Постановление от 2 февраля 2025 г. по делу № А60-58931/2022

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-10940/2023(10,11)-АК

Дело №А60-58931/2022
03 февраля 2025 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 февраля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей Нилоговой Т.С., Устюговой Т.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Голдобиной Е.Ю., после перерыва – секретарем Тауафетдиновой О.Р.,

при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от заявителя жалобы - ФИО1: ФИО2, доверенность от 29.01.2024, паспорт (до и после перерыва в судебном заседании);

от заявителя жалобы - конкурсного управляющего ООО «СК «Березит» ФИО3: ФИО4, доверенность от 14.06.2024, паспорт (до перерыва в судебном заседании);

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Березит» Водолазского Сергея Николаевича и ответчика Елохиной Елены Юрьевны

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 14 октября 2024 года

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительными сделок с ФИО1 в виде снятия и перечисления денежных средств с расчётного счёта,

вынесенное в рамках дела №А60-58931/2022

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Березит» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третьи лица: 1) финансовый управляющий ФИО1 ФИО5, 2) ФИО6, 3) финансовый управляющий ФИО6 ФИО7,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.11.2022 после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления без движения, принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «НЕО Кемикал» (далее – ООО «НЕО Кемикал») о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Березит» (далее - ООО «СК «Березит», должник), должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.01.2023 заявление ООО «НЕО Кемикал» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2023 ООО «СК «Березит» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО8

Определением арбитражного суда от 12.07.2023 конкурсным управляющим ООО «СК «Березит» утвержден ФИО3, член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих».

14.11.2023 конкурсный управляющий должника ФИО3 (далее - конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором, с учетом принятого в дальнейшем в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения требований, просил признать недействительными сделки по перечислению должником в пользу ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) денежных средств в общей сумме 10 210 418,67 руб. и о применении последствий недействительности данных сделок. В качестве правового основания заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий ФИО1 ФИО5, ФИО6, финансовый управляющий ФИО6 ФИО7.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.10.2024 требование конкурсного управляющего удовлетворено частично; с ФИО1 в пользу ООО «СК «Березит» взыскано 1 210 677,43 руб. убытков. В удовлетворении требований в остальной части отказано. Этим же определением с ФИО1 в федеральный бюджет взыскана государственная пошлина в размере 8 780,56 руб.; с ООО «СК «Березит» - в размере 65 271,53 руб.

Не согласившись с вынесенным определением в части удовлетворенных требований, ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт в соответствующей части отменить, вынести новый об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает на необоснованное взыскание с него убытков в размере 275 000 руб., представляющих из себя сумму денежных средств, перечисленных должником в пользу публичного акционерного общества «МТС» (далее – ПАО «МТС»). Утверждает, что данные денежные средства были перечислены в пользу ПАО «МТС» в счет оплаты услуг мобильной связи, оказанных непосредственно должнику. Поясняет, что производственная деятельность ООО «СК «Березит» была связана с оказанием подрядных работ по муниципальным контрактам, которые, в свою очередь, были территориально разрозненны по всей Свердловской области (г.Красноуфимск, г.Ивдель, г.Сухой лог); кроме того, сам должник имел четыре филиала в г.Екатеринбурге, что также обосновывало необходимость поддержания связи со всеми работниками; подрядные работы оказывались с участием работников должника, численность которых составляла более 100 человек, таким образом, с целью предоставления услуг мобильной связи работникам должника и оперативной связи со строительными бригадами ответчиком было принято решение заключить договор с ПАО «МТС», в рамках которого на имя ООО «СК «Березит» открыт лицевой счет абонента, что однако не требовало оформление авансовых отчетов, проведение отдельных расчетов с каждым из работников, оформление акта приема-передачи сим-карт, так как можно было привязать их к лицевому счету; в качестве метода расчетов был выбран авансовый метод, при котором мобильная связь оплачивалась заранее, а после израсходования баланса на лицевом счете производилось безакцептное списание денежных средств с корпоративной карты общества по 5 000 руб.; ежемесячно на оплату услуг работникам уходило по 10 000 - 15 000 руб.; по окончании каждого месяца, ПАО «МТС» выставляло счет должнику, в котором указывалось на сумму расходования денежных средств; данную сумму должник отражал в книге покупок и отчитывался перед налоговым органом, а также платил налог на добавленную стоимость. Не соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что фактически оплаченные должником услуги мобильной связи явно не сопоставимы с расходами даже нескольких сотрудников. Указывает на отсутствие в материалах дела доказательств того, что данные услуги были оказаны не по рыночной цене. Отмечает, что в спорный период времени средняя стоимость мобильных услуг на одного человека составляла 300-500 руб., при том, что в штате ООО «СК «Березит» находилось более 100 сотрудников, следовательно, ежемесячно на оплату услуг уходило по 10 000-15 000 руб. Считает, что, с учетом многомилионных государственных контрактов, производства работ в разных городах Свердловской области (г.Красноуфимск, г.Ивдель, г.Сухой лог), сумма оплаченных должником услуг мобильной связи была сопоставима с количеством работников должника. Обращает внимание на то, что суд не может оценивать сопоставимость расходов, поскольку судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Также указывает на отсутствие в материалах дела доказательств того, что произведенные должником в пользу ПАО «МТС» платежи были совершены в личных интересах ответчика, равно как и доказательств наличия иного лицевого счета, с которого могла производиться оплата мобильной связи работникам, а также доказательств компенсации мобильной связи иными способами. Отмечает, что факт оказания ПАО «МТС» должнику услуг мобильной связи, равно как и использование данных услуг работниками должника, которые находились удаленно от места его нахождения, конкурсным управляющим не оспаривался. Помимо этого, полагает необоснованным взыскание с ответчика убытков в размере штрафа за нарушение трудового законодательства, отмечая, на момент совершения должником платежа на сумму 20 000 руб. ФИО1 не имела доступ к расчетному счету общества, так как была уволена с должности генерального директора ООО «СК «Березит». По мнению апеллянта, указанный платеж следует квалифицировать как исполнение обязательства третьим лицом в соответствие со статьей 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), следовательно, к ООО «СК «Березит» перешли права кредитора по обязательству к ФИО1, в связи с чем, надлежащим способом удовлетворения интереса должника является предъявление соответствующих требований к ответчику в деле о несостоятельности (банкротстве) последнего (№А60-26954/2023). Также полагает неправомерным привлечение ФИО1 к гражданско-правовой ответственности в виде убытков на сумму 915 677,43 руб., отмечая, что данные денежные средства были израсходованы на хозяйственные нужды должника (на приобретение горюче-смазочных материалов (далее – ГСМ), строительных и бытовых товаров), при том, что обоснованность совершения указанных расходов документально подтверждена. Так, в частности, в отношении расходов на приобретение ГСМ на общую сумму 127 682,43 руб. поясняет, что данные платежи были совершены в интересах должника с целью приобретения бензина для осуществления поездок в места осуществления ООО «СК «Березит» подрядной деятельности. Утверждает, что большая часть АЗС, на которых происходила заправка, расположена за пределами г.Екатеринбурга рядом с местом исполнения государственных контрактов, по которым ООО «СК «Березит» был исполнителем или на трассе в направлении этих мест. Так, основными местами осуществления производственной деятельности должника являлись следующие города: г.Красноуфимск (200 км от г.Екатеринбурга) - контракт от 02.12.2019 №1-ЗП/19-мз, средняя сумма затрат на бензин составляла примерно 5 000 руб.; г.Ивдель (523 км от г.Екатеринбурга) - контракт от 20.07.2018 №56610002842180000000000, средняя сумма затрат на бензин составляла 12 000 руб.; г.Сухой лог (108 км от г.Екатеринбурга) - контракт №56633006748180000100000, средняя сумма затрат на бензин составляла 1 500 руб., при этом, приемка работ в г.Красноуфимске происходила практически еженедельно и требовала личного присутствия ФИО1 Полагает, что суд первой инстанции необоснованно не учел, что удаленность объектов предполагает выезд руководства для контроля за производственной деятельностью; конкурсный управляющий в свою очередь не представил доказательства приобретения ГСМ за счет иных источников. В отношении приобретения должником строительных, бытовых и иных товаров поясняет, что ФИО1 уволилась из ООО «СК «Березит» в конце 2021 года, при этом, все приобретенное для должника имущество (микроволновая печь, адаптер, твердотельный накопитель, беспроводная мышь и др.) было оставлено после увольнения в ООО «СК «Березит»; часть совершенных должником платежей на приобретение строительных материалов и инвентаря напрямую связано с осуществляемой им своей хозяйственной деятельности, при этом, факт того, что данное имуществе не отражено в отчете конкурсного управляющего не может свидетельствовать об отсутствии этого имущества в обществе, какая-либо информация о том, что конкурсный управляющий выезжал по юридическому адресу должника и производил осмотр бытовой техники, в материалы дела представлена не была. Кроме того, считает, что при рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, фактически взыскав с ФИО1 убытки в размере 106 000 руб., требования о возмещении которых были исключены конкурсным управляющим из состава предмета иска.

С вынесенным определением также не согласился конкурсный управляющий ФИО3, который обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить в его отказной части, ссылаясь на недоказанность имеющих для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, и на неправильное применение судом норм процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на недоказанность материалами дела факта расходования ФИО1 на выплаты работникам должника именно денежных средств, обналиченных ею с корпоративной карты ООО «СК «Березит», а не каких-либо иных денежных средств. Отмечает, что в материалах дела также отсутствуют доказательства внесения ответчиком снятых через корпоративную карту должника денежных средств в кассу предприятия. Кроме того, ФИО1 не разъяснены экономические мотивы выбора способа расчетов, нарушающего требования кассовой дисциплины. Обращает внимание на отсутствие у ФИО1 четкой позиции относительно фактических обстоятельств обособленного спора, которая в ходе его рассмотрения неоднократно изменялась в соответствии с поступающей информацией. Указанное, по мнению апеллянта, свидетельствует о том, что позиция ответчика против требований конкурсного управляющего выработана искусственно, без опоры на реальные фактические обстоятельства. Полагает, что представленные в материалы обособленного спора доказательства не соответствуют критериям ясности и убедительности, не развеивают все разумные сомнения относительно осуществления выплат работникам именно за счет денежных средств, обналиченных ФИО1, при том, что, с учетом повышенного стандарта доказывания, бремя доказывания этих обстоятельств лежало на ответчике. Считает, что при рассмотрения настоящего спора суд первой инстанции применил повышенный стандарт доказывания только в части операций с корпоративной карты на приобретение товаров/работ/услуг и не применил такой же стандарт доказывания в отношении операций по снятию наличных денежных средств в сумме 8 365 900 руб. и связанных с ними комиссий в сумме 130 807 руб., в результате чего пришел к необоснованным выводам о подтвержденности позиции ФИО1

Определением арбитражного суда апелляционной инстанции от 18.12.2024 на основании части 5 статьи 158 АПК РФ судебное разбирательство по настоящему обособленному спору было отложено до 21.01.2025. Этим же определением суд обязал ФИО1 представить письменные пояснения по доводам апелляционной жалобы конкурсного управляющего; конкурсного управляющего ФИО3 - письменные пояснения в части уточнения суммы в размере 106 000 руб.

До начала судебного заседания от 21.01.2025 от ФИО1 во исполнение определения апелляционного суда от 18.12.2025 поступил отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3, согласно которому просит определение суда в обжалуемой им части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения; от конкурсного управляющего ФИО3 – письменные объяснения в порядке статьи 81 АПК РФ.

В судебном заседании представители ФИО1 и конкурсного управляющего ФИО3 доводы своих апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, на отмене определения суда в обжалуемых ими частях настаивали, против удовлетворения апелляционных жалоб друг друга возражали по мотивам, изложенным в отзывах на апелляционные жалобы друг друга.

Протокольным определением от 21.01.2025 в порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании был объявлен перерыв до 28.01.2025 до 10 час. 00 мин., в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств по делу.

В течение перерыва от конкурсного управляющего ФИО3 поступили письменные объяснения в порядке статьи 81 АПК РФ.

После перерыва судебное заседание продолжено 28.01.2025 в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» в прежнем составе суда, при участии представителя ФИО1 ФИО2 по доверенности от 29.01.2024.

В судебном заседании от 28.01.2025 представитель ФИО1 доводы своей апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене определения суда в обжалуемой части настаивал, против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО3 возразил.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции от 28.01.2025, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «СК «Березит» (должник) было зарегистрировано в качестве юридического лица соответствующим налоговым органом 23.10.2014, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись о регистрации за основным государственным регистрационным номером <***>, поставлено на налоговый учет с присвоением ИНН <***>. Основным видом деятельности общества является строительство жилых и нежилых зданий (код по ОКВЭД 41.20).

Руководителем данного общества с момента его регистрации и до 22.12.2021 являлась ФИО1, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ, приказом от 23.10.2014 №1; она же являлась единственным учредителем (участником) должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.11.2022 на основании заявления ООО «НЕО Кемикал» возбуждено настоящее дело о банкротстве ООО «СК «Березит».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.01.2023

в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8

Решением этого же суда от 22.06.2023 ООО «СК «Березит» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (определение арбитражного суда от 12.07.2023).

В ходе осуществления своей деятельности конкурсным управляющим было установлено, что в период с 25.11.2019 по 22.12.2021 с расчетного счета ООО «СК «Березит», открытого в публичном акционерном обществе Банк «Финансовая корпорация «Открытие» (далее – ПАО «ФК «Открытие»), в пользу ФИО1 были списаны, а с использованием корпоративной карты ООО «СК «Березит» Visa Business 427416*****40960, привязанной к счету №407028************62, открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк» (далее – ПАО «Сбербанк»), сняты наличные денежные средства, оплачены банковские комиссии, а также товары, работы и услуги иных лиц на общую сумму 10 210 418 руб.

Полагая, что указанные сделки по перечислению (списанию) денежных средств произведены в отсутствие равноценного встречного предоставления, ссылаясь на наличие в данном случае признаков злоупотребления правами и цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными (ничтожными) на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ и применении последствий недействительности данных сделок.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 АПК РФ арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу исходя из фактических правоотношений, определив при этом круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, а также применимые в конкретном споре правовые нормы.

Учитывая, что при обращении в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением к бывшему руководителю и участнику (учредителю) должника конкурсный управляющий не ссылался на исполнение ООО «СК «Березит» каких-либо собственных обязательств перед ФИО1, бюджетом, различными хозяйствующими субъектами, в пользу которых производились платежи; правомерность получения денежных средств иными лицами, за исключением ФИО1, то суд первой инстанции переквалифицировал заявленные требования о признании недействительными (ничтожными) на требование о взыскании с ответчика убытков, причиненных кредиторам в результате необоснованного расходования денежных средств общества (вывода активов) в период руководства и управления им ФИО1

Возражений относительно квалификации судом заявленного требования как требования о взыскании убытков от участвующих в обособленном споре лиц, включая конкурсного управляющего, не поступало.

Уточнив заявленные требования, конкурсный управляющий просил взыскать с ФИО1 в качестве последствий недействительности сделок в пользу должника денежные средства в размере 10 210 418,67 руб.

Рассмотрев требование конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО1 к ответственности в виде убытков в размере 1 210 677,43 руб., при этом, исходил из того, что при подконтрольности ООО «СК «Березит» имели место факты вывода активов должника, в том числе снятие денежных средств с расчетного счета должника в отсутствие доказательств, подтверждающих их расходование на нужды должника или их возврат на счет либо в кассу общества, что повлекло уменьшение имущественной массы общества и невозможность удовлетворения требований кредиторов. Оснований для удовлетворения требований в оставшейся части суд первой инстанции не усмотрел.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно положениям статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона №127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу абзаца 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Из пункта 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» следует, что согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель. Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Поскольку конкурсный управляющий является единоличным исполнительным органом должника, он вправе требовать возмещения убытков от имени должника и должен действовать в интересах должника (его имущественной массы).

Согласно положениям статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) единоличный исполнительный орган при исполнении своих обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием).

Аналогичные положения закреплены статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которой лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Такое лицо несет ответственность если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей. Данная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 №12771/10.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; либо до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах (пункты 3 и 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящих в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62))В пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 установлено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В соответствии с положениями пункта 8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 удовлетворение требований о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако, в случае если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в т.ч., путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда, в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления его нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) и неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков - это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий, предусмотренных законом.

Для привлечения виновного лица к ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать совокупность следующих условий: наличие и размер убытков, противоправность поведения лица, причинную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками, вину причинителя вреда.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятия вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Принимая во внимание положения статьи 65 АПК РФ, конкурсный управляющий обязан доказать факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение ФИО1

В рассматриваемом случае причинение должнику и его кредиторов ущерба конкурсный управляющий связывал, в том числе с совершением бывшим руководителем ООО «СК «Березит» ФИО1 с использованием корпоративной карты ООО «СК «Березит» Visa Business 427416*****40960, привязанной к счету №407028************62, открытому в ПАО «Сбербанк», операций по снятию наличных денежных средств на общую сумму 8 365 900 руб., а также уплаченных, в связи с этим банковских комиссий на сумму 130 807 руб.

Из материалов дела следует, что, возражая на доводы конкурсного управляющего в данной части, ФИО1 в ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции указала на то, что снятые со счета должника денежные средства были направлены на выплату заработной платы сотрудникам общества.

В подтверждение указанных обстоятельств ответчик представил в материалы дела платежные ведомости ООО «СК «Березит» за 2019-2021 года, из которых следует, что часть заработной платы ежемесячно выдавалась работникам ООО «СК «Березит» наличными денежными средствами, а также расчеты сумм налога на доходы физических лиц, исчисленных и удержанных налоговым агентом (форма 6-НДФЛ).

В силу пункта 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации гарантировано право на вознаграждение за труд.

В силу абзаца 5 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

Частью 1 статьи 129 ТК РФ установлено, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В размер оплаты труда включаются все виды выплат, в том числе и компенсационные (то есть, связанные с отклонениями от нормального использования рабочей силы - в выходные, праздничные дни и т.д.).

В соответствии со статьями 2, 22 и 136 ТК РФ выплата заработной платы является обязанностью работодателя, возникающей в результате заключения трудового договора между работником и работодателем.

Таким образом, выплата заработной платы является законодательно установленным видом расходов и не может быть отнесена к убыткам общества.

По общему правилу, предусмотренному в пункте 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете), каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Согласно пункту 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) российские организации, индивидуальные предприниматели и постоянные представительства иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 Кодекса, с учетом особенностей, предусмотренных статьей.

Пунктом 4 статьи 226 НК РФ предусмотрено, что налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

В силу пункта 1 статьи 230 НК РФ налоговые агенты ведут учет доходов, полученных от них физическими лицами в налоговом периоде, предоставленных физическим лицам налоговых вычетов, исчисленных и удержанных налогов в регистрах налогового учета.

Согласно пункту 2 статьи 230 НК РФ налоговые агенты представляют в налоговый орган по месту своего учета расчет сумм НДФЛ, исчисленных и удержанных налоговым агентом, за первый квартал, полугодие, девять месяцев - не позднее последнего дня месяца, следующего за соответствующим периодом, за год - не позднее 1 апреля года, следующего за истекшим налоговым периодом, по форме, форматам и в порядке, которые утверждены федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов (форма 6-НДФЛ).

В силу пункта 1.3 Порядка заполнения расчета по форме 6-НДФЛ, утвержденного согласно приложению №2 к приказу ФНС России от 15.10.2020 №ЕД-7-11/753@ (далее - Порядок заполнения), действующего до 01.01.2024, расчет по форме 6-НДФЛ заполняется налоговыми агентами на основании данных учета доходов, начисленных и выплаченных физическим лицам налоговым агентом, предоставленных физическим лицам налоговых вычетов, исчисленного и удержанного налога на доходы физических лиц (далее - налог), содержащихся в регистрах налогового учета.

В соответствии с пунктами 4.1 и 4.2 Порядка заполнения в разделе 2 указываются обобщенные по всем физическим лицам суммы начисленного дохода, исчисленного и удержанного налога нарастающим итогом с начала налогового периода по соответствующей налоговой ставке. Если налоговый агент выплачивал физическим лицам в течение налогового периода (отчетного периода) доходы, облагаемые по разным ставкам, раздел 2 заполняется для каждой из ставок налога.

Учитывая изложенное, в расчете по форме 6-НДФЛ налоговым агентом указываются (отражаются) суммы доходов, в том числе в виде заработной платы, которые начислены и фактически выплачены физическим лицам (получены физическими лицами) на дату представления расчета по форме 6-НДФЛ.

Оценив представленные ответчиком доказательства и пояснения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае снятие ответчиком с расчетного счета ООО «СК «Березит» денежных средств в размере 8 365 900 руб., а также уплаченных, в связи с этим банковских комиссий на сумму 130 807 руб. факт причинения убытков должнику и его кредиторам не подтверждает.

Так, выборочно изучив представленные в материалы дела документы, суд первой инстанции установил, что, например, доход одного из работников должника (ФИО9) за май 2021 года составил 17 250 руб., то есть, после удержания НДФЛ ему причиталась сумма 15 007,50 руб., при этом, согласно платежным ведомостям от 25.05.2021 и от 15.06.2021 ему было выплачено 5 000 руб. и 10 007 руб.; за июнь 2021 года этот же работник получил 5 000 руб. и 10 008 руб. соответственно.

Доход другого работника (ФИО10) за апрель 2021 года составил 29 506,73 руб., то есть после удержания НДФЛ ему причиталась сумма 25 670,85 руб., при этом, согласно платежным ведомостям от 23.04.2021 и от 28.04.2021 ему было выплачено 5 000 руб. и 20 671,73 руб. соответственно.

Из расчета по страховым взносам за 2020 год (представлен через систему «Мой Арбитр» 27.02.2024) следует, что доход работника (ФИО9) за январь составил 21 375 руб.; после удержания НДФЛ ему причиталась сумма 18 596,25 руб.; согласно платежным ведомостям от 27.01.2020 и от 10.02.2020 ему было выплачено 5 000 руб. и 13 596 руб. соответственно.

При таких обстоятельствах, учитывая, что по итогам проведенного судом первой инстанции анализа представленных в материалы дела доказательств сколь-либо существенных расхождений между суммами доходов, указанных в платежных ведомостях должника, и налоговой отчетностью должника выявлено не было; оценив доводы и возражения лиц, участвующих в деле, представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, подтверждающие пояснения ответчика, исходя из отсутствия доказательств обратного, свидетельствующих о недобросовестности либо неразумности действий бывшего руководителя общества и опровергающих приведенное ответчиком экономическое обоснование своих действий, апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности в данном случае наличия всей совокупности оснований для привлечения ФИО1 к гражданско-правовой ответственности в виде убытков на спорную сумму.

Приведенные конкурсным управляющим доводы о недоказанности материалами дела факта расходования ФИО1 на выплаты работникам должника именно денежных средств, обналиченных ею с корпоративной карты ООО «СК «Березит», а не каких-либо иных денежных средств подлежат отклонению, поскольку опровергаются представленными в материалы дела документами.

Доказательств, подтверждающих, что лица, указанные в платежных ведомостях должника за 2019-2021 года, не являются работниками общества, равно как и документов, которые могли бы свидетельствовать о том, что денежные средства были израсходованы ФИО1 в личных целях, в материалах дела отсутствуют.

В связи с изложенным в удовлетворении требований в данной части судом первой инстанции отказано правомерно.

Помимо вышеприведенного эпизода, конкурсный управляющий ссылается на необоснованное перечисление (списание) в период с 04.12.2019 по 15.01.2021 с расчетного счета должника, открытого в ПАО «ФК «Открытие», в пользу ФИО1 денежных средств в размере 420 911,49 руб. с указанием в основании (назначении) платежей: «Погашение кредита АО «Тойота Банк» за ФИО1.

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора в суде первой инстанции ответчик указывала на то, что вышеперечисленные платежи осуществлялись в счет выплаты заработной платы.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 №21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» разъяснено, что руководитель организации является ее работником, выполняющим особую трудовую функцию - совершает от имени организации действия по реализации ее прав и обязанностей, возникающих из гражданских, трудовых, налоговых и иных правоотношений, в том числе прав и обязанностей работодателя в трудовых отношениях с иными работниками организации.

В данном случае, установив, что указанные платежи осуществлялись в пользу ответчика в счет выплаты причитающейся ему заработной платы по трудовому договору от 23.10.2014; учитывая, что выбор сторонами такого способа получения части заработной платы, как частичное направление причитающихся денежных средств в счет погашения кредиторской задолженности работника, не противоречит действующему трудовому законодательству Российской Федерации; принимая во внимание, что в спорный период времени ФИО1 являлась единственным участником (учредителем) должника, в связи с чем, у нее не могло быть разногласий по вопросу размера и способа выплаты вознаграждения, исходя из отсутствия в материалах дела доказательств того, что общий размер ежемесячного вознаграждения ФИО1 существенным образом превышал разумную величину среднемесячной оплаты труда руководителя организации подобного уровня суд первой инстанции также не усмотрел оснований для привлечения ФИО1 к ответственности в виде убытков по данному эпизоду.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанным выводом суда первой инстанции, поскольку он основан на правильной оценке фактических обстоятельств. Оснований для формирования иных выводов коллегия судей не усматривает.

Конкурсный управляющий также полагает неправомерным произведенные должником перечисления на общую сумму 1 378 800,18 руб., включающие в себя расходы на оплату услуг мобильной связи в размере 276 790 руб., расходы на оплату ГСМ в размере 128 916,02 руб. и на оплату иных расходов (приобретение строительных и бытовых товаров, одежды, кофе, авиабилетов, гостиницы, а также на оплату штрафов за нарушение ответчиком трудового законодательства) в размере 994 896,55 руб.

По утверждению ФИО1, вышеперечисленные расходы производились в интересах должника, связаны с его производственной деятельностью (обслуживание транспортных средств должника, поездки на объекты строительства, приобретение соответствующих материалов и т.д.).

Изучив назначения спорных платежей, суд первой инстанции установил, что часть произведенных расходов действительно была связана с потребностями должника (расходы на выплату заработной платы сотрудникам), при этом, другая часть с очевидностью не может быть отнесена к таковым.

Так, 03.12.2019 с корпоративной карты ООО «СК «Березит» Visa Business 427416*****40960, привязанной к счету №407028************62, открытому в ПАО «Сбербанк», была оплачена покупка в мультибрендовом магазине одежды премиального качества на сумму 43 565 руб.

24.12.2019 с данной карты оплачена услуга компании гостиничного бизнеса.

08.10.2021, 12.10.2021, 28.10.2021, 01.11.2021 с карты оплачивались авиабилеты.

Согласно кассовому чеку от 18.05.2021, выданному магазином DNS, с карты была оплачена покупка твердотельного накопителя SSD M2 2280 500Gb Samsung 970 Evo, при этом из отчета конкурсного управляющего от 04.06.2024 не следует, что в конкурсную массу передавалась какая-либо компьютерная техника или комплектующие к ней (в соответствии с отчетом, кроме транспортных средств и дебиторской задолженности, какие либо материальные ценности в конкурсную массу не передавались).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях №14-П от 22.07.2002, №12-П от 19.12.2005, процедуры банкротства носят публично-правовой характер, что предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе исследования доказательств.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации также требует применять повышенный стандарт доказывания в делах о банкротстве, когда следует проверять не только форму, но и экономическое содержание и реальность совершенных должником банкротом сделок до и после введения процедуры банкротства, в том числе единоличным исполнительным органом от лица должником - банкрота.

Руководствуясь указаниями судов высшей инстанции, суд первой инстанции верно заключил, что при рассмотрении обоснованности данной категории произведенных должником платежей в отношении ФИО1 необходимо применить повышенный стандарт доказывания, в соответствии с которым следует признавать совершенными в интересах должника только те расходы, в отношении которых представлены доказательства, неоспоримо и однозначно подтверждающие их относимость к деятельности самого должника, а не иных лиц, в том числе аффилированных или контролирующих его.

В частности, в ходе рассмотрения настоящего спора какой-либо конкретной информации о том, для чего именно приобретались товары в магазинах строительных материалов и бытовой техники, салонах связи, каким образом они отражались в бухгалтерском учете должника и где сейчас находятся, со стороны ФИО1 представлено не было.

В отношении расходов на приобретение ГСМ суд первой инстанции правомерно посчитал, что представленные ФИО1 чеки на оплату не подтверждают расходование денежных средств в рамках хозяйственной деятельности должника, при том, что данные расходы относятся к материальным расходам организации при условии экономического обоснования и документального подтверждения.

В рассматриваемом случае ответчик документально не подтвердил связь произведенных им за счет должника расходов ГСМ с осуществляемой должником деятельностью; цель поездок не раскрыта и документально не зафиксирована.

Отклоняя доводы ответчика о наличии объекта, на котором ООО «СК «Березит» выполняло работы и по пути к месту нахождения которого транспорт должника осуществлял заправку топливом на соответствующей АЗС, суд первой инстанции правильно исходил из того, что, во-первых, указанное обстоятельство имеет отношение не ко всем чекам (например, ФИО1 представлены чеки с АЗС на автодороге Екатеринбург-Кольцово по адресам: <...>, и ул.Шейнкмана, 123); во-вторых, указываемое ФИО1 обстоятельство совершенно не исключает личного характера поездок; в-третьих, для признания расходов на ГСМ обоснованными необходимо знать пройденное расстояние, марку автомобиля и расход топлива, при том, что в отсутствие подобных сведений и доказательств невозможно установить соответствие приобретенного количества топлива необходимому для совершения поездки.

Относительно расходов на приобретение услуг связи, то в отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих кому именно и за какой период такие услуги оплачивались, с учетом того, что фактически оплаченные должником услуги явно не сопоставимы с расходами даже нескольких сотрудников, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об их необоснованности.

Что касается произведенных должником 10.03.2022 перечислений на общую сумму 20 000 руб., то в данном случае, с учетом обозначенного в платежах назначения - «Денежные взыскания (штрафы) за нарушение трудового законодательства. ФИО1. НДС не облагается», суд первой инстанции не усмотрел оснований возложения таковых на ООО «СК «Березит».

Доказательств иного на момент рассмотрения апелляционной жалобы ФИО1 в соответствии со статьей 65 АПК РФ представлено не было.

Изложенные в апелляционной жалобе ответчика доводы о том, что произведенные должником за нарушение ответчиком трудового законодательства платежи на сумму 20 000 руб. следует квалифицировать как исполнение обязательства третьим лицом в соответствие со статьей 313 ГК РФ, следовательно, к ООО «СК «Березит» перешли права кредитора по обязательству к ФИО1, в связи с чем, надлежащим способом удовлетворения интереса должника является предъявление соответствующих требований к ответчику в деле о несостоятельности (банкротстве) последнего (№А60-26954/2023) не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку в данном случае способ защиты прав кредиторов должника, предусмотренный как гражданским законодательством (статья 15), так и нормами специального законодательства (статья 20.4 Закона о банкротстве), реализован конкурсным управляющим и заключается во взыскании с ответчика убытков.

На основании изложенного, в данном конкретном случае применительно к рассматриваемой категории платежей суд первой инстанции правомерно посчитал документально подтвержденными расходы должника, связанные с техническим обслуживанием принадлежащих ему транспортных на общую сумму 188 122,75 руб., а именно: 28.08.2020 на сумму 58 363,50 руб., 16.12.2020 на сумму 12 819,75 руб., 26.04.2021 на сумм 23 960,75 руб., 27.05.2021 на сумму 29 695 руб., 16.08.2021 на сумму 29 323,75 руб., 24.11.2021 на сумму 33 960 руб.

Таким образом, по расчету суда первой инстанции, общая сумма платежей, в отношении которых ответчиком не представлены достаточные доказательства их совершения в интересах должника, составляет 1 210 677,43 руб. (1 378 800,18 руб. – 188 122,75 руб. + 20 000 руб.).

При этом, судом не учтены внесенные ФИО1 03.02.2020 и 22.04.2021 на расчетный счет ООО «СК «Березит» через банкоматы денежные средства в сумме 106 000 руб. по причине того, что данные платежи не могут быть сопоставлены с какими-либо расходами из состава платежей на сумму 1 378 800,18 руб.

Однако суд апелляционной инстанции не может в полной мере согласиться с данными выводами суда в силу следующего.

Так, в части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, статьях 8, 9 АПК РФ закреплено положение об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, что предполагает предоставление сторонам равных процессуальных возможностей для защиты своих прав и законных интересов. Согласно закрепленным принципам состязательности и равноправия сторон в арбитражном процессе участники судебного процесса действуют по своему собственному усмотрению, самостоятельно, а суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

При этом в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть 1 статьи 4 АПК РФ), какое исковое требование и в связи с чем предъявлять в суд (пункты 4 и 5 части 2 статьи 125 АПК РФ), к кому предъявлять иск (пункт 3 части 2 статьи 125 АПК РФ) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть 5 статьи 170 АПК РФ). Соответственно, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом, то есть исходя из предмета, основания и цены иска, заявленных в иске (пункты 4, 5, 6 части 2 статьи 125, часть 1 статьи 168 АПК РФ).

Иными словами при разрешении спора суд связан рамками предмета иска, то есть пределами материально-правового требования, заявленного истцом. Суд не может выйти за пределы исковых требований и разрешить требование, не заявляющееся истцом, даже если исковые требования меньше, чем то, на что истец вправе рассчитывать. В противном случае будет нарушен принцип состязательности арбитражного процесса, а ответчик лишится права высказать свои возражения против нового материально-правового требования (статьи 49, 65, 131 АПК РФ, часть 3 статьи 136, статья 162 АПК РФ).

Реализация права участника процесса на доступ к правосудию предполагает соблюдение установленных АПК РФ процедур (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №305-ЭС15-8891 по делу №А40-39758/2014).

Одной из таких процедур является определение истцом предмета требований, последующая реализация права по их уточнению в ходе рассмотрения дела и представлению доказательств, оценка которых производится судом в соответствии с требованиями статьи 67, 68, 71 АПК РФ.

Частью 1 статьи 49 АПК РФ предусмотрено, что истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично (часть 2 статьи 49 АПК РФ).

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет объем судебной защиты, то есть размер заявленных исковых требований. Поскольку при изменении предмета или основания иска в порядке части 1 статьи 49 АПК РФ истец изменяет свой иск, то заявленным и подлежащим рассмотрению судом должен считаться именно измененный иск.

Формируя исковые требования, а в последующем их уточняя, истец в силу статьи 9 АПК РФ несет риск совершения или несовершения указанных процессуальных действий.

Из карточки дела №А60-58931/2022, размещенной на официальном сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в сети Интернет, следует, что 14.06.2024 в 09 час.12 мин. от конкурсного управляющего ФИО3 в Арбитражный суд Свердловской области через систему подачи документов «Электронный страж» (сервис «Мой арбитр») поступило ходатайство об изменении размера требований, в мотивировочной части которого указано на то, что в связи с обоснованием ответчиком экономического смысла произведенных должником операций на сумму 20 451 руб. и 1 802,39 руб., а также в связи с внесением ФИО1 на расчетный счет должника через банкоматы денежных средств на общую сумму 106 000 руб., которые не имеют корреспондирующих им операций по снятию денежных средств, указанные платежи подлежат исключению из перечня оспариваемых, в связи с чем, сумма заявленных требований составляет 10 210 418,67 руб. (10 338 672,06 руб. – 20 451 руб. (сумма отмененных операций Газпромнефть) – 1 802,39 руб. (сумма возвратов Газпромнефть) – 106 000 руб. (сумма внесенных ответчиком наличных денежных средств) (л.д.8-9 т.8).

Данное уточнение заявленных требований принято судом первой инстанции на основании статьи 49 АПК РФ, что следует из протокола судебного заседания от 17.06.2024 (л.д.15, т.8).

Таким образом, учитывая добровольное уменьшение конкурсным управляющим размера требований с учетом суммы 106 000 руб., суд апелляционной инстанции полагает, что при рассмотрении настоящего обособленного спора суд первой инстанции по существу вышел за пределы уточненных управляющим требований, что является нарушением статьи 49 АПК РФ, согласно которой такое право предоставляется только истцу.

Доводы конкурсного управляющего о том, что, частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции не превысил общий размер заявленных требований, а также суммы требований по отдельным категориям расходов, подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм процессуального права.

С учетом изложенного, следует признать, что общая сумма платежей, в отношении которых не представлены достаточные доказательства их совершения в интересах должника, составляет 1 104 677,43 руб. (128 916,02 руб. + 276 790 руб. + 994 896,55 руб.) - 188 122,75 руб. – 106 000 руб. – 1 802,39 руб.).

Таким образом, с учетом установленных апелляционным судом выводов относительно размера убытков, обжалуемое определение суда подлежит изменению на основании пункта 4 части 1 статьи 270 АПК РФ с принятием нового судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле.

Пункта 19 статьи 333.21 НК РФ государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы для физических лиц установлена в размере 10 000 руб., для организаций - в размере 30 000 руб.

Поскольку при подаче апелляционной жалобы конкурсный управляющий ФИО3 оплатил государственную пошлину в размере 10 000 руб., в удовлетворении его апелляционной жалобы отказано, то с ООО «СК «Березит» в доход федерального бюджета необходимо довзыскать государственную пошлину в размере 20 000 руб.

При принятии апелляционной жалобы ФИО1 определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2024 ей была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины.

Поскольку жалоба ФИО1 была направлена на полный отказ в удовлетворении требований конкурсного управляющего, то по вышеуказанному мотиву расходы за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 10 000 руб. относятся судом на указанного апеллянта в порядке статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 октября 2024 года по делу № А60-58931/2022 изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции.

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Березит» убытки в размере 1 104 677,43 руб.

В остальной части в удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Березит» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 10000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.В. Саликова

Судьи

Т.С. Нилогова

Т.Н. Устюгова