Апелляционное постановление № 10-19/2025 от 16 ноября 2025 г. по делу № 1-6/2025

УИД 68MS0№-85

Уголовное дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 17 ноября 2025 года

Моршанский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Четвериковой И.А.,

с участием государственного обвинителя прокуратуры <адрес> ФИО6,,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката ФИО4, представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

потерпевшего Потерпевший №1 и его представителя – адвоката ФИО7, представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

при секретаре ФИО8,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (и дополнение к апелляционной жалобе) защитника ФИО4 в интересах осужденного ФИО1, апелляционную жалобу потерпевшего Потерпевший №1, апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес> ФИО6 на приговор мирового судьи судебного участка №3 Моршанского района Тамбовской области от 11 сентября 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> ФИО3 <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, имеющий высшее образование, женатый, имеющий на иждивении малолетнего и несовершеннолетнего детей, индивидуальный предприниматель, военнообязанный, ранее не судимый,

осужден по ч.1 ст.112 УК РФ к 1 году ограничения свободы с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории г.Тамбова Тамбовской области без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением, за отбытием наказания в виде ограничения свободы. Возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации в день, установленный данным специализированным государственным органом.

Данным приговором гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 о компенсации морального вреда – удовлетворен в части. Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу потерпевшего Потерпевший №1 150 000 рублей в счет компенсации морального вреда, в остальной части иска отказано.

Исследовав представленные материалы, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, возражений, заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Обжалуемым приговором ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.112 УК РФ, в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Как следует из материалов дела, приговор мирового судьи судебного участка №3 Моршанского района Тамбовской области от 11 сентября 2025 года в отношении осужденного ФИО1 был постановлен в общем порядке, в соответствии с процессуальными нормами глав 36-39 УПК РФ.

На данный приговор суда защитником ФИО4 в интересах осужденного ФИО1 подана апелляционная жалоба и дополнение к апелляционной жалобе, в которых он считает приговор подлежащим отмене. Указывает, что приговор является незаконным и необоснованным по следующим основаниям:

1.Существенные противоречия в доказательствах и не устраненные сомнения – нарушение ст.ст. 14, 17, 87, 88 УПК РФ. Дело построено на взаимоисключающих версиях произошедшего. Потерпевший Потерпевший №1 и свидетель Свидетель №4 утверждают, что ФИО1 нанес удар рукой по лицу, а затем удар ногой под левое колено, после чего потерпевший упал и не смог встать. ФИО1 и пять свидетелей защиты (Свидетель №10, Свидетель №9, Свидетель №8, Свидетель №11, Свидетель №7) показали, что удара ногой не было: потерпевший, находясь в состоянии алкогольного опьянения, сам упал в воду при попытке забраться в лодку, увязая стопой в иле; именно в этот момент «раздался хруст» в ноге; ФИО27 помогал вытаскивать потерпевшего, накладывал шину и разжег костер.Суд признал достоверными показания Свидетель №4, а показания пяти свидетелей защиты – недостоверными. При этом мотивировка сводится к шаблонным фразам о «заинтересованности» и «несовпадении деталей», без конкретного анализа, в чем именно заключаются противоречия, почему они существенны и почему нельзя доверять сразу пяти очевидцам защиты, но можно одному другу потерпевшего. Такой подход, по мнению защитника, нарушает ст.88 УПК РФ и презумпцию невиновности (ст.14 УПК РФ); неустранимые сомнения должны толковаться в пользу обвиняемого, а не решаться голословным предпочтением одной из версий.

2.Конфликт экспертных выводов не устранен - суд необоснованно отказал в повторной комиссионной экспертизе (ст.207 УПК РФ). В деле имеются противоречащие экспертные позиции. Государственные СМЭ № от ДД.ММ.ГГГГ и №МД-18/24 от ДД.ММ.ГГГГ допускают механизм ударного воздействия (ногой в обуви по колену) и, по версии №ДД-21/24 от ДД.ММ.ГГГГ, исключают механизм травмы при «заваливании в лодку» (скручивание при фиксированной стопе). Заключение специалиста ФИО9 №а от ДД.ММ.ГГГГ, допрошенного в суде, указывает на типичный для скручивания механизм (разрыв ПКС и частичный разрыв сухожилия четырехглавой без признаков ударного сдавления мягких тканей – отсутствуют ушибы/гематомы), при чем на фоне дегенеративных изменений коленного сустава у потерпевшего. По мнению защитника, налицо прямой конфликт экспертных мнений по ключевому вопросу причинно-следственной связи (удар, неосторожное падение). В этой ситуации суд обязан был назначить повторную (комиссионную) экспертизу, особенно, учитывая, что защита ходатайствовала об этом. Отказ суда первой инстанции от такой экспертизы привел к не устраненным сомнениям, которые неправомерно истолкованы в ущерб подсудимому ФИО1 – грубое нарушение ст.ст. 14, 87, 88 УПК РФ, п.1 ч.1 ст.389.15 УПК РФ.

3.Неправильная оценка заключения специалиста защиты. Считает, что суд формально отказался учитывать заключение специалиста ФИО9, мотивируя тем, что он «не предупрежден об уголовной ответственности» и «не имел полного объема документов». Между тем, заключение специалиста, представленное стороной защиты и проверенное допросом специалиста в суде, является допустимым доказательством (ст.ст.74, 80, 86 УПК РФ) и подлежит оценке по существу. По существу же доводы специалиста (отсутствие внешних следов удара, соответствие механизму «скручивания при фиксированной стопе», наличие у потерпевшего предшествующих дегенеративных изменений сустава) согласуются с единой линией показаний пяти свидетелей защиты. Суд эти доводы не опроверг.

4.Недостаточная мотивировка приговора – нарушение ст.297 УПК РФ, ст.307 УПК РФ. Приговор не отвечает требованиям законности, обоснованности и справедливости (ст.297 УПК РФ), поскольку не приведены конкретные причины, по которым отвергнуты показания всех свидетелей защиты; не дан научно аргументированный ответ на доводы специалиста защиты; вывод об «умышленном» характере деяния фактически априорен (из того, что потерпевший травмирован, следует, будто был умышленный удар), при том, что версия защиты об отсутствии удара и о случайном механизме травмы не опровергнута. С учетом изложенного, считает, что приговор подлежит безусловной отмене, с вынесением оправдательного приговора либо с направлением дела на новое рассмотрение.

В дополнениях к апелляционной жалобе защитником ФИО4 указано, что в приговоре суд указал, что не принимает выводы специалиста ФИО9 по причине не предоставления ему «в полном объеме исходной документации», а также потому, что специалист не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложного заключения. Иными словами суд фактически отверг заключение специалиста, сославшись на недостаточность предоставленных ему материалов и отсутствие формального предупреждения по ст.307 УК РФ. Однако, по мнению защитника, такая аргументация противоречит материалам дела и закону. Во-первых, сам специалист ФИО9 в судебном заседании подтвердил, что для проведения своего исследования ему были предоставлены все необходимые документы и дополнительной информации не требовалось. Во-вторых, ссылка суда на отсутствие предупреждения специалиста об ответственности также не обоснована, поскольку закон вообще не предусматривает такого предупреждения для специалиста. Наряду с этим, как следует из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, судья в судебном заседании предупредил специалиста ФИО9 об ответственности по ст.307 УК РФ и ст.58 УПК РФ, отобрав у него подписку, и который при допросе еще раз в полном объеме подтвердил сделанное им заключение специалиста №а от ДД.ММ.ГГГГ. Суд исказил фактические обстоятельства, заявив о недостатке предоставленных специалисту материалов. Специалист ФИО9 в судебном заседании пояснил, что ознакомился со всем необходимым: ему были предъявлены заключения судебно-медицинских экспертиз (№ и доп. экспертизы), протокол следственного эксперимента, медицинская документация (МРТ, выписки), то есть весь тот же комплекс данных, на основе которого делались выводы экспертов. ФИО9 прямо указал, что дополнительной информации для выводов ему не требуется. Игнорируя эти показания, суд в приговоре констатировал обратное, фактически поставив под сомнение компетентность специалиста без оснований. Такая мотивировка не опирается на материалы судебного разбирательства, противоречит им и носит предположительный характер. По существу, суд отклонил важное доказательство защиты, не приведя объективных причин, кроме спорных формальных доводов. В приговоре не дано добросовестного обоснования, почему выводы экспертизы приняты без критики, а выводы независимого специалиста отвергнуты. Таким образом, требование ст.307 УПК РФ о мотивированном изложении выводов суда не выполнено надлежащим образом.

Кроме того адвокатом ФИО4 указано на нарушение принципов состязательности и всесторонности. Отказ учитывать заключение специалиста ущемляет право защиты на представление доказательств. Необоснованное игнорирование этого доказательства свидетельствует об односторонности судебного следствия. Фактически, вариант событий подсудимого (травма от застревания ноги в иле при попытке залезть в лодку), был отклонен без должного анализа. Такой подход создал перекос в оценке доказательств в пользу обвинения, что недопустимо.

По мнению защитника, имеются существенные нарушения уголовно-процессуального закона и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, что служит основанием для отмены обвинительного приговора (п.3 и п.4 ч.1 ст.389.16 УПК РФ.) В частности: суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы - альтернативный механизм получения травмы и связанное с этим отсутствие прямого умысла на причинение вреда; в приговоре отсутствует надлежащее обоснование, почему при наличии противоречивых доказательств принято исключительно заключение экспертизы и отвергнуто заключение специалиста; мотивировка суда носит формальный характер и основывается на неправильном применении норм (требование не предусмотренной процедуры предупреждения специалиста).Соответственно, выводы суда о виновности ФИО1 не подтверждаются полнотой рассмотренных доказательств, а способ их оценки вызывает обоснованные сомнения в объективности.

Кроме того защитником указано на то обстоятельство, что в судебном заседании стороной защиты было заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору по тем основаниям, что дознаватель, вынося постановление о частичном удовлетворении, указал, что частично удовлетворить ходатайство стороны защиты о назначении повторной компенсационной экспертизы, однако этого не сделал. Вынося решение по ходатайству стороны защиты о возвращении дела к прокурору, суд никаких доводов не привел, сославшись на те фразы, что отказывает защите в возвращении дела прокурору по тем же основаниям, что и назначение повторной экспертизы. Суд проигнорировал доводы защиты о неполноте расследования, не устранил допущенное нарушение и не обосновал, почему этого не требуется. В протоколе судебного заседания отказ о возвращении уголовного дела прокурору зафиксирован, однако в итоговом решении (приговоре) суд никак не отметил и не оценил доводы защиты о неполноте следствия. Такой формальный подход суда расценивается как нарушение принципов справедливого судебного разбирательства.

Вышеуказанные нарушения являются основаниями для отмены приговора в апелляционном порядке, поскольку они носят существенный характер и затрагивают гарантированные права обвиняемого.

Просил отменить приговор мирового судьи судебного участка №3 Моршанского района Тамбовской области от 11.09.2025 в отношении ФИО1 Отменить постановление мирового судьи судебного участка №3 Моршанского района Тамбовской области об отказе в возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

Потерпевшим Потерпевший №1 на апелляционную жалобу и дополнение к апелляционной жалобе, поданные защитником ФИО4 в интересах осужденного ФИО1 поданы возражения, в которых он считает вынесенный судом первой инстанции приговор в отношении ФИО1 в части признания виновным осужденного ФИО1 по ч.1 ст.112 УК РФ и назначении ему наказания в виде 1 года ограничения свободы законным, обоснованным и мотивированным. Основания для отмены приговора суда первой инстанции в указанной части отсутствуют.Считает, что доводы апелляционной жалобы о том, что судом при вынесении приговора нарушены положения ст.ст.14, 17, 87 и 88 УПК РФ ввиду того, что суд необоснованно признал достоверными показания потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №4, при этом немотивированно отверг показания свидетелей защиты, не соответствуют действительности. В обжалуемом приговоре суд дал надлежащую оценку всем доказательствам, исследованным в суде первой инстанции. Выводы суда о виновности ФИО1 основаны на совокупности доказательств, приведенных в приговоре, а не только на показаниях потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №4 Указывает о том, что показания потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №4 нашли подтверждение в показаниях свидетелей Свидетель №6, ФИО10, Свидетель №2, Свидетель №3, а также выводах судебно-медицинской экспертизы потерпевшего МД № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколах следственного эксперимента с участием потерпевшего Потерпевший №1 и подозреваемого ФИО1, выводах дополнительной судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего № от ДД.ММ.ГГГГ, показаниях судебно-медицинского эксперта ФИО12 Исследованные доказательства подтверждают факт нанесения именно ФИО1 умышленного удара ногой в область левого колена потерпевшего Потерпевший №1, повлекшего причинение вреда здоровью средней тяжести. Доводы стороны защиты о том, что Потерпевший №1 получил травму не от удара ФИО1, а по той причине, что случайно оступился, опровергаются показаниями потерпевшего и свидетелей, заключениями судебно-медицинской экспертизы (основной и дополнительной), протоколом следственного эксперимента с участием как потерпевшего Потерпевший №1, так и с участием обвиняемого ФИО1 Совокупность доказательств явилась достаточной для вывода суда о виновности подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления. Суд обоснованно признал недостоверными, отнесся критически к показаниям свидетелей защиты - знакомых ФИО1, показания которых являлись внутренне противоречивыми, не согласовывались друг с другом, противоречили одно другому и иным доказательствам по делу. Доводы апелляционной жалобы о неправильной оценке судом первой инстанции заключения специалиста стороны защиты являются необоснованными, поскольку не основаны на требованиях уголовно-процессуального закона. Суд первой инстанции обоснованно и мотивированно не принял в качестве достоверного доказательства заключение специалиста ФИО9, полученное стороной защиты внепроцессуальным способом, с нарушением требований норм УПК РФ, предъявляемых к такому доказательству как заключение специалиста. Защитником специалист привлечен в уголовное дело при несоблюдении требований ст.58 УПК РФ. Лишь стороной защиты были поставлены перед выбранным только ими специалистом вопросы, требующие проведения полноценной экспертизы, а не выражения суждений или разъяснений относительно имеющихся вопросов. При даче заключения специалист не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения специалиста, услуга специалиста оказана стороне защиты на возмездной основе, что порождает сомнения в объективности выводов специалиста и его непредвзятости. Специалистом ФИО9 потерпевший не осматривался, в связи с чем не имелось достаточных данных для проведения исследования.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе суда в проведении повторной комиссионной экспертизы являются несостоятельными.Суд обоснованно отказал в проведении повторной экспертизы, поскольку достаточных оснований для этого не нашел.Имеющиеся в уголовном деле заключения судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, МД № от ДД.ММ.ГГГГ, соответствуют в полной мере требованиям, которые изложены УПК РФ, каких-либо противоречий указанные экспертизы, как в исследовательской части, так и выводах эксперта не содержат.Вопреки доводам апелляционной жалобы право подсудимого на защиту нарушено не было, все заявленные сторонами в судебном заседании ходатайства были рассмотрены по существу и разрешены в соответствии с требованиями УПК РФ с приведением мотивов принятых решений, не согласиться с которыми оснований не имеется. При таких обстоятельствах потерпевший Потерпевший №1 просил признать приговор суда первой инстанции законным, обоснованным и мотивированным, соответствующим требованиям УПК РФ.

При этом потерпевшим Потерпевший №1 на приговор мирового судьи судебного участка № ФИО3 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ подана апелляционная жалоба, в которой он считает приговор в части гражданского иска незаконным и необоснованным.Ссылаясь на положения ст.7 УПК РФ, п.5 ст.307 УПК РФ, п.10 ч.1 ст.299 УПК РФ, требования п.38 постановления Пленума ВС РФ № «О судебном приговоре» от ДД.ММ.ГГГГ, указывает, что судом не приведены мотивы, по которым он посчитал возможным удовлетворить лишь частично исковые требования о компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей при том обстоятельстве, что потерпевший просил взыскать с подсудимого 250 000 рублей. Суд не указал, по какой причине снизил заявленную им в исковом заявлении сумму компенсации морального вреда, какими мотивами и обстоятельствами при этом руководствовался. Считает, что нельзя признать разумным и справедливым размер компенсации морального вреда (150 000 рублей) с учетом обстоятельств совершения преступления, степени вины подсудимого, тяжести причиненного вреда здоровью и характера причиненных телесных повреждений, характера и степени тяжести перенесенных им физических и нравственных страданий с учетом индивидуальных особенностей его личности. Указывает, что суд не дал оценки и не учел при решении вопроса об определении размера компенсации морального вреда те переживания, которые он испытывал в результате совершения в отношении него преступления, а также в период его лечения в связи с полученными повреждениями.Считал, что справедливой компенсацией морального вреда является сумма в размере 250 000 рублей, в связи с чем просит приговор изменить в части гражданского иска, увеличив размер компенсации морального вреда в его пользу с ФИО1 до 250000 рублей.

Государственным обвинителем прокуратуры <адрес> – старшим помощником прокурора <адрес> ФИО6 подано апелляционное представление, в котором она считает приговор подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона и нарушением уголовно-процессуального закона.Указывает, что в качестве доказательств вины ФИО1 суд в приговоре привел рапорт оперативного дежурного МОМВД России «Моршанский» ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в дежурную часть в 06 часов 30 минут поступило сообщение из приемного отделения ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» о том, что в данное учреждение с телесными повреждениями обратился Потерпевший №1, однако рапорт подлежит исключению из числа доказательств, поскольку в соответствии с положениями ч.1 ст.140 УПК РФ и ст.143 УПК РФ рапорт об обнаружении признаков преступления является служебным документом, служащим лишь поводом к возбуждению уголовного дела. Просила приговор мирового судьи судебного участка № ФИО3 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ изменить, исключив из описательно-мотивировочной части указание суда как на доказательство вины осужденного – рапорт оперативного дежурного МОМВД России «Моршанский» ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ.

Государственный обвинитель апелляционное представление поддержал, приговор мирового судьи судебного участка № ФИО3 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ считал подлежащем изменению по основаниям, изложенным в представлении, при этом уточнил, что сторона обвинения просит исключить из числа доказательств рапорт оперативного дежурного МО МВД России «Моршанский» ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ. Апелляционную жалобу защитника ФИО4, дополнения к ней, а также апелляционную жалобу потерпевшего просил оставить без удовлетворения.

Потерпевший Потерпевший №1 и его представитель – адвокат ФИО7 в судебном заседании приговор мирового судьи судебного участка №3 Моршанского района Тамбовской области от 11.09.2025 года в части признания виновным ФИО1 в совершенном преступлении и в части наказания считали законным, по доводам, изложенным в возражениях. При этом просили удовлетворить апелляционную жалобу потерпевшего Потерпевший №1, изменить приговор суда от ДД.ММ.ГГГГ в части гражданского иска. Вопрос об удовлетворении апелляционного представления государственного обвинителя отнесли на усмотрение суда.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и его защитник - адвокат ФИО4 доводы, изложенные в апелляционных жалобах, поддержали, просили вынесенный в отношении ФИО1 приговор мирового судьи отменить. Защитником обращалось внимание суда на противоречие между характером полученной потерпевшим травмы и описываемым обвинением механизмом ее причинения. Приводя ссылки на Медицинские критерии, полагал, что удар ногой в заднюю часть колена не рассматривается как характерный механизм травмы передней крестообразной связки, и подобное повреждение при таком воздействии представляется крайне маловероятным, при этом передняя крестообразная связка обычно рвется при ином механизме травмы: при резком скручивании колена. По мнению защиты, данные обстоятельства ставят под сомнение правдоподобие утверждений обвинения о том, что травма произошла вследствие удара ногой в заднюю часть колена, описанный механизм травмы не согласуется с характером диагностированного повреждения, что указывает на возможную ошибочность либо неполноту версии обвинения. Поскольку версия обвинения не подтверждается объективно установленной биомеханикой повреждения, то это создает неустранимое сомнение в виновности подсудимого. Учитывая выявленные противоречия, просил учесть заключение специалиста ФИО9 и сведения клинической практики о механизмах разрыва связок. В удовлетворении апелляционной жалобы потерпевшего и представления государственного обвинителя просили отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, возражений, заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

При рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалоб, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Изучение материалов уголовного дела показало, что уголовное дело возбуждено, расследовано в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, рассмотрено судом первой инстанции в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, на основании собранных по уголовному делу доказательств, их проверки в судебном заседании путем сопоставления с другими доказательствами.

Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, позволяющих судить о событии преступления и причастности к нему осужденного и его виновности.

Вопреки доводам осужденного и его защитника, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.112 УК РФ, основаны на непосредственном исследовании всей совокупности представленных сторонами на основе принципов состязательности и равноправия сторон доказательств, достоверность которых была надлежащим образом проверена в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законом, и подробно приведены в приговоре.

Несмотря на непризнание ФИО1 своей вины, выводы суда первой инстанции о его виновности в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах, являются правильными, основанными на доказательствах, имеющихся в материалах дела, надлежащим образом исследованных в ходе судебного разбирательства и приведенных в приговоре.

Вопреки доводам автора апелляционной жалобы и дополнения к ней суд в соответствии с положениями ст.307 УПК РФ привел в приговоре убедительные мотивы, по которым одни доказательства признал достоверными, положив их в основу обвинительного приговора, а другие – отверг.

Так, вина осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждается, в том числе: показаниями потерпевшего Потерпевший №1, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он совместно с Свидетель №5 находился на пруду, плавали на лодке с удочкой, он поставил сеть. Через некоторое время они уснули и проснулись около 20 часов. Они позвонили Свидетель №4 и пригласили отдохнуть. К ним приехал Свидетель №4 вместе с Свидетель №6 Когда они сели к столу, примерно через 10-15 минут подъехал автомобиль УАЗ. Ему сказали, что приехали ФИО1 и Свидетель №10, которых он пригласил за стол, но они отказались. Потом к нему кто-то подошел и спросил, принадлежит ли сеть ему, на что он утвердительно ответил. Так как его попросили убрать, он сел в лодку и поплыл убирать сети, а ФИО1 и Свидетель №10 уехали. Через 15- 20 минут на другом берегу пруда он увидел свет фонарей и решил, что кто-то ставит сеть, и предложил Свидетель №4 сплавать туда и посмотреть. В лодке он сел спереди, а Свидетель №4 сзади. Когда подплыли, он увидел на берегу ФИО1, и с ним были еще трое незнакомых ему людей, и они тянули сети. Он вышел на берег, высота берега примерно 2 метра, облокотился на сети и стал подниматься вверх. От воды шла тропинка наверх. ФИО1 стоял напротив лодки, один стоял примерно за шесть метров, а второй за десять метров. Когда он поднялся, его спросили, его ли это сети, на что он с иронией ответил, что все сети принадлежат ему. Начав спускаться назад и поравнявшись с ФИО1, сказал, что сети не его.В этот момент ФИО1 нанес ему удар в лицо, отчего он упал в воду. Он встал, направился в сторону ФИО1 и, подойдя, поставил ногу вперед, и в этот момент ФИО1 нанес ногой удар ему по левой ноге изнутри, после чего он упал и не смог встать. В это время Свидетель №4 сидел в лодке и светил фонарем. К нему подошли двое из компании ФИО1, подтащили, потому что вода была холодная, и предложили развести костер. Также попытались привязать ему палку к ноге. Позже приехали сотрудники полиции, и он им объяснил, что ФИО1 сломал ему ногу. Сотрудники отвезли его в больницу, где ему сделали снимки и направили на МРТ в <адрес>, где диагностировали разрыв крестообразной связки.

Показания потерпевшего Потерпевший №1 нашли свое подтверждение в показаниях свидетеля Свидетель №4, допрошенного в судебном заседании, согласно которым в сентябре 2023 года по приглашению Потерпевший №1 он около 10 часов вечера вместе с Свидетель №6 приехал на пруд в с.ФИО3, где Потерпевший №1 находился вместе с Свидетель №5 Примерно через 15 минут подъехал автомобиль УАЗ, где были ФИО1, Свидетель №10 и еще трое неизвестных ему людей. Они спросили, стоят ли на пруду сети. После чего Потерпевший №1 пошел снимать сети. Когда ФИО1 и его компания уехали, они сидели за столом, и увидели на другом берегу свет фонаря. Потерпевший №1 предложил ему сплавать на тот берег. Когда они подплыли, на берегу стоял ФИО1, Свидетель №10 и еще кто-то. Он остался в лодке, Потерпевший №1 вышел из лодки и зацепился рукой за сеть. ФИО1 спросил Потерпевший №1, его ли это сети. Потерпевший №1 ему ответил с иронией, что это его сети. В этот момент ФИО1 ударил Потерпевший №1 рукой по левой стороне лица, отчего Потерпевший №1 упал, затем поднялся и спросил, что он (ФИО27) делает. Тогда ФИО1 правой ногой ударил Потерпевший №1 под левое колено. Потерпевший №1 упал в воду, попытался подняться, но не смог. Ребята помогли вытащить его на берег. Потерпевший №1 сказал ему взять машину, и он поплыл обратно на берег. Он взял машину и поехал. По дороге его встретил сотрудник полиции. Потом Потерпевший №1 отвезли в больницу, сделали снимок, впоследствии оказалось разрыв связок.

Подвергать сомнению изложенные потерпевшим и свидетелем сведения оснований не имеется, поскольку их показания согласуются между собой и подтверждены другими доказательствами по уголовному делу, в связи с чем суд первой инстанции принял верное решение, признав их достоверными, положив в основу судебного решения.

При этом, показания потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №4 об обстоятельствах произошедших событий нашли свое подтверждение в свидетельских показаниях Свидетель №5, ФИО10, Свидетель №2, Свидетель №3 Судом первой инстанции показания данных лиц оценены, как не исключающие обстоятельств, установленных судом по совершению ФИО1 инкриминируемого преступления, и как не противоречащие другим исследуемым судом доказательствам, с чем суд апелляционной инстанции соглашается.

Вопреки доводам стороны защиты о необходимости критического подхода к показаниям потерпевшего и свидетелей обвинения, доказательств надуманности показаний потерпевшего, свидетелей по делу, а также данных об оговоре осужденного с их стороны, либо заинтересованности в исходе дела, фактов фальсификации или искусственного создания доказательств в материалах дела не имеется, суду первой и апелляционной инстанции не представлено, и судом не выявлено.

Изучение материалов уголовного дела показывает, что оснований сомневаться в правдивости показаний указанных лиц у суда первой инстанции не имелось, данные лица были предупреждены об ответственности по ст.307 УК РФ, в неприязненных отношениях вышеуказанные лица и осужденный ФИО1 не находились, оснований оговаривать ФИО1 не имели, суд апелляционной инстанции полагает, что мировой судья обоснованно положил их в основу приговора, расценив как достоверные и соответствующие действительности, поскольку они согласуются между собой в деталях, и неизменны на протяжении предварительного и судебного следствия.

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельным довод стороны защиты о формальной оценке показаний свидетелей стороны защиты, и нарушении судом требований ст.14, 17, 87, 88 УПК РФ. Мировой судья в приговоре в отношении ФИО1 привел все основания, по которым он отнесся критически и выразил недоверие к показаниям свидетелей стороны защиты Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №9, Свидетель №8, Свидетель №7, поскольку их правдивость вызывает сомнения в связи с заинтересованностью в исходе дела, так как данные свидетели являются знакомыми ФИО1 Показания данных свидетелей признаны судом недостоверными, поскольку опровергнуты совокупностью приведенных в приговоре доказательств и не совпадают в деталях.У суда апелляционной инстанции также не имеется оснований подвергать сомнению правильность и обоснованность оценки доказательств, данной мировым судьей.

Указанные в приговоре показания потерпевшего и свидетелей обвинения в полной мере подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе:

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрен участок местности на берегу пруда, на балке Тагайка, расположенного в 3-х километрах юго-западнее с.ФИО3 м.о., где ДД.ММ.ГГГГ примерно в 01 час ФИО1 умышленно причинил Потерпевший №1 телесные повреждения;

заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Потерпевший №1 имели место следующие телесные повреждения: травма левого коленного сустава: разрыв передней крестообразной связки, повреждение сухожилия 4-х главой мышцы левого бедра, повреждение заднего рога и тела внутреннего мениска левого коленного сустава. Данные телесные повреждения образовались от воздействия (воздействий) тупого (тупых) твердого (твердых) предмета (предметов), возможно в срок указанный в постановлении, ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается самим характером и морфологической картиной повреждений. В соответствии с п.7.1 Медицинских критериев, утвержденных приказом Министерства Здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008г. №н, имеющиеся повреждения расцениваются как средний вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов или систем продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (длительное расстройство здоровья);

заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы №МД-18/24 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Потерпевший №1 имели место следующие телесные повреждения: травма левого коленного сустава: разрыв передней крестообразной связки, повреждение сухожилия 4-х главой мышцы левого бедра, повреждение заднего рога и тела внутреннего мениска левого коленного сустава. Данные телесные повреждения образовались от воздействия (воздействий) тупого (тупых) твердого (твердых) предмета (предметов), возможно в срок ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается самим характером и морфологической картиной повреждений. В соответствии с п.7.1 Медицинских критериев, утвержденных приказом Министерства Здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008г. №н, имеющиеся повреждения расцениваются как средний вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов или систем продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы, то есть длительное расстройство здоровья. Образование вышеуказанных телесных повреждений при действиях, продемонстрированных потерпевшим в ходе следственного эксперимента, а именно от ударного воздействия ногой, обутой в обувь в область левого коленного сустава, учитывая локализацию и механизм образования данных повреждений не исключается;

заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы №ДД-21/24 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому образование у Потерпевший №1 телесных повреждений в виде травмы левого коленного сустава, разрыва передней крестообразной связки, повреждение сухожилия 4-х главой мышцы левого бедра, повреждение заднего рога и тела внутреннего мениска левого коленного сустава, при действиях, указанных ФИО1 в ходе следственного эксперимента, а именно в результате заваливания туловища в лодку при увядшей в иле стопе и голени, то есть от резкого отклонения бедра с туловищем наружу при фиксированной стопе, исключается.

Все представленные доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ тщательно проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела по существу и постановления приговора.

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу приговора, сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы апелляционного представления государственного обвинителя, из приговора подлежит исключению указание суда как на доказательство вины осужденного рапорта оперативного дежурного МОМВД России «Моршанский» ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку он не является в силу ст.74 УПК РФ доказательством по уголовному делу. Кроме того, как следует из протокола судебного заседания, указанный рапорт не был исследован в судебном заседании, что на основании ст.240 УПК РФ также делает недопустимой ссылку на него в приговоре.

Между тем, исключение из числа доказательств рапорта оперативного дежурного МОМВД России «Моршанский» ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ, не влияет на доказанность вины осужденного, которая подтверждается другими доказательствами, обоснованно признанными относимыми, допустимыми, а в совокупности – достаточными для разрешения по существу уголовного дела.

Позиция ФИО1 в части непризнания своей вины расценена судом критически, как преследующая цель и стремление избежать уголовной ответственности за содеянной, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции, поскольку указанные доводы опровергаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств, содержащих сведения об умышленном причинении ФИО1 телесных повреждений Потерпевший №1 при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, а именно показаниями потерпевшего Потерпевший №1, свидетеля Свидетель №4 (непосредственного очевидца событий), свидетелей Свидетель №5, ФИО10, Свидетель №2, Свидетель №3, заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы № МД-18/24 от ДД.ММ.ГГГГ, заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы № ДД-21/24 от ДД.ММ.ГГГГ.

Вопреки доводам стороны защиты версия подсудимого об отсутствии удара и о случайном механизме травмы, полученной потерпевшим Потерпевший №1, обсуждалась судом. Отклоняя данную версию стороны защиты, суд обоснованно сослался на показания потерпевшего Потерпевший №1, последовательно пояснившего об обстоятельствах причинения ему телесных повреждений ФИО1, показания свидетеля Свидетель №4, полностью совпадающие в деталях и целом с показаниями потерпевшего, а также выводы экспертных заключений, опровергающих изложенную подсудимым версию развития событий, согласно которым образование телесных повреждений, установленных у Потерпевший №1, при действиях, указанных ФИО1 в ходе следственного эксперимента, а именно в результате заваливания туловища в лодку при увядшей в иле стопе и голени, то есть от резкого отклонения бедра с туловищем наружу при фиксированной стопе, исключается.

Таким образом, справедливо придя к выводу о доказанности вины осужденного ФИО1, суд дал правильную юридическую оценку его действиям и квалифицировал его действия по ч.1 ст.112 УК РФ, как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызывавшего длительное расстройство здоровья.

Судом приведены мотивы, подтверждающие наличие в действиях осужденного данного состава преступления. Суд апелляционной инстанции с данными выводами суда первой инстанции соглашается.

Вступивший в силу с ДД.ММ.ГГГГ приказ Министерства здравоохранения РФ от 08.04.2025г. N172н "Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», не содержит критериев, улучшающих положение осужденного ФИО1

Не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, а также сомнений в виновности осужденного ФИО1, требующих истолкования их в пользу последнего, вопреки доводам стороны защиты, не имеется.

Вопреки доводам защитника ФИО4 все ходатайства, которые были заявлены сторонами в ходе рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции, рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и по ним приняты верные решения, в зависимости от их значения для правильного разрешения уголовного дела. При этом отказ в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств, не является нарушением права осужденного на защиту, не свидетельствует об ограничении стороны в праве на представление доказательств и не может свидетельствовать о незаконности судебного решения.

Суд первой инстанции принял верное решение об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении повторной комиссионной экспертизы, поскольку оснований, предусмотренных ст.207 УПК РФ, не имелось, в распоряжении суда первой инстанции имелось достаточно доказательств о наличии у потерпевшего Потерпевший №1 телесных повреждений, их характер, механизм образования, степень тяжести, в том числе заключение судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, заключение дополнительной судебно-медицинской экспертизы №МД-18/24 от ДД.ММ.ГГГГ, заключение дополнительной судебно-медицинской экспертизы № ДД-21/24 от ДД.ММ.ГГГГ.

Адвокатом ФИО4 обоснованность вышеуказанных заключений эксперта поставлены под сомнение, поскольку они противоречат заключению специалиста ФИО9 №а от ДД.ММ.ГГГГ, которое в судебном заседании подтвердил специалист ФИО9

Вместе с тем, вопреки доводам стороны защиты, у мирового судьи не было никаких оснований подвергать сомнению правильность, объективность и обоснованность выводов вышеуказанных заключений экспертиз, поскольку экспертизы проведены с соблюдением всех правил и процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом и соответствующими инструкциями, с полным исследованием представленных материалов и всех действий, проводимых экспертом; экспертные заключения имеют надлежащее оформление, выводы эксперта достаточно убедительны, аргументированы, мотивированы, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу; экспертизы проведены экспертом, имеющим соответствующее образование, квалификационные категории, стаж экспертной деятельности, при этом были разъяснены права и ответственность. В соответствии с изложенным, у суда апелляционной инстанции также нет оснований сомневаться в правильности и объективности вышеуказанных экспертных заключений.

Свои выводы в судебном заседании подтвердил судебно-медицинский эксперт ФИО12, который дал аргументированные и убедительные ответы на все поставленные сторонами вопросы, еще раз подтвердив правильность сделанных им выводов относительно обстоятельств образования телесных повреждений у потерпевшего Потерпевший №1

Оснований сомневаться в компетентности эксперта ФИО12 у суда не имелось, его показания подробно приведены в приговоре. Показания эксперта ФИО12 оценены в совокупности с другими доказательствами по делу.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил представленное стороной защиты заключение специалиста ФИО9 №а от ДД.ММ.ГГГГ, а также данные специалистом ФИО9 показания. Судом верно констатировано, что выводы данного заключения не могут быть приняты, поскольку специалисту не была предоставлена в полном объеме исходная документация, специалист не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, кроме того выводы, изложенные в данном заключении, не могли быть приняты во внимание, в том числе и потому, что они опровергнуты совокупностью исследованных по делу доказательствам. Учитывая наличие в приговоре мотивированного обоснования, по каким обстоятельствам судом не принимается заключение специалиста ФИО9 №а от ДД.ММ.ГГГГ, ссылку защитника на нарушение судом принципов оценки доказательств, нельзя признать состоятельной.

Вопреки доводам стороны защиты, в приговоре суда первой инстанции приведены мотивированные и аргументированные выводы по доводам защиты о недопустимости заключения № от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительных судебно-медицинских экспертиз № МД-18/24 от ДД.ММ.ГГГГ, №ДД-21/24 от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе о процедуре назначения экспертиз уполномоченными на то лицами, порядке, методике, полноты их производства.

То обстоятельство, что данная судом оценка исследованным доказательствам не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены приговора.

Вопреки доводам защитника, неустранимых препятствий для рассмотрения дела, судом установлено не было, а потому объективных причин для возвращения уголовного дела прокурору не имелось. Соответствующее ходатайство стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии со ст.237 УПК РФ судом рассмотрено и обоснованно отклонено.

Так в ходе предварительного расследования существенных нарушений требований УПК РФ, в том числе влекущих возвращение уголовного дела прокурору, допущено не было. Обвинительный акт соответствует требованиям ст.225 УПК РФ. При его составлении нарушений требований УПК РФ, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного акта, не допущено.

Изложенные в апелляционной жалобе стороны защиты доводы сводятся к переоценке доказательств и установленных судом обстоятельств дела. Между тем несогласие стороны защиты с выводами суда, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

Вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции установлены и изложены в приговоре все необходимые сведения о месте, времени, способе совершения преступления, другие данные, позволяющие судить о событии преступления, причастности к нему осужденного ФИО1 и его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного ФИО1

При назначении наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Судом установлено, что ФИО1 совершил умышленное преступление, относящееся к категории преступлений небольшой тяжести, ФИО1 не судим, к административной ответственности не привлекался, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка - <данные изъяты> ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, малолетнего ребенка - <данные изъяты> ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по месту жительства характеризуется положительно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, по поводу лечения гепатита не обращался, на учете в кабинете инфекционных заболеваний не состоит, по сведениям ВК <адрес> ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ был признан «В» - ограниченно годен к военной службе по <данные изъяты> На воинском учете состоит с 07.02.2008г.

При вынесении приговора мировым судьей учтены в качестве обстоятельств, смягчающих наказание в силу п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ - наличие на момент совершения преступления малолетних детей, в силу ч.2 ст.61 УК РФ – благодарственное письмо администрации Тамбовского м.о. Тамбовской области в сфере предпринимательской деятельности.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено, не находит оснований для признания таковых и суд апелляционной инстанции.

Приговор содержит достаточную мотивировку необходимости назначения осужденному наказания в виде ограничения свободы. Оно соответствует требованиям статей 6 и 60 УК РФ. Наказание, назначенное ФИО1 за совершенное им преступление, является справедливым и соразмерным содеянному, в пределах санкции указанной статьи, обоснованно и законно в полном соответствии с требованиями уголовного и уголовно-процессуального закона, с учетом обстоятельств дела, данных о его личности, характера и степени общественной опасности содеянного.

Судом не применены положения ст.64 УК РФ, не усматривает оснований для их применения и суд апелляционной инстанции.

Вместе с тем, назначенное ФИО1 наказание нельзя признать справедливым.

В соответствии с ч.2 ст.389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее личности осужденного.

Так, суд в ходе судебного заседания, исследовав материалы уголовного дела и установив, что ФИО1 страдает заболеванием – <данные изъяты> что отражено в исследованном судом сообщении ВК г.Моршанск, Моршанского и Пичаевского м.о. от 30.07.2024 года №1875 (т.1 л.д.138), без достаточных на то оснований, не признал состояние его здоровья обстоятельством, смягчающим наказание, в то время как такие сведения имеют значение для определения соразмерности наказания. В связи с этим, суд апелляционной инстанции полагает необходимым в силу ч.2 ст.61 УК РФ признать смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством - состояние его здоровья.

Принимая во внимание вносимые в приговор изменения, назначенное осужденному наказание за совершенное преступление подлежит смягчению.

Оснований для большего смягчения наказания не установлено.

Кроме того, суд апелляционной инстанции не соглашается с доводами потерпевшего Потерпевший №1 о несоответствии размера компенсации морального вреда степени его физических и нравственных страданий, причиненных действиями ФИО1

В соответствии со ст.151, 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред и индивидуальные особенности потерпевших.

В суде первой инстанции гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в полном объеме исследован и разрешен с учетом требований ст.ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ.

Принимая решение в части заявленных исковых требований Потерпевший №1 о компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей, суд удовлетворил их частично в размере 150 000 рублей и мотивировал свое решение с учетом конкретных обстоятельств дела, степени вины подсудимого, степени физических и нравственных страданий потерпевшего от действий подсудимого ФИО1 В судебном заседании исследованы данные о личности осужденного ФИО1

Вопреки доводам жалобы потерпевшего, в приговоре суда мотивировано определен размер компенсации морального вреда, мировым судьей учтено, что в результате преступных действий ФИО27 Потерпевший №1 С.А. перенес физические и нравственные страдания, ему был причине вред здоровью средней степени тяжести, в связи с имевшимися телесными повреждениями он обращался за медицинской помощью, находился на лечении, испытывал физическую боль. При данных обстоятельствах, суд верно, исходя из принципа разумности и справедливости, размер такой компенсации определил в 150 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о взыскании с подсудимого ФИО1 в пользу потерпевшего Потерпевший №1150 000 рублей в качестве компенсации морального вреда и не находит оснований для их переоценки, поскольку они соответствуют требованиям закона и обстоятельствам дела.

Нарушений уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона, влекущих безусловную отмену приговора, не имеется.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению также по следующим основаниям.

В нарушении п.3 ст.304 УПК РФ при изложении во вводной части приговора личных данных защитника суд неверно указал фамилию защитника подсудимого ФИО1 Так, судом указано на участие в судебном заседании защитника адвоката ФИО15, представившего удостоверение № и ордер № от 24.02.2025г., в то время как в действительности адвокатом подсудимого являлся ФИО4, ордер которого № от 24.02.2025г. имеется в материалах уголовного дела. Участие адвоката ФИО4, при рассмотрении уголовного дела у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, поскольку как следует из протокола судебного заседания, именно данный защитник участвовал в ходе судебного следствия в суде первой инстанции.

Неверное указание во вводной части приговора фамилии адвоката не влияет на правильность выводов суда и не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, и может быть устранено путем внесения соответствующих изменений.

Кроме того, в соответствии с п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности по истечении двух лет после совершения преступления небольшой тяжести. Сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу.

ФИО1 осужден за совершение ДД.ММ.ГГГГ преступления, предусмотренного ч.1 ст.112 УК РФ, относящегося к категории небольшой тяжести.

Срок давности уголовного преследования по данному преступлению истек ДД.ММ.ГГГГ, то есть после вынесения приговора, но до вступленияего в законную силу, в этой связи ФИО1 подлежит освобождению от назначенного по ч.1 ст.112 УК РФ наказания на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

На основании изложенного и руководствуясь ст.389.13, ст.389.18, ст.389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес> ФИО6 на приговор мирового судьи судебного участка №3 Моршанского района Тамбовской области от 11 сентября 2025 года в отношении ФИО1 – удовлетворить.

Приговор мирового судьи судебного участка №3 Моршанского района Тамбовской области от 11 сентября 2025 года в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда как на доказательство вины осужденного - рапорт оперативного дежурного МОМВД России «Моршанский» ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.4).

Указать во вводной части приговора на участие защитника: адвоката ФИО4, представившего суду удостоверение № ордер № от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, признать состояние здоровья ФИО1

Смягчить назначенное ФИО1 наказание по ч.1 ст.112 УК РФ до 11 (одиннадцати) месяцев ограничения свободы с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории г.Тамбова Тамбовской области без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением, за отбытием наказания в виде ограничения свободы. Обязать ФИО1 являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации в день, установленный данным специализированным государственным органом.

Освободить ФИО1 от наказания, назначенного по ч.1 ст.112 УК РФ, на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В остальной части указанный приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу (и дополнение к апелляционной жалобе) защитника ФИО4 в интересах осужденного ФИО1, апелляционную жалобу потерпевшего Потерпевший №1 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу. При этом осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья апелляционной инстанции И.А. Четверикова