Постановление от 8 апреля 2021 г. по делу № А56-105421/2017



ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-105421/2017
08 апреля 2021 года
г. Санкт-Петербург



Резолютивная часть постановления объявлена 05 апреля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 08 апреля 2021 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Богдановской Г.Н.

судей Мельниковой Н.А., Савиной Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шалагиновой Д.А.,

при участии:

от истца – Кириленко К. В. (доверенность от 10.01.2020,

от ответчика – Столаева С.В. (доверенность от 20.01.2020),


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-4697/2021) общества с ограниченной ответственностью «ЖилКом» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.12.2020 по делу № А56-105421/2017, принятое

по иску товарищества собственников жилья «ЖК Крутой берег»

к обществу с ограниченной ответственностью «ЖилКом»

3-е лицо: общество с ограниченной ответственностью «РКС-энерго»


о взыскании,

УСТАНОВИЛ:

товарищество собственников жилья «ЖК Крутой Берег» (далее – ТСЖ, товарищество, истец) обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ЖилКом» (далее – общество, ответчик) о взыскании 1 002 073, 77 руб., состоящих из 876 505, 37 руб. неосновательного обогащения, 125 568, 40 руб. процентов за период просрочки с 30.07.2017 по 04.06.2019, проценты, начиная с 05.06.2019 по день фактической оплаты основной задолженности по действующей ключевой ставке ЦБ РФ на день платежа (с учетом уточнения требований, т. 8 л.д. 79).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «РКС-энерго» (далее – третье лицо).

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.12.2020 иск удовлетворен в полном объеме.

С указанным решением суда не согласился ответчик (далее также – податель апелляционной жалобы, апеллянт), в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

Ссылается на то, что судом не было рассмотрено ходатайство ответчика о фальсификации доказательств: досудебной претензии от 17.09.2017, описи вложения в почтовое отправление от 15.09.2017, конверта, уведомления о вручении почтового отправления от 20.09.2017 и заявленное для целей рассмотрения заявления о фальсификации ходатайство о проведении экспертизы давности изготовления документов. Указывает на необоснованное отклонение ходатайств ответчика о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ООО «Стройтрек», о проведении повторной строительно-технической экспертизы. Полагает, что судом были нарушены нормы процессуального права в силу совершения процессуальных действий по существу спора (принятия 04.06.2019 уточнения иска) без возобновления производства по делу; изложенные в протоколах судебного заседания 28.08.2019 и 13.08.2020 сведения о возобновлении производства по делу не соответствуют действительности, заявленные ответчиком замечания на протокол судебного заседания 13.08.2020 были необоснованно отклонены судом по причине пропуска 5-дневного срока на подачу замечаний при публикации определения от 22.08.2010 в сети Интернет 23.08.2020. С учетом изложенных процессуальных нарушений полагает, что дело подлежит рассмотрению в апелляционном суде по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее - АПК РФ), для рассмотрения дела в суде первой инстанции. Ссылается на иные процессуальные нарушения, допущенные судом первой инстанции – отсутствие в решении суда оценки по правилам части 4 статьи 170 АПК РФ доводов и возражений ответчика; неправильное (без учета принципа пропорциональности) распределение судебных расходов по государственной пошлине; нарушение порядка формирования дела (наличие расшитых листов заключения эксперта, отсутствие нумерации дома № 6).

В части оценки решения суда по существу спора апеллянт полагает, что решение суда вынесено без учета норм части 12 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации, в силу которых для ответчика, являющегося коммерческой организацией, при оказании услуг по содержанию и текущему ремонту многоквартирного дома (далее также – МКД) допускается экономия денежных средств, необходимых для оплаты накладных расходов (оплата заработной платы работников, приобретение материалов и оборудования), а также получения прибыли от деятельности организации.

Полагает, что результаты экспертных исследований (далее по тексту – заключение первоначальной и заключение дополнительной экспертизы), на основании которых судом установлен факт и объем неосновательно сбереженных ответчиком денежных средств, подлежат критической оценке и не могли быть приняты судом при вынесении судебного акта, поскольку не содержат методики экспертного исследования; в отсутствие сопоставления результатов осмотра с материалами дела (по первому вопросу при оценке выполнения работ по содержанию систем вентиляции и дымоудаления); при выполнении работ на основании документарного исследования (путем дополнительного запроса отсутствующих в деле документов) без оценки натурного осмотра; у экспертов отсутствует практический опыт в проведении исследований и нормативные познания; в ходе предварительной оценки стоимости проведения экспертизы экспертная организация и истец допускали обсуждения возможности и стоимости проведения экспертизы, минуя суд; при проведении дополнительной экспертизы в части выводов о выполнении работ по содержанию систем вентиляции и дымоудаления представленные ответчиком недостающие документы в подтверждение факта и стоимости выполнения работ экспертом не изучались и дополнительно не исследовались.

Полагает, что выводы суда первой инстанции о недоказанности факта выполнения ответчиком работ по содержанию систем вентиляции и дымоудаления в силу отражения в акте № 01 от 30.06.2017 сведений об обслуживании системы газоснабжения при наличии системы кухонного электрооборудования, необоснованны, поскольку указанные в акте сведения являются опечаткой, не опровергающей фактического выполнения работ. Кроме того, акты приемки выполненных работ составлялись по форме организации-подрядчика (ООО «Спецавтоматика»), которая выполняет работы как в помещениях с газовыми плитами, так и в помещениях с электрическими плитами, а также работы по прочистке вентканалов в ванных комнатах, в которых плиты вообще отсутствуют. Отсутствие в журнале учета диспетчерской службы сведений о выходе специалистов для проведения работ объясняется тем, что обслуживание дымоходов проводилось в присутствии сотрудников ответчика; в объем должностных обязанностей диспетчера не входит обязанность фиксировать факт прихода и ухода посетителей; журнал учета диспетчерской службы фиксирует факт выдачи ключей от помещений в МКД, а не факт прохода конкретного посетителя. Отсутствие исполнительной документации в подтверждение факта выполнения работ обусловлено условиями договора №115-16-11 от 01.06.2016 с ООО «Спецавтоматика» (исполнитель работ), в силу которых предоставление такой документации требуется только при непригодности вентиляционных каналов для эксплуатации. По аналогичным основаниям (отсутствие соответствующих договоренностей в договоре с исполнителем работ) считает необоснованными выводы суда первой инстанции об отсутствии фотофиксации выполнения работ. Отсутствие объявлений для жильцов о проведении дымоходов и вентканалов объясняется методикой проверки работоспособности систем (не путем поквартирного обхода, а путем инструментального исследования с кровли МКД). Представленные ответчиком договор №115-16-11 от 01.06.2016 с ООО «Спецавтоматика», акты от 06.06.2016, от 19.09.2016, от 22.05.2017 о приемке выполненных работ, платежные документы об оплате выполненных работ являются достаточными доказательствами выполнения работ.

Считает необоснованными выводы суда первой инстанции о недоказанности факта выполнения работ по ремонту лифтов. Указанный вывод суда основан на ошибочном выводе эксперта о наличии переплаты за фактически выполненные работы обществу «АМ2 СНАБ-ЛИФТ», сделанного без учета того, что с 01.03.2017 года ответчик производил обслуживание дополнительно многоквартирного дома № 7 по ул. Набережной в г. Кировске Ленинградской области, а также не соответствующего материалам дела утверждения об отсутствии актов приема-передачи выполненных работ.

Полагает, что суд ошибочно посчитал отсутствие полной оплаты работ, выполненных обществом «Стройтрек» и обществом «Пожсинтез» (по обслуживанию домофонных систем) доказательством невыполнения работ при наличии первичной учетной документации, подтверждающей факт их выполнения. Наличие задолженности ответчика перед своими контрагентами не предоставляет истцу право истребования данных денежных средств как неосновательно сбереженных.

В части выполнения работ по содержанию придомовой территории полагает, что выводы эксперта о необходимости расчета стоимости, исходя из площади придомовой территории (площади земельного участка), а не площади жилых/нежилых помещений в многоквартирном доме противоречит условиям конкурсной документации по выбору управляющей компании, на основании которой был заключен договор от 09.06.2016, согласно которой такая стоимости определена в размере 2, 45 руб. в месяц / 1 кв.м. площади помещения.

В части работ по обслуживанию узлов учета тепловой энергии и насосов на холодное водоснабжение считает ошибочным вывод суда первой инстанции, основанный на ошибочном суждении эксперта о том, что об отсутствии факта выполнения работ свидетельствует непредставление ежемесячных отчетов о теплопотреблении, актов приемки выполненных работ, платежных документов с указанием о целевом расходовании денежных средств. Судом не учтено, что ответчик как коммерческая организация вправе самостоятельно определять финансовую политику организации, что допускает как систематическую, так и хронологически непоследовательную оплату кредиторской задолженности, оплату по нескольким обязательствам и за различные периоды, определять приоритет проведения платежей, в силу чего выводы суда первой инстанции о недоказанности целевого использования денежных средств, поступавших от граждан в счет оплаты услуг на содержание МКД, необоснованны. Действующее законодательство не рассматривает отсутствие указания назначения платежа как нарушение финансовой дисциплины.

В части работ по обеспечению пожарной безопасности полагает, что вывод эксперта о стоимости работ по замене сигнального табло «Пожар» сделан с превышением полномочий, поскольку таких вопросов судом перед экспертом не ставилось, а сведения о стоимости работ с сайтов ООО «Систем сервис», на основании которых экспертами сделан вывод о стоимости работ, носят предварительный характер, и не являются достоверными. Судом и экспертом не учтена объективная необходимость выполнения указанных работ в связи с требованиями пожарной безопасности. Факт выполнения работ материалами дела подтвержден; оплата работ проводилась согласно изложенному выше диспозитивному принципу распределения платежей коммерческой организацией.

С учетом изложенного, полагает, что истцом не доказан, а судом первой инстанции неправомерно установлен факт неосновательного обогащения ответчика, поскольку объем работ, предъявленных по акту № 01 от 30.06.2017, соответствует фактически выполненным работам по объему, качеству и стоимости с учетом полномочий ответчика как управляющей организации. Наряду с этим истцом не доказано право на обращение в суд с заявленными требованиями, поскольку истец не является стороной договора управления многоквартирным домом от 09.06.2016, по условиям которого излишне приобретенные управляющей организацией денежные средства подлежат возврату их плательщикам, однако от жителей многоквартирного дома жалоб и претензий по объему и качеству оказанных услуг не поступало.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2021 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению на 15.03.2021.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2021 судебное разбирательство отложено на 05.04.2021 с целью дополнительного исследования обстоятельств, имеющих значение для дела.

Отзыв на апелляционную жалобу не представлен.

Ходатайство ответчика о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Спецавтоматика», ООО «АМ2 СНАБ-ЛИФТ», ООО «Развитие», ООО «ТеплоУчет», ООО «Интерком», ООО «ПожСинитез» и ООО «Стройтек», оставлено апелляционным судом без рассмотрения на основании статьи 51 и части 3 статьи 266 АПК РФ, учитывая отсутствие оснований для привлечения к участию в деле третьих лиц на стадии апелляционного производства и принимая во внимание, что оснований для перехода к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным АПК РФ, для рассмотрения дела в суде первой инстанции апелляционной коллегией не установлено.

В удовлетворении ходатайств ответчика о назначении по делу повторной экспертизы и о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ, для рассмотрения дела в суде первой инстанции апелляционным судом отказано по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из письменных материалов дела, товарищество собственников жилья «ЖК Крутой Берег» создано 26.05.2017 (т. 1 л.д. 15) для целей управления многоквартирным жилым домом № 5, расположенным по адресу: Ленинградская область, г. Кировск, ул. Набережная (далее по тексту – МКД № 5).

В адрес истца от ответчика поступил на согласование и подписание Акт № 01 от 30.06.2017 приемки оказанных услуг и (или) выполненных работ по содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме от 30.06.2017 по форме Приложения № 12 к Договору управления, размещенного на официальном сайте ООО «ЖилКом» (т. 1 л.д. 67).

Ранее полномочия по управлению МКД № 5 осуществлял ответчик на основании договора управления многоквартирным домом от 09.06.2016 (т. 2 л.д. 167).

Указанный акт истцом не подписан ввиду несогласия с фактом, объемом и стоимостью работ по содержанию общего имущества в МКД № 5, что следует из переписки сторон (т. 1 л.д. 88-94).

Ссылаясь на то, что объем и стоимость работ по содержанию и текущему ремонту МКД № 5, выполненных ответчиком и оформленных актом № 01 от 30.06.2017, не соответствует фактически выполненным работам, вследствие чего на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение в виде сбереженных (неизрасходованных) средств, поступивших от собственников помещений в МКД № 5, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.

По ходатайству истца судом первой инстанции назначена судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «Экспертно-криминалистическое бюро» Шашкову Вячеславу Алексеевичу и Елистратову Николаю Алексеевичу, с постановкой на разрешение экспертов следующих вопросов:

1) Имело ли место фактическое выполнение объёмов работ, указанных ООО «ЖилКом» в односторонне подписанном Акте №01 приёмки оказанных услуг и (или) выполненных работ по содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме от 30.06.2017, с учётом представленных со стороны Ответчика подтверждающих документов (Договоры и дополнительные соглашения к ним, счета, акты выполненных работ, КС-2, КС-3, платёжные документы)?

2) Соответствуют ли объем и виды работ, указанных ООО «ЖилКом» в односторонне подписанном Акте №01 приёмки оказанных услуг и (или) выполненных работ по содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме от 30.06.2017 объему и видам работ, установленных в Договоре управления многоквартирным домом от 09.06.2016, (Приложение №8 к Договору управления многоквартирным домом от 09.06.2016)? Если нет, то указать какие виды и объем работ не соответствуют?

3) Каков объём и стоимость работ, фактически выполненных работ со стороны ООО «ЖилКом» по содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме, находящемся по адресу: Ленинградская область, г. Кировск, ул. Набережная, д. 5, в соответствии с Договором управления многоквартирным домом от 09.06.2016 (Приложение №8 к Договору управления многоквартирным домом от 09.06.2016) с учётом представленных со стороны Ответчика подтверждающих документов с контрагентами (Договоры и дополнительные соглашения к ним, счета, Акты выполненных работ, КС-2, КС-3, платёжные документы)?

4) Является ли стоимость фактически выполненных ООО «ЖилКом» работ по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме, отражённая в Акте №01 приёмки оказанных услуг и (или) выполненных работ по содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме от 30.06.2017г. обоснованной, достоверной и подтвержденной с учетом, представленных со стороны Ответчика подтверждающих документов (Договоры и дополнительные соглашения к ним, счета, акты выполненных работ, КС-2, КС-3, платёжные документы)?

Выводы эксперта изложены в экспертном заключении № 16/19-А от 25.03.2019 (далее по тексту – заключение № 16/19-А от 25.03.2019, т. 6 л.д. 19).

По делу также была назначена дополнительная судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой поручено тем же экспертам, с постановкой на разрешение эксперта следующего вопроса:

«Каков объем и стоимость работ, фактически выполненных ООО «ЖилКом» по содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме, находящемся по адресу: Ленинградская область, г. Кировск, ул. Набережная, д. 5, в соответствии с договором управления многоквартирным домом от 09.06.2016г. (приложение № 8 к договору управления многоквартирным домом от 09.06.2016г.), с учетом ранее представленных со стороны ответчика документов с контрагентами (договоры и дополнительные соглашения к ним, счета, акты выполненных работ, КС-2, КС-3, акты сверки, платежные документы), а также с учетом документов, дополнительно представленных по реестру (43 позиции)?»

Выводы экспертов по дополнительной экспертизе изложены в экспертном заключении № 18/20-А от 12.05.2020 (далее по тексту – заключение дополнительной экспертизы; заключение № 18/20-А о 12.05.2020, т. 8 л.д. 18).

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования в полном объеме, оценив содержание акта № 01 от 30.06.2017 на предмет соответствия указанных в нем видов и объемов работ представленной ответчиком первичной учетной документации, результаты экспертных исследований, объем произведенных ответчиком третьим лицам в счет выполнения работ платежей (при недоказанности произведенной оплаты в счет выполнения работ по иным многоквартирным домам, находящимся в управлении ответчика в силу невозможности индивидуализации произведенных платежей), критически оценив представленные ответчиком акты сверки взаимных расчетов с контрагентами (с учетом результатов судебной экспертизы о несоответствии данных актов сверки сведениям выписки о движении денежных средств, счетам на оплату, их реквизитов, а также при невозможности индивидуализации произведенных платежей), пришел к выводу о недоказанности выполнения работ, заявленных в акте № 01 от 30.06.2017, по техническому обслуживанию системы вентиляции и дымоудаления, обслуживанию лифтов, домофонных систем, обустройству пожарных рукавов; о несоответствии стоимости выполненных работ заявленным по акту (в части необоснованного расчета платы за обслуживание придомовой территории, исходя из площади помещений в МКД, а не площади самой придомовой территории в размере площади земельного участка, предназначенного для обслуживания МКД), а также о ненадлежащем качестве выполненных работ (в части обслуживания узлов учета тепловой энергии). С учетом результатов экспертных исследований, суд установил, что объем фактически выполненных ответчиком работ, отраженных в акте № 01 от 30.06.2017, составляет 3 619 551 руб. 13 коп., а работы на сумму 876 505 руб. 37 коп. ответчиком не выполнены, ввиду чего указанная сумма составляет неосновательно сбереженные ответчиком за сет собственников МКД № 5 денежные средства, подлежащие взысканию в пользу истца как новой управляющей организации МКД.

Повторно рассмотрев дело по правилам статьи 268 АПКРФ, исследовав письменные доказательства и доводы апелляционной жалобы апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 290 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры.

Статьей 210 ГК РФ на собственника имущества возложено бремя его содержания.

Частью 2 статьи 154 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) установлено, что плата за жилое помещение и коммунальные услуги для собственника помещения в многоквартирном доме включает в себя, в том числе, плату за услуги, работы по управлению многоквартирным домом, за содержание и текущий ремонт общего имущества в многоквартирном доме,

Согласно статьям 161, 162 ЖК РФ, пункту 13 Постановления Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354 «О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов» (далее - Правила № 354) предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в многоквартирном доме, должно обеспечиваться одним из способов управления таким домом.

Согласно части 2 статьи 162 ЖК РФ по договору управления многоквартирным домом одна сторона (управляющая организация) по заданию другой стороны (собственников помещений в многоквартирном доме, органов управления товарищества собственников жилья, органов управления жилищного кооператива или органов управления иного специализированного потребительского кооператива, лица, указанного в пункте 6 части 2 статьи 153 настоящего Кодекса, либо в случае, предусмотренном частью 14 статьи 161 настоящего Кодекса, застройщика) в течение согласованного срока за плату обязуется выполнять работы и (или) оказывать услуги по управлению многоквартирным домом, оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме, предоставлять коммунальные услуги собственникам помещений в таком доме и пользующимся помещениями в этом доме лицам или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, обеспечить готовность инженерных систем, осуществлять иную направленную на достижение целей управления многоквартирным домом деятельность.

В договоре управления, среди прочего, должен быть указан перечень работ и (или) услуг по управлению многоквартирным домом, услуг и работ по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме, порядок изменения такого перечня, а также перечень коммунальных услуг, которые предоставляет управляющая организация (подпункт 2 части 2 статьи 162 ЖК РФ).

Статьей 1102 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение)

Исходя из положений части 2 статьи 65 АПК РФ, при рассмотрении требований о взыскании неосновательного обогащения подлежат установлению следующие обстоятельства: факт удержания либо сбережения ответчиком имущества (в том числе денежных средств) за счет истца; отсутствие правовых оснований для такого удержания или сбережения; размер неосновательного обогащения, а в силу части 1 статьи 65 АПК РФ бремя доказывания указанных обстоятельств возлагается на истца.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ целью судебной защиты является восстановление нарушенного права.

Таким образом, истец как лицо, настаивающее на взыскании с ответчика неосновательного обогащения, должен доказать, что он является лицом, утратившим имущественное благо вследствие действий ответчика, то есть применительно к обязательствам из неосновательного обогащения доказать свой статус потерпевшего – лица, за счет которого обогатился ответчик.

Из материалов дела следует, и не оспаривается сторонами, что ответчик до перехода соответствующих полномочий к истцу, осуществлял управление МКД № 5 на основании договора управления МКД от 09.06.2016, заключенного между истцом и собственниками МКД № 5 согласно реестру (приложению к договору), на основании результатов открытого конкурса по отбору управляющей организации для управления МКД на основании протокола № 3 от 04.05.2016 (пункт 1.1. договора) (т. 2 л.д. 167).

По условиям указанного договора, ответчик принял на себя обязательства осуществлять деятельность по управлению МКД, в том числе оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества собственников помещений в МКД (пункт 3.1. договора).

Частью 2 статьи 154 ЖК РФ установлено, что плата за жилое помещение и коммунальные услуги для собственника помещения в многоквартирном доме включает в себя плату за содержание и ремонт жилого помещения, в том числе плату за услуги и работы по управлению многоквартирным домом, содержанию, текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме.

Наряду с этим пунктом 4 статьи 421 ГК РФ не исключается включение в договор на управление МКД любых иных не противоречащих закону условий.

Согласно пункту 6.1.1. договора, перечень выполняемых ответчиком работ и оказываемых услуг составлен в соответствии с требованиями Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утв. Постановлением Госстроя РФ от 27.09.2003 № 170 и Постановлением Правительства РФ от 03.04.2013 № 290 «О минимальном перечне услуг и работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме, и порядке их оказания и выполнения» и приведен в Приложении № 8 к договору (т. 2 л.д. 180).

Разделом 8.2. и 8.4. определен порядок внесения собственниками помещений в МКД платы, в том числе за услуги за содержание и ремонт общего имущества МКД.

Согласно пункту 9.4.4 договора собственники помещений вправе требовать от управляющей организации проведения проверок качества выполненных работ, предоставленных услуг, оформления и предоставления соответствующего акта по форме, приведенной в приложении № 12 к договору (т. 2 л.д. 189).

Из материалов дела следует, что ответчиком составлен акт по форме, указанной в приложении № 12 к договору от 09.06.2016 (т. 1 л.д. 67), из которого следует, что собственники помещений в МКД № 5, именуемые «Заказчик» в лице Ходоса А.А., являющегося собственником квартиры № 163 в МКД № 5, действующего на основании протокола № 1 от 14.07.2016, и ООО «ЖилКом», именуемый Исполнитель, составили данный акт о том, что исполнителем предъявлены к приемке услуги, указанные согласно перечню в анализируемом акте.

Таким образом, акт от 30.06.2017 по существу оформляет факт оказания ответчиком услуг по МКД № 5, что в силу вышеизложенных норм и условий разделов 8.2. и 8.3. договоров возлагает обязанность по оплате таких услуг на собственников помещений в МКД.

Протоколом № 1 от 14.07.2016 (применительно к полномочиям Ходоса А.А., упомянутым в акте от 09.06.2016), Ходос А.А. избран в Совет МКД № 5 (т. 2 л.д. 1).

Из материалов дела также следует, что Ходос А.А., являясь собственником жилого помещения в МКД № 5, одновременно является председателем ТСЖ «ЖК Крутой берег» (т. 1 л.д. 16), в силу чего, исходя из положений статьи 138 ЖК РФ, товарищество собственников жилья вправе, среди прочего, обеспечивать соблюдение прав и законных интересов собственников помещений в многоквартирном доме при установлении условий и порядка владения, пользования и распоряжения общей собственностью; представлять законные интересы собственников помещений в многоквартирном доме, связанные с управлением общим имуществом в данном доме, в том числе в отношениях с третьими лицами.

Исходя из правовых позиций, сформированных в Определении Верховного Суда Российской Федерации №304-ЭС16-10165 от 05.12.2016, Постановлениях Президиума ВАС РФ № 19488/13 от 20.50.2014, №11401/12 от 22.01.2013, № 5441/10 от 09.12.2010, ТСЖ вправе обращаться в суд от имени собственников помещений в МКД с исками не только вещно-правового, но и обязательственно-правового характера.

Тот факт, что работы, отраженные в акте от 30.06.2017, были выполнены в период 2016, то есть до создания товарищества как юридического лица (26.05.2017 - т. 1 л.д. 15) и приобретения им полномочий по управлению МКД № 5, не опровергает полномочий товарищества на обращение в суд с иском, направленным на разрешение притязаний к прежней управляющей организации в части качества и объема оказанных услуг, поскольку товарищество действует в интересах собственников МКД № 5 и в пределах полномочий, указанных в статье 138 ЖК РФ.

С учетом изложенного правового и фактического обоснования доводы апелляционной жалобы ответчика об отсутствии у истца права на иск подлежат отклонению.

В силу взаимосвязанных положений статей 420, 421, 425 и статьи 309 ГК РФ договорное обязательство подлежит исполнению, исходя из достигнутых сторонами в добровольном порядке договоренностей.

Исходя из положений подпункта 3 статьи 1103 ГК РФ, нормы главы 60 ГК РФ применяются к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

О неосновательном обогащении одной из сторон обязательства можно утверждать, если объем встречных имущественных предоставлений является неравноценным (применительно к пункту 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункту 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»).

В данном случае истец в обоснование исковых требований ссылается на несоответствие объема и стоимости фактически выполненных ответчиком работ по содержанию и текущему ремонту МКД № 5, объему и стоимости работ, предъявленных по акту № 01 от 30.06.2017.

Согласно пункту 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 ГК РФ).

Исходя из положений статей 711, 720, 753 ГК РФ, основанием для оплаты выполненных работ является акт о приемке выполненных работ (оказанных услуг), подписанный сторонами.

В силу статьи 711 ГК РФ, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (абзац 2 пункта 4 статьи 753 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» (учитывая выполнение работ на многоквартирном доме), статья 753 ГК РФ, предусматривающая возможность составления одностороннего акта, защищает интересы подрядчика, если заказчик необоснованно отказался от надлежащего оформления документов, удостоверяющих приемку.

При наличии сведений о предъявлении лицом, выполнившим работ (оказавшим услуги) работ к приемке, доказыванию подлежит наличие или отсутствие у заказчика (потребителя услуг) оснований для подписания актов.

Таким образом, обязанность доказывания обоснованности мотивов отказа от приемки выполненных работ возложена законом на потребителя. При непредставлении таких доказательств заказчиком односторонний акт приемки выполненных работ является надлежащим доказательством.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Согласно результатам проведенных по делу экспертиз, экспертами установлено несоответствие факта выполнения ответчиком следующих работ, отраженных в акте № 01 от 30.06.2017:

- по обслуживанию систем вентиляции и дымоудаления (пункт 13 акта № 01 от 30.06.2017– по договору с ООО «Спецавтоматика»);

- по обслуживанию лифтового оборудования (пункт 20 акта № 01 от 30.06.2017– по договору с ООО «АМ2 СНАБ-ЛИФТ»);

- по обслуживанию переговорно-запирающих устройств (домофонов) (пункт 17 акта № 01 от 30.06.2017– по договору с ООО «Стройтрек»);

- по обслуживанию узлов учета тепловой энергии (далее – УТТЭ) (раздел VI акта № 01 от 30.06.2017);

- по выполнению работ в рамках противопожарных мероприятий (замена светового табло «ПОЖАР», установка пожарных рукавов, плановый ремонт и обслуживание пожарной системы) (пункт 18 акта № 01 от 30.06.2017– по договору с ООО «ПожСинтез»).

Экспертами также установлен факт завышения стоимости работ по обслуживанию придомовой территории (раздел IV акта № 01 от 30.06.201).

Критическая оценка апеллянтом результатов судебных экспертиз по формальным основаниям апелляционным судом отклоняется.

Так, ссылки апеллянта на отсутствие в заключениях эксперта методики экспертного исследования, не свидетельствует об их недостоверности, учитывая, что экспертами проводилась документарная экспертиза (сопоставление объема работ, заявленного по акту № 01 от 30.06.2017, и первичных учетных и иных документов, представленных в подтверждение выполнения работ), которая не требует применения специальных методов, кроме аналитического метода исследования документов.

Доводы апелляционной жалобы о том, что выводы экспертов основаны исключительно на документарном исследовании без оценки натурного осмотра, также не влияют на достоверность исследования, учитывая, что проведение документарной экспертизы законодательством об экспертной деятельности не запрещено, и в данном случае обусловлено целью исследования – сопоставления фактически выполненных и юридически отраженных работ с учетом того, что часть услуг, заявленных в акте, объективно не подлежит натурному исследованию (текущее обслуживание системы вентиляции и пожарной системы при отсутствии аварийных случаев), и сами работы были выполнены в 2016 году, что исключает их актуальное объективное выражение.

По тем же основаниям отклоняются доводы апеллянта об отсутствии с экспертных заключениях сопоставления результатов натурного осмотра с материалами дела при оценке выполнения работ по содержанию систем вентиляции и дымоудаления.

Доводы о том, что у экспертов отсутствуют нормативные познания, необходимые для проведения исследования, опровергаются документами об образовании и квалификации, приложенными к экспертным заключениям; утверждения ответчика об отсутствии у экспертов практического опыта в проведении исследований является его субъективным умозаключением. Достоверных доказательств и сведений о низкой квалификации экспертов материалы дела не содержат.

Мнение ответчика о том, что обсуждение истцом и экспертной организацией, минуя суд, до назначения экспертизы возможности и стоимости проведения экспертизы, является нарушением действующего законодательства, следует признать ошибочным, поскольку положениями статьи 16 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» запрещается вступать в личные контакты с участниками процесса, если это ставит под сомнение его незаинтересованность в исходе дела, что предполагает невозможность личных контактов эксперта и участников процесса с момента приобретения экспертом соответствующего процессуального статуса (статья 55 АПК РФ).

Доводы апелляционной жалобы о том, что при проведении дополнительной экспертизы в части выводов о выполнении работ по содержанию систем вентиляции и дымоудаления представленные ответчиком недостающие документы в подтверждение факта и стоимости выполнения работ экспертом не изучались и дополнительно не исследовались, апелляционным судом отклоняются.

Из материалов дела следует, что изложенные документы (т. 7 л.д. 30-172) были представлены ответчиком после проведения первоначальной экспертизы, выводы которой основаны на отсутствии первичных учетных и технических документов, подтверждающих факт выполнения работ.

При таком процессуальном поведении ответчика, исходя из положений части 1 статьи 65 и статьи 86 АПК РФ, заключение экспертов № 16/19-А от 25.03.2019 не может быть признано недостоверным либо необоснованным.

Для оценки дополнительно представленных ответчиком документов по делу была проведена дополнительная экспертиза с постановкой на разрешение экспертов следующего вопроса: «Каков объем и стоимость работ, фактически выполненных ООО «ЖилКом» по содержанию и текущему ремонту общего имущества в МКД № 5 … с учетом ранее представленных со стороны ответчика документов с контрагентами (договоры и дополнительные соглашения к ним, счета, акты выполненных работ, КС-2, КС-3, акты сверки, платежные документы), а также с учетом документов, дополнительно представленных по реестру (43 позиции)?», и в экспертном заключении № 18/20-А от 12.05.2020 (т. 8 л.д. 18), вопреки доводам апеллянта, изложены выводы и мотивы оценки изложенных документов.

Таким образом, утверждения апеллянта в жалобе о том, что такая оценка документам не дана, и выводы экспертов, изложенные в экспертном заключении № 18/20-А от 12.05.2020, направлены на исправление недочетов первоначальной экспертизы, не мотивированы ни фактически, ни по праву; апелляционная жалоба не содержит конкретных обстоятельств и аналитической оценки выводов экспертов в экспертном заключении № 18/20-А от 12.05.2020, позволяющих суду дать ему критическую оценку, в силу чего изложенные доводы апеллянта подлежат отклонению.

Наряду с этим, при формальном несоответствии указанного довода апелляционной жалобы материалам дела и содержанию экспертного заключения № 18/20-А от 12.05.2020, апелляционный суд, отклоняя также доводы апелляционной жалобы о доказанности факта выполнения работ по обслуживанию систем вентиляции, дымоудаления, домофонных и противопожарных систем, а также обслуживанию узлов учета тепловой энергии отмечает следующее.

В качестве дополнительных доказательств (т. 7 л.д. 30-172) в подтверждение факта выполнения исследуемых работ ответчик по существу представил документы, оформляющие его правоотношения с третьими лицами - подрядчиками, исполнителями услуг (двусторонние акты о приемке выполненных работ и оказанных услуг, акты сверки взаимных расчетов, письма третьих лиц об отсутствии претензий по взаимным обязательствам), ссылаясь в апелляционной жалобе на достаточность данных доказательств в обоснование того, что работы, предъявленные к оплате собственниками помещений в МКД № 5, были ответчиком фактически выполнены.

Между тем, в данном случае взаимные договоренности субъектов гражданских правоотношений, основанные на принципе свободы договора, подлежат оценке с учетом наличия притязаний истца, являющегося выгодоприобретателем таких услуг, и тем самым - заинтересованным в оценке их объема, качества и стоимости, в силу чего при оценке таких правоотношений следует применить повышенные стандарты доказывания, исходя из того, что истец, не являющийся стороной правоотношений с третьими лицами, а также лишенный возможности доказывать отрицательный факт (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 11524/12 от 29.01.2013), объективно ограничен в возможности представления доказательств в обоснование своих доводов о меньшем объеме оказанных услуг.

При этом принцип диспозитивности распределения коммерческой организацией платежей, которым ответчик определяет обусловленность своих действий по выбору порядка оплаты выполненных работ третьим лицам, не может быть противопоставлен целевому характеру денежных средств, поступающих управляющей организации от собственников МКД № 5 для целей оплаты выполненных по содержанию МКД работ, на что обоснованно указано судом первой инстанции. Вопреки убеждению апеллянта, такой вывод следует из положений статей 154 и 162 ЖК РФ.

По тем же основаниям отклоняются иные доводы апелляционной жалобы, основанные на правовой позиции апеллянта о том, что документы, оформляющие приемку-сдачу работ по договорам с третьими лицами, а также их надлежащую оплату, являются в данном случае достаточными основаниями для вывода о фактическом выполнении работ (по обслуживанию лифтового оборудования, обслуживанию домофонных систем, проведению противопожарных мероприятий, а также обслуживанию узлов учета тепловой энергии и насосов на холодное водоснабжение).

С учетом изложенного, апелляционный суд признает, что факт неполной оплаты выполненных работ по правилам части 1 статьи 71 АПК РФ при совокупности иных доказательств обоснованно принят экспертами и судом в качестве доказательства их неполного выполнения.

Содержание экспертных исследований ответчиком в апелляционной жалобе также не опровергнуто.

Как ранее указано судом, экспертами, с учетом особенностей предмета исследования, проведено документарное исследование, основанное на сопоставлении сведений о видах, объеме и стоимости работ, заявленных ответчиком в акте № 01 от 30.06.2017, и сведений первичной учетной документации (платежные документы, сведения банковских выписок о движении денежных средств по счету ответчика), а также иных документов, позволяющих объективно установить факт оказания услуг, не имеющих объективно выраженного результата (журнал учета диспетчерской службы, акты на периодическую очистку и проверку дымоходов), в том числе сделан вывод об отсутствии таковых (актов на периодическую очистку дымоходов, объявлений для жильцов о проверке дымоходов, графика проведения работ по обслуживанию домофонов, актов о приемке выполненных работ по обслуживанию УУТЭ, журнала работ по техническому обслуживанию систем противопожарной безопасности и пр.).

Такую методику проведения исследования следует признать обоснованной с учетом положений статей 711, 720 ГК РФ, учитывая, что оплате подлежат только фактически выполненные работы, а изложенные в экспертных исследованиях выводы основаны на представленных в материалы дела доказательствах.

Доводы апелляционной жалобы в части критической оценки выводов эксперта о недоказанности факта выполнения ответчиком работ по содержанию систем вентиляции и дымоудаления, а также противопожарных систем, отклоняются.

Судом первой инстанции при оценке изложенного обстоятельства принято во внимание отсутствие объективных доказательств оказания услуг, а именно: отсутствие в журнале учета диспетчерской службы сведений о выходе специалистов для проведения работ (в части работ по обслуживанию вентиляции), отсутствие актов приема-передачи выполненных работ по договору №07-16 от 01.05.2016, отсутствие объективных доказательств выполнения работ по обслуживанию противопожарных систем (отсутствие у подрядчика журнала регистрации работ по ТО и ППР; актов проверки работоспособности противопожарных дверей и системы дымоудаления, актов и протоколов проверки работоспособности внутренного противопожарного водопровода и пр.), а также несоответствие объема денежных предоставлений за выполненные работы условиям договоров с подрядчиками (т. 6 л.д. 25, 34).

Ссылки апеллянта на то, что отсутствие в журнале учета диспетчерской службы (т. 6 л.д. 59) сведений о выходе специалистов для проведения работ объясняется тем, что обслуживание дымоходов проводилось в присутствии сотрудников ответчика являются исключительно утверждениями ответчика, не подлежащими объективной проверке, а потому не могут по смыслу части 2 статьи 71 АПК РФ считаться достоверно установленными обстоятельствами.

Учет в журнале учета диспетчерской службы факта выдачи ключей от помещений в МКД, вопреки мнению апеллянта, взаимосвязан с фактом допуска посетителей в конкретные помещения МКД с целью обслуживания системы вентиляции и дымоудаления, в силу чего независимо от должностных обязанностей диспетчера, в которые, по утверждению апеллянта, не входит отражение в журнале прохода конкретного посетителя, содержание журнала обосновано принято судом наряду с другими доказательствами как доказательство доступа в помещения с целью проведения исследуемых работ.

Также является необоснованным мнение апеллянта о том, что отсутствие исполнительной документации не опровергает факта выполнения работ, поскольку данное обстоятельство не предусмотрено условиями договора №115-16-11 от 01.06.2016 с ООО «Спецавтоматика» (исполнитель работ). Необходимость составления такой документации предусмотрена частью 6 статьи 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации, Приказом Ростехнадзора от 26.12.2006 № 1128 «Об утверждении и введении в действие Требований к составу и порядку ведения исполнительной документации при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства и требований, предъявляемых к актам освидетельствования работ, конструкций, участков сетей инженерно-технического обеспечения» (вместе с «РД-11-02-2006...») (с учетом того, что работы по обслуживанию вентиляции и системы дымоудаления относятся к работам, влияющим на безопасность объекта капитального строительства).

Пунктом 11 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, установлено, что исполнительная документация необходима как для безопасной эксплуатации объекта, так и для проведения ремонтных работ.

Таким образом, отсутствие в договоре с исполнителем услуг соответствующих условий о предоставлении исполнительной документации не отменяет обязательных требований о её составлении при проведении работ, связанных с обеспечением безопасности объектов.

Сам по себе факт указания в акте № 01 от 30.06.2017 сведений об обслуживании системы газоснабжения, при отсутствии таковой в многоквартирном доме, а также отсутствие фотофиксации выполненных работ, не послужил решающим мотивом оценки судом обстоятельства фактического выполнения ответчиком работ в данной части, судом дана оценка иным доказательствам в совокупности (статья 71 АПК РФ), в силу чего доводы апелляционной жалобы о необоснованности выводов суда в данной части отклоняются.

Доводы апеллянта о том, что вывод эксперта о стоимости работ по замене сигнального табло «Пожар» (при исследовании объема выполнения работ по обеспечению противопожарной безопасности) сделан с превышением полномочий, поскольку таких вопросов судом перед экспертом не ставилось, отклоняются, поскольку данный вывод эксперта соответствует поставленным судом на разрешение эксперта вопросам (о факте, объеме и видам выполнения работ), и полномочиям эксперта, закрепленным в абзаце 12 части 2 статьи 86 АПК РФ.

По тем же основаниям отклоняются доводы апеллянта о необоснованности выводов эксперта о стоимости работ по замене пожарных извещателей по данным сайта ООО «Систем сервис» на основании которых экспертами сделан вывод о стоимости работ (т. 6 л.д. 35).

Кроме того, настаивая на предположительности указанных выводов эксперта, апеллянт в порядке части 1 статьи 65 АПК РФ не представляет опровергающих доказательств, свидетельствующих об иной стоимости таких работ, исходя из положений пункта 3 статьи 424 ГК РФ, в силу чего использованные экспертом сведения о стоимости по замене пожарных извещателей не могут быть признаны апелляционным судом недостоверными.

Апеллянтом неверно истолкованы выводы экспертов заключении № 16/19-А от 25.03.2019 (т. 6 л.д. 26) и в заключении № 18/20-А о 12.05.2020 (т. 8 л.д. 24) о том, что о недоказанности факта выполнения работ по обслуживанию лифтового оборудования свидетельствует исключительно переплата со стороны ответчика в пользу общества «АМ2 СНАБ-ЛИФТ» и отсутствие актов о приемке выполненных работ, поскольку указанный вывод сделан экспертами, исходя из невозможности сопоставления периода произведенной оплаты и выставленных на оплату счетов. Ошибочное указание экспертами на отсутствие актов о приемке выполненных работ при наличии таковых в материалах дела (т. 7 л.д. 30-42) не опровергает достоверности выводов экспертов по существу исследования.

Ссылки апеллянта при изложении указанного довода на то, что переплата за оказанные услуги обусловлена внесением платы за обслуживание, в том числе, иного многоквартирного дома, отклоняются по тем же мотивам (невозможности индивидуализации произведенного платежа, исходя из выставленных счетов, при целевом характере использования денежных средств, поступающих от собственников помещений в МКД № 5).

Апелляционный суд не может согласиться с критической оценкой апеллянтом выводов экспертов в части расчета стоимости услуг по обслуживанию придомовой территории (исходя из площади придомовой территории (площади земельного участка), а не площади жилых/нежилых помещений в многоквартирном доме).

Объем мероприятий по обслуживанию придомовой территории установлен пунктом 24 Постановления Правительства РФ от 03.04.2013 № 290 «О минимальном перечне услуг и работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме, и порядке их оказания и выполнения» и соответствует как условиям конкурсной документации, на которую ссылается апеллянт (т. 5 л.д. 46, стр. 47 конкурсной документации), так и условиям договора на управление от 09.06.2016.

Объем таких работ позволяет сделать вывод о том, что такие работы проводятся вне конкретных помещений МКД и связаны с обслуживанием прилегающей к МКД территории, в силу чего объем таких мероприятий не может быть обусловлен количеством помещений в МКД, и тем самым стоимость выполненных работ в таком случае, вопреки требованиям конкурсной документации, не может быть определен, исходя из 1 кв.м. площади помещения.

При таких обстоятельствах экспертом правомерно определена стоимость выполненных работ по обслуживанию придомовой территории, исходя из площади земельного участка.

С учетом изложенного, поскольку выводы экспертов по результатам судебных экспертиз ответчиком не опровергнуты, подтверждены представленным в дело доказательствами, заключения № 16/19-А от 25.03.2019 и № 18/20-А о 12.05.2020 обоснованно положены судом первой инстанции в основу принятого решения о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения.

Поскольку результаты судебных экспертиз, проведенных в суде первой инстанции, признаны апелляционным судом достоверным доказательством, коллегией не установлено процессуальных оснований для назначения по делу повторной экспертизы по ходатайству апеллянта.

Доводы апеллянта о том, что решение суда вынесено без учета наличия у ответчика права на оставление экономии, предусмотренной нормой части 12 статьи 162 ЖК РФ, отклоняются как основанные на неверном толковании указанной нормы, по смыслу которой экономия управляющей компании определяется как разница между объемом внесенной собственниками платы за содержание МКД и фактическими расходам, тогда как материалами дела подтверждено несение ответчиком фактических расходов в меньшем размере, чем объективно заявлено в акте № 01 от 30.06.2017.

Из взаимосвязанных положений норм части 12 стати 162 ЖК РФ, пункта 17 Правил № 491, а также применительно к норме статьи 710 ГК РФ следует сделать вывод, что экономия лица, выполнившего работы, не должна влиять на результат таких работ (в части объема работ, их качества и пр.), в силу чего при доказанности по материалам дела несоответствия юридически заявленных и фактически выполненных работ по МКД № 5 на спорные денежные средства не может распространяться правовой режим экономии.

Доводы апеллянта о допущенных судом процессуальных нарушениях также подлежат отклонению.

Так, доводы ответчика о том, что судом не было рассмотрено ходатайство ответчика о фальсификации доказательств: досудебной претензии от 17.09.2017, описи вложения в почтовое отправление от 15.09.2017, конверта, уведомления о вручении почтового отправления от 20.09.2017 и заявленное для целей рассмотрения заявления о фальсификации ходатайство о проведении экспертизы давности изготовления документов, признаются необоснованными как основанные на неверном толковании норм процессуального права.

Фальсификация доказательств в придаваемом этому понятию статьей 161 АПК РФ смысле, предполагает изменение содержания документа или в целом фабрикацию документа, а именно в сознательном искажении представляемых доказательств, например документов путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл. Фальсификации подвергается материальный носитель составляющих доказательственную базу сведений, в силу чего правила ст. 161 АПК РФ определяют механизм проверки подлинности формы, а не содержания документа и достоверность содержащихся в нем сведений, несостоятельность которых в порядке ст. 161 АПК РФ проверена быть не может, а подлежит опровержению посредством представления иных доказательств.

Между тем поданное ответчиком заявление о фальсификации (т. 4 л.д. 194) по существу направлено на проверку факта соблюдения истцом претензионного порядка урегулирования спора, то есть оценку содержательных действий истца, для чего существует иной процессуальный порядок.

Наряду с этим апелляционный суд отмечает следующее.

Необходимость обеспечения такого элемента права на суд как соблюдение досудебной процедуры урегулирования спора должна оцениваться в совокупности с иными элементами такого права (в том числе на разбирательство в разумный срок и установление правовой определенности), а также с учетом фундаментальных принципов права (среди которых запрет приоритета формального над существом (запрет пуризма)), исходя из фактических обстоятельств конкретных правоотношений, как процессуальных, так и по существу спора, в целях того, чтобы формальное обеспечение какого-либо элемента права на суд не приводило к иллюзорности такого права и нарушению баланса интересов сторон.

Оставление иска без рассмотрения недопустимо в тех случаях, когда суды, формально соблюдая процессуальное законодательство, могут создать своим актом такие правовые последствия для участников процесса, которые будут иметь для них значительный негативный эффект, приведут к возникновению объективных сложностей в реализации права на справедливое судебное разбирательство, сделают его чрезмерно длительным или обременительным. При этом формальное обеспечение требований закона не может быть единственной целью отмены судебных актов в ущерб материальным интересам сторон по существу спора (Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Сутяжник против Российской Федерации» от 23.07.2009). Такие интересы по существу спора могут быть выражены как в наличии вступившего в законную силу судебного акта, так и в длительном разбирательстве по существу спора, концентрации в рамках разбирательства большого круга доказательств, представленных сторонами, приложения сторонами существенных процессуальных усилий в конкретном разбирательстве и т.п.

Из материалов дела следует, что для целей рассмотрения спора по существу судом совершено значительное число процессуальных действий, в том числе для целей проведения экспертных исследований.

Следует также отметить, что у ответчика отсутствовала неопределенность относительно существа и фактических оснований заявленных истцом требований, поскольку ответчиком заявлялись содержательные отзывы на исковое заявление.

При таких обстоятельствах, следует признать, что в данном случае направленность действий ответчика на оценку документов, представленных истцом в подтверждение факта претензионного урегулирования спора не является мерой, направленной на реализацию принципа справедливого судебного разбирательства, не способствует установлению правовой определенности в спорных правоотношениях в разумные сроки, а значит - не обеспечивает право на эффективную судебную защиту.

С учетом изложенного и руководствуясь частью 3 статьи 270 АПК РФ, учитывая, что по существу спор рассмотрен судом верно, апелляционный суд не находит оснований для признания обоснованными доводов апелляционной жалобы в части процессуальных действий суда по оценке заявления ответчика о фальсификации доказательств.

Доводы апеллянта о необоснованном отклонении судом ходатайств ответчика о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ООО «Стройтрек», отклоняются.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Таким образом, целью вступления в дело в качестве третьего лица является охрана собственных интересов, поскольку судебный акт по делу может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон.

При этом из взаимосвязанных положений пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» и нормы статьи 42 АПК РФ следует сделать вывод, что безусловным основанием для привлечения третьего лица к участию в деле является принятие (возможное принятие) судом по результатам рассмотрения спора судебного акта, которым непосредственно затрагиваются права или обязанности такого лица.

Предусмотренный процессуальным законодательством институт третьих лиц, как заявляющих, так и не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, призван обеспечить судебную защиту всех заинтересованных в исходе спора лиц и не допустить принятия судебных актов о правах и обязанностях этих лиц без их участия. Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, какое является предметом разбирательства в арбитражном суде.

Между тем изложенных процессуальных оснований для привлечения к участию в деле общества «Стройтрек» апелляционным судом не установлено, поскольку материалами дела не подтверждается то обстоятельство, что принятым судебным актом затрагиваются права указанного лица; самостоятельной процессуальной воли на обжалование судебного акта общество «Стройтрек» не выразило. Исполнение ответчиком обязанностей по предоставлению доказательств в обоснование заявленных возражений по смыслу статей 51 и 65 АПК РФ не может быть реализовано путем использования института третьих лиц.

Изложенные мотивы послужили основанием для оставления без рассмотрения заявленного ответчиком в апелляционном суде ходатайства о привлечении к участию в деле иных третьих лиц.

Доводы апеллянта о совершении судом первой процессуальных действий по существу спора в период приостановления производства по делу и без разрешения вопроса о его возобновлении, не могут являться основанием для отмены решения суда первой инстанции в силу следующего.

Согласно пункту 18 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» после приостановления производства по делу в связи с назначением экспертизы суд решает вопросы о замене эксперта, о привлечении к производству экспертизы другого эксперта, об отводе эксперта, о предоставлении эксперту дополнительных материалов, о постановке перед экспертом дополнительных вопросов, об отмене разрешения участвующему в деле лицу присутствовать при производстве экспертизы, о продлении срока проведения экспертизы без возобновления производства по делу.

Из материалов дела следует, что определением от 30.10.2018 (т. 5 л.д. 211) суд первой инстанции приостановил производство по делу в связи с назначением экспертизы на срок до 11.12.2018, а впоследствии, как следует из определений суда от 11.12.2018, от 05.02.2019, от 12.03.2019, от 16.04.2019, 04.06.2019, от 16.07.2019, от 31.08.2019 (т. 6 л.д. 4, 8, 13, т. 7 л.д. 5, 193, 222, 243) и соответствующих протоколов судебных заседаний, судом был неоднократно отложен вопрос о возобновлении производства по делу.

Определением от 10.10.2019 производство по делу было приостановлено до 15.12.2019 в связи с назначением повторной экспертизы (т. 1 л.д. 265)

В судебном заседании 04.06.2019 судом был принят к рассмотрению вопрос о принятии заявленных истцом уточнений иска (т. 7 л.д. 192), при этом апеллянт ошибочно полагает, что в том же либо в последующих судебных заседаниях судом в порядке статьи 49 АПК РФ были приняты указанные уточнения иска, в силу чего в данной части действия суда соответствуеют вышеизложенным разъяснениям пункта 18 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе».

Окончательное уточнение иска, исходя из которого судом был рассмотрен спор по существу, сформировано истцом в заявлении от 13.08.2020 (т. 8 л.д. 79), которое было принято судом протокольным определением от 13.08.2020 (т. 8 л.д. 21).

Таким образом, нарушений статей 49 и 143 АПК РФ при принятии уточнений к иску судом первой инстанции не нарушено.

Тот факт, что в протоколе судебного заседания от 28.08.2019 и 13.08.2020 не отражен вопрос о возобновлении производства по делу, не свидетельствует о наличии оснований для отмены решения суда в силу положений части 3 статьи 270 АПК РФ, с учетом того, что определение о возобновлении производства по делу самостоятельному обжалованию не подлежит (часть 2 статьи 147, статья 185 АПК РФ), в силу чего такой вопрос может быть разрешен судом путем вынесения протокольного определения и совершение судом процессуальных действий по существу спора свидетельствует о том, что производство по делу фактически возобновлено.

При этом вопреки убеждению апеллянта изложенные обстоятельства не могут являться основанием для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ, для рассмотрения дела в суде первой инстанции, поскольку перечень таких оснований, изложенных в части 4 статьи 270 АПК РФ, является исчерпывающим, тогда как положения нормы части 3 статьи 270 АПК РФ, исходя из вышеизложенных выводов апелляционного суда не могут в данном случае являться основанием для отмены решения суда первой инстанции.

В связи с изложенным апелляционным судом отказано в удовлетворении ходатайства апеллянта о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ, для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Отсутствие в решении суда детальной оценки доводов и возражений ответчика, исходя из части 1 статьи 168 АПК РФ, не свидетельствует о том, что такие возражения не были оценены судом при вынесении решения.

Нарушение порядка формирования дела (наличие расшитых листов заключения эксперта, отсутствие нумерации дома № 6), на что также ссылается апеллянт, не свидетельствует о допущенных судом первой инстанции процессуальных нарушениях, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы о неправильном распределении судебных расходов по оплате государственной пошлины по иску, в нарушение установленного частью 2 статьи 110 АПК РФ принципа пропорциональности, отклоняются, поскольку заявлены без учета принятого судом первой инстанции уточнения иска (т. 8 л.д. 79), при котором при общей сумме исковых требований 1 002 073 руб. 77 коп. государственная пошлина составляет 23021 руб.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения в ходе апелляционного обжалования, в силу чего решение суда первой инстанции об удовлетворении заявленных требований соответствует представленным в дело доказательствам, основано на правильном применении норм материального и процессуального права и отмене не подлежит.

Руководствуясь статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд


ПОСТАНОВЛЕНИЯ:


решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.12.2020 по делу № А56-105421/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.



Председательствующий


Г.Н. Богдановская



Судьи


Н.А. Мельникова


Е.В. Савина