Постановление от 26 октября 2025 г. по делу № А12-22543/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-976/2023

Дело № А12-22543/2022
г. Казань
27 октября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 27 октября 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Федоровой Т.Н., судей Тюриной Н.А., Бубновой Е.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания Хакимовой Э.А.,

при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции представителей:

истца – ФИО1 (доверенность от 08.11.2024 № 2),

третьего лица - публичного акционерного общества «Трансконтейнер» – ФИО2 (доверенность от 12.02.2025),

а также присутствующего в Арбитражном суде Поволжского округа представителя ответчика – ФИО3 (доверенность от 17.10.2024 № 26),

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Волгабас Волжский»

на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 04.10.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2025

по делу № А12-22543/2022

по исковому заявлению ФИО4 Компани Лимитед (регистрационный номер 91320594714112290N, адрес: КНР, г. Сучжоу, промышленный парк, ул. Сухундун 288) к обществу с ограниченной ответственностью «Волгабас Волжский» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании денежных средств,

с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - публичного акционерного общества «Трансконтейнер» (ОГРН <***>, ИНН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Рейл Карго Логистикс - Рус» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Южному федеральному округу (ОГРН <***>, ИНН <***>), Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), Прокуратуры Волгоградской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Мэйджор Карго Сервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>), общества с ограниченной ответственностью «ДЛТК» (ОГРН <***>, ИНН <***>), акционерного общества «Таском» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

Компания «Higer Bus Company Limited» (ФИО4 Компани Лимитед, Китайская Народная Республика, город Сучжоу (далее - Компания, истец) обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Волгабас Волжский» (Российская Федерация, Волгоградская область, г. Волжский, (далее - ООО «Волгабас Волжский», Общество, ответчик) о взыскании задолженности по контракту HBCL-VV 7/2018 от 07.07.2018 в размере 2 207 058 долларов США, процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) (убытков от потери возможности использования

денежных средств), и возмещении расходов по оплате государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 26.08.2022 исковое заявление было возращено истцу со ссылкой на пункты 10.1, 10.2 контракта с указанием на неподсудность дела Арбитражному суду Волгоградской области.

Как указал суд первой инстанции, сторонами достигнуто соглашение об изменении подсудности, установленной статьями 35 и 36 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), на договорную подсудность, установленную статьей 37 АПК РФ, что в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 129 АПК РФ влечет возврат искового заявления истцу.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 14.03.2023, определение Арбитражного суда Волгоградской области от 26.08.2022 отменено, дело направлено на рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области.

При этом апелляционный суд исходил из того, что согласно регламенту Лондонского Международного Третейского суда (Лондонского международного арбитражного суда) данный суд является третейским, и установленная пунктом 10.2 контракта № HBCL-VV 7/2018 от 07.07.2018 договоренность об обращении в Лондонский международный арбитражный суд не является соглашением о договорной подсудности в смысле статьи 37 АПК РФ, а является третейской оговоркой (арбитражным соглашением).

Заключение сторонами соглашения о передаче возникшего между ними спора на рассмотрение третейского суда не является договорной подсудностью, предусмотренной статьей 37 АПК РФ, и арбитражная оговорка в качестве основания для возвращения искового заявления названной нормой процессуального права не предусмотрена.

При этом судебная коллегия с учетом всей совокупности обстоятельств дела установила наличие тесной связи спорного правоотношения с территорией Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 23.01.2023 исковое заявление принято к производству.

В ходе рассмотрения дела к участию в нем в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены публичное акционерное общество «Трансконтейнер» (далее – ПАО «Трансконтейнер»), общество с ограниченной ответственностью «Рейл Карго Логистикс - Рус» (далее – ООО «Рейл Карго Логистикс - Рус»), Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Южному федеральному округу (далее – МРУ Росфинмониторинга по ЮФО), Управление Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (далее – УФНС по Волгоградской области), общество с ограниченной ответственностью «Мэйджор Карго Сервис» (далее – ООО «Мэйджор Карго Сервис»), общество с ограниченной ответственностью «ДЛТК» (далее – ООО «ДЛТК»), акционерное общество «Таском» (далее – АО «Таском»).

Кроме того, Арбитражным судом Волгоградской области в порядке статьи 51 АПК РФ удовлетворено ходатайство Прокуратуры Волгоградской области о вступлении в дело в качестве лица, участвующего в деле.

ФИО4 Компани Лимитед в порядке статьи 49 АПК РФ уточнило исковые требования, просило взыскать с ООО «Волгабас Волжский» задолженность по контракту HBCL-VV 7/2018 от 07.07.2018 в размере 2 207 058 долларов США, убытки от потери возможности использования средств в размере 493 159,78 долларов США, 50% от убытков от потери возможности использования средств в размере 246 579,89 долларов США, а также возместить расходы по оплате государственной пошлины в размере 200 000 руб.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 04.10.2024, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного

апелляционного суда от 06.06.2025, исковые требования удовлетворены частично, с ООО «Волгабас Волжский» в пользу ФИО4 Компани Лимитед взысканы задолженность по контракту HBCL-VV 7/2018 от 07.07.2018 в размере 2 207 058 условных единиц (доллары США), убытки от потери возможности использования средств в размере 493 159,78 условных единиц (доллары США), всего в сумме 2 700 217,78 условных единиц (доллары США) в рублевом эквиваленте по курсу Банка России на дату платежа, а также 183 265 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО «Волгабас Волжский» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в связи с несоответствием выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела и неправильным применением ими норм права и оставить исковое заявление без рассмотрения.

Заявитель жалобы, также представив дополнения и пояснения, ссылается на необходимость разрешения спора в соответствии с условиями договора в Международном Коммерческом Арбитражном суде (Лондон), препятствий для чего, по его мнению, не имеется.

Указывает на неподтверждение процессуальной правоспособности стороны истца, на отсутствие у данной стороны уполномоченного представителя, а также на рассмотрение спора без надлежащего извещения истца, без привлечения к участию в деле страховой компании (что, по мнению заявителя, являлось обязательным), а также на неправомерный отказ суда апелляционной инстанции в приобщении дополнительных доказательств.

Отрицает верность выводов судов о применении к отношениям сторон, вытекающим из контракта, материального права Китайской Народной Республики (КНР).

Полагает, что ответчику было необоснованно отказано в

удовлетворении ходатайства о проведении судебной экспертизы относительно содержания права КНР и других вопросов.

Также ссылается на допущенные поставщиком нарушения прав покупателя как на этапе отгрузки и формировании контейнерных партий комплектов, так и при прибытии товара.

Указывает, что покупатель (ответчик) выявил некомплектность и недостатки по всем 150 CKD-комплектам шасси, о чем составил рекламационные акты в порядке, предусмотренном пунктом 7.2 контракта. Акты были переданы представителю ФИО4 Компани Лимитед и работнику последнего - ФИО5 (ФИО6) для принятия мер по доукомплектованию, устранению недостатков товара, что, однако, сделано не было. Считает, что при сложившихся обстоятельствах покупатель вправе отказаться от оплаты товаров ненадлежащего качества и некомплектных товаров.

Подробнее доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и дополнении к ней.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО4 Компани Лимитед просило оставить решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании суда кассационной инстанции 09.09.2025, проведенном посредством системы веб-конференции, в присутствии представителей ответчика, поддержавших доводы, изложенные в кассационной жалобе, а также представителей истца и третьего лица- ПАО «Трансконтейнер», возражавших против ее удовлетворения, судебное разбирательство по делу в порядке статьи 158 АПКРФ отложено на 16.10.2025 на 13 часов 40 минут.

В судебном заседании суда кассационной инстанции 16.10.2025, проведенном посредством системы веб-конференции, присутствующий в Арбитражном суде Поволжского округа представитель ООО «Волгабас Волжский» заявил об отложении судебного разбирательства по делу,

сославшись на необходимость представления ему времени на ознакомление с дополнительным отзывом истца на кассационную жалобу, для составления и подачи отзыва на данный отзыв, а также для представления им в суд дополнительных документов в подтверждение доводов кассационной жалобы.

Согласно части 4 статьи 158 АПК РФ суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине. Арбитражный суд также может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса (часть 5 статьи 158 АПК РФ).

Заявленное ходатайство рассмотрено судом округа и отклонено, поскольку правовые основания для его удовлетворения отсутствуют.

Так, к отзыву на кассационную жалобу истцом приложены доказательства его отправки в адрес ответчика, что соответствует абзацу 2 пункта 1 статьи 279 АПК РФ.

Ранее подробно изложенные доводы сторон были предметом исследования судов; представление отзыва на отзыв не является необходимым.

Препятствий к рассмотрению кассационной жалобы суд округа не усматривает.

В ходе рассмотрения кассационной жалобы по существу представители лиц, участвующих в деле, поддержали ранее изложенные позиции.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Поволжского округа, представителей в суд не направили, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы с дополнением к ней и отзывов на нее, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судами, подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами, 07.07.2018 между ФИО4 Компани Лимитед (продавец) и ООО «Волгабас Волжский» (покупатель) был заключен контракт № HBCL-VV 7/2018, согласно условиям которого стороны установили прямые долгосрочные отношения по поставке продукции - CKD - комплектов шасси транспортных средств различной модификации.

В силу пунктов 1.1., 3.1. контракта продавец обязался поставить, а покупатель - принять и оплатить следующую продукцию:

- CKD-комплекты шасси транспортных средств, оснащенные газовыми двигателями и автоматическими коробками передач, в количестве 100 штук по цене 38 500 долларов США за штуку;

- CKD-комплекты шасси транспортных средств, оснащенные газовыми двигателями и механическими коробками передач, в количестве 50 штук по цене 28 000 долларов США за штуку;

- CKD-комплекты шасси транспортных средств, оснащенные дизельными двигателями и механическими коробками передач, в количестве 50 штук по цене 28 000 долларов США за штуку.

В пункте 3.1. сторонами согласовано применение базиса поставки FCA (г. Сучжоу Китай) ИНКОТЕРМС 2010 года.

Под базисом поставки FCA - «Free Carrier/Франко перевозчик» понимаются условия поставки, при которых продавец осуществляет передачу товара перевозчику или иному лицу, номинированному покупателем, в своих помещениях или в ином обусловленном месте, а также осуществляет выполнение экспортной таможенной очистки с оплатой экспортных пошлин и других соответствующих платежей, и расходов (продавец передает товар, прошедший экспортную таможенную очистку, перевозчику, назначенному

покупателем, в указанном месте поставки, при этом продавец может выполнять погрузку товара на транспортное средство, если это происходит в его помещениях, а покупатель берет на себя основные расходы по транспортировке).

Пунктом 4.1. контракта предусмотрено, что оплата производится в долларах США.

В пункте 4.2. контракта сторонами согласован порядок расчетов по договору, в соответствии с которым предварительная оплата первой партии закупаемых комплектов в размере 20% их стоимости производится не позднее чем через 30 календарных дней от даты подписания контракта.

Оплата комплектов, закупаемых в порядке, определенном настоящим договором, производится покупателем путем перечисления 20% стоимости каждой отгружаемой партии комплектов.

Оставшиеся 80% стоимости каждой партии отгруженных продавцом в адрес покупателя комплектов перечисляются покупателем на банковский счет продавца через 180 календарных дней с момента отгрузки каждой партии предварительно оплаченных в размере 20% комплектов.

В силу пункта 4.5. контракта покупатель осуществляет доставку товара на территорию Российской Федерации в течение 60 календарных дней с момента отгрузки товара.

Пунктом 5.1. контракта предусмотрен следующий порядок оплаты поставки партии комплектов:

- оснащенных газовыми двигателями и автоматическим коробками передач в количестве 100 единиц - в течение 95 календарных дней с момента получения продавцом 20% предоплаты от покупателя;

- оснащенных газовыми двигателями и механическими коробками передач в количестве 50 единиц - в течение 40 календарных дней с момента получения продавцом 20% предоплаты от покупателя;

- дизельными двигателями и механическими коробками передач в количестве 100 единиц производится в течение 40 календарных дней с момента получения продавцом 20% предоплаты от покупателя.

Согласно пункту 5.2. контракта отгрузка и формирование контейнерных партий комплектов осуществляется сторонами в присутствии на складе продавца (г. Сучжоу, КНР) представителя покупателя с условием обязательного подписания акта приемки-передачи комплектов по количеству в месте отгрузки.

В пункте 7. 1 договора предусмотрена обязанность покупателя произвести приемку комплектов в месте назначения в срок не позднее 25 рабочих дней с момента их получения покупателем в месте его нахождения.

В случае, если продукция повреждена или имеет дефекты, представитель со стороны покупателя составляет соответствующий акт, который отправляется продавцу для принятия решения.

Соглашением № 1 от 22.08.2018 к контракту внесены изменения в предмет договора поставки, пункт 1.1 контракта изложен в следующей редакции: стороны устанавливают прямые долгосрочные отношения по поставке продукции:

- CKD-комплекты шасси транспортных средств, оснащенные газовыми двигателями и автоматическими коробками передач, в количестве 50 штук,

- CKD-комплекты шасси транспортных средств, оснащенные газовыми двигателями и механическими коробками передач, в количестве 100 штук,

- CKD-комплекты шасси транспортных средств, оснащенные дизельными двигателями и механическими коробками передач, в количестве 50 штук.

Соглашением № 2 от 09.10.2018 определен порядок отгрузки CKD- комплектов шасси транспортных средств, оснащенных газовыми двигателями и автоматическими коробками передач, а именно: отгружаемая партия – 50 комплектов стоимость единицы комплекта – 38 500 долларов США, стоимость отгружаемой партии комплектов 1 925 000 долларов США, срок отгрузки партии – 20.10.2018.

Дополнительным соглашением № 3 от 11.12.2020 определено продлить срок исполнения обязательств по контракту до 31.12.2022, после истечения которого контракт автоматически теряет свою силу. Указано, что все

обязательства, которые должны быть выполнены сторонами в обязательном порядке, должны сохраняться в полной силе до их выполнения сторонами.

ФИО4 Компани Лимитед в исковом заявлении ссылалось на то, что осуществило поставку товара, предусмотренного контрактом, отгрузив товар в следующем объеме:

- 50 единиц шасси транспортных средств в виде CKD для производства автобуса, оснащенного газовыми двигателями и механическими коробками передач, на общую сумму 1 400 000 долларов США;

- 50 единиц шасси транспортных средств в виде CKD для производства автобуса, оснащенного газовыми двигателями и автоматическими коробками передач, на общую сумму 1 400 000 долларов США;

- 50 единиц шасси транспортных средств в виде CKD для производства автобуса, оснащенного дизельными двигателями и механическими коробками передач, на общую сумму 1 925 000 долларов США.

В отношении поставленного товара истцом ответчику были выставлены три генеральных инвойса, в том числе:

- RU 2018039 от 13.09.2018 на сумму 1 400 000 долларов США в отношении комплектов шасси транспортных средств, оснащенных газовыми двигателями и автоматическими коробками передач;

- RU 2018070 от 09.10.2018 на сумму 1 400 000 долларов США в отношении комплектов шасси транспортных средств, оснащенных газовыми двигателями и механическими коробками передач;

- RU 2018041 от 26.10.2018 на сумму 1 925 000 долларов США в отношении шасси транспортных средств, оснащенных дизельными двигателями и механическими коробками передач соответственно.

Дальнейшая отгрузка была прекращена в связи с неоплатой товара.

Обязательства по оплате поставленного покупателю товара исполнены частично.

Согласно электронным выпискам интернет-банкинга Торгово-промышленного банка Китая ООО «Волгабас Волжский» произведены следующие платежи:

- 23.07.2018 – 385 000 и 280 000 долларов США; - 31.08.2018 – 280 000 долларов США; - 15.05.2019 – 275 200 долларов США; - 14.06.2019 – 153 492 долларов США; - 24.06.2019 – 691 293 долларов США; - 31.07.2019 – 78 186 долларов США; - 22.08.2019 – 374 756 долларов США.

Сумма задолженности составила 2 207 058 долларов США, неисполнение требования о погашении которой послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском с поступившими впоследствии уточнениями.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ООО «Волгабас Волжский» указывало, что компанией в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих факт поставки продукции по спорному контракту на заявленную в иске сумму, впоследствии ссылалось на недопоставку и некомплектность поставленного товара.

Разрешая исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций, определив подлежащими применению нормы материального права Китайской Народной Республики, признав доказанным факт поставки продукции по спорному контракту на заявленную в иске сумму, отклонив заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд, взыскали с ответчика в пользу истца долг за поставленный товар в сумме 2 207 058 условных единиц (доллары США) и убытков от потери возможности использования средств в размере 493 159,78 условных единиц (доллары США) в рублевом эквиваленте по курсу Банка России на дату платежа, распределили судебные расходы; отказали в удовлетворении иска в остальной части.

Судебная коллегия суда округа по доводам кассационной жалобы относительно процессуального решения по вопросам определения подсудности спора, обоснованности принятия иска к производству и его

рассмотрения по существу судом на территории Российской Федерации приходит к следующим выводам.

Действительно, в пункте 10.1 контракта указано, что все споры и разногласия, которые могут возникнуть из настоящего договора или в связи с ним, стороны будут решать по взаимному согласию.

Согласно пункту 10.2 контракта, в случае, если сторонам не удается добиться какого-либо консенсуса, с тем, чтобы разрешить спор, они должны обратиться в Лондонский международный арбитражный суд в Лондоне, который принимает окончательное решение. Стороны соглашаются с тем, чтобы использовать правила Международного Коммерческого арбитражного суда в Лондоне. Местом заседания арбитражного суда является город Лондон. Языком разбирательства является английский язык.

Положениями статьи 1, части 1 статьи 27 и 247 АПК РФ предусмотрено, что арбитражными судами в Российской Федерации рассматриваются дела по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом.

Федеральным законом от 08.06.2020 № 171-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации в целях защиты прав физических и юридических лиц в связи с мерами ограничительного характера, введенными иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза» процессуальный закон дополнен статьями 248.1 и 248.2, устанавливающими исключительную компетенцию арбитражных судов в Российской Федерации по спорам с участием лиц, в отношении которых введены меры ограничительного характера, а также допускающими применение арбитражным судом антиисковых запретов - запрета инициировать или продолжать разбирательство по спорам с участием лиц, в отношении которых введены меры ограничительного характера.

Цель принятия указанного федерального закона, как следует из пояснительной записки к его проекту, заключается в установлении гарантий обеспечения прав и законных интересов отдельных категорий граждан Российской Федерации и российских юридических лиц, в отношении которых недружественными иностранными государствами были введены меры ограничительного характера, поскольку подобные меры фактически лишают их возможности защищать свои права в судах иностранных государств, международных организациях или третейских судах, находящихся за пределами территории Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 248.1 АПК РФ если иное не установлено международным договором Российской Федерации или соглашением сторон, в соответствии с которыми рассмотрение споров с их участием отнесено к компетенции иностранных судов, международных коммерческих арбитражей, находящихся за пределами территории Российской Федерации, к исключительной компетенции арбитражных судов в Российской Федерации относятся дела:

1) по спорам с участием лиц, в отношении которых применяются меры ограничительного характера иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза;

2) по спорам одного российского или иностранного лица с другим российским или иностранным лицом, если основанием для таких споров являются ограничительные меры, введенные иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза в отношении граждан Российской Федерации и российских юридических лиц.

В части 2 указанной нормы содержатся указания на то, что в целях настоящей главы к лицам, в отношении которых иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным

(межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза применяются меры ограничительного характера, относятся:

1) граждане Российской Федерации, российские юридические лица, в отношении которых иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза применяются меры ограничительного характера;

2) иностранные юридические лица, в отношении которых иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза применяются меры ограничительного характера и основанием для применения таких мер являются ограничительные меры, введенные иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза в отношении граждан Российской Федерации и российских юридических лиц.

Лица, указанные в части 2 настоящей статьи, вправе:

1) обратиться за разрешением спора в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту своего нахождения или месту жительства при условии, что в производстве иностранного суда или международного коммерческого арбитража, находящихся за пределами территории Российской Федерации, отсутствует спор между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям;

2) обратиться в порядке, предусмотренном статьей 248.2 настоящего Кодекса, с заявлением о запрете инициировать или продолжать разбирательство в иностранном суде, международном коммерческом арбитраже, находящихся за пределами территории Российской Федерации (часть 3 статьи).

Согласно части 4 той же статьи ее положения применяются также в случае, если соглашение сторон, в соответствии с которым рассмотрение споров с их участием отнесено к компетенции иностранного суда и международного коммерческого арбитража, находящихся за пределами территории Российской Федерации, неисполнимо по причине применения в отношении одного из лиц, участвующих в споре, мер ограничительного характера иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза, создающих такому лицу препятствия в доступе к правосудию.

Из системного толкования приведенных правовых норм следует, что положения статей 248.1, 248.2 АПК РФ введены в процессуальное законодательство в целях обеспечения конституционного права российских физических и юридических лиц на судебную защиту в тех случаях, когда восстановление нарушенных прав в иностранной юрисдикции оказывается невозможным или становится в значительной мере затруднительным.

По смыслу данных норм экономический спор подлежит рассмотрению арбитражным судом Российской Федерации, несмотря на наличие между сторонами соглашения, предусматривающего рассмотрение споров в международном коммерческом арбитраже, в частности, в тех случаях, когда юридический факт введения ограничительных мер в отношении граждан Российской Федерации и российских юридических лиц является непосредственной причиной возникновения спора (пункт 1 части 3 статьи 248.1 АПК РФ) и (или) арбитражное соглашение более не может быть исполнено в соответствии с тем волеизъявлением, которое стороны сделали в момент его заключения, вследствие возникновения очевидных препятствий в доступе к правосудию для одной из сторон (часть 4 статьи 248.1 АПК РФ, абзац пятый пункта 16 и пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 № 53 «О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража»).

Следовательно, при возникновении спора о наличии компетенции российского арбитражного суда необходимо установить, возник ли спор в связи с введением мер ограничительного характера иностранным государством или союзом государств, имеются ли для одной из сторон препятствия в доступе к правосудию.

В том случае, если причиной возникновения спора стало введение ограничительных мер со стороны государства, в котором планировалось его рассмотрение, то не может не вызывать обоснованных сомнений беспристрастность арбитров (судей) в правовой оценке основания спорного правоотношения. Заведомая констатация законности (правомерности) введения ограничительных мер может сказаться на разрешении спора по существу, что не соответствует критериям независимости, беспристрастности суда, а также принципам равноправия сторон и состязательности процесса.

В свою очередь, препятствия для стороны в доступе к правосудию могут создаваться не только абсолютной невозможностью восстановления нарушенных прав в судебном порядке, но и обременительностью для нее разрешения спора в том порядке и на тех условиях, которые были первоначально согласованы.

Неразумные с точки зрения финансовых, временных, репутационных и иных затрат условия, которые лицо должно выполнить для инициирования, продолжения или завершения разбирательства, противоречат самой сути конституционного права на судебную защиту и ставят лицо в заведомо неблагоприятное положение.

В связи с этим в качестве препятствий в доступе к правосудию могут рассматриваться различные обстоятельства, которые в своей совокупности создают значительные затруднения для защиты нарушенного права, в том числе затруднительность оплаты арбитражного сбора или государственной пошлины за рассмотрение спора, отсутствие финансовой или иной фактической возможности привлечения иностранного процессуального представителя, ограничение для физического присутствия в месте

рассмотрения спора вследствие затруднительности пересечения государственной границы и т.п.

Препятствие для стороны в доступе к правосудию имеет место не только в том случае, если лицо не имеет абсолютно никакой фактической возможности по ведению арбитражного разбирательства, но и тогда, когда условия, необходимые для рассмотрения спора, изменились существенным и непредвидимым образом.

В настоящее время возможность разрешения спора в Лондонском международном арбитражном суде (LCIA) имеет скорее гипотетический характер, поскольку возросшие с момента заключения арбитражной оговорки издержки на привлечение процессуальных представителей (недоступность некоторых юридических фирм вследствие произвольных отказов от сотрудничества, увеличение цены за оказание подобного рода услуг), пересечение государственной границы (необходимость использования транзита через третьи страны, трудности в получении виз и разрешений на въезд в иностранные «недружественные» государства), оплату арбитражного сбора очевидно затрудняют реализацию права на судебную защиту.

Данная позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.11.2024 № 305-ЭС24-13398.

Исходя из вышеприведенных положений, принимая во внимание разъяснения и имеющиеся правовые позиции, применительно к обстоятельствам по настоящему делу с оговоренными в заключенном сторонами договоре условиями о рассмотрении спора Лондонским международным арбитражным судом, однако, с учетом введения иностранными государствами ограничительных мер (запрет въезда на территорию Европейского Союза, Великобритании, запрет перевода денежных средств, запрет на прием/получение денежных средств от российских граждан и организаций иностранными представителями и пр.), суд округа поддерживает выводы судов о том, что в отношении сторон рассматриваемого спора, в независимости от того, что российское

юридическое лицо является ответчиком, а не истцом по делу, исполнение соглашения представляет собой препятствие в доступе к разрешению спора.

Как верно указано в обжалуемых судебных актах, в рассматриваемом случае то обстоятельство, что российское юридическое лицо является не истцом, а ответчиком по иску иностранного юридического лица, не исключает применение положений части 4 статьи 248.1 АПК РФ и приведенные выше правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации, поскольку данная норма процессуального права не ограничена применением по процессуальному статусу лица, участвующего в деле.

Также, суды правильно учли, что как указал Верховный Суд Российской Федерации в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации Российской Федерации от 27.06.2017 № 23, участие иностранного лица в судебном разбирательстве и отсутствие возражений с его стороны в отношении компетенции арбитражного суда Российской Федерации до первого заявления по существу спора подтверждают его волю на рассмотрение спора указанным судом и влекут за собой утрату права ссылаться на отсутствие компетенции у данного суда (правило утраты права на возражение) (часть 5 статьи 3 АПК РФ).

Изложенная в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2021 № 307-ЭС21-6955(1-3) позиция о применении положений статьи 248.1 АПК РФ только при наличии персональных санкций, направленных против конкретного лица, была сформулирована в 2021 году - до введения в отношении Российской Федерации массовых санкций как персонального характера (в отношении физических и юридических лиц), так и общего плана, устанавливающих ограничения для неопределенного круга лиц, и актуализируется исходя из существующего в настоящее время положения.

Довод ответчика о том, что доступ к правосудию в случае оставления искового заявления без рассмотрения не будет ограничен, не может быть принят, поскольку при наличии факта введения ограничительных мер, с учетом выше приведенных разъяснений, отдельное доказывание затруднения

в правосудии в иностранном государстве не требуется (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 21.09.2021 № 309-ЭС21-6955, от 28.11.2024 № 305-ЭС24-13398).

При этом ответчиком не были представлены надлежащие доказательства и сведения в подтверждение возможности обеспечения со своей стороны производства по делу в случае инициирования спора в указанном им суде.

Ссылки заявителя кассационной жалобы, настаивающего на применении арбитражной оговорки, на то, что он добровольно принимает на себя все риски и последствия разрешения спора в Лондоне (Великобритания), не могут повлечь отмену обжалуемых судебных актов, так как процессуальное решение судов первой и апелляционной инстанций об отказе в удовлетворении заявления об оставлении иска без рассмотрения верно основывалось не на субъективной позиции данной стороны спора, а на необходимости соблюдения принципов доступа к правосудию и обеспечения реализации права на судебную защиту в объективно сложившейся международной ситуации.

Учитывая совокупность приведенных обстоятельств, тщательно проанализированных судами первой и апелляционной инстанций, у них не имелось оснований полагать, что указанные доводы ответчика и приводимые им аргументы действительно направлены на рассмотрение спора компетентным судом, а не против рассмотрения и разрешения спора как такового, что противоречило бы целям правосудия.

Более того, следует отметить, что данный процессуальный вопрос ранее уже являлся предметом рассмотрения судами и нашел свое отражение в постановлении Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2023, а также постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 14.03.2023 по рассматриваемому делу, которое не было обжаловано в суд вышестоящей инстанции, и в соответствии с которым состоялось настоящее производство.

При таком положении соответствующие доводы заявителя кассационной жалобы, настаивающего на оставлении иска без рассмотрения, признаются правомерно отклоненными и также отклоняются судом округа, в том числе ввиду неисполнимости третейской оговорки.

Также не могут быть признаны состоятельными и доводы кассационной жалобы о сомнениях в процессуальной правоспособности стороны истца и надлежащем представительстве данной стороны спора.

Так, требования к форме и содержанию искового заявления определены в статье 125 АПК РФ. Перечень документов, подлежащих приложению к исковому заявлению, определен статьей 126 АПК РФ.

В соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 126 АПК РФ к исковому заявлению прилагаются выписка из единого государственного реестра юридических лиц или единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей с указанием сведений о месте нахождения или месте жительства истца и ответчика и (или) приобретении физическим лицом статуса индивидуального предпринимателя либо прекращении физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя или иной документ, подтверждающий указанные сведения или отсутствие таковых.

Согласно пункту 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее - Постановление Пленума № 23) из взаимосвязанных положений пункта 9 части 1 статьи 126, части 1 статьи 253, части 3 статьи 254 АПК РФ следует, что в случае, когда истцом или ответчиком является иностранное лицо, к исковому заявлению прилагается документ, подтверждающий нахождение лица под юрисдикцией иностранного государства, его организационно-правовую форму, правоспособность и содержащий сведения о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятие гражданских обязанностей. Такой документ определяется на основании

личного закона иностранного лица (например, выписка из торгового реестра страны происхождения).

Вместе с тем надлежит учитывать, что приведенные нормы процессуального права (статьи 125, 126 АПК РФ) и разъяснения подлежат применению не дифференцированно, а в совокупности и взаимной связи с иными положениями процессуального законодательства и правовыми подходами, выработанными высшей судебной инстанцией.

В силу части 1 статьи 253 АПК РФ дела с участием иностранных лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам настоящего Кодекса с особенностями, предусмотренными настоящей главой, если международным договором Российской Федерации не предусмотрено иное. Согласно части 3 статьи 254 АПК РФ иностранные лица, участвующие в деле, должны представить в арбитражный суд доказательства, подтверждающие их юридический статус и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности. В случае непредставления таких доказательств арбитражный суд вправе истребовать их по своей инициативе.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 19 Постановления Пленума № 23, арбитражный суд принимает меры к установлению юридического статуса участвующих в деле иностранных лиц и их права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 254 АПК РФ).

Для применения положений раздела V АПК РФ под юридическим статусом иностранного лица, участвующего в деле, следует понимать объем правоспособности и дееспособности иностранного лица, который определяется по его личному закону.

Юридический статус иностранной организации определяется по праву страны, где учреждено юридическое лицо, организация, не являющаяся юридическим лицом по иностранному праву, если иное не предусмотрено нормами федерального закона (статьи 1202, 1203 ГК РФ).

Установление юридического статуса и наличия права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности

участника процесса, а также полномочий его представителя обусловлено необходимостью установления правоспособности и дееспособности соответствующего субъекта на основании норм материального права.

Юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из официального торгового реестра страны происхождения.

Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, регистрации, основного места осуществления предпринимательской деятельности, гражданства или места жительства иностранного лица.

При установлении юридического статуса иностранного лица суд может также принимать во внимание открытую информацию в сети «Интернет», размещенную на официальных сайтах уполномоченных иностранных органов по регистрации юридических лиц и содержащую сведения о регистрации юридических лиц.

Аналогичные разъяснения приведены в пункте 28 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.09.2020 № 305-ЭС20-5788 по делу № А40-230140/2018.

Приведенные нормы позволяют прийти к выводу о том, что в рамках дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом, на инициатора судебного разбирательства возлагается обязанность представить наряду с исковым заявлением имеющиеся в распоряжении документальные подтверждения статуса процессуального оппонента. При недостаточности такого рода мер для надлежащего установления юридического статуса ответчика должны быть предприняты судом с соблюдением требований главы 33 АПК РФ.

Согласно правовому подходу, изложенному в пункту 22 Постановления Пленума № 23, основываясь на части 1 статьи 286 АПК РФ во взаимосвязи с

частью 3 статьи 254 АПК РФ, суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, подтверждающим юридический статус иностранного лица и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности иностранного лица. С учетом того, что суд принимает меры по установлению статуса иностранного лица и наличия у него права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности, отсутствие в материалах дела актуальных, достаточных, достоверных доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства, и (или) неустановление этого обстоятельства являются основанием для отмены судом кассационной инстанции судебных актов судов первой и (или) апелляционной инстанций с направлением дела на новое рассмотрение (пункт 3 части 1 статья 287, часть 1 статьи 288 АПК РФ).

Из материалов дела следует, что нашло отражение в обжалуемых судебных актах, что истцом одновременно с исковым заявлением 23.08.2022 был представлен суду экземпляр с нотариальным переводом Лицензии на ведение хозяйственной деятельности в отношении компании ФИО4 Компани Лимитед (единый код кредитоспособности: 91320594714112290N).

Информация, указанная в бизнес-лицензии, представленной истцом при подаче иска, включает в себя сведения о фирменном наименовании компании, едином номере общественной кредитоспособности и лице, уполномоченном без доверенности представлять интересы указанной организации.

Соответствие действительности указанных сведений подтверждено приложенными к указанной Лицензии следующими нотариальными актами:

- № S.S.Z.Z.Zi № 1292, в котором нотариус Нотариальной конторы «Сучжу» города Сучжу Провинции Цзянсу подтвердил соответствие копии Лицензии ее оригиналу;

- № S.S.Z.Z.Zi № 1293, подтверждающий соответствие перевода на

русский язык соответствующего нотариального акта его оригиналу.

Согласно части 1 статьи 255 АПК РФ документы, выданные, составленные или удостоверенные по установленной форме компетентными органами иностранных государств вне пределов Российской Федерации по нормам иностранного права в отношении российских организаций и граждан или иностранных лиц, принимаются арбитражными судами в Российской Федерации при наличии легализации указанных документов или проставлении апостиля, если иное не установлено международным договором Российской Федерации

Документы, составленные на иностранном языке, при представлении в арбитражный суд в Российской Федерации должны сопровождаться их надлежащим образом заверенным переводом на русский язык (часть 2 указанной нормы).

Судами установлено, что на нотариальной копии Лицензии на ведение хозяйственной деятельности поставлена печать генерального консульства России в Шанхае КНР № 518 от 08.07.2022, что подтверждает подлинность подписи и печати Министерства иностранных дел КНР.

Как правильно указано судами, данный документ подтвердил правоспособность ФИО4 Компани Лимитед на момент подачи искового заявления, а также, что сама Лицензия соответствует требованиям российского законодательства, устанавливающим порядок легализации иностранных официальных документов, а именно статье 255 АПК РФ и статье 5 Федерального закона от 22.06.2024 № 145-ФЗ «О легализации российских и иностранных официальных документов и об истребовании личных документов», статье 27 Федерального закона от 05.07.2010 № 154-ФЗ «Консульский устав Российской Федерации» и приказу МИД России от 10.10.2024 № 21367 «Об утверждении Порядка легализации иностранных официальных документов на территориях иностранных государств и формы заявления о легализации иностранного официального документа».

Ответчик обращает внимание на различия в переводе фирменного наименования участника на китайском и английском языках.

Однако, такое различие представляется безусловным следствием переводов с разных иностранных языков и не препятствует идентификации юридического лица и его представителя. Наименование участника внешнеэкономической деятельности на английском языке ФИО4 Компани Лимитед (Higer Bus Company Limited) соответствует китайскому наименованию Цзиньлун Ляньхэ Цичэ Гунъе с единым кодом общественной кредитоспособности 913205947144112290N. Сводная информация приведена в Лицензии.

Учитывая поступившие сведения о регистрации истца в качестве компании, его статуса как действующего юридического лица на момент рассмотрения спора в суде, о законном представителе истца, содержащиеся в представленных истцом документах, выводы судов о правоспособности истца, зарегистрированного в соответствии с законодательством Китайской Народной Республики, а также наличии полномочий представителя, правильно признаны судами подтвержденными в полном объеме и в установленном порядке.

При этом ответчик в порядке статьи 65 АПК РФ не представил суду достоверных сведений о том, что указанный выше код, идентифицирующий Компанию -истца, не соотносится в действительности со сведениями об истце либо что истцом выступает не сторона по договору или что истец утратил статус действующего юридического лица, тогда как представленная суду информация могла быть проверена ответчиком на официальном открытом ресурсе сети Интернет.

Полномочия представителя истца, аналогичные содержанию Лицензии, приведены в представленной в материалах дела надлежащим образом оформленной доверенности, выданной компанией ФИО4 Компани Лимитед (регистрационный номер: 91320594714112290 № ) в лице законного представителя Чэнь Дулянь представителям компании ФИО4 Компани Лимитед ФИО1 и ФИО7 на представление интересов доверителя как совместно, так и по отдельности во всех судебных учреждениях Российской Федерации, в том числе в судах общей юрисдикции

и арбитражных судах всех уровней на совершение от имени доверителя всех процессуальных действий, в том числе требующих специального отражения.

Подлинность представленной выше перечисленной документации ответчиком не опровергнута.

В соответствии с абзацем 3 пункта 3 статьи 54 ГК РФ при наличии у иностранного юридического лица представителя на территории Российской Федерации сообщения, доставленные по адресу такого представителя, считаются полученными иностранным юридическим лицом.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума № 23 по смыслу положений части 2 статьи 253 АПК РФ, пункта 3 статьи 54 ГК РФ, если на территории Российской Федерации находится представитель иностранного лица, уполномоченный на получение извещения о судебном разбирательстве и иных судебных документов, последние направляются в общем порядке, предусмотренном статьями 121, 123 АПК РФ, по адресу такого представителя.

В этом случае направление судебных документов по адресу стороны в иностранном государстве не требуется.

Представитель истца обеспечивал получение сведений о производстве по делу и участие в судебном разбирательстве.

Каких-либо нарушений норм процессуального законодательства, влекущих оставление иска без рассмотрения согласно статье 148 АПК РФ либо прекращение производства по делу в соответствии со статьей 150 АПК РФ не усматривается.

В том числе отклоняются и доводы ответчика о несоблюдении истцом претензионного порядка по уточненным требованиям.

Судом апелляционной инстанции по данному вопросу правильно указано, что согласно представленным сторонами в материалы дела заключениям специалистов по иностранному праву досудебный порядок по спорам, вытекающим из договоров международной купли-продажи, не является обязательным.

Кроме того, основной целью соблюдения претензионного порядка является возможность внесудебного урегулирования спора.

Вместе с тем, на протяжении всего периода рассмотрения спора в судах первой и апелляционной инстанций ответчик не предпринял действий по мирному разрешению спора.

При таких обстоятельствах оставление иска без рассмотрения со ссылкой на несоблюдение претензионного порядка урегулирования спора не направлено на достижение целей, которые имеет досудебное урегулирование спора, и будет носить формальный характер.

Доводы ООО «Волгабас Волжский» о нарушении судом норм процессуального законодательства ввиду непривлечения к участию в деле CHINA EXPORT & CREDIT INSURANCE CORPORATION (Fortune Times Building, 11 Fenghuiyuan, Xicheng District, Пекин 100033, Китай) и ПАО «Совкомбанк», а также по причине отказа в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, также не влекут отмену принятых по делу решения и постановления.

Так, заявив в суде апелляционной инстанции соответствующие ходатайства о привлечении, ответчик ссылался на то, что страховая компания CHINA EXPORT & CREDIT INSURANCE CORPORATION начала заниматься задолженностью ООО «Волгабас Волжский» по контракту HBCL-VV 7/2018 от 07.07.2018, и возможно, неоплаченная часть контракта ООО «Волгабас Волжский» уже была оплачена именно страховой компанией, что лишает ФИО4 Компани Лимитед права требования к ООО «Волгабас Волжский» и подлежит установлению. Относительно участия ПАО «Совкомбанк» ответчик заявил, что банковские гарантии на общую сумму 2 660 000 долларов США были исполнены, что значительно превышает сумму исковых требований.

Также Обществом в суде апелляционной инстанции заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, а именно переписки CHINA EXPORT & CREDIT

INSURANCE CORPORATION; рекламационных актов № 258 от 19.12.2018, № 262 от 24.12.2018, № 190 от 31.10.2018, № 194 от 02.11.2018, протокола адвокатского опроса ФИО8 от 02.04.2025, протокола адвокатского опроса ФИО9 от 02.04.2025, приказа о создании приемочной комиссии входного контроля, приказа о полномочиях ФИО9, справки частной охранной организации с договором об оказании частных охранных услуг, протокола осмотра письменных доказательств от 22.04.2025, нотариального перевода уступки истцом права требования долга страховой компании от 21.04.2025.

Разрешая вышеуказанные ходатайства, суд апелляционной инстанции правильно руководствовался статьями 266, 268, 51 АПК РФ, пунктом 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», и указал на отсутствие оснований как для перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, так и для привлечения судом апелляционной инстанции третьих лиц и приобщения в суде апелляционной инстанции к материалам дела новых доказательств, не полученных и не представленных стороной спора в суде первой инстанции.

Выводы апелляционного суда по выше отраженным аспектам подробно и верно мотивированы в обжалуемом постановлении.

При изложенных выше обстоятельствах доводы кассационной жалобы о допущенных в ходе рассмотрения дела процессуальных нарушениях отклоняются судом округа и не влекут отмену обжалуемых судебных актов по соответствующим доводам кассационной жалобы.

Разрешая доводы кассационной жалобы о неправомерном применении к отношениям сторон положений законодательства Китайской Народной Республики, и, как следствие-неверном разрешении спора, судебная коллегия суда округа исходит из следующего.

В пункте 1 статьи 1186 ГК РФ указано, что право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных

граждан или иностранных юридических лиц либо гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, определяется на основании международных договоров Российской Федерации, настоящего Кодекса, других законов (пункт 2 статьи 3) и обычаев, признаваемых в Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1210 ГК РФ стороны договора могут выбрать применимое право как при заключении договора, так и в последующем.

Согласно пункту 2 статьи 1210 ГК РФ соглашение сторон о выборе подлежащего применению права должно быть прямо выражено или должно определенно вытекать из условий договора либо совокупности обстоятельств дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1211 ГК РФ если иное не предусмотрено данным Кодексом или другим законом, при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, где на момент заключения договора находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора.

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 1211 ГК РФ предусмотрено, что стороной, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора, признается сторона, являющаяся, в частности в договоре купли-продажи продавцом.

В пункте 34 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2019 № 24 «О применении норм международного частного права судами Российской Федерации» указано, что в договоре купли-продажи стороной, которая осуществляет характерное исполнение, признается продавец (подпункт 1 пункта 2 статьи 1211 ГК РФ). Если покупатель по условиям договора принимает на себя существенные неденежные обязательства (например, обязательство обеспечить рекламу и маркетинг товара продавца на определенной территории, продать товар на

определенную минимальную сумму и т.п.), то суд на основе оценки условий и существа договора, а также совокупности иных обстоятельств дела может прийти к выводу о том, что стороной, которая осуществляет характерное исполнение, является покупатель.

Как верно установлено судами, поскольку в рассматриваемом случае в контракте отсутствуют положения о праве, подлежащем применению к отношениям сторон, при этом согласно условиям договора стороной, осуществляющей исполнение контракта, является истец (продавец), базис поставки определен как FCA (г. Сучжоу Китай) ИНКОТЕРМС 2010 года, то с учетом вышеприведенных норм права суды верно определили, что спорные отношения сторон подлежат регулированию положениями законодательства Китайской Народной Республики.

В пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021 (далее - Обзор судебной практики № 2 (2021) от 30.06.2021), разъяснено, что порядок уяснения арбитражными судами содержания норм иностранного права установлен статьей 1191 ГК РФ, статьей 14 АПК РФ и разъяснен в пунктах 42 - 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее - Постановление Пленума № 23).

Согласно указанным нормам содержание норм иностранного права устанавливается судом в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве. Для решения этого вопроса суд может обратиться за содействием и разъяснением в компетентные органы или организации в Российской Федерации и за границей, привлечь экспертов, в том числе образовательных, научных или учебных заведений Российской Федерации, занимающихся исследованиями иностранного права.

Предмет судебного исследования о содержании норм иностранного законодательства касается исключительно вопросов права. Следуя принципу «Jura novit curia» («Суд знает законы») и пункту 1 статьи 168 АПК РФ (обязанность суда по определению законов и иных нормативных правовых актов, подлежащих применению при принятии судебного решения), процессуальная активность суда по исследованию вопросов права должна быть существенно выше, чем при решении вопросов по фактическим обстоятельствам дела.

Согласно пункту 6 Обзора судебной практики № 2 (2021) от 30.06.2021 законодательство допускает уяснение судом норм иностранного права посредством содействия лиц, участвующих в деле, в разрешении данного вопроса, либо выполнении обязанности по доказыванию содержания норм иностранного права по требованию суда.

Однако и в данном случае суд не освобождается от обязанности по установлению содержания норм иностранного права (пункт 44 Постановления Пленума № 23, пункт 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам, связанным с рассмотрением арбитражными судами дел с участием иностранных лиц, изложенного в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.07.2013 № 158).

В силу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце 6 пункта 44 Постановления Пленума № 23, арбитражный суд Российской Федерации вправе считать содержание норм иностранного права установленным, если представленное одной из сторон заключение по вопросам содержания норм иностранного права содержит необходимые и достаточные сведения и не опровергнуто при этом другой стороной путем представления сведений, свидетельствующих об ином содержании норм иностранного права.

В ходе рассмотрения настоящего дела стороны представили суду следующие заключения специалистов по иностранному праву:

-истцом предоставлено «Юридическое заключение Шанхайской юридической фирмы ЮаньФа по вопросам китайского законодательства в деле «Волжского автобуса», подписанное адвокатом Китайской Народной Республики Чэн Вэньцзе (апостилированный перевод документов приобщен к материалам дела),

- ответчиком представлен апостилированный перевод юридического заключения о применимом праве, подготовленного китайским специалистом (адвокатом) Лян Тао Тяньцзиньской Дунфанской адвокатской конторы.

Сравнив содержания представленных заключений, суды выявили идентичность правовых позиций по следующим вопросам.

Спорные правоотношения регулируются нормами Закона Китайской Народной Республики «О Договорах» от 01.10.1999 (далее - Закон КНР о договорах) и Гражданским кодексом Китайской Народной Республики (далее - ГК КНР).

В соответствии со статьей 129 Закона КНР о договорах и статьей 594 ГК КНР срок исковой давности в отношении договора международной купли-продажи товаров составляет 4 года со дня, в который стало известно или должно было стать известно от том, что его право нарушено.

При этом с момента отправления претензии, получения от должника подтверждения долга или обращения в суд срок исковой давности прерывается и начинает течь заново (статья 129 ГК КНР), что также относится и к онлайн переписке, при этом подтверждение факта получения сообщения противоположной стороной не требуется.

В случае, если сторона договора не восстановила свою способность к исполнению договора в разумный срок, считается, что своим поведением указанная сторона дала понять, что она не будет исполнять основное обязательство и сторона, приостановившая исполнение, имеет право расторгнуть договор и потребовать от нарушившей стороны понести ответственность. Возможно подать иск в случае обоснованных сомнений в

способности должника исполнить обязательства по договору (статьи 527 и 528 ГК КНР).

При этом, как указано в настоящем постановлении выше, досудебный порядок по спорам, вытекающим из договоров международной купли- продажи, не является обязательным.

Из общедоступных источников следует, что согласно статье 130 Закона КНР о договорах по договору купли-продажи продавец передает покупателю право собственности на определенную вещь, а покупатель уплачивает продавцу цену за нее.

Продавец обязан передать вещь в установленный срок. Если срок установлен договором, продавец может передать вещь в любое время в течение этого срока (статья 138 Закона КНР о договорах).

Согласно статье 626 ГК КНР покупатель обязан уплатить цену в размере и порядке, предусмотренных договором, поэтому неоплата товара покупателем в соответствии с договором является нарушением договора.

В соответствии со статьей 628 ГК КНР покупатель обязан уплатить цену в установленный срок.

Статьей 577 ГК КНР определено, что если сторона не исполняет свои договорные обязательства или исполняет их не в соответствии с договором, она несет ответственность за нарушение договора, продолжая исполнение, принимая меры по исправлению положения или возмещая убытки.

В части нарушения договора в связи с неуплатой покупной цены, статьей 579 ГК КНР предусматривается, что если одна из сторон не уплачивает денежную сумму, вознаграждение, арендную плату, проценты или не исполняет иные денежные долговые обязательства, другая сторона может потребовать от нее соответствующей уплаты.

Суды верно применили приведенные выше нормы материального права и исходили из сохраненной обязанности покупателя по состоянию на дату обращения истца в суд (в пределах срока исковой давности) с иском оплатить задолженность по договору при нарушении срока внесения платы.

Правовых оснований для применения к спорным правоотношениям норм английского права не усматривается. При этом, как верно отметили суды, доказательств тому, что нормы английского права не предусматривают обязанности произвести оплату полученного по договору поставки товара, ответчик не представил.

Выводы о признании подтвержденным факта просрочки ответчиком оплаты поставленного истцом товара основаны на совокупности следующих подтвержденных в ходе рассмотрения дела обстоятельств.

Судами верно установлен факт поставки продавцом покупателю товара, предусмотренного спорным контрактом, на общую сумму 4 725 000 долларов США, что подтверждается транспортными накладными, инвойсами, нотариально удостоверенными переводами электронных выписок интернет-банкинга, частичной оплатой, представленными третьим лицом АО «Таском» копиями железнодорожных транспортных накладных в отношении контейнеров, номера которых полностью совпадают с номерами контейнеров, которые были отправлены из Китайской Народной Республики истцом, что подтверждается приобщенными к материалам дела железнодорожным накладными и нотариальным переводом таможенных деклараций, оформленных на китайской таможне.

А именно, в представленных АО «Таском» железнодорожных накладных проставлены печати таможенных органов Российской Федерации, подтверждающие прохождение товаром таможенного контроля на территории Российской Федерации.

Суду также представлен подробный перечень железнодорожных накладных с указанием в них даты отметки о прибытии и наличии печатей таможенных органов Российской Федерации, а также относящихся к ним транспортных накладных с указанием на наличие в них подписей сотрудников ООО «Волгабас Волжский», печатей ООО «Волгабас Волжский», а также наличия печатей ООО «Волгабас Волжский» в приложенных к транспортным накладным листах простоя.

Кроме того, согласно информации, поступившей из Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области, сальдо расчетов по контракту составляет 2 207 058 долларов США. Управление Федеральной налоговой службы по Волгоградской области также пояснило, что поставки продукции по контракту были предметом налогового контроля, ответчику предоставлен налоговый вычет по спорным поставкам на сумме 60 млн. руб.

Также, что верно отражено в обжалуемых судебных актах, факт поставки продукции, частичного исполнения ответчиком обязательств по оплате, наличие задолженности в заявленной истцом сумме подтверждено ведомостью валютного контроля, представленной в материалы дела уполномоченным банком - Совкомбанк.

В ответе Астраханской таможни на запрос Прокуратуры Волгоградской области от 13.08.2024 указано, что по имеющимся в данном ведомстве сведениям ООО «Волгабас Волжский» (ИНН <***>) в обозначенный в запросе период в рамках контракта от 07.07.2018 № HBLC-VV 7/2018, заключенного с Higer Bus Company Limited, осуществило таможенное декларирование товаров «Автобусное шасси» (далее - товары) по ДТ №№ 10311010/251018/0034909, 10311010/131118/0037386, 10311010/041218/0040624. Согласно сведениям, заявленным в графе 31 «Грузовые места и описание товаров» указанных ДТ, количество комплектов автобусных шасси по каждой из ДТ составило 50 штук (итого – 150 шт.). Товары, задекларированные по ДТ № 10311010/251018/0034909, прибыли 25.10.2018 в зону таможенного контроля Дзержинского таможенного поста таможни с целью завершения таможенной процедуры таможенного транзита. В тот же день указанная процедура была завершена.

Товары, задекларированные по ДТ № 10311010/131118/0037386, прибыли в зону таможенного контроля Дзержинского таможенного поста таможни 12.11.2018 и 13.11.2018 с целью завершения таможенной процедуры таможенного транзита. Соответственно, 12.11.2018 и 13.11.2018 указанная процедура была завершена.

Товары, задекларированные по ДТ № 10311010/041218/0040624, прибыли 04.12.2018 в зону таможенного контроля Дзержинского таможенного поста таможни с целью завершения таможенной процедуры таможенного транзита. В тот же день указанная процедура была завершена.

Обращения от ООО «Волгабас Волжский» об отзыве вышеуказанных деклараций на товары в Астраханскую таможню не поступали.

Товары, задекларированные по ДТ №№ 10311010/251018/0034909, 10311010/131118/0037386, 10311010/041218/0040624, ООО «Волгабас Волжский» на временное хранение не помещались.

В базах данных, имеющихся в распоряжении Астраханской таможни, информация об оформлении и использовании банковской гарантии в рамках контракта № HBCL-VV 7/2018 от 07.07.2018 отсутствует.

Контракт № HBCL-VV7/2018 от 07.07.2018, заключенный между ООО «Волгабас Волжский», именуемый покупатель, и компанией Higer Bus Company Limited (Китай), именуемый продавец, на покупку товара, поставлен на учет 18.07.2018 в Южном филиале публичного акционерного общества «Восточный экспресс банк» с присвоением УНК № 18070003/1460/0015/2/1.

По сведениям ведомости банковского контроля № 18070003/1460/0015/2/1 (далее - ВБК), полученным с использованием АС «Валютный контроль», ООО «Волгабас Волжский» осуществило перечисление денежных средств нерезиденту компании Higer Bus Company Limited за период с 19.07.2018 по 20.08.2019 в сумме 2 517 942 долл. США.

Нерезидентом произведена поставка товара ООО «Волгабас Волжский» на сумму 4 725 000 долларов США, продекларированного по ДТ №№ 10311010/251018/0034909, 10311010/131118/0037386, 10311010/041218/0040624.

В базе данных Астраханской таможни отсутствует информация о принятом обеспечении, выданном ООО «Волгабас Волжский».

При этом также письменными пояснениями ООО «ДЛТК» подтверждается существование договорных отношений между ООО «ДЛТК»

и ООО «ТАКСОМ» и организация вывоза контейнеров с поставленными истцом товарами по маршруту, конечная точка которого - место дислокации ответчика.

Судами рассмотрены и отклонены приведенные ответчиком доводы о том, что осуществление поставки товара логистической компанией в контейнерах нельзя признать доказательством поставки в данных контейнерах именно спорного товара. Отклоняя данные доводы, суды верно отметили, ответчик не представил доказательств наличия у него с истцом других правоотношений, в рамках которых в адрес ответчика поставлялся бы иной, а не спорный, товар.

Содержанием представленных истцом суду нотариально удостоверенных переводов электронных выписок интернет-банкинга подтверждается перевод Обществом 2 517 927 долларов США в счет оплаты за поставленный товар по контракту № HBCL-VV 7/2018 от 07.07.2018.

Соответственно, доводы ответчика о непоставке ему товара правильно признаны опровергнутыми доказательствами перемещения товара от истца к ответчику посредством связанных действий по транспортировке, таможенному оформлению, налоговой отчетностью ответчика со сведениями о реализации им права на получение налогового вычета, обстоятельствами частичной оплаты.

Суды исходили из документально подтвержденного обстоятельства того, что общая стоимость поставленных по спорному контракту товаров (автобусных шасси) составляет 4 725 000 долларов США, и ответчиком часть поставленного в рамках заключенного договора с истцом договора оплачена, размер задолженности ответчика по оплате поставок составляет 207 058 долларов США.

При этом сальдо расчетов по контракту № HBCL-VV 7/2018 от 07.07.2018 в размере исковых требований истца подтверждается информацией Управления ФНС России по Волгоградской области от 12.04.2024 № 0613/1/07486, а также прилагаемой к ней ведомостью

банковского контроля по контракту Южного филиала ПАО «Восточный экспресс банк».

Кроме того, как указано судами, факты заключенности и исполнения спорного контракта, а также наличие и размер задолженности, дополнительно подтверждаются содержанием представленной суду письменной переписки, не оспоренной ответчиком.

Ссылки ответчика на допущение истцом нарушений при формировании товара к отправке, об осуществлении данных действий в отсутствие представителя заказчика, не влекут перераспределения между сторонами бремени доказывания и не изменяют верности выводов судов о подтверждении факта поставки товара поставщиком и приемки его покупателем с реализацией права на налоговый вычет в отсутствие каких-либо нареканий и замечаний относительно поставленного товара.

Заявленные в ходе рассмотрения дела ответчиком доводы о поставке товара ненадлежащего качества обоснованно не приняты судами в отсутствие надлежащих тому доказательств (статья 65 АПК РФ). А именно, суды правильно указали, что доказательств направления либо вручения рекламаций стороне поставщика отсутствуют; в представленных ответчиком рекламационных актах не имеется подписи уполномоченного лица, не имеется и соответствующей доверенности. Данные обстоятельства ответчик надлежащими доказательствами, отвечающими подлежащему применению стандарту доказывания, не опроверг.

Принимая во внимание совокупность исследованных доказательств, в отсутствие доказательств непоставки товара по спорному контракту либо поставки некачественного, некоплектного товара или в ином количестве, а также при непредставлении доказательств отсутствия долга, в том числе посредством его уплаты в рамках правоотношений по страхованию, судебная коллегия суда округа признает произведенное судами взыскание суммы основной задолженности (в размере и по правилам, установленным в пунктах 1, 2 статьи 317 ГК РФ) правомерным.

Судебная коллегия суда округа также соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций по требованиям истца о взыскании с ответчика «убытков от потери возможности использования денежных средств».

Определяя предмет данных требований и адаптируя к терминологии российского законодательства, суды правильно исходили из следующего.

Китайское законодательство не содержит специального регулирования прав и обязанностей покупателей или продавцов в договорах международной купли-продажи, а также не предусматривает обязательного предварительного согласования процедуры требования оплаты от иностранных поставщиков; однако и Китай, и Россия являются участниками Венской конвенции о международной купле-продаже, положения которой применяются, если стороны не договорились об ином.

Как указано в статье 78 Конвенции Организации Объединенных Наций «О договорах международной купли-продажи товаров», если одна из сторон не уплачивает цену или любые другие суммы в срок, другая сторона имеет право на проценты на эти суммы без ущерба для требования о возмещении убытков, которые могут быть взысканы в соответствии с положениями статьи 74.

Статьей 583 ГК КНР предусмотрено, что если одна из сторон не исполняет договорное обязательство либо исполняет его не в соответствии с условиями договора, то после исполнения обязательства или принятия мер по исправлению положения она обязана взять на себя ответственность по возмещению убытков в случае, когда у другой стороны возникли такие убытки.

В статье 584 ГК КНР определено, что если одна из сторон не исполняет договорное обязательство либо исполняет не в соответствии с условиями договора, в связи с чем у другой стороны возникают убытки, размер возмещения убытков должен соответствовать убыткам, возникающим в результате нарушения договора, включая выгоду, которая могла быть получена после исполнения договора; но не превышать убытки, которые

нарушившая договор сторона могла или должна была предвидеть в момент заключения договора в качестве вероятных убытков при нарушения договора.

Исходя из данных норм, суды правильно установили, что в рамках китайского законодательства «потеря имеющихся выгод» стороной договора рассматривается в качестве разновидности подлежащих возмещению убытков. К этой категории относится «потеря возможности использования средств», схожая с институтом процентов на сумму долга, предусмотренных статьей 395 ГК РФ.

Согласно вышеизложенным положениям, неспособность плательщика своевременно выплатить причитающуюся сумму неизбежно приведет, по крайней мере, к неспособности получающей стороны вступить во владение средствами, что приведет к потере процентного дохода, и поэтому относится к разновидности упущенной выгоды.

Толкование приведенного законодательства также содержится в постановлении Верховного народного суда КНР по рассмотрению споров о договорах купли-продажи о толковании применимого права, а именно в статье 18, согласно пункту 4 которого если в договоре купли-продажи не согласованы неустойка за просрочку платежа или способ расчета такой неустойки, а продавец требует возмещения убытков от просрочки платежа на основании нарушения договора покупателем, и нарушение договора произошло до 19.08.2019, народный суд может на основании базовой процентной ставки Народного банка Китая рассчитать убытки от просрочки платежа за тот же период времени, если нарушение договора произошло после 20.08.2019, народный суд может рассчитать убытки от просрочки платежа, добавив 30-50% на основе стандарта годовой ставки котировки рынка займов (LPR), опубликованной Национальным центром межбанковских ставок, уполномоченным Народным банком Китая, на момент нарушения договора.

При таком положении суды верно определили, что в соответствии с законодательством КНР с момента нарушения покупателем обязанности по

оплате товара на сумму долга подлежат начислению проценты за пользование денежными средствами или в китайской терминологии «убытки от потери возможности использования средств» в вышеобозначенных размерах.

На основании указанных норм законодательства, регулирующего спорные правоотношения, исследовав представленный нотариальный протокол осмотра доказательств - страницы сайта в сети «Интернет», содержащей сведения о размере основной процентной ставки Народного Банка Китая за период с 09.08.2019 по 11.08.2024, а также принимая во внимание, что верность используемых исходных данных и правильность произведенного расчета ответчик в порядке статьи 65 АПК РФ не оспорил и не опроверг, суды правомерно пришли к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца убытков по поставкам RU 2018039 и RU2018041 в размере 493 159, 78 условных единиц (доллары США) в рублевом эквиваленте.

Правового обоснования возможности применения при разрешении спорных правоотношений введенного российским законодательством моратория на начисление неустойки, о чем заявлено в кассационной жалобе, не приведено и судом округа не установлено, ввиду чего соответствующие доводы жалобы не могут быть признаны состоятельными и влекущими изменение либо отмену обжалуемых судебных актов.

Исходя из изложенного выше в совокупности, судебная коллегия суда округа признает произведенное судами взыскание правильным.

В кассационной жалобе ООО «Волгабас Волжский» ссылалось на нарушение судами принципов равенства сторон и состязательности процесса и лишение его возможности представить доказательства верности своей позиции, на неправомерный отказ в назначении по делу судебной экспертизы, ходатайство о чем было им заявлено в ходе рассмотрения дела.

Вопреки указанным доводам, судебная коллегия суда округа признает соответствующее процессуальное решение суда верным.

Так, как установлено судами, ответчик, заявив ходатайство о назначении экспертизы, предложил поставить на разрешение эксперта следующие вопросы:

- сопоставить нормы английского и китайского права по недопоставке товара;

- установить, является ли существенным нарушением отсутствие представителя покупателя на территории Китая при формировании контейнерных партий поставщиком в соответствии с условиями спорного контракта;

- определить потребительскую ценность поставленной продукции с учетом недокомплекта (ценность CKD-комплектов шасси);

- определить цену поставленной продукции с учетом недопоставки (сколько в действительности ООО «Волгабас Волжский» должен был заплатить за поставленную продукцию);

- какими документами подтверждается статус ФИО4 Компани Лимитед;

- какие нормы права Китайской Народной Республики подлежат применению для установления правового статуса ФИО4 Компани Лимитед;

- определяют ли правовой статус ФИО4 Компани Лимитед следующие документы: временное положение о доведении до всеобщего сведения информации о предприятии (распоряжение № 654), принятое Государственным советом КНР 07.08.2014 и административные правила использования Государственной системы открытой информации о кредитоспособности предприятий № 104 от 27.06.2017;

- какой основной документ в КНР подтверждает правоспособность юридического лица;

- обязательно ли рассмотрение споров при отсутствии согласия сторон в Лондонском международном арбитражном суде, если это прямо предусмотрено контрактом или существуют исключения из правил применительно к праву Китая;

- какая территориальная подсудность (по месту нахождения истца или ответчика), применительно к праву Китая;

- существенным ли является вопрос о территориальной подсудности при наличии третейской оговорки в контракте;

- какими правовыми актами Китая или иного государства необходимо руководствоваться сторонам спорного контракта;

- применимы ли правила об исключительной компетенции арбитражных судов, предусмотренные статьями 248.1, 248.2 АПК РФ, в рассматриваемом споре;

- есть ли препятствия в настоящее время для рассмотрения спора между китайскими и российскими предприятиями в Лондоне?

- можно ли утверждать, что исполнение контракта тесно связано с территорией Российской Федерации, если:

А) изготовление, погрузка товара в контейнеры происходило на территории Китая (г. Сучжоу) без представителя покупателя,

Б) оплата проходила через китайский банк;

- содержит ли контракт действительную и исполнимую пророгационную оговорку;

- относится ли спор по контракту к спорам, перечисленным в статье 248 АПК РФ;

- заключен ли указанный контракт с разногласиями;

- является ли арбитражная оговорка ясной, понятно изложенной и не допускающей двоякого толкования;

- какие полномочия имеются у председателя совета директоров компании с ограниченной ответственностью по праву Китая;

- имеет ли право председатель совета директоров выдавать доверенности от имени компании третьим лицам при наличии генерального директора компании;

- почему название компании истца в заявлении и доверенности не соответствует названию компании, указанному в официальной Выписке о раскрытии кредитной информации, сформированной в Национальной

информационной системе публичной кредитной информации о компаниях Китая;

- право какой страны должно быть применено при рассмотрении спора при наличии в контракте третейской оговорки с местом судебного разбирательства в Лондонском международном третейском суде;

- чем регулируется страхование внешнеэкономических контрактов государственных компаний КНР;

- является ли ФИО4 Компани Лимитед надлежащим истцом по спору.

Отказывая в удовлетворении ходатайства, суды правильно руководствовались частью 1 статьи 82, частью 2 статьи 64, частью 3 статьи 86, статьи 71 АПК РФ, и правомерно указали, что установление указанных обстоятельств является предметом правовой оценки и относится к исключительной прерогативе суда; дело подлежит рассмотрению и разрешению по имеющимся в деле доказательствам.

При таком положении суд кассационной инстанции полагает, что судами установлены все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, влекущих отмену обжалуемых судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

Таким образом, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Принимая во внимание, что кассационная жалоба рассмотрена судом кассационной инстанции по существу, судебная коллегия считает необходимым отменить приостановление исполнения решения Арбитражного суда Волгоградской области от 04.10.2024 и постановления Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2025 по настоящему делу, принятое определением Арбитражного суда Поволжского округа от 01.07.2025.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 04.10.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2025 по делу № А12-22543/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Приостановление исполнения решения Арбитражного суда Волгоградской области от 04.10.2024 и постановления Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2025 по настоящему делу, принятое определением Арбитражного суда Поволжского округа от 01.07.2025, отменить.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1, 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Т.Н. Федорова

Судьи Н.А. Тюрина

Е.Н. Бубнова