Приговор № 1-104/2017 от 1 октября 2017 г. по делу № 1-104/2017

Дело №


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Новоаннинский 02 ноября 2017 года.

Новоаннинский районный суд Волгоградской области в составе: председательствующего судьи Денисова С.А.,

при секретаре судебного заседания Беспаловой Н.В.,

с участием государственного обвинителя - прокурора Новоаннинского района Волгоградской области Бисинова В.И.,

потерпевшего В.П.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Аладжян А.Р., представившего удостоверение № 1583 02.05.2007 года и ордер на защиту по соглашению № 085282 от 02.10.2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты>

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

17 июня 2017 года, примерно в 12 часов 30 минут, ФИО1 находясь в ходе распития спиртного совместно с П.В. в помещении бани, расположенной на территории домовладения по адресу: <адрес>, и будучи в состоянии алкогольного опьянения, имея внезапно возникший умысел на причинение тяжкого вреда здоровью П.В., опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, из-за того, что П.В. обхватил своей левой рукой его за шею и сжал ее, причинив ему физическую боль, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью П.В., опасного для жизни человека, и желая наступления таких последствий, но, не желая при этом наступления его смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, взял своей левой рукой со скамьи, на которой сидел, ножницы, после чего, используя указанный предмет в качестве оружия, нанес им один удар в левую подключичную область П.В., причинив последнему <данные изъяты>, которое квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека. С указанными телесными повреждениями П.В. был доставлен в реанимационное отделение ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ», где ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 50 минут наступила его смерть. Между полученными П.В. в результате действий ФИО1 телесными повреждениями в виде <данные изъяты> и смертью потерпевшего П.В. имеется прямая причинно-следственная связь.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, признал, в содеянном раскаялся и пояснил, что 17.06.2017г. примерно в обеденное время к нему домой приехал его знакомый П.В., привез с собой бутылку водки, и предложил её выпить. Они прошли в помещение отдельно стоящей на территории домовладения бани, где выпили больше полбутылки спиртного. П.В. рассказывал о своей работе <данные изъяты>, затем разговор почему-то зашел про медведей, и К. стал показывать, как душат медведей, демонстрируя свою физическую силу. Они сидели на скамейке рядом, при этом он сидел слева от К.. П.В. обхватил его рукой за шею и стал прижимать к себе. Ранее он перенёс травму шейного отдела позвоночника, поэтому ощущал боль. В первый раз он как-то освободился от захвата, но потом П.В. во второй раз обнял его за шею своей левой рукой и стал с достаточной силой прижимать к себе. В тот момент в глазах у него потемнело, своей левой рукой он нащупал какой-то предмет и, сидя на скамье, ударил им П.В.. При этом он не видел, куда наносил удар, но попал в него, а затем увидел, что удар был нанесен ножницами. Эти ножницы принадлежат ему, ими он чинил рыболовные сети, в связи с чем и оставил их в бане. П.В. он ударил левой рукой, не в полную силу, но после этого тот ослабил захват и разжал руку. После освобождения от захвата он увидел кровь у К. в области левого плеча, которая текла, но не сильно. Он предложил К. идти домой, но тот отказался, вышел из бани и сел у входа на стул. Сам он закрыл в бане дверь, лег на пол в предбаннике и уснул, а после приезда сотрудников полиции, рассказал тем о произошедшем. О случившемся сожалеет, указывает, что преступление совершил неосознанно, пытался защититься от П.В., так как тот сильно сдавливал его шею, причиняя ему невыносимую боль.

Проверив доводы подсудимого и выдвинутую им в судебном заседании версию о совершении преступления неосознанно, в целях самозащиты, суд отвергает их как несостоятельные и не нашедшие подтверждения в судебном заседании.

В судебном заседании, по ходатайству государственного обвинителя и в отсутствие возражений стороны защиты, в порядке ст. 276 УПК РФ, в связи с наличием существенных противоречий в показаниях в части обстоятельств, предшествующих действиям подсудимого, имеющих непосредственное отношение к событиям, указанным в описательной части приговора, были оглашены показания ФИО1, данные им при производстве предварительного следствия, в ходе допроса в качестве подозреваемого (Том № 1, л.д. 96-99).

Из исследуемой части показаний подозреваемого ФИО1, данных им на предварительном следствии в ходе допроса от 23.06.2017 года следует, что после повторного захвата его шеи П.В., он (подсудимый) разозлился, схватил своей левой рукой лежащие рядом с ним на скамье ножницы, и от возникшей злости, произведя предварительный замах, сразу же ударил П.В. со средней силой острием лезвия ножниц один раз в область плеча пострадавшего, слева спереди. При этом в момент нанесения удара ножницами П.В. он понимал, что может причинить тому смерть, но не желал этого и умышленно не прицеливался в жизненно важные органы, а только лишь хотел причинить П.В. физическую боль для того, чтобы тот отпустил свой захват.

Показания подсудимого в указанной части об обстоятельствах причинения тяжкого вреда здоровью П.В., повлекшего его смерть, данные ФИО1 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого в присутствии защитника, признаются судом достоверными, поскольку ему были разъяснены положения ст.51 Конституции РФ и ст. 46 УПК РФ, в частности положения пункта 2 части четвертой статьи 46 УПК Российской Федерации, прямо предусматривающего возможность использования показаний в качестве доказательств по уголовному делу, при согласии подозреваемого дать показания, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний.

Виновность ФИО1 в совершении действий, указанных в описательной части приговора, подтверждается и другими доказательствами, предъявленными стороной обвинения и исследованными в судебном заседании.

Показаниями потерпевшего В.П., который в судебном заседании пояснил, что погибший П.В. являлся его отцом. 16.06.2017 года утром он и его отец П.В. приехали из <адрес>. В пути П.В. употреблял спиртное. Он привез своего отца в <адрес>, к Л.М., а сам направился в <адрес> к бабушке. Через некоторое время туда же приехал и П.В., где провел ночь, а утром 17.06.2017 года куда-то ушел. Сам он 17.06.2017 года находился на рынке в г.Новоаннинский. В это время ему позвонил сын подсудимого – П.С., сказал, что отец в крови, спросил, что ему делать. Он посоветовал оказать отцу первую помощь. Приехать в <адрес> он не успел, так как П.С. вновь позвонил ему, сказал ехать в больницу, взяв с собой паспорт отца. О случившемся он сообщил Л.М., и вместе с ней они приехали в больницу, привезли документы. 17.06.2017г. отца прооперировали. 18.06.2017г., когда отца везли на рентген, врач спросил у него, узнает ли он кого-либо из людей и отец назвал находящуюся с ним Л.М.. Больше в тот день они не могли общаться, отца увезли на рентген, и они уехали. 19.06.2017г. они вновь приехали в больницу. К тому времени его отец пришел в себя, отошел от наркоза, они поздоровались и он спросил у него, помнит ли он, что случилось. Отец сказал: «Я не знаю, что на него нашло, он что-то взял и воткнул в меня». При этом его отец просил не писать заявление в полицию, сказал, что сам разберется, когда выйдет из больницы.

Показаниями свидетеля Л.М., которая в судебном заседании пояснила, что последние несколько лет она сожительствовала с П.В., которого характеризует с положительной стороны, как спокойного и хорошего человека. 16.06.2017г. К. приехал ко мне на автомашине вместе со своим сыном. Сын К. уехал в <адрес>, а П.В. остался. К. был в состоянии легкого алкогольного опьянения, в связи с чем она сказала тому ехать на хутор, и приехать когда протрезвеет. П.В. уехал на такси, позвонил ей поздно вечером, сказал, что ложится спать, а приедет в субботу. В субботу она была у матери, когда ей позвонил сын К. и сказал, что отец порезался. Затем В.П. заехал за ней, и вместе они приехали в больницу. В приемном покое врач спрашивал у П.В., что случилось, и тот сказал, что упал. Осмотрев его, врач сказал, что, скорее всего это было не падение, а острый предмет, и что точно ясно это будет после операции. Уже после операции П.В. сказал, что его чем-то ударил ФИО2.

Показаниями свидетеля П.С., который пояснил в судебном заседании, что подсудимый ФИО1 является его отцом, проживает совместно с ним и его семьей. После смерти его матери, его отец - ФИО1 стал злоупотреблять спиртными напитками, в состоянии алкогольного опьянения ведет себя спокойно, обычно ложится спать. Его отец не работает, имеет проблемы со здоровьем, после смерти матери перенес инсульт. Точную дату когда все случилось, он не помнит. Тогда он пришел с работы домой на обед, зашел в дом, покушал, после чего вышел и пошел на задний двор покормить птицу. Придя на задний двор, он увидел П.В., который сидел в полусогнутом состоянии на маленьком стульчике у бани. Подойдя к тому, он увидел у К. кровь в области левого плеча, и спросил: «Что случилось?». Но П.В. был неадекватен, мало что мог сказать. Сняв футболку, сильного кровотечения он не обнаружил, но позвал супругу и обработал рану. После этого он позвонил сыну К., рассказал тому об этом. Затем П.В. начал приходить в себя, говорил, что хочет спать, что ему ничего не надо. Он вызвал скорую помощь, а когда те приехали, кровотечения у К. не было. П.В. забрали в больницу, и он поехал вместе с ними. По дороге К. отошел, он спрашивал у него, что случилось, и К. сказал, что он упал. По приезду в больницу П.В. чувствовал себя отлично, когда туда приехала его сожительница, даже заигрывал с ней, шутил. После осмотра врач сказал, что П.В. останется в больнице, для сдачи анализов, и он уехал домой. Впоследствии он спрашивал у своего отца, что случилось с К., и тот отвечал ему, что не знает, что сам не причастен к этому.

Показаниями свидетеля О.С., которая пояснила в судебном заседании, что в июне 2017 года, точную дату не помнит, её супруг П.С., как обычно в 12.00 часов, пришел с работы домой на обед. После обеда последний пошел кормить уток, и обнаружил П.В. у бани. К. сидел на стульчике и держался рукой за плечо. Муж сообщил ей, что у К. идет кровь, надо было оказать первую помощь. Она взяла бинты, перекись водорода и они пошли к К., пытались остановить кровь, но она не останавливалась, К. становилось хуже, он то садился на плиту, то пытался прилечь. Она принесла плед, постелила на плиту, вызвала скорую помощь. Они спрашивали К., что случилось, и тот сказал, что упал. К. был сильно пьян, практически непонятно было, что он поясняет. Сотрудники скорой помощи забрали К., её супруг уехал с ними. ФИО1 все это время из бани не выходил, спал там на порожках. Затем она подняла плед с плиты и накинула его на прицеп, видела, что на пледе была кровь. Примерно через 2-3 часа муж вернулся и сказал, что К. в реанимации, его оставили под наблюдением. К. на протяжении нескольких дней лежал в больнице, её муж ездил к нему, отвозил К. таблетки, которые ему выписывали врачи. Они интересовались самочувствием К., после операции им сказали, что есть улучшения. Несколькими днями позднее, когда она находилась на работе, ей позвонил муж и сказал, что П.В. умер. Когда она приехала домой, то там уже была полиция, допрашивали ФИО1. Она не присутствовала при допросе ФИО1, зашла в дом. В тот же день ФИО1 забрали в полицию. До приезда полиции с ФИО1 о произошедшем она не разговаривала, и ничего у того не спрашивала. Со слов мужа ей известно, что тот пытался разговаривать с отцом, но ФИО1 молчал, ничего не говорил.

Показаниями свидетеля И.В., который в судебном заседании пояснил, что он состоит в должности оперуполномолченного группы уголовного розыска ОМВД России по Новоаннинскому району Волгоградской области. 22.06.17г. он выезжал на место происшествия, по месту жительства ФИО1. Когда он прибыл на место, ФИО2 был дома. ФИО1 пояснил, что П.В. из его домовладения был доставлен в Новоаннинскую ЦРБ, где через несколько дней умер. ФИО3 ранее были знакомы, К. приехал к ФИО2 на такси и они примерно три дня назад распивали спиртное в бане, находящейся на территории домовладения ФИО2. В ходе распития спиртного, между ними произошла ссора, К. вроде бы кинулся на ФИО2 и тот ударил К. ножницами. К. находился в ЦРБ на протяжении 3 дней, а потом у него возникли осложнения и на четвёртый день он умер. В ходе осмотра места происшествия изымался плед со следами бурого цвета, сам ФИО2 раскаялся в содеянном, и написал явку с повинной.

Показаниями свидетеля С.М., оглашенными в судебном заседании с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ, из которых следует, что он состоит в должности заведующего отделения анестезиологии и реанимации, врача анестезиолога – реаниматолога ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ». 17.06.2017 года в 13 часов 45 минут в приемное отделение ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ» автомобилем скорой медицинской помощи доставлен П.В. с предварительным диагнозом «<данные изъяты>». Согласно медицинской документации П.В. доставлен в медицинское учреждение в состоянии средней тяжести, сознание сохранено, поведение эйфоричное за счет алкогольного опьянения, вербальному контакту был доступен, разговаривал самостоятельно. Со слов П.В. последний, упав, ударился левой частью туловища о поверхность земли, в результате чего появилось кровотечение. При первичном осмотре на передней поверхности грудной клетки в области ключицы, на расстоянии 2-3 см. от нижнего края, обнаружена резаная рана с ровными краями, размерами примерно 2 х 0,2 см., расположение раны вертикально. В глубине подмышечной ямки слева имелась гематома размерами 10 х 10 см., левая верхняя конечность от плечевого сустава бледная, с цианотичным оттенком, пульсация на лучевой и локтевой артериях не было, кисть была холодная и бледная. В связи с этим, П.В. был госпитализирован в отделение анестезиологии и реанимации ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ» с первичным диагнозом «<данные изъяты>». 17.06.2017 года с 21 часа 00 минут по 23 час 45 минут П.В. была проведена операция по первичной хирургической обработке раны <данные изъяты>. После этого, 18.06.2017 года 01 часа 35 минут по 02 часа 45 минут П.В. была проведена дополнительная операция <данные изъяты>. После проведения операции П.В. было показано дальнейшее лечение, направленное на антибактериальную терапию, профилактику тромбоэмболических осложнений. 22.06.2017 года у П.В. на фоне почечной недостаточности, в результате ишемии левой верхней конечности, стала нарастать дыхательная недостаточность. В 10 часов 00 минут того же дня, П.В. переведен на искусственную вентиляцию легких, продолжена терапия, направленная на стабилизацию дыхания, начаты реанимационные мероприятия, которые продолжались положительного результата не принесли и ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 50 минут прекращены, констатирована биологическая смерть. Согласно медицинской документации П.В., последний поступил в ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ» с колото-резаным ранением левой подключичной области, раной с ровными краями размерами 2 х 0,2 см. Данное повреждение характерно для нанесения острым предметом, обладающим колюще-режущими свойствами. Однако, в медицинской документации не указаны причины получения П.В. указанной травмы. Судя по локализации данного телесного повреждения, отсутствию в передней поверхности тела и лица иных телесных повреждений, маловероятно, что указанные повреждения могли образоваться в результате падения П.В. (Том № 1, л.д. 232-234).

Показаниями свидетеля Л.И., оглашенными в судебном заседании с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ, из которых следует, что она работает фельдшером отделения скорой медицинской помощи ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ». 17.06.2017 года в утреннее время она находилась на дежурстве. В 12 часов 55 минут того же дня ей от дежурного фельдшера отделения скорой медицинской помощи ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ» поступило указание о необходимости выезда по адресу: <адрес>, где находился П.В. со следами крови на одежде и нуждался в оказании квалифицированной медицинской помощи. В связи с этим, она незамедлительно выехала по указанному адресу. Прибыв на место, П.В. был осмотрен, при этом было обнаружено повреждение в виде колото-резаной раны в области левого плечевого сустава, а также у П.В. имелись признаки алкогольного опьянения. Был выставлен предварительный диагноз «<данные изъяты>». Состояние П.В. было удовлетворительное, сознание сохранено, поведение эйфоричное за счет алкогольного опьянения, вербальному контакту был доступен, разговаривал самостоятельно. Со слов П.В. последний при падении ударился левой частью туловища о поверхность земли, в результате чего появилось кровотечение. При этом, у П.В. было установлено состояние алкогольного опьянения. На передней поверхности грудной клетки в области ключицы обнаружена резаная рана с ровными краями. В связи с этим П.В. был незамедлительно доставлен в приемное отделение ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ» и госпитализирован в отделение анестезиологии и реанимации указанного медицинского учреждения. Об обстоятельствах получения травмы П.В. сообщал только то, что ничего не помнит, более ничего не говорил (Том № 2, л.д. 11-13).

Показаниями свидетеля Н.И., оглашенными в судебном заседании с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ, из которых следует, что она работает операционной медицинской сострой в ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ». 17.06.2017 года в ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ» доставлен П.В. с диагнозом «<данные изъяты>». П.В. была проведена операция. 22.06.2017 года в 18 часов 50 минут была констатирована смерть П.В. В операционном боксе хранится участок кожи вокруг раны с повреждением, который иссечен во время операции (Том № 1, л.д. 149-152).

У суда не имеется оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей, поскольку они последовательны, логичны, не содержат существенных противоречий, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, в связи с чем признаются судом достоверными доказательствами. Каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре этими лицами подсудимого, по делу не установлено.

Наряду с вышеизложенными показаниями потерпевшего и свидетелей, вина подсудимого в совершении действий, указанных в описательной части приговора, подтверждается и письменными материалами уголовного дела, представленными стороной обвинения и исследованными в судебном заседании:

- протоколом осмотра места происшествия от 22.06.2017 года, согласно которому осмотрена территория домовладения ФИО1 по адресу: <адрес>. В ходе осмотра места происшествия обнаружены и изъяты: предметы одежды ФИО1, в которой он находился в момент совершения в отношении П.В. преступления: трусы с надписью BOKAI men s world, камуфлированная куртка, камуфлированные брюки и рубашка с коротким рукавом; ножницы, плед, метла, смыв с двери в бане с веществом бурого цвета, контрольный смыв, контрольный образец. Участвующий в осмотре места происшествия ФИО1 указал на ножницы, как на орудие, которое он использовал для совершения в отношении П.В. преступления. Перед изъятием ножницы осмотрены с применением ультрафиолетовой лампы. При этом на указанных ножницах наблюдалось характерное для крови свечение (Том № 1, л.д. 5-25);

- протоколом осмотра трупа от 22.06.2017 года, согласно которому в ходе осмотра трупа П.В. в ключичной и подключичной областях слева обнаружены хирургические раны (Том № 1, л.д. 26-34);

- протоколом выемки от 28.06.2017 года, согласно которого в помещении сестринской ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ» изъят участок кожи П.В. с повреждением (Том № 1, л.д 155-160);

- протоколом выемки от 28.06.2017 года, согласно которому в Новоаннинском СМО ГБУЗ «ВОБ СМЭ» изъято: края ногтевых пластин с подногтевым содержимым левой и правой рук трупа П.В., края ногтевых пластин с подногтевым содержимым левой и правой рук ФИО1, образец крови от трупа П.В. с контрольным тампоном (Том №1, л.д. 163-167);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 28.06.2017 года, согласно которому у ФИО1 получены образцы его крови (Том № 1, л.д. 170-171);

- протоколом осмотра предметов от 03.09.2017 года, согласно которому осмотрены предметы и объекты, изъятые в рамках уголовного дела, а именно: камуфлированная куртка зеленого и желтого цветов ФИО1, камуфлированные брюки зеленого и желтого цветов ФИО1, трусы бежевого цвета с надписью BOKAI men s world ФИО1, рубашка бежевого цвета с коротким рукавом ФИО1, плед, метла, ножницы, смыв вещества бурого цвета с поверхности двери с контрольным смывом и контрольным образцом; края ногтевых пластин с подногтевым содержимым левой и правой рук трупа П.В., края ногтевых пластин с подногтевым содержимым левой и правой рук ФИО1, образец крови от трупа П.В. с контрольным тампоном; участок кожи с повреждением подключичной области П.В.; образец крови ФИО1 (Том № 1, л.д. 237-240);

- постановлением о признании предметов вещественными доказательствами, согласно которому камуфлированная куртка ФИО1, камуфлированные брюки ФИО1, трусы с надписью BOKAI men s world ФИО1, рубашка бежевого цвета с коротким рукавом ФИО1, плед, метла, ножницы, смыв вещества бурого цвета с поверхности двери с контрольным смывом и контрольным образцом; края ногтевых пластин с подногтевым содержимым левой и правой рук трупа П.В., края ногтевых пластин с подногтевым содержимым левой и правой рук ФИО1, образец крови от трупа П.В.; участок кожи с повреждением подключичной области П.В.; образец крови П.С., признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу (Том №, л.д. 241-242);

- заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому непосредственной причиной смерти П.В. явилось <данные изъяты>. Данный вывод подтверждается характером выявленных повреждений, клиническими проявлениями повреждения и его осложнений, а также результатами судебно-гистологического исследования. По данным в представленной медицинской документации смерть П.В. наступила ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 50 минут, что соответствует выраженности посмертных изменений трупа, спустя 5 суток после полученного ранения, и в начале этого периода времени (около 1-2 суток) он мог совершать активные действия, но в дальнейшем, на фоне нарастающего нарушения кровоснабжения руки и развитием токсемии (поступление в кровоток продуктов распада ишемизированных тканей), обычно у пострадавших наступает общая функциональная недостаточность с нарушением сознания и в этот период времени, совершать активные, целенаправленные действия он не мог. При проведении экспертизы трупа П.В. обнаружены повреждения: <данные изъяты>. Данное повреждение квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасный для жизни человека, и состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью П.В.; <данные изъяты> квалифицируется у живых лиц, как не причинившее вред здоровью и в причинно-следственной связи со смертью П.В. не состоит. Судя по морфологическим признакам повреждения в виде <данные изъяты> пострадавшего П.В. обладает признаками прижизненного происхождения и возникло 17.06.2017 года в результате однократного травматического воздействия острого предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, где глубина раневого канала составляла около 5 см., а направление раневого канала было – спереди назад, несколько слева направо и несколько сверху вниз. Ширину травмирующего предмета определить не представляется возможным, в связи с проведенной хирургической обработкой этой раны. Локализация раны и направление раневого канала указывают на то, что потерпевший П.В. в момент получения данного повреждения был обращен передней поверхностью туловища по отношению к орудию травмы. Повреждение в виде <данные изъяты> также имеет признаки прижизненного происхождения и возникло от однократного воздействия твердого тупого предмета имеющего достаточно ограниченную контактную поверхность, возможно 17.06.2017 года в результате падения с высоты собственного роста навзничь, как вследствие придания телу ускорения, так и без такового. Согласно записям в исследуемой медицинской документации, при поступлении в стационар ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ» 17.06.2017 года в 13 часов 45 минут у П.В. установлено состояние алкогольного опьянения, степень которого не определялась (Том № 1, л.д. 40-51);

- заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которой у ФИО1 обнаружены телесные повреждения в виде <данные изъяты>. Данное повреждение возникло от воздействия твердого тупого предмета, не оставившего характерных признаков, около 7-10 суток до проведения экспертизы и квалифицируется как не причинившее вред здоровью. Судя по характеру и локализации, маловероятно, что вышеуказанное повреждение могло образоваться при падении с высоты собственного роста. Область локализации данного повреждения доступна для нанесения его собственной рукой (Том № 1, л.д. 83-84);

- заключением судебно-биологической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому группа крови П.В. – <данные изъяты>. Группа крови ФИО1 – <данные изъяты> На камуфлированной куртке ФИО1, пледе, ножницах и в смыве с двери, изъятых в ходе осмотра места происшествия, имеются следы крови человека <данные изъяты> группы, которые могли произойти от П.В. На брюках, трикотажной рубашке, трусах и в подногтевом содержимом рук ФИО1, на метле и в подногтевом содержимом рук П.В. крови не обнаружено. Следов пота на ножницах не обнаружено. При цитологическом исследовании подногтевого содержимого рук П.В. и ФИО1 клеток поверхностных слоев кожи, отличающихся по групповой характеристике от их собственной, не обнаружено (Том № 1, л.д. 178-184);

- протоколом явки с повинной ФИО1 от 22.06.2017 года, согласно которому 17.06.2017 года примерно в 12 часов 00 минут по месту его проживания по адресу: <адрес>, приехал П.В., вместе с которым они стали употреблять спиртное в помещении принадлежащей ему бани. Затем, примерно в 12 часов 30 минут, между ними возник конфликт, в ходе которого он нанес один удар ножницами П.В. в область левого плеча, после чего П.В. вышел из помещения бани (Том № 1, л.д. 140).

Экспертизы проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, экспертами в государственных экспертных учреждениях. Обоснованность заключений экспертов с учетом уровня их специального образования, длительности практической деятельности в этой области, у суда сомнений не вызывают. В этой связи, суд признает исследованные заключения экспертов допустимыми доказательствами по уголовному делу.

Приведенные выше доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, то есть являются допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ, имеют непосредственное отношение к предъявленному ФИО1 обвинению, и в своей совокупности являются достаточными для постановления обвинительного приговора.

Анализ приведенных выше доказательств, как в совокупности, так и в отдельности, позволяет суду сделать вывод о том, что вина ФИО1 в инкриминируемом ему деянии, установлена и полностью доказана.

Выводы о виновности ФИО1 суд основывает на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, каковыми являются показания потерпевшего, свидетелей, самого подсудимого, а также письменные материалы уголовного дела.

Оценивая действия ФИО1 в соответствии с исследованными в судебном заседании доказательствами, как в совокупности, так и в отдельности, суд считает, что инкриминируемое ему деяние он совершил с прямым умыслом и неосторожностью в виде преступной небрежности, поскольку знал о противоправности причинения тяжкого вреда здоровью другого человека, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Между действиями подсудимого ФИО1 и наступившими последствиями имеется прямая причинная связь.

Довод подсудимого и его защитника о том, что ФИО1 реально опасался за свою жизнь и действовал с превышением пределов необходимой обороны, противоречит исследованным в судебном заседании доказательствам.

В материалах дела отсутствуют доказательства какого-либо посягательства со стороны пострадавшего П.В., сопряженного с насилием, опасным для жизни подсудимого, или непосредственной угрозы применения такого насилия.

При этом, принимая во внимание время, место и обстановку, в которой было совершено преступление, а именно нахождение подсудимого ФИО1 и пострадавшего П.В. в одной компании, совместное распитие спиртного, отсутствие какого-либо конфликта, суд приходит к выводу о том, что для подсудимого ФИО1 действия П.В. не могли быть неожиданными, а сам ФИО1, уже однажды освободившись от аналогичного захвата, мог объективно оценить степень и характер опасности действий П.В..

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что потерпевший П.В. не совершал действий, сопряженных с насилием, опасным для жизни подсудимого, или непосредственной угрозы применения такого насилия, от которых ФИО1 вынужден был защищаться с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Исследованные по делу доказательства в своей совокупности позволяют суду сделать вывод о том, что подсудимый ФИО1 совершил преступление, ответственность за которое предусмотрена ч. 4 ст. 111 УК РФ, - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд, в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, характеризующие его данные, наличие смягчающих и отягчающих обстоятельств наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Кроме того, в соответствии со ст. 6 УК РФ, суд при назначении наказания подсудимому учитывает требования уголовного закона о справедливости назначенного наказания, то есть его соответствия характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Суд учитывает данные о личности подсудимого ФИО1, <данные изъяты>

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов <данные изъяты>

Обоснованность заключения комиссии экспертов с учетом уровня их специального образования, практической деятельности в этой области, у суда сомнений не вызывает.

В этой связи, доводы подсудимого о совершении им преступления неосознанно, отвергаются судом как несостоятельные.

С учетом содержащихся в материалах дела сведений о личности подсудимого, его здоровье и психическом состоянии, которое в момент совершения преступления и в настоящее время у суда сомнений не вызывает, суд признает ФИО1 вменяемым, способным нести уголовную ответственность.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого судом признаются: в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ - явка с повинной, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - признание вины, раскаяние в содеянном, наличие психического расстройства, не исключающего вменяемости, состояние здоровья, осложненное перенесенным тяжелым заболеванием.

Суд также приходит к выводу о том, что совершение ФИО1 преступления было спровоцировано неправомерным поведением потерпевшего П.В., выразившимся в совершении захвата шеи ФИО1, сдавливании, причинении физической боли.

Противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, суд в соответствии с п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ также признает обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ФИО1

В судебном заседании установлен факт оплаты родственниками подсудимого лечения пострадавшего П.В. при нахождении последнего на излечении в ГБУЗ «Новоаннинская ЦРБ». Вопреки доводам защиты, суд не находит оснований для признания таких действий в качестве частичного возмещения ущерба, однако полагает, что эти действия следует признать смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ - как иные действия, направленные на заглаживание вреда причиненного потерпевшему.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что состояние алкогольного опьянения, в которое ФИО1, <данные изъяты>, сам себя привёл, употребляя спиртные напитки, сняло внутренний контроль за его поведением, в том числе, способствовало проявлению агрессии, что привело к совершению им особо тяжкого преступления против личности – причинению тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего.

Вследствие этого и в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО1, суд признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

В силу ст.15 УК РФ преступление, предусмотренное ч.4 ст.111 УК РФ относится к категории особо тяжких преступлений. Оснований для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимый, на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ, исходя из характеристики личности подсудимого и обстоятельств совершения им преступления, судом не усматривается.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления и других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности совершенного преступления и позволяли назначить ФИО1 наказание с применением положений ст. 64 УК РФ, судом при рассмотрении дела не установлено.

С учетом обстоятельств дела, личности подсудимого, характера и степени общественной опасности преступления, в том числе наличия обстоятельств, как смягчающих, так и отягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, суд считает исправление подсудимого возможным только в условиях изоляции от общества, и находит справедливым назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы, суд считает возможным не назначать, поскольку полагает, что основного наказания в виде лишения свободы будет достаточно для его исправления.

Такое решение, по мнению суда, соответствует требованиям ст.43 УК РФ о применении уголовного наказания в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений.

На основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбытие наказания в виде лишения свободы ФИО1 необходимо назначить в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу следует оставить без изменения – заключение под стражу.

Время предварительного содержания под стражей ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, подлежит зачету в срок отбытия наказания.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вещественные доказательства по делу: камуфлированную куртку ФИО1, камуфлированные брюки ФИО1, трусы с надписью BOKAI men s world ФИО1, рубашку бежевого цвета с коротким рукавом ФИО1, плед, метлу, ножницы, смыв вещества бурого цвета с поверхности двери с контрольным смывом и контрольным образцом; края ногтевых пластин с подногтевым содержимым левой и правой рук трупа П.В., края ногтевых пластин с подногтевым содержимым левой и правой рук ФИО1, образец крови от трупа П.В.; участок кожи с повреждением подключичной области П.В.; образец крови ФИО1, - хранящиеся при уголовном деле, как предметы, не представляющие ценности, в соответствии с п.3 ч.3 ст.81 УПК РФ по вступлении приговора в законную силу следует уничтожить.

Руководствуясь ст. 307- 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком семь лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 оставить без изменения – заключение под стражу.

Засчитать в срок отбывания наказания ФИО1 время его предварительного содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: камуфлированную куртку ФИО1, камуфлированные брюки ФИО1, трусы с надписью BOKAI men s world ФИО1, рубашку бежевого цвета с коротким рукавом ФИО1, плед, метлу, ножницы, смыв вещества бурого цвета с поверхности двери с контрольным смывом и контрольным образцом; края ногтевых пластин с подногтевым содержимым левой и правой рук трупа П.В., края ногтевых пластин с подногтевым содержимым левой и правой рук ФИО1, образец крови от трупа П.В.; участок кожи с повреждением подключичной области П.В.; образец крови ФИО1, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Новоаннинский районный суд Волгоградской области в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

В случае пропуска срока апелляционного обжалования по уважительной причине лица, имеющие право подать апелляционную жалобу, представление, могут ходатайствовать перед судом, постановившим приговор или вынесшим иное обжалуемое решение, о восстановлении пропущенного срока.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления, затрагивающих интересы лиц, участвующих в деле, осужденный, потерпевший вправе подать свои возражения в письменном виде, и непосредственно могут довести до суда апелляционной инстанции свою позицию в письменном виде.

Председательствующий судья: С.А. Денисов.

Приговор постановлен в совещательной комнате, изготовлен с помощью компьютера.