Приговор № 1-23/2017 1-280/2016 от 9 апреля 2017 г. по делу № 1-23/2017

1-23/2017


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г. Тамбов 10 апреля 2017 г.

Советский районный суд г. Тамбова в составе председательствующего судьи Ивановой Н.М.,

государственного обвинителя – помощника прокурора Советского района г. Тамбова Борщевой О.А.,

потерпевшего ФИО1,

подсудимых ФИО2, ФИО3, ФИО4,

защитников – адвокатов Родина А.В., Белькова В.М., Рациновского В.В.,

при секретаре Карташевой О.А.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, судимого:

27.11.2014г. Преображенским районным судом г. Москвы по ч.3 ст.30, п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ к 1г. л/св.; 08.06.2015г. освобождён в соответствии с п.5 постановления ГД ФС РФ от 27.04.2015г. по амнистии;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ;

ФИО3, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ;

ФИО4, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ;

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО3 и ФИО4 совершили умышленное преступление против жизни и здоровья человека при следующих обстоятельствах.

в вечернее время ФИО2, ФИО3 и ФИО4, находясь по месту жительства С в комнате общежития по , совместно распивали спиртные напитки.

В ночь с 15 на , в точно неустановленное время, в процессе распития спиртных напитков, у находящегося в состоянии алкогольного опьянения ФИО2, имевшего личные неприязненные отношения с проживающим на первом этаже общежития Г, возник умысел, направленный на избиение последнего, в связи с чем, он предложил ФИО3, ФИО4 и С сходить к Г и выяснить с ним отношения.

Находившиеся в состоянии алкогольного опьянения ФИО3 и ФИО4 с предложением ФИО2 согласились, после чего указанные лица, спустившись на первый этаж и подойдя к комнате , потребовали от Г выйти в общий коридор, где между Г с одной стороны и ФИО2, ФИО3 и ФИО4 с другой стороны произошла ссора, в процессе которой у ФИО2, ФИО3 и ФИО4 возник умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью Г.

Реализуя возникший преступный умысел, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, действуя группой лиц, совместно и согласованно, осознавая преступный и противоправный характер своих действий, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде наступления смерти Г, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности имея возможность предвидеть эти последствия, подвергли Г избиению, нанося ему множественные удары руками со значительной силой по голове, шее, грудной клетке, верхним и нижним конечностям.

В результате совместных действий ФИО4, ФИО2 и ФИО3 потерпевшему Г были причинены телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы: кровоподтеков на голове, кровоизлияния в мягкие ткани левой височно-теменной области, подострой субдуральной гематомы слева, субарахноидальных кровоизлияний, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также кровоподтеки на шее, груди, верхних и нижних конечностях - квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью.

Г скончался в больнице от закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлияниями под оболочки головного мозга, сдавлением мозга субдуральной гематомой, отеком и набуханием головного мозга, отеком ствола мозга.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в совершении преступления признал частично и по существу предъявленного обвинения показал следующее.

С ноября он проживал у своего знакомого С в общежитии, там же познакомился с Г, вместе распивали спиртное, между Г и С была ссора, в процессе которой последнему разбили губу. На следующий день С позвал на помощь своего брата ФИО3 и ФИО4. Вместе они стали распивать спиртное, подробнее рассказали ФИО3 и ФИО4 о конфликте с Г, после чего ФИО3 и ФИО4 отправились к ФИО5 выяснять отношения, он пошёл с ними, чтобы не было конфликта. Подойдя к комнате Г, он постучался в дверь, а когда последний показался на пороге, предложил выйти с ним «один на один» разобраться, после чего кулаком правой руки нанес Г удар в нос, отчего у последнего пошла кровь из носа, а кулаком левой руки нанес удар, попал в плечо, затем в челюсть. Г обхватил его руками. Он оттолкнул его от себя, Г пошатнулся, ухватился за простынь, висевшую на бельевой веревке, и упал на ягодицы, а затем на спину. Он отошел от него. Лежа на спине, Г попытался постучать в соседскую дверь, но здесь к нему подошли ФИО3 и ФИО4. Г встал и попятился от них по коридору. Он отвернулся, а когда повернулся, увидел, как Г лежит на полу, на боку, а ФИО3 сидит на нём сверху и наносит удары кулаками, куда конкретно, он не видел, так как было темно в коридоре. ФИО4 находился рядом и периодически подходил и отходил. Он видел, как ФИО4 нанёс один удар Г ногой в лицо. Избиение продолжалось примерно три минуты. Он развернулся и пошел обратно в комнату к С, ФИО3 и ФИО4 прекратили избиение Г и последовали за ним. Вернувшись в комнату, они продолжили распивать спиртное и рассказали ФИО6 о том, как избили Г. После случившегося он помыл полы в коридоре, приходил к Г домой и хотел попросить прощение, но последний отказался разговаривать.

Подсудимый ФИО3 вину в совершении преступления признал в полном объёме и показал: ему позвонил его двоюродный брат С, просил приехать, рассказал, что его избил сосед по общежитию. Вечером, примерно в 20 часов, он и ФИО4 приехали к С в общежитие. С был в компании ФИО2, который тогда проживал вместе с ним. Вчетвером они стали распивать спиртные напитки, С и ФИО2 рассказали, что накануне их избили трое парней, в их числе был Г с первого этажа. Они решили выяснить с ним отношения. Втроем, он, ФИО2 и ФИО4, пришли к комнате Г, он остановился возле двери в комнату, ФИО4 и ФИО2 стояли рядом. Он постучался, а когда Г открыл дверь, начал выяснять у него, за что он избил С. В этот момент ФИО2 что-то выкрикнул, подбежал и из-за его плеча в прыжке нанес Г сильный удар кулаком правой руки в область левого уха, затем кулаком этой же руки нанес потерпевшему два удара в нос и в глаз. От полученных ударов Г стал опускаться на пол, ухватился за его куртку и порвал её. Он разозлился, схватил Г за руку левой рукой, а правой нанес ему два удара в челюсть и три удара в грудь, чтобы тот отпустил его куртку. Увидев, что у Г из носа пошла кровь, он перестал наносить удары. В это время Г опустился на пол, к нему подошел ФИО4, и нанёс несколько ударов, куда и чем именно, он не заметил, поскольку развернулся, чтобы уйти. Затем они все вместе пошли обратно к С, выпили ещё спиртного и легли спать. На следующий день В потребовал помыть полы в коридоре общежития, так как они были испачканы кровью. Через две недели ему позвонил ФИО4 и сообщил, что Г скончался.

Подсудимый ФИО4 вину в совершении преступления признал в полном объёме и показал: вечером он пришел к ФИО3 в гости и тот попросил съездить вместе с ним к его брату С, проживающему в общежитии, которого кто-то сильно избил. Примерно в 20 - 21 час они были у С, где он познакомился с ФИО2. Они все вместе распивали спиртное, С и ФИО2 рассказали, как накануне их избили трое парней, среди них был Г, проживающий на первом этаже. ФИО2 предложил сходить к Г и разобраться с ним по данному поводу. После этого он, ФИО3 и ФИО2 спустились к комнате Г. ФИО3 встал напротив двери, он расположился левее, ФИО2 был позади и нервно ходил кругами по коридору. ФИО3 постучал в дверь, а когда Г вышел на порог комнаты, стал выяснять, за что был избит С. В этот момент к ним подбежал ФИО2 и в прыжке из-за спины ФИО3 нанес Г сильный удар кулаком правой руки в область левого уха, следом за этим кулаком той же руки нанес Г ещё два удара в нос и в глаз. От этих ударов Г начал оседать, схватился рукой за куртку ФИО3 и порвал её. ФИО3 схватил Г за руку и нанес ему два удара в челюсть, после чего отошел от него и ФИО5 опустился на пол. Он побежал в комнату к С, хотел позвать его, чтобы урегулировать конфликт, но последний никуда не пошел. Вернувшись, он увидел, что Г лежит на полу, на боку, на нём сидит ФИО3. ФИО2 стоит рядом и ругается, поясняя, что получил по заслугам. Он подошел к лежащему на полу Г, и чтобы проверить, жив ли тот, докоснулся до него ногой в живот. Г выругался, тогда он присел, и докоснулся правой рукой до челюсти потерпевшего. После этого они перестали избивать Г, и пошли обратно к С. После случившегося, кровь в коридоре он не видел. Однако знает, что на следующий день ФИО2 ходил и мыл пол в коридоре. Примерно через две недели ему позвонил ФИО2 и сообщил, что Г умер в больнице.

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого в присутствии защитника ФИО4 показывал, что лежащему на полу Г нанёс удар ногой в живот и удар кулаком правой руки в челюсть (т.2, л.д.50-53).

Вместе с тем вина каждого из подсудимых в полном объеме подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей, письменными материалами дела, а вместе всей совокупностью представленных и исследованных в судебном заседании доказательств.

Показания потерпевшего В, согласно которым, Г приходился ему шурином, они проживали в соседних комнатах в общежитии. Г имел скверный характер, мог легко ввязаться в конфликт, злоупотреблял спиртным. С декабря 2015 г. в их общежитии в комнате, занимаемой С, стал проживать ФИО2, с которым он познакомился, когда они совместно распивали спиртное. Утром 16 января он увидел, что коридор перепачкан, на полу находились капли крови, которые вели от его двери в прачку. При выходе из общежития он столкнулся с ФИО2, который рассказал, что накануне избили Г, в чем тот был виноват сам. Вернувшись, домой, через некоторое время, он пошел проведать Г, однако тот дверь открывать не хотел, и ему пришлось пролезть в комнату через форточку. Попав в комнату, он увидел, что Г довольно сильно избит, комната перепачкана кровью. Г рассказал, что накануне к нему пришёл ФИО2 в компании двух молодых людей. Они постучали в дверь, а когда он вышел к ним, начали его избивать. Били все трое, он пытался постучаться к нему в дверь за помощью, но ФИО2 крикнул: «Не дайте ему постучать». Били руками и ногами, кто-то ударил его «железкой». После последнего удара он отключился. Избиение прекратилось, когда на шум возмутились соседи. У Г на лице и теле были гематомы, ухо почернело, однако он категорически отказывался от врачей и запрещал вызывать «скорую», думал прийти в норму самостоятельно. Он навещал Г в течение 10-11 дней, приносил ему медикаменты, продукты и спиртное. Когда он пришел к Г в последний раз, застал его бьющимся в припадке на полу комнаты. Он вызвал скорую помощь, Г отвезли в больницу, где спустя два дня шурин умер. За неделю до случившегося, у ФИО2 с Г был конфликт и драка, после чего они выпили мировую.

Показаниями свидетеля С, согласно которым в январе она проживала в общежитии в . Г проживал один в комнате напротив. У него дома часто собирались друзья, с которыми он распивал спиртные напитки, но конфликтов не было. В ночь она услышала в коридоре чьи-то крики и ругань. Из них различила голос соседа Г, а также два-три незнакомых мужских голоса. Затем она услышала звуки ударов, и как Г кричал и просил не бить его. Она побоялась выйти в коридор. Шум в коридоре продолжался около получаса, потом незнакомые мужчины вышли на улицу.

Показаниями свидетеля Ч, согласно которым, он обращался к С с просьбой разрешить ФИО2 пожить у него некоторое время. В двадцатых числах января года ему звонил ФИО2, просил вернуть долг. В ходе телефонного разговора ФИО2 рассказал, что сильно избил Г с двумя «щенками», как он понял, это ФИО4 и ФИО3. Спустя несколько дней от С он узнал, что Г скончался в больнице от побоев.

Показаниями свидетеля С, оглашенными с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ (т.1, л.д.208-211), из которых следует: в период , он совместно с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 распивал спиртное у себя дома, сильно запьянел и усн этим помнит, как ФИО2 с ФИО3 и ФИО4 куда-то уходили. Через некоторое время сквозь сон он слышал, как они вернулись, но не придал этому значения. Утром ФИО2 рассказал ему, что пока он спал, они втроем с ФИО3 и ФИО4 спустились на первый этаж и избили Г, последний порвал ФИО3 куртку. В рассказе ФИО2 заострял внимание на том, что наносил Г удары со значительной силой. Впоследствии родственник ФИО5 – ФИО1, расспрашивал про молодых людей, избивших Г вместе с ФИО2, говорил, чтобы они пришли и отмыли от крови коридор на первом этаже. ФИО2 помыл пол в коридоре общежития. Ему было известно, что ранее, примерно с 7 по 10 января, между Г и ФИО2 был конфликт из-за девушки последнего.

Показания свидетеля Б, эксперта БСМЭ, который подтвердил выводы судебно-медицинской экспертизы, дополнил: причиной смерти Г явилась черепно-мозговая травма, которая представляет собой комплекс повреждений, из которого вычленить какое-либо повреждение невозможно. Нельзя также установить от какого удара была получена травма, необходимое условие, чтобы удар был нанесен в область головы, наиболее вероятно в данном случае руками и ногами, при этом удар мог быть нанесён как справа, так и слева. Труп он исследовал через 12 дней после нанесения телесных повреждений, поэтому на тот момент часть повреждений могли не сохраниться, поэтому исследовались повреждения, которые имелись на момент осмотра. При исследовании были установлены повреждения сосудов головного мозга у потерпевшего как слева, так и справа, что находится в причинно-следственной связи. Установить конкретно от разрыва, какого сосуда головного мозга, наступила смерть не возможно. Срок давности полученных гематом он установил как 10-14 дней, согласно гистологическим рекомендациям, специфическим изменениям нейронов и фибрин. Наличие либо отсутствие алкоголя в крови, а также сердечная недостаточность у потерпевшего, никакого отношения к полученной травме головы не имеют, так как основная причина смерти черепно-мозговая травма, которая являлась тяжелой. Получение указанной травмы головы потерпевшим при падении с высоты собственного роста не возможно, так как он должен был предположительно упасть на левую сторону и ударится головой о какой-либо предмет. Однако следственных данных об этом в деле не имеется. Кроме того, при падении набок голову человека защищает плечо. При исследовании трупа Г повреждения были обнаружены не только на голове, но и на руках и ногах, что свидетельствует о том, что потерпевший закрывался от ударов руками и ногами. При своевременной оказание помощи, Г не смог бы остаться в живых, так как травма головы у него была тяжёлая, и удаление гематомы не помогло остановить изменения, после которых мозг не расправился и не пришёл в норму.

Показания свидетеля Х, врача нейрохирурга, согласно которым, он оперировал потерпевшего Г, удалял у него гематому головного мозга, которая была размером 150 мл, что свидетельствует о большом её объёме, тяжелой форме и состоянии больного, несовместимой с жизнью, когда пострадавшие редко остаются в живых. Употребление спиртных напитков влияет на состояние больного и может ухудшить его состояние. Травма у Г была тяжелая, на протяжении нескольких дней кровь у него вытекала, и нарастал отёк головного мозга. Когда накопилась критическая масса крови, потерпевший впал в кому, о чём свидетельствует его состояние при поступлении в больницу.

Вместе с показаниями потерпевшего и свидетелей, дополняя и подтверждая их документально, вина ФИО2, ФИО3 и ФИО4 подтверждается письменными материалами дела, исследованными в ходе судебного разбирательства.

Рапортом оперативного дежурного ОП № 2 УМВД России по г. Тамбову, согласно которому в 12:20ч. В по телефону сообщил, что сосед избил его родственника Г по (т.1, л.д.30).

Рапортом оперативного дежурного ОП № 2 УМВД России по г. Тамбову, согласно которому поступило сообщение о том, что в нейрохирургическом отделении по адресу скончался Г, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (т.1, л.д.34).

Протоколом осмотра места происшествия и фото таблицей к нему, согласно которым осмотрено помещение коридора на первом этаже общежития по адресу: . В ходе осмотра на стене слева в трех метрах от входной двери и в полутора метрах от пола обнаружено пятно с наслоением вещества бурого цвета, с которого произведены смывы на ватно-марлевый тампон (т.1, л.д.43-46).

Копиями медицинских документов: карты стационарного больного, протокола операции, посмертного эпикриза, согласно которым Г , доставлен бригадой скорой помощи в нейрохирургическое отделение ГКБ им. Арх. Луки г. Тамбова в 21:45ч., диагноз: абстинентный синдром, эпи-синдром, ушиб головного мозга. Осмотрен нейрохирургом, госпитализирован, проведена операция: резекционная трепанация черепа в теменно-височной области слева, удаление субдуральной гематомы, после операции помещен в реанимационное отделение. Несмотря на проводимое лечение в 21:00ч. наступила остановка сердечной деятельности, а в 21:30 ч. установлена биологическая смерть больного. Заключительный клинический диагноз: тяжелая закрытая черепно-мозговая травма. Ушиб головного мозг тяжелой степени. Сдавление головного мозга подострой субдуральной гематомой слева. Субарахноидальное кровоизлияние. Ушиб мягких тканей лица. Осложнение после операции: отек головного мозга. Дислокационный синдром (т.1, л.д.53-79,84).

Протоколом осмотра места происшествия от с фото таблицей, согласно которым ФИО3 в служебном кабинете Ленинского МСО выдал следователю вещи, в которых он и ФИО4 были одеты в момент причинения Г телесных повреждений: куртку и джинсы, а также болоньевые куртку и брюки (т.1, л.д.105-110).

Протоколами явок с повинной от 28 января и , в ходе которых ФИО2, ФИО3 и ФИО4 сообщили о том, как в ночь с 15 на 16.01.2016г., находясь в общежитии, подвергли избиению Г, описывав обстоятельства происшествия (т.1, л.д.32, 88, 90).

Протоколами проверки показаний на месте с участием обвиняемых - ФИО2, ФИО4 и ФИО3, в ходе которых, они, находясь на первом этаже общежития по адресу: , подтвердили показания, данные ими в ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого. При этом указали на место в коридоре, где в ночь с 15 на подвергли избиению Г, продемонстрировав механизм избиения потерпевшего на следственном манекене (т.2, л.д.1-11; т.3 л.д.16-19; 27-30).

Протоколом очной ставки между обвиняемыми ФИО3 и ФИО2, в котором, со слов ФИО3 отражены обстоятельства избиения Г. Обвиняемый ФИО2 не согласился с показаниями ФИО3, настояв на показаниях, данных им в ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого (т.3, л.д.44-48).

Протоколом очной ставки между обвиняемыми ФИО4 и ФИО2, в котором, со слов ФИО4 зафиксированы обстоятельства избиения Г. Обвиняемый ФИО2 не согласился с показаниями ФИО4, настояв на показаниях, данных им в ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого (т.3, л.д.40-43).

Заключением судебно-медицинской экспертизы № МД-33-2016 от 18.05.2016 года, согласно которому при исследовании трупа Г обнаружены следующие телесные повреждения:

1) закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтеки на голове, кровоизличние в мягкие ткани левой височно-теменной области, подострая субдуральная гематома слева, субарахноидальные кровоизлияния;

2) кровоподтеки на шее и груди, кровоподтеки на верхних и нижних конечностях.

Данные телесные повреждения прижизненные, причинены в короткий промежуток времени тупыми твердыми предметами в срок около 10-14 суток до наступления смерти, что не исключает причинение телесных повреждений Г в ночь

Смерть Г наступила от закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлияниями под оболочки головного мозга, сдавлением мозга субдуральной гематомой, отеком и набуханием головного мозга, отеком ствола мозга. Между наступлением смерти и черепно-мозговой травмой имеется прямая причинная связь.

Закрытая черепно-мозговая травма у Г квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, согласно п.6.1.3 «Медицмнских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 г.

Кровоподтеки на шее и груди, кровоподтеки на верхних и нижних конечностях квалифицируются как не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью, согласно п. 9 «Медицинских критериев…».

Телесные повреждения могли быть причинены Г при ударах тупыми твердыми предметами с ограниченными контактирующими поверхностями, не исключается, что при ударах руками и (или) ногами. Определить последовательность причинения телесных повреждений не представляется возможным. При получении телесных повреждений Г мог находиться в любом доступном для их нанесения положении.

Закрытая черепно-мозговая травма причинена при ударах по голове, преимущественно слева, о чем свидетельствуют обнаруженные при исследовании трупа телесные повреждения: кровоподтек на лице в области левой орбиты, кровоизлияние под белочной оболочкой левого глаза слева от радужки, кровоподтек на нижней губе, кровоподтек на левой ушной раковине и вокруг нее, в околоушной области; кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут в левой височно-теменной области, кровоизлияние в левую височную мышцу, субдуральная гематома слева, в области левого полушария головного мозга. При этом Г получил не менее трех ударов по голове: в область левой орбиты, по нижней губе, один или несколько ударов по левой ушной раковине и вокруг нее, в околоушной области.

Черепно-мозговая травма у Г сопровождалась субдуральной гематомой. Как правило, при такой травме происходит постепенное накопление крови в полости черепа, что сопровождается так называемым светлым промежутком, длящимся отрезок времени до нескольких дней. Во время этого промежутка Г мог не терять сознание и быть способным передвигаться, разговаривать. При увеличении объема гематомы, по данным медицинской карты, до 150 мл, наступила потеря сознания, после чего он не мог совершать самостоятельные активные действия.

Не исключается, что обнаруженные при исследовании трупа кровоподтеки: на передненаружной поверхности левого плеча в верхней трети, на передней поверхности левого плеча в средней трети, на передненаружной поверхности левого плеча в нижней трети, на задней поверхности левого плеча в нижней трети, на задней поверхности левого лучезапястного сустава, на тыльной поверхности левой кисти, на задней поверхности правого предплечья в нижней трети, на тыльной поверхности правой кисти могли образоваться при условии, что Г прикрывался руками от ударов (т. 2, л.д.72-88).

Заключением биологической судебной экспертизы № 124 от 08.04.2016г., согласно которому на кожаной куртке, изъятой у ФИО3, обнаружена кровь, образование которой не исключается за счет Г и исключается за счет ФИО3, ФИО2 и ФИО4 (т.2, л.д.115-124).

Заключением биологической судебной экспертизы № 380 от 18.08.2016г., согласно которому на смыве, изъятом со стены первого этажа в коридоре общежития по адресу: в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, образование которой не исключается за счет Г и исключается за счет ФИО3, ФИО2 и ФИО4 (т.2, л.д.151-162).

Заключением медико-криминалистической судебной экспертизы № МК-33-2016 от 04.07.2016г., согласно которому:

- Часть телесных повреждений, входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, могли образоваться при выполнении последовательности действий, указанных и продемонстрированных ФИО2 в отношении себя самого;

- Телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы, не могли образоваться при выполнении последовательности действий, указанных и продемонстрированных ФИО2 в отношении свидетеля ФИО3;

- Телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы не могли образоваться при выполнении последовательности действий, указанных и продемонстрированных ФИО2 в отношении свидетеля ФИО4;

- Часть телесных повреждений, имевшихся у Г и, входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, могли образоваться при выполнении последовательности действий, указанных и продемонстрированных свидетелем ФИО3 в отношении ФИО2;

- Часть телесных повреждений, в том числе входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, могли образоваться при выполнении последовательности действий, указанных и продемонстрированных свидетелем ФИО3 в отношении себя самого;

- Часть телесных повреждений, имевшихся у Г и, входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, могли образоваться при выполнении последовательности действий, указанных и продемонстрированных свидетелем ФИО4 в отношении ФИО2;

- Часть телесных повреждений, входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, могли образоваться при выполнении последовательности действий, указанных и продемонстрированных свидетелем ФИО4 в отношении ФИО3;

- Часть телесных повреждений, в том числе входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, могли образоваться при выполнении последовательности действий, указанных и продемонстрированных свидетелем ФИО4 в отношении себя самого.

Данные выводы судебно-медицинский эксперт делает исходя из анализа материалов уголовного дела, заключения судебно-медицинского эксперта, фото записей на цифровом носителе, фото таблиц протоколов проверки показаний на месте с участием свидетелей ФИО3 и ФИО4, а также обвиняемого ФИО2 (т.2, л.д.134-141).

Протоколом осмотра предметов от , согласно которому осмотрены: смыв вещества бурого цвета со стены коридора первого этажа общежития по ; олимпийка, изъятая при задержании ФИО2; кожаная куртка и джинсы, в которых ФИО3 был одет в момент причинения ФИО5 телесных повреждений, а также болоньевые брюки и куртка, в которые в указанный день были одеты на ФИО4 (т.2 л.д. 236-239). Кожаная куртка ФИО3 и смыв вещества бурого цвета приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д.240-241).

Оценивая показания потерпевшего и свидетелей, суд не находит в них противоречий, они последовательны, подробны, согласуются с письменными доказательствами, получены с соблюдением требований закона, и потому суд признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными, и считает необходимым положить в основу приговора.

Оценивая протоколы осмотра места происшествия, проверки показаний на месте, выемки и осмотра предметов, другие письменные доказательства, суд считает, что они соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, сомнений не вызывают, и суд признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами и кладёт их в основу приговора.

Оценивая заключения экспертиз, суд полагает, что они проведены в соответствии с требованиями закона, компетентными и квалифицированными специалистами, их выводы мотивированы и ясны, сомнений у суда не вызывают, а кроме того подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании. Заключения экспертиз не носят предположительного характера, видно, какие исследования и в каком объёме проведены, к каким выводам пришли эксперты, какие факты установлены, даны ответы на все поставленные вопросы, которые являются типичными для производства подобного рода экспертиз. В сделанных выводах не содержится противоречий, требующих устранения путем проведения повторной или дополнительной судебно-медицинских экспертиз, привлечения к участию в деле иных специалистов. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ.

Довод стороны защиты о том, что поводом к совершению преступления послужило противоправное и аморальное поведение потерпевшего, которое должно учитываться в качестве смягчающего наказание обстоятельства, является необоснованным.

Как следует из материалов уголовного дела, у ФИО2 ранее был конфликт с потерпевшим, что побудило у него желания пойти с ним разобраться. Для осуществления задуманного, он предложил ФИО3 и ФИО4 сходить вместе с ним и выяснить отношения с Г.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о возникновении у ФИО2, а также ФИО3 и ФИО4 личной неприязни к потерпевшему, которая впоследствии переросла в его избиение.

Как видно из показаний подсудимых, после того, как Г открыл им дверь и вышел в коридор, последний никаких противоправных действий в отношении них не совершал, ФИО2 первый нанёс ему удары в область головы, после чего ФИО3 и ФИО4 подвергли его избиению.

Таким образом, оснований считать поведение потерпевшего противоправным в момент совершения в отношении него преступления, не имеется.

Согласно заключению судебного медицинского эксперта, причиной смерти потерпевшего послужила закрытая черепно-мозговая травма с кровоизлияниями под оболочки головного мозга, сдавлением мозга субдуральной гематомой, отеком и набуханием головного мозга, отеком ствола мозга, которая находится в причинно-следственной связью с наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего.

Данные обстоятельства опровергают довод стороны защиты о том, что своевременное обращение потерпевшего в больницу могло не привести к его смерти.

Как показал эксперт Б, у потерпевшего имелась закрытая черепно-мозговая травма в тяжёлой форме, которая вызвала такие изменения в головном мозге, что независимо была ли оказана последнему своевременно медицинская помощь, не повлияло на исход, так как в итоге привело к смерти, даже с учётом удаления гематомы.

Также, никакого юридического значения для дела не имеет состояние, в котором находился потерпевший в момент причинения ему телесных повреждений и после, так как Г была причинена тяжелая травма головного мозга, развитие которой не зависело от того, употреблял он или нет спиртные напитки.

Определение степени тяжести вреда здоровью потерпевшему принадлежит только судебно-медицинскому эксперту, который несёт уголовную ответственность за заведомо ложное заключение, а поэтому рассуждения врача нейрохирурга Х на этот счёт не могут быть приняты судом во внимание.

Данных о том, что потерпевший Г мог получить телесные повреждения при иных обстоятельствах, чем установлено в материалах уголовного дела и в суде, не имеется.

Установить, от чьих именно действий, причинен тяжкий вред здоровью потерпевшему, как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы и показаний эксперта, нельзя, поскольку действия подсудимых охватывались единым умыслом, направленным на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего по неосторожности его смерть.

Судом достоверно установлено, что повреждения, повлекшие смерть потерпевшего, причинены совместными действиями подсудимых, путём нанесения неоднократных ударов в область жизненно-важного органа - голову, в группе, в один период времени и в одном месте, были направлены на причинение тяжких телесных повреждений и охватывались единым умыслом, при этом они предвидели наступление тяжких последствий и желали этого.

Как видно из заключения судебно-медицинской экспертизы, у потерпевшего имелись, кроме вышеуказанных, телесные повреждения, которые образовались при условии, что Г прикрывался от ударов нападавших, что в совокупности свидетельствует о направленности умысла подсудимых на причинение тяжкого вреда здоровью.

Подсудимые, подвергнув потерпевшего избиению, нанося удары в жизненно - важный орган, в частности голову Г, причинили телесные повреждения, которые составили комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, они квалифицируются, как причинившие тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, находятся в прямой причинной связи со смертью потерпевшего. Они не могли не осознавать и не предвидеть возможность наступления общественно-опасных последствий, а именно причинения Г телесных повреждений опасных для жизни, желали наступления указанных общественно опасных последствий, не предвидя возможности наступления смерти Г, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должны были и могли предвидеть эти последствия.

Указанный вид преступления имеет место быть, если у виновного умысел был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а к наступлению смерти он относится неосторожно. Наличие двух форм вины в данном составе преступления не исключает, а наоборот предполагает причинную связь между деянием виновного, причинением им тяжкого вреда здоровью потерпевшего и наступлением его смерти.

В силу изложенного, суд отвергает доводы стороны защиты и подсудимых об отсутствии у них умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Утверждения подсудимого ФИО2 о неверной квалификаций его действий, являются несостоятельными, поскольку об умысле на причинение тяжкого вреда здоровью свидетельствуют совместное, согласованное и целенаправленное избиение потерпевшего в составе группы лиц, а также характер и локализация причинённых телесных повреждений.

То, что телесные повреждения причинены Г по мотиву личных неприязненных отношений к нему, установлено из показаний подсудимых, данных ими как в суде, так и на предварительном следствии, следует из показаний потерпевшего В, которому частично обстоятельства избиения известны непосредственно со слов погибшего.

Довод стороны защиты о том, что показания ФИО3 и ФИО4 в части указания способа нанесения ФИО2 ударов потерпевшему, нельзя принять во внимание в виду их заинтересованности в деле, суд отвергает, так как они подтверждаются заключением медико-криминалистической экспертизы и другими материалами уголовного дела.

Таким образом, исследовав непосредственно представленные доказательства, проверив и оценив их в совокупности, суд находит доказательства обвинения убедительными и достаточными, чтобы сделать вывод о виновности ФИО2, ФИО3 и ФИО4, приходит к выводу, что имеется совокупность доказательств, изобличающих подсудимых в совершении преступления, указанного в описательной части приговора, которую суд признаёт достаточной для разрешения дела по существу.

Действия ФИО2, ФИО3 и ФИО4 суд квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

ФИО2, ФИО3 и ФИО4 действуя умышленно, группой лиц, совместно и согласованно, по мотивам личной неприязни к потерпевшему, осознавая противоправный характер своих действий и их опасность для здоровья человека, желая наступление опасных последствий, подвергли Г избиению, нанося удары руками и ногами в жизненно важные органы, причинив тяжкий вред здоровью, по признаку его опасности для жизни, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего.

Исходя из анализа заключения судебно-медицинской экспертизы о количестве, характере, локализации и механизме образования телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего, следует, что между действиями подсудимых и наступившими последствиями установлена прямая причинно-следственная связь.

Степень тяжести полученных потерпевшим повреждений установлена и определена судебно-медицинским экспертом в соответствии с действующими правилами определения степени тяжести вреда здоровью и медицинскими критериями по признаку опасности для жизни.

Действия подсудимых были умышленными и целенаправленными, нанося неоднократные удары потерпевшему, они желали причинить ему тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, поскольку удары наносили в область жизненно важных органов. Суд отмечает и тот факт, что потерпевший какого-либо насилия к подсудимым способного пробудить в них желание обороняться не применял, какого - либо активного сопротивления не оказывал, тем самым реальной опасности для них не представлял, однако они подвергли его избиению.

Кроме того, подсудимые осознавали, что действуют в группе лиц, в связи с чем, физические возможности их значительно превышают физический потенциал потерпевшего.

Умысел подсудимых доказан характером их действий. Рассматривать наступление тяжких последствий от действий подсудимых как случайный результат, выходящий за пределы предвидения виновных, нет никаких оснований.

Решая вопрос о виде и размере наказания подсудимым, суд, руководствуясь принципами справедливости наказания, его индивидуализации и дифференцированности, общими началами назначения наказания, закрепленными в статьях 6, 43, 60 УК РФ, требованиями, изложенными в статье 67 УК РФ, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, данные о личности каждого подсудимого, роль в совершении преступления, смягчающие и отягчающие ответственность обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление каждого из подсудимых и условия жизни его семьи.

В ходе судебного разбирательства не установлены обстоятельства, свидетельствующие о невменяемости подсудимых на момент совершения указанного выше преступления, или свидетельствующих о том, что после совершения преступления у них наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнения наказания. В момент совершения преступления они не находились в каком-либо эмоциональном состоянии, которое могло существенно повлиять на их поведение.

ФИО2, ФИО3 и ФИО4 совершили особо тяжкое преступление против личности.

ФИО2 ранее судим, в его действиях содержаться признаки рецидива преступлений.

При этом ФИО2 вину в совершении преступления фактически признал, в содеянном раскаялся, написал явку с повинной, способствовал расследованию и раскрытию преступления, что в соответствии со ст.61 УК РФ суд признает смягчающими ответственность обстоятельствами.

ФИО2 характеризуется удовлетворительно, на специальных медицинских учетах не состоит.

Обстоятельством, отягчающим наказание в соответствии со ст.63 УК РФ, является наличие в действиях ФИО2 рецидива преступлений, который образует непогашенная судимость за совершение преступления средней тяжести.

ФИО3 не судим, по месту жительства участковым уполномоченным полиции охарактеризован удовлетворительно, на специальных медицинских учетах не состоит.

Вместе с тем ФИО3 вину в совершении преступления признал в полном объёме, в содеянном раскаялся, написал явку с повинной, способствовал раскрытию и расследованию преступления, имеет малолетнего ребенка, что в соответствии со ст.61 УК РФ суд признает обстоятельствами, смягчающими ответственность.

ФИО4 не судим, характеризуется удовлетворительно, на специальных медицинских учетах не состоит.

При этом ФИО4 вину в совершении преступления признал, в содеянном раскаялся, написал явку с повинной, способствовал раскрытию и расследованию преступления, имеет двух малолетних детей, что в соответствии со ст.61 УК РФ суд признает обстоятельствами, смягчающими ответственность.

Также, исходя из установленных обстоятельств по делу, суд приходит к выводу, что именно состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимые ФИО2, ФИО3 и ФИО4 сами себя привели, распивая спиртные напитки в общежитие, сняло внутренний контроль над их поведением, вызвало немотивированную агрессию к потерпевшему, что привело к совершению ими особо тяжкого преступления против личности. Данное обстоятельство подтверждается материалами уголовного дела, заключениями комплексных психолого-психиатрических судебных экспертиз и не отрицается самими подсудимыми.

Поэтому, в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ в отношении всех подсудимых суд признает отягчающим наказание обстоятельством - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учетом всех обстоятельств дела, степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности, суд считает необходимым назначить каждому подсудимому наказание в виде реального лишения свободы, так как исправление их возможно только в условиях изоляции от общества. Данное наказание будет способствовать решению задач, закрепленных в ст.2 УК РФ и осуществлению целей наказания - восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимых, предупреждению совершения новых преступлений.

Оснований для применения дополнительного наказания, исходя из обстоятельств дела и личности подсудимых, суд не находит.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также характеризующий материал по делу, при наличии обстоятельств, смягчающих наказание, суд не находит достаточных оснований для назначения подсудимым наказания с применением положений ст.64 и ст.73 УК РФ, а в отношении ФИО2 - ч.3 ст.68 УК РФ.

Наличие в действиях подсудимых обстоятельства, отягчающего наказание, учитывая степень общественной опасности совершенного преступления, суд не может согласиться с доводами защиты и усмотреть основания для изменения ФИО3, а также ФИО2 и ФИО4, категории совершенного ими преступления в силу ч.6 ст.15 УК РФ.

На основании п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания всем подсудимым назначается в исправительной колонии строгого режима.

Исковые требования не заявлены.

Руководствуясь ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком 8 (восемь) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 10 апреля 2017 года.

Засчитать в срок отбытия наказания время содержания ФИО2 под стражей с момента задержания со 02 марта 2016 года по 9 апреля 2017 г.

Меру пресечения в виде заключения под стражу оставить прежней и до вступления приговора в законную силу содержать в СИЗО-1 г. Тамбова.

Признать ФИО3 виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком 7 (семь) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 10 апреля 2017 года.

Засчитать в срок отбытия наказания время содержания ФИО3 под стражей с момента задержания с 07 марта по 9 апреля 2017 года.

Меру пресечения в виде заключения под стражу оставить прежней и до вступления приговора в законную силу содержать в СИЗО-1 г. Тамбова.

Признать ФИО4 виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком 7 (семь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 10 апреля 2017 года.

Меру пресечения в отношении ФИО4 изменить, взять под стражу в зале суда и до вступления приговора в законную силу содержать в СИЗО-1 г. Тамбова.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Ленинского МСО г. Тамбов СУ СК Росси по Тамбовской области: кожаную куртку ФИО3 по вступлении приговора в законную силу вернуть осужденному по принадлежности, марлевый тампон со смывом вещества бурого цвета уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Тамбовского областного суда в течение 10 суток со дня провозглашения, через Советский районный суд, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок с момента получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья Н.М. Иванова