Постановление от 7 мая 2019 г. по делу № А53-33093/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-33093/2017
город Ростов-на-Дону
07 мая 2019 года
15АП-3806/2019

15АП-3808/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 29 апреля 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 07 мая 2019 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Сулименко Н.В., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 11.05.2017;

ФИО2: по паспорту, лично;

ФИО4: по паспорту, лично;

от финансового управляющего ФИО2 ФИО5: представитель ФИО6 по доверенности от 01.02.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 07.02.2019 по делу № А53-33093/2017 о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки по заявлению финансового управляющего ФИО5 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>), принятое в составе судьи ФИО7,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление финансового управляющего должника ФИО5 к ФИО4 о признании недействительной сделки должника по отчуждению транспортного средства КИА ХМ (Соренто), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN: <***>, применении последствий недействительности сделки.

Определением от 07.02.2019 суд отказал в удовлетворении ходатайств о вызове эксперта. В удовлетворении ходатайств о проведении повторной и дополнительной экспертиз судом отказано. Суд удовлетворил заявление финансового управляющего должника ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности и признал недействительным договор купли-продажи от 22 апреля 2016 года, заключенный между ФИО2 и ФИО4 в отношении транспортного средства KIA ХМ (Sorento), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак Е1770В 161/RUS, VIN: <***>. Суд применил последствия недействительности сделки. Суд определил возвратить в конкурсную массу должника ФИО2 транспортное средство KIA ХМ (Sorento), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак Е1770В 161/RUS, VIN: <***>. Суд взыскал с ФИО4 в доход федерального бюджета 9 000 руб. Суд перечислил ООО «Центр судебных экспертиз по Южному округу» (ОГРН <***>) с депозитного счета Арбитражного суда Ростовской области 5 000 руб. за проведение экспертизы согласно счету № 184 от 04.10.2018.

ФИО4 и ФИО2 обжаловали определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просили отменить судебный акт, принять новый.

В судебном заседании суд огласил, что от ФИО4 через канцелярию суда поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО5 возражал против удовлетворения ходатайства.

Представитель ФИО2 не возражал против удовлетворения ходатайства.

Суд протокольным определением удовлетворил ходатайство и приобщил к материалам дела дополнительные доказательства как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

Суд огласил, что от ФИО4 через канцелярию суда поступило дополнение к апелляционной жалобе с приложением дополнительных доказательств для приобщения к материалам дела.

Представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО5 возражал против удовлетворения ходатайства.

Представитель ФИО2 не возражал против удовлетворения ходатайства.

Суд протокольным определением удовлетворил ходатайство и приобщил к материалам дела дополнительные доказательства как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

Суд огласил, что от ФИО2 через канцелярию суда поступило дополнение к апелляционной жалобе с приложением дополнительных доказательств для приобщения к материалам дела.

Представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО5 возражал против удовлетворения ходатайства.

ФИО4 не возражала против удовлетворения ходатайства.

Суд протокольным определением удовлетворил ходатайство и приобщил к материалам дела дополнительные доказательства как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

Суд огласил, что от финансового управляющего ФИО2 ФИО5 через канцелярию суда поступило возражение на дополнение к апелляционным жалобам с приложением дополнительных доказательств для приобщения к материалам дела.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения ходатайства.

ФИО4 возражала против удовлетворения ходатайства.

Суд протокольным определением с учетом положений аб. 2 ч. 2 ст. 268 АПК РФ удовлетворил ходатайство и приобщил к материалам дела дополнительные доказательства как представленные в обоснование возражений на доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО2, ФИО2 поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и дополнении к ней, просил определение суда отменить.

ФИО4 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе и дополнении к ней, просила определение суда отменить.

Представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО5 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, дополнении к отзыву, возражениях на дополнение к апелляционным жалобам, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, отзывов на них, письменных возражений, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Ростовской области от 17.01.2018 (резолютивная часть объявлена 11.01.2018) в отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утверждена кандидатура ФИО5.

Сведения о введении процедуры реализации имущества должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 20 от 03.02.2018, стр. 158.

В Арбитражный суд Ростовской области 25.04.2018 поступило заявление финансового управляющего должника ФИО5 о признании недействительной сделки должника по отчуждению транспортного средства КИА ХМ (Соренто), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN: <***>, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника.

Кроме того, финансовым управляющим заявлено о принятии обеспечительных мер в виде ареста в отношении транспортного средства КИА ХМ (Соренто), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN: <***>, которое удовлетворено определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.04.2018.

В обоснование заявления об оспаривании сделки финансовый управляющий указал следующее.

22 апреля 2016 года между ФИО2 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи транспортного средства КИА ХМ Соренто стоимостью 780 000,00 рублей.

По мнению управляющего, продажа транспортного средства осуществлена по заниженной стоимости, что подтверждается отчетом оценщика № 30/03/18-2 от 30 марта 2018 года, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства КИА ХМ (Соренто), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN: <***>, на 22 апреля 2016 составляет 1 074 319 рублей.

Кроме того, согласно анализу счета должника не были установлены транзакции по оплате денежных средств за передачу транспортного средства по договору № б/н от 22 апреля 2016 года.

Управляющий просил учесть, что по сведениям должника, указанным в заявлении о признании его банкротом, за ним числится задолженность в размере 4 038 291,77 руб., из них:

- задолженность по требованиям ПАО «Сбербанк России», по заключенному кредитному договору № <***> от 10.12.2015 г., по договору № <***> от 18.01.2013 г.;

- задолженность по кредитному договору <***> от 10.12.2015 г., задолженность в размере 849 125,26 руб. взысканная по решению Батайского городского суда Ростовской области по гражданскому делу № 2-1847/17 по исковому заявлению ПАО «Сбербанк России» в лице Ростовского отделения №5221 к ФИО2. о расторжении кредитного договора и досрочном взыскании задолженности;

- задолженность по кредитному договору № <***> от 18.01.2013 г., взысканная судебным приказом мирового судьи судебного участка №2 Ленинского судебного района г. Ростова-на-Дону от 01.08.2017 г. по заявлению ПАО «Сбербанк России» к должнику, по кредитной карте № 5484015200824516, всего в размере 11374,08 руб.;

- задолженность по требованиям ПАО «ВТБ 24» по кредитному договору <***> от 17.05.2016 г. в размере 2 955 559,57 руб.; - задолженность по кредитному договору <***> от 24.08.2015 г., заключенному с АО «Банк Москвы» в размере 22 685,31 руб.

- задолженность по договору №MOHERR20S 12102000415 от 22.10.2012 г., в размере 96 147,55 руб.

Вышеуказанные судебные акты вступили в законную силу.

Финансовый управляющий просил признать на основании ст. 10 ГК РФ, п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» недействительным договор купли-продажи от 22 апреля 2016 2015 года, заключенный между ФИО2 и ФИО4; применить последствия недействительности сделки.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявления, исходя из следующего.

Согласно ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 213.1. Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I -VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В силу абзаца 2 пункта 7 статьи 213.9. Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 29.06.2015 № 154-ФЗ установлено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 в редакции ФЗ от 29.06.2015 № 154-ФЗ применяется к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 в редакции ФЗ от 29.06.2015 № 154-ФЗ.

Как верно установлено судом первой инстанции, оспариваемая финансовым управляющим сделка совершена 22.04.2016, следовательно, сделка может быть оспорена и признана недействительной как общим, так и по специальным основаниям.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановление Пленума ВАС РФ № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В п. 8, 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторыхвопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Оспариваемая сделка совершена 22 апреля 2016 года, процедура банкротства возбуждена 22.11.2017, т.е. в пределах 3 лет до принятия заявления о признании банкротом, соответственно, подлежат применению положения п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждено материалами дела, 22.04.2016 между ФИО2 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи транспортного средства КИА ХМ Соренто.

Согласно условиям договора стоимость транспортного средства 780 000 рублей.

Финансовый управляющий указал, что сделка совершена по существенно заниженной цене по сравнению с реально существующими рыночными ценами на аналогичное имущество на момент совершения сделок.

В подтверждение финансовым управляющим представлен отчет оценщика № 30/03/18-2 от 30 марта 2018 года, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства КИА ХМ (Соренто), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN: <***>, на 22 апреля 2016 составляет 1 074 319 рублей.

Согласно ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 24.09.2018 удовлетворено ходатайство о назначении экспертизы, назначена автотовароведческая экспертиза по делу № А53-33093/17. Проведение экспертизы поручено ФИО8, ООО «Центр судебных экспертиз по Южному округу».

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос:

Какова рыночная стоимость транспортного средства KIA ХМ (Sorento), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак Е1770В 161/RUS, VIN: <***> по состоянию на 22 апреля 2016 года?

В суд поступило заключение эксперта № 734/18 от 03.10.2018, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства КИА ХМ (Соренто), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN: <***>, по состоянию на 22 апреля 2016 года составляет 1 048 600 руб.

Исследовав экспертное заключение, суд не усмотрел оснований для сомнений в обоснованности заключения эксперта. Противоречия, неясности в выводах эксперта отсутствуют. Представленное в дело заключение эксперта соответствует статье 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 25 Федерального закона № 73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Само по себе несогласие ответчика и должника с выводами эксперта не свидетельствует о неполноте и противоречивости проведенного экспертного исследования и не может являться основанием для признания такого доказательства ненадлежащим и недопустимым.

Суд первой инстанции согласился с доводами финансового управляющего о том, что заключение договора привело к уменьшению конкурсной массы должника.

В обоснование управляющий указал, что ФИО4 не представлено доказательств фактической передачи денежных средств должнику, финансовое положение ответчика в виду отсутствия доходов не позволяло приобрести транспортное средство. Согласно представленным в материалы дела документам ФИО4 в указанный период являлась студенткой. Кроме того, управляющий просил учесть, что в материалы дела не представлено сведений о том, как денежные средства были потрачены должником.

В обоснование финансовой возможности приобретения автомобиля КИА ответчик представил сведения о доходах своего отца ФИО9

Суд первой инстанции обоснованно не принял доводы ответчика, поскольку доказательств фактической передачи денежных средств не представлено. Доказательств аккумулирования денежных средств перед заключением сделки не предоставлено. Кроме того, сведения о размере дохода лица за определенный период, предшествующий дате заключения договора, не могут и не должны ограничиваться лишь размером дохода, поскольку физическое лицо должно обладать еще и средствами, необходимыми для несения расходов на личные потребности (нужды). Финансовое положение определяется как из доходов, так и расходов данного лица и подлежит оценке наряду с иными имеющимися в деле доказательствами и установленными обстоятельствами.

Факт возмездности не подтвержден сторонами сделки.

Из материалов дела следует, что в реестр требований должника включены требования ПАО «Сбербанк» и ВТБ.

Определением от 03.04.2018 включены требования публичного акционерного общества «Сбербанк России» в размере 113 774,08 руб., в том числе: ссудная задолженность - 99 983,27 руб., проценты за кредит - 9 051,36 руб., неустойка - 3 018,91 руб., госпошлина - 1 720,54 руб., в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО2, требования основаны на кредитном договоре от 18.01.2013, подтверждены судебным приказом Мирового судьи судебного участка № 2 Ленинского судебного района г. Ростова-на-Дону от 01.08.2017 по делу №2-2-4667/2017.

Определением от 08.05.2018 включены требования публичного акционерного общества «Сбербанк России» в размере 849 075,26 руб., в том числе: ссудная задолженность - 685 594,43 руб., проценты за кредит - 150 128, 32 руб., неустойка -1 777,01 руб., госпошлина - 11 575,5 руб., в третью очередь реестра требований кредиторов. должника ФИО2, требования основаны на кредитном договоре <***> от 10.12.2015, в соответствии с условиями которого кредитор предоставил должнику кредит в сумме 714 000 руб. под 20,5 % годовых, требования подтверждены решением Батайского городского суда от 26.09.2017 по гражданскому делу №2-2-1847/2017.

Определением от 14.08.2018 требование публичного акционерного общества «Банк ВТБ» в размере 3 123 757,03 руб. признаны обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника ФИО2 в порядке, определенным пунктом 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», требования основаны на кредитном договоре <***> от 17.05.2016, заключенном между банком и ФИО2, в соответствии с условиями которого кредитор предоставил должнику денежные средства в размере 2 475 000 руб.

Доводы должника о том, задолженность возникла после совершения сделки, рассмотрены судом первой инстанции и правомерно отклонены.

Задолженность по кредитному договору № <***> от 18.01.2013, заключенному с ПАО «Сбербанк России», сформирована за период с 27.02.2013 по 10.07.2017, что подтверждается судебным приказом Мирового судьи судебного участка № 2 Ленинского судебного района г. Ростова-на-Дону от 01.08.2017 по делу №2-24667/2017.

Доводы должника о том, что он являлся платежеспособным, также подлежат отклонению как документально не подтвержденные.

Суд первой инстанции правомерно принял во внимание, что кредитные договоры заключались постоянно с 2012 года, предшествующие кредиты фактически погашались за счет последующих, что свидетельствует о наличии финансовых проблем у должника в указанный период. Доход у должника в указанный период был низким (10 000 руб.), из имущества в собственности имелись лишь 2 автомобиля, при этом, должником были совершены сделки по отчуждению указанных ТС заинтересованным лицам.

Ссылки заявителя на факт дарения дома по договору от 15.12.2015 не могут быть приняты во внимание, указанное имущество является единственным жильем. Согласно абзацу 2 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание не может быть обращено на принадлежащее должнику на праве собственности жилое помещение (его части), являющееся единственным пригодным для постоянного проживания помещением для гражданина-должника и членов его семьи.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное; недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;

В силу ст. 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств:

гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил;

более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены;

размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования;

наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Из материалов дела следует, что размер задолженности гражданина превышал стоимость его имущества, размер обязательств должника со временем лишь увеличивался, доказательств, опровергающих презумпцию неплатежеспособности, должник не представил.

В указанных условиях должник совершает сделку, направленную на отчуждение ликвидного имущества.

Как разъяснено в п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

По смыслу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции учтена аналогичная правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2017 года № 306-ЭС16-20056 (6), о наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО4 и ФИО2 находятся в доверительных отношениях, что подтверждается пояснениями данных лиц, а также данными из общедоступных источников в сети «Интернет».

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В связи с выводом имущества, на которое может быть обращено взыскание, должником причинен вред имущественным интересам кредиторов.

Таким образом, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что заключение договора привело к уменьшению конкурсной массы должника. Фактически осуществлена перерегистрация права собственности на транспортное средство на заинтересованное лицо с целью вывода ликвидного имущества.

При этом установлено, что должник продолжал использовать транспортное средство после совершения сделки, в подтверждение представлены страховые полисы. Ответчиком после заключения оспариваемой сделки страховой полис оформлен не был, правом управления ТС обладали ФИО2 и ФИО10 (отец должника). Факт возмездности сделки также не подтвержден.

Учитывая, что оспариваемая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, принимая во внимание, что должник на момент совершения сделки имел признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, суд приходит к выводу о том, что имеется вся необходимая совокупность условий, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной.

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения данных требований арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. Указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, пока не доказано обратное.

С учетом изложенного выше, действия должника и ответчика суд первой инстанции правомерно оценил как злоупотребление правом.

Также суд апелляционной инстанции принимает во внимание сведения из общедоступных источников в сети Интернет, согласно которых стоимость аналогичного автомобиля KIA Sorento, 2012 г.в. составляет в настоящее время от 909 000 руб. до 1 300 000 руб., в то время как согласно оспариваемому договору купли-продажи от 22.04.2016 цена сделки в 2016 году (около 3 лет назад) определена сторонами в размере 780 000 руб., что очевидно не соответствует реальной рыночной стоимости автомобиля.

Следует отметить, что сведения о каких-либо повреждениях автомобиля в договоре купли-продажи и акте приема-передачи отсутствуют.

Из пояснений должника следует, что расчет по сделке произведен в наличной форме.

Исследовав вопрос о стоимости отчужденного по сделке имущества, апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что финансовый управляющий доказал неравноценность встречного предоставления по сделке.

В результате заключения сделки должник лишился материального актива - транспортного средства без предоставления взамен эквивалентной денежной оплаты со стороны покупателя, в результате чего причинен вред имущественным правам кредиторов, поэтому сделка подлежит признанию недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соглашаясь с выводом суда первой инстанции о признании недействительной сделки должника, суд апелляционной инстанции также считает необходимым указать, что, как следует из анализа страховых полюсов, ФИО4 не имела допуска к управлению транспортным средством, правом управления транспортного средства с момента продажи обладал должника – ФИО2 и его отец – ФИО10

Таким образом, после совершения сделки должник продолжал владеть и пользоваться спорным автомобилем.

Данное обстоятельство, в соответствии с абз. 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве является самостоятельным основанием для вывода о наличии презумпции цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

Ответчик является номинальным собственником транспортного средства, поскольку: ответчик доказательств наличие собственных средств на приобретение не представлено, на момент совершения сделки являлся студентом.

Размер доходов в 2015-2016 гг. составил 0 рублей. Доказательств о наличии у отца ответчика (ФИО9) денежных средств в сумме 780 000 руб. на дату совершения оспариваемой сделки - 22.04.2016 не представлено. Должник не представил доказательств, подтверждающих реального получения указанных денежных средств, доказательств их расходования. Должник и ответчик являются заинтересованными лицами (фактическая аффилированность).

Согласно страховым полюсам за период с 10.11.2017 по 09.11.2018, ответчик никогда не управляла транспортным средством. Страхователем имущества выступает ФИО10 (отец должника) в 2016-2018 гг.

До момента заключения сделки ответчик был вписан в страховой полис транспортного средства, однако, после отчуждения имущества (22.04.2018) ответчик не был фактически допущен к управлению транспортным средством, правом управления транспортного средства обладали только ФИО10 и ФИО2

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Протокольным определением от 08.04.2019 суд апелляционной инстанции предлагал ФИО2 документально обосновать исполнение оспариваемой сделки от 22.04.2016 г., получение им по указанной сделке денежных средств в сумме 780 000 руб. за проданный автомобиль и их расходование, в том числе с учетом того, что в период после заключения оспариваемой сделки - с 10.11.2016 г. по 09.11.2018 г. ответчик - ФИО4 не была вписана в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению указанным транспортным средством (фактически с 10.11.2016 г. по 09.11.2017 г. лицами, допущенными к управлению указанным транспортным средством были только ФИО2 и его отец ФИО10, а с 10.11.2017 г. по 09.11.2018 г. единственным лицом, допущенным к управлению указанным транспортным средством был только отец ФИО2 - ФИО10); документально обосновать соответствие цены сделки рыночной стоимости автомобиля, в том числе с учетом проведенной по делу судебной экспертизы и общедоступных сведений в сети Интернет.

Однако ФИО2 определение суда апелляционной инстанции не исполнил, в том числе документально не обосновал исполнение оспариваемой сделки от 22.04.2016 г., получение им по указанной сделке денежных средств в сумме 780 000 руб. за проданный автомобиль и их расходование, в том числе с учетом того, что в период после заключения оспариваемой сделки - с 10.11.2016 г. по 09.11.2018 г. ответчик - ФИО4 не была вписана в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению указанным транспортным средством (фактически с 10.11.2016 г. по 09.11.2017 г. лицами, допущенными к управлению указанным транспортным средством были только ФИО2 и его отец ФИО10, а с 10.11.2017 г. по 09.11.2018 г. единственным лицом, допущенным к управлению указанным транспортным средством был только отец ФИО2 - ФИО10), никаких доказательств в указанной выше части в суд апелляционной инстанции не представил.

Подлежит отклонению довод апелляционных жалоб об оплате цены договора от 22.04.2016, поскольку достоверность факта передачи должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской, не доказана. Доказательства, подтверждающие зачисление денежных средств на расчетный счет должника и использование их должником, в материалах дела отсутствуют.

Доводы подателя жалобы со ссылкой на отчет об определении рыночной стоимости спорного транспортного средства, не принимаются судебной коллегией, поскольку фактически данный отчет не опровергает правомерность выводов проведенной по делу судебной экспертизы, а именно, выводов, изложенных в заключении эксперта № 734/18 от 03.10.2018, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства КИА ХМ (Соренто), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN: <***>, по состоянию на 22 апреля 2016 года составляет 1 048 600 руб.

При этом правомерность выводов, изложенных заключении эксперта № 734/18 от 03.10.2018, подтверждается данными из общедоступных источников в сети Интернет о стоимости аналогичного автомобиля, а также представленным финансовым управляющим отчетом оценщика № 30/03/18-2 от 30 марта 2018 года, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства КИА ХМ (Соренто), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN: <***>, на 22 апреля 2016 составляет 1 074 319 рублей.

Кроме того, отчет об определении рыночной стоимости спорного транспортного средства, датированный 23.04.2019, на который ссылаются податели апелляционных жалоб, не являлся предметом исследования суда первой инстанции по настоящему спору.

Также отклоняя доводы жалоб со ссылкой на указанный выше отчет об определении рыночной стоимости спорного транспортного средства, суд учитывает, что, как уже отмечалось ранее, после совершения оспариваемой сделки должник продолжал владеть и пользоваться спорным автомобилем.

Данное обстоятельство в соответствии с абз. 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве является самостоятельным основанием для вывода о наличии при заключении оспариваемой сделки презумпции цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Исследовав материалы дела, суд установил, что транспортное средство ФИО4 реализовано не было, в связи с чем транспортное средство KIA ХМ (Sorento), 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак Е1770В 161/RUS, VIN: <***> подлежит возврату в конкурсную массу должника ФИО2.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.05.2019 г. (резолютивная часть от 29.04.2019 г.) по настоящему делу № А53-33093/2017.

Судебные расходы обоснованно распределены судом первой инстанции между сторонами в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

В целом приведенные в апелляционных жалобах и дополнениях к ним доводы подлежат отклонению в силу их несостоятельности и ошибочности толкования норм права. Выражая несогласие с обжалуемым судебным актом, заявители апелляционных жалоб не представили достаточных доказательств в их опровержение.

Судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства по делу и с учетом этого, правильно применены нормы Закона о банкротстве.

Доводы апелляционных жалоб документально не подтверждены.

Согласно ч. 1, 6 ст. 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело, вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ основанием для отмены определения арбитражного суда первой инстанции.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 АПК РФ, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 АПК РФ, не имеется. При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено. С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 07.02.2019 по делу № А53-33093/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Д.В. Николаев


Судьи Н.В. Сулименко


Н.В. Шимбарева