Приговор № 1-103/2017 от 19 сентября 2017 г. по делу № 1-103/2017

Дело № 1-103/2017

Поступило 19.07.2017 г.


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 сентября 2017 года р.п. Мошково Новосибирская область

Мошковский районный суд Новосибирской области в составе председательствующего судьи Кулинич О.Н., при секретаре Гилёвой Т.В., с участием государственного обвинителя Бондаревой Е.В., подсудимого ФИО1, его защитника адвоката Потапова А.Г. рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, имеющего <данные изъяты> образование, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, официально не трудоустроенного, холостого, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, и

УСТАНОВИЛ:

В период времени с 22 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 07 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ, в доме <адрес>, между находящимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и Э. возникла ссора, в ходе которой у ФИО1 на почве личных неприязненных отношений возник преступный умысел, направленный на убийство Э.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, в указанный период времени, действуя умышленно и целенаправленно, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, заведомо зная, что в результате его действий непременно наступит смерть Э.., и желая этого, взял в комнате указанного дома топор, подошел к сидящему на стуле в помещении кухни Э.., и, используя топор в качестве оружия, умышленно нанес им потерпевшему Э. не менее одного удара топором в область расположения жизненно-важных органов – голову, от чего потерпевший упал на пол в кухне указанного дома, после чего ФИО1, продолжая реализацию своего преступного умысла, нанес лежащему на полу Э. не менее двенадцати ударов топором в область грудной клетки, по голове, правой руке и шее.

Своими действиями ФИО1 причинил Э. следующие телесные повреждения:

- перелом ребер слева 4-9 по лопаточной линии с повреждением пристеночной плевры, перелом остистых отростков 4-9 грудных позвонков, темно-красные кровоизлияния в мягкие ткани спины слева. Указанные повреждения в своей совокупности оцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и состоят в прямой причинно -следственной связи со смертью Э..;

- четыре рубленные раны головы, которые оцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не свыше 3-х недель (21 дня) и в прямой причинно-следственной связи со смертью не состоят;

- тупую травму головы: три ссадины и две раны на голове. Ссадина на шее справа. Кровоподтек на правой верхней конечности, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека и в прямой причинно-следственной связи со смертью не состоят.

После этого ФИО1 прекратил свои преступные действия и лег спать в помещении указанного дома.

Смерть Э.., согласно заключению судебно –медицинского эксперта, наступила на месте преступления через непродолжительное время от травматического пневмоторакса, развившегося в результате переломов ребер слева 4-9 по лопаточной линии с повреждением пристеночной плевры, переломов остистых отростков 4-9 грудных позвонков, темно-красные кровоизлияния в мягкие ткани спины слева.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в инкриминируемом ему преступлении не признал, не отрицал, что смерть потерпевшего наступила в результате его действий, но при этом умысла на убийство у него не было, поскольку он вынужден был защищаться, и пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ около 18-00 ч. к Свидетель №2 пришел Э. и его (ФИО2) сестра Свидетель №1, они немного употребили спиртного. Когда Свидетель №1 и Э. ушли, часов около 22-00 - 23-00 ч. он и Свидетель №2 легли отдыхать. Через непродолжительное время в дом постучался Э.., но он не открыл ему дверь, так как уже было поздно, и опять лег спать. Через время, услышав грохот, он поднялся и увидел, что Э. уже находится в доме, хотя дверь была закрыта. На его вопрос Э. ответил, что пришел забрать у Свидетель №2 пенсию, а его (ФИО2) убить. Он не придал этим словам значение. Они выпили с Э, за столом по рюмке спиртного. Через время Э. встал из-за стола, начал его душить, затем 3-4 раза ударил кулаками по лицу, разбил левую бровь, отчего у него пошла кровь (впоследствии под глазом был синяк). Он прикрывал лицо руками. Он упал с табуретки, и Э. ударил его лежачего по телу еще несколько раз ногой, при этом повторил: «сказал убью, значит убью». Данные слова он воспринял реально, как угрозу, поскольку ранее Э. неоднократно избивал его. Он знал, что Э. является агрессивным, ранее отбывал наказание за убийство, и физически был сильнее его. Когда Э. прекратил избивать его, он поднялся, взял в другой комнате топор, Э. в тот момент сидел на скамейке и что-то ему говорил. Он ударил его один раз обухом топора по затылочной части головы. Другого выхода у него не было, иначе Э. избивал и резал бы его всю ночь. От удара Э. упал, а когда стал подниматься, он еще два раза ударил его обухом топора по спине в область лопатки. Э. поднялся, прошел к двери и упал, но он уже пошел спать в другую комнату, на лицо положил полотенце, так как бежала кровь, и уснул. Он слышал, что в кухне что-то гремело, видимо, Э. ползал по кухне, но он туда не ходил. Э. подходил к кровати, хватал его, но потом отпустил. Проснулся от крика Свидетель №1.: «мертвый». Он вышел и увидел лежащего в пороге Э. Впоследствии вызвали скорую и полицию. Пояснил, что у него была возможность уйти из дома, но ему некуда было идти переночевать. В настоящее время он понимает, что нанес удары Э. в жизненно - важные органы, но в тот момент он был обижен и напуган, поскольку Э.. угрожал ему и был сильнее него. Сожалеет, что так произошло. Если бы Э. не высказывал угрозы и не стал избивать его, он не взял бы топор; действия его были вынужденными. Просил строго не наказывать.

В соответствии с п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ были оглашены показания ФИО1, данные им в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 158-161), согласно которым днем ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №2 дал ему с пенсии денежные средства, он приобрел спирт, и они распивали его вдвоем. Примерно в 22-23 часа к ним пришел Э.., выпивший, но не пьяный, и стал с ними распивать спиртное в кухне. Через время Свидетель №2 лег отдыхать на диване в кухне, а они с Э. продолжили распивать спиртное. От выпитого он (ФИО2) сильно опьянел, что происходило - плохо помнит, но допускает, что они с Э. из-за чего – то поругались, так как Э. вдруг 2-3 раза ударил его руками по лицу, а потом стал его душить. Сам он Э. никаких ударов не наносил. Когда Э. отпустил его, он встал на ноги. Он был очень возмущен и обижен на Э. из-за того, что он избил его, в связи с чем прошел в комнату за топором, который находился около шифоньера на полу. Э. за ним в комнату не пошел, а остался в кухне. Когда он зашел с топором в кухню, Э. сидел на лавочке, расположенной справа у стены от выхода их комнаты в кухню, спиной к нему; в тот момент в руках у того ничего не было. Э. ему не угрожал, не пытался встать и не пытался наброситься на него. Дверь выхода из дома находилась слева от выхода из комнаты в кухню, проход до нее был свободный, он мог спокойно выйти из дома, и Э. путь ему не преграждал. Он приблизился к Э. и со злости и обиды на него ударил его лезвием топора по спине один раз, отчего Э. встал на ноги, а он нанес ему еще удар лезвием топора по голове. От удара Э. упал на пол, головой к дивану, потом встал на ноги, стал ходить по кухне и вышел на улицу, вернулся в дом и упал на пол около печи. Он в это время поставил топор около печи, а сам пошел спать в комнату. Утром, когда пришла Свидетель №1, он увидел, что Э. лежал мертвый на полу, головой к печи, в луже крови.

Данные показания ФИО1 в судебном заседании подтвердил за исключением того, что умысла на убийство Э.. у него не было. Допустил, что нанес Э. больше трех ударов, но точно не помнит сколько, при этом настаивал на том, что лезвием топора удары Э. не наносил. Наличие у потерпевшего резаных ран объяснил тем, что потерпевший, когда падал, мог сам порезаться. Показания о том, что он нанес Э. удары лезвием топора объяснил тем, что его допрашивали утром, он был с похмелья, и он мог забыть ситуацию, но потом все вспомнил и рассказал на следствии и в суде. На следствии не говорил о том, что Э. сорвал крючок с двери, поскольку забыл об этом сказать.

ФИО1 подтвердил показания, данные им ДД.ММ.ГГГГ в ходе проверки показаний на месте происшествия (т. 1 л.д. 167-177) и в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 183-186, 192-195), которые были оглашены в соответствии со ст. 276 УПК РФ и которые аналогичны показаниям, данным им в судебном заседании, за исключением того, что в оглашенных показаниях ФИО1 не говорил о том, что Э.. ворвался в дом Свидетель №2. В ходе проверки показаний на месте ФИО1 настаивал на том, что потерпевший лежал на животе, а он наносил ему удары топором по спине, поэтому считает, что не мог нанести ему удары по груди, хотя полностью это не исключил, поскольку был пьян и в возбужденном состоянии.

Вместе с тем, виновность ФИО1 в умышленном причинении смерти Э.. полностью доказана совокупностью собранных по делу доказательств:

- показаниями потерпевшего <данные изъяты>., характеризовавшего умершего брата Э.. удовлетворительно; пояснил что употреблял спиртное, в алкогольном опьянении мог спровоцировать конфликт, но в трезвом состоянии был спокойным. Об обстоятельствах смерти брата ему ничего не известно. Похороны брата были организованы и оплачены им;

- показаниями свидетеля Свидетель №2., оглашенными в соответствии с п.1 ч.2 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что с января <данные изъяты> года, у него стал проживать ФИО1, который приходил к нему переночевать, так как тому негде было жить. ДД.ММ.ГГГГ он дал ФИО2 деньги для приобретения спиртного. Около 14-00 часов Гуторов вернулся, был выпивший, они вместе употребили принесенное ФИО2 спиртное. Через 2 часа к ним пришел сосед Э.., он также находился в состоянии опьянения. Э.. вместе с ФИО1 в кухне распивали спиртное. Он с ними уже не пил. Вечером он лег на диван в кухне отдыхать, а Э.. и ФИО1 продолжали сидеть. Он слышал, что между Э.. и ФИО1 происходит ссора, в ходе которой Э. схватил руками за шею ФИО1 и пытался его душить. Из-за чего у них произошел конфликт, он не знает. На момент прихода крови и телесных повреждений у Э. не было, на самочувствие он не жаловался. Была ли между Э. и ФИО2 драка, он сказать не может, но каких-либо ударов он не слышал. Когда он открыл глаза, он видел, что ФИО1 ушел в комнату, а Э. продолжал сидеть в кухне. Через 10 минут он услышал глухой удар и звук падения на пол. От этого он открыл глаза и увидел, что ФИО1 в руках держит топор со светлой деревянной ручкой, а Э.. лежит на полу возле печки, головой к дивану. Топор он опознал как свой, т.к. на нём была новая ручка. Топор находился в комнате за шифоньером, куда заходил ФИО1 Он видел, что ФИО1 зашел обратно в комнату, и больше оттуда не выходил. Он слышал, что Э.. хрипит и пытается ползти, но он этому значение не придал т.к. думал, что он пьяный. Минут через десять ФИО1 куда-то ушел. Проснувшись утром ДД.ММ.ГГГГ, он увидел что Э.. лежит на полу и не подает признаков жизни. На полу в кухне была кровь; топор, который был в руках у ФИО2, стоял на полу возле печки. Он взял топор и переложил его за диван. Затем пришла сожительница Э.. -Г. П., которая вызвала скорую помощь (т.1 л.д. 61-66);

- показаниями свидетеля Свидетель №1 в суде и ее показаниями в ходе предварительного расследования, согласно которым она является родной сестрой ФИО1 и сожительницей потерпевшего Э.. С осени <данные изъяты> года ФИО1 проживал у Свидетель №2 ДД.ММ.ГГГГ она по просьбе Свидетель №2. принесла бутылку водки и ушла. ДД.ММ.ГГГГ утром она пошла к Свидетель №2 и увидела на полу в кухне лежащего на спине Э.. без признаков жизни. Он лежал головой к печи отопления, рядом с головой была лужа крови. Она спросила у Свидетель №2 о том, что произошло в его доме, на что Свидетель №2 ответил, что Э. душил ФИО2, а что было дальше он не видел, так как накрылся одеялом. Сам ФИО1 лежал в комнате на кровати, о конфликте, произошедшем между ним и Э.., ей ничего не рассказывал. На лице ФИО1 она видела следы побоев. Пояснила, что сразу не сказала следователю о том, что ей рассказал Свидетель №2 поскольку ее об этом не спрашивали, и кроме того, она находилась в шоке от произошедших событий.

Своего брата ФИО1 она охарактеризовала как спокойного, не агрессивного человека, а своего сожителя Э.. - как человека агрессивного, который в состоянии алкогольного опьянения придирался к другим людям. Э. часто обижал ФИО1, причины ей не известны (т.1 л.д. 67-69);

- показаниями свидетеля <данные изъяты> о том, что он является депутатом <данные изъяты> сельского совета и проживает в <адрес>. На протяжении длительного времени он знает жителей села ФИО1 и Э.. ФИО1 он охарактеризовал исключительно с положительной стороны, как человека трудолюбивого, не конфликтного, не агрессивного, в том числе и в состоянии опьянения, а Э.. - как человека неуравновешенного, агрессивного, жестокого. Об обстоятельствах дела ему ничего не известно;

- показаниями свидетеля Свидетель №3, о том, что своего односельчанина ФИО1 он знает с положительной стороны, как человека трудолюбивого, спокойного и не конфликтного. Э.. же он знает как человека никогда не работавшего, злоупотребляющего спиртными напитками. Об обстоятельствах произошедшего ему ничего не известно;

- рапортом, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 06.25 в дежурную часть ОМВД России по Мошковскому району от Свидетель №1 поступило сообщение о том, что в утреннее время она обнаружила труп Э. (т. 1 л.д. 13);

- протоколом явки в повинной от ДД.ММ.ГГГГ, в которой ФИО1 собственноручно указал, что в ночь с 05 на ДД.ММ.ГГГГ он распивал спиртное в доме Свидетель №2. по адресу <адрес>. В дом «вломился» Э., нанес ему несколько ударов руками в лицо, после чего угрожал убийством. Он испугался угроз, взял в руки топор и ударил его несколько раз по различным частям тела. В дальнейшем он узнал, что Э. умер. В содеянном раскаялся (т.1 л.д. 15);

- протоколом осмотра дома <адрес>, состоящего из комнаты и кухни, в ходе которого в комнате было обнаружено пятно вещества бурого цвета, похожего на кровь, в виде сгустков с которого был сделан смыв на марлевый бинт; в кухне на полу был обнаружен труп Э.., ДД.ММ.ГГГГ г.р., который был ориентирован головой к дверному проему входа в комнату и ногами к левому дальнему от входа в кухню углу; кисти трупа, лицо и голова были обильно испачканы веществом бурого цвета, похожим на кровь, под головой - лужа вещества бурого цвета, похожего на кровь; на голове трупа в затылочной области имелась одна рубленая рана длинной около 10 см.; на задней поверхности куртки, надетой на трупе, имелись повреждения ткани длиной около 5 см. От порога входа в комнату до кровати имелась дорожка следов от босых ног, отпечатанная веществом бурого цвета, похожего на кровь. В кухне у дивана был обнаружен и изъят топор с деревянной ручкой, ручка которого была оперта на спинку дивана. Также были обнаружены и изъяты с бутылки следы пальцев рук (т.1 л.д. 16-35);

- протоколом осмотра вещественных доказательств: образцов крови и желчи с трупа Э.., крови ФИО1, смыва вещества бурого цвета с пола в кухне; следов пальцев рук и ладней ФИО1, Свидетель №2.;

В ходе осмотра брюк ФИО1 на передней поверхности правой и левой штанины с лицевой стороны, в верхней и средней трети были обнаружены пятна буровато – коричневого цвета; на задней поверхности левой штанины с лицевой стороны, в нижней трети около края - пятно бурого цвета; на этой же поверхности в верхней трети и на задней поверхности правой штанины с лицевой стороны в верхней трети -единичные пятна буровато - коричневого цвета;

на носках ФИО1, а именно на боковой поверхности в области пятки, с лицевой стороны были обнаружены пятна бурого цвета; на следовой поверхности этого же носка в области мыска – пятна аналогичного характера; на втором носке в области мыска с лицевой стороны - пятно бурого цвета;

на кофте ФИО1, а именно на передней поверхности с лицевой стороны в верхней трети около проймы левого рукава, были обнаружены единичные пятна буровато – коричневого цвета; на этой же поверхности в нижней трети около левого бокового шва было обнаружено пятно бурого цвета; на задней поверхности правого рукава с лицевой стороны около нижнего края расположено пятно аналогичного характера;

на топоре вдоль лезвия справа и слева были обнаружены множественные наложения вещества бурого цвета повышенной насыщенности, на топорище, около места соединения с топором – единичные пятна бурого цвета повышенной насыщенности; на верхней и нижней трети имеются пятна аналогичного характера;

на задней части куртки Э.. были обнаружены наслоения в виде бурого вещества, а также повреждения ткани (т.1 л.д. 92-96; 97);

- заключением экспертизы вещественных доказательств, согласно выводам которой на смыве с пола в кухне, на брюках и носках ФИО1 обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от Э.. Происхождение крови от ФИО1 исключается. В остальных следах на брюках ФИО1 кровь не найдена. На носке ФИО1, на топоре обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от потерпевшего Э.., также возможно происхождение крови от ФИО1, но только в примеси, от него одного кровь произойти не могла. На кофте ФИО1 обнаружена кровь человека, что не исключает возможность происхождения крови ФИО1; происхождение крови от Э.. исключается (т. 1 л.д. 116-121);

- заключением эксперта, согласно выводам которого у трупа Э.. были обнаружены следующие телесные повреждения:

1. перелом ребер слева 4-9 по лопаточной линии с повреждением пристеночной плевры, перелом остистых отростков 4-9 грудных позвонков, темно-красные кровоизлияния в мягкие ткани спины слева. Указанные повреждения образовались от воздействия тупого твердого предмета (предметов) от не менее двух травматических воздействий в короткий промежуток времени между собой. Повреждения в своей совокупности оцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и состоят в прямой причинно -следственной связи со смертью;

2. рубленые раны головы (4), которые образовались от четырех травматических воздействий от предмета, имеющего рубящие свойства, и оцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не свыше 3-х недель (21 дня) и в прямой причинно-следственной связи со смертью не состоят;

3. тупая травма головы: ссадины (3) и раны (2) на голове; 4. ссадина на шее справа; 5. кровоподтек на правой верхней конечности, которые образовались от воздействия твердых тупых предметов (предмета) и не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека и в прямой причинно-следственной связи со смертью не состоят.

Смерть Э.. наступила от травматического пневмоторакса, развившегося в результате перелома ребер слева 4-9 по лопаточной линии с повреждением пристеночной плевры, перелома остистых отростков 4-9 грудных позвонков, кровоизлияния в мягкие ткани спины слева. Указанные повреждения причинены прижизненно, в срок не менее трех часов и не более трех суток с момента повреждения до наступления смерти. Учитывая локализацию и характер имеющихся телесных повреждений исключена возможность их образования в результате падения с высоты собственного роста. При экспертизе крови от трупа Э.. был обнаружен этиловый алкоголь 1,43 промилле, что применительно к живым лицам могло соответствовать легкой степени алкогольного опьянения (т. 1 л.д 100-106);

- заключением судебно – медицинской экспертизы, согласно выводам которой у ФИО1 имелись следующие телесные повреждения: кровоподтек и ссадина на лице, которые образовались от воздействия твердых тупых предметов (предмета) в срок около 2-3 суток до момента осмотра, возможно ДД.ММ.ГГГГ Они не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (т.1 л.д. 110-111);

- заключением судебной дактилоскопической экспертизы, согласно выводам которой след пальца руки, изъятый в ходе осмотра места происшествия оставлен указательным пальцем руки ФИО1 (т. 1 л.д. 126-130);

- заключением эксперта, согласно выводам которого на куртке Э.. имелись два рубленых повреждения, образованные однолезвийной частью топора (секача, тяпки и др.) (т. 1л.д. 135-139);

- протоколом проверки показаний подозреваемого ФИО1 на месте преступления и фототаблицей к протоколу, в ходе которой он также пояснил, что нанес три удара обухом топора потерпевшему: один удар по голове; два - три удара обухом топора по спине (задней поверхности грудной клетки). Допускает, что нанес большее количество ударов, но он этого не помнит. После этого он зашел в комнату и лег на кровать и уснул. Э.. в это время ползал по кухне и был еще жив. Через некоторое время он проснулся от того, что Э.. душил его руками за шею, он пытался вырваться, но у него не получалось, а потом Э.. вдруг сам его отпустил и вышел в кухню (т.1 л.д. 167-172, 173- 177).

Согласно выводам судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 обнаруживает психическое расстройство в форме <данные изъяты>. Однако, данный <данные изъяты> не привел до настоящего времени к формированию у ФИО1 стойких необратимых нарушений психической деятельности в виде слабоумия, а каких-либо других психических расстройств, в том числе и временных, ФИО1 во время инкриминируемого правонарушения не обнаруживал. Он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Он находился в состоянии простого алкогольного опьянения. В принудительных мерах медицинского характера ФИО1 не нуждается. К индивидуально- психологическим особенностям ФИО1 относятся тенденция к внешнеобвиняющим реакциям, стремление часть ответственности перекладывать на других, чувствительность к критическим замечаниям, эгоцентрическая обидчивость, вспыльчивость в конфликтных ситуациях. Данные особенности не оказали существенного влияния на его поведение в момент совершения преступления. В состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) он не находился (т.1 л.д. 144-146).

Указанное позволяет суду признать ФИО1 вменяемым по отношению к инкриминируемому ему преступлению.

Анализируя собранные доказательства, суд находит их допустимыми, поскольку нарушений норм УПК РФ в ходе предварительного следствия допущено не было, достоверными, взаимно дополняющими друг друга и достаточными для признания подсудимого виновным в умышленном причинении смерти Э..

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ст. 105 ч.1 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В судебном заседании установлено, что в период времени с 22 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 07 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ, в кухне дома <адрес>, между находящимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и Э.. произошла ссора, в ходе которой Э.. нанес ФИО1 удары в лицо, сдавливал руками шею, но впоследствии прекратил свои действия. У ФИО1 на почве личных неприязненных отношений возник умысел на причинение смерти Э.., для чего он принес из комнаты топор и нанес им сидевшему на лавочке Э.. не менее одного удара в область жизненно-важного органа – голову, а когда Э.. упал, нанес ему еще не менее двенадцати ударов топором в область грудной клетки, по голове, правой руке и шее, причинив последнему телесные повреждения, расценивающиеся в совокупности как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и состоящие в прямой причинно -следственной связи со смертью.

ФИО1, не отрицая, что смерть Э.. наступила в результате его действий, пояснил, что он был вынужден нанести Э.. удары, поскольку Э. начал его избивать, высказал угрозу убийством. Он воспринял угрозу реально, и, опасаясь за свою жизнь, нанес потерпевшему три удара обухом топора: один в голову, два – по спине. Допускает, что мог нанести остальные удары, но он этого не помнит. Отрицает нанесение ударов лезвием топора. Показания в качестве подозреваемого о том, что он нанес удары лезвием топора, объяснил тем, что пребывал в похмельном состоянии, поэтому помнил не все обстоятельства.

Однако, вина ФИО1 в умышленном причинении смерти Э.. установлена совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств. Доводы подсудимого суд расценивает как неубедительные, вызванные желанием избежать ответственности за совершение особо тяжкого преступления, и опровергающиеся совокупностью собранных по делу доказательств.

Как пояснил сам ФИО2 в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, когда он зашел в кухню с топором, Э.. сидел к нему спиной, в руках у того ничего не было, Э. в тот момент ему не угрожал, не пытался встать и не пытался наброситься на него. Выход из дома был свободный, он мог спокойно выйти из дома, и Э. ему путь не преграждал. Но он приблизился к Э. и нанес ему удары топором в голову и по спине.

Обстоятельства умышленного причинения смерти Э.. изложены ФИО1 и в явке с повинной, которую ФИО2 в судебном заседании подтвердил. ФИО1 пояснил, что он был обижен на Э.., находился в возбужденном состоянии, к тому же у него текла кровь, однако, согласно заключению экспертизы, в состоянии аффекта ФИО1 в момент инкриминируемого преступления не находился, а пребывал в состоянии простого алкогольного опьянения.

Довод ФИО1 о том, что удары потерпевшему он наносил обухом топора, а не лезвием, и резаные повреждения у Э.. возникли не в результате его действий, а, возможно, в результате падения Э.., опровергается показаниями самого ФИО1 в ходе предварительного расследования от ДД.ММ.ГГГГ в качестве подозреваемого (о том, что удары он наносил потерпевшему лезвием топора), и совокупностью других исследованных доказательств, в частности, заключениями экспертиз, согласно которым на куртке Э.. имелись два рубленых повреждения, образованные однолезвийной частью топора; на голове трупа Э.. были зафиксированы именно рубленые раны, и, учитывая локализацию и характер имеющихся телесных повреждений, возможность их образования в результате падения с высоты собственного роста экспертами была исключена; кровь потерпевшего была обнаружена на лезвии, а не на обухе топора.

ФИО1 пояснил, что показания в качестве подозреваемого он давал с похмелья, многое не помнил, однако, суд находит данную позицию подсудимого защитной, и признает достоверными и соответствующими фактическим обстоятельствам дела показания ФИО1 в качестве подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, как не противоречивые, последовательные и объективно подтверждающиеся совокупностью других исследованных доказательств.

Из показаний ФИО1 следует, что он нанес потерпевшему три удара, при этом, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, им не отрицалась возможность нанесения потерпевшему большего количества ударов, точное число которых ФИО1 не помнит. Как установлено в ходе судебного разбирательства, в доме, кроме ФИО1, Свидетель №2 который спал, и Э.. больше никого не было.

Смерть потерпевшего Э.. наступила в результате травматического пневмоторакса, развившегося в результате переломов ребер слева 4-9 по лопаточной линии с повреждением пристеночной плевры, переломов остистых отростков 4-9 грудных позвонков, кровоизлияния в мягкие ткани спины слева. Нанесение Э.. ударов в грудную клетку (спину) ФИО1 не отрицается.

Письменные доказательства, показания свидетелей суд признает достоверными, допустимыми, согласующимися между собой, взаимно дополняющими друг друга, совокупность которых достаточна для признания виновности ФИО1 в инкриминируемом ему деянии. Все перечисленные доказательства, как каждое в отдельности, так и в своей совокупности, согласуются между собой, прямо или косвенно указывают на совершение подсудимым инкриминируемого преступления при обстоятельствах, установленных судом.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется. Оснований для оговора подсудимого свидетелями, сведений о заинтересованности указанных лиц при даче показаний, существенных противоречий по обстоятельствам, касающимся существа обвинения, которые могут повлиять на выводы суда о виновности подсудимого, не усматривается. Каких-либо сведений о нахождении свидетелей в состоянии, при котором могли возникнуть сомнения в их способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, по делу не установлено.

Процессуальные действия проведены и закреплены в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством. Экспертизы проведены экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за заведомо-ложное заключение, имеют необходимый стаж работы и квалификацию. Противоречий в выводах экспертов на поставленные перед ними вопросы не имеется. Выводы экспертиз, оценивая их в совокупности с другими доказательствами по делу, суд находит объективными и научно-обоснованными.

Суд не находит оснований для признания действий ФИО1 в момент нанесения ударов Э. в состоянии необходимой обороны или ее превышения, поскольку он никакой реальной угрозы и опасности для жизни и здоровья ФИО1 не представлял.

В соответствии со ст. 37 УК РФ под необходимой обороной понимается защита личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

При этом по смыслу закона общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица.

Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни.

В таком случае состояние необходимой обороны возникает с того момента, когда посягающее лицо готово перейти к совершению соответствующего деяния. При этом у обороняющегося должны быть основания для вывода о том, что имеет место реальная угроза посягательства.

Как следует из показаний ФИО1, данных им в стадии предварительного расследования и в судебном заседании, в момент нанесения им Э.. ударов топором, последний не представлял для него никакой опасности, он мог свободно, то есть беспрепятственно покинуть дом, однако, как пояснил сам ФИО1, он этого не сделал, поскольку ему некуда было идти ночевать. Для себя ФИО1 оценил ситуацию таким образом, что Э. всю ночь будет его избивать.

Исходя из анализа показаний подсудимого в суде и в ходе предварительного расследования, а также выводов судебно – психиатрической экспертизы, суд приходит к выводу, что, совершая указанные выше действия в отношении Э.., ФИО1 осознавал, что его действия являются общественно опасными, что в их результате неизбежно наступит смерть потерпевшего, и желал ее наступления, то есть действовал с умыслом на убийство. Довод подсудимого об обратном, суд считает несостоятельным и расценивает как способ защиты от инкриминируемого ему деяния.

Подсудимый ФИО1 в ходе судебного разбирательства, а также предварительного расследования пояснял, что после нанесения ударов Э.., последний подходил к его кровати и пытался вновь его душить, однако не смог, и вышел из комнаты. Суд не принимает во внимание данные показания подсудимого, поскольку в ходе судебного разбирательства они не нашли своего объективного подтверждения.

Количество и локализация повреждений, неоднократное нанесение ударов опасным предметом – топором в жизненно важный орган - голову, причинение Э.. повреждений, которые являются опасными для жизни и расцениваются как тяжкий вред здоровью, свидетельствуют о том, что подсудимый ФИО1 осознавал общественно - опасный характер своих действий, со всей очевидностью предвидел возможность наступления смерти потерпевшего и желал этого. О наличии у подсудимого прямого умысла на совершение убийства говорят также его последующие осмысленные действия: отсутствие попыток в оказании помощи потерпевшему Э.., уход в другую комнату дома.

Между действиями подсудимого и смертью потерпевшего имеется прямая причинная связь. Мотивом причинения смерти Э.. послужила ссора, возникшая на почве личных неприязненных отношений.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что деяние, в совершении которого обвиняется ФИО1, имело место, и это деяние совершил именно подсудимый.

При назначении наказания в соответствии со ст. 60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного подсудимым; данные, характеризующие личность ФИО1, который не судим, в целом удовлетворительно характеризуется, а также влияние назначенного наказания на его исправление.

Судом установлено, что в момент совершения преступления ФИО1 находился в состоянии опьянения. Вместе с тем, исходя из обстоятельств совершения преступления, данных о личности подсудимого, оценки самим подсудимым своего поведения, пояснившего, что употребленный им алкоголь не повлиял на совершение преступления, он был обижен на потерпевшего, дают суду основания не учитывать в качестве обстоятельства, отягчающего ответственность ФИО1 совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку оно не оказало существенного влияния на его поведение при совершении преступления.

В качестве обстоятельств, смягчающих ответственность подсудимого ФИО1, судом учитываются его явка с повинной, состояние здоровья (<данные изъяты>), а также противоправное поведение потерпевшего.

Судом учтено, что ФИО1 совершено особо тяжкое преступление, направленное против жизни человека.

Совокупность указанных обстоятельств, дает право суду сделать вывод, что исправление ФИО1 возможно лишь в условиях его изоляции от общества, с отбыванием наказания в соответствии со ст. 58 ч.1 п. «в» УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

При назначении наказания судом учитываются положения ст. 62 УК РФ.

Исходя из обстоятельств дела, отсутствия исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и личности ФИО1, суд не находит оснований для применения к нему положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, 73 УК РФ при назначении наказания.

Не усматривает суд и оснований для назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией ст. 105 ч.1 УК РФ, учитывая при этом данные о личности подсудимого.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешается в соответствии со ст.81 УПК РФ.

В ходе предварительного расследования защиту ФИО1 осуществлял адвокат Потапов А.Г. Вознаграждение за оказание им юридической помощи ФИО1 составило 5208 руб. С учетом материального положения ФИО1 суд относит указанные процессуальные издержки за счет средств федерального бюджета.

Руководствуясь ст. 297,298, 308,309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – заключение под стражу.

Вещественные доказательства: образцы крови и желчи с трупа Э.., образец крови ФИО1, смыв вещества бурого цвета с пола в кухне, серые брюки, пара носков, серая кофта ФИО1, топор, куртка с трупа Э.., следы пальцев и ладоней рук, образцы следов ФИО1, Свидетель №2 - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в Новосибирский областной суд в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок с момента вручения ему копии приговора. Осужденный вправе, в случае подачи апелляционной жалобы, в указанный срок заявить ходатайство о своем личном участии при рассмотрении жалобы в суде апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать о его назначении.

Председательствующий О.Н. Кулинич