Апелляционное постановление № 22-68/2026 от 8 февраля 2026 г.

УИД 91RS0№-97

Судья первой инстанции ФИО3

Судья апелляционной инстанции ФИО4

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

09 февраля 2026 года

<адрес>

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего

Гребенниковой Н.А.,

при секретаре

ФИО5,

с участием прокурора

ФИО6,

защитников

ФИО7, ФИО8,

подсудимых

ФИО1, ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя ФИО9 на постановление Железнодорожного районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 5 ст. 290 УК РФ, возвращено прокурору <адрес> Республики Крым для устранения препятствий его рассмотрения судам, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ,

проверив представленные материалы уголовного дела, заслушав прокурора, поддержавшую апелляционное представление, мнение подсудимых и их защитников, возражавших против доводов апелляционного представления,

УСТАНОВИЛ:

постановлением Железнодорожного районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 5 ст. 290 УК РФ возвращено прокурору <адрес> Республики Крым для устранения препятствий его рассмотрения судом, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО9 просит постановление суда отменить, избрать в отношении ФИО10, ФИО2 меру пресечения в виде заключения под стражу, направить уголовное дело в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции для изменения подсудности уголовного дела в порядке п. «в» п. 2 ч. 1 ст. 35 УПК РФ.

Анализируя положения ст. 73, 196 УПК РФ, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», считает постановление суда незаконным и необоснованным.

Полагает, что предъявленное ФИО1 и ФИО2 обвинение содержит все необходимые обстоятельства, предписывающие ст. 73 УПК РФ, в том числе время, место способ совершения преступления, сведения о лице его совершившем и др.

Выводы суда о необходимости проведения психолого-лингвистической экспертизы по делам коррупционной направленности не основаны на законе, поскольку согласно ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» психолого-лингвистическая экспертиза включена в перечень видов судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями. Считает, что такие виды экспертных исследований проводятся исключительно по уголовным делам о преступлениях, связанных с проявлением терроризма и экстремизма.

Кроме этого, считает, что судом в нарушении требований ст. 75 УПК РФ признано недопустимым доказательством заключение эксперта № № ДД.ММ.ГГГГ, которое, по мнению государственного обвинителя, получено и закреплено следователем в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Экспертиза назначена и проведена в соответствии с требованиями закона, научность и обоснованность выводов, изложенных в заключении эксперта, а также соблюдение при проведении экспертных исследований необходимых требований уголовно-процессуального закона сомнений не вызывают. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключения экспертов является мотивированным, ясным, выводы экспертов не имеют противоречий и содержат ответы на поставленные вопросы. Допрошенные в судебном заседании эксперты ФИО11 и ФИО12 подтвердили выводы проведенной ими экспертизы.

Указание суда о том, что выводы экспертного заключения, а именно дословное содержание фонограммы под названием «КЕС004» (встреча №) не соответствует фонограмме и протоколу осмотра, составленному следователем, не влияет на допустимость данного доказательства, поскольку фактически не была исследована одна фраза, не влияющая на правильность выводов эксперта.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Данная экспертиза в полном объеме соответствует требованиям ст. 195, 204 УПК РФ.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Считает выводы суда о признании недопустимым доказательством заключение экспертизы №23 от ДД.ММ.ГГГГ необоснованными и противоречащими положениям ст. 20 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Отмечает допущенные судом нарушения при признании недопустимым доказательством заключение лингвистической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ.

Так, постановлением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначено проведение первичной лингвистической экспертизы, производство которой поручено <данные изъяты>. В распоряжение эксперта были представлены вещественные доказательства и постановление суда от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ в адрес суда экспертного учреждения направлено ходатайство о предоставлении дополнительных материалов, которое судом удовлетворено ДД.ММ.ГГГГ, дополнительно эксперту направлены все материалы уголовного дела в 12-ти томах.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Также отмечает, что в постановлении указано о том, что материалы уголовного дела возвращены в адрес суда по запросу прокуратуры района, поскольку в ходе проведения допроса эксперта ФИО14 последняя пояснила, что материалы уголовного дела ею были изучены в полном объеме и после отсутствия какой - либо необходимости в них, были возвращены в адрес суда, что не противоречит требованиям положений ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», судом первой инстанции искажены показания эксперта, что подтверждается аудиозаписью протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ.

Между тем, процедура возврата материалов уголовного дела прямо возложена на руководителя экспертного учреждения ст. 14 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». На руководителя также возложено обеспечение контроля за соблюдением сроков производства судебных экспертиз с учетом дат, установленных судами при назначении судебных экспертиз, полнотой и качеством проведенных исследований, не нарушая принцип независимости эксперта, в связи с чем указание суда первой инстанции о даче указаний эксперту ФИО14 по возврату уголовного дела в суд не основаны на законе.

Считает, что выводы суда о вмешательстве органов прокуратуры в деятельность суда не соответствуют действительности и не основаны на законе. <данные изъяты>

Помимо этого, обращает внимание, что апелляционным определением <данные изъяты> суда от ДД.ММ.ГГГГ был отменен приговор Железнодорожного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО1 осужден по ч. 3 ст. 290 УК РФ, ФИО2 оправдан. Исходя из содержания апелляционного определения, суд апелляционной инстанции указал, что суд первой инстанции дал ненадлежащую оценку аудиозаписи разговора между ФИО1, ФИО2 и ФИО13, в том числе с учетом выводов заключения экспертизы <данные изъяты>

Также полагает, что постановление суда подлежит отмене ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального законодательства, выразившихся в нарушении территориальной подсудности, поскольку фактически ходатайство об изменении территориальной подсудности уголовного дела судом не разрешено, что лишило права стороны обвинения на объективное и беспристрастное рассмотрение уголовного дела судом.

Кроме того, указывает, что суд в нарушение требований уголовно-процессуального закона указал в резолютивной части постановления порядок его обжалования в апелляционном порядке в <данные изъяты> областной суд.

Принимая во внимание сведения о личности ФИО15 и ФИО2 в совокупности с тяжестью и характером предъявленного им обвинения, в целях повторного рассмотрения уголовного дела в разумные сроки и обеспечения надлежащего процессуального поведения подсудимых, просит суд апелляционной инстанции избрать в отношении ФИО1 и ФИО2 меру пресечения в виде заключения под стражей сроком на 2 месяца.

В возражениях на апелляционное представление защитник ФИО2 – адвокат ФИО16 просит постановление суда оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения. Считает постановление суда законным, справедливым и обоснованным, доводы, изложенные в апелляционном представлении, основаны не на фактических обстоятельствах, а на предположениях, догадках и домыслах.

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ.

Под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

По смыслу ст. 237 УПК РФ возвращение дела прокурору может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства и которые исключают возможность принятия по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости и законности.

Оценивая доводы представления прокурора, суд апелляционной инстанции отмечает, что, в соответствии со ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. В соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию, в том числе, событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица, форма его вины и мотивы, размер ущерба.

Как следует из обжалуемого постановления, в основу предъявленного обвинения положены, в <данные изъяты>

Анализируя вышеуказанные доказательства, заключения экспертов, показания экспертов, с учетом указаний вышестоящего суда при отмене приговора <данные изъяты>, суд пришел к выводу о том, что указанные доказательства, в частности заключения экспертов не согласуются с иными доказательствами по делу, вызывают сомнения в обоснованности иных доказательств по делу, содержат противоречия, неустранимые в ходе судебного разбирательства; обвинительное заключение содержит нарушения, препятствующие рассмотрению уголовного дела и исключающие возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основе имеющихся в деле доказательств (заключений экспертов).

Вывод суда о существенных нарушениях следственным органом требований уголовно-процессуального закона, неустранимых в судебном заседании и потому исключающих постановление законного и обоснованного приговора или вынесение иного решения, а также наличие обязательного доказательства для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по настоящему делу, исходя из существа обвинения – заключения психолого-лингвистической экспертизы, соответствует материалам дела.

В силу ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд (прокурор, следователь, дознаватель) в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Согласно абз. 2 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» перечень доказательств, подтверждающих обвинение, а также перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, включает не только ссылку на источники доказательств в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении, но и приведение краткого содержания самих доказательств, поскольку в силу ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд (прокурор, следователь, дознаватель) в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» указано, что под допущенными при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в ст. ст. 220, 225, ч.ч. 1, 2 ст. 226.7 УПК РФ, а также других взаимосвязанных с ними нормах УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.

Кроме этого, в п. 3 указанного Постановления указано, что уголовное дело подлежит возвращению прокурору и в других случаях, когда обвинительный документ не содержит ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (статья 73 УПК РФ), с учетом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия (например, судебно-бухгалтерской или экономической экспертизы для установления размера ущерба по делу о преступлении в сфере экономической деятельности).

При этом, заключения эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами. Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Помимо этого, суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне защиты или обвинения, в связи с чем, он не наделен полномочиями по формулировке и конкретизации нового обвинения, собиранию доказательств и принимает решение по делу, исходя из анализа представленных ему сторонами в состязательном процессе доказательств, на соответствующей стадии судебного разбирательства, не выходя за пределы предъявленного подсудимому обвинения.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или иного решения на основе данного заключения, и правильно принял решение о возвращении уголовного дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Доводы прокурора, изложенные в апелляционном представлении, сводятся к возложению на суд роли в осуществлении уголовного преследования лиц, обусловленной не только установлением соответствия действий подсудимых предъявленному обвинению, но и производству действий, направленных на сбор доказательств и установление действительных обстоятельств дела, что свидетельствует о нарушении как прав подсудимых на свою защиту, так и принципов уголовного судопроизводства, основанных на разграничении полномочий суда и органов уголовного преследования.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела и, вопреки доводам апелляционного представления, выявленные противоречия не могут быть устранены при судебном производстве и препятствуют рассмотрению дела судом, поскольку в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Доводы в части признания недопустимыми ряда доказательств с учетом того, что по делу судом первой инстанции не принято итогового решения, не являются предметом данного судебного разбирательства, а могут быть рассмотрены при судебном разбирательстве уголовного дела по существу.

Ошибочное указание судом о порядке обжалования постановления суда в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд не ставит под сомнение выводы суда и не является безусловным основанием для отмены судебного акта.

Вопреки доводам представления, каких-либо нарушений территориальной подсудности рассмотрения настоящего уголовного дела, предусмотренных ст. 32 УПК РФ, судом первой инстанции допущено не было, поскольку апелляционным определением <данные изъяты> суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор <данные изъяты> суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, ФИО2 отменен, уголовное дело передано на новое судебное разбирательство в тот же суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства иным составом суда.

Заявленное и.о. прокурора <адрес> ФИО17 ходатайство об изменении территориальной подсудности было направлено с материалами уголовного дела в <данные изъяты> которое было возвращено в суд первой инстанции для выполнения требований ч.1.1 ст. 35 УПК РФ (т. 11 л.д. 244).

ДД.ММ.ГГГГ ходатайство об изменении территориальной подсудности по уголовному делу № в отношении ФИО1, ФИО2 судьей Железнодорожного районного суда <адрес> было возвращено и.о. прокурора <адрес> Республики Крым ФИО17 для выполнения требований ст. 35 УПК РФ (т. 11 л.д. 245).

На повторное ходатайство об изменении территориальной подсудности по уголовному делу в отношении ФИО1, ФИО2 судьей Железнодорожного районного суда <адрес> ДД.ММ.ГГГГ (исх.1-145/2024) был дан ответ о том, что оснований для направления заявленного ходатайства и материалов уголовного дела в судебной коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, в соответствии с требованиями УПК РФ, не имеется (т.12 л.д. 13).

Помимо этого, суд апелляционной инстанции отмечает, что из протокола судебного заседания следует, что стороны не возражали против рассмотрения уголовного дела в <данные изъяты> суде <адрес>. Ходатайства об отводе судьи в суде первой инстанции стороны не заявляли, а правовых оснований, предусмотренных ст. ст. 61 - 63 УПК РФ, исключающих участие судьи при рассмотрении материалов уголовного дела, не имелось.

Постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, в том числе по доводам апелляционного представления, судом первой инстанции не допущено.

Принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору, суд пришел к правильному выводу об изменении меры пресечения ФИО1 с домашнего ареста на запрет определенных действий, ФИО2 - с запрета определенных действий на подписку о невыезде и надлежащем поведении, что не противоречит требованиям закона и обосновано материалами уголовного дела. При этом, суд учел фактические обстоятельства уголовного дела, данные о личности ФИО1, ФИО2 С данным выводом суд апелляционной инстанции соглашается. Оснований для изменения ФИО1, ФИО2 меры пресечения, вопреки доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При разрешении вопроса о мере пресечения в отношении ФИО1, суд апелляционной инстанции, принимая во внимание характер и степень общественной опасности инкриминируемого преступления, данные о его личности, считает необходимым продлить меру пресечения в виде запрета определенных действий на 1 месяц.

Меру пресечения в отношении ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Железнодорожного районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 5 ст. 290 УК РФ, возвращено прокурору <адрес> Республики Крым для устранения препятствий его рассмотрения судом, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя ФИО9 оставить без удовлетворения.

Меру пресечения ФИО1 в виде запрета определенных действий с возложенными постановлением Железнодорожного районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ запретами, предусмотренными ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, оставить без изменения, продлив срок ее действия на 1 месяц, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Меру пресечения ФИО2 оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: Гребенникова Н.А.