Приговор № 1-134/2026 1-737/2025 от 22 января 2026 г. по делу № 1-134/2026

УИД: 93RS0№-48

Дело №

Категория: ст. 293 ч. 2 УК РФ


ПРИГОВОР

ИФИО1

23 января 2026 года Буденновский межрайонный суд <адрес> в составе

председательствующего судьи Клименко М.В.,

при ведении протокола секретарями судебного заседания ФИО35,

ФИО36,

при помощнике ФИО37,

с участием

государственных обвинителей ФИО38,

ФИО39,

ФИО40,

подсудимого ФИО15 В.А., защитников-адвокатов ФИО53, ФИО54,

потерпевшего Потерпевший №1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, УССР, гражданина Российской Федерации, с высшим образованием, официально трудоустроенного врачом акушером-гинекологом гинекологического отделения ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», женатого, имеющего несовершеннолетнего ребенка – ФИО15 Я.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, военнообязанного, ранее не судимого, зарегистрированного и проживающего по адресу: ДНР, <адрес>,-

в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК Российской Федерации, суд, -

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, совершил халатность, то есть ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей по должности, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, повлекшее по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах.

ФИО15 В.А., в соответствии с Дипломом КЗ № от ДД.ММ.ГГГГ имеющий квалификацию врача, в соответствии с удостоверением № от ДД.ММ.ГГГГ имеющий высшую квалификационную категорию по специальности «Акушерство и гинекология», на основании Приказа Главного врача Государственного бюджетного учреждения «Городская клиническая больница № <адрес>» (далее по тексту – ГБУ «ЦГКБ № <адрес>») №/к от ДД.ММ.ГГГГ назначенный на должность заведующего гинекологическим отделением, врача-акушера-гинеколога вышеуказанного медицинского учреждения (далее – заведующий отделением) в своей профессиональной деятельности должен был руководствоваться должностной инструкцией заведующего гинекологическим отделением врача-акушера-гинеколога, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ Главным врачом ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» (далее по тексту – Должностная инструкция), в соответствии с п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.12, 2.13, 2.14, 2.19, 4.1, 4.2, 4.4, 5 которой он: организует работу гинекологического отделения для обеспечения лечебно-диагностического процесса, в полном объеме, своевременно, на современном уровне; по результатам анализа работы отделения принимает меры, направленные на рациональное использование коечного фонда, улучшение качества и сроков обследования и лечения больных; обеспечивает госпитализацию больных в отделение, распределяет больных между врачами отделения, сам ведет положенное количество больных, осуществляет регулярный контроль за работой врачей отделения, в том числе за правильность поставленных диагнозов, качеством проводимого лечения; обеспечивает и контролирует правильность и своевременность обследования и лечения каждого больного путем своевременного осмотра каждого больного, поступившего в отделение не позднее одних суток, проведения обходов не реже одного раза в неделю, систематического осмотра тяжелобольных, контроля над больными, длительно находящимися в отделении; оказывает квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности, используя современные методы профилактики, диагностики лечения и реабилитации, разрешенные для применения в медицинской практике; определяет тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами; решает вопросы выписки и перевода больных самостоятельно или по согласованию с заместителем главного врача по медицинской части, контролирует правильность и своевременность оформления выписных документов, подписывает их; консультирует врачей отделения по вопросам диагностики и лечения, участвует при выполнении лечебных и диагностических процедур, привлекает для консультации старших специалистов или врачей других специальностей; систематически контролирует правильность ведения медицинской документации в отделении и работу врачей, медицинских сестер и санитарок и других сотрудников отделения по выполнению ими должностных обязанностей; непосредственно выполняет лечебную работу в соответствующем объеме: ведение больных и выполнение дежурств в отделении; применяет современные методы профилактики, лечения и реабилитации в пределах своей специальности; владеет всеми методами стационарного лечения, применяет в полном объеме хирургические вмешательства; является в отделение в нерабочее время по вызову дежурного врача отделения; обеспечивает готовность отделения к работе в чрезвычайных ситуациях, руководит ее, информирует руководство больницы обо всех происшествиях и принятых мерах; соблюдает сам и обеспечивает соблюдение сотрудниками отделения трудовой дисциплины, правил внутреннего трудового распорядка, медицинской этики и деонтологии; несет ответственность за надлежащее и своевременное исполнение возложенных на него должностных обязанностей, предусмотренных Должностной инструкцией и правилами трудового распорядка больницы; несет ответственность за организацию своей работы и квалифицированное выполнение приказов, распоряжений и поручений от руководства учреждения; несет ответственность за совершенные в процессе проведения лечебных мероприятий правонарушения или бездействие; несет ответственность за ошибки в процессе осуществления своей деятельности, повлекшие за собой тяжкие последствия для здоровья и жизни пациента; должен знать: законы ДНР и другие нормативно-правовые акты, регламентирующие деятельность учреждений здравоохранения; действующие нормативно-методические документы, регламентирующие деятельность медицинских учреждений; методы и правила оказания лекарственной и неотложной медицинской помощи; организацию, структуру, штаты и оснащение акушерско-гинекологической службы; все правовые и нормативные документы по своей специальности; Положением о гинекологическом отделении от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного главным врачом ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» (далее – Положение о гинекологическом отделении), в соответствии с п.п. 1, 5, 7 которого гинекологическое отделение является структурным подразделением ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», созданным для круглосуточного оказания ургентной и плановой специализированной медицинской помощи гинекологическим больным Буденновского и <адрес>ов <адрес>; на должности врачей-акушеров-гинекологов которого назначаются специалисты, соответствующие Квалификационным требованиям по специальности акушерство и гинекология; осуществляющим функции по: оказанию медицинской помощи женщинам с заболеваниями органов репродуктивной системы в стационарных условиях; освоению и внедрению в клиническую практику современных методов диагностики и лечения нарушений репродуктивной системы и профилактики осложнений на основе принципов доказательной медицины и научно-технических достижений; установлению медицинских показаний и направлению женщин в медицинские организации для оказания высокотехнологичной медицинской помощи.

Таким образом, ФИО15 В.А. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являлся лицом, постоянно выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в государственном учреждении по оказанию квалифицированной медицинской помощи по своей медицинской специальности, организации и обеспечению своевременного обследования и лечения пациентов в отделении на уровне современных достижений медицинской науки и практики, определению тактики ведения и обследования пациента, обследованию и сбору анамнеза, установлению диагноза, назначению и контролю лечения, руководству работой медицинского персонала, всей диагностической, лечебно-профилактической и административно-хозяйственной работой вверенного ему отделения, то есть являлся должностным лицом.

В соответствии с ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В соответствии с п.п. 3, 8 ч. 1 ст. 2, п.п. 1, 2, 5, 6 ст. 4, п.п. 4, 5 ст. 10, ч.ч. 1,2 ст. 18, ч. 2 ст. 19, п. 1 ч. 2 ст. 73 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; под лечением понимается комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни; основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, ответственность должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются применением порядков оказания медицинской помощи, клинических рекомендаций и стандартов медицинской помощи, а также предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи; каждый имеет право на охрану здоровья, которое обеспечивается оказанием доступной и качественной медицинской помощи; каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи; медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями.

В соответствии с п.п. 65, 66 Раздела VII (Оказание медицинской помощи женщинам с гинекологическими заболеваниям) Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология», утвержденного Приказ Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н, медицинская помощь при гинекологических заболеваниях оказывается в рамках первичной медико-санитарной (доврачебной и врачебной), специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи в медицинских организациях, имеющих лицензию на осуществление медицинской деятельности, включая работы (услуги) по акушерству и гинекологии; основной задачей первичной медико-санитарной помощи гинекологическим больным является профилактика, раннее выявление и лечение наиболее распространенных гинекологических заболеваний, а также оказание медицинской помощи при неотложных состояниях.

ДД.ММ.ГГГГ в 08 час 30 мин в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» по адресу: Донецкая Народная Республика, <адрес>, поступила ФИО4 с первичным диагнозом «симптомная субсерозная миома матки с болевым синдромом», где при поступлении была осмотрена врачом гинекологического отделения Свидетель №3 совместно и под контролем заведующего гинекологическим отделением ФИО15 В.А., в ходе осмотра определен план лечения и необходимый объем оперативного вмешательства, после чего ФИО4 для дальнейшего лечения указанного заболевания госпитализирована в гинекологическое отделение вышеуказанного учреждения здравоохранения с показаниями к оперативному вмешательству, в связи с чем имела право на предоставление качественной врачебной и специализированной медицинской помощи в рамках государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

ДД.ММ.ГГГГ не позднее 09 час. 25 мин врачом гинекологического отделения Свидетель №3, под контролем заведующего гинекологического отделения ФИО15 В.А. составлен предоперационный эпикриз ФИО4, построенный на данных, полученных в ходе опроса и обследования больной, динамического наблюдения и коллегиальных обсуждений.

При этом заведующий гинекологическим отделением ФИО15 В.А., осведомленный о состоянии здоровья ФИО4, располагая необходимыми средствами диагностики и лечения, обладая достаточными навыками в области медицины, проявляя небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО4, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог в силу имеющейся квалификации и занимаемого должностного положения предвидеть эти последствия, в нарушение п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.12, 2.13, 2.14, 2.19, 4.1, 4.2, 4.4, 5 Должностной инструкции, п.п. 1, 5, 7 Положения о гинекологическом отделении, допустил не в полном объеме проведение предоперационного обследования и подготовку ФИО4, в соответствии с Унифицированным клиническим протоколом медицинской помощи эндоскопия и лапароскопия в гинекологии, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Донецкой Народной Республики от ДД.ММ.ГГГГ, №, а именно: непроведение ФИО4 ультразвукового исследования органов малого таза, для установления размеров, локализации миоматозных узлов до оперативного вмешательства, не проконтролировал проведение консультаций ФИО4 у терапевта, кардиолога и сосудистого хирурга, при наличии в анамнезе сопутствующей патологии в виде ишемической болезни сердца (атеросклеротический кардиосклероз), гипертонической болезни и варикозной болезни вен нижних конечностей, а также не организовал проведение ФИО4 флюорографии или рентгенографии органов грудной клетки.

ДД.ММ.ГГГГ в период с 09 час. 25 мин. по 12 час. 25 мин. ФИО4 в помещении операционной гинекологического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» по адресу: Донецкая Народная Республика, <адрес>, медицинскими работниками указанного учреждения, в том числе заведующим гинекологическим отделением ФИО15 В.А., проведена хирургическая операция: «Диагностическая лапароскопия. Лапаротомия. Простая экстирпация матки без придатков», при этом оперирующим врачом-акушером-гинекологом Свидетель №1 (в отношении которой ДД.ММ.ГГГГ Буденновским межрайонным судом <адрес> постановлен обвинительный приговор) допущен дефект в оказании медицинской помощи ФИО4, выразившийся в повреждении стенки подвздошной кишки во время указанного оперативного вмешательства с использованием медицинских хирургических инструментов. Указанный выше дефект оказания медицинской помощи в виде повреждения стенки подвздошной кишки привел к развитию гнойного перитонита с полиорганной недостаточностью, который обычно у живых лиц, по признаку угрожающего жизни состояния, в соответствии с пунктом 6.2.7. Медицинских критериев приказа Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека.

При этом заведующий гинекологическим отделением ФИО15 В.А., осведомленный о состояния здоровья ФИО4, располагая необходимыми средствами диагностики и лечения, обладая достаточными навыками в области медицины, проявляя небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО4, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог в силу имеющейся квалификации и занимаемого должностного положения предвидеть эти последствия, в нарушение п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.12, 2.13, 2.14, 2.19, 4.1, 4.2, 4.4, 5 Должностной инструкции, п.п. 1, 5, 7 Положения о гинекологическом отделении, при проведении оперативного вмешательства, принимая непосредственное участие в проведении оперативного вмешательства, должным образом не проконтролировал действия оперирующего врача-акушера-гинеколога Свидетель №1 (в отношении которой ДД.ММ.ГГГГ Буденновским межрайонным судом <адрес> постановлен обвинительный приговор), в результате чего повреждена стенка подвздошной кишки ФИО4 во время оперативного вмешательства от ДД.ММ.ГГГГ, а также не проведена ревизия всей брюшной полости во время оперативного вмешательства на предмет установления возможного повреждения кишечника на уровне проведения проколов передней брюшной стенки во время лапароскопии.

После проведенного оперативного вмешательства, в период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 получала стационарную медицинскую помощь в гинекологическом отделении ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», ее состояние последовательно ухудшалось вследствие вышеуказанного дефекта оказания медицинской помощи. В указанный период ДД.ММ.ГГГГ в 15 час. 00 мин., ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. 00 мин. заведующим гинекологическим отделением ФИО15 В.А. совместно с врачами гинекологического отделения в ходе обхода пациентов проведен осмотр ФИО4, при котором заведующий гинекологическим отделением ФИО15 В.А., осведомленный о прогрессирующем ухудшении состояния здоровья ФИО4, располагая необходимыми средствами диагностики и лечения, обладая достаточными навыками в области медицины, проявляя небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО4, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог в силу имеющейся квалификации и занимаемого должностного положения предвидеть эти последствия, в нарушение п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2,10, 2.11, 2.12, 2.13, 2.14, 2.19, 4.1, 4.2, 4.4, 5 Должностной инструкции, п.п. 1, 5, 7 Положения о гинекологическом отделении, в послеоперационном периоде недооценил состояние ФИО4, для установления послеоперационных осложнений, несмотря на объективные клинические и лабораторные данные, свидетельствующие о наличии прогрессирующего воспалительного процесса, должным образом не проконтролировал назначение ФИО4 врачами гинекологического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» в послеоперационном периоде одновременно кровеостанавливающих препаратов и препарата, снижающего свертываемость крови, должным образом не проконтролировал проведение инструментальных методов исследования органов брюшной полости для установления послеоперационных осложнений, не обеспечил ведение наблюдения врачами гинекологического отделения за ФИО4, что привело к некачественным, формальным осмотрам во время динамического наблюдения за ФИО4 и не позволило своевременно выявить послеоперационное осложнение в виде гнойного перитонита с флегмоной передней брюшной стенки, а также препятствовало своевременному назначению адекватного лечения, несмотря на то, что на данном этапе оказания медицинской помощи, сотрудники ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» имели возможность и могли установить правильно и своевременно развившиеся послеоперационные осложнения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 из-за ухудшения клинической ситуации, переведена из ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» в Государственное бюджетное учреждение «Центральная городская больница № <адрес>», где вследствие бездействия со стороны заведующего гинекологическим отделением ФИО15 В.А., непринятия им мер по организации своевременного диагностирования послеоперационных осложнений у ФИО4, то есть ненадлежащего исполнения ФИО15 В.А. своих обязанностей, предусмотренных п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.12, 2.13, 2.14, 2.19, 4.1, 4.2, 4.4, 5 Должностной инструкции, п.п. 1, 5, 7 Положения о гинекологическом отделении, ДД.ММ.ГГГГ в 17 час 00 мин. наступила смерть последней от разлитого гнойного перитонита с флегмоной передней брюшной стенки, развившихся в результате допущенного дефекта оказания медицинской помощи - повреждения стенки подвздошной кишки во время проведения операции «Диагностическая лапароскопия. Лапаротомия. Простая экстирпация матки без придатков» от ДД.ММ.ГГГГ по поводу симптомной миомы матки с болевым синдромом, осложнившихся синдромом системного воспалительного ответа с полиорганной (нескольких органов) недостаточностью. Таким образом, между установленными дефектами оказания медицинской помощи ФИО4 в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

Ненадлежащее исполнение ФИО15 В.А. своих обязанностей по должности, повлекло наступление общественно опасных последствий в виде смерти ФИО4, существенное нарушение предусмотренных ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации, п.п. 3, 8 ч. 1 ст. 2, п.п. 1, 2, 5, 6 ст. 4, п.п. 4, 5 ст. 10, ч.ч. 1, 2 ст. 18, ч. 2 ст. 19, п. 1 ч. 2 ст. 73 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» прав и законных интересов ФИО4 по оказанию качественной бесплатной медицинской помощи, в результате нарушения исполнительской дисциплины, неисполнения организационно-распорядительных функций, хотя при должной внимательности и предусмотрительности, ФИО15 В.А. мог и должен был предвидеть последствия в виде наступления смерти ФИО4

В судебном заседании подсудимый ФИО15 В.А. вину в совершенном преступлении не признал в полном объеме, пояснил, что в 2018 году он проводил оперативное вмешательство пациентке ФИО4, у нее была миома матки, соматическая патология, сопутствующие заболевания: гипертоническая болезнь, ишемическая болезнь сердца, глаукома, и на тот момент она уже была прооперирована. Все это было подробнейшим образом отражено в ее медицинской карте, которую она постоянно с собой приносила и приходила она всегда с анализами. В декабре 2022 года, у ФИО4 уже была гиперплазия эндометрия, он делал операцию. Она приходила с результатами УЗИ, потому что диагноз ставится исключительно по УЗИ. После полученного гистологического ответа, и цитологии, ургентных показаний для оперативного лечения не было, но так как уже второй раз гиперплазия, он сказал, что в следующий раз это может быть уже онкология, и придется оперироваться в онкологии. ФИО4 сказала, что будет однозначно оперироваться и он ей сказал, что обязательно должны быть анализы, т.е. обследование, что необходимо обойти кардиолога, терапевта, сосудистого хирурга, окулиста, нужны консультации специалистов за последние три месяца, с указанием, что нет противопоказаний для оперативного лечения. У ФИО4 были заключения кардиолога, сосудистого хирурга, терапевта, окулиста, потому что была указана глаукома, которая опасна резким повышением артериального давления. Флюорография тоже однозначно была. ФИО4 все принесла, все анализы, исследования у нее были. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 поступила к нему в отделение. Он всё проверил, действительно все заключения врачей были. Он сказал ей оформляться и что назначает лечащим врачом, также она была и оперирующим хирургом, Свидетель №1. Разговора о том, что именно он будет ФИО9, не было, но он сказал, что на операции будет присутствовать однозначно. Свидетель №1 оформлять пациентку помогала врач Свидетель №3, она все анализы переписывала в историю болезни с медицинской карты. Они не сделали ксерокопию медицинских документов ФИО4 в силу определенных обстоятельств (мужчины не выходили на улицу из-за СВО, в больнице ксерокс не работал, не было бумаги). У ФИО4 были результаты УЗИ, но их нет в истории болезни, так как они не успели их отксерокопировать. Заведующий анестезиологическим отделением Свидетель №4, пообщался перед операцией с ФИО4, изучил ее медицинскую документацию. Их вина, что они не сделали ксерокопию ее обследований. При поступлении он посмотрел ФИО4, посмотрела врач, которая описывала - Свидетель №3, посмотрел Юрий ФИО29. Далее начмеду они показали историю пациентки, противопоказаний к операции не было. Диагноз ФИО4 был установлен после операции, Свидетель №1 допустила механическую ошибку, написав диагноз числом поступления больной. ДД.ММ.ГГГГ во врем операции они перешли с лапароскопии на лапаротомию, так как по УЗИ, которые были в динамике у ФИО4, шеечно-перешеечный узел не указывался. В плановой операции они рассмотрели хорошо, что спаечный процесс был, но в их области он не мешал. Они увидели, что расположение узла низкое было, то есть у них не было возможности провести операцию лапароскопически, потому как очень близко сосуды расположены, в частности мочеточник. Они согласовали все. Никто против не был. При проведении лапаротомии, они рассмотрели кишечник, отгородили его салфетками, провели операцию, придатки оставили, шейку и матку удалили. Перед окончанием операции, они рассмотрели область раны, посмотрели кишечник, там, где ФИО9, там, где входили троакаром. Вытащили салфетки, послоны, каждую салфетку рассмотрели. Оснований полагать, что они травмировали кишечник, не было. Спаечный процесс, они не разделяли. Протокол операции составляла хирург Свидетель №1, он ей сказал отобразить спаечный процесс, но она этого не сделала, он должен был проверять историю в понедельник, но не успел. Каждый этап в операции в первую очередь контролирует хирург, первый ассистент, который стоит, контролирует второй ассистент. Через определенное время анестезиологи перевели ФИО4 из операционной в палату. Он зашел после того, как ее перевели, живот был спокойный, перистальтика была, претензий никаких не было. ДД.ММ.ГГГГ он делал обход послеоперационных больных. Рассказал ФИО4, что операцию закончили лапаротомически, объяснил почему, у нее претензий никаких не было. Он ей помог встать, и под руку они ходили по палате. УЗИ в плановом порядке, они не делали пациентке, поскольку это не предусмотрено приказами. Все лечение у ФИО4 было расписано, когда он уходил с работы в пятницу. Ей назначались гемостатические препараты и антикоагулянт. Дежурные врачи должны были отменить ненужный препарат, но проконтролировать все лечение он должен был в понедельник. На следующий день, в субботу, дежурили врачи, претензий не было никаких, ему никто не звонил. У него с субботы на воскресенье, фактически всю ночь был гипертонический криз, начинались признаки ОРВИ, но он не обращался в больницу за медицинской помощью. Ему позвонил из больницы в воскресенье около 11.00 часов, в первой половине дня, спрашивали какой объём операции, так как её собирались переводить. Ему пояснили что у ФИО4 КОВИД, он сказал сделать обследование, и отправить на рентген, и что нужна калиево-магниевую смесь, потому что у ФИО4 была атония кишечника. В период обследования ему постоянно звонили с больницы, также ему звонила дочка ФИО4. Далее, ФИО4 прокапали, кишечник завели. Он звонил Свидетель №4, просил его посмотреть ФИО4. Живот у нее был спокойный, перистальтика вялая, по дренажу серозного отделяемого нет. У ФИО4 был стул, у нее не было никаких признаков раздражения брюшины, острого живота. Ее смотрел хирург, тоже говорил, что живот спокойный, и ему не надо приезжать. Около 21:00 ему сказали, что у ФИО4 газ в брюшной полости, и он сказал, что это однозначно травма полого органа. Чем она обусловлена, не понятно, но травма есть, ее нужно было переводить. Далее, они вызвали скорую помощь, позвонили в больницу № и ее перевели в начале первого ночи, то есть в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ. Его никто не приглашал приезжать. Считает, что как заведующий он не должен был приезжать, в его должностных обязанностях это не написано. Дежурный хирург предлагал сделать диагностическую лапаротомию, он сказал не надо, что диагностическую лапаротомию делают в специализированном лечебном учреждении, т.е. в больнице №. Утром он позвонил хирургу в больницу №, который ФИО9 ФИО4, который сообщил, что была травма кишечника, маленькое отверстие, которое было прикрыто сальником, что было содержимого где-то до двух литров, всё с затёками. Он с Свидетель №1 ездили в больницу №, состояние ФИО4 было тяжелое, но стабильное. В среду ему позвонил доктор, сказал, что сделали второй этап санации, ее экстубировали, то есть убрали с искусственной вентиляции легких, они ее вывели из острого состояния, она общалась, говорила. ФИО4 собирались сделать уже третий этап, но она у них скончалась.

В судебном заседании в порядке, предусмотренном п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, были оглашены и исследованы показания подсудимого ФИО15 В.А., данные им при производстве предварительного следствия при допросе в качестве обвиняемого с участием защитников от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым, он не признал вину в халатности, повлекшей по неосторожности причинение смерти ФИО4, указав, что ФИО4 осматривалась и опрашивалась ДД.ММ.ГГГГ врачом отделения Свидетель №3, им в тот же день изучены данные, полученные Свидетель №3, о чем он поставил свою подпись в медицинской карте. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 госпитализирована без проведения каких-либо инструментальных методов исследования, поскольку у нее имелись результаты УЗИ, ЭКГ, которые были сделаны в других медицинских учреждениях и которые ФИО4 принесла с собой при госпитализации и которые соответствовали допустимым срокам. На базе ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» в 2023 году мелась возможность проведения УЗИ, ЭКГ. Для проведения МСКТ условий не было. Все консультации специалистов у ФИО4 были в ее амбулаторной карте, планировалось в понедельник (ДД.ММ.ГГГГ) приобщить копии в медицинскую карту ФИО4, заведенную в ГБ №, так как оригиналы документов врач не имеет права забирать, однако, в связи с переводом ФИО4 в ГБ № родственники последней забрали амбулаторную карту и получить копии не получилось. При проведении операции ФИО4 он участвовал в первую очередь как ассистент, а не как заведующий, при этом всю ответственность за проведение операции несет именно оперирующий хирург, он как первый ассистент выполнял указания оперирующего хирурга. Если ситуация усугубляется, и оперирующий врач не справляется, чего не было в случае с ФИО4, он начинает выполнять свои функции заведующего и становится оперирующим хирургом. При лапароскопическом выходе Свидетель №1 делалась гидропроба, при лапаратомической операции ФИО4 использовался визуальный метод контроля салфеток, которыми отграничивается операционное поле. При операции проводилась ревизия всей брюшной полости. Если бы какие-то участки кишечника не были осмотрены в ходе ревизии, он бы сказал об этом Свидетель №1 Он читал протокол операции, составленный Свидетель №1 после его составления. В протоколе операции ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ не были отражены факты обнаружения и разъединения спаек. В послеоперационный период на следующий день, состояние ФИО4 соответствовало раннему послеоперационному периоду, у нее была нормальная температура, нормальная сатурация, было мочеотделение, была перистальтика кишечника, состояние ФИО4 полностью соответствовало первым суткам послеоперационного периода. После его наблюдения за ФИО4 в первый день после операции, он около 16 часов ушел домой, сообщив о состоянии ФИО4 дежурным врачам отделения, наблюдавшим за ФИО4 4 и ДД.ММ.ГГГГ были выходные дни, его на работе не было. В указанный период времени у него было ухудшение состояния в виде повышенного давления, которое не сбивалось препаратами, а также явлениями ОРВИ, в связи с этим он находился дома, на работу не выходил, и не должен был выходить, так как были выходные дни, а он не дежурил. Дежурные врачи ДД.ММ.ГГГГ держали его в курсе ситуации ФИО4 Признаков прогрессирующего перитонита у ФИО4 не наблюдалось. Содержимое послеоперационного дренажа также не свидетельствовало о наличии перитонита. В процессе лечения ФИО4 с учетом показаний анализов, необходимо было скорректировать назначение кровеостанавливающих препаратов (транексам, этамзилат) и препаратов, снижающих свертываемость крови (эниксум).

В период наблюдения ФИО4 в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» наблюдалось стабильное улучшение ее состояния после проведенных двух санаций, смерть ФИО4 наступила на 10 сутки после проведенной операции на фоне стабильного улучшения состояния (Т. 7, л.д. 11-12, 20-26, 39-41, 159-161).

После оглашения показаний ФИО15 В.А., данных им в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого с участием его защитников, подсудимый в суде пояснил, что оглашенные показания он поддерживает в полном объёме и настаивает на них. Дополнил, что ФИО4 не проходила обследование в их больнице у врача терапевта, кардиолога, сосудистого хирурга, по той причине, что заключения данных врачей у нее были в медицинской карте, где было написано, что противопоказаний для оперативного лечения нет. На базе ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» в 2023 году имелась возможность для проведения УЗИ, ЭКГ. Настаивал на том, что при операции проводилась ревизия всей брюшной полости, если бы какие-то участки кишечника не были осмотрены в ходе ревизии, он бы сказал об этом Свидетель №1. Также он говорил Свидетель №1 чтобы она дописала факты обнаружения и разъединения спаек в протоколе операции, но Свидетель №1 так этого и не сделала. Вину не признал, и в том числе не согласен с заключением эксперта, поскольку оно носит вероятный характер.

Несмотря на фактическое непризнание подсудимым своей вины в совершенном преступлении, его вина в объёме, указанном в приговоре, подтверждается совокупностью доказательств, представленных стороной обвинения и исследованных в судебном заседании.

Показаниями в судебном заседании потерпевшего Потерпевший №1, который пояснил, что ФИО4 приходится ему матерью. Заведующий отделением ФИО15 В.А. порекомендовал ей сделать операцию по удалению матки, чтобы не переросло в опухоль. Мама очень боялась операций, и говорила им, что полостной операции не будет, ФИО15 В.А. уверил ее, что сделают два отверстия, и в понедельник она уже сможет идти домой. Его мама обследовалась до операции, сдавала анализы, но какие именно она проходила обследования ему не известно. ДД.ММ.ГГГГ он привез ее в больницу №. Изначально его мама сказала, что операцию будет делать ФИО15 В.А. ДД.ММ.ГГГГ его маме сделали операцию, после операции в палате с ней находилась внучка - Свидетель №2. Когда шла операция, его сестра звонила ФИО27, так как операция шла дольше положенного, около двух часов, им было понятно, что были сложности во время операции. Изначально он думал, что ФИО15 В.А. был лечащим врачом его матери, но потом ему стало известно, что операцию его маме делала Свидетель №1. В послеоперационное время ни ФИО15, ни Свидетель №1 у его мамы он не видел. Его маме все время было плохо. Он был у мамы ДД.ММ.ГГГГ, она выглядела очень плохо, у нее все болело. В субботу утром ему позвонили из больницы, сказали, что нужно купить лекарство. Он поехал купил, и привез ей необходимое лекарство. Мама говорила, что у нее все болит, была очень отечная, врачи постоянно ставили ей капельницы, постоянно к ней приходили, проводили осмотры, но говорили только, что это послеоперационный период. За все время, что его мама находилась в больнице №, ФИО15 В.А., он ни разу не видел, он общался только в телефонном режиме. ДД.ММ.ГГГГ сестра будучи у мамы в больнице, позвонила ему около восьми часов вечера, и сказала, что маме плохо и ее будут переводить в больницу №, они вызвали скорую помощь. Он приехал в больницу, его мама выглядела очень плохо, ее с трудом посадили в коляску, хотя она всегда была энергичной, активной женщиной, работала, за три дня нахождения в больнице она просто превратилась в овощ. Когда он приехал ДД.ММ.ГГГГ около девяти часов вечера в больницу, его мама находилась в палате, ей подключили кислород, мама ему показала, что у нее со шва пошли выделения темного цвета, почему врачами и было принято решение о переводе ее в другую больницу. ФИО15 В.А. в этот день также не было, врачи начали делать выписку, и вызвали скорую помощь. Они приехали в больницу №, где врачи сказали, что выписные документы оформлены неправильно, они не могли понять, какая была проведена операция. Его маму забрали на операцию, и через неделю она умерла. Врачи больницы № сказали, что у его мамы в брюшной полости образовалось около 2 литров гноя, у его мамы был воспален шов, через который были выделения темного цвета, начался абсцесс. Пояснили, что мама находилась в очень запущенном состоянии. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ его мама находила в больнице №, он приезжал каждое утро, приобретал необходимые медикаменты. За все время нахождения его мамы в больнице №, врачи говорили, что у его мамы стабильно тяжелое состояние, один раз сестре сказали, что мама начала реагировать, и ее хотели снять с аппарата искусственной вентиляции легких, но так и не сняли.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №9, которая пояснила, что ФИО4 - ее мама, которая под наблюдением ФИО15 была не один год, ее мама была с ним в дружеских отношениях. ДД.ММ.ГГГГ у ее мамы была вторая чистка у ФИО15 В.А., так как у нее была миома более 8 лет. Мама следила за здоровьем, делала УЗИ, проходила маммолога. Так же мама была предпринимателем, работала в магазине, у нее была медицинская карточка, и ежегодно она проходила медицинский осмотр. Мама категорически не хотела, боялась полостной операции, и потому не удаляла миому. ФИО15 знал об этом, так как со слов мамы, он был для нее другом. ФИО15 В.А. настаивал на том, что матку необходимо удалять. Ее мама категорически не хотела полостную операцию, и все об этом знали, в том числе ФИО15 В.А. Он убедил их, что операцию нужно делать как можно быстрее. Они были уверены, что хирургом будет ФИО2, но он конкретно не говорил им об этом, но и не говорил, что будет другой врач. Так же им поясняли, что операция будет простая, в пятницу сделают операцию, в понедельник можно будет идти на работу. ДД.ММ.ГГГГ в больницу маму привез брат, происходила подготовка к операции. В этот день ее мама разговаривала с ФИО15, он посоветовал ей не кушать, попить таблетки, рассказал, как правильно подготовиться к операции. ДД.ММ.ГГГГ ее мама подписывала стандартные документы, которые требовали в лечебном учреждении, когда мама их подписывала ее не было рядом с ней, соответственно их содержание ей также не известно. Операция была назначена на ДД.ММ.ГГГГ, в этот день рано утром она приехала со своей дочерью, они были у ФИО15, проговорили как будет происходить операция, обговорили, что будет три прокола, которые позволят убрать миому. Она уехала, и в этот день с мамой осталась ее дочь ФИО27. Она знала все что происходит, ей звонила Люда, и она слышала все, что говорили врачи. Им пояснили, что операция простая, и будет длиться около часа. Однако операция длилась более трех часов, что пошло не так, они не знали. Когда ее маму привезли в палату, медсестры дали Люде указания, которые она выполняла. Она дозвонилась ФИО15, который сказал, что операция прошла сложно, но все расскажет при личной встрече. В четверг она приехала к маме, ФИО15 она не застала. Ее дочь была днем, а она приехала вечером, и осталась у мамы на ночь. В ночь со ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ год, дежурной была врач Свидетель №1. Состояние мамы было тяжелое, боли были катастрофические, медсестры и Свидетель №1 сказали, что это нормальное состояние после операции. Ночью они фактически не спали, у ее мамы были постоянные боли, она несколько раз звала ФИО24, маме кололи наркотик, потому что боли были сильные. В пятницу утром приехала ее дочь, а она уехала на работу. Около 10-11 часов, пришел ФИО15. Он осмотрел маму, рассказал, что операция была тяжелая, и они проверили полостную операцию. Приехав ДД.ММ.ГГГГ в три часа дня в больницу, ФИО15 она уже не застала. Встретиться после операции с ним у нее так и не получилось, все было в телефонном режиме. С пятницы она находилась с мамой, никуда не уезжала. Медсестры смотрели за мамой, ставили капельницы, с вечера пятницы катетер у мамы был пустой. Она ничего не ела, и не пила. С пятницы на субботу ночь была очень тяжелой. Ей говорили, что маму нужно поднимать, чтобы она ходила, она ее поднимала, и она с ней ходила по палате. Но у нее все болело. ФИО15 не было, он оставил предписание и медсестры выполняли все по его предписанию, меняли повязки, ставили капельницы. В субботу с утра ее маме было постоянно больно, она ничего не кушала. В больнице был только дежурный врач, она подходила говорила, что маме больно, он заходил, потом приглашал другого врача. Она звонила ФИО15, но он не всегда брал трубку. Врачи ей все передавали только на словах. Она спрашивала у медицинского персонала, какие капельницы ставят ее маме, на что ей говорили все согласно предписаний ФИО15, но и дежурные врачи тоже могли вносить свои корректировки в ход лечения. Как она понимала на тот момент, все происходило под контролем ФИО15. Мама не могла дышать, у нее была низкая сатурация, ей подключали аппарат ИВЛ. Так же ей сделали тест на ковид, но он не подтвердился. Маме постоянно ставили капельницы, она стала вся водянистая, она настаивала на том, чтобы ФИО15 приехал, но он сказал, что он простыл. В воскресенье с утра маме продолжали ставить капельницы, ей было очень больно. Медсестры меняли повязку, проверяли катетер, который также оставался сухим, мама ничего не ела. Дежурный врач говорил ей, что они на связи с ФИО15, и все действия с ним согласовывают. Потом она разговаривала с ФИО15, он сказал, что пригласит врача – Свидетель №4, врача из роддома. С ФИО15 после операции она лично ни разу не общалась, все было только по телефону. ДД.ММ.ГГГГ в воскресенье, приехал врач-анестезиолог Свидетель №4, он стучал маме по спине, легким, прощупывал ее, и назначил сделать рентген. Мама сама двигаться уже не могла, они на коляске спустились вниз, и сделали ей рентген. Врача - рентгенолога в больнице не было, снимок сразу описать не смогли. Еще к ним приходили врачи с роддома, фамилии врачей не знает, они не представлялись. Они осматривали маму, проверяли состояние культи, пояснили что все нормально. Она требовала, чтобы ФИО15 появился, на что он ей ответил, что у него давление. Она требовала от врачей, чтобы ей объяснили, что с мамой, и что делать дальше, на что ей говорили, что все под контролем ФИО15. Дежурные врачи, а также приглашенные специалисты, производили осмотр, но по ее мнению, помощи не оказывали. Медицинские сестры выполняли свою работу, меняли повязку, следили за катетером, ставили капельницу. В период с ДД.ММ.ГГГГ по 24:00 ДД.ММ.ГГГГ ее маме меняли операционную повязку раз в сутки утром, при данной манипуляции она присутствовала, все происходило в палате, шов у нее не вызывал подозрений, так как ей не с чем было сравнить. Медсестры обращали внимание на то, сухой ли был шов, или нет. В воскресенье в восемь часов вечера у мамы выпал катетер, и начали выливаться фекалии из того отверстия, где стоял катетер. Вызвали скорую помощь, брат приехал в больницу, мама уже была не в состоянии. На каталке спустили маму вниз, она ждала сопроводительные документы, как мне тогда показалось, что врачи не делали вовремя записей хода лечениям. Скорая помощь повезла маму в больницу №, так как в больнице № не было реанимации. Мама уже не ходила, не двигалась, была вся водянистая. В больницу № они приехали в 24:00. Дежурный врач ФИО25, который их принял, сказал, что мама в очень тяжелом состоянии. По документам, которые им дали из больницы №, врач из больницы № ничего не понял, все что происходило с мамой врачу рассказывала она. когда ее маму переводили из 9 больницы в 16 больницу на скорой помощи, медицинскую карту не передавали, выписки не было, были только какие-то сопроводительные документы. ФИО25 сказал, что если бы они привезли маму раньше, то имели бы возможность ее спасти. ДД.ММ.ГГГГ около 3 часов ночи, после того, как закончилась операция, вышел доктор, сказал, что состояние у мамы стабильно тяжелое, что шов очень воспален, в брюшной полости начался некроз. Они не смогли сделать разрез по тому шву, который был на первой операции, потому как он был сильно воспален, разрезали рядом, и произвели чистку. ДД.ММ.ГГГГ они поехали в больницу №, их встретил ФИО15, и объяснил, что все пошло не по плану во время операции, он не учел спайки, извинялся, вернул деньги за операцию, и сказал, что они понадобятся им для дальнейшего лечения. Мама находилась в реанимации, их туда не пускали. Утром врачи им давали список лекарств, они покупали их, и привозили в больницу, вечером врачи им говорили состояние мамы. Состояние всегда было стабильно тяжелым. ДД.ММ.ГГГГ маме сделали вторую чистку, и ФИО25, сказал, что маме требуется третья чистка, но организм очень ослаблен, так как у нее перитонит, и некроз ткани, также маме требовалась очищенная кровь. После второй чистки, ДД.ММ.ГГГГ ей сказали, что состояние у мамы стабильно тяжелое, она находилась на аппарате ИВЛ, так как без него она не могла дышать. Были моменты, когда маме становилось легче, но до третьей чистки мама не дожила. ДД.ММ.ГГГГ ей сообщили, что мамы больше нет. Мама никогда не болела, была здоровой, ее миома всегда была под контролем. Она бы никогда не пошла на полостную операцию, и все об этом знали. Дополнительно пояснила, что ее мама следила за своим здоровьем, за миомой. Ее мама проходила медосмотры в разных больницах: больница №, имени Калинина, больница профессиональных осмотров №, а также больница №, в зависимости от наличия специалиста, который ей был нужен. До момента госпитализации ДД.ММ.ГГГГ, в 2022 году мама делала флюорографию, рентген, в июле месяце мама делала УЗИ женских органов, а также обследовалась у маммолога. Раз в год мама стабильно делала УЗИ для того, чтобы следить за миомой. При госпитализации ДД.ММ.ГГГГ, у мамы была выписка из больницы имени Калинина, где она прошла УЗИ и врача-маммолог в 2022 году, рентген, так же мама посещала терапевта в 2022 года. У ее мамы не было хронических заболеваний, на учетах она нигде не состояла, была здоровой. У нее было только варикозное расширение вен, она делала операцию.

Показаниями в судебном заседании несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №2, которая пояснила, что ее бабушку зовут ФИО4. ДД.ММ.ГГГГ ее привезли в больницу. ДД.ММ.ГГГГ она приехала в больницу, бабушку готовили к операции, ей вкололи укол, перебинтовали ноги, и забрали на операцию. Операция длилась очень долго, дольше положенного. Ее бабушку привезли после операции, она была в бессознательном состоянии, спустя время она пришла в сознание, к ней периодически заходили медсестры, бабушка жаловалась на то, что ей больно, но ей говорили, что это нормальное послеоперационное состояние. Около пяти вечера за ней приехал папа, а ее мама приехал после работы, осталась с бабушкой на ночь. На следующее утро, ДД.ММ.ГГГГ она приехала в больницу, пришел врач ФИО15, который рассказывал о том, что операция прошла сложно, не по плану, бабушку порезали, а изначально так не планировали. Ее мама в этот момент слышала их разговор через телефон. Врач поднял бабушку, и вместе с ней походил по палате до двери и обратно, и сказал, что нужно начинать расхаживаться, в течении дня вставать, и ходить по коридору больницы. Бабушка говорила, что ей тяжело и очень больно. Потом в течении дня она с ней пару раз ходили, бабушка держалась за нее и за стену, но по ней было видно, что ей тяжело, потом она уехала, и все остальное время ее мама была с бабушкой. После операции, когда она была в бессознательном состоянии, она выглядела нормально, когда пришла в себя была очень бледной, сильнее чем обычно. Она была с бабушкой в день операции, и на следующий день, в последующие дни с бабушкой была мама. Дополнительно пояснила, что перед операцией ДД.ММ.ГГГГ к бабушке заходил ФИО15, и анестезиолог, который вколол бабушке укол, ФИО15 спрашивал про состояние бабушки, больше до операции он не заходил. После операции ДД.ММ.ГГГГ к бабушке заходил врач анестезиолог, интересовался ее состоянием, медсестры ставили капельницы, обрабатывали послеоперационный шов, который она видела с боку, он был достаточно большой, обмазанный йодом, впоследствии его обрабатывали зеленкой. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ она покинула больницу около 17:00 – 18:00, ее мама могла приехать около 16:00 вечера. Кроме ФИО15, анестезиолога, к бабушке ДД.ММ.ГГГГ еще заходила женщина, последняя послушала бабушку, но никаких рекомендаций она не дала, бабушка сказала, что ей больно.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №2 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что ФИО4 являлась ее бабушкой, ДД.ММ.ГГГГ она была в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» с ФИО4, где последней делали операцию. Операция длилась долго. Она была в больнице с утра, ушла около 17 часов. Когда она уходила из больницы, с бабушкой оставалась ее мама. На следующий день ДД.ММ.ГГГГ она пришла в больницу к ФИО4 в дневное время. После операции ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 ответила, что у нее все болит, она выглядела бледной, почти все время спала, у нее был болезненный вид. Она жаловалась на боли в области живота. Сразу после операции в палату к ФИО4 один раз заходил ее лечащий врач ФИО15 В.А., поинтересовался ее состоянием, посмотрел на ее живот, где был операционный шов. Второй раз ФИО15 В.А. заходил к ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ, он помог ей встать с кровати, и они прошлись по палате. Кроме того, дважды перед операцией, один раз заходил анестезиолог, который беседовал с ФИО4 перед операцией, спрашивал о побочных эффектах от лекарств, после операции спрашивал, как ФИО4 себя чувствует, каких-либо действий с бабушкой анестезиолог не делал. Кроме того, много раз заходили разные медсестры, которые ставили и меняли капельницы, делали клизму, обрабатывали операционный шов, меняли «утку». Также к ФИО4 заходила женщина-врач, померила давление, поменяла капельницу. Других медработников не было. Медсестры переживали за то, что бабушка не ходит в туалет, живот не издает звуков, один раз было «бульканье» в животе. Живот ФИО4 был очень раздут. Анестезиолог раздутый живот объяснил крупным телосложением ФИО4, а ФИО15 В.А. говорил, что все будет нормально, что скоро бабушку выпишут. ФИО4 говорила врачам и медицинским сестрам о боли в области живота, медсестры приходили и ставили уколы обезболивающего, на жалобы ФИО4 говорили, что была операция и это нормально. ФИО15 В.А. на жалобы ФИО4 на боли, говорил, что после операции у нее нормальное состояние, что сейчас ей сделают укол обезболивающего и станет полегче. Операционный шов у ФИО4 был немного опухшим, особенно в местах, где были хирургические нитки. Она видела у ФИО4 дренаж, конец которого выходил в банку, медсестры один раз меняли трубку дренажа, а также несколько раз меняли банку по мере наполнения. В банке было содержимое сначала бледно-желтого цвета, потом цвет становился насыщенней, а ДД.ММ.ГГГГ перед ее уходом содержимое стало желтым с примесью красного (Т. 1 л.д. 120-130).

Оглашенные показания несовершеннолетняя свидетель Свидетель №2 подтвердила в полном объеме, указала что в них все соответствует действительности. Дополнила, что никаких процессов в кишечнике у бабушки не было. В показаниях данных в ходе предварительного следствия, лечащим врачом она имела ввиду ФИО15 В.А., сколько именно раз он заходил, она уже не помнит, но оглашенные показания соответствуют действительности. В ее присутствии мама разговаривала с медсестрами по поводу состояния здоровья бабушки, она просила медсестер чтобы ей укололи обезболивающий укол.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №1, которая пояснила, что с 2005 года работает врачом акушер-гинекологом гинекологического отделения ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». ФИО4 была госпитализирована в гинекологическое отделение ДД.ММ.ГГГГ. На момент госпитализации ее осматривали ФИО2 и Свидетель №3, а также ознакамливались с ее амбулаторной картой, и после ФИО15 сказал, что она будет оперирующим хирургом. В ходе операции она была хирургом, первым ассистентом был ФИО15 В.А., вторым — Свидетель №3, анестезиолог Свидетель №4, операционная медсестра Свидетель №5. ДД.ММ.ГГГГ была проведена операция, она была дежурным врачом, находилась в отделении, и ДД.ММ.ГГГГ наблюдала женщину до момента, пока ее не передали по смене дежурным врачам до 17.00. Женщина была осмотрена перед операцией, и был согласован объём оперативного лечения. Планировалось женщине произвести лапароскопию, надвлагалищную ампутацию матки без придатков, по поводу фибромиомы матки. Они начали лапароскопическую операцию. После этого было обнаружено шеечное расположение фиброматозного узла, и было решено перейти на лапаротомию, то есть разрез брюшной стенки. И была выполнена экстерпация матки без придатков. Они совместно принимали решение перейти с одного вида операции на другой. В ходе проведения операции, ФИО15 В.А., как заведующий отделением, контролировал, чтобы она все делала правильно. Если бы ему что-то не понравилось, он бы обязательно об этом сказал, или же поменялся с ней местами, и стал на место хирурга. Во время операции все было как обычно, никаких особенностей не было, ревизия была проведена в полном объеме. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ состояние ФИО4 было в норме, не было признаков прогрессирующего ухудшения состояния. Она с ФИО15 осматривали пациентку, и также ФИО15 В.А. до конца рабочего дня находился на месте, и заходил к последней. Ее состояние соответствовало первым суткам после операционного периода. Моментов, которые настораживали, не было. После операции ФИО4 назначались антибиотики, обезболивающие препараты, кровоостанавливающие препараты, а также инфузионная терапия. Препараты назначались совместно обговорив с ФИО15 В.А., и заведующим анестезиологическим отделением. Далее женщина была передана по смене дежурным врачам. Что было дальше ей известно из медицинской документации, со слов дежурных врачей. Потом пациентка была переведена в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». Дополнила, что перед проведением операции, ДД.ММ.ГГГГ она изучала медицинскую документацию. У пациентки были лабораторные исследования, которые необходимы перед операцией. Общий анализ крови, мочи, биохимический анализ, коагулограмма, узи органов малого таза, ЭКГ. Соответственно, и запись анестезиолога тоже была. Противопоказаний к операции не было. В данном случае во время лапароскопического доступа, они провели только осмотр брюшной полости, но операцию не выполняли, ревизия брюшной полости проведена была еще раз. То есть камерой осматривается полностью, вся брюшная полость, петли кишечника, сальник, стенка передняя брюшная, печень, селезенка, плюс проводится гидропроба, то есть в брюшную полость наливается какое-то количество физраствора и оценивается по цвету, меняется цвет физраствора или нет, то есть содержит он кровь алую, или иные примеси. Если таковые имеются, принимаются какие-то меры. Все было чисто. Следующий этап - лапаротомия. Несмотря на то, что у женщины ранее не было операции, у нее был спаечный процесс в левой области. В ходе операции, они разъединяли спайки, которые им мешали, тупым путем. Она выполняла основной этап операции как хирург, первый ассистент ей помогал, второй ассистент - это человек, который либо показывает операционное поле, либо сушит. Когда они уходили из операционной, все было абсолютно нормально, ревизия была проведена в полном объеме, никаких признаков указывающих на то, что было ранение органа не было. Это могло быть и физическое повреждение. В ходе операции было обнаружено шеечное расположение миоматозного узла, данный узел можно было увидеть на УЗИ, которое является дополнительным инструментальным методом исследования. У ФИО4 УЗИ было датировано маем 2022 года, что допустимо для выполнения операции. Если бы у них было УЗИ, на котором был шеечный узел, и они бы посмотрели женщину на кресле и увидели бы этот узел, конечно, они бы сразу пришли к другому виду операции. Но на момент когда они осматривали женщину, расположение данного узла они не обнаружили, причину не смогла сказать. В ходе операции были обнаружены спаечные процессы. После завершения операции она составила протокол операции, в котором не отразила факт обнаружения при операции спаечного процесса у ФИО4, это ее упущение. Не отрицала, что в ходе указанной операции могло быть механическое повреждение кишечника ФИО4. В ходе введения иглы Вереша возможно повредить что-либо в брюшной полости. Все делается вслепую, поэтому и проводится ревизия брюшной полости.

В период нахождения ФИО4 в ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», ответственность за последнюю нес заведующий отделением, ей не известно давал ли он какие-то рекомендации. ФИО15 В.А. характеризует только с положительной стороны, достаточно опытный, грамотный специалист. ФИО15 В.А. всегда относится надлежащим образом к своим служебным обязанностям.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №3, которая с ДД.ММ.ГГГГ трудоустроена в ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», в должности врача акушера-гинеколога. Пояснила, что ФИО4 поступила к ним для оперативного лечения по поводу рецидивирующей гиперплазии эндометрии, дату она не помнит. Пациентку ФИО9 Свидетель №1, потом возникло осложнение в виде перфорации полого органа, пациентку перевели в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», где она скончалась. С ФИО4 она была знакома до операции, она делала ей диагностическое выскабливание полости матки. ФИО4 поступала для этой манипуляции уже неоднократно, это был не первый случай гиперплазии. Когда женщина поступила для оперативного лечения, она ее принимала, у них был совместный осмотр пациентки с заведующим отделением ФИО15 В.А., описывала ее она. Во время первичного осмотра они собирают сбор жалоб, анамнез, перенесенные заболевания. Все предоперационные исследования у пациентки были в полном объеме, она поступила не в ургентном случае, поэтому без обследований ее бы никто на операцию не взял. Перед проведением операции должны быть стандартные анализы: кровь, моча, кардиограмма, флюорография, и дальше по показаниям. У ФИО4 не было противопоказаний к операции. У больной было заключение ангиохирурга, так как у нее была варикозная болезнь, и она была ФИО9 по данному поводу, электрокардиограмма, флюорография, УЗИ, общий анализ кровь, биохимия. Давность проведения УЗИ не помнит. ФИО4 разъяснялась возможность перехода с лапароскопии на лапаротомию, а также какие могут возникнуть осложнения в ходе оперативного вмешательства, о чем она подписывала добровольное согласие. Участие в операции в качестве первого ассистента принимал – ФИО15 В.А., она в качестве второго ассистента. Также на операции была операционная медсестра Свидетель №5, анестезиолог Свидетель №4 Они проводили операцию лапароскопию. Все шло в обычном режиме, ничего их не настораживало. Во время лапароскопии увидели, что миоматозный узел был очень низко к шейке, и хирургом Свидетель №1 было принято решение перейти на лапаротомию. Шеечное расположение миоматозного узла можно было выявить при помощи УЗИ. В случае с ФИО4 не было таких результатов УЗИ, почему их не было не смогла ответить. В ходе операции лапаротомии был выявлен спаечный процесс в кишечнике. После проведения всех манипуляций, обязательно делается ревизия брюшной полости не только хирургом, но и ассистентами. В случае с ФИО4 ничего не выявили, у нее не было подозрений на перфорацию полого органа. После пациентка была переведена в палату. Лечение назначала лечащий врач Свидетель №1, ей был проведен только первичный осмотр, и ассистирование во время операции. Считает, что сопутствующие заболевания ФИО4 могли повлиять на тот результат, который случился. В послеоперационный период до выходных дней, ФИО4 наблюдала врач Свидетель №1, в выходные дни - дежурные врачи. На момент нахождения ФИО4 в их больнице, работа в отделении была организованна удовлетворительно. ФИО15 В.А. может охарактеризовать, как хорошего специалиста, отзывчивого человека, он никогда не уйдет с работы, пока не удостоверится, что все хорошо. ФИО15 В.А. не мог повлиять на состояние ФИО4 в тот период, когда она уже была переведена в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>».

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №3 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ из которых следует, что она является врачом-акушером-гинекологом гинекологического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 поступила в гинекологическое отделение ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» для оперативного лечения. В связи с занятостью лечащего врача ФИО4, заведующий отделением ФИО15 В.А. сказал ей провести осмотр ФИО4 при ее поступлении в больницу. Осмотр записывался ей со слов ФИО4, возможно последняя предоставляла амбулаторную карту, она не помнит. Данные об анамнезе жизни также заполнены ей со слов ФИО4 При беседе с ФИО4 также присутствовал ФИО15 В.А., который как заведующий определяет объем необходимого оперативного вмешательства и своей подписью в составляемых ей и имеющихся в медкарте документах, в т.ч. предоперационного эпикриза, заверяет правильность составленных документов и верность курса лечения. Далее она, ДД.ММ.ГГГГ как второй ассистент принимала участие в проведении операции по удалению матки ФИО4 Операцию проводила врач-акушер-гинеколог Свидетель №1, которая выполняла лапороскопические доступы в брюшную полость, делала разрезы и выполняла все действия в области операционного поля. В качестве первого ассистента в операции участвовал заведующий гинекологическим отделением ФИО15 В.А. В ходе операции при введении ФИО4 в операционную рану камеры и осмотра состояния матки, было выявлено шеечное расположение миоматозного узла, то есть доброкачественная опухоль располагалась именно на шейке матки и потому требовалось удаление матки вместе с шейкой. В связи с этим, оперирующим хирургом Свидетель №1 было принято решение о переходе на лапаротомию. В ходе операции кишечник отводился в сторону, и отграничивался марлевыми салфетками. При окончании операции салфетки были удалены. Помнит, что у ФИО4 был выражен спаечный процесс, но как он был локализован не помнит. Спайки разъединяла Свидетель №1, каким образом, она не запомнила. При операции ФИО4 проводилась ревизия органов брюшной полости, никаких отклонений выявлено не было (Т. 1, л.д. 182-187, 188-191, 192-196).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №3 подтвердила в полном объеме, пояснила, что часть событий уже не помнит в связи с их давностью. С протоколами допросов она ознакамливалась, подписывала.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №4, который около 30 лет занимает должность заведующего анестезиологическим отделением ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». Пояснил, что в начале февраля 2023 года, проводилась операция по поводу фибромиомы матки. Перед началом операции был произведен осмотр больного. У пациентки ФИО4 в истории болезни обследований не было, они были все в ее карточке, потому как пациентка сама обследовалась, у своих врачей. У пациентки они были все, а именно: электрокардиограмма, описание электрокардиограммы специалистом, заключение кардиолога, осмотр кардиолога, анализы крови, мочи, биохимические анализы, а также коагулограмма, рентгенография легких. Никаких противопоказаний к выполнению операцию, у пациентки не было. Единственное у пациентки была ишемическая болезнь сердца, но данная болезнь не являлась противопоказанием к операции. Все исследования, которые были у ФИО4 соответствовали временным нормативам. Если пациент приходит со своими исследованиями, анализами, с них делается копия и все документы хранятся в истории болезни. Если пациент проходит обследования у них в больнице, то результат обследования лаборатория записывает в свой журнал и на фирменном бланке передает в отделение, а копия хранится в журнале лаборатории. Заведующий отделением, прежде чем разрешить проводить операцию, должен осмотреть больного визуально, поставить диагноз клинический, лабораторный, и диагностический за счёт инструментальных методов обследования, если нужно дополнительно это сделать. В операции участвовала Свидетель №1, ФИО15 В.А. ФИО9, а ассистировал ФИО15 В.А. Был общий эндотрахеальный наркоз, внутривенное введение препарата и интубация трахеи. Все было без особенностей по наркозу. Операцию начали лапароскопически, а закончили лапаротомически, так как были технические сложности при проведении первичной части операции. При переходе с одного вида операции на другую, в части анестезии ничего не меняется. После проведенной операции, хирург проводил ревизию брюшной полости перед тем, как ушить пациента. Салфетки пересчитывает операционная медсестра, в случае с ФИО4 все это было выполнено. После операции он перевел пациентку в палату, наблюдал до конца рабочего дня. Пациентку наблюдают также дежурные гинекологи, анестезиолог, периодически, если нужно, обезболивают. На второй день после операции пациентка была в абсолютном сознании, кишечник у нее работал, была перистальтика, и со слов ему известно, что к вечеру у пациентки уже был самостоятельный стул, и она принимала жидкую пищу. То есть, вопрос о перитоните в этот период абсолютно не стоял. Единственное болевой синдром, но это после лапаротомии, то есть второй части операции, где проводили разрез на коже и вхождение, как правило, всегда вводятся наркотики, обезболивающие препараты, в частности, промедол или тромбодол. После операции он изучал анализы ФИО4, патологий практически не было. У ФИО4 стул был самостоятельный. И хотя до операции ее готовили, клейзмили, но стул был. Такого не должно быть при перитоните. В воскресенье ему позвонили по поводу больной, он приезжал ее послушать около 11:00-12:00 часов дня, послушал пациентку, состояние у нее было средней тяжести. Он поговорил с дежурным анестезиологом Свидетель №16, что надо сделать снимок. Она согласилась с ним, потому как, ему не понравились дыхательные движения, т.е. хрипы в лёгких, поджатое лёгкое. При осмотре живота пациентки, хирургами ФИО10, Свидетель №7 - нареканий никаких не было. Пациентку отправили в рентген-кабинет, и как он уже потом узнал, был обнаружен газ в свободной брюшной полости. Далее ему сообщили, что пациентку перевели в хирургическое отделение ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». ФИО15 В.А. как заведующий отделением к своим служебным обязанностям относился надлежащим образом. Он хороший врач, является ведущим гинекологом в больнице. ФИО15 не мог отвечать, и не отвечал за лечение, состояние здоровья ФИО4, когда пациентка находилась на лечении в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №5, которая работает с 2022 года в должности операционной медсестры в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». Пояснила, что в январе - февраля месяце 2023 года была проведена операция больной ФИО4. Она участвовала при операции ФИО4, оперирующим хирургом была Свидетель №1, ассистентами были - ФИО2 и Свидетель №3, врач анестезиолог - Свидетель №4, присутствовали медсестра-анестезистка, и санитарка. В ее обязанности в ходе операции входит: обеспечение врача теми инструментами и материалами, которые ему нужны. Сначала была лапароскопическая диагностия, потом перешли на лапаротомию. Послеоперационное состояние ФИО4 было в норме, повязка была сухая. Не было ничего такого, на что нужно было обратить внимание. Она ее лично посещала, состояние было нормальное. Были незначительные боли, больные всегда в этот период жалуются, выходя из наркоза. Потом она была на дежурстве в тот день, когда больную перевели в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». Утром и днем она заходила к больной, смотрела повязки, все было в порядке. Пациентка жаловалась, что состояние было не очень, ей измеряли давление, сатурацию, делали рентгенограмму ближе к обеду. Вечером примерно в 19-20 часов, когда она пришла делать перевязку, было отделяемое желтого цвета, о чем она сообщила докторам, и впоследствии женщину перевели в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». Характеризует ФИО15 В.А. как хорошего доктора, очень внимательного к больным, надлежащим образом относится к своим профессиональным обязанностям, после операции он постоянно заходит к больным, интересуется здоровьем, обязательно узнает состояние пациента, температуру, давление.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №5 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что она является операционной сестрой гинекологического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», она дежурила ДД.ММ.ГГГГ, в этот день была плановая лапароскопическая операция по удалению матки ФИО4 Операция началась утром, в первой половине дня. Операцию проводила оперирующий хирург Свидетель №1, ассистентами были ФИО15 В.А. и Свидетель №3, анестезиологом был Свидетель №4 Из медсестер была она и медсестра-анестезиолог ФИО41 После подготовки ФИО4 к операции пришли врачи и начали делать лапароскопию, но в процессе операции врачи решили перейти на лапаротомию. Ей потребовалось время, чтобы подготовить другие медицинские инструменты, из-за этого операция немного затянулась. Далее, операция проводилась в плановом порядке, от нее требовалось подавать инструменты и материалы, выполняла указания врачей, сложностей при операции не было. После операции она заходила к ФИО4 более 5 раз с целью проверки дренажа и повязки. У нее все было хорошо, повязка не промокала. Помнит, что кто-то из родственников ФИО4 был в палате. ДД.ММ.ГГГГ около 06.00 часов она зашла к ФИО4 и сделала перевязку. ДД.ММ.ГГГГ она снова заступила на дежурство с 08.00 часов. В течение дня несколько раз заходила в палату к ФИО4, чтобы проконтролировать отделяемое из дренажа и состояние повязки. Около 20.00 часов повязка у ФИО4 промокла, она ее поменяла и ушла. Около 21.00-22.00 часов ее позвала постовая медсестра, которая сообщила, что повязка снова промокла. Она пришла в палату к ФИО4 и увидела, что у нее появилось отделяемое желтоватого цвета без запаха, она позвала дежурных врачей, чтобы они оценили состояние ФИО4, и поменяла повязку. Дополнила, что у ФИО4 состояние ухудшилось, врачи постоянно наблюдали за ее состоянием. Родственники в палате тоже присутствовали, то-ли дочка, то-ли невестка, не помнит. Ночью с 05 на ДД.ММ.ГГГГ они помогли родственникам собрать вещи ФИО4, и ее увезла скорая помощь в ЦГКБ №. Как она понимает, ФИО4, перевезли в другую, больницу, из-за того что желтое отделяемое было из кишечника (Т. 1 л.д. 209-213).

Оглашенные показания данные свидетелем Свидетель №5 в ходе предварительного следствия, свидетель подтвердила в полном объеме, указала, что давала такие показания, на тот момент она лучше помнила события.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №10, которая с 1994 года работает в ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», в должности медицинской сестры-анестезиста. Пояснила, что в начале февраля 2023 года, была плановая операция, которая протекала нормально. В бригаду оперирующих хирургов входили: ФИО2, Свидетель №1, анестезиолог Свидетель №4, и она - анестезистка. Оперирующим хирургом была ФИО24, первым ассистентом был ФИО15 В.А. Она присутствовала только на операции. В ее обязанности во время операции входит: контроль за аппаратурой, диагностической, наркозно-дыхательной, ввод препаратов, контроль сохранности препаратов, контроль за состоянием больной, ведение медицинской документации, которая касается анестезиологического пособия, в которую вписывает давление, пульс пациентки, препараты, а также ведет наркотический лист. Потом пациентку перевели в послеоперационную палату, в раннем послеоперационном периоде у пациентки все было в норме, давление, пульс, а также дыхание. ФИО15 В.А. знает давно, они работают много лет вместе, как человека все его уважают, все больные его любят, она не слышала о нареканиях, замечаниях от пациентов в сторону ФИО15.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №10 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что она работает медсестрой-анестезисткой отделения анестезиологии ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время ФИО4 поступила на плановую операцию. Операция была лапароскопия, она подготовила рабочее место, собрала аппаратуру, подготовила систему для переливания, подготовила столик с препаратами, сделала все для организации работы. Операцию проводили: оперирующие хирурги ФИО15 В.А., Свидетель №1, анестезиологом был Свидетель №4 Она точно не помнит, кто их хирургов был ведущим хирургом, а кто ассистирующим хирургом. Также во время операции была еще операционная медсестра. Во время операции она выполняю назначения доктора. Операция была лапароскопия, началась так, но потом по каким-то причинам началась другая операция - лапаротомия. Из-за этого операция немного затянулась. По времени, примерно, операция длилась около 2,5 часов. Операция прошла нормально. После операции больную ФИО4 перевели в палату. Более с ФИО4 она не контактировала (Т. 1, л.д. 205-208).

Оглашенные показания, данные свидетелем Свидетель №10 в ходе предварительного следствия, свидетель подтвердила в полном объеме.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №11, который ранее работал в должности врача-хирурга в ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». Пояснил, что он заступил на дежурство по графику. Пациентка находилась в послеоперационном периоде, после экстирпации матки. Утром около 10:00-11:00 часов его пригласили в гинекологическое отделение на консультацию, где находилась данная пациентка. Он пальпировал ФИО4, очевидных признаков перитонита у нее не было. Были даны рекомендации, но смущало то, что у нее нарастала отдышка, были явления дыхательной недостаточности. В связи с чем, заподозрен был дежурными врачами гинекологами «ковид». Было принято решение выполнить рентгеновский снимок и отправить ее дальше в отделение для лечения «ковида». Решающим был снимок, который он увидел около 21:00, описания не было. Увидев снимок, он сразу сказал, что на снимке был свободный газ в брюшной полости и у пациентки перфорация полого органа. Это значит, что есть перфоративные отверстия в кишке или в желудке. Он предложил на ревизию взять пациентку у них в гинекологическом отделении. Они созванивались с заведующим, пересылали снимок заведующему хирургическим отделениям, с ним советовались. По итогу они приняли решение отправлять пациентку в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», в ургентную хирургию с подозрением на перфорацию полового органа. Дополнительно пояснил, что явной клиники перитонита у ФИО4 не было, выявили его только по рентгену, был обнаружен свободный газ в брюшной полости. В 21:00 он совместно с врачами Свидетель №7 и ФИО71 созванивались с заведующим отделением ФИО15, он предлагал ему, чтобы он приехал и взял пациентку на ревизию в гинекологическом отделении, потому как это может решить только заведующий отделением. Взять на ревизию – это означает сделать лапаротомию и посмотреть в чем причина, т.е. взять пациентку на повторную операцию в гинекологическом отделении. Но его вариант не был принят, поэтому он рекомендовал перевод в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», которая дежурит по районам как хирургия, и они готовы к такой ситуации. Почему предложенный им вариант не был принят, он не может пояснить. Он лично с ФИО15 не разговаривал, звонили дежурные врачи. Заведующий гинекологического отделения ФИО15 не мог, и не должен был отвечать за состояние здоровья ФИО4, в период с 05 февраля по 12 февраля, когда она находилась в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», а также контролировать ход лечения. С ФИО15 он мало знаком, но судя по мнению коллег и администрации, он опытный врач с хорошими характеристиками.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями Свидетель №11 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что в период с мая 2022 по ДД.ММ.ГГГГ он работал в должности врача-хирурга хирургического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». ДД.ММ.ГГГГ дежурил по хирургическому отделению. В утреннее время около 10.00-11.00 часов он по просьбе анастезиолога Свидетель №16, из гинекологического отделения осматривал ФИО4, у которой нарастали явления дыхательной недостаточности, падала сатурация (содержание кислорода в крови), было подозрение на коронавирус. На момент осмотра перитониальных признаков у ФИО4 не было. На момент осмотра у ФИО4 был установлен послеоперационный дренаж, из которого шло скудное серозное – геморрагическое отделяемое. При пальпации у ФИО4 были боли только в области операционной раны. Для исключения перфорации кишечника у ФИО4 необходимо было провести обзорную рентгенографию. На рентген-снимках, показанных ему ДД.ММ.ГГГГ в 21-00, он увидел свободный газ под обоими куполами диафрагмы, газ был в значительном количестве. Если бы он увидел данные снимки утром, то сразу поставил бы диагноз «перфорация полого органа». На момент утреннего осмотра ФИО4 рентген снимки сделаны не были. При попытке Свидетель №7, а также зав.хирургии Карабака дозвониться оперирующему хирургу - ФИО15 В.А., который также являлся заведующим отделения гинекологии, он сказал, что состояние ФИО4 стабильное и его вмешательство не требуется, приезжать в больницу ФИО15 В.А. отказался. ДД.ММ.ГГГГ в 21.00-20.00, после просмотра рентген-снимка ФИО4, он внес в ее медицинскую карту диагноз: «Несостоятельность послеоперационной культи? Перфорация полого органа?» Учитывая большое количество свободного газа в брюшной полости при исключении несостоятельности послеоперационной культи, рекомендована экстренная госпитализация в ургентное хирургическое отделение ЦГКБ №». Перфорация полого органа является механическим повреждением (Т. 1 л.д. 214-219).

Оглашенные показания данные свидетелем Свидетель №11, в ходе предварительного следствия, он подтвердил в полном объеме.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №7, который с ДД.ММ.ГГГГ занимает должность заведующего отделением в ГБУ ДНР «ДРПЦ им. Проф. ФИО42», с ДД.ММ.ГГГГ по день увольнения работал в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», в должности исполняющего обязанности заведующего отделением. Пояснил, что первый раз он контактировал с больной ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ. Он дежурил по родильному дому, совместно со вторым дежурантом по гинекологии, вечером делали обход. Зашли к больной, у нее стоял дренаж, все функционировало, лечение было расписано, и пациентка его получала, медикаменты все были, то есть ее состояние соответствовало тяжести перенесенной операции. Утром они сдали больную лечащим врачам, никаких вопросов к дежурной бригаде не было. ДД.ММ.ГГГГ он заступил на дежурство старшим дежурным врачом со своей бригадой. При принятии дежурства в 8.00 ему было доложено, что в отделении гинекологии находится послеоперационная женщина, которая с 2-х часов ночи не мочилась, то есть у нее анурия. Далее он измерил все витальные функции, к этому относятся: артериальное давление, пульс, частота сердечных сокращений, частота дыхания и сатурация. И была оценена ситуация, что женщина в тяжелом состоянии, соответственно он пригласил смежных специалистов ознакомиться с историей. Было доложено начмеду о состоянии женщины, дальше были приглашены: второй дежурный врач Свидетель №6, врач-анестезиолог женского пола, заведующий анестезиологическим отделением Свидетель №4, врач терапевт, который заведовал инфекционным отделением, и молодой парень хирург Свидетель №11, потому что клиника совсем не вписывалась в показатели состояния женщины. Совместно они проводили дообследование женщины, чтобы разобраться, выставить диагноз, что на самом деле происходит. Потому что сначала возникла ситуация, что это последствия короновирусной инфекции, было произведено обследования короновирусной инфекции. Потом консилиум врачей пришел к выводу, что это может быть застойная пневмония, потому что это были уже пятые сутки после операции. Обо всем докладывалось и заведующему отделением, и начмеду. Дальше было принято решение сделать рентген. На рентген, который сделали около 13 часов 00 минут, опустился заведующий реанимационным отделением и терапевт. Он не знал, что в больнице на выходных отсутствует врач-рентгенолог. Существовал только лаборант. Потому коллеги, которые посмотрели снимок, они не увидели ту патологию, которая была на самом деле. Снимок, который был выполнен лаборантом, оценили его заведующий реанимационным отделением и врач-терапевт, и поставили диагноз, что там нижнедолевая пневмония, и было начато лечение нижнедолевой пневмонии. Состояние пациентки, то улучшалось, то снова ухудшалось. Все это время в палате находились родственники больной, которые препятствовали оказанию медицинской помощи. При очередном ухудшении состояния, он попросил начмеда вызвать сан авиацию. Ему дали телефон доктора, который дежурит на сан-авиации, которому он около 16:00 – 17:00 часов вечера направил по телефону рентген снимок. Спустя время около 20:00 часов, указанный доктор сообщил, что на снимке обнаружили большое количество воздуха в брюшной полости под диафрагмой. Одной из причин могла быть перфорация кишечника. Они еще раз начали приглашать хирурга, врачей-анестезиологов, еще раз приезжал заведующий реанимацией, и уже было принято решение, что женщину необходимо переводить в профильное отделение, то есть в ургентную хирургию. В ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» нет ургентной хирургии. Он доложил начмеду о сложившейся ситуации. Они вызвали скорую помощь, которая приехала через полтора часа. При родственниках, при докторах, сделал влагалищное обследование, культя была состоятельная, поэтому понятно было, что воздух появился из кишечника, и поэтому все, кто присутствовал там, пришли к выводу, что идет перфорация кишечника. Когда очередной раз он еще попытался хорошо пропольпировать живот, то с трубочки пошло небольшое количество кишечного содержимого, а именно ДД.ММ.ГГГГ около 21 часов 00 минут у больной по дренажу пошло содержимое кишечника, до этого содержимого не было. Все время до приезда скорой помощи, больной проводилось лечение, и когда приехала скорая помощь, женщина была стабильна для перевода, смогла сама встать и пересесть на каталку. А потом они узнали, что на шестые сутки женщина погибла. Утром они позвонили в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», спросили у коллег, о состоянии больной. Им сообщили, что было перфоративное отверстие около илеоцекального угла, они сделали операцию, раздренировали. Состояние женщины тяжёлое, но стабильное.

Дополнил, что в лечение ФИО4 они ничего не добавляли, потому что есть оперирующий врач, потом дежурный врач отделения контролирует, чтобы на ночь было расписано лечение, и женщина была обеспечена медикаментами. Состояние больной соответствовало тяжести перенесенной операции, она восстанавливалась, у нее работал кишечник, и газы отходили. Он и доктор ФИО71 докладывали лично заведующему гинекологическом отделении ФИО2, о состоянии здоровья больной ФИО4. Он лично звонил ФИО15 минимум 3-4 раза, начиная с самого утра, так как по инструкции, за все, что происходит в отделении, несет ответственность заведующий отделением, ему нужно доложить вовремя, чтобы принять правильное решение. По телефону ФИО15 В.А. говорил, что в брюшной полости должно быть все нормально, рекомендовал организовать калиевую смесь, и заводить кишечник. Рекомендации ФИО15 В.А. ими были выполнены. Они бригадой ранее перечисленных дежурных врачей не могли поставить точный диагноз больной. Им не было рекомендовано проведение больной УЗИ, потому как в выходные дни в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» УЗИ не работает.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №7 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что он исполнял обязанности заведующего акушерского отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». ДД.ММ.ГГГГ после того как он заступил на дежурство, примерно после 16.00 часов, он зашел в палату к ФИО4, оценил ее состояние, проконтролировал ее витальные функции (жизненная функция, т.е. артериальное давление, пульс, частота дыхания, температура, сатурация (сатурация это насыщение крови кислородом)). Никаких отклонений у нее не нашел, ее состояние соответствовало тяжести перенесенной операции. ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ сделали лапароскопию, отчего у последней на теле было 3 закрытых лейкопластырем входящих отверстия, а также лапаротомию, разрез от которой, был закрыт стерильной повязкой, при этом посередине разреза была установлена дренажная трубка. Согласно данным медицинской карты оперирующим врачом ФИО4 была Свидетель №1 ДД.ММ.ГГГГ он зашел около 07.30 часов к ФИО4, чтобы узнать за самочувствие, на что ФИО4 пояснила, что все хорошо, спала хорошо. Узнал у медсестры витальные функции, на что медсестра пояснила что все хорошо, показатели нормальные. У ФИО4 был катетер ДД.ММ.ГГГГ и дренаж. Моча контролировалась по катетеру. Медсестра пояснила, что моча у ФИО4 за сутки была 700 мл, о чем зафиксировала в журнале. ДД.ММ.ГГГГ с 08.00 часов он снова заступил на дежурство. Предыдущая дежурная смена, пояснили, что у ФИО4 с 02.00 часов не было мочи. После чего он увидел, что у нее нарушены витальные функции, тут же зашел второй дежурный врач, также были родственники. Давление у ФИО4 была 90 на 50 мл.р.ст. сатурация была 80%, пульс был 96. Частота дыхания 26 раз в минуту, температура 37.2 гр.ц. Также он пальпировал ее, мочевой катетер стоял, по нему ничего не было, проверил шов, по дренажу было скудное серозное геморрагическое отделяемое. Он сразу пригласил смежных специалистов. Врач реаниматолог Свидетель №16, выслушала легкие, ей показалось, что там пневмония. Перестатика кишечника выслушивалась единично. О ситуации сразу доложили нач.меду ФИО16 и сообщили заведующему отделения ФИО15 В.А. После они провели бесплатный тест на коронавирус, он показал отрицательный результат. После они провел консилиум, а именно он, врач Свидетель №16, врач ФИО71, заподозрили НКВИ (новая коронавирусная инфекция), ковид, пневмония под вопросом, отек легких под вопросом, послеоперационный порез кишечника под вопросом, т.е. была слабая перистальтика. Свидетель №16 доложила своему заведующему Свидетель №4, после чего он приехал на работу и участвовал в консилиуме. Состояние у ФИО4 сначала было в средней степени тяжести, а потом было поставлено тяжёлое. Также был проведен рентген ФИО4 для дифференциальной диагностики, т.е. для исключения или подтверждения поражения легких. Шов был обычный, не воспаленный. Рентген подтвердил воспаление легких. Они консилиумом (он, Свидетель №4, Свидетель №16, Свидетель №17 - терапевт, ФИО71) расписали совместное лечение воспаления легких и начали его. На фоне проводимой терапии, состояние больной ФИО4 сначала немного улучшилось, т.е. ей давали антибиотики согласно листу назначения. Он и ФИО71 периодически докладывали о состоянии ФИО16 и заведующему отделения ФИО15 В.А. После, состояние ФИО4 стало ухудшаться и они позвонил ФИО16 с целью попросить бригаду экстренной помощи (реаниматолог). Им дали телефон нач. меда первой городской больницы ФИО12, с которой они созвонились и переговорили о сложившейся ситуации, она попросила прислать ей снимок, что он и сделал. Через какое-то время, она позвонила и пояснила, что на пневмонию не очень похожа, но есть газ в брюшной полости, перенаправила их к хирургам. Он снова поставил в известность нач.меда и заведующего отделения ФИО15 В.А. про газ в брюшной полости и попросил официальное заключение на сделанный рентген. Она организовала это. По выходным рентгенологи дежурят на дому, он все перенаправили по мобильному приложению «телеграмм» рентген снимки рентгенологу. Рентгенолог пояснила, что в брюшной полости большое количество свободного газа. Нельзя исключить двухстороннюю пневмонию. Рентгенолог на работу не приезжала. Они снова собрали консилиум и пригласили Свидетель №4 и хирурга. В ходе обсуждения выставлен диагноз несостоятельность культи влагалища, под вопросом, перфорация полого органа под вопросом, при исключении острой гинекологической патологии перевод в ЦГКБ №. Он еще раз осмотрел ФИО4, подтвердил, что культя влагалища состоятельна, увидел, что по дренажу потекла серозно-коричневая отделяемая без запаха. После чего они вызвали скорую помощь, и примерно в 00.30 часов оформили все документы и направили ФИО4 в ЦКБ №. Все указали в выписке, о том, что они делали. После ФИО71 созвонился с коллегами из ГКБ №, с дежурным хирургом от которого узнали, что женщину прооперировали, с его слов было найдено одно перформативное отверстие (т.е. дырка), одно. Во время проведения операции, в случае возникновения внештатной ситуации, всю ответственность несет заведующий отделения. В случае возникновения проблемы, он обязан решить ее, если есть возможность, поставить в известность нач.меда больницы и попросить помощи (Т. 1 л.д. 220-227, 228-231).

Оглашенные показания данные свидетелем Свидетель №7, в ходе предварительного следствия, он подтвердил в полном объеме. Дополнил, что лаборант отправляла рентген снимок ФИО4 доктору ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» ФИО13, которая его описала и поставила диагноз «двухсторонняя пневмония».

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №12, которая с ДД.ММ.ГГГГ занимает должность главного врача в ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». Ей известно, что пациентка ФИО4 обратилась за оказанием медицинской помощи в ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», по вопросу оперативного лечения. ДД.ММ.ГГГГ была госпитализирована. На следующий день после комплексного обследования, пациентка была взята на оперативное лечение, прооперирована. У ФИО4 лечащим врачом была Свидетель №1, а также ее хирургом, ФИО15 В.А. был первым ассистентом, вторым ассистентом была Свидетель №3. В ходе операции возникли определенные сложности, но операция закончилась положительной динамикой. ФИО4 была переведена в послеоперационную палату, и наблюдалась врачами гинекологического отделения. Далее состояние пациентки в выходные дни стало ухудшаться, и бригадой дежурных врачей, она была переведена в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», для оказания профильной медицинской помощи, которую в их больнице не оказывают. Осложнений не было, возникли сложности, каждый пациент, который идет на оперативное лечение, подписывает согласие. Он ознакамливается лечащим врачом с возможными осложнениями во время операции, с изменением плана операции, в зависимости, что будет на операции, это решение принимает хирург. Все вышеуказанное разъясняется пациенту перед тем, как пациент заходит в операционную, на что пациент дает свое согласие либо несогласие, в данном случае с пациенткой ФИО4 - это было согласие, о чем свидетельствует подпись больного в медицинской карте, о том, что она была ознакомлена с данной информацией. И в данной ситуации у данной пациентки были не осложнения, был изменен объем операции, пришлось расширить объем операции, более точных подробностей она не помнит. После чего операция была выполнена успешно. Хирургами пациентка была переведена в послеоперационную палату, и наблюдалась дежурными врачами. Пациентка была соматически тяжелая, у нее были определенные сопутствующие заболевания, но они не мешали брать пациентку на оперативное лечение. ФИО4 была осмотрена и проконсультирована всеми смежными специалистами. У ФИО4 по дренажам не было никакого отделяемого, максимум серозное, что есть норма для послеоперационной пациентки. Но на вторые или третье сутки более точно она уже не помнит, состояние стало ухудшаться. Когда пациентка после операции покушала, и частично оправилась, то есть уже начал функционировать кишечник, и появилась через дренаж отделяемая, также появились жалобы пациентки, что начало ухудшаться состояние. Был приглашен дежурный хирург, который посмотрел, назначил дообследование, которое заключалось в рентгенографии, и поставил перитонит под вопросом. В данном случае пациентка была, крупной женщиной, были определенные сложности в диагностике. Рентгенография не показала перитонит у данной пациентки. У ФИО4, по заключению гистологическому, подтвердили, что была серозирована слизистая кишечника, где образовалась перфорация, через которую пошло содержимое кишечника. Как стало ухудшаться состояние пациентки, дежурными врачами оказывалась помощь. Ей об этом стало известно от заместителя главного врача по медицинской части, которая непосредственно курирует данный раздел работы. И таким образом она узнала о том, что пациентка была переведена в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», где впоследствии пациентка скончалась. Состояние пациентки ухудшилось, так как у ФИО4 возникла хирургическая патология, в связи с чем она переведена в ургентную хирургию ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». На их уровне пациентка была осмотрена всеми специалистами, которые должны были ее осмотреть. Помощь ФИО4 оказывалась, выполнялись все исследования, которые были необходимы.

В больнице проводилось служебное расследование, был издан приказ по больнице о создании комиссии, которая провела данное служебное расследование. Заслушался случай по пациентке ФИО4, по итогам данного расследования было принято решение, которое было направлено в Министерство Здравоохранения. По итогам, было принято решение направить на внеочередные курсы переподготовки врача Свидетель №1, и врача ФИО15, также им была снята категория. Заведующий на тот момент ФИО2 был переведен в рядовые врачи. В отношении врачей Свидетель №1, ФИО15 по рекомендации Министерства здравоохранения, была принята мера дисциплинарного взыскания в виде выговора. По состоянию на февраль месяц 2023 года в каждом структурном подразделении, в том числе в гинекологическом отделении, работа организовывается непосредственно с заведующим структурным подразделением. Что касается ФИО2, у администрации, в ее лице, у заместителя по медицинской части, который курирует лечебный процесс, и все стационарные отделения по больнице, где оказывается медицинская помощь, нареканий никогда не было. Более того, ФИО15, как врач, пользовался раньше и на сегодняшний день большим авторитетом среди пациентов женского населения, данный врач соответствует своей квалификации. Никакой дезорганизации в работе гинекологического отделения, на момент заведования ФИО15 В.А. не было никогда.

В случае внештатных ситуаций на выходных либо праздничных днях, заведующего отделением, должны уведомить дежурные врачи, о том, что есть внештатная ситуация. И тогда принимается решение, уже согласовано, с заведующим, по дальнейшей тактике ведения того или иного пациента. Заведующий в свою очередь уведомляет начмеда, а начмед - главного врача. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, пока пациентка находилась в их медицинской организации, непосредственно в том структурном подразделении, где заведующим был ФИО15 В.А., помощь была оказана в полном объеме.

Дополнительно на вопрос стороны защиты пояснила, что если бы в случае с пациенткой ФИО4 не было какого-то вида анализа, необходимых медицинских исследований, для операции, то операция однозначно бы не была проведена. Врачи Свидетель №1, ФИО15 не могли ее поставить в известность о том, что состояние ФИО4 ухудшается, потому что состояние больной ФИО4 стало ухудшаться на выходных. Когда врачи ФИО15 и Свидетель №1 не должны были находиться на работе в соответствии с графиком выходов на работу, это не являлись их рабочими днями. В тот момент работали дежурные врачи, в соответствии с графиком выходов на работу, и они были обязаны принимать все решения. В проведении рентгенографии, ЭКГ пациентке ФИО4 была необходимость, потому что состояние пациентки ухудшалось. Вышеуказанные исследования были выполнены врачами больницы. В случае с ФИО4 достаточно было рентгенографии брюшной полости, УЗИ можно было сделать, но не обязательно. Согласно рабочего графика, как заведующий отделением ФИО15 В.А. должен находится на рабочем месте до 15:00. В период нахождения ФИО4 в больнице с ДД.ММ.ГГГГ год по ДД.ММ.ГГГГ год, ФИО15 В.А. сообщал ей о том, что у него ухудшилось состояние здоровья, больничный лист он не открывал, так как уходил на выходные.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №12 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что она является главным врачом ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». В выходной день февраля 2023 года, ей позвонила заместитель главврача по медчасти ФИО16, которая сообщила, что к ней в телефонном режиме, обратились врачи больницы, в связи с необходимостью получения тестов на коронавирусную инфекцию, для проведения их ФИО4 У ФИО4 была неясная клиническая картина, она получала помощь в гинекологическом отделении, была планово прооперирована, диагноз был миома матки, также у нее были другие соматические диагнозы, которые не вызывали настороженности со стороны врачей. Ранний послеперационный период у ФИО4 протекал нормально, впоследствии начались осложнения, насколько она помнит, у нее было подозрение на перитонит. В связи с ухудшением состояния ФИО4, а также необходимостью оказания хирургической помощи в ургентном (срочном) порядке, ФИО4 была переведена в ГБУ ЦГКБ № <адрес>, для оказания ей специализированной помощи. Впоследствии ФИО4 в ГБУ ЦГКБ № <адрес> скончалась. Также в ГБУ ЦГКБ № <адрес> имеется отделение реанимации при хирургическом отделении. Качество оказания медицинской помощи ФИО4 проверялось комиссией Министерства здравоохранения ДНР, по результатам проверки выявлена дефектура в отношении оказания медицинской помощи ФИО4 в том числе ГБ №. По результатам проверки Минздрава ДНР, комиссией было принято решение применить меры взыскания к заведующему гинекологического отделения ФИО15 В.А., врачу акушер-гинекологу, доценту кафедры акушерства и гинекологии Свидетель №1 E.В., проводившему операцию, а также применить меры дисциплинарного взыскания. Также решением комиссии ФИО15 В.А. и Свидетель №1 должны быть направлены на внеочередную переаттестацию с целью снижения квалификационной категории либо снятия ее. Также на основании предписания Минздрава ДНР, ей вынесен приказ о применении мер дисциплинарного взыскания в виде выговора ФИО15 В.А., Свидетель №1, Свидетель №11 Предписание Минздрава ДНР не обжаловалось. ФИО15 В.А. может охарактеризовать исключительно с положительной стороны (Т. 1 л.д. 232-237).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №12 подтвердила в полном объеме, указала, что они являются более подробными.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №13, которая пояснила, что с 1992 года она занимает должность акушера-гинеколога в ГБУ № <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ в 8 часов она приняла смену. Пациентка ФИО4 находилась в удовлетворительном состоянии, состояние после операции средней степени тяжести, что соответствовало оперативному лечению. Она передвигалась, у нее дважды был ст<адрес> этого она дежурила ДД.ММ.ГГГГ, это был день операции, дежурила доктор Свидетель №1. Она была вторым дежурантом, который приходит вечером на дежурство. Свидетель №1 осматривала больную как дежурный врач и как врач, находившийся в операционной. Когда она пришла, женщина была уже прооперирована. Кто был еще при операции ей не известно. После ей стало известно, что ФИО15 был в операционной. Кто проводил анестезию ФИО4, она не знает. После операции проводился осмотр больной ФИО4, замерялось давление. Ведется лист наблюдения, в котором ведется запись о температуре, давлении, частоте дыхания, пульса, сатурации, количество мочи. С операционной больные выходят с катетером, проводят контроль мочи. На тот момент все было в норме. По больной ФИО4, велась история болезни, вечерний дневник. Свидетель №1 писала вечерний дневник. Она дежурила до утра ДД.ММ.ГГГГ. Утром ДД.ММ.ГГГГ, больная была передана в удовлетворительном состоянии следующей смене. ДД.ММ.ГГГГ, она приняла также в удовлетворительном состоянии больную ФИО4. ДД.ММ.ГГГГ состав дежурных врачей был следующий: она и ФИО43 Состояние у больной было лучше, чем ДД.ММ.ГГГГ. Она передвигалась, ходила по коридору, дважды был стул, мочилась она самостоятельно. ДД.ММ.ГГГГ в 6,00 утра она пожаловалась на малое количество мочи. Жалоб на ярко выраженные боли у нее не было. Боли умеренные, можно сказать умеренно-болезненные, т.к. после операции, это естественно. Живот мягкий, не вздут, чувствительный, умеренно болезненный. Каких-либо особых моментов не было. Ей ввели катетер и взяли мочу на анализ. Взяли все анализы на исследование и рекомендовали пригласить хирурга, чтобы хирург тоже осмотрел с учетом результата анализов. Больная принимала лекарства, согласно листу назначения, который назначил оперирующий врач, ей делали перевязки. Также лечащий врач может корректировать лист назначений. Впоследствии ей стало известно, что у пациентки ФИО4 подозревали пневмонию, хотя не было выявлено воспаления. Ее осматривал хирург, и тоже не нашел признаков воспаления, ни выделений из дренажей. Затем у нее возникли осложнения, так как у нее был каловый перитонит, который может проявиться на 3-4 сутки после операции, с сопутствующими признаками как симптом раздражения брюшины, повышение температуры. Но она этих симптомов у женщины не видела. Для того, чтобы звонить ФИО15 В.А., необходимо было собрать результаты анализов, консультацию хирурга и доложить уже обо всем полностью. Ее первый дежурант ФИО43 о всей ситуации знала. В их больнице есть условия по проведению операции по перитониту. Есть хирургия. Если что-то случается, вызывается хирург. Если нет, тогда пациент переводится. ФИО15 В.А. охарактеризовала как грамотного врача, оперирующего хирурга и как хорошего человека. Он очень внимателен к своим пациентам.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №13 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что она работает врачом-акушером-гинекологом ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», как дежурный врач наблюдала ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время, она проводила обход с дежурным врачом Свидетель №1, которая проводила операцию ФИО4 По истории болезни операцию проводила Свидетель №1, ассистентом был ФИО15 В.А., анестезиологом Свидетель №4 Но на операции она не была и не видела кто, что делал тоже неизвестно. Во время обхода, у ФИО4 было обычное послеоперационное состояние. Она особо не жаловалась, но точно не помнит. Состояние было средней степени тяжести, как обычно после операции. Помимо осмотра, проводилось пальпация, измерялось давление, проверялась моча по катетеру, проверялось отделяемое по дренажам, измерялась температура, сатурация. При пальпации живот был умеренно болезненный, воспаления не было, повязка была сухая, по катетеру шла моча. Рекомендации она не давала, лечение не прописывала. Оперирующий врач на первые трое суток, назначила лечение, которое необходимо было придерживаться. ДД.ММ.ГГГГ с 08.00 часов она снова заступила на дежурство. В 09.00 часов дежурные врачи, она и ФИО44 провели обход. Особенностей и нюансов у ФИО4 не было выявлено. Состояние абсолютно удовлетворительное. Далее, примерно, около 00.40 часов вводился еще раз промедол, так как у ФИО4 были жалобы, а именно боль в области послеоперационного шва. После чего больная до утра спала до 6.00 или начала 07.00 часов ДД.ММ.ГГГГ. Утром ей были назначены анализы, для контроля диуреза ей введен мочевой катетер, назначена консультация у терапевта, так как появились жалобы на общую слабость, отдышку. Частота дыхания была примерно 22-23 в минуту, точно не помнит. Живот у нее был абсолютно мягкий, по дренажу было скудное серозное отделяемое. В 08.00 часов ДД.ММ.ГГГГ она сдала смену (Т. 2 л.д. 1-7).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №13 подтвердила, указала что в показаниях все отражено верно. Дополнила, что пациентке ФИО4 была проведена операция экстирпация. После данной операции период реабилитации не более 5-7 дней, если все прошло благополучно. Она назначала консультацию терапевта, хирурга. Ей не известно какие выводы были сделаны врачами терапевтом и хирургом. Состояние как общая слабость присуще после операции. Что касается появления отдышки, то возможно пошла нагрузка, т.к. пациентка весила более 100 кг. ФИО4 получала полное лечение. Осложнения могли возникнуть не только на вторые или третьи сутки, возможно могла быть тромбоэмболия.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №14, которая около 20 лет занимает должность операционной сестры в ГБУ № <адрес>. С больной она не контактировала, и она не владеет лапароскопической операцией, с ней находилась другая медицинская сестра. Она только делала на следующий день после операции перевязку. Дату не помнит когда это было, около двух лет назад. Всем больным после операции на следующий день делаются: асептическая повязка, замена повязки. Больной проведена лапароскопическая операция, было три отверстия, надрезы 1,5-2 см. Все было чисто, в дренажах было всё в пределах нормы. Она не жаловалась. Ей она делала перевязку после операции на следующий день утром. Через несколько дней она прочла гистологию и узнала, что операцию проводила Свидетель №1. Кто еще был при операции она не смотрела. Перевязку она делала больной в палате в присутствии доктора Свидетель №1. Больная еще на тот момент не вставала, она лежала, жалоб ей не предъявляла. С ней рядом находилась внучка. ФИО15 В.А. характеризует только положительно, он высококвалифицированный специалист, самодостаточный, очень требовательный к сотрудникам, к пациентам хорошо относится. Все его уважают, сотрудники идут к нему за советом. Он очень ответственный. В случае экстренной ситуации, ФИО15 В.А. приходит в свой выходной день в больницу или в телефонном режиме все с ним консультируются. При необходимости его присутствия, он обязательно приезжает. Она слышала, что больную ФИО4 перевезли в больницу №, в хирургию, у нее ухудшилось состояние, острый живот. Более ей ничего не известно.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №14 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что она работает операционной медсестрой гинекологического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 провели операцию, на операции она не присутствовала, была другая медсестра Свидетель №5. ДД.ММ.ГГГГ она видела, как в операционную гинекологического отделения входили Свидетель №1, ФИО15 В.А., Свидетель №3 Позже от коллег и из медицинской документации она узнала, что операцию ФИО4 проводила Свидетель №1 ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время перед обходом врачей вместе с врачом Свидетель №1, она сделала ей перевязку. Было три лапароскопические отверстия и один разрез по Пфаненштилю, раны были чистые. Из дренажа была отделяемая, совсем немного. Более с ФИО4 она не контактировала. ДД.ММ.ГГГГ узнала, что ФИО4 стало плохо, и ее перевели в ЦГКБ № (Т. 2 л.д. 16-18, 19-21).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №14, подтвердила, на данный момент некоторые детали уже забыла.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №15, которая с ДД.ММ.ГГГГ работает в ГБУ № <адрес>, в должности постовой медсестры в отделении гинекологии. Больная ФИО4 была прооперирована в день, когда она дежурила, и в день ее дежурства ее переводили по скорой в больницу №, дату и год не помнит, ориентировочно зимой, два года назад. Она находилась на дежурстве на посту, наблюдала за больной до утра после операции, когда ее перевели с операционной в палату. Утром она сдала смену. Препараты ей давались согласно листу назначения. В листе наблюдения фиксировалось состояние пациентки каждые два часа. Измерялась температура, давление, пульс, сатурация, количество мочи, фиксировалось количество отделяемого по дренажам. Всё, что вводится пациентке, все формируется в листе наблюдения. Все эти записи предоставляются врачам. Этот документ находится в истории болезни. На больную, после операции, в первые сутки они пишут каждые два часа. Что и как было в конкретном случае, она не помнит. Пациентке кололи обезболивающее, все было нормально. Первые сутки в палате с больной находилась ее внучка, она с ней ночевала. На второй день, утром, пришла дочь больной. Под конец смены, в 6.00 утра были даны последние показания по состоянию больной, ей укололи обезболивающее, с женщиной было все нормально. На 4-е сутки она приняла смену, делала капельницы по листу назначения. Состояние больной было не стабильное, то лучше, то хуже. У ФИО4 болел живот, температуру не помнит. Она позвала дежурных врачей, они уже сами разбирались, приглашали консультантов. У пациентки состояние было средней тяжести. Она лежала, не очень хотела подниматься. Врачи осматривали ее, все зафиксировано в листе наблюдения. Она проводит процедуры согласно листу назначения, листы дорабатывались, что-то дописывалось, исходя из этого, она работала дальше. Какие вносились изменения, не помнит. На 4-е сутки, вечером, больную ФИО4 по скорой отправили в больницу №. ФИО15 В.А к ФИО4 заходил после операции, сколько раз, она не считала, но более одного раза. На вопрос стороны защиты дополнительно пояснила, что за время ее дежурства 3, ДД.ММ.ГГГГ к ней подходила дочь потерпевшей и говорила, что у ФИО4 болит живот, она это все доносила дежурным врачам. Она вместе с врачами шла в палату, врачи осматривали больную и говорили, что дальше делать. ДД.ММ.ГГГГ с больной находилась внучка, она старалась не выходить с палаты. К ним в палату заходили санитарки, интересовались, может быть что-то нужно было. Дочь больной подходила в тот день, когда ее переводили в больницу №. Она сразу докладывала дежурным врачам об этом. В тот день дежурил доктор ФИО71, кто был вторым дежурантом, не помнит. Они осматривали потерпевшую. Она не осматривала раны потерпевшей. Они под повязками, а повязки она не трогает. При ней врачи осматривали живот больной, щупали, но при этом повязки никто не трогал. Признаков перитонита, у ФИО4, она не наблюдала.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №15 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что она работает постовой сестрой гинекологического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 поступила в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». ДД.ММ.ГГГГ она заступила на дежурство. Ближе к обеду, она совместно с санитарками, операционной сестрой Свидетель №5, анестезиологом Свидетель №4, занималась переводом ФИО4 из операционного блока в палату №. После чего пришла манипуляционная медсестра и поставила ФИО4 антибиотики, которые были назначены врачом. Вечером она мерила давление, измерила температуру, проверила пульс, проверила наличие мочи. Ночью с ФИО4 была внучка, ее позвали, так как были боли, она ей ввела анальгин, димедрол и кетанол, ФИО4 проспала до 06.00 часов ДД.ММ.ГГГГ. Далее ДД.ММ.ГГГГ она снова заступила на дежурство с 08.00 часов. В этот день, ей передали ФИО4 тяжелеющую, у нее не было мочи за ночь, дежурные врачи сказали наблюдать ее. Они каждый час были у нее. ФИО4 стала немного задыхаться. По указанию врачей привезли кислородный концентратор, поставили ей, чтобы она могла дышать. В 12.00 часов ФИО4 повезли на рентген. После рентгена привезли обратно в палату, и надели на нее концентратор. Целый день ей капали лекарства по назначению, это были не антибиотики, а растворы. Врачи регулярно заходили и проверяли, был Свидетель №7, Свидетель №4, дежурные врачи, данные их не помнит, был еще хирург, терапевт, гинеколог. Состояние у ФИО4 ухудшалось, сатурация падала, она колола ей «дексометазол», для улучшения дыхания, по указанию дежурных врачей. Она делал все по указанию врачей. Целый день ФИО4 не мочилась. Примерно около 23.30 часов она совместно с Свидетель №5 пошла в очередной раз проверять ФИО4 и увидели, как у нее через дренаж начался выливаться светло-желто-зеленая жидкость, без запаха. После этого они побежали за дежурным врачом, который стал вызывать скорую медицинскую помощь, чтобы переводить ФИО4 Документы на выписку делали врачи от руки, чтобы передать вместе с ФИО4 Дополнила, что родственники покупали хлористый калий по указаниям ФИО2, который она целый день капала. У ФИО4 все никак не запускался желудок, врачи думали, что проблема в этом. Надежды были на этот препарат, но он не помог (Т. 2 л.д. 22-27).

В судебном заседании свидетель Свидетель №15 пояснил, что не помнит, давала ли такие показания. Подтвердила, что состояние ФИО4 было то лучше, то хуже, ее пытались поднять, но ей было тяжело, она в основном лежала, когда открыли повязку, то увидели отделяемое. После предъявления судом для ознакомления протокола ее допроса, свидетель Свидетель №15 подтвердила, что указанный протокол подписывался ей, подпись в протоколах ее, в связи с семейными обстоятельствами она многое сейчас забыла, а также прошло много времени.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №16, которая официально трудоустроена в ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», в должности врача-анестезиолога-реаниматолога. Пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ она пришла на смену, и дежурная анестезиолог сказала ей о том, что у них отяжелела больная ФИО4, которая находилась в послеоперационном периоде, ФИО9 по поводу миомы матки симптомной. Ей выполнено оперативное вмешательство надвлагалищное, то есть экстирпация матки без придатков. Период протекал благополучно, но она отяжелела. С ней дежурили врачи: Свидетель №6, Свидетель №7. Когда она подошла к женщине, она была в абсолютно ясном сознании, жаловалась на общую слабость, и трудно ей было дышать, ведущая была одышка, и дискомфорт в брюшной полости, но это не доминировало на первом этапе, доминировала именно дыхательная недостаточность. При осмотре, женщина была бледная, был небольшой акроционоз, т.е. синюшность кожных покровов, тёплая, сухая, сознание хорошее, одышка была инспираторного типа до 28 в 1 минуту, т.е. вдох затруднён, а это говорит о том, что в самой ткани лёгких есть какие-то проблемы. Нижний предел нормы сатурации 95, сатурация у пациентки была 88, и даже была 78, а также отдышка 28 дыханий в одну минуту. Аускультативно она послушала ФИО4, и услышала, крепитацию, это когда неправильно раскрепляются альвеолы. Причиной этой крепитации может быть воспаление лёгких или начинающийся отёк лёгких, точно диагноз не поставишь, поэтому были ещё дополнительные методы диагностики. Пациентке была нужна рентгенография легких. У больной было абсолютно ясное сознание, несмотря на то, что состояние они оценили как тяжёлое, и у неё была уже какая-то органная дисфункция. Она оценивает состояние как тяжёлое, потому что для этого есть объективные показатели, сатурация, отдышка, низкое артериальное давление 60 на 40, 80 на 60, тахикардия умеренная - 95, со стороны системы пищеварения — суховатый язык, живот мягкий, болезненный при пальпации. Симптомы раздражения брюшины, которые бывают при перитоните, у ФИО4 характерных не было, также не было напряжения мышц брюшной стенки, которая бывает при выраженном перитоните. То есть, если хорошая микроциркуляция, кишечник работает, слышно шум, а у ФИО4 была ослабленная перистальтика, газы не отходили, моча не отделяется. Для того, чтобы улучшить состояние, взяли анализ крови, сразу были лейкоциты, они не были высокими, но лейкоцитарную формулу, когда раскрыли, было видно, что идёт воспалительный процесс, то есть уже лимфоциты снижены, СОЭ была повышена. Они пригласили хирурга, потому что в брюшной полости им не всё нравилось. Хирург пришёл в 10 часов утра, посмотрел женщину, и в заключении хирурга данных за острую хирургическую патологию не было. Все внимание переключилось на лёгкие. Когда сделали снимок, были назначены антибиотики широкого спектра действия, они и при пневмонии нормальные, и при перитонитах тоже вводятся. Лазолван назначен для улучшения работы альвеолокапиллярной мембраны. Потом ФИО4 вводился дексаметазон - это гормоны для стабилизации клеточных мембран, для повышения жизненного тонуса, улучшения обменных процессов, вводились препараты, которые разжижают кровь, чтобы улучшить обменные процессы. Но когда они проводили терапию, не видели положительной динамики. Её не было. У больной было абсолютно ясное сознание, несмотря на то, что состояние оценили как тяжёлое, и у неё была уже какая-то органная дисфункция. В телефонном режиме ФИО71 и Свидетель №7 получали консультацию от заведующего отделением ФИО15. Характерной клинической картины, перистальтики у больной не было. Сопутствующие заболевания больной ФИО4, не могли повлиять на развитие перитонита. Вечером в 21 час 20 минут заведующий родильным отделением Свидетель №7, провёл глубокую пальпацию ФИО4, и в области дренажа они увидели коричневое содержимое, что говорило о том, что в брюшной полости не всё в порядке. До этого отделяемого не было. Была абсолютно чистая повязка, она не промокала. Пригласили ещё раз хирурга, и был установлен диагноз под вопросом - поражение полого органа, несостоятельность культи. Рентген ФИО4 был проведен в период с 12 часов 00 минут до 14 часов 00 минут, более точно не помнит. Рентгенолога в тот день в больнице не было, снимок описали уже вечером после 21,00 часа. Потом пациентку перевели в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». Если бы ФИО15 был на месте, то алгоритм ее действий и действий ФИО71 и Свидетель №7, то есть дежурных врачей гинекологического отделения, в отношении ФИО4, возможно оставался бы таким же, возможно был бы изменен. Это зависело от решения ФИО15. То есть, если бы он заметил эту патологию, перитонит, который клинически не был проявлен, ФИО15 возможно бы взял больную на операцию, но это решать ему. По ее мнению, в тот день было проведено недостаточно клинических и инструментальных методов исследования, для того чтобы определить состояние ФИО4. Можно было сделать УЗИ, но у них нет узиста по выходным дням. У больной не было типичной клиники перитонита, и хирург дал такое заключение, и у них тоже не было уверенности, что это перитонит, потому что не было типичной клиники, не было защитного напряжения мышц передней брюшной стенки, не было выраженных симптомов раздражения брюшины. ФИО15 сообщали о состоянии здоровья ФИО4 ближе к вечеру, в телефонном режиме Свидетель №6 общался. В результате перевод больной был согласован с ФИО15. ФИО15 В.А. характеризует только с положительной стороны, он много оперирует, имеет большой опыт, как человек очень внимательный к больным, сотрудникам, очень вежливый и интеллигентный. Считает, что ФИО15 не мог повлиять на лечение ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда пациентка находилась в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>».

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №6, который официально трудоустроен в ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», в должности заведующего женской консультацией работает около 6 месяцев, до этого в период с 2021 года по 2025 год исполнял обязанности заведующего женской консультацией. Пояснил, что зимой 2023 года, в январе-феврале месяце более точно не помнит, он вышел на очередное дежурство согласно графику. В 08.00 часов утра ночная смена передала, что в 10-й палате лежит тяжелая послеоперационная больная. Сразу он и первый дежурант, зашли в палату к больной. И сразу вызвали анестезиолога. Потому что больная находилась в тяжелом состоянии. Была синюшность носогубного треугольника, синие губы, что говорит о нарушении дыхательной функции. Было померено давление, анестезиолог выслушала легкие, и выставила предварительный диагноз пневмония, отек легких, состояние после операции, была померена сатурация, она была низкая, то есть это насыщение крови кислородом. Это говорит о том, что идет легочная недостаточность, то есть нарушение дыхательной функции. И сразу был заподозрен ковид, потому что тогда была эпидемия ковида. Сразу был назначен тест на ковид, результат оказался отрицательным, но учитывая то, что состояние больной было тяжелое и рентген легких невозможно было сделать, потому что они бы ее не смогли транспортировать, был доставлен концентратор кислорода и назначено комплексное противовоспалительное лечение пневмонии, и отёка лёгких. Около часа состояние больной стабилизировалось сатурация выросла до 90 или до 92, пошла моча чуть-чуть, пульс упал потому, что до этого он частил, температура у нее была 37. Перед рентгеном вызвали терапевта и хирурга. Терапевт поставил пневмонию, назначил рентген легких. Хирург исключил хирургическую патологию, был выставлен диагноз «хирургомотония кишечника», послеоперационная тония кишечника, и продолжилось лечение. Больная на каталке была доставлена в рентген кабинет, где в сидячем положении в 13:00 был сделан рентген легких, так как больная не могла стоять. После рентгена больная была доставлена в палату, пригласили терапевта, и он подтвердил диагноз пневмония, опять подключен концентратор и продолжено лечение, но как только состояние больной стабилизировалось, она сразу маску с кислородом убирала, так как не хотела дышать, и сатурация сразу падала, что подтверждает о том, что у нее действительно пневмония и отек лёгких. Были взяты анализы. Дневники писали каждые два часа, дневник писали с консилиумом, то есть дневник писали три врача: он, первый дежурант, и анестезиолог. К лечению был добавлен антибиотик, сердечно-сосудистые препараты, дексаметазон, мочегонные, легочные. В результате этого состояние больной стабилизировалось. Около 14 часов 00 минут, терапевт сказал, что по рентгеновскому снимку подтверждена пневмония, и лечение было продолжено. Дальше состояние больной стало ухудшаться, и он хотел вызвать бригаду интенсивной терапии, чтобы больную проконсультировали, и если это необходимо забрали в другое лечебное учреждение для лечения пневмонии и отека легких, так как крепитация в легких продолжала оставаться, сатурация всегда была 82 без кислорода, 90?92 на кислородном концентраторе с потоком 10 литров в минуту. Позвонили консультанту, которая сказала направить ей снимок легких, и тогда она примет решение. Уже было темно, Свидетель №7 сфотографировал и отправил снимок, консультант ему перезвонила часа через три-четыре, и сказала, что у больной воздух в брюшной полости, но они уже это поняли. Потому что был второй раз вызван терапевт, который подтвердил этот диагноз, а также второй раз был вызван хирург, который поставил диагноз, он не помнит какой. Больная была осмотрена первым дежурантом Свидетель №7, и гинекологическая патология была исключена, так как культя матки и область придатков была безболезненна, выделений не было. Когда осматривали рану, при надавливании было отделяемое из раны кишечное. Был вызван хирург, поставил перфорацию. Ретроспективно был выставлен перитонит, но перитонит это очень больно, и больная не жаловалась на боли в животе, отделяемого в послеоперационной ране не было, так как живот постоянно прощупывали. Был написан выписной эпикриз в одном экземпляре и отксерокопирован. Приехала скорая, и больная была эвакуирована в хирургическое отделение ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», так как она была ургентная по городу. Обо всей ситуации он докладывал начмеду– ФИО16. Свидетель №7 звонил заведующему отделением ФИО15 В.А., последний сослался на высокое давление и гипертонический кризис, и что он не может приехать, более ему ничего не известно. Со стороны дежурной смены вся помощь больной оказывалась в полном объеме, потому что были подключены еще второй антибактериальный препарат, легочные препараты, сердечные препараты, дексаметазон. Анализы крови ФИО4 говорили о том, что у нее возможно бактериальная инфекция, что говорит в пользу пневмонии. Анемия была, у пациентки падал лейкоцитоз, что говорит о правильной тактике лечения. Одни параметры у ФИО4 подали, другие нарастали. У ФИО4 бы такие сопутствующие заболевания, как: ожирение – это фактор развития гипертонической болезни, атеросклероз, сахарный диабет, тромбофлебит, которые отягощают послеоперационное течение. В частности такие заболевания как тромбофлебит, варикозное расширение вен, ишемическая болезнь сердца, ангиопатия сетчатки обоих глаз могли способствовать развитию перитонита у больной. В ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» УЗИ по выходным дням не работает, то есть дежурного узиста не было, и соответственно УЗИ органов малого таза сделать не могли. Если бы узист был, то УЗИ конечно бы сделали. ФИО15 В.А. характеризует как специалиста высокого класса. ФИО15 не мог повлиять на лечение больной, когда она находилась в другом лечебном учреждении.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №6 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что в феврале 2023 года он исполнял обязанности заведующего женской консультацией ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», ДД.ММ.ГГГГ с 08.00 дежурил по больнице и осматривал пациентку ФИО4, у которой было тяжелое состояние в раннем послеоперационном периоде. Операцию ФИО4 проводили врачи гинекологического отделения Свидетель №1 и ФИО15 В.А. При проведении утреннего обхода совместно с другими дежурными врачами Свидетель №7, Свидетель №16, состояние больной ФИО4 было тяжелое, беспокоила одышка, общая слабость, учащённость сердцебиения, повышенная температура, низкое давление. Были выявлены крепитирущие звуки и хрипы в нижних долях легких, одышка в покое, низкая сатурация. При утреннем осмотре перитониальных признаков не было. По результатам осмотра был выставлен предварительный диагноз Covid-19, двусторонняя нижняя долевая пневмония, интерстициальный отек легких под вопросом. После чего первым делом был проведен экспресс тест на Covid-19, результаты были отрицательные. Был приглашен врач-хирург Свидетель №11, который исключил острую кишечную патологию. Его диагноз был таков: паралитическая кишечная непроходимость после операции. После совместного осмотра с терапевтом был предварительный выставлен диагноз пневмония и отек легких, после консультации было рекомендовано пройти рентген. Было назначено лечение для стабилизации состояния больной, чтобы произвести рентген. Рентген был сделан больной ФИО4 около 12 часво 30 минут, снимок был готов в 13 часов 30 минут. После рентгена терапевт дал заключение: двусторонняя пневмония. Была выставлена корректировка в лечении всем врачебным консилиумом. Постоянно производился контроль сатурации, давления, диуреза. После начала лечения температура упала. По рекомендации анестезиолога, нужно было внести корректировку дозы препаратов «калий-хлор», нужен был 7%, а в наличии был только «калий-хлор» 5%. Далее, когда хирург пришел второй раз, он поставил диагноз, связанный с плохой работой кишечника, было принято решения вызвать бригаду экстренной помощи. Во время беседы с консультантом, они отправили по телеграмму рентген снимок около 14 часов и стали ждать ответа. Уже в вечернее время около 17-18.00 часов ему позвонила профессор консультант ФИО12, сказала, что у ФИО4 газ в брюшной полости и взять не может, так как не ее профиль. После чего около 21.00 часов был снова приглашен хирург, где им был выставлен предварительный диагноз: перфорация полого органа, под вопросом. Рекомендация: после исключения гинекологической патологии, необходимо экстренная госпитализация в хирургическое отделение. Свидетель №7 провел осмотр и исключил гинекологическую патологию. После чего ими было рекомендовано ФИО4 лечиться в хирургии, но поначалу она отказалась. Далее, во время вечерней перевязки они выявили подтекание кишечного содержимого из-под дренажа. Изначально перитониальные знаки были сомнительные, т.е. нельзя было сказать уверенно, что у ФИО4 перитонит. Сразу же он позвонил в бригаду экстренной помощи, рассказал ситуацию хирургу, после чего приехала бригада скорой медицинской помощи и перевезли пациентку в ЦГКБ № (Т. 2 л.д. 43-48, 49-52).

Оглашенные показания свидетеля Свидетель №6, в ходе предварительного следствия, свидетель подтвердил в полном объеме, указал, что они являются более подробными. Некоторые события он забыл исходя из состояния здоровья. Дополнительно пояснил, что со слов Свидетель №7, гинекологической патологии нет у пациентки, и возможно у нее перфорация полого органа, и ей нужно лечиться в хирургии. Считает, что совместно с Свидетель №7 оказали квалифицированную помощь ФИО4 на момент ДД.ММ.ГГГГ. Данных о перитоните до определенного момента не было, и на пролангацию перитонита повлияло отсутствие УЗИ, и неправильно диагностированный снимок.

Показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО45, которая работала медсестрой в гинекологическом отделении ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» с 2022 года по 2024 год. Пояснила, что события происходили в феврале 2023 года. Она пришла на дежурство ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов утра, это была суббота, и впервые встретилась с больной ФИО4, у которой была миома матки. На ее дежурстве лечили согласно листу назначений. Пациентка находилась после операции, принимала антибиотики, обезболивающие средства. Хирургом, проводившим операцию, была Свидетель №1, кто был ассистентом ей не известно. Больная передвигалась, ходила по коридору с внучкой, с ней все было нормально. Утром в воскресенье ДД.ММ.ГГГГ, перед тем, как уйти домой со смены в 8 часов утра, ФИО4 пожаловалась, что у неё мало мочи. Они поставили катетер, наблюдали за ней, взяли анализы, и потом она ушла домой. Ей известно со слов сотрудников, что ФИО4 была переведена в ночь с 5 числа на 6 в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», так как у нее развился перитонит. ФИО2 очень ответственный, внимательный к пациентам, и сотрудникам, хороший руководитель.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №17, который в должности заведующего инфекционным отделением ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», работает с 2023 года. До вышеуказанной должности с 2022 года был исполняющим обязанности заведующего инфекционным отделением. Пояснил, что в воскресенье ДД.ММ.ГГГГ, более точно не помнит, он был дежурным врачом. Его вызвали как дежурного врача посмотреть пациентку ФИО4, дать консультацию, рекомендации, а также заключение. Помнит, что женщина была в сознании. При осмотре он услышал влажные хрипы в легких, и направил на рентген. На рентгене он видел, не будучи врачом-рентгенологом, затемнение легочной ткани. Диагноз пневмония, напрашивался так как у пациентки была дыхательная недостаточность в виде отдышки, было снижение сатурации, была аускультативная картина. После осмотра снимка, им было дано назначение для лечения пневмонии в виде этиотропная терапия. Не помнит, чтобы был болезненный живот у пациентки. Когда он пальпировал ФИО4, у нее не было перитониальных признаков. ФИО15 В.А. характеризует как хорошего человека, как о специалисте, он слышал только положительные отзывы о нем. ФИО15 В.А. не мог отвечать за состояние здоровья больной ФИО4 в то время, когда она находилась не у него в отделении, а в другой больнице, так же ФИО15 не мог контролировать ход ее лечения.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №17 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что он исполнял обязанности заведующего инфекционного отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», ДД.ММ.ГГГГ с 08.00 часов он заступил на суточное дежурство в приемный покой, его пригласил дежурный гинеколог Свидетель №7 в гинекологическое отделение, так как требовалось его мнение как врача соматического профиля. Он зашел в палату, где находилась ФИО4, у пациентки была заметная одышка. При аускультации им было высказано подозрение на нижнедолевую двустороннюю пневмонию. После чего он рекомендовал провести пациентке рентген. В послеобеденное время его повторно пригласили к ФИО4 в гинекологическое отделение, он посмотрел на рентген снимок и увидел затемнение в нижних отделах легких, что указывает на наличие воспалительного процесса, и, так как это соотносилось с аускультативной картиной, он поставил диагноз пневмония, назначил дополнительное антибактериальное, массированное лечение. После чего он ушел, больше участия в лечении ФИО4 никакого не принимал (Т. 2, л.д. 63-66).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №17 подтвердил в полном объеме. Пояснил, что не знает почему между его рекомендацией сделать рентген ФИО4 при первом посещении, и до того момента, как рентгенография была сделана, прошло столько времени.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №18 который с 1991 года занимает должность врача анастезиолога-реаниматолога в ГБУ № <адрес>, который пояснил, что обстоятельств по делу ему особо не известны. Больную перед операцией он осматривал на предмет предоперационного осмотра анестезиологом и дачи премедикации, есть такая определенная процедура. Дату событий он не помнит. После операции он дежурил. На вечернем обходе он пришел, посмотрел, больная была в сознании, активна в пределах постели, динамика стабильна. Он ввел обезболивающий препарат, который имеют право вводить в течении трех суток. У них существует три наркотических препарата: трамадол, промедол и морфин. Обычно обезболивают трамадолом, но мог быть и промедол, он не помнит. Действие обезбаливающего длится примерно 4-6 часов. Он вводил его единожды, на ночь. Дополнительные медпрепараты, анализы и консультации какого-то специалиста больной не назначал, ничего не вызывало чувства беспокойства. У больной не было никаких жалоб, кроме на боль в области послеоперационной раны. С ней находилась родственница, девочка, никто жалоб не предъявлял. Перед предоперационной беседой, он изучал историю болезни больной. В меддокументации содержались все исследования, согласно протоколу. Больные поступают обследованными, какие-то анализы дублируются. Полостная операция всегда предполагает определение группы крови, резус фактор. Был определенный перечень, необходимый для операции. Особых противопоказаний к проведению операции у больной не было. Заболеваний, которые были бы противопоказаны операции, у больной не было. Все находилось в стадии компенсации. ФИО15 В.А. знает давно, как опытного специалиста, хорошего человека и как коллегу. Ничего плохого не может о нем сказать. Он один из самых внимательных докторов, никогда не видел грубости с его стороны, он доброжелательно настроенный, очень внимательный доктор. Ему не известно, чтобы он ненадлежаще относился к своим обязанностям.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №18 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что он является врачом-анестезиологом-реаниматологом ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». ДД.ММ.ГГГГ он проводил предоперационный анестезиологический осмотр ФИО4 Противопоказаний для оперативного вмешательства не было. С ней была дочь или внучка, точно не помнит. Более в этот день он с ней не контактировал. ДД.ММ.ГГГГ он снова заступил на дежурство. Заведующий Свидетель №4 пояснил ему, что больная ФИО4 лежит после операции и ее нужно будет обезболить. После чего им проведен ее осмотр, больная ФИО4 была в сознании, активная в пределах постели, жаловалась на боль в области послеоперационной раны, легкие у нее были чистые. Никакого беспокойства не вызывала. За время его дежурства, он дважды ей поставил обезболивающее, он сделал запись в медицинской карте о введении промедола (Т. 2 л.д. 71-75).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №18 подтвердил, на данный момент он некоторые детали забыл. Не отрицал, что дважды вводил промедол больной.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №8, который с 2006 года трудоустроен в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», в должности врача хирурга. Пояснил, что несколько лет назад он находился на суточном дежурстве, являлся старшим дежурным хирургом. После обеда бригадой скорой медицинской помощи из гинекологического отделения ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес> к ним была доставлена пациентка ФИО4 с клиникой перитонита. После этого они констатировали явление перитонита, и сразу же ее транспортировали в операционную. В условиях операционной, кратковременной, инфузионной, предоперационной подготовки, и ФИО9 в ургентном порядке. Во время операции был разлитой перитонит. И дефект в петле тонкой кишки подвздошной. Ввиду наличия разлитого гнойного перитонита, абдоминальных абсцессов, они вывели из брюшной полости дефект, сформировав илеостому, то есть вывели участок тонкой кишки с дефектом на переднюю брюшную стенку. Это сделано потому как, при такой ситуации раны не зашиваются, потому что они заведомо будут несостоятельными. Ввиду разлитого гнойного перитонита, брюшная полость была санирована, то есть помыта, и оставлена на программную санацию, для программных моек, чисток, и учёта состояния внутренних органов. Каждый день, они перевязывали пациентку. Динамика была положительная, но имелась дыхательная недостаточность, то есть она пришла в сознание, но была слабая дыхательная деятельность. Он ей выполнил программную санацию, через 2 на 3 день. На второй операции перитонит не купирован, то есть были явления воспаления внутренних органов, динамика была положительная, но зашить брюшную полость не представлялось возможным, поэтому они оставили ее на последующую санацию. После этого она в условиях реанимационного отделения погибла. Детали он не знает. Диагноз перитонит - это тот диагноз, который ставится при осмотре пациента. То есть у пациентки явление перитонита, напряжённый живот и симптомы раздражения брюшины. Для постановки диагноза не нужно каких-то дополнительных методов, чтобы выставить этот диагноз. У пациентки были выделения из дренажа или из прокола, из брюшной полости, то есть соответствующие перитониту. В ходе операции был выявлен дефект в виде перфорации подвздошной кишки – это тонкий кишечник. Несмотря на лечение состояние пациентки оставалось тяжелым, потому что исходная была тяжесть состояния, и прооперировав не всегда можно человека стабилизировать, потому что та эндогенная интоксикация, которая была - сепсис, это системная поломка организма, и как правило пациенты выходят из этого состояния крайне тяжело. Резко прооперировав, мы сделали задел, и дали надежду на выздоровление, на стабилизацию состояния. Но необратимые изменения в организме пациентки не позволили ей стабилизироваться. Ему известно, что в ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» ФИО4 была проведена операция лапароскопически. При первичной операции, в случае с ФИО4, теоретически мог произойти контакт с кишечником. ФИО15 не мог никак повлиять на ход лечения ФИО4, когда она находилась на лечении у них в больнице. Доктор мог интересоваться, и переживать по-человечески, и всячески предлагать любое содействие в помощи, направленной на стабилизацию ее состояния. На момент поступления ФИО4 в их больницу, перитонит у нее развивался уже не менее суток. При поступлении пациентки ФИО4, он знакомился с переводным эпикризом, перед тем как к операции приступить. Детализировать какие именно документы там были он не может.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №8 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что он работает врачом-хирургом по оказанию экстренной хирургической помощи ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». ФИО4 поступила в указанное медицинское учреждение ДД.ММ.ГГГГ в ночное время в срочном порядке, из гинекологического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». Клиническое состояние ФИО4 требовало оперативного вмешательства в срочном порядке, ввиду наличия у пациента клинической картины перитонита, то есть воспаления в брюшной полости. Диагноз при поступлении «Основной: симптомная миома матки. Операция от ДД.ММ.ГГГГ: Лапароскопия, лапаротомия. Простая экстирпация матки без придатков» был поставлен им как на основании выписного эпикриза ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», так и при осмотре ФИО4 при поступлении. Данные об осложнениях в диагнозе были получены непосредственно при обследовании пациента, так и при операционном вмешательстве. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 в ургентном порядке ФИО9. Во время операции он диагностировал разлитой гнойный перитонит, абдоминальные абсцессы, дефект подвздошной кишки. В случае с ФИО4 причиной перитонита вероятнее всего послужил дефект в стенке кишечника. Абдоминальные абсцессы, обнаруженные у ФИО4 в ходе операции, представляют из себя скопления воспалительной жидкости, стенками которых являются внутренние органы. У ФИО4 при проведенной им операции был выявлен дефект - перфорация подвздошной кишки неуточненной этиологии, то есть сквозное отверстие в подвздошной кишке, а также гнойное поражение без четких границ в области передней брюшной стенки (флегмона), некротический фасцит в гипогастральной области (в области ниже пупка), то есть гнойное поражение фасции (оболочки, покрывающей мышечный каркас). При проведенной им операции участок кишечника с перфорацией был выведен за пределы брюшной полости. Установленные у ФИО4 абдоминальный сепсис и синдром полиорганной недостаточности вероятнее всего явились следствием перитонита. В случае выявления в ходе операции спаечного процесса врач обязательно должен отразить это в протоколе операции, а в случае, если спаечный процесс является первопричиной патологии, то в протоколе операции необходимо отражать все проводимые со спайками манипуляции. В ходе проведенной им операции у ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ не был выявлен спаечный процесс. Впоследствии им производилась операция ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которой выполнена программная санация брюшной полости с программой на повторную санацию. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ операции ФИО4 прошли без каких-либо интероперационных осложнений. Наблюдением за текущим состоянием ФИО4 в период лечения в ЦГКБ № <адрес> занимались дежурные врачи реанимационного отделения. О том, что ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ скончалась, он узнал от коллег на следующий день. К нему обращались родственники ФИО4, интересовались здоровьем последней, также обращался оперирующий доктор из больницы откуда была доставлена ФИО4, также интересовался ее состоянием, предлагал помощь связанную с лечением (Т. 2, л.д. 98-102, Т. 6, л.д. 152-155).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №8 подтвердил, дополнил, что доктор приезжал к ФИО4, переживал по-человечески.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №19, которая работала заместителем главного врача по лечебной работе в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» с 1985 года по 2024 год. Пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ ей доложили о крайне тяжелом состоянии пациентки, которую ФИО9 ночью. Пациентка была доставлена к ним из гинекологического отделения ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» с перитонитом. У пациентки была крайне тяжелая степень тяжести перитонита, и операция была по жизненным показаниям проведена минимальным объемом. Это говорит о том, что рана данной пациентки не была ушита, потому что там был тяжелейший перитонит, то есть гной в животе. В этот же день она позвонила начмеду ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», сообщила о том, что есть их пациентка, которая доставлена к ним крайне в тяжелом состоянии. Пациентке требовалась очень дорогая антибактериальная терапия, то есть антибиотики пятого поколения, они очень дорогие и требовались в большом количестве. Начмед ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», ее услышала и никаких действий не было. Через два дня к ней пришел врач из ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», заведующий отделением, он интересовался состоянием здоровья ФИО4, она ему все рассказала, что нужна очень дорогостоящая антибактериальная терапия, он ее выслушал, и ушел. Больше никто к ней не обращался, ни родственники, ни сотрудники ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>».

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №19 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что она работает в должности заместителя главного врача ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» по лечебной работе. С ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 получала медицинскую помощь в отделении реанимации и анестезиологии с койками интенсивной терапии, у которой изначально была тяжелая клиническая ситуация, вызванная проведенным в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» оперативным вмешательством, осложнённым разлитым перитонитом в токсической фазе. Перитонит развился у ФИО4 вследствие наличия дефекта с отечными неровными краями в области подвздошной кишки до 1,5 см в диаметре. При лечении ФИО4 ей назначались детоксикационную, антибактериальную, для устранения гноя в брюшной полости, дезинтексикационную. В курс лечения вносились корректировки с учетом состояния ФИО4 Положительной динамики в состоянии здоровья ФИО4 не наблюдалась, ее состояние оставалось стабильно тяжелым, что следовало исходя из данных анализов, состояния живота и наблюдения ФИО4, отсутствия у нее перистальтики кишечника. На протяжении лечения ФИО4 по назогастральному зонду у нее шло кишечное содержимое, что свидетельствовало о продолжении у нее перитонита. С учетом позднего диагностирования перитонита у ФИО4 в ГБ №, несвоевременного ее перевода к ГБ №, терминальной фазы развития перитонита, шансов на выздоровление у ФИО4, практически не было. ДД.ММ.ГГГГ состояние ФИО4 ухудшилось, наступила декомпенсация сердечно-сосудистой, легочной систем, реанимационные мероприятия на протяжении 30 минут не эффективны, в связи с чем реаниматологом ФИО46 в 17-00 констатирована смерть ФИО4 К ней обращался оперирующий врач ФИО4 из ГБ №, насколько она поняла заведующий гинекологией, его данных она не помнит, они побеседовали, о причинах перитонита у ФИО4 он ничего не сказал, после чего ушел (Т. 2, л.д. 106-108).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №19 подтвердила, дополнила, что у пациентки перитонит был уже в терминальной стадии, то есть кишечное содержимое было у неё в животе. Процесс протекал уже 2-3 суток. Потому и в ходе дачи показаний она пояснила, что позднее диагностирование перитонита у ФИО4 в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», и несвоевременный перевод последней в их больницу, практически не давал шансов на выздоровление пациентки. Перитонит возник у ФИО4 в связи с проведенной ей ранее операцией в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>».

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №20, который с 2007 года официально трудоустроен в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», в должности заведующего отделением анестезиологии и реанимации. Пояснил, что к ним в больницу поступила больная из ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» в тяжелом состоянии. С клиникой перитонита. Была прооперирована в тот же день, когда поступила. На операции были множественные абсцессы в брюшной полости поддиафрагмальные, подпечёночные, в состоянии сепсиса находилась больная. Пациентка была у них подключена к аппарату ИВЛ, получала соответствующее лечение. Через 2 или 3 дня её повторно взяли на программную санацию. Перитонит был некупированный. Воспаление продолжалось в животе. Больная нуждалась в том, чтобы помыть еще раз живот. Ее планировали через 2?3 дня взять на следующую операцию, но она, к сожалению, умерла. Он не присутствовал при операции, так как он заведующий отделением, ему все докладывали. Ему известно, что у пациентки была перфорация кишки, как следствие развился перитонит. Причин образования перфорации может быть несколько. При операции была выявлена причина того, что есть дефект в стенке кишки, далее берется гистология. По его мнению, это не мгновенная ситуация, нужно хотя бы сутки, и более чтобы образовались абсцессы, нужно время. Дополнительно пояснил, что после проведения первой операции, состояние больной было тяжелое, она находилась на аппарате искусственной вентиляции легких, в состоянии абдоминального сепсиса – это следствие перитонита, когда идет интоксикация всего организма. В ходе второй операции, динамика была положительная, но не настолько, чтобы окончательно зашить живот, процесс еще не был купирован. Пациентке нужно было делать еще одну операцию, опять санировать брюшную полость, с продолжением антибактериальной терапии. Несмотря на их лечение, состояние пациентки осталось крайне тяжелым. Прогрессировали явления полиорганной недостаточности. То есть все органы и системы за счет интоксикации, за счет сепсиса - отказывают. Развивается полиорганная недостаточность. У нее просто не выдержал организм, не справился с интоксикацией, не смотря на то, что два раза был промыт живот. Сопутствующие заболевания, имеющиеся у ФИО4, такие как варикозная болезнь, ишемическая болезнь сердца, атеросклеротическая болезнь, гипертоническая болезнь, ангиопатия сетчатки обоих глаз, не могли повлиять на смертельный исход. Врачи или должностные лица из ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» не могли повлиять на процесс лечения, состояние больной, в период ее нахождения в их больнице. К ним в больницу приезжали сотрудники ГБУ МЗ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», ФИО15 и женщина, видимо тоже доктор, он интересовался ее здоровьем, никаких комментариев он не давал.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №20 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что он работает в должности заведующего отделения анестезиологии с койками интенсивной терапии ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», куда ДД.ММ.ГГГГ поступила ФИО4 в порядке перевода из ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» с клинической картиной разлитого перитонита. ФИО4 была в ургентном порядке прооперирована, в ходе операции у нее были выявлены некротические изменения в области передней брюшной стенки (флегмоны, абсцессы), что свидетельствует о том, что перитонит длился у ФИО4 на протяжении нескольких дней. При операции в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» ФИО4 была выполнена санация (мытье) брюшной полости, в ходе операции хирургом выявлена перфорация кишечника. Операционная рана не ушивалась (лапаростома), с целью последующей программной санации. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 вновь проведена санация брюшной полости с программой на повторную санацию. На протяжении лечения, ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 была снята с ИВЛ, переведена на самостоятельное дыхание, появилась надежда на положительную динамику излечения, проявился кашлевой рефлекс. ДД.ММ.ГГГГ перед операцией ФИО4, вновь переведена на ИВЛ, после операции по санации с программой на повторную санацию, после этого ФИО4 не экстубировали. После операции по санации у ФИО4 не было положительной динамики выздоровления. Тяжесть состояния ФИО4 также обуславливалась тем, что она не могла самостоятельно дышать. Перитонит может косвенно воздействовать на другие органы в силу своего токсического воздействия на весь организм. На 12-ДД.ММ.ГГГГ была запланирована операция по повторной санации, однако ДД.ММ.ГГГГ у ФИО4 иссякли компенсаторные возможности, на фоне ИВЛ зафиксирована остановка сердечной деятельности, реанимационные мероприятия на протяжении 30 минут не привели к эффекту, в связи с чем реаниматологом ФИО46 констатирована смерть ФИО4 Приезжал заведующий, который ФИО9 ФИО4, справился о состоянии ФИО4, зашел в палату и уехал (Т. 2 л.д. 109-111).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №20 подтвердил в полном объеме. Пояснил, что перитонит у больной длился сутки и более, когда пациентка поступила к ним, она была в сознании. Пациентка была в сознании и перед первой операцией, которую они ей провели, и после второй. После первой операции они ФИО4 экстубировали, она дышала самостоятельно, а после второй уже нет. Им не удалось справиться с сепсисом, перитонитом, всего было два литра гноя.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №21, которая работала врачом анестезиологом-реаниматологом в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» с 2018 года по 2025 год. Пояснила, что два с половиной года назад поступила тяжелая пациентка из ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» с перитонитом. В одно из ее дежурств, она брала пациентку в операционную на программную санацию. Она участвовала во второй операции, пациентка была тяжелая, и при поступлении, и когда находилась в реанимации. Причины перитонита у пациентки ей не известны. После операции состояние у пациентки было тяжелое, она находилась в реанимации на продленном ИВЛ, пытались снять ее с ИВЛ, но за счет того, что у пациентки была интоксикация, она быстро истощалась, снять с ИВЛ не смогли, после был летальный исход. На базе ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» были выполнены все возможные анализы.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №21 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что она работает врачом-анестезиологом-реаниматологом ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», ДД.ММ.ГГГГ она дежурила в отделении реанимации, осматривала ФИО4, а ДД.ММ.ГГГГ в качестве анестезиолога сопровождала операцию по повторной санации ФИО4 Положительной динамики к выздоровлению на ДД.ММ.ГГГГ у последней не было. Случай с ФИО4 говорит о том, что перитонит был поздно диагностирован, что не позволило своевременно его купировать. Также ДД.ММ.ГГГГ в 08-00 она осматривала ФИО4 Несмотря на нормальный пульс и давление, она самостоятельно не дышала, ее состояние продолжало оставаться тяжелым. Впоследствии от коллег она узнала о том, что ФИО4 скончалась в их медицинском учреждении (Т. 2, л.д. 112-114).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №21 подтвердила в полном объеме, указав, что они являются более точными.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №22, который в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» проходил ординатура с 2021 года и по окончание института, с ДД.ММ.ГГГГ, работал врачом-хирургом первого хирургического отделения. Пояснил, что в февраля месяце 2023 года около 21:00, привезли пациентку ФИО4, которая поступила в тяжелом состоянии, ее к ним завезли на каталке по скорой помощи из ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». При осмотре пациентки совместно со старшим дежурным хирургом Свидетель №8, были обнаружены клинические признаки к ургентной операции. Пациентка поступила с подозрением на перитонит. В нижней части передней брюшной стенки у пациентки ФИО4 был установлен дренаж, согласно которого было видно, что поступает гнойное отделяемое. После кратковременной предоперационной подготовки, была проведена непосредственно ургентная операция. В ходе операции Свидетель №8 был оперирующим хирургом, он принимал участие, как первый ассистент. В ходе операции был выявлен перитонит. Вся брюшная полость была гнойной, были множественные межпетельные абсцессы, была проведена санация брюшной полости. После первой операции, было решено оставить пациентку на повторную санацию, то есть на последующую операцию, которая делается на третьи сутки. Спустя вторую операцию, также было решено, что диагноз некупированный перитонит подтверждается. После второй операции пациентка погибла.

Оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №22 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым он является врачом-клиническим ординатором ФГБОУ ВО «ДонНМУ им. Горького» МЗ РФ, ДД.ММ.ГГГГ проходил практику в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», ДД.ММ.ГГГГ заступил на дежурство с 08 часов до 08 часов следующего дня. В ночное время из другой больницы с подозрением на перитонит была доставлена ФИО4 По дренажу у последней шло выделение каловых масс, что прямо свидетельствовало о перитоните. Операцию по купированию перитонита проводил оперирующий хирург Свидетель №8, он был ассистирующим. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 в ургентном порядке ими была ФИО9, выполнена лапаротомия, диагностированы разлитой гнойный перитонит, абдоминальные абсцессы, дефект подвздошной кишки. Абдоминальные абсцессы и флегмоны являются осложнениями, вызванными перитонитом. Перитонит, диагностированный у ФИО4, был запущенный, в брюшной полости последней находилось значительное количество каловых масс и содержимого кишечника. Операция ФИО4 прошла нормально, без каких-либо осложнений. В связи со значительным количеством содержимого кишечника, находящегося в брюшной полости, необходима была программа на повторную санацию, то есть промывание брюшной полости. В связи с этим рана не ушивалась, наложены повязки. После проведения операции он лечением ФИО4 не занимался, ее ведением занимались врачи отделения реанимации. Впоследствии ДД.ММ.ГГГГ он также в качестве ассистента участвовал в проведении Свидетель №8 операции по санации брюшной полости ФИО4 Операция прошла без осложнений, в ходе операции брюшная полость промыта растворами антисептиков, операционная рана не ушивалась в связи с программой на повторную санацию. После операции ФИО4 была передана в отделение реанимации. Более с ФИО4 он не взаимодействовал (Т. 2, л.д. 115-117).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №22 подтвердил в полном объеме, указал что у пациентки был дефект подвздошной кишки, которая согласно анатомии в свою очередь переходит в толстый кишечник, там был дефект.

Показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №23, который с января 2001 года трудоустроен в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>», в должности врача анестезиолога-реаниматолога. Пояснил, что госпитализация пациентки ФИО4 была выполнена ДД.ММ.ГГГГ. В тот период он был в клинике в качестве дежурного анестезиолога. Это была вторая половина дня. Его вызвали в приемный покой осмотреть данную пациентку с последующим выполнением оперативного лечения. Его задача заключалась в проведении обезболивания. Первичный осмотр указывал на то, что состояние пациентки было крайне тяжелым. Сознание при этом было сохранено, но были скомпрометированы определенные жизненные функции. После осмотра в приемном покое, пациентка была подана в ургентную операционную и была в последующем выполнена операция. После операции пациентка была транспортирована в отделение реанимации, где продолжала лечение. На период осмотра первичная жалоба была боль животе. Осмотрена была она хирургом и диагноз формулировался как перитонит, то есть воспалительный процесс брюшной полости. Отмечалась выраженная отдышка, т.е. стахиопноя была высокая. Была гипотония, т.е. элемент снижения артериального давления, обусловленный интоксикационным синдромом. В условиях операционной была проведена кратковременная подготовка инфузионная, что требуется в данной ситуации. Анестезия проводилась с использованием общего вида обезболивания с переводом на аппаратное дыхание, т.е. респираторная функция дыхательная была поддержана аппаратом. В послеоперационном периоде пациентка была на продлённой искусственной вентиляции лёгких ввиду тяжести состояния. Изменения в формуле крови свидетельствовали о наличии у пациентки сепсиса, то есть это генерализованное распространение инфекции. Необходимая помощь оказывалась специалистами нашей больницы, она оказывалась в достаточном объеме, привлечение смежных специалистов на тот период, по крайней мере, период его дежурства, не рассматривалось. Диагноз был понятен при выполнении операции.

Оглашенными, ввиду невозможности явки в судебное заседание, показаниями эксперта ФИО47 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ данные в целях разъяснения и уточнения заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым операция по простой экстирпации матки без придатков от ДД.ММ.ГГГГ, проведенная ФИО4 в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» срочной, обязательной, требующей немедленного оперативного вмешательства, для исключения рисков для жизни и здоровья пациентки не являлась. Данная операция проведена в плановом порядке. При проведении вышеуказанной операции бригадой врачей, оперирующий врач определяет вид и объем вмешательства, проводит операцию (производит разрезы), контролирует ход операции. Ассистенты помогают оперирующему врачу (показывают операционное поле (область проведения разрезов), по указанию оперирующего врача выполняют те или иные манипуляции). Действия и ответственность участвующих в операции лиц предусмотрены их должностными инструкциями и стандартами введения заболевания, по поводу которого проводится оперативное вмешательство. Ответственность за проведение и исход оперативного вмешательства несет оперирующий врач. Оперирующий врач – Свидетель №1 должна контролировать действия своих ассистентов ФИО15 В.А. и Свидетель №3, в том числе убедиться в отсутствии причинения повреждений пациенту при введении лапароскопического хирургического инструмента. Учитывая локализацию дефекта стенки кишечника (по брыжеечному краю, на расстоянии около 70-80 см от илеоцекального угла), сведения из протокола дополнительного допроса оперировавшего хирурга Свидетель №1 от ДД.ММ.ГГГГ «…При операции в левой подвздошной области ФИО4, в области маточных придатков, а также петель кишечника и передней брюшной стенки, был выявлены спаечный процесс, т.е. срастание с брюшной стенкой и иными органами», вероятнее всего повреждение стенки было причинено во время проведения лапароскопического доступа. При введении маточного манипулятора не могло быть причинено повреждения стенки кишечника, так как манипулятор вводится в полость матки, а не в брюшную полость. На основании имеющих сведений в медицинской документации и материалах дела, в том числе отсутствия описания более конкретной локализации повреждения стенки кишечника (кпереди или кзади от брыжейки), высказаться на каком этапе операции, каким хирургическим инструментом и какими действиями была причинена травма подвздошной кишки ФИО4 при проведении операции от ДД.ММ.ГГГГ, не представляется возможным.

Согласно сведениям из протокола дополнительного допроса свидетеля Свидетель №1 от ДД.ММ.ГГГГ, непосредственное разъединение спаек в брюшной полости проводила Свидетель №1 В том же протоколе дополнительного допроса указано, что «При операции слева в подвздошной области в области левых придатков, то есть в пределах компетенции врача акушера-гинеколога, часть спаек была разъединена мной», то есть разъединение спаек между петлями тонкого кишечника и передней брюшной стенкой не проводилось. Высказаться о том, что были ли спайки на поврежденном участке кишечника не представляется возможным, ввиду отсутствия каких-либо сведений о наличии или отсутствии плотных спаек в области локализации повреждения стенки кишечника и в прилежащих участках, во время проведения оперативного вмешательства по поводу развившегося перитонита в ГБУ «ЦГБ № <адрес>», куда была доставлена ФИО4 из ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». Кроме того, в протоке данной операции отсутствуют сведения о наличии каких-либо спаек петель кишечника с передней брюшной стенкой, о чем указала Свидетель №1 в протоколе дополнительного допроса свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ. В протоколе оперативного вмешательства по поводу развившегося перитонита в ГБУ «ЦГБ № <адрес>» указано, что «В брюшной полости во всех отделах гнойный выпот (до 2 литров) с фибрином и кишечным содержимым. Большой сальник, петли тонкой и толстой кишки в рыхлом инфильтрате, гиперемированы, покрыты фибрином». Учитывая наличие спаечного процесса в брюшной полости, в том числе не позволившего завершить экстирпацию матки лапароскопическим методом, после завершения операции «Простая экстирпация матки без придатков», оперирующий врач, с целью установления возможного повреждения кишечника на уровне проведения проколов передней брюшной стенки во время лапароскопии, должен был провести визуальную ревизию брюшной полости с тщательным исследованием петель кишечника в проекциях проведения проколов передней брюшной стенки (в пределах доступности). Кроме того, необходимо было в ближайший послеоперационный период провести ультразвуковое исследование (УЗИ) органов брюшной полости. Сведений о проведении ревизии брюшной полости, после завершения операции «Простая экстирпация матки без придатков», а также УЗИ органов брюшной полости, в предоставленных материалах не имеется.

В послеоперационном периоде «уходовые мероприятия» за ФИО4 проводились с дефектами. Данный вывод подтверждается тем, что вплоть до перевода в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», в дневниковых записях указано, что: по дренажу выделяется серозное и серозно-геморрагическое отделяемое. А при поступлений в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» указано «...ПХВ дренаж, по которому из брюшной полости поступает кишечное отделяемое». Также при лапаротомии, проведенной в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» через 2 часа после поступления, в брюшной полости, во всех отделах, обнаружен гнойный выпот с кишечным содержимым, объемом более 2,5 литра; послеоперационная рана без признаков воспаления, а при поступлении в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» указано «Послеоперационный рубец отечный, кожные покровы умеренно гиперемированы. Там же - в области дренажа определяются участки флюктуации». Также при лапаротомии, проведенной в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» через 2 часа после поступления указано, что «произведено вскрытие флегмоны передней брюшной стенки гипогастрия, выполнена некрэктомия», а в допросе свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №8, хирург проводивший операцию, указал «Также в ходе операции края раны (лапаратомический надрез по Пфафеннштилю, ранее выполненный в ЦГКБ №) в гипогастральной области (над лобком) разведены - вскрыта флегмона, иссечены некротические ткани. Считает, что с учетом клинической ситуации ФИО4 возможно было в период нахождения последней в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» с ДД.ММ.ГГГГ диагностировать у нее осложнения в виде травмы полого органа и перитонита. ДД.ММ.ГГГГ, с учетом жалоб ФИО4 на боли в области живота, Свидетель №1 могла инициировать проведение диагностических исследований (УЗИ, рентген, МРТ, МСКТ и др.), которые бы позволили выявить перфорацию подвздошной кишки и его последствия в виде перитонита.

Наличие в брюшной полости гнойного выпота с фибрином и кишечным содержимым, фибрина в виде рыхлого инфильтрата, покрывающего поверхности органов и брюшины, наличие межпетлевых, подпеченочной и поддиафрагмальных абсцессов, указанных в протоколе операции от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствуют о сроке развития перитонита не менее чем за 3 суток до этого, что соответствует сроку проведения операции от ДД.ММ.ГГГГ и не вписывается во временные рамки развития перитонита вследствие возникновения стрессовой язвы в подвздошной кишке с последующей перфорацией ее стенки (Т. 3, л.д. 87-92, 94-96).

Оглашенными с согласия сторон показаниями специалиста ФИО69 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что она является врачом-акушером-гинекологом гинекологического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», исполняет обязанности заведующего гинекологического отделения, имеет стаж работы по специальности 47 лет. При проведении гинекологическим больным операции по простой экстирпации матки без придатков необходимо перед операцией провести пациентке диагностические исследования, в том числе УЗИ, предусмотренные клиническими рекомендациями и протоколами лечения. При проведении операции лапароскопическим способом всегда есть риск повреждения органов пациента на всех этапах операции. Как при лапароскопической, так и при лапаротомной операции необходимо проведение ревизии органов пациентки, для исключения рисков их повреждения. Спаечный процесс может присутствовать в брюшной полости и мешать проведению операции, спайки могут быть разъединены оперирующим врачом, вне операционного поля спайки при этом не разъединяются. При проведении операций по простой экстирпации матки, как правило участвуют трое врачей, один из которых является оперирующим, а двое других ассистентами, при этом режущим хирургическим инструментом работает только оперирующий врач, указания которого должны выполнять ассистенты. Оперирующий врач при этом должен контролировать действия ассистентов. По завершении операции по простой экстирпации матки без придатков составляется в двух экземплярах (в медицинскую карту и в журнал операций) протокол операции, в котором отражаются все манипуляции, осложнения, в том числе требуется отражение наличия обширного спаечного процесса у пациентки. Возможно не отражать факт обнаружения спаечного процесса в протоколе операции, но тогда его наличие необходимо отразить в диагнозе пациентки. Заведующий отделением должен проверять правильность составления протокола операции, при этом должен указать оперировавшему врачу на недостатки в медицинской документации, дать указание об их устранении, а в последующем контролировать выполнение врачом указаний, в противном случае для врача предусмотрена дисциплинарная ответственность (Т. 6, л.д. 146-151).

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании допрошена свидетель ФИО13, которая показала, что с 2009 года по 2024 год работала врачом-рентгенологом в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». В воскресенье ДД.ММ.ГГГГ делали рентген легких больной ФИО4, более ей ничего не известно, так как она находилась дома, по семейным обстоятельствам, из больницы ее никто не беспокоил, и снимки ей не присылали. О данном случае она узнала от начмеда, когда вышла на работу. В ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» у нее был график работы: пн-пт с 08:00 до 16:00, суббота, воскресенье выходные дни. В рентген кабинете также находились врачи ФИО18, ФИО19. У всех врачей-рентгенологов был вышеуказанный график работы. ДД.ММ.ГГГГ, в качестве лаборанта работала - ФИО20, фотографию снимка она ей не присылала. В журнале записи рентген исследований была произведена запись ФИО18, дата описания снимка там не указывается. В записи было написано: сгущение легочного рисунка. ФИО4 в тот день был сделан рентген легких. По рентгену легких судить о наличии газа в брюшной полости нельзя, тем более больная перенесла лапаротомию. В заключении не был написан диагноз пневмония. Сгущение легочного рисунка свидетельствует о том, что легкие поджаты, они могут быть поджаты по разным причинам. Высокое стояние диафрагмы, избыточная жировая клетчатка, метеоризм брюшной полости. Рентгенография субъективно воспринимается каждым врачом, но протокол описания один для всех.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании допрошена свидетель ФИО18, которая показала, что с 1977 года по ДД.ММ.ГГГГ год работала врачом-рентгенологом в ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>». Пояснила, что женщине была выполнена полостная операция, лежала она в гинекологическом отделении. Был выполнен снимок рентгенографии грудной клетки в выходной день, она тогда не работала. Дежуривший в субботу доктор работала до 12 часов дня. Снимок был выполнен вечером, описан ей в понедельник, на снимке она выявила свободный газ в брюшной полости, он мог быть в следствии полостной операции., Так же были признаки пневмонии, она написала, что нельзя исключить двухстороннюю нижнедолевую пневмонию, нужно контролировать в динамике. ФИО15 уточнял по пневмонии, она сказала нужны контрольные снимки, так как клинические данные опережают рентгенологические. Все соотносится с клиническими данными, если нет клинических данных, значит рентгенологический метод является дополнительным видом диагностики. Снимки выполняет рентген-лаборант, они дежурят круглосуточно. ДД.ММ.ГГГГ на работе были ФИО21 – утром, а в обед пришла ФИО22. Ей лаборант по просьбе дежурного врача прислала в мессенджер «Телеграмм» фотографию рентген снимка поздно вечером в выходной день, лаборант сказала, что была полостная операция у женщины, которая лежит в гинекологическом отделении, на снимке она увидела свободный газ в брюшной полости, она позвонила и сообщила это дежурному доктору - заведующему родильным отделением. Но так как у женщины была полостная операция это нормально, если нет дополнительных данных. При полостной операции всегда есть свободный газ в брюшной полости в том или ином объеме. Она не могла предположить, что у женщины развивается перитонит. Снимки должны быть в динамике. После операции на снимке одно количество свободного газа в брюшной полости, на последующем снимке количество свободного газа увеличилось, тогда можно предположить, что произошла перфорация полого органа. В противном случае объем газа зависит от длительности операции, он рассасывается в течении одной двух недель. Она не отрицает, что свободный газ мог быть признаком перфорации полого органа, при клинических данных. По телефону она сказала доктору, о том, что свободный газ мог быть признаком перфорации. По фотографии воспаления легких четко не видно. В описании она написала свободный газ в брюшной полости, признаки уменьшения легких в объеме за счет поджатия воздухом, и в заключении написала нельзя исключить двухстороннюю нижнедолевую пневмонию.

Виновность подсудимого подтверждается следующими оглашенными и исследованными в судебном заседании письменными доказательствами, а именно:

- протоколом осмотра помещения от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, согласно которого осмотрено помещение операционной гинекологического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» по <адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 проводили оперативное вмешательство, осмотрены хирургические инструменты, с использованием которых была проведена указанная операция (Т. 1 л.д. 173-181);

- актом судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ года №, согласно которого смерть ФИО4 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 17 час 00 минут в результате развившейся полиорганной недостаточности как проявления сепсиса (генерализованной системной воспалительной реакции организма на инфекционный процесс), что подтверждается выявленными морфологоческими и гистологическими изменениями во внутренних органах (Т. 2 л.д. 144-156);

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, согласно которого в помещении СУ СК России по ДНР по адресу: ДНР, <адрес>, у потерпевшего Потерпевший №1 изъята медицинская карта амбулаторного больного № КЛПУ ГБ № на имя ФИО4 (Т. 3 л.д. 102-106);

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, согласно которого в помещении ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» по адресу: ДНР, <адрес>, изъята медицинская карта стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4 (Т. 3 л.д. 133-138);

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, согласно которого в помещении ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» по адресу: ДНР, <адрес>, изъята медицинская карта стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4 (Т. 3 л.д. 145-150);

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, согласно которого в помещении Республиканского бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Донецкой Народной Республики по адресу: ДНР, <адрес>, изъят гистологический архив трупа ФИО4 (Т. 4 л.д. 126-129);

- протоколом осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ с приложениями, согласно которого осмотрены: медицинская карта амбулаторного больного № КЛПУ ГБ № на имя ФИО4, медицинская карта стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4, медицинская карта стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4

При осмотре медицинской карты стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4, установлено, что пациент ФИО4 госпитализирована в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» ДД.ММ.ГГГГ в 08-30, выписана ДД.ММ.ГГГГ в 00-30, пациент направлен с обращения к врачу ФИО15 В.А., доставлена с стационар по экстренным показаниям, во внеплановом порядке с диагнозом: симптомная миома матки, при поступлении установлен диагноз: симптомная субсерозная миома матки с болевыми (слово неразборчиво), диагноз клинический: симптомная субсерозная миома матки с (слово неразборчиво) расположенным (слово неразборчиво) узла. Болевой синдром. Диагноз поставлен ДД.ММ.ГГГГ врачом Свидетель №1 Заключительный диагноз: а) основной: симптоматическая субсерозная миома матки с (слово неразборчиво) расположением миоматозного узла; б) осложнения: болевой синдром. Перфорация полого органа. Декомпенсированная варикозная болезнь обеих ног. ХВН III ст. гипертоническая болезнь II <адрес>. Англопатия сетчатки.

Данные об операциях: ДД.ММ.ГГГГ с 9-25 по 12-25 диагностическая лапароскопия, лапаротомия, простая экстерпация матки без придатков, дренирование органов полости. Оперирующий врач Свидетель №1, анастезиолог Свидетель №4 Имеются подписи лечащего врача Свидетель №1 и зав. отделением ФИО15 В.А.

Имеются: копия УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у ФИО4 выявлены эхопризнаки миомы матки (множественные узлы); выписной эпикриз ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» (мед.карта №) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ проведена операция по диагностическому выскабливанию полости матки, нахождение в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. Основной диагноз: гиперплазия эндометрия; информированное согласие на медицинское вмешательство от ДД.ММ.ГГГГ принято врачом Свидетель №3 Имеются подписи от имени врача Свидетель №3 и пациента ФИО4 Данные о консультациях с иными врачами и специалистами отсутствуют.

ФИО15 В.А. принимал участие при осмотре ФИО4 при поступлении в медицинское учреждение, ДД.ММ.ГГГГ при проведении ФИО4 операции «Диагностическая лапароскопия. Лапаротомия. Простая экстирпация матки без придатков» участвовал в качестве первого ассистента, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ осматривал ФИО4 при обходе пациентов.

При осмотре медицинской карты стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4, установлено, что лечение ФИО4 проходило с ДД.ММ.ГГГГ с 01 час 10 мин по ДД.ММ.ГГГГ в 17 час 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ врачом-реаниматологом ФИО46 в 17 часов 00 минут констатирована смерть ФИО4, вследствие неэффективности реанимационных мероприятий, направленных на восстановление жизненно важных функций в течении 30 минут.

При осмотре медицинской карты амбулаторного больного № КЛПУ ГБ № на имя ФИО4, установлено, что указанная карта содержит данные об амбулаторном наблюдении ФИО4 (Т. 3 л.д. 151-157, 158-245, Т. 4 л.д. 1-122);

- протоколом осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ года с фототаблицей, согласно которого осмотрен гистологический архив трупа ФИО4, рентген-снимок органов грудной клетки ФИО4, выполненный ДД.ММ.ГГГГ в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» (Т. 4 л.д. 130-132);

- заверенной копией Положения о гинекологическом отделении от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного главным врачом ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» Свидетель №12, в соответствии с которым гинекологическое отделение является структурным подразделением ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», создано для круглосуточного оказания ургентной и плановой специализированной медицинской помощи гинекологическим больным Буденновского и <адрес>ов <адрес> (п. 1). На должности врачей-акушеров-гинекологов которого назначаются специалисты, соответствующие Квалификационным требованиям по специальности акушерство и гинекология (п. 5). Гинекологическое отделение осуществляет следующие функции: оказание медицинской помощи женщинам с заболеваниями органов репродуктивной системы в стационарных условиях, освоение и внедрение в клиническую практику современных методов диагностики и лечения нарушений репродуктивной системы и профилактики осложнений на основе принципов доказательной медицины и научно-технических достижений, установление медицинских показаний и направление женщин в медицинские организации для оказания высокотехнологичной медицинской помощи (п. 7). Отделение для обеспечения своей деятельности использует возможности лечебно-диагностических и вспомогательных подразделений ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» (Т. 6, л.д. 14-20);

- заверенной копией приказа Главного врача ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» Свидетель №12 от ДД.ММ.ГГГГ №/к, согласно которого врач-акушер-гинеколог ФИО15 В.А. назначен на должность заведующего гинекологическим отделением с ДД.ММ.ГГГГ (Т. 7, л.д. 62);

- заверенной копией диплома специалиста серии КЗ № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО15 В.А. в 1993 году окончил Донецкий государственный медицинский университет имени М. Горького по специальности «лечебное дело» присвоена квалификация врача (Т. 4, л.д. 221-225);

- заверенной копией удостоверения № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО15 В.А. присвоена высшая квалификационная категория по специальности «Акушерство и гинекология» (Т. 4, л.д. 227);

- выпиской из Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», утвержденного Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, согласно которого должностные обязанности заведующего структурным подразделением (отделом, отделением, лабораторией, кабинетом, отрядом) - врача-специалиста, включают в себя: руководство деятельностью структурного подразделения (отдела, отделения, лаборатории, кабинета, отряда) медицинской организации в соответствии с положением о структурном подразделении, его функциями и задачами; совершенствование форм и методов работы, планирование и прогнозирование деятельности структурного подразделения, расстановку кадров на рабочих местах и их использование в соответствии с квалификацией, формирование нормативной и методической базы, базы материально-технических средств лабораторной и инструментальной диагностики; координацию деятельности структурного подразделения с другими структурными подразделениями медицинской организации, обеспечение их взаимосвязи в работе; осуществление контроля за работой персонала структурного подразделения, качеством проводимого лечения, за соблюдением стандартов медицинской помощи при выполнении медицинским персоналом перечня работ и услуг для диагностики заболевания, оценки состояния больного и клинической ситуации, для лечения заболевания, состояния больного, клинической ситуации в соответствии со стандартом медицинской помощи; принятие мер по обеспечению выполнения работниками структурного подразделения своих должностных обязанностей и правил внутреннего трудового распорядка, требований стандартизации и метрологического обеспечения исследований, измерений, испытаний; осуществление контроля за качеством ведения медицинской документации (Т. 7, л.д. 67-68);

- заверенной копией должностной инструкции заведующего гинекологическим отделением врача-акушера-гинеколога, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ Главным врачом ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» Свидетель №12, в соответствии с п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.12, 2.13, 2.14, 2.19, 4.1, 4.2, 4.4, 5 которой ФИО15 В.А.: организует работу гинекологического отделения для обеспечения лечебно-диагностического процесса, в полном объеме, своевременно, на современном уровне; по результатам анализа работы отделения принимает меры, направленные на рациональное использование коечного фонда, улучшение качества и сроков обследования и лечения больных; обеспечивает госпитализацию больных в отделение, распределяет больных между врачами отделения, сам ведет положенное количество больных; осуществляет регулярный контроль за работой врачей отделения, в том числе за правильность поставленных диагнозов, качеством проводимого лечения; обеспечивает и контролирует правильность и своевременность обследования и лечения каждого больного путем своевременного осмотра каждого больного, поступившего в отделение не позднее одних суток, проведения обходов не реже одного раза в неделю, систематического осмотра тяжелобольных, контроля над больными, длительно находящимися в отделении; оказывает квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности, используя современные методы профилактики, диагностики лечения и реабилитации, разрешенные для применения в медицинской практике; определяет тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами; решает вопросы выписки и перевода больных самостоятельно или по согласованию с заместителем главного врача по медицинской части, контролирует правильность и своевременность оформления выписных документов, подписывает их; консультирует врачей отделения по вопросам диагностики и лечения, участвует при выполнении лечебных и диагностических процедур, привлекает для консультации старших специалистов или врачей других специальностей; систематически контролирует правильность ведения медицинской документации в отделении и работу врачей, медицинских сестер и санитарок и других сотрудников отделения по выполнению ими должностных обязанностей; непосредственно выполняет лечебную работу в соответствующем объеме: ведение больных и выполнение дежурств в отделении; применяет современные методы профилактики, лечения и реабилитации в пределах своей специальности; владеет всеми методами стационарного лечения, применяет в полном объеме хирургические вмешательства; является в отделение в нерабочее время по вызову дежурного врача отделения; обеспечивает готовность отделения к работе в чрезвычайных ситуациях, руководит ее, информирует руководство больницы обо всех происшествиях и принятых мерах; соблюдает сам и обеспечивает соблюдение сотрудниками отделения трудовой дисциплины, правил внутреннего трудового распорядка, медицинской этики и деонтологии; несет ответственность за надлежащее и своевременное исполнение возложенных на него должностных обязанностей, предусмотренных Должностной инструкцией и правилами трудового распорядка больницы; несет ответственность за организацию своей работы и квалифицированное выполнение приказов, распоряжений и поручений от руководства учреждения; несет ответственность за совершенные в процессе проведения лечебных мероприятий правонарушения или бездействие; несет ответственность за ошибки в процессе осуществления своей деятельности, повлекшие за собой тяжкие последствия для здоровья и жизни пациента; должен знать: законы ДНР и другие нормативно-правовые акты, регламентирующие деятельность учреждений здравоохранения; действующие нормативно-методические документы, регламентирующие деятельность медицинских учреждений; методы и правила оказания лекарственной и неотложной медицинской помощи; организацию, структуру, штаты и оснащение акушерско-гинекологической службы; все правовые и нормативные документы по своей специальности.

Согласно листу ознакомления с должностной инструкцией, ФИО15 В.А. ДД.ММ.ГГГГ ознакомлен под подпись с Должностной инструкцией заведующего гинекологическим отделением врача-акушера-гинеколога, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ Главным врачом ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» Свидетель №12 (Т. 4, л.д. 217-220);

- заверенной копией графика выходов на работу сотрудников гинекологического отделения ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» за февраль 2023 года, из которого следует, что заведующий отделением ФИО15 В.А. выходил на работу в гинекологическом отделении ГБУ «ЦГКБ № <адрес>»: ДД.ММ.ГГГГ с 08 часов 00 минут до 15 часов 48 минут, ДД.ММ.ГГГГ с 08 часов 00 минут до 15 часов 48 минут, ДД.ММ.ГГГГ с 08 часов 00 минут до 15 часов 48 минут (Т. 4 л.д. 168-172);

- заверенной копией Журнала записей оперативных вмешательств в стационаре ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», где имеется протокол операции № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ с 09 час. 25 мин. до 12 час. 25 мин. ФИО4 была проведена операция хирургом Свидетель №1, первым ассистентом ФИО15 В.А., вторым ассистентом – Свидетель №3, анестезиологом – Свидетель №4 с участием операционной медсестры – Свидетель №5 Диагноз до операции: симптомная миома матки. Объем операции: Диагностическая лапароскопия. Лапаротомия. Простая экстирпация матки без придатков. Дренирование брюшной полости. Диагноз после операции: симптомная миома матки с шеечным расположением узла. В указанном протоколе не отражено обнаружение спаечного процесса и разъединение спаек (Т. 4 л.д. 159-163);

- заверенной копией Унифицированного клинического протокола медицинской помощи эндоскопия и лапароскопия в гинекологии, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Донецкой Народной Республики от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которого стандартное обследование гинекологических больных для планового эндохирургического вмешательства следующее: общее физикальное обследование: определение группы крови и резус-фактора; анализ крови на RW, ВИЧ, HBsAg; клинический анализ крови и мочи; бактериологический анализ выделений из половых органов; биохимический анализ крови; коагулограмма 1-2 этап; цитологическое исследование мазков из шейки матки и цервикального канала или морфологическое исследование; УЗИ органов малого таза; онкологические маркеры, биопсия эндометрия; электрокардиограмма; ФЛГ или рентгенография органов грудной клетки; консультация терапевта; КТ, МРТ (по показаниям); гастроскопия, колоноскопия (по показаниям) Женщина должна быть информирована о диагнозе, предполагаемой операции и ее возможных осложнениях (п.п. 2 п. 3.1.4). В соответствии с п. 3.1.7.1, к осложнениям при лапароскопии отнесена травма органов брюшной полости иглой Вереша, в случае проникающих ранений кишки рекомендуется ушивание стенки кишки, а согласно п. 3.1.7.2 к интраоперационным хирургическим осложнениям отнесена травма кишечника, которая может произойти на разных этапах операции (Т. 5, л.д. 132-179);

- заверенной копией приказа Главного врача ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» Свидетель №12 от ДД.ММ.ГГГГ №-К, согласно которого заведующий гинекологическим отделением врач-акушер-гинеколог ФИО15 В.А. уволен с занимаемой должности по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ (Т. 7, л.д. 63);

- актом Министерства здравоохранения Донецкой Народной Республики № от ДД.ММ.ГГГГ с приложением, согласно которого комиссией Министерства здравоохранения ДНР проведена внеплановая невыездная документарная проверка по вопросу качества оказания медицинской помощи ФИО4 в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», комиссией выявлены следующие нарушения:

– при госпитализации для планового оперативного лечения в гинекологическом стационаре любого уровня оказания помощи, все пациентки, имеющие сопутствующие заболевания, должны быть госпитализированы только при наличии заключений узких специалистов соответственно имеющимся нозологиям (в данном случае кардиолога, ангиохирурга), которые констатируют отсутствие противопоказаний для оперативного лечения, и дополняют план обследования и лечения в до- и послеоперационный период (при необходимости). Неизвестен бактериальный фон, на котором проводилось оперативное вмешательство, так как бактериологического исследования выделений проведено не было;

– не указаны препараты, которые ФИО4 принимает ежедневно в связи с экстрагенитальной патологией как до госпитализации, так и во время стационарного лечения;

– в стационаре перед операцией ФИО4 также не осмотрена узкими специалистами, кроме анестезиолога накануне операции;

– операция длилась 3 часа. В протоколе операции нет акцентов на технические трудности вовремя операции. В данном случае должны быть два протокола операции, с четким обоснованием конверсии. Кровопотеря в допустимых пределах. Назначена обезболивающая, антибактериальная терапия, также назначена одновременно и антикоагулянтная (по показаниям), и гемостатическая (без явных, описанных показаний) терапия транексамом и этамзилатом натрия, которая в дальнейшем могла привести к ишемии и дефекту стенки подвздошной кишки вследствие тромбоза артерии брыжейки;

- в дневниках нет указаний на отклонения от нормального течения послеоперационного периода. Лечение проводилось по листу назначений, и не корригируется;

- нет информации о необходимости как назначения, так и продолжения гемостатической терапии транексамом и этамзилатом натрия вплоть до ДД.ММ.ГГГГ;

- ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 00 минут о состоянии пациенгтки доложено заместителю главного врача по лечебной работе и заведующему отделением гинекологии;

- больная для интенсивной терапии не переведена в отделение реанимации многопрофильного учреждения ЦГКБ №.

По результатам проверки руководителю ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» рекомендовано: применить меры дисциплинарного взыскания к заведующему гинекологическим отделением ФИО15 В.А., направить в Аттестационную комиссию Министерства здравоохранения ДНР представление по заведующему гинекологическим отделением ФИО15 В.А. о внеочередной аттестации для рассмотрения вопроса о снижении (снятии) квалификационной категории (Т. 4 л.д. 138-151);

- заключением комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которого причиной смерти ФИО4 стал разлитой гнойный перитонит с флегмоной передней брюшной стенки, развившиеся в результате допущенного дефекта оказания медицинской помощи - повреждения стенки подвздошной кишки во время проведения операции «Диагностическая лапароскопия. Лапаротомия. Простая экстирпация матки без придатков» от ДД.ММ.ГГГГ по поводу симптомной миомы матки с болевым синдромом, осложнившиеся синдромом системного воспалительного ответа с полиорганной (нескольких органов) недостаточностью, что подтверждается сведениями из предоставленной медицинской документации и результатами судебно-медицинского исследования трупа.

При поступлении в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 правильно и своевременно был поставлен диагноз «Симптомная субсерозная миома матки с болевым синдромом». В тот же день, ДД.ММ.ГГГГ, без проведения каких-либо инструментальных методов исследования, поставлен клинический диагноз «Симптомная субсерозная миома матки с шеечным расположением миоматозного узла. Болевой синдром». Шеечное расположение миоматозного узла, согласно сведениям из медицинской документации, впервые было установлено во время оперативного вмешательства от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ в 23.30, с заключительным диагнозом «Симптомная субсерозная миома матки с шеечным расположением миоматозного узла. Болевой синдром. Осложнение: Перфорация полого органа?», ФИО4 переведена из ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>». Данный диагноз неверно структурирован, так как отсутствуют сведения о проведенном оперативном вмешательстве и развившемся послеоперационном осложнении в виде перитонита. При поступлении в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 правильно был поставлен, неправильно структурирован, диагноз «Перитонит. Перфорация полого органа. Симптомная миома матки. Операция: лапароскопия, лапаротомия. Простая экстирпация матки без придатков от ДД.ММ.ГГГГ Сопутствующие: Декомпенсированная варикозная болезнь обеих ног. ХВН 2 <адрес> болезнь. Ангиопатия сетчатки, дальнозоркость слева. Ожирение 2-3 ст».

Учитывая сведения из предоставленной медицинской документации, а также сведения из пунктов 4.1.-4.3. «Обоснование выводов по поставленным вопросам», можно высказаться о том, что в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>»: допущены следующие дефекты диагностики и лечения:

а) Проведены не в полном объеме предоперационные обследование и подготовка, в соответствии с «Унифицированный клинический протокол медицинской помощи эндоскопия и лапароскопия в гинекологии», утвержденным приказом М3 ДНР от ДД.ММ.ГГГГ, №:

-не проведено УЗИ органов малого таза, в том числе и для установления размеров, локализации миоматозных узлов до оперативного вмешательства. В результате данного дефекта оказания медицинской помощи, при поступлении в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», своевременно не выявлено шеечное расположение миоматозного узла и первоначально выбран лапароскопический вид оперативного вмешательства неверно с последующим переходом на лапаротомическую экстирпацию матки. Каких-либо сведений, подтверждающих локализацию миоматозного узла на уровне шейке матки объективными методами исследования, в предоставленной медицинской документации не имеется (согласно протокола ультразвукового трансвагинального исследования внутренних женских половых органов от ДД.ММ.ГГГГ «...Шейка матки не увеличена, контуры ровные, структура однородная, видимая часть цервикального канала не расширена, дополнительных образований в просвете не выявлен»; в протоколе ультразвукового трансвагинального исследования внутренних женских половых органов от ДД.ММ.ГГГГ, шейка матки не описана; согласно акта невыездной документарной проверки по вопросу качества оказания медицинской помощи «...При изучении Акта гистологического исследования удаленной матки № не обнаружено описание шеечного субсерозно-интерстициального фиброматозного узла... ».

-не проведены консультации терапевта, кардиолога и сосудистого хирурга, при наличии в анамнезе сопутствующей патологии в виде ишемической болезни сердца (атеросклеротический кардиосклероз), гипертонической болезни и варикозной болезни вен нижних конечностей.

-не проведена флюография или рентгенография органов грудной клетки;

б) Повреждена стенка подвздошной кишки во время оперативного вмешательства от ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая локализацию дефекта стенки кишечника (по брыжеечному краю, на расстоянии около 70-80 см от илеоцекального угла), сведения из протокола дополнительного допроса оперировавшего хирурга Свидетель №1 от ДД.ММ.ГГГГ «...При операции в левой подвздошной области ФИО4, в области маточных придатков, а также петель кишечника и передней брюшной стенки, был выявлены спаечный процесс, т.е. срастание с брюшной стенкой и иными органами», вероятнее всего повреждение стенки было причинено во время проведения лапароскопического доступа. Выделение кишечного содержимого сразу после повреждения стенки кишечника могло не наблюдаться ввиду его отсутствия или наличия в незначительном количестве, связанного с предоперационной подготовкой.

в) Не проведена ревизия всей брюшной полости во время оперативного вмешательства на предмет установления возможного повреждения кишечника на уровне проведения проколов передней брюшной стенки во время лапароскопии, учитывая спаечный процесс в брюшной полости, в том числе не позволивший завершить экстирпацию матки лапароскопическим методом.

г) Назначены в послеоперационном периоде одновременно кровеостанавливающие препараты (транексам, этамзилат) и препарат, снижающий свертываемость крови (эниксум).

д) Недооценено состояние пациентки в послеоперационном периоде: не проведены инструментальные методы исследования органов брюшной полости (рентген, УЗИ) для установления возможных послеоперационных осложнений, несмотря на объективные (некоторое вздутие живота), клинические (наличие болей на 3 сутки после операции, не купирующиеся нестероидными противовоспалительными препаратами) и лабораторные данные (лейкоцитоз, сдвиг лейкоцитарной формулы влево, повышенное СОЭ и т.д.), свидетельствующие о наличии прогрессирующего воспалительного процесса.

е) Проводились не качественные, формальные осмотры во время динамического наблюдения за пациенткой. Данный вывод подтверждается тем, что вплоть до перевода в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», в дневниковых записях указано, что:

- по дренажу выделяется серозное и серозно-геморрагическое отделяемое (при поступлении в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» указано «...ПХВ дренаж, по которому из брюшной полости поступает кишечное отделяемое»; при лапаротомии, проведенной в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» через 2 часа после поступления, в брюшной полости, во всех отделах, обнаружен гнойный выпот с кишечным содержимым, объемом более 2,5 литра);

- послеоперационная рана без признаков воспаления (при поступлении в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» указано «Послеоперационный рубец отечный, кожные покровы умеренно гиперемированы. Там же - в области дренажа определяются участки флюктуации»; при лапаротомии, проведенной в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» через 2 часа после поступления указано, что «Произведено вскрытие флегмоны передней брюшной стенки гипогастрия, выполнена некрэктомия», а в допросе свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №8, хирург проводивший операцию, указал «Также в ходе операции края раны (лапаратомический надрез по Пфафеннштилю, ранее выполненный в ЦГКБ №) в гипогастральной области (над лобком) разведены - вскрыта флегмона, иссечены некротические ткани.).

Допущенный в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» дефект оказания медицинской помощи в виде повреждения стенки подвздошной кишки, который привел к развитию гнойного перитонита с полиорганной недостаточностью, обычно у живых лиц, по признаку угрожающего жизни состояния (пункт 6.2.7. Медицинских критериев приказа Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека») квалифицируется как ТЯЖКИЙ ВРЕД, причиненный здоровью человека.

Указанные выше в пунктах д) и е) дефекты оказания медицинской помощи не позволили своевременно выявить послеоперационное осложнение в виде гнойного перитонита с флегмоной передней брюшной стенки и своевременно назначить адекватное лечение. На данном этапе оказания медицинской помощи, сотрудники ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» имели возможность и могли установить правильно и своевременно развившиеся послеоперационные осложнения.

Допущенный в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» дефект оказания медицинской помощи в виде повреждения стенки подвздошной кишки, привел к развитию гнойного перитонита с полиорганной недостаточностью, обычно у живых лиц, по признаку угрожающего жизни состояния (пункт 6.2.7. Медицинских критериев приказа Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека.

Причиной ухудшения состояния пациентки ФИО4 явился дефект оказания медицинской помощи в виде повреждения стенки подвздошной кишки во время операции «Диагностическая лапароскопия. Лапаротомия. Простая экстирпация матки без придатков» от ДД.ММ.ГГГГ, с развитием гнойного перитонита и несвоевременного выявления данного осложнения. Медицинскими работниками данного учреждения не были предприняты достаточные меры для недопущения ухудшения состояния пациентки, своевременного выявления осложнения в виде перитонита (недооценено состояние пациентки и не проведены инструментальные методы исследования органов брюшной полости (рентген, УЗИ) для установления возможных послеоперационных осложнений, несмотря на наличие объективных данных, свидетельствующие о наличии прогрессирующего воспалительного процесса).

Несвоевременное (запоздалое) установление послеоперационного осложнения в виде перитонита не позволило в более ранние сроки провести оперативное вмешательство с целью устранения источника развития перитонита с дальнейшей коррекцией консервативной терапии.

Объективных причин, препятствовавших проведению пациентке ФИО4 своевременного лечения в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» и ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» не установлено.

При условии недопущения дефекта оказания медицинской помощи - повреждения стенки подвздошной кишки во время оперативного вмешательства от ДД.ММ.ГГГГ, а также своевременного выявления развившегося послеоперационного осложнения в виде перитонита и флегмоны передней брюшной стенки с устранением источника инфицирования (перфорации стенки кишки) и последующей адекватной консервативной терапией в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», можно было предотвратить смертельный исход ФИО4

Таким образом, между установленным дефектом оказания медицинской помощи ФИО4 ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь (Т. 2, л.д. 188-240, Т. 3 л.д. 1-85).

- протоколом очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной между ФИО15 В.А. и потерпевшим Потерпевший №1, согласно которого каждый подтвердил свои показания данные в ходе допросов, а именно ФИО15 В.А. пояснил, что действительно между им и ФИО4 была договоренность о проведении ей операции в ГБ № <адрес>. ФИО4 пролежала в ГБ № <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по вечер ДД.ММ.ГГГГ, в ГБ № <адрес> она была переведена на третьи сутки после операции. Операцию ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ была проведена врачом Свидетель №1, а он ей ассистировал. На выходные дни его в больнице не было, до этого ДД.ММ.ГГГГ он был на работе, состояние ФИО4 не вызывало опасений, соответствовало периоду после проведения операции. В ходе операции ФИО4 в области матки, придатков матки, в области брюшной полости были выявлены множественные спаечные процессы, которые разъединялись тупым методом (туффером, т.е. медицинским зажимом обкрученным бинтом и руками). Протокол операции составлялся оперирующим врачом Свидетель №1 Потерпевший Потерпевший №1 пояснил, что смерть ФИО4 наступила в результате действий врачей ГБ № <адрес>, и в частности ФИО15 В.А. (Т. 1, л.д. 111-115);

- протоколом очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной между ФИО15 В.А. и Свидетель №9, согласно которого каждый подтвердил свои показания данные в ходе допросов. ФИО15 В.А. пояснил, что операцию ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ была проведена врачом Свидетель №1, а он ей ассистировал. В ходе операции были разъединены спайки. Протокол операции составлялся оперирующим врачом Свидетель №1 Свидетель №9 считала, что смерть ФИО4 наступила в результате действий врачей ГБ № <адрес>, и в частности ФИО15 В.А. (Т. 1, л.д. 94-98).

Вещественными доказательствами по делу признаны:

- рентген-снимок органов грудной клетки ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ; гистологический архив трупа ФИО4; медицинская карта стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4; медицинская карта стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4; медицинская карта амбулаторного больного № КЛПУ ГБ № на имя ФИО4, которые хранятся в комнате хранения вещественных доказательств второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Донецкой Народной Республике (Т. 4, л.д. 134-135).

Судом исследованы вещественные доказательства:

- медицинская карта стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4; медицинская карта стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4; медицинская карта амбулаторного больного № КЛПУ ГБ № на имя ФИО4

Как видно из материалов дела, медицинские карты на имя ФИО4, приобщенные к материалам дела в качестве вещественных доказательств, получены из медучреждений и у потерпевшего согласно протоколам выемки; каких-либо оснований сомневаться в подлинности медицинских карт оснований не имеется.

Приговором Буденновского межрайонного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, измененного Апелляционным постановлением Верховного Суда Донецкой Народной Республики от ДД.ММ.ГГГГ, Свидетель №1 осуждена по ч. 2 ст. 109 УК РФ за причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Оценив все собранные и исследованные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимого ФИО15 В.А. в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах является доказанной.

Достоверность и объективность письменных доказательств у суда сомнений не вызывает, поскольку они последовательны и непротиворечивы, получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, объективно фиксируют фактические данные.

Анализируя показания потерпевшего, свидетелей обвинения, эксперта, специалиста, суд признает их достоверными, допустимыми и относимыми к совершенному преступлению доказательствами. Показания указанных лиц, в том числе оглашенные в судебном заседании, являются последовательными и непротиворечивыми, подробными и детализированными, согласуются между собой, с письменными доказательствами, заключением комиссии экспертов, существенных противоречий, дающих основания сомневаться в их правдивости не установлено.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц в исходе дела и обстоятельств, способных повлиять на объективность их показаний, дающих основания полагать, что они, будучи предупрежденными об уголовной ответственности о заведомо ложных показаниях и за отказ от дачи показаний, оговаривают подсудимого, либо искажают известную им информацию, по делу не установлено, потому суд кладет их показания наряду с иными доказательствами в основу обвинительного приговора.

Некоторые неточности и несовпадения, имеющиеся в показаниях свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №15, Свидетель №6 допрошенных по обстоятельствам дела, являются несущественными и не влияют на выводы суда о виновности ФИО15 В.А., поскольку эти неточности связаны с давностью происходивших событий и субъективным восприятием каждым из допрошенных лиц происходящих с ними или в их присутствии событий.

Показания свидетелей Свидетель №3, Свидетель №7, Свидетель №6, Свидетель №13, Свидетель №12, а также подсудимого, о том, что медицинская помощь ФИО4 была оказана надлежащим образом в полном объеме, являются их личными оценочными суждениями, при этом суд учитывает, что свидетели, с материалами уголовного дела и медицинской документацией в полном объеме не знакомились.

Вопреки доводам защитника ФИО53, изложенных в прениях сторон, в части того, что заключение комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, носит противоречивый характер и основано на предположениях, указанное заключение комиссии экспертов, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ", проведено экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не заинтересованы в исходе дела. Выводы экспертизы обоснованы, сомневаться в объективности заключения комиссии экспертов у суда нет оснований. Заключение оформлено надлежащим образом, научно обосновано, выводы представляются суду ясными и понятными, содержат полные ответы на все поставленные вопросы, и не содержат каких-либо противоречий, выводы экспертизы согласуются с иными исследованными в ходе судебного заседания доказательствами по делу, в том числе подтверждены оглашенными в судебном заседании показаниями эксперта ФИО47, данные в целях разъяснения и уточнения заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ. Оснований полагать, что экспертам для исследования материалы были предоставлены в недостаточном объеме, не имеется, какие-либо сведения об этом отсутствуют.

Нарушений процессуальных прав участников уголовного судопроизводства при производстве экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, не допущено, в связи с чем суд признает вышеуказанное заключение допустимым доказательством и кладет в основу приговора.

Само по себе то обстоятельство, что с постановлением следователя о назначении экспертизы ФИО15 В.А. и его защитники были ознакомлены после ее проведения, не свидетельствует о нарушении права на защиту, поскольку ничто не препятствовало ему и его защитникам после ознакомления с постановлением следователя и результатами экспертизы заявлять ходатайства, направленные на реализацию прав, предусмотренных п. п. 2 - 5 ч. 1 ст. 198 УПК РФ. Правом заявить ходатайства, связанные с назначением и производством повторной судебно-медицинской экспертизы, признания заключений экспертизы недопустимым доказательством, сторона защиты воспользовалась. По результатам заявленного стороной защиты ходатайства следователем и судом вынесены отдельные постановления.

Таким образом, вопреки суждениям защитников ни следствием, ни судом препятствий к реализации прав подсудимого ФИО15 В.А. не чинилось, на последующих этапах следствия, в том числе судебного, и оснований для признания заключения комиссии экспертов, недопустимым доказательством у суда не имеется.

Оценивая показания подсудимого ФИО15 В.А. данные как в ходе предварительного расследования, так и судебного следствия, суд доверяет им только в той части, в которой они согласуются с иными доказательствами по уголовному делу, в том числе с показаниями свидетелей. В остальной части суд не доверяет показаниям ФИО15 В.А., относится к ним критически и расценивает как данные с целью избежать уголовной ответственности за содеянное. Допросы ФИО15 В.А. произведены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, после разъяснения процессуальных прав, в том числе права не свидетельствовать против себя, отказаться от дачи показаний. По окончании допросов и следственных действий им были сделаны записи о правильной фиксации данных показаний с его слов и о добровольности их дачи. Оснований к самооговору у подсудимого не имелось, заявлений и ходатайств о несогласии с содержанием протоколов следственных действий со своим участием он и его защитники не заявляли.

Доводы подсудимого ФИО15 В.А. о том, что он преступление не совершал, и отсутствует его вина в том, что больная ФИО4 скончалась по истечению 10 дней после проведенной операции на фоне стабильного улучшения состояния, не нашли своего подтверждения в судебном заседании, и являются несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных доказательств. Данные версии подсудимого суд признает как позицию защиты, избранную с целью избежать ответственности за содеянное.

Утверждения подсудимого ФИО15 В.А., а также показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5 и Свидетель №10, о том что при операции проводилась ревизия всей брюшной полости ФИО4 на предмет установления возможного повреждения кишечника, опровергаются показаниями самой Свидетель №1, которая не отрицала, что в ходе указанной операции могло произойти механическое повреждение кишечника, а также выводами заключения комиссии экспертов, согласно которого не проведена ревизия всей брюшной полости во время оперативного вмешательства на предмет установления возможного повреждения кишечника на уровне проведения проколов передней брюшной стенки во время лапароскопии. При этом выделение кишечного содержимого сразу после повреждения стенки кишечника могло не наблюдаться ввиду его отсутствия или наличия в незначительном количестве, связанного с предоперационной подготовкой, в связи с чем, признаков, свидетельствующих о повреждении полого органа могло не быть.

Консультации, которые в телефонном режиме ФИО15 В.А. оказывал дежурным врачам гинекологического отделения, которые сообщили ему об ухудшении состояния ФИО4 и о том, что они не могут достоверно установить диагноз больной, не свидетельствует о надлежащем оказании медицинской помощи ФИО4, поскольку ФИО15 В.А. при определении тактики лечения и обследования пациента были допущены недостатки вследствие ненадлежащего исполнения им, как должностным лицом, своих обязанностей, которые привели к смерти ФИО4

Доводы подсудимого ФИО15 В.А. и его защитников, о том что в амбулаторной карте ФИО4 имелись все необходимые консультации профильных специалистов, которые не успели откопировать и приобщить в медицинскую карту стационарного больного ФИО4 в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», также не свидетельствует о надлежащем оказании медицинской помощи ФИО4, поскольку как установлено судом, и усматривается из медицинской документации, приобщенной к делу в качестве вещественных доказательств, а также из выводов заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО15 В.А. допустил не в полном объеме проведение предоперационного обследования и подготовку ФИО4, как того требуют предписания Унифицированного клинического протокола медицинской помощи эндоскопия и лапароскопия в гинекологии, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Донецкой Народной Республики от ДД.ММ.ГГГГ, №, а именно: ей не проведено перед операцией УЗИ органов малого таза, в том числе и для установления размеров, локализации миоматозных узлов до оперативного вмешательства; ФИО15 В.А. не проконтролировал проведение консультаций терапевта, кардиолога и сосудистого хирурга, при наличии в анамнезе сопутствующей патологии в виде ишемической болезни сердца (атеросклеротический кардиосклероз), гипертонической болезни и варикозной болезни вен нижних конечностей; надлежащим образом не организовал проведение флюографии или рентгенографии органов грудной клетки.

Иные доводы стороны защиты, изложенные в прениях сторон и поддержанные подсудимым ФИО15 В.А., также не нашли своего подтверждения в судебном заседании, суд расценивает их как позицию защиты и приходит к выводу, что при производстве предварительного расследования процессуальных нарушений, допущенных следователем, которые бы влекли недопустимость доказательств, полученных при расследовании преступления в отношении ФИО15 В.А. по ч. 2 ст. 293 УК РФ, не допущено.

Суд не может согласиться с позицией защиты об оправдании подсудимого, т.к. совокупность доказательств, исследованных в судебном заседании, бесспорно свидетельствует о ненадлежащем исполнении должностным лицом ФИО15 В.А. своих обязанностей по должности вследствие небрежного отношения к обязанностям по должности, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, повлекшее по неосторожности смерть человека.

В судебном заседании установлено, что ФИО15 В.А., являясь должностным лицом - заведующим гинекологическим отделением, врачом-акушером-гинекологом Государственного бюджетного учреждения «Городская клиническая больница № <адрес>», выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, имея высшее медицинское образование по специальности «лечебное дело», а также высшую квалификационную категорию по специальности «Акушерство и гинекология» и стаж практической работы по специальности более 10 лет, неся обязанность по оказанию квалифицированной медицинской помощи по своей медицинской специальности, организации и обеспечению своевременного обследования и лечения пациентов в гинекологическим отделении на уровне современных достижений медицинской науки и практики, определению тактики ведения и обследования пациента, обследованию и сбору анамнеза, установлению диагноза, назначению и контролю лечения, руководству работой медицинского персонала, всей диагностической, лечебно-профилактической и административно-хозяйственной работой вверенного ему отделения, в нарушение п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.12, 2.13, 2.14, 2.19, 4.1, 4.2, 4.4, 5 Должностной инструкции, п.п. 1, 5, 7 Положения о гинекологическом отделении, ненадлежащим образом выполнил свои обязанности по должности, располагая необходимыми средствами диагностики и лечения, обладая достаточными навыками в области медицины, проявляя небрежность, допустил не в полном объеме проведение предоперационного обследования и подготовку ФИО4, должным образом не проконтролировал действия оперирующего врача, не проведена ревизия всей брюшной полости во время оперативного вмешательства на предмет установления возможного повреждения кишечника, недооценил состояние ФИО4 для установления послеоперационных осложнений, должным образом не проконтролировал назначение ей в послеоперационном периоде препаратов и проведение инструментальных методов исследования органов брюшной полости для установления послеоперационных осложнений, должным образом не обеспечил ведение наблюдения, что привело к некачественным, формальным осмотрам во время динамического наблюдения и не позволило своевременно выявить послеоперационное осложнение у ФИО4 в виде гнойного перитонита с флегмоной передней брюшной стенки, а также препятствовало своевременному назначению адекватного лечения, несмотря на то, что на данном этапе оказания медицинской помощи, сотрудники ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» имели возможность и могли установить правильно и своевременно развившиеся послеоперационные осложнения.

ДД.ММ.ГГГГ в 17 час 00 мин. вследствие ненадлежащего исполнения ФИО15 В.А. своих обязанностей, предусмотренных п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.12, 2.13, 2.14, 2.19, 4.1, 4.2, 4.4, 5 Должностной инструкции, п.п. 1, 5, 7 Положения о гинекологическом отделении, наступила смерть ФИО4 от разлитого гнойного перитонита с флегмоной передней брюшной стенки, развившихся в результате допущенного дефекта оказания медицинской помощи - повреждения стенки подвздошной кишки во время проведения операции «Диагностическая лапароскопия. Лапаротомия. Простая экстирпация матки без придатков» от ДД.ММ.ГГГГ по поводу симптомной миомы матки с болевым синдромом, осложнившихся синдромом системного воспалительного ответа с полиорганной (нескольких органов) недостаточностью.

Таким образом, суд также считает установленным, что между дефектами оказания медицинской помощи ФИО4 в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», допущенными подсудимым, изложенными выше в приговоре, и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

При условии недопущения дефекта оказания медицинской помощи - повреждения стенки подвздошной кишки во время оперативного вмешательства от ДД.ММ.ГГГГ, а также своевременного выявления развившегося послеоперационного осложнения в виде перитонита и флегмоны передней брюшной стенки с устранением источника инфицирования (перфорации стенки кишки) и последующей адекватной консервативной терапией в ГБУ «ЦГКБ № <адрес>», можно было предотвратить смертельный исход ФИО4

При этом заведующий гинекологическим отделением ФИО15 В.А., имея высшую квалификационную категорию по специальности «Акушерство и гинекология», располагая необходимыми средствами диагностики и лечения, обладая достаточными навыками в области медицины, проявляя небрежность, не предвидел возможности наступления общественно-опасных последствий в виде смерти ФИО4, но по обстоятельствам дела при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог в силу имеющейся квалификации и занимаемого должностного положения предвидеть эти последствия.

Кроме того, в ходе судебного следствия установлено, что ФИО15 В.А. при проведении оперативного вмешательства ФИО4, принимая непосредственное участие в проведении оперативного вмешательства в качестве ассистента оперирующего хирурга Свидетель №1, находился при исполнении своих должностных полномочий заведующего гинекологическим отделением и обязан был как непосредственно принимать участие в оказании медицинской помощи потерпевшей, так и в силу должностных полномочий заведующего гинекологическим отделением, организовать оказание качественной медицинской помощи ФИО4, однако он должным образом не проконтролировал действия оперирующего врача-акушера-гинеколога Свидетель №1, в результате чего повреждена стенка подвздошной кишки ФИО4 во время оперативного вмешательства от ДД.ММ.ГГГГ, а также не проведена ревизия всей брюшной полости во время оперативного вмешательства на предмет установления возможного повреждения кишечника на уровне проведения проколов передней брюшной стенки во время лапароскопии.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации, Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ФИО15 В.А., являясь медицинским работником, обязан был оказывать качественную бесплатную медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностной инструкцией, служебными и должностными обязанностями, а также осуществлять руководство отделением, организовывать работу коллектива по оказанию качественной медицинской помощи больным, обеспечивать организацию лечебно-профилактической и хозяйственной деятельности отделения.

Однако ненадлежащее исполнение ФИО15 В.А. своих обязанностей по должности повлекло наступление общественно опасных последствий в виде смерти ФИО4. существенное нарушение предусмотренных ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации, п.п. 3, 8 ч. 1 ст. 2, п.п. 1, 2, 5, 6 ст. 4, п.п. 4, 5 ст. 10, ч.ч. 1, 2 ст. 18, ч. 2 ст. 19, п. 1 ч. 2 ст. 73 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» прав и законных интересов ФИО4 по оказанию качественной бесплатной медицинской помощи.

Проанализировав установленные фактические обстоятельства по делу, сопоставив и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд признаёт доказанной вину подсудимого ФИО15 В.А. в совершении преступления в объёме, изложенном в приговоре, и квалифицирует действия подсудимого ФИО15 В.А. по ч. 2 ст. 293 УК Российской Федерации, как халатность, то есть ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей по должности, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Принимая во внимание отсутствие фактов постановки ФИО15 В.А. на учет к психиатру, и учитывая что в судебном заседании подсудимый вел себя адекватно и сомнений в его психическом состоянии у суда не возникает, суд приходит к выводу о том, что ФИО15 В.А. может и должен нести ответственность за совершенное преступление, поскольку совершил он его в состоянии вменяемости и, в соответствии со ст. 19 УК Российской Федерации, подлежит уголовной ответственности.

Назначая наказание ФИО15 В.А., суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, наличие смягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Подсудимым совершено преступление, которое в соответствии со ст. 15 УК Российской Федерации относится к преступлению средней тяжести.

Изучением данных личности подсудимого ФИО15 В.А. установлено, что он ранее не судим, на учете врача-психиатра и врача-нарколога не состоит.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО15 В.А., суд признает в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, наличие у него несовершеннолетнего ребенка - ФИО15 Я.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, положительные характеристики по месту жительства, наличие положительных характеристик по месту работу, благодарности и грамот за многолетний добросовестный труд, профессионализм.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО15 В.А., в силу ст. 63 УК Российской Федерации, судом не установлено

Оснований для признания в качестве отягчающего наказание ФИО15 В.А. обстоятельства совершение преступления в период военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий в соответствии с п. «л» ч. 1 ст. 63 УК Российской Федерации, что предложено органом предварительного следствия, не имеется, поскольку судом не установлено влияния режима военного положения на обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности. Совершение преступления ФИО15 В.А. в период военного положения само по себе не увеличивает его степень общественной опасности.

Исходя из общих принципов назначения наказания, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и предупреждения возможности совершения им новых преступлений, а также учитывая фактические обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности преступления, тяжесть преступления, личность осужденного ФИО15 В.А., суд приходит к выводу о возможности назначения наказания, не связанного с лишением свободы, поскольку исправление осужденного, по мнению суда, может быть достигнуто без изоляции от общества, и считает возможным назначить ФИО15 В.А. наказание в виде принудительных работ в пределах санкции инкриминируемой ему в вину статьи Особенной части УК Российской Федерации с удержанием в доход государства 10 % из заработной платы осужденного, которое суд расценивает как наиболее справедливое, соразмерное содеянному и соответствующее личности виновного, и которое обеспечит достижение целей наказания, а именно будет способствовать восстановлению социальной справедливости.

Препятствий, предусмотренных ч. 5 ст. 53.1 УК РФ для назначения подсудимому принудительных работ, по делу не установлено.

Определяя в соответствии с ч. 3 ст. 53.1 УК Российской Федерации размер удержаний из заработной платы подсудимого, суд учитывает его имущественное и семейное положение.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз.2 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", лишение права заниматься определенной деятельностью может выражаться в запрещении заниматься как профессиональной, так и иной деятельностью. При этом по смыслу закона в качестве лишения права заниматься определенной деятельностью может быть установлен запрет заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных (управленческих) функций в конкретной сфере такой деятельности (например, в сфере заключения и исполнения государственных контрактов).

Исходя из установленных судом фактических обстоятельств, положений Федерального Закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в РФ", Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», утвержденного Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, преступление ФИО15 В.А. совершено в сфере здравоохранения.

При назначении подсудимому дополнительного наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ суд, учитывая, что указанное преступление ФИО15 В.А. совершил являясь должностным лицом - заведующим гинекологическим отделением Государственного бюджетного учреждения «Городская клиническая больница № <адрес>», а также фактические обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, взаимосвязь совершенного преступления с выполнением им организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций должностного лица, предупреждения совершения новых преступлений, считает необходимым, с учетом данных о его личности и конкретных обстоятельств дела, назначить ему дополнительное наказание, предусмотренное ч. 2 ст. 293 УК РФ, в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в сфере здравоохранения, на определенный срок.

Суд не усматривает оснований для назначения ФИО15 В.А. дополнительного наказания в виде запрета занимать руководящие должности в государственных учреждениях и органах местного самоуправления системы здравоохранения, связанные с осуществлением организационно-распорядительных функций и административно-хозяйственных полномочий, о чем в прениях просит прокурор, исходя из следующего.

В силу ч. 1 ст. 47 УК РФ, а также п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления.

Между тем, Государственное бюджетное учреждение «Городская клиническая больница № <адрес>» не является органом государственной власти или местного самоуправления, а должность заведующего гинекологическим отделением в указанном медицинском учреждении, которую занимал ФИО15 В.А., с учетом положений Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 58-ФЗ "О системе государственной службы Российской Федерации", не отнесена к числу должностей на государственной службе или органах местного самоуправления, в связи с чем ему не может быть назначено дополнительное наказание в виде запрета занимать руководящие должности в государственных учреждениях и органах местного самоуправления системы здравоохранения, связанные с осуществлением организационно-распорядительных функций и административно-хозяйственных полномочий.

С учетом фактических обстоятельств совершения ФИО15 В.А. преступления, и степени его общественной опасности, оснований для применения положения ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

Каких-либо исключительных обстоятельств и сведений, связанных с целями и мотивами совершения преступления, которые существенно уменьшали бы степень общественной опасности содеянного виновным, не имеется, в связи с чем, основания для применения положений ст. 64 УК Российской Федерации отсутствуют. Возможность применения ст. 73 УК РФ в случае назначения наказания в виде принудительных работ законом не предусмотрена, а также отсутствуют основания для применения к подсудимому положений ст. 62 УК РФ.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, прекращения уголовного преследования, для освобождения подсудимого от уголовной ответственности и от наказания за инкриминируемое преступление судом не установлено.

Гражданский иск по делу не заявлен.

В соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК Российской Федерации, процессуальные издержки взыскиваются с осужденных и лиц, уголовное дело или уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, не дающим права на реабилитацию, в том числе с назначением судебного штрафа, либо возмещаются за счет средств федерального бюджета.

По данному уголовному делу государственным судебно-экспертным учреждением ФГКУ «СЭЦ СК России» была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ, к участию в производстве которой привлечены эксперты, оплата труда которых составила: эксперта ФИО48 в размере 12 642,24 руб.; эксперта ФИО49 в размере 8 284,54 руб.; эксперта ФИО50 в размере 12 192,47 руб.; эксперта ФИО51 в размере 11 632,40 руб.; эксперта ФИО52 в размере 7 193,16 руб. а всего на общую сумму 51 944,81 рубля (Т. 7 л.д. 133-136).

Учитывая, что согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», в состав процессуальных издержек не входят суммы, израсходованные на производство судебной экспертизы в государственных судебно-экспертных учреждениях (экспертных подразделениях), поскольку их деятельность финансируется за счет средств федерального бюджета или бюджетов субъектов Российской Федерации, предусмотренные законом основания для разрешения вопроса об их распределении у суда отсутствуют.

Вопрос о вещественных доказательствах по делу следует разрешить в соответствии со ст. 81 и п. 2 ч. 1 ст. 309 УПК Российской Федерации.

Мера пресечения в виде подписки и невыезде и надлежащем поведении избранная в отношении подсудимого ФИО15 В.А., в целях обеспечения исполнения приговора, до вступления приговора в законную силу, подлежит оставлению без изменения, а после вступления приговора в законную силу – отмене.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 302-304, 307-310 УПК Российской Федерации, суд, -

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК Российской Федерации и назначить ему наказание по ч. 2 ст. 293 УК Российской Федерации в виде принудительных работ сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с удержанием в доход государства 10 % (десяти процентов) из заработной платы осужденного с отбыванием в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в сфере здравоохранения на срок 2 (два) года.

В соответствии с ч. 2 ст. 60.2 УИК Российской Федерации территориальному органу уголовно-исполнительной системы по месту жительства осужденного к принудительным работам ФИО2, не позднее 10 суток со дня получения копии приговора суда, вручить осужденному предписание о направлении его к месту отбывания наказания с указанием срока, в течение которого осужденный должен прибыть в исправительный центр.

Осужденному ФИО2 согласно ч. 1 ст. 60.2 УИК Российской Федерации после вступления приговора в законную силу самостоятельно явиться в территориальный орган уголовно-исполнительной системы по месту жительства для получением предписания о направлении его к месту отбывания наказания и в соответствии с предписанием уголовно-исполнительной инспекции надлежит следовать к месту отбывания наказания самостоятельно за счет государства.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ исчислять со дня прибытия осужденного ФИО2 в исправительный центр.

Разъяснить ФИО2 положения ч. 4 ст. 60.2 УИК РФ, что в случае уклонения осужденного от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы (в том числе в случае неявки за получением предписания) или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск, подлежит задержанию.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в сфере здравоохранения распространяется на все время отбывания основного наказания в виде принудительных работ, его срок исчислять с момента отбытия основного наказания в виде принудительных работ.

Меру пресечения в виде подписки и невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО2 – оставить прежнюю, до вступления приговора в законную силу, после вступления приговора в законную силу – отменить.

Вещественные доказательства, которые хранятся во втором отделе по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Донецкой Народной Республике:

- рентген-снимок органов грудной клетки ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, гистологический архив трупа ФИО4, медицинскую карту стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4 - возвратить медицинскому учреждению - ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» по принадлежности;

- медицинскую карту стационарного больного № ГБУ «ЦГКБ № <адрес>» на имя ФИО4 - возвратить медицинскому учреждению ГБУ ДНР «ЦГКБ № <адрес>» по принадлежности;

- медицинскую карту амбулаторного больного № КЛПУ ГБ № на имя ФИО4 - возвратить медицинскому учреждению ГБУ ДНР «ГБ № <адрес>» по принадлежности.

Приговор может быть обжалован со дня провозглашения в Верховный Суд Донецкой Народной Республики через Буденновский межрайонный суд <адрес> в течение пятнадцати суток, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционных жалоб, представления, осуждённый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав об этом в апелляционной жалобе, возражениях на апелляционное представление, письменном ходатайстве.

Приговор изготовлен в совещательной комнате в 1 экземпляре.

Судья Буденновского межрайонного

суда <адрес> М.В. Клименко