Постановление от 11 апреля 2019 г. по делу № А50-13214/2017

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-8806/2018-АК
г. Пермь
11 апреля 2019 года
Дело № А50-13214/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 апреля 2019 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мухаметдиновой Г.Н.,

судей Васевой Е.Е., Романова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Малютиной А.П.,

при участии:

от заявителя жалобы, кредитора ООО «Триумф» - Сергиенко Ю.А., доверенность от 09.01.2019, паспорт; Петров А.Ю., доверенность от 26.11.2018, паспорт,

от конкурсного управляющего должника – Суханова М.Г., доверенность от 18.02.2019, паспорт,

от кредитора Байсаровой Ю.А. – Проскурин Е.В., доверенность от 31.01.2018, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрев в заседании суда апелляционную жалобу кредитора ООО «Триумф»

на определение Арбитражный суд Пермского края

от 28 января 2019 года

об отказе в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов должника требований о передаче жилых помещений,

вынесенное судьей Шистеровой О.Л.

в рамках дела № А50-13214/2017

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Компаунд Живаго» (ОГРН 1145958053086, ИНН 5904645604),

третьи лица: ПАО «Уральский финансовый дом», временный управляющий ООО «Триумф» Трусов Вадим Николаевич; ООО «Оргстрой-Финанс»,



установил:

11.05.2017 Григорьева Алена Игоревна обратилась в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Компаунд Живаго» (далее – должник).

Определением суда от 13.12.2017 заявление Григорьевой Алены Игоревны признано обоснованным, в отношении ООО «Компаунд Живаго» введена процедура, применяемая в деле о несостоятельности (банкротстве), наблюдение, по правилам, применяемым к банкротству застройщиков, установленными параграфом 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), временным управляющим утверждена Жальнерюнас О.А.

Объявление о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» в установленном законом порядке 28.12.2017 № 243.

26.01.2018 через систему «Мой Арбитр» от ООО «Триумф» (далее – заявитель, кредитор) в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов о передаче жилого помещения.

Определением от 12.02.2018 данное заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в деле о банкротстве ООО «Компаунд Живаго».

Решением суда от 13.06.2018 ООО «Компаунд Живаго» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Васев А.В.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.01.2019 (резолютивная часть от 21.01.2019) в удовлетворении требований ООО «Триумф» отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «Триумф» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, принять новый, ссылаясь на обоснованность заявленного кредитором требования.

В апелляционной жалобе ее заявитель не соглашается с выводами суда о том, что кредитор не обосновал экономическую целесообразность заключения договоров участия в долевом строительстве. Отмечает, что экономической целью заключения данных договоров для ООО «Триумф» являлось финансирование в строительство многоквартирного дома; по итогам реализации совершенных сделок и окончания строительства, кредитор должен был продать квартиры, приобретенные по договорам с должником по более высокой цене, погасить кредит перед АКБ «УРАЛ ФД» и получить прибыль в виде разницы между выручкой от продажи квартир и потраченной на погашение кредита суммой; указанная схема не представляет собой ни злоупотребления, ни обхода закона, а является обычным поведением профессиональных участников гражданского оборота; приобретенные кредитором права требования использовались в хозяйственной деятельности общества, 11.06.2015 они были переданы в залог ООО «ОргСтрой-Финанс» в обеспечение исполнения обязательств по возврату займа по договору от 10.06.2015; то обстоятельство, что кредитор не извлек прибыли из совершенных сделок, не свидетельствует об их экономической нецелесообразности для целей включения в реестр и не может служить основанием к отказу во включении. Также апеллянт утверждает, что спорные требования не носят корпоративный характер. Отмечает, что наличие обстоятельств, при которых возможна переквалификация гражданско-правовых отношений в корпоративные, и, как следствие, отказ в признании требований заявителя к должнику обоснованными, не подтверждается материалами дела. Так, материалами дела установлено, что кредитор инвестировал в строительство спорного дома денежные средства, полученные в рамках кредитного договора, т.е. собственные денежные средства; движение денежных средств от банка до конечного получателя – займодавца ООО «Триумф» по реальным, не признанным недействительными сделками исключает вывод о транзитном характере перечислений, а также об искусственном документообороте; условия договоров участия в долевом строительстве, в том числе, в части стоимости жилых помещений, не противоречат рыночным; то обстоятельство, что цена переданных прав требования по договорам с независимыми участниками строительства в среднем была на 400-500 тыс. руб. ниже, не опровергает доказательства, представленные кредитором в обоснование рыночности условий в части стоимости прав требований; материалами дела не установлено сокрытие информации о заключении с кредитором договор участия в долевом строительстве, их существенных условий от иных кредиторов должника, как до совершения сделок, так и после; на протяжении 2014-2016 у должника отсутствовала кризисная финансовая ситуация, при которой была необходима докапитализация со стороны учредителей либо разработка плана выхода из финансового кризиса; сведения об убыточности должника сами по себе не свидетельствуют о наличии на момент заключения спорных договоров признаков неплатежеспособности и совершения сделок с целью докапитализации; при условии, что договоры, на которых заявитель основывает свои требования заключены 08.06.2015, а дело о банкротстве должника возбуждено 18.05.2017, утверждение о цели должника и кредитора о создании подконтрольной кредиторской задолженности для уменьшения количества голосов независимых кредиторов необоснованно.

До начала судебного разбирательства от конкурсного управляющего должника поступил письменный отзыв, согласно которому позицию апеллянта считает необоснованной, обжалуемое определение – законным.

В судебном заседании представители кредитора поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме, на отмене обжалуемого определения настаивали.

Представитель конкурсного управляющего по мотивам, изложенным в письменном отзыве, против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Представитель кредитора (Байсаровой Ю.А.) с позициями апеллянта не согласился.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, в силу ст.ст.156, 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, обращаясь с настоящим заявлением, кредитор указал на следующие обстоятельства.

08.06.2015 между ООО «Компаунд Живаго» (застройщик) и ООО «Триумф», участник долевого строительства) заключено 8 договоров участия в долевом строительстве.

В соответствии с указанными договорами должник обязался построить жилые помещения квартиры в многоквартирном жилом доме по строительному адресу: г. Пермь, ул. Уинская, 54, на земельном участке с кадастровым номером 59:01:4219244:133, общей площадью 15445,61 кв.м., расположенном по адресу: Пермский край, г. Пермь, Мотовилихинский район, южнее квартала 9198, между улиц Уинская и Подполковника Галанова (участок 32) и после получения разрешения на его ввод в эксплуатацию передать объект участнику строительства в установленный договором срок.

Кредитором обязательства по оплате стоимости договоров выполнены в полном объеме.

Возбуждение в отношении должника дела о банкротстве, послужило основанием для обращения кредитора в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требований о передаче жилых помещений в отношении 8 квартир.

Отказывая в удовлетворении требований кредитора, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно п.1 ст. 201.6 Закона о банкротстве требования о передаче жилых помещений предъявляются и рассматриваются в порядке, установленном ст.ст. 71 и 100 Закона о банкротстве (с учетом того, что дело о банкротстве должника было возбуждено до вступления в законную силу Федерального закона от 29.07.2017 № 218-ФЗ «О публично-правовой компании по защите прав граждан - участников долевого строительства при несостоятельности (банкротстве) застройщиков и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

В силу п. 1 ст. 201.4 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения в отношении застройщика, в ходе проведения наблюдения и всех последующих процедур, применяемых в деле о банкротстве застройщика, требования о передаче жилых помещений и (или) денежные требования участников строительства, за исключением требований в отношении текущих платежей, могут быть предъявлены к застройщику только в рамках дела о банкротстве застройщика с соблюдением установленного настоящим параграфом порядка предъявления требований к застройщику.

Согласно п. 1 ст. 71 Закона о банкротстве, для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что, в силу п.п. 3 - 5 ст. 71 и п.п. 3 - 5 ст. 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

В ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой в целях воспрепятствования злоупотреблению правами участниками правоотношений выработаны также следующие критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Такое распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования. Таким образом, факт аффилированности предъявившего требование кредитора и должника, хотя и не свидетельствует сам по себе о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

Более того, судебной практикой выработаны правовые подходы к требованиям взаимосвязанных лиц в делах о банкротстве в условиях особенностей применения правил параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве.

Так, когда стороны в договоре связаны между собой корпоративно и одновременно обязаны перед инвестировавшими в строительство жилого дома лицами, то во включении спорного требования аффилированного лица в реестр кредиторов застройщика может быть отказано, если это нарушило бы права указанных инвесторов (Определения Верховного Суда РФ от 24.10.2014 и от 07.11.2014 по делу № 309-ЭС14-2012).

Судом на основании материалов дела установлено, что на момент заключения спорных договоров должник и ООО «Триумф» являлись аффилированными лицами, входящими в одну группу компаний «Классик», что также следует из сведений, включенных в ЕГРЮЛ, и признается всеми участниками рассматриваемого спора.

Таким образом, не исключается наличие внутригрупповой задолженности, которая не может конкурировать с правами сторонних кредиторов, в частности, дольщиков-физических лиц, договоры которых остались неисполненными со стороны застройщика. Взаимное включение внутригрупповой задолженности не должно влечь негативных последствий для внешних кредиторов посредством включения спорной задолженности в реестр.

Апелляционный суд обращает внимание на то, что наличие аффилированности между должником и кредитором означает, что внешние по отношению к ним кредиторы стеснены в обнаружении и представлении в суд доказательств, касающихся правоотношений между аффилированными с должником лицами, что в силу ст.ст. 7-9, 65 АПК РФ оправдывает повышенный стандарт доказывания по отношению к требованиям к должнику, исходящим от заинтересованного по отношению к нему лица.

С учетом интеграции входящих в группу лиц звеньев не только через общую управленческую, ценовую, техническую, кадровую политику, наличие общей стратегии, но также через объединение финансовых ресурсов и капиталов, аффилированным кредиторам не составит труда раскрыть порядок экономического и финансового взаимодействия внутри группы, доказать размер имеющейся задолженности и опровергнуть доводы внешних кредиторов о наличии транзитного перечисления денежных средств в целях сокрытия факта частичного погашения спорных обязательств.

С учетом установления фактической аффилированности должника и кредитора в предмет доказывания по настоящему требованию входит представление суду сведений о внесении кредитором денежных средств по спорным договорам участия в долевом строительстве, заключенным между должником и кредитором.

Как видно из материалов дела, конкурсным управляющим должника и конкурсным кредитором Байсаровой Ю.А. заявлены возражения относительно включения требований заявителя в реестр требований кредиторов ввиду аффилированности указанных лиц, транзитного характера движения денежных средств между участниками группы компаний, отсутствии цели участия в долевом строительстве, наличия корпоративного характера отношений.

При исследовании данных возражений судом на основании материалов дела установлено следующее.

08.06.2015 между ООО «Триумф» (участник долевого строительства) и ООО «Компаунд «Живаго» (застройщик) было в целом заключено 18 договоров участия в долевом строительстве, по условиям которых ООО «Компаунд «Живаго» обязался передать участнику долевого строительства жилые помещения в соответствии с условиями договоров.

29.10.2015 ПАО АКБ «Урал ФД» на расчетный счет ООО «Триумф» были перечислены денежные средства в размере 50 000 000 рублей в качестве предоставления указанному обществу кредита на основании договора кредитной линии №Ю-2309-КЛВ от 28.09.2015 г. (л.д.2 т.3).

В этот же день, 29.10.2015, полученная кредитором от банка сумма в совокупном размере 50 000 000 руб. перечислена в ООО «Компаунд «Живаго» в счет оплаты по 18 вышеуказанным договорам долевого участия (л.д.28 т. 2).

В этот же день, 29.10.2015 ООО «Компаунд «Живаго» перечисляет эти же 50 000 000 руб. обратно в ООО «Триумф» с назначением платежа «Оплата по договору купли-продажи земельного участка от 01.10.2014 (фиксированная часть)».

Впоследствии, начиная с февраля 2016 года, ООО «Триумф» и ООО «Компаунд Живаго» приходят к соглашению о расторжении десяти из восемнадцати вышеуказанных договоров долевого строительства, заключенных между должником и ООО «Триумф».

Денежные средства по расторгнутым договорам частями возвращены должником на расчетный счет ООО «Триумф» в период с 22.03.2016 по 08.04.2016, что подтверждается выпиской по расчетному счету ООО «Триумф».

При этом при исследовании взаимоотношений между должником и кредитором, судом также установлены и приняты во внимание следующие обстоятельства.

Согласно выписке сведения о создании ООО «Компаунд «Живаго» внесены в ЕГРЮЛ 16.09.2014.

ООО «Триумф» создано ранее - 26.07.2006. Основным видом деятельности данного общества согласно выписке из ЕГРЮЛ является строительство жилых и нежилых зданий.

Непосредственно после создания ООО «Компаунд «Живаго», а именно, 01.10.2014, между ООО «Триумф» (продавец) и ООО «Компаунд «Живаго» (покупатель) был заключен договор купли-продажи земельного участка (л.д.120-127 т. 2), на основании которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить земельный участок с кадастровым номером 59:01:4219244:133, общей площадью 15445,61 кв.м., расположенный по адресу: Пермский край, г. Пермь, Мотовилихинский район, южнее квартала 9198, между улиц Уинская и Подполковника Галанова (участок 32).

По условиям договора цена земельного участка состоит из фиксированной и переменной части. Пунктом 2.1.1 договора установлено, что фиксированная часть цены земельного участка составляет 158 620 000. Оплата фиксированной части производится покупателем путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца, в срок не позднее 30 августа 2015 года, в следующем порядке:

38 620 000 рублей - не позднее 30 ноября 2014 года;

30 000 000,00 рублей - не позднее 30 декабря 2014 года;

30 000 000,00 рублей - не позднее 30 апреля 2015 года;

60 000 000,00 рублей - не позднее 30 августа 2015 года.

По дополнительному письменному соглашению сторон возможна оплата последней денежной суммы (60 000 000 руб.) зачетом в счет оплаты по договорам об участии в долевом строительстве по фиксированной цене, которая будет определена таким дополнительным соглашением.

Из решения Арбитражного суда Пермского края от 18.09.2015 по делу А50-11168/2015 суд усмотрел, что разрешение на строительство многоквартирного дома на указанном участке было выдано ООО «Триумф». В связи с переходом права собственности на земельный участок к должнику разрешение на строительство на данном земельном участке было переоформлено на ООО «Компаунд «Живаго». Деятельность ООО Компаунд «Живаго» была связана со строительством многоквартирного дома по адресу г.Пермь, ул.Уинская, 54,56.

При этом, в реестре требований кредиторов должника в настоящее время подавляющее большинство требований кредиторов представляют собой требования участников долевого строительства, вложивших денежные средства в строительство помещений в многоквартирном доме по адресу г.Пермь, ул.Уинская, 54,56.

Непосредственно с момента создания деятельность должника осуществлялась на заемные средства учредителя АО «Классик», что следует из выписки по расчетному счету должника (л.д. 63-83 т.6).

Впоследствии, начиная с апреля 2015 года деятельность должника осуществлялась на заемные средства, предоставляемые ООО «Триумф» (л.д. 83 – 106 т.6). Из выписки по расчетному счету усматривается, что ООО «Триумф» многократно предоставлялись должнику денежные средства с назначением платежа «оплата по договору процентного займа от 20.04.2015г.».

В материалы обособленного спора представлен договор займа, заключенный 20.04.2015 между ООО «Триумф» (займодавец) и ООО «Компаунд «Живаго», по условиям которого займодавец передает заемщику денежные средства в сумме 10 000 000 руб. Предоставление займа по условиям договора осуществляется платежными поручениями в период до 31.05.2015 Срок возврата займа – 31.12.2016.

Впоследствии, 07.08.2015, сторонами договора займа оформлено дополнительное соглашение, по условиям которого сумма займа увеличена до 20 000 000 руб., а также увеличен период, в который предоставляется заем – платежными поручениями в срок до 31.12.2015.

Кроме того, из выписки по расчетному счету следует, что заемные денежные средства, полученные должником от указанных участников группы компаний «Классик», направлялись на расчеты по текущим обязательствам должника с контрагентами, на выплату заработной платы, гашение налоговых обязательств и т.п.

Исходя их совокупности фактических обстоятельств суд правомерно констатировал, что изначально деятельность должника осуществлялась на заемные средства группы компаний «Классик», на недоступных обычным участникам рынка условиях. Должнику в момент его создания был предоставлен земельный участок для строительства дома со значительным сроком отсрочки в оплате, уступлены права на разрешительную документацию (переоформлено разрешение на строительство), регулярно предоставлялись займы на осуществление текущей деятельности, увеличивался период предоставления и суммы займа.

При этом, как верно отмечено судом, такие обстоятельства, как предоставление значительных сумм займа, продление срока предоставления займа и увеличение суммы займа, позволяют полагать отсутствие у должника возможности осуществления деятельности без источников финансирования в виде денежных вливаний от участников группы компаний «Классик».

Данные обстоятельства кредитором не опровергнуты.

В этой связи суд правомерно счел обоснованным довод конкурсного управляющего о том, что должник не имел возможности рассчитываться по собственным обязательствам, осуществлял деятельность полностью за счет финансирования со стороны аффилированных лиц АО «Классик» и ООО «Триумф».

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2) в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности, таковыми не являются (в том числе по причине того что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При представлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Вопреки утверждению апеллянта, не усматривая оснований для удовлетворения заявления ООО «Триумф» суд руководствовался тем, что к моменту перечисления суммы в размере 50 000 000 руб. (29.10.2015) истек установленный по договору о продаже земельного участка от 01.10.2014 срок оплаты (последний платеж по условиям договора – до 30 августа 2015 года).

При этом первоначально договоры долевого строительства были заключены в отношении 18 объектов долевого строительства. Впоследствии большая часть договоров была расторгнута. Расторжение произведено в феврале-марте 2016 г., то есть спустя 3-4 месяца с момента произведения оплаты по договорам долевого строительства.

Также судом учтено, что цена переданных прав требований по договорам с независимыми участниками строительства в среднем была на 400-500 тысяч рублей ниже, чем в договорах, заключенных изначально с ООО «Триумф».

Экономическая целесообразность заключения 18 договоров долевого строительства и последующего расторжения большей части из этих договоров суду не раскрыта.

Суд правомерно критически отнесся к доводу заявителя о стремлении заявителя при заключении 18 договоров долевого строительства пополнить собственные оборотные средства, поскольку, как установлено выше, заявителем изначально финансировалась деятельность должника, что, безусловно, свидетельствует об отсутствии у должника собственных ресурсов для осуществления деятельности и осведомленности заявителя об этом.

Судом также верно отмечено, что расторжение 10 из 18 договоров долевого строительства также подтверждает, что изначально при заключении договоров у сторон не было реального намерения участвовать в правоотношениях по долевому участию в строительстве объекта.

При этом из бухгалтерской отчетности должника и выписок по расчетным счетам следует, что должник не обладал собственными ресурсами для приобретения земельного участка для возведения объекта строительства.

Фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что предоставление денежных средств по договорам долевого строительства всецело было направлено на пополнение оборотных средств должника, обеспечение возможности управления кредиторской задолженностью группы компаний «Классик».

Цель заключения и исполнения указанных договоров долевого участия - пополнение оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности ООО «Компаунд Живаго». Заключение и исполнение договоров долевого участия подобным образом, с учетом фактического возврата денежных средств на счета заявителя, стало возможным благодаря групповому (корпоративному) характеру деятельности сторон. Условия сотрудничества сторон формировались по правилам, недоступным иным участникам гражданского оборота.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ, фактические обстоятельства в совокупности с представленными в дело доказательствами, а также природу отношений, сложившихся между должником и заявителем, суд пришел к верному выводу, что в данном случае имели место не гражданско-правовые отношения, а корпоративные отношения, которые в отсутствие аффилированности ООО «Триумф» и ООО «Компаунд «Живаго», входящих в одну группу компаний, вряд ли были бы возможными, в связи с чем обоснованно квалифицировал спорные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала должника по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ с признанием за прикрываемыми требованиями корпоративного статуса, фактическом финансировании заявителем указанным способом деятельности должника, который привлек для финансирования деятельности должника денежные средства банка.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4, 5), в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования.

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994(1, 2).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556 (2) в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления ООО «Триумф».

Доводы жалобы подлежат отклонению, как не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Учитывая, что заявитель в апелляционной жалобы не ссылается на доказательства и не приводит доводы, которые не были учтены и оценены судом первой инстанции, равно как и доказательства, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционный суд приходит к мнению о том, что спор рассмотрен судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем, правовых оснований для отмены принятого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 28 января 2019 года по делу № А50-13214/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


Г.Н. Мухаметдинова



Судьи


Е.Е. Васева



В.А. Романов