено.

С учётом личности подсудимого, его материального и семейного положения, наличие смягчающих наказание обстоятельств, и отсутствие отягчающих, суд приходит к выводу, что для достижения целей наказания, установленных частью 2 статьи 43 УК РФ, для достижения социальной справедливости, а также в целях исправления осуждённого и предупреждения новых преступлений, Дзюбину В.В. следует назначить наказание в виде лишения свободы в пределах санкции статьи.

При этом, принимая во внимание категорию совершённого преступления, характеризующие данные подсудимого, и то, что Дзюбин В.В. социально адаптирован, официально трудоустроен, суд, с учётом совокупности указанных выше обстоятельств, приходит к выводу, что при назначении наказания следует применить положения статьи 73 УК Российской Федерации, так как приходит к выводу о возможности исправления осуждённого без реального отбывания наказания.

По делу имеются процессуальные издержки в размере 36 357 рублей 70 копеек - сумма, выплаченная эксперту судебно-экспертной лаборатории автотехнической экспертизы АНО «<данные изъяты>» по счёту № за проведение комплексной технико-автотехнической экспертизы (том 2 л.д. 125, 126).

На основании пункта 4 части 2 статьи 131 УПК Российской Федерации вознаграждение, выплачиваемое эксперту за исполнение им своих обязанностей в ходе уголовного судопроизводства, за исключением случаев, когда эти обязанности исполнялись им в порядке служебного задания, относятся к процессуальным издержкам, которые согласно части 1 статьи 132 настоящего Кодекса, взыскиваются с осуждённого или возмещаются за счёт средств федерального бюджета.

Как следует из материалов дела, комплексная технико-автотехническая экспертиза была назначена и проведена по ходатайству подозреваемого Дзюбина В.В. (том 1 л.д. 189-191), и адвоката Сайдуллаевой Л.Н., действующей в его защиту (том 2 л.д. 60), которые просили назначить дополнительную автотехническую экспертизу конкретному эксперту, по тем основаниям, что сторона защиты была не согласна с заключением эксперта судебно-экспертной лаборатории № от 10 октября 2016 года, считая её неполной.

При установленных обстоятельствах, суд полагает необходимым признать выплаченное эксперту вознаграждение процессуальными издержками, которые взыскать с осуждённого Дзюбина В.В., поскольку оснований для освобождения осуждённого от уплаты процессуальных издержек суд не находит.

По делу заявлен гражданский иск.

Потерпевший ФИО2 просит взыскать с Дзюбина В.В. в счет компенсации морального вреда 1 000 000 рублей, а также 6 120 000 рублей в счёт возмещения материального ущерба, который складывается из затрат на лечение в сумме 600 000 рублей, и 5 520 000 рублей – компенсация за стойкую потерю трудоспособности до достижения потерпевшим пенсионного возраста.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьёй 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, с учетом требования разумности и справедливости.

В данном случае суд приходит к выводу, что заявленные фио2 требования о компенсации морального вреда являются обоснованными, поскольку в результате действий Дзюбина В.В. потерпевшему причинён тяжкий вред здоровью, в настоящее время он находится на лечении, испытал физическую боль и нравственные страдания.

Учитывая характер причинённых потерпевшему страданий, фактические обстоятельства, при которых было совершено преступление, требования разумности и справедливости, суд считает необходимым заявленные исковые требования потерпевшего удовлетворить частично, и взыскать с Дзюбина В.В. в пользу фио2 в счёт компенсации морального вреда 350 000 рублей.

При рассмотрении требований потерпевшего о возмещении материального ущерба, суд принимает во внимание, что для правильного разрешения заявленных требований необходимо привлечение к участию в деле третьих лиц, истребование дополнительных документов, и производство дополнительных расчётов, что потребует отложения судебного разбирательства. В связи с чем, суд признаёт за потерпевшим ФИО2 право на удовлетворение гражданского иска в части возмещения материального ущерба, но приходит к выводу о том, что вопрос о размере возмещения следует передать для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Вопрос о вещественных доказательствах по уголовному делу подлежит разрешению в соответствии с требованиями статьи 81 УПК Российской Федерации.

На основании изложенного, и руководствуясь статьями 296-299, 303-304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

Дзюбина В.В. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 10 (шесть) месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

В соответствии со статьёй 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным, с испытательным сроком 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, в течение которого Дзюбин В.В. должен своим поведением доказать своё исправление

В период испытательного срока возложить на Дзюбина В.В. обязанности: не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осуждённого; один раз в месяц являться в государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осуждённого, для регистрации в дни, установленные указанным органом.

Дополнительное наказание Дзюбину В.В. в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, - исполнять реально.

Разъяснить Дзюбину В.В., что в случае злостного уклонения от отбывания наказания, суд может отменить условное осуждение.

Меру пресечения Дзюбину В.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора суда в законную силу.

Вещественные доказательства по делу:

- компакт-диск с видеозаписью с камер видеонаблюдения автозаправочной станции «<данные изъяты>» - хранить в материалах уголовного дела;

- автомашину марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № – возвратить по вступлении приговора в законную силу законному владельцу ФИО4.;

- автомашину марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № – возвратить по вступлении приговора в законную силу законному владельцу Дзюбину В.В.

Гражданский иск потерпевшего ФИО2 удовлетворить частично.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскать с Дзюбина В.В. в пользу ФИО2 в счёт компенсации морального вреда - 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей.

Признать за потерпевшим ФИО2 право на удовлетворение гражданского иска в части возмещения материального ущерба. Вопрос о размере возмещения материального ущерба передать для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Взыскать с осуждённого Дзюбина В.В. процессуальные издержки, связанные выплатой вознаграждения эксперту за исполнение им своих обязанностей в ходе уголовного судопроизводства, в размере 36 357 рублей 70 копеек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Удомельский городской суд Тверской области в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника при рассмотрении уголовного дела в суде апелляционной инстанции.

Председательствующий С.В. Галкин