Приговор № 1-48/2018 от 21 февраля 2018 г. по делу № 1-48/2018

Дело № 1-48/2018


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

22 февраля 2018 года город Чебоксары

Калининский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Никитиной Е.Г.,

с участием: государственного обвинителя – помощника прокурора Калининского района г. Чебоксары Тарасовой А.Я.,

подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Зиновьева А.М.,

при секретаре судебного заседания Григорьевой Г.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в городе Новочебоксарск Чувашской Республики, зарегистрированного и фактически проживающего по адресу: <адрес>, комн. 15, работающего у ИП ФИО2 в рекламной группе «ФОРМАРТ» ИП ФИО2, имеющего общее среднее образование, женатого, имеющего малолетнего ребенка, невоеннообязанного, гражданина Российской Федерации, несудимого;

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

у с т а н о в и л:

ФИО1 совершил покушение на убийство, то есть покушение на умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах.

Около 18 часов 15 октября 2017 года ФИО1 в ходе конфликта, произошедшего на почве личных неприязненных отношений между ним и находившимся в состоянии алкогольного опьянения Потерпевший №1 в общем коридоре второго этажа общежития по адресу: <адрес>, для реализации возникшего у него умысла на совершение убийства Потерпевший №1 взял из своей комнаты № 15 топор.

Далее, продолжая свои преступные действия, ФИО1, находясь в общем коридоре второго этажа данного общежития, умышленно, с целью совершения убийства Потерпевший №1 нанес ему острием топора не менее 4 ударов по голове и не менее 7 ударов по туловищу и рукам, то есть в область расположения жизненно важных органов, причинив тому телесные повреждения в виде черепно-мозговой травмы в форме ушиба головного мозга средней степени тяжести, с ушибом вещества головного мозга в затылочной области слева, с повреждением твердой мозговой оболочки, с переломами лобной кости справа, обеих теменных костей, с ранами (4) волосистой части головы, которая по признаку опасности для жизни квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью; раны передней поверхности грудной клетки слева (1), задней поверхности грудной клетки слева (1), области правого предплечья (1), которые как в отдельности, так и в совокупности по признаку кратковременного расстройства здоровья длительностью не более 21 дня квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью, а также поверхностных повреждений кожи туловища слева (5), в области левого плечевого сустава (1), левой верхней конечности (4), не причинивших вреда здоровью и квалификации по степени тяжести не подлежащих, открытого перелома 2-ой пястной кости левой кисти, не квалифицирующегося по степени тяжести причиненного вреда здоровью.

Однако ФИО1 не смог довести свой преступный умысел, направленный на убийство Потерпевший №1, до конца по независящим от его воли обстоятельствам, поскольку тот после получения указанных повреждений был доставлен в медицинское учреждение, где ему была оказана своевременная медицинская помощь.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя признал частично и показал, что около 17-18 часов 15 октября 2017 г., когда он находился у себя в комнате № <адрес>, расположенной на втором этаже напротив входной двери в их крыло, услышал звук ударов по общей металлической двери. Он вышел в коридор, и через металлическую решетку в двери он увидел Потерпевший №1, проживавшего в комнате № 16, находившегося в состоянии алкогольного опьянения. Тот в грубой форме требовал открыть ему входную дверь, на что он ему отказал. Потерпевший №1 продолжал громко стучать по двери, а когда он открыл ему дверь, Потерпевший №1 при входе коридор пнул ногой его малолетнего сына Сергея. Видя агрессивное состояние Потерпевший №1, он его вытолкнул в сторону лестничной площадки, а сам, зайдя к себе в комнату, взял топор с целью напугать последнего, но тот зашел в коридор и шел в его сторону с поднятыми кулаками. После этого он нанес Потерпевший №1 лезвием топора два удара в область грудной клетки, далее как наносил удары, не помнит. Когда пришел в себя, увидел лежащего на полу лицом вниз Потерпевший №1 между комнатами № 15 и 16 лицом вниз, на голове у него имелась рана, из которой шла кровь. Он понял, что нанес Потерпевший №1 удары по голове находившимся у него руках топором. Потерпевший № 1 уже не представлял опасности, поскольку не шевелился, а потом встал и зашел к себе в комнату. Он также зашел к себе в комнату, взяв ведро и тряпку, вымыл в коридоре кровь, а топор уже в чистом виде положил возле компьютера. Сын ему рассказал, что он ударил Потерпевший №1 топором по голове, через некоторое время его задержали сотрудники полиции. Хотя он и был в агрессивном состоянии, но умысла на убийство Потерпевший №1 он не имел, удары наносил с целью остановить последнего.

15 октября 2017 г. ФИО1 собственноручно написал явку с повинной, в которой чистосердечно признался в том, что 15 октября 2017 г. в коридоре общежития нанес несколько ударов топором своему соседу из комнаты № 16 (том 1 л.д. 31).

Виновность ФИО1 в покушении на умышленное убийство Потерпевший №1 подтверждается совокупностью доказательств, представленных стороной обвинения и исследованных в ходе судебного разбирательства.

Из оглашенных показаний потерпевшего Потерпевший №1 следует, что он снимал комнату № в <адрес>. По соседству в комнате № 15 проживал ФИО1, которого он может охарактеризовать как спокойного мужчину, конфликтов между ними не возникало. Вечером 15 октября 2017 г. после распития со знакомым спиртного он приехал в общежитие и ввиду отсутствия у него ключей постучал в общую входную металлическую дверь. Кто-то открыл ему дверь, вроде бы он вошел к себе в комнату и лег спать, дальнейшие события не помнит. В себя пришел в больнице, где ему стало известно, что его доставили после нанесения ему ударов топором соседом ФИО1 Со слов сотрудника полиции, сначала между ними была ссора, этого он не помнит, но он ребенку ФИО1 ударов не наносил (том 1 л.д. 53-56, 57).

Согласно показаниям допрошенного в ходе предварительного следствия малолетнего свидетеля Свидетель № 1 сына подсудимого, 15 октября 2017 г. они с папой находились дома, когда дядя стал кричать в коридоре и хотел зайти к ним, папа с ним поругался, подрался. В тот момент он был рядом и почему-то упал, но его никто не толкал. Папа стукнул дядю по голове топором, после чего дядя ушел к себе в комнату, а папа пошел на кухню (том 1 л.д. 84-87).

В ходе предварительного и судебного следствия свидетель обвинения Свидетель №3, проживающая в комнате № <адрес>, показала, что проходя по коридору общежития около 18 часов 15 октября 2017 г., она увидела, как ФИО1, проживающий в комнате № 15, открыл входную металлическую дверь на лестничную площадку и, ругаясь, затащил в общий коридор Потерпевший №1 После этого ФИО1 нанес лежащему на полу между комнатами № 15 и № 16 Потерпевший №1 не менее трех ударов топором по голове, шее и туловищу. Она пыталась остановить ФИО1, подставив под топор свою руку, но он ее не слушал, а нанес касательный удар острием топора по левой руке, отчего у нее образовались ссадина и синяк. После этого она забежала в кухню, выглянув откуда через некоторое время, увидела, что Потерпевший №1 в коридоре уже не было, между комнатами № 15 и 16 на полу была лужа крови. Находившийся в коридоре ФИО1 кричал: «Оборзели, всех убью», был в агрессивном состоянии, через некоторое время вымыл кровь. В ходе конфликта сына ФИО1 она в коридоре не видела (том 1 л.д. 99-101).

Согласно заключению эксперта № 4250 от 3-23 ноября 2017 г. Свидетель №3 получила повреждение верхней конечности в виде ушиба мягких тканей предплечья с подкожным кровоизлиянием (кровоподтеком), которое не повлекло за собой нарушения функции левой верхней конечности, а потому квалификации по степени тяжести не подлежит как вреда здоровью не причинившее. Давность его происхождения может быть около 1-3 суток. Характер отмеченного врачом-травматологом повреждения левой конечности у Свидетель №3 предполагает не менее чем однократное травмирующее воздействие тупым твердым предметом (том 1 л.д. 194).

Свидетель Свидетель №4 показал, что около 18 часов 15 октября 2017 г. он находился в общей кухни общежития по адресу: <адрес>, и услышал громкий стук в общую дверь в коридоре, крик мужчины, просившего Мишу открыть. В дверной проем он увидел, как из комнаты № 15 вышел ФИО1 и направился к двери, сказал мужчине, что не пустит его. Далее между ними была словесная перепалка, после чего ФИО4 М.С. забежал к себе в комнату и снова направился к двери, а из коридора стали слышны шумы драки, звуки ударов, потом крик Свидетель №3: «Миша, остановись». Выйти в коридор ему не дала Свидетель №3 Через некоторое время шум утих, и в кухню вошел ФИО1, который вымыл в раковине от крови топор, на полу в коридоре между комнатами № 15 и № 16 он увидел кровь (том 1 л.д. 103-105).

Свидетель Свидетель №5 показала, что, находясь в своей комнате № <адрес>, примерно в 18 часов 15 октября 2017 г. она услышала из общего коридора крики ФИО1, плач ребенка. Выйдя в коридор, увидела, как ФИО1 наносит удары топором лежащему на полу лицом вниз Потерпевший №1 в область головы и туловища, всего около 10 ударов. ФИО1 находился в агрессивном состоянии, кричал, что убьет всех. К ним подбежала Свидетель №3, которая просила ФИО1 успокоиться, остановиться, сдерживала того руками. Затем она зашла в свою комнату и позвонила к хозяйке комнаты № Свидетель № 2, сообщила о случившемся, а выглянув обратно в коридор, Потерпевший № 1 уже не увидела. Впоследующем ФИО1 смыл кровь со стены и пола в коридоре, потерпевшего забрали врачи скорой помощи, подъехали сотрудники полиции (том 1 л.д. 107-109).

Из оглашенных показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что он сдавал свою комнату № в <адрес> Потерпевший №1 В 18 часов 04 минуты 15 октября 2017 г. соседка по общежитию сообщила по телефону его супруге о том, что между Потерпевший №1 и ФИО1 произошла драка с применением топора. Потерпевший №1 по телефону ничего внятного сказать ему не мог, пояснил, что весь в крови. Когда он приехал около 18 часов 20 минут, Потерпевший №1 сидел на диване, а Свидетель № 7 держал приложенной к его голове футболку. На полу, стенах и мебели в комнате, а также на самом Потерпевший №1 была кровь, он был раздет по пояс, тело его было изранено, из открытых ран сочилась кровь. Он вызвал сотрудников скорой медицинской помощи. Со слов соседей ему стало известно, что раны Потерпевший №1 нанес топором ФИО1 (том 1 л.д. 95-97).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №6, допрошенной в суде, 15 октября 2017 она ушла на работу, а ее супруг ФИО1 и сын Свидетель № 1 остались дома. Примерно в 18 часов 10 минут она созвонилась с хозяйкой комнаты № Свидетель № 2, которая стала кричать, что ее муж подрался с квартирантом Димой. Позвонив мужу, тот сначала сообщил, что все нормально, а через некоторое время сказал, что приехали сотрудники полиции. Придя домой около 19 часов, она увидела в комнате супруга и сотрудников полиции. Впоследующем ФИО1 ей сообщил, что пьяный сосед толкнул их сына, из-за этого он взял топор и нанес им удары по голове потерпевшему, далее положил топор в коробку за компьютером. Сын также ей рассказал, что его пнул дядя, а папа за него заступился.

Допрошенный в ходе предварительного следствия свидетель Свидетель №7 показал, что в октябре 2017 г. они с Потерпевший №1, работая в г. Чебоксары, снимали комнату № <адрес>. Примерно в 18 часов 15 октября 2017 г., когда он спал в указанном жилище, туда зашел Потерпевший №1, который был весь в крови, на голове у него было большое рассечение, через некоторое время приехали сотрудники скорой медицинской помощи и доставили того в больницу (том 1 л.д. 19-20).

Из показаний свидетеля Свидетель №8 следует, что около 18 часов 15 октября 2017 г. он находился в своей комнате № <адрес>, из общего коридора общежития услышал словесный конфликт между ФИО1 и Потерпевший №1, затем звуки ударов и борьбы. После того, как кто-то крикнул: «топор», он вышел в коридор и увидел, что Потерпевший №1 сидел на полу между комнатами № 15 и № 16, истекая кровью. Возле него находился ФИО1, которого он пытался успокоить, но в его присутствии ФИО1 нанес Потерпевший №1 еще один удар острием топора по голове, после чего отошел в сторону. Потерпевший №1 встал и зашел в свою комнату, а ФИО1 стал вытирать кровь в коридоре (том 2 л.д. 27-28).

Вышеприведенные показания потерпевшего и свидетелей обвинения об обстоятельствах имевших место событий 15 октября 2017 года в общем коридоре второго этажа общежития по адресу: <адрес> согласуются между собой. У них отсутствует повод для оговора ФИО1 в совершении преступления в отношении Потерпевший №1, ранее они были знакомы с ним, неприязненных отношений к нему не испытывали, наоборот, характеризуют его как доброжелательного соседа.

Показания потерпевшего и свидетелей согласуются не только между собой, но и с другими доказательствами, представленными стороной обвинения.

15 октября 2017 г. в 18 часов 53 минуты в дежурную часть отдела полиции № 2 УМВД России по г. Чебоксары диспетчер Службы скорой медицинской помощи сообщил об обращении в 18 часов 46 минут за помощью в связи с получением молодым человеком ножевого ранения. В 20 часов 28 минут сотрудник Больницы скорой медицинской помощи сообщил о доставлении Потерпевший №1 с диагнозом «травматическое субдуральное кровотечение, множественные непроникающие колото-резаные раны грудной клетки» и госпитализации его в нейрохирургическое отделение (том 1 л.д. 9, 10).

Согласно сопроводительному листу № 458 к талону вызова скорой медицинской помощи, копия которого имеется в деле (том 1 л.д. 36), а также карте вызова скорой медицинской помощи № (том 1 л.д. 152-153), по поступившему в 18 часов 43 минут вызову в БСМП в 19 часов 25 минут доставлен Потерпевший №1 с множественными резаными ранами мягких тканей волосистой части головы, грудной клетки слева, спины, левой кисти, в алкогольном опьянении.

Как усматривается из протокола осмотра места происшествия – комнаты № <адрес>, произведенного в период с 19 часов 40 минут до 20 часов 20 минут 15 октября 2017 г., на диване, стоящем возле стены в комнате, на спальном белье, на линолеуме, на поверхности входной двери с внутренней стороны, на стоящих перед входной дверью в комнате паре сланец и паре кроссовок обнаружены следы пятен бурого цвета. На полу лежат куртка черного цвета и футболка серого цвета также со следами пятен бурого цвета, на которых имеются повреждения в виде резаной поверхности ткани в районе рукавов и спинки. Обнаруженные смывы пятен бурого цвета, вещи и имевшийся на момент осмотра в комнате сотовый телефон марки «Jinga», изъятый с места происшествия (том 1 л.д. 12-17, 62-63, 64, том 2 л.д. 33-35, 36).

В ходе осмотра в тот же день в период с 20 часов 25 минут до 21 часа комнаты № <адрес> за диваном на полу обнаружен топор с деревянной рукояткой, на котором имеются следы пятен бурого цвета, который изъят с места происшествия (том 1 л.д. 18-23). Его осмотром в ходе предварительного следствия установлено, что металлическая часть изготовлена из металла серого цвета в максимальной части 5,1 см, длиной клинка 11,3 см, лезвие визуально острое (том 2 л.д. 33-35).

Согласно протоколу выемки от 17 октября 2017 г. у Свидетель №6 изъяты трико синего цвета, которые были одеты на ФИО1 15 октября 2017 года (том 1 л.д. 137-138). Осмотром данных трико установлено, что на задней поверхности их правой ножки имеется пятно овальной формы, похожее на кровь (том 2 л.д. 33-35).

20 октября 2017 г. и 3 ноября 2017 г. соответственно у ФИО1 и Потерпевший №1 с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства получены образцы крови (том 1 л.д. 187, 189)

Все изъятые предметы представлены на исследование экспертам.

Из заключения эксперта № 811 от 30 ноября 2017 г. следует, что группа крови как Потерпевший №1, так и ФИО1 О??. На принадлежащих Потерпевший №1 куртке, футболке, принадлежащих ФИО1 трико, топоре, сотовом телефоне, смыве на марлевом тампоне обнаружена крови человека группы О??, следовательно, не исключается ее происхождение от Потерпевший №1 и ФИО1 (том 1 л.д. 182-184).

Как следует из заключения эксперта № 136/17 МК от 13 декабря 2017 г., повреждения на куртке Потерпевший № 1 по механизму образования и отобразившимся в строении повреждений анатомно-морфологическим признакам являются рубленными повреждениями, образовавшимися в результате от не менее 18 рубящих воздействий острозаточенной фаской лезвия, пяткой и/или носком топора по материалу куртки Потерпевший №1 Повреждения №№ 1,3, 4,5 – в направлении слева направо, сверху вниз; № 2 – в направлении снизу вверх, слева направо; №№ 6, 7, 8 – в направлении слева направо, № 9 – в направлении слева направо, сзади наперед; № 10 – в направлении снизу вверх, спереди назад; № 11 – в направлении сверху вниз, сзади наперед; №№ 15,16 – в направлении спереди назад, слева направо, № №№ 17, 18, 19 – в направлении сзади наперед, сверху вниз; №№ 20,21 – в направлении сзади наперед, снизу вверх. Повреждения на наружной лицевой поверхности соответствуют повреждениям на подкладке № 8-№14, №5-№12, 13; №15-№22; №16-№23; №17-№26; № 18-№27, № 19-№ 28, №20-№24, №21-№25.

Повреждения на футболке по механизму образования и отобразившимся в строении повреждений анатомно-морфологическим признакам являются рубленными повреждениями, образовавшимися в результате от не менее 7 рубящих воздействий острозаточенной фаской лезвия, пяткой и/или носком топора по материалу футболки Потерпевший №1 Повреждения №1 – в направлении спереди назад, сверху вниз, № 2 – в направлении слева направо, сверху вниз, №№№ 3,4,5 – сзади наперед, сверху вниз, №№ 6,7- сзади наперед, сверху вниз.

Представленный топор является рубящим орудием, имеющим острое лезвие с хорошо выраженными фасками, носком и пяткой.

При непосредственном сопоставлении исследуемых повреждений на куртке и футболке Потерпевший № 1 с конструктивными элементами представленного на экспертизу топора установлено, что данные повреждения могли образоваться в результате воздействий фаской, носком и/или пяткой данного топора.

Сравнительным исследованием установлено, что повреждения на представленной на экспертизу куртке Потерпевший №1 сходно по основным выявленным групповым признакам с экспериментальными повреждениями, причиненными топором, представленным на экспертизу, и не исключается возможность причинения подлинных повреждений фаской, носком и/или пяткой данного топора (том 1 л.д. 199-206).

Наличие указанных повреждений на изъятых в ходе осмотра места происшествия личных вещах Потерпевший №1 подтверждается также протоколом осмотра предметов от 13.12.2017 года, согласно которому на футболке трикотажной серого цвета и куртке черной с капюшоном имеются множественные помарки и пятна темно-коричневого цвета, похожие на кровь, а также множественные повреждения материала (том 2 л.д. 33-35).

Согласно заключению эксперта № 4069 от 23 ноября 2017 г. Потерпевший №1 получил черепно-мозговую травму в форме ушиба головного мозга средней степени тяжести, с ушибом вещества головного мозга в затылочной области слева, с повреждением твердой мозговой оболочки, с переломами лобной кости справа, обеих теменных костей, с ранами (4) волосистой части головы. Травма головы по признаку опасности для жизни квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью; могла быть получена при указанном в установочной части постановлении механизме травмы («множество ударов топором»), давность ее образования в пределах 1 суток на момент проведения первичной хирургической обработки 15 октября 2017 г. в 22 часа 57 минут.

В ходе первичного осмотра врачом-хирургом БУ «Больница скорой медицинской помощи» в 10 часов 15 октября 2017 г. отмечены раны передней поверхности грудной клетки слева (1), задней поверхности грудной клетки слева (1), области правого предплечья (1), потребовавшие проведения хирургической обработки с наложением швов. Раны (3) как в отдельности, так и в совокупности по признаку кратковременного расстройства здоровья длительностью не более 21 дня квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью. Экспертное определение механизма их образования по записям врачей-клиницистов не представляется возможным ввиду описания их свойств не в полном объеме, давность их образования в пределах суток на момент проведения первичной хирургической обработки в 20 часов 15 октября 2017 г. (том 1 л.д. 157-160).

Выводы экспертов основаны на исследовании помимо представленных следователем материалов уголовного дела медицинских картах стационарного больного № 13352 БУ «Республиканская клиническая больница» и № 3194/В/1112 стационарного больного нейрохирургического отделения БУ «Больница скорой медицинской помощи» на имя Потерпевший №1, компьютерных томограммах его головного мозга от 15, 17 и 18 октября 2017 г., осмотре освидетельствуемого 20.10.2017 года, что нашло отражении в исследовательской части заключения.

Экспертиза, проведенная в рамках расследования настоящего делу, была назначена и проведена в соответствии с требованиями ст. ст. 195-196 УПК РФ, изучение экспертами медицинских документов Потерпевший №1 предусмотрено постановлением следователя о назначении экспертизы от 19.10.2017 года.

Заключение эксперта полностью отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, а также Федеральному Закону " О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ, выводы эксперта являются ясными, понятными и надлежащим образом мотивированы, сомневаться в их правильности у суда нет оснований.

Суд оценивает данное заключение эксперта в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами.

Количество обнаруженных на теле Потерпевший №1 телесных повреждений, их локализация и механизм образования, подтверждают показания свидетелей Свидетель №3, Свидетель №5, Свидетель №8, очевидцев имевших место событий, о том, в какое время, каким предметом, сколько телесных повреждений и по каким частям тела Потерпевший №1 было причинено ФИО1, о чем они подробно изложили в ходе предварительного и судебного следствий.

Подсудимый ФИО1 также не отрицал факт нанесения им нескольких ударов острием топора ударов по грудной клетке, голове Потерпевший №1.

Таким образом, совокупностью вышеприведенных доказательств достоверно установлено, что обнаруженные у Потерпевший №1 телесные повреждения, описанные в вышеприведенном заключении эксперта, образовались в результате противоправных действий ФИО1

ФИО1 в судебном заседании утверждал, что нанес удары топором Потерпевший №1 после того, как тот ударил его малолетнего сына, с целью воспрепятствования противоправным действиям последнего, умысла на лишение его жизни не имел.

Однако его доводы в этой части полностью опровергнуты исследованными в судебном заседании доказательствами, представленными стороной обвинения.

Допрошенный в стадии предварительного следствия с соблюдением требований ст. 280 УПК РФ малолетний свидетель Свидетель № 1 сообщал, что Потерпевший №1 ударов ни ему, ни его отцу не наносил. Данные обстоятельства подтверждаются и заключением эксперта № 4005 от 3 ноября 2017 г., согласно которому у Свидетель №1 обнаружены повреждения в виде кровоподтека в области лба слева давностью образования около 5-10 суток на момент осмотра экспертом 16 октября 2017 г.; кровоподтека правового предплечья давностью образования около 2-5 суток на момент осмотра экспертом (том 1 л.д. 47). Телесных повреждений, полученных им 15 октября 2017 г., в ходе проведения экспертизы установлено не было.

Доводы подсудимого о необходимости самообороны в сложившей ситуации суд также находит несостоятельными. Из показаний самого ФИО1 следует, что несмотря на то, что Потерпевший №1 при входе в коридор находился в нетрезвом, агрессивном состоянии, каких-либо слов угроз он не высказывал, в руках какие-либо предметы не держал, удары ФИО1 не наносил.

При таких обстоятельствах установленные судом преступные действия подсудимого при отсутствии какого-либо посягательства со стороны потерпевшего, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, свидетельствует об отсутствии признаков необходимой обороны.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что преступление ФИО4 М.С. совершил умышленно, из личных неприязненных отношений к Потерпевший №1 Последний каких-либо действий, которые могли бы вызвать состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), не совершал. Об отсутствии внезапности свидетельствует и то, что в ходе конфликта с потерпевшим ФИО1 с целью убийства последнего взял из своей комнаты топор, с которым вернулся к Потерпевший №1 в коридор и нанес им множественные удары, в том числе в область расположения жизненно важных органов.

Из заключения первичной амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы (ДД.ММ.ГГГГ. следует, что ФИО1 в момент инкриминируемого ему деяния страдал и страдает в настоящее время <данные изъяты>. Анализ материалов уголовного дела, выявленные у ФИО1 изменения <данные изъяты> лишали его в субъективно значимой для него ситуации в период, относящийся к инкриминируемому ему деянии., способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а также ФИО1 не был способен в полной мере правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела. По своему психическому состоянию он в случае осуждения нуждается в амбулаторном принудительном лечении и наблюдении у психиатра в соответствии с ч. 2 ст. 22, п. «в» ч. 1 ст. 97, ч. 2 ст. 99 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве, может предстать перед судом.

В момент инкриминируемых ему деяний ФИО1 не находился в состоянии аффекта, не находился в состоянии физиологического или кумулятивного аффекта; не находился в другом эмоциональном состоянии неболезненного характера, которое могло бы оказать существенное влияние на его сознание и деятельность. Вместе с тем индивидуально-психологические особенности подэкспертного с учетом специфики развития конфликтной ситуации оказали существенное влияние на его поведение в исследуемой ситуации, ограничив его способность в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (том 1 л.д. 170-175).

В соответствии со статьей 22 Уголовного кодекса Российской Федерации вменяемое лицо, которое во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности. Психическое расстройство, не исключающее вменяемости, учитывается судом при назначении наказания и может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера.

Оценивая заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы в совокупности с поведением ФИО1 в быту, в стадии предварительного и судебного следствий в судебном заседании, суд находит это заключение достоверным; оно научно обоснованно, проведено компетентными специалистами, на основании чего суд признает ФИО1 вменяемым на момент инкриминируемого ему деяния и в настоящее время, полагая, что тот должен нести уголовную ответственность за содеянное.

С учетом вышеизложенного суд считает, что между ФИО1 и Потерпевший №1 на почве личных неприязненных отношений произошла ссора, в результате которой у ФИО1 возник умысел на лишение жизни Потерпевший №1 С этой целью он, взяв из своей комнаты топор, подошел с ним к Потерпевший №1 и умышленно нанес им последнему несколько ударов по голове и туловищу.

При этом суд считает, что ФИО1 действовал с прямым умыслом, направленным на убийство Потерпевший №1, поскольку он избрал такой способ действий, при котором предвидел неизбежность смерти потерпевшего и желал его смерти.

При решении вопроса о направленности умысла ФИО1 суд исходит из всех обстоятельств содеянного.

Характер действий подсудимого, а именно нанесения им нескольких ударов общественно опасным способом острым предметом – острием топора, который он предварительно взял специально для этих целей у себя в комнате, в область расположения жизненно важных органов – по голове и туловищу, а также предшествующее преступлению и последующее поведение ФИО1 свидетельствует о наличии у него прямого умысла на причинение смерти Потерпевший №1 При этом действия ФИО1 были неожиданными для Потерпевший №1 при отсутствии со стороны последнего каких-либо провоцирующих или противоправных действий в отношении него. Из показаний свидетелей обвинения - очевидцев преступления следует, что, нанося удары топором не оказывавшему ему сопротивление, лежащему на полу Потерпевший №1, ФИО1 говорил, что убьет всех.

При таких обстоятельствах доводы защиты о том, что в результате хаотичного нанесения ударов топором ФИО1 он среди прочих причинил Потерпевший №1 телесные повреждения и в области конечностей, что свидетельствует об отсутствии у него умысла на причинение смерти потерпевшему, об отсутствии мотива на убийство, суд находит несостоятельными.

Из показаний подсудимого следует, что он прекратил свои действия только после того, как обнаружил, что Потерпевший №1 лежит на полу с травмой головы и не шевелится, он осознает, что наносил удары топором в область жизненно-важных органов Потерпевший №1, что опровергает версию защиты о направленности умысла ФИО1 только на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему.

С учетом изложенного суд также не усматривает в действиях ФИО1 добровольного отказа от доведения преступления до конца, поскольку им были выполнены все действия, образующие объективную сторону покушения на убийство.

Смерть Потерпевший №1 не наступила по независящим от ФИО1 обстоятельствам, поскольку тот через непродолжительное время был доставлен в лечебное учреждение, где ему была оказана своевременная квалифицированная медицинская помощь.

Суд, исходя из вышеизложенного, квалифицирует преступное деяние, совершенное ФИО1 в отношении Потерпевший №1, по части 3 статьи 30, части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации как покушение на умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении ФИО1 наказания суд исходит из положений статьи 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, то есть учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, смягчающие его наказание обстоятельства, его личность, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил умышленное преступление, представляющее повышенную общественную опасность, относящееся к категории особо тяжких.

С учетом фактических обстоятельств совершения преступления, степени его общественной опасности суд не находит оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, для изменения категории преступления на менее тяжкую.

В соответствии с пунктами «г», «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации смягчающими его наказание обстоятельствами суд признает наличие у него малолетнего сына и его явку с повинной, способствование расследованию преступления.

Назначая наказание, суд в соответствии с частью 2 статьи 22 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает наличие у ФИО1 органического расстройства личности в связи со смешанными заболеваниями, отраженными в заключении эксперта, и наряду с другими заболеваниями согласно части 2 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает данное обстоятельство в качестве смягчающего его наказание.

Иных смягчающих, равно как и отягчающих ФИО1 наказание обстоятельств не имеется.

ФИО1 не судим (том 2 л.д. 69), под наблюдением в БУ «Республиканский наркологический диспансер» Министерства здравоохранения Чувашской Республики не находится (том 2 л.д. 91), по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, жалоб от соседей и родственников на его поведение не поступало (том 2 л.д. 92). Соседями по месту жительства ФИО1 характеризуется исключительно положительно как хороший семьянин, внимательны й и приветливый сосед, не злоупотребляющий спиртными напитками (том 2 л.д. 94-95).

ФИО1 работает дизайнером в Рекламной группе «ФОРМАРТ» ИП ФИО2, где проявил себя как дисциплинированный сотрудник, обладающий высокими моральными качествами (том 2 л.д. 96).

Воспитателями <данные изъяты> ФИО1 характеризуется как ответственный родитель, активно занимающийся воспитанием сына, интересующийся его успехами. В состоянии агрессии, алкогольного или наркотического опьянения в дошкольном учреждении не появлялся (том 2 л.д. 99).

Протоиреем храма Воскресения Христова при ФКУ ИК-1 УФСИН России по Чувашской Республики ФИО1 также характеризуется положительно как раскаявшийся человек, принимавший активное участие в благоустройстве храма (т. 2 л.д. 98).

При назначении наказания ФИО1 суд исходит из положений части 3 статьи 66 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации за оконченное преступление.

Также учитывает положения части 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, согласно которой при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией статьи.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением ФИО1 во время и после его совершения, других обстоятельств, смягчающих наказание, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного им преступлений, судом не установлено. Оснований для применения статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении него суд не усматривает.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, тяжесть совершенного ФИО1 преступления, суд полагает, что его исправление невозможно без изоляции от общества, и в соответствии с пунктом «в» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации назначает ему для отбывания исправительную колонию строгого режима, не находя оснований для назначении ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Поскольку ФИО1 назначено наказание в виде реального лишения свободы, суд полагает, что он может скрыться от отбывания наказания, и считает необходимым до вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении него оставить без изменения в виде заключения под стражей.

Согласно части 3 статьи 128 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при задержании лица, подозреваемого в совершении преступления, срок исчисляется с момента фактического задержания.

Протокол задержания в отношении ФИО1 составлен 16 октября 2017 года. Вместе с тем, как установлено в ходе судебного следствия, ФИО1 был задержан сотрудниками полиции в день совершения преступления, то есть 15 октября 2017 года; в тот же день для дальнейшего разбирательства был доставлен в отдел полиции № 2 Управления МВД России по городу Чебоксары, где собственноручно написал явку с повинной, что подтверждается соответствующими документами дела, в связи с чем суд исчисляет срок содержания его под стражей с 15 октября 2017 года.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии со статьей 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 296-304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 22 февраля 2018 года. Зачесть в срок отбытия наказания время содержания его под стражей в период с 15 октября 2017 года по 21 февраля 2018 года.

В соответствии с пунктом «в» части 1 статьи 97, пунктом «а» части 1 статьи 99, статьями 100, 104 Уголовного кодекса Российской Федерации применить к ФИО1 принудительные меры медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

Вещественные доказательства:

- сотовый телефон марки «Jinga», принадлежащий Потерпевший №1 и переданный ему под сохранную расписку, - оставить у него по принадлежности;

- куртку, футболку, принадлежащие Потерпевший №1 и хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Калининского районного суда г. Чебоксары, вернуть ему по принадлежности, а в случае неистребования в течение 3 месяцев - уничтожить как не представляющие материальной ценности;

- трико темно-синего цвета, принадлежащие ФИО1 и хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Калининского районного суда г. Чебоксары, вернуть ему по принадлежности, а в случае неистребования в течение 3 месяцев - уничтожить как не представляющие материальной ценности;

- марлевый тампон со смывом, топор, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Калининского районного суда г. Чебоксары, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики в течение 10 (десяти) суток со дня его провозглашения через Калининский районный суд г. Чебоксары, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об его участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Е.Г. Никитина