Приговор № 1-56/2018 от 15 октября 2018 г. по делу № 1-56/2018

Дело № 1-56/2018 КОПИЯ


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 октября 2018 года г. Пласт

Пластский городской суд Челябинской области в составе: председательствующего – судьи Бодровой Е.Б.

при секретарях Родиной А.В., Бобылковой П.И.,

с участием государственных обвинителей – старшего помощника прокурора г. Пласта Челябинской области Агиновой Е.Н., и.о. прокурора г. Пласта Челябинской области Земскова А.С., помощника прокурора г. Пласта Челябинской области Гирича К.Э.,

подсудимых ФИО1, ФИО2,

защитников – адвокатов Горбенко С.В., представившего удостоверение №, Фелатистовой Г.Т., представившей удостоверение №

потерпевшей Р.Т.Г..,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты> судимого:

17 мая 2006 года Выборгским городским судом Ленинградской области по ч. 1 ст. 105 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок десять лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, освобожденного 02 июля 2015 года по отбытии наказания;

08 июня 2017 года мировым судьей судебного участка № 2 Увельского района Челябинской области по ч. 1 ст. 119 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок восемь месяцев с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком один год;

ФИО2, <данные изъяты> судимого:

21 июля 2011 года Пластским городским судом Челябинской области по п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок два года шесть месяцев с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком три года; постановлением Пластского городского суда Челябинской области от 05 ноября 2013 года условное осуждение отменено, направлен для отбывания наказания в исправительную колонию строгого режима на срок два года шесть месяцев, освобожденного 04 мая 2016 года по отбытии наказания,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 и ФИО2 группой лиц по предварительному сговору совершили нападение на потерпевшую Р.Т.Г. в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, при следующих обстоятельствах:

В период до 17 часов 20 минут 23 января 2018 года ФИО1 и ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, во дворе <адрес> вступили в преступный сговор на хищение имущества, принадлежащего их знакомой Р.Т.Г..

Реализуя совместный преступный умысел, находясь во дворе <адрес>, ФИО2 под предлогом рассчитаться за говяжьи кости, которые Р.Т.Г. приобрела у Ш.И.В., потребовал от Р.Т.Г. передать ему деньги или вернуть говяжьи кости.

После отказа Р.Т.Г. выполнить указанное требование и пояснений о том, что она рассчиталась за говяжьи кости с Ш.И.В., уплатив 200 рублей, ФИО2, реализуя умысел на завладение принадлежащим Р.Т.Г. имуществом, с целью сломить ее волю к сопротивлению, нанес Р.Т.Г. один удар ногой в область живота. После падения Р.Т.Г. на землю ФИО2 нанес ей не менее шести ударов ногами в грудь, не менее трех ударов ногами по рукам, не менее пяти ударов ногами по ногам, высказывая при этом угрозу применения насилия, опасного для жизни или здоровья последней. Затем ФИО2 поднял Р.Т.Г. с земли и стал удерживать за верхнюю одежду, сказав ФИО1 забрать лежащую на земле хозяйственную сумку с говяжьими костями и другим принадлежащим Р.Т.Г. имуществом.

Реализуя совместный с ФИО2 умысел на хищение принадлежащего Р.Т.Г. имущества, ФИО1 открыто похитил принадлежащую Р.Т.Г. хозяйственную сумку стоимостью 100 рублей с находящимися в ней говяжьими костями не менее 6 килограммов по цене 33 рубля 33 копейки за килограмм на сумму 200 рублей; 3 кг мела по цене 20 рублей за килограмм на сумму 60 рублей; тремя книгами, не представляющими материальной ценности для потерпевшей, всего принадлежащего Р.Т.Г. имущества на общую сумму 360 рублей.

После этого ФИО1 с целью удержания похищенного имущества нанес Р.Т.Г. один удар рукой в лицо, а ФИО2 с той же целью нанес Р.Т.Г. один удар ногой в лицо.

С похищенным имуществом ФИО1 и ФИО2 скрылись с места преступления и распорядились похищенным по своему усмотрению.

В результате примененного ФИО1 и ФИО2 насилия потерпевшей Р.Т.Г. причинены кровоподтек левой глазничной области, ушибленная поверхностная рана слизистой оболочки верхней губы справа с окружающим кровоизлиянием, кровоподтек передней поверхности левой голени в средней трети, кровоподтек передней поверхности правого бедра в нижней трети по внутреннему краю, которые на вызвали кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату трудоспособности и не причинили вреда здоровью Р.Т.Г.. Также у Р.Т.Г. имелась болезненность при пальпации левой грудной области в проекции 3-5 ребер, поясничного отдела справа от позвоночного столба, в том числе при наклонах, где отсутствуют знаки телесных повреждений, а также дефект 1 зуба сверху справа.

Кроме того, последствием примененного ФИО1 и ФИО2 насилия явились причиненные Р.Т.Г. телесные повреждения в виде закрытого перелома костей носа со смещением отломка левой носовой кости, что вызвало нарушение функции носового дыхания (затрудненное носовое дыхание, реактивный отек слизистой оболочки носовых ходов) продолжительностью до трех недель и квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении вышеуказанного преступного деяния не признал, показал, что 23 января 2018 года вместе с ФИО2, Б.Н.В., Ш.И.В., К.А.М. работал у В.Е.И., которая оплатила их работу. При этом расчет непосредственно производился с Ш.И.В.. После работы они все вместе пришли домой, где приготовили еду, взяли спиртное, помянули знакомого. Спиртного не хватало, поэтому стали решать, у кого можно занять. Ш.И.В. созвонилась с Р.Т.Г.. Та пришла, посидела с ними за столом, немного выпила. Женщины разговаривали между собой отдельно, он их разговор не слышал, ему этот разговор был не интересен. Потом Р.Т.Г. собралась уходить, попросила помочь отвести собаку, пообещала полностью рассчитаться, как фигурировало в разговоре, – за мясо и собаку. Он предложил ФИО2 пойти помочь Р.Т.Г., тот согласился. Когда они пошли, Ш.И.В. сказала, чтобы они забрали деньги. На площади села Р.Т.Г. договорилась со С.К.Ю. насчет елки, которую хотела забрать для своих коз. Елку нес ФИО2, он вел собаку, мясо Р.Т.Г. несла сама. Когда они пришли на задний двор дома Р.Т.Г., он спросил, куда можно привязать собаку, та ответила, что куда угодно. Пока привязывал собаку к сетке у входа в сарай, ФИО2 и Р.Т.Г. стали скандалить. Началась суматоха, крики. ФИО2 сказал ему, что Р.Т.Г. не отдает деньги. Он поверил ФИО2, поэтому предложил забрать мясо. Они не знали, что та рассчиталась с Ш.И.В., возможности проверить ее слова у них не было, так как нужно было идти назад около двух километров. Р.Т.Г. достала цепь и пару раз ударила ею ФИО2 по спине. Когда ФИО2 сказал, что они заберут мясо и пойдут домой, Р.Т.Г. вцепилась в него – схватила за грудки. ФИО2 ему сказал, что Р.Т.Г. его не отпускает. Тогда он встал между ФИО2 и Р.Т.Г., руками растолкал их. Р.Т.Г. хлестала ФИО2 цепью, на него же она просто кричала. Он сказал Р.Т.Г., что мясо ей вернут после того, как она отдаст деньги. На лице Р.Т.Г. он следы побоев, синяки не видел, поскольку та смуглая, к тому же смеркалось. Считает, что если бы он ее ударил, синяки бы были. Когда они пошли, Р.Т.Г. бежала следом, грозила тем, что вызовет полицию. Он подумал, что она только стращает. Мясо они с ФИО2 решили продать. Считает себя виноватым в том, что вступил в скандал, пошел на конфликт с пожилой женщиной. В связи с этим он приносит Р.Т.Г. свои извинения. Если бы они знали, что Р.Т.Г. рассчиталась, то не стали бы требовать деньги. Проверить же слова потерпевшей возможности не было. Он говорил Р.Т.Г., что та сможет забрать мясо, когда отдаст деньги. Он ошибался, когда забирал мясо, полагая, что потерпевшая за него не рассчиталась. Иск Р.Т.Г. не признает, считает, что ее требования ничем не подтверждены и не обоснованы.

Подсудимый ФИО2 вину в совершении вышеуказанного преступного деяния не признал, показал, что в тот день вместе со всеми работал у В.Е.И.. Он не знал, чем В.Е.И. рассчиталась с ними за работу, так как ему было все равно. После работы стали употреблять спиртное, которого не хватало. Тогда они решили продать мясо, в связи с чем Ш.И.В. позвонила Р.Т.Г.. Та пришла, села за стол, выпила вместе с ними 2-3 рюмки. Ш.И.В. и Р.Т.Г. о чем-то поговорили. Затем Р.Т.Г. заговорила про намерение купить квашеную капусту. Он предложил купить капусту у его матери. Р.Т.Г. сказала, что купит, если он принесет. Тут К.А.М. заговорил про собаку. Р.Т.Г. сказала, что самой ей не собаку не довести. Он и ФИО1 решили ей помочь, полагали, что дома она с ними рассчитается. Со слов ФИО1 знал, что Р.Т.Г. должна была отдать деньги за мясо. Лично ему она ничего не должна. По дороге Р.Т.Г. договорилась со С.К.Ю. насчет елки, которую забрала с собой. Эту елку нес он. Когда пришли на задний двор, он положил елку под навес. Ссора между ними началась после того, как он попросил потерпевшую отдать деньги. Р.Т.Г. ответила, что уже отдала деньги, а затем начала кричать, нецензурно выражаться. Он обругал Р.Т.Г. нецензурными словами, а также сказал ФИО1, что та деньги не отдает. Собрался выходить со двора – ему нужно было пройти метров пять, но шага не успел сделать, как Р.Т.Г. ударила его цепью по затылку. Полагает, что с помощью этой цепи закрывалась дверь. Он развернулся и оттолкнул потерпевшую. При этом Р.Т.Г. не упала и опять ударила его цепью. Он еще раз толкнул потерпевшую, отчего та села в сено. Он ругался на Р.Т.Г. нецензурно. Потерпевшая ударила его цепью по ногам, потом подскочила к нему, развернула, схватила за куртку – за грудки, стала удерживать. ФИО1 в это время привязывал собаку метрах в пяти от них, несмотря на сумерки, он это видел. ФИО1 встал между ними, возможно, что в этот момент он оттолкнул Р.Т.Г., а затем забрал мясо. ФИО1 говорил, что Р.Т.Г. верить нельзя, так как она всегда врет, после чего мясо забрал и пошел, сказав потерпевшей, что она мясо сможет забрать, когда отдаст деньги. Он не видел, чтобы ФИО1 наносил удары Р.Т.Г.. Он потерпевшую не бил, а только оттолкнул. Она ему голову проломила. Когда уходили, Р.Т.Г. что-то кричала вслед. Вместе с ФИО1 они пришли к нему домой. По дороге он взял водки. Дома его сожительница З.Т.Н. обработала ему рану, спросила, что случилось. Он ей все рассказал. Голова у него была рассечена, на плече – синяк, на ноге – два шрама. Он нее помнит, чтобы ФИО1 у него дома продавал мясо. Потом ФИО1 ушел, со слов знает, что пакет он забрал с собой. Считает, что Р.Т.Г. их оговаривает. Она постоянно ходит с какими-нибудь царапинами, кроме того, сама говорит, что у нее из-за болезни лопаются капилляры на ногах. Он часто делал Р.Т.Г. замечания по поводу собаки, которую та не привязывала, создавая опасность для детей. Кроме того, он работал у Р.Т.Г., но она ему за работу не заплатила. Он перестал пускать потерпевшую, когда та приходила в гости к его матери. Иск Р.Т.Г. в части взыскания компенсации морального вреда не признает, материальный ущерб согласен возместить.

Допросив подсудимых, потерпевшую, свидетелей, исследовав материалы уголовного дела, суд считает ФИО1 и ФИО2 виновными в совершении изложенного выше преступления.

Потерпевшая Р.Т.Г. показала, что в селе Степное проживает восемь лет, в течение шести лет держит скот. ФИО2 она нанимала, но он деньги взял, а работу не выполнил. ФИО1 к ней на работу приводила Ш.И.В.. 23 января 2018 года Ш.И.В. послала ей сообщение с просьбой перезвонить. Поскольку у нее денег на счете не было, она решила дойти до Ш.И.В.. В доме сидела компания, выпивали. Она присела с краю стола, спиртное не пила. Со слов Ш.И.В. поняла, что нужны деньги на спиртное. Но она просто так деньги бы не дала. Когда ей предложили купить кости, согласилась. Она разговаривала с Ш.И.В. по поводу обуви для К.А.М., а также спрашивала, можно ли у кого-нибудь купить капусты. Она достоверно знает, что Ш.И.В. ведает общими деньгами, продуктами. Именно Ш.И.В. заговорила о продаже костей. Этот разговор могли слышать ФИО2 и ФИО1, сидевшие по другую сторону стола. Также они видели ее деньги, которые лежали в пакетике. За столом было тесно, все сидели впритык друг к другу. Она при всех показывала пакетик, но его не разворачивала. ФИО2 подсел к ним, когда речь зашла о деньгах, начал встревать в их разговор. Ш.И.В. его даже осадила. Потом Ш.И.В. пошла на веранду за костями, а К.А.М. стал их укладывать. Деньги за кости в сумме 200 рублей она отдала Ш.И.В. в другой комнате, после чего пошла домой. Разговора о том, что она кому-то еще должна отдать деньги по приходу домой, не было. ФИО2 и ФИО1 шли следом за ней, возможно потому, что к двухэтажным домам ведет одна дорога. На площади села она увидела С.К.Ю. и решила узнать, можно ли забрать елку. С.К.Ю. ответил, что можно, но нужно снять с нее мишуру и игрушки. Сзади метрах в десяти от нее шли ФИО1 и ФИО2. Она их подозвала и обратилась с просьбой помочь донести елку. До ее дома оставалось метров триста. Платить за эту услугу она не обещала. ФИО1 и ФИО2 согласились, быстро сняли с елки гирлянду, две игрушки. Елку нес ФИО2. Она шла впереди них. Когда прошли школу, ФИО2 и ФИО1 остановились между домами и стали о чем-то разговаривать между собой. Она в это время прошла метров сорок, открыла калитку во двор, закрытую на замок на цепочке, которой были перехвачены две ручки. Она не хотела, чтобы ФИО2 и ФИО1 заходили к ней во двор, попыталась даже преградить дорогу. Однако ФИО2 начал наседать. Она пыталась взять у него елку, но он мимо нее понес елку вглубь двора за стог сена под навесом метрах в шести от входа во двор. ФИО1 с собакой зашел следом, при этом он не спрашивал, куда можно привязать собаку. ФИО2 потребовал у нее 500 рублей. Она ответила, что с ним дел не имеет, ничего ему не должна, что за кости рассчиталась, а также несколько раз повторила, что именно лежит в ее сумке. Считает, что у ФИО2 не должно было быть никаких сомнений по поводу того, что она рассчиталась, так как, в отличие от ФИО1, он это видел. Однако ФИО2 в нецензурной форме начал возбужденно говорить, что она обманывает. Также он все время провоцировал ФИО1. В это время ФИО1 вел себя спокойно, закидывал цепь на забор, при этом говорил, что им далеко возвращаться, чтобы проверить, расплатилась она или нет. Затем ФИО2 начал отбирать у нее сумку, которую она стала убирать за себя. Тогда ФИО2 ударил ее ногой в живот. Она упала на сено, сумка оказалась под ней. ФИО2 ударил ее ногой в грудь, как бы втаптывая ее, потом от его пятки в ребрах была вмятина. ФИО2 нанес ей удары в живот, в грудь, по ногам, раза три-четыре попал по рукам. Она, лежа на спине, беспорядочно отмахивалась руками-ногами, цепочкой, попала по ФИО2, но куда, не знает, так как капюшон пуховика налез на глаза. ФИО2 пообещал придушить ее цепочной. После нанесения нескольких ударов ФИО2 отходил, присматривался, а затем, увидев, что она шевелится, снова наносил удары. Кричать она не могла, так как упала под уклон, голова оказалась поджатой, из-за чего она задыхалась. ФИО1 все это время стоял боком к ним, молчал. Далее ФИО2 поднял ее за пуховик и велел ФИО1 забрать сумку. ФИО1 обошел их, взял сумку, а затем из-за спины ФИО2 кулаком ударил ее в лицо. Удар получился скользящим, так как она дернулась. От этого удара у нее был сломан нос и поврежден зуб, обломок которого впился в губу. ФИО1 ударил ее специально. ФИО2 поставил ее, а затем еще раз ударил кулаком в лицо, отчего она упала в сено. После этого ФИО2 и ФИО1, забрав сумку, довольные ушли, кости они возвращать не собирались. Она вслед кричала, чтобы они вернули сумку, но безрезультатно. Собака так и осталась у нее во дворе, пока не убежала. В сумке у нее был мел в желтом пакете, три книги из библиотеки, кости общим весом не менее 6 килограммов. Из похищенного ей возвращены мел и часть костей, которые находились в новом пакете черного цвета. Иск о взыскании материального ущерба в сумме 233 рубля и компенсации морального вреда в размере 20000 рублей она поддерживает в полном объеме. Непосредственно после случившегося она от госпитализации отказалась, поскольку не на кого было оставить хозяйство. До настоящего времени она вынуждена периодически обращаться за медицинской помощью, ее здоровье пока не восстановилось. Никаких собак она ни у кого не просила. Разговор Ш.И.В. и ФИО3 о собаке к ней не имеет никакого отношения. ФИО2 и ФИО1 шли с собакой, но она не знает, куда и зачем они ее вели. Слышала, что по дороге ФИО1 предлагал какому-то мужчине, шедшему с детьми, взять собаку. Количество ударов она подсчитала при следователе. У нее синяки были на руках, туловище, ногах; на лице слева под глазом была сильная гематома; нос стал дышать через месяц.

Свидетель Л.Т.П. показала, что Р.Т.Г. является активным читателем библиотеки. ФИО2 также пользовался услугами библиотеки. В тот день Р.Т.Г. до обеда, то есть до 14 часов, совершила обмен книг в течение не более десяти минут. Точную дату она не помнит, есть формуляр, в котором все зафиксировано. Р.Т.Г. взяла две книги. Обмен был свободным, какой-либо ценности книги не представляли. Р.Т.Г. вежливая, доброжелательная, общительная. ФИО2, когда приходил за дисками, всегда был спокойным, культурным, приходил только трезвым, никогда не грубил.

В связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде, по ходатайству государственного обвинителя Агиновой Е.Н. на основании ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были оглашены показания свидетеля Л.Т.П., данные при производстве предварительного расследования в части времени, даты и количества книг.

Свидетель Л.Т.П. (т. 1, л.д. 164-167) показала, что Р.Т.Г. приходила 23 января 2018 года около 14 часов, взяла три книги.

Свидетель Л.Т.П. оглашенные показания подтвердила.

Свидетель В.Е.И. показала, что Р.Т.Г. знает как жительницу села. ФИО1, ФИО2 ей также знакомы, приходили, несколько раз помогали. 23 января 2018 года Ш.И.В., Б.Н.В., К.А.М. и О.Н., ФИО2 приходили к ней на работу, были трезвые. Она рассчиталась за работу 5-6 кг мяса на сумму 100-150 рублей. Расчет производила с Ш.И.В., как со старшей. ФИО2 был у нее только один раз, работал ли он наравне с другими или нет, не знает.

Свидетель Ш.И.В. показала, что ФИО2 ее родственник по мужу, ФИО1 она знает с детства. Р.Т.Г. знает более двух лет, с того момента, как та приехала в село Степное. У Р.Т.Г. она работала по найму. Дня за два до случившегося с Р.Т.Г. состоялся разговор о собаке. Она послала Р.Т.Г. «маячок», чтобы та пришла за собакой. В тот день они за работу получили от В.Е.И. кости, которые решили продать, так как нужны были деньги на спиртное. Эти кости она продала Р.Т.Г., когда та рассчиталась, она на вырученные деньги купила на всех спиртное. Р.Т.Г. за столом вместе со всеми не сидела и спиртное не пила. Разговаривали они с Р.Т.Г. в спальне вдвоем, там же потерпевшая отдала ей деньги, которые достала из сумки зеленого цвета. Кости она передала Р.Т.Г. в кухне. Р.Т.Г. просила отвести собаку к ней. ФИО1 и ФИО2 повели к ней собаку на цепи. Она не знает, шла ли речь об оплате.

В связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде, по ходатайству государственного обвинителя Земскова А.С. на основании ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были оглашены показания свидетеля Ш.И.В., данные при производстве предварительного расследования.

Свидетель Ш.И.В. (т. 1, л.д. 132-135) показала, что 23 января 2018 года она с сожителем К.А.М., его братом ФИО1, своей сестрой Б.Н.В., а также с ФИО2 ходили на подработку к В.Е.И., которая рассчиталась с ними мясом говядины. Потом они купили в магазине спиртное, которое стали распивать у себя дома. Она отправила Р.Т.Г. «маячок», чтобы продать ей мясо и кости. Р.Т.Г. пришла, согласилась купить, но пояснила, что с собой у нее только двести рублей. Она согласилась продать за эту сумму, попросила К.А.М. сложить мясо. Р.Т.Г. отдала ей 200 рублей купюрами по 100 рублей. Все это происходило на кухне, остальные в это время были в комнате. Ранее Р.Т.Г. просила отдать ей собаку, они согласились. Р.Т.Г. сказала, что собаку сама не доведет. ФИО1 вышел вместе с ней, затем вышел ФИО2. Позже позвонила Р.Т.Г. и сообщила, что была избита ФИО1 и ФИО2.

Свидетель Ш.И.В. оглашенные показания подтвердила, уточнила, что она костями распорядилась, про согласие не спрашивала, так как пили все вместе. Никто не просил деньги. ФИО1 она сказала про продажу, когда он вернулся.

Свидетель К.А.М. показал, что ФИО1 – его двоюродный брат, с ФИО2 у него сложились дружеские отношения. У Р.Т.Г. он постоянно работал. У В.Е.И. он работал вместе с Ш.И.В., Б.Н.В., принесли домой килограмма полтора супового набора (мясо, кости). Дома пили водку с ФИО1, ФИО2. Приходила Р.Т.Г., зачем – не знает. Она выпила со всеми рюмочку. Мясо ей отдали. Он это мясо сам в пакет сложил. Р.Т.Г. он предложил забрать у него собаку, та согласилась. Ш.И.В. проводила Р.Т.Г.. Он лег спать, так как был сильно пьян. Уходили ФИО1 и ФИО2, не знает.

В связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде, по ходатайству государственного обвинителя Агиновой Е.Н. на основании ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были оглашены показания свидетеля К.А.М., данные при производстве предварительного расследования.

Свидетель К.А.М. показал (т. 1, л.д. 136-139), что 23 января 2018 года он, Ш.И.В., Б.Н.В., ФИО1, ФИО2 работали у фермера В.Е.И., которая за работу рассчиталась деньгами в сумме 300 рублей и пакетом мяса. Деньги они израсходовали на покупку спиртного, которое стали распивать дома, а когда оно закончилось, Ш.И.В. предложила продать мясо и позвонила Р.Т.Г., которая спустя некоторое время пришла к ним, села за стол. Ей налили стопку водки, она выпила. В ходе разговора Ш.И.В. предложила Р.Т.Г. мясо, та согласилась. Ш.И.В. его попросила достать мясо из холодильника. Они разговаривали в комнате. Он передал Р.Т.Г. пакет с мясом. Не видел, чтобы та рассчиталась, сама Ш.И.В. об этом не говорила. Затем Р.Т.Г. сказала, что ей нужна их собака. Поэтому ФИО2 и ФИО1 вышли и отвязали собаку, видимо, решили помочь ее довести. Втроем они вместе вышли на улицу. А они продолжили употреблять спиртное.

Свидетель К.А.М. оглашенные показания подтвердил.

Свидетель Б.Н.В. показала, что ФИО2 знает только на лицо. Ее родная сестра Ш.И.В. живет с братом ФИО1 – К.А.М.. Р.Т.Н. она почти не знает, как-то они у нее работали – убирали двор. С ФИО1 и ФИО2 она не общается, так как они живут в разных частях села. Про конфликт ничего не знает.

В связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде, по ходатайству государственного обвинителя Гирича К.Э. на основании ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были оглашены показания свидетеля Б.Н.В., данные при производстве предварительного расследования.

Свидетель Б.Н.В. (т. 1, л.д. 140-143) показала, что 23 января 2018 года в дневное время она вместе с Ш.И.В., К.А.М., ФИО1, ФИО2 была на работе у В.Е.И., которая рассчиталась за работу деньгами и мясом говядины. Придя домой, они стали распивать спиртное. Когда спиртное закончилось, Ш.И.В. предложила кому-нибудь продать мясо. Затем к ним пришла Р.Т.Г., села за стол. А она в это время пошла спать. Когда проснулась, дома были только К.А.М. и Ш.И.В., которая сказала, что ФИО1 и ФИО2 повели к Р.Т.Г. собаку. После этого она снова легла спать.

Свидетель Б.Н.В. после оглашения показаний пояснила, что в настоящее время подробности она не помнит, но доверяет тому, что написано в протоколе. Она наслышана про собачников, однако про Р.Т.Г. ничего подобного не слышала.

Свидетель С.К.Ю. показал, что работает директором спортивно-досугового центра с. Степное, потерпевшую и подсудимых знает как жителей села. После празднования Нового года к нему обратилась Р.Т.Г., спросила, можно ли забрать елку, стоявшую на горке. Он ответил, что можно, только нужно снять мишуру и все, что пригодно для украшения, оставить. Разговор длился около полутора минут. Из-за клуба вышли ФИО1 и ФИО2, находились от них метрах в пятнадцати. ФИО1 на цепи вел собаку, предложил эту собаку ему, но он отказался. Кто разбирал елку, не знает.

Свидетель П.Т.И. показала, что проживает с сыном ФИО2. 23 января 2018 года сын пришел с ФИО1. Они вместе помогали Р.Т.Г. что-то донести, довели собаку. Р.Т.Г. не хотела рассчитываться с ними, ударила ФИО2 по руке и по голове, он из-за этого ее оттолкнул. У сына на голове и на руке была кровь. Голова была пробита. ФИО1 предлагал ей купить у него мясо, которое было заработано у В.Е.И., но она отказалась, так как живет в достатке, у нее все есть. Мясо лежало в черном пакете. ФИО1 унес этот пакет домой. Р.Т.Г. может охарактеризовать как скандальную женщину. ФИО2 – нормальный парень, постоянно работает по найму, дома не сидит.

Свидетель З.Т.Н. показала, что с ФИО2 проживает около полутора лет, между ними сложились замечательные отношения. ФИО1, Р.Т.Г. знает как односельчан. Зимой, точную дату она назвать не может, ФИО2 пошел к ФИО1, так как требовалась помощь в связи со смертью их знакомого. Также в тот день он работал у В.Е.И., которая расплатилась мясом. Вернулся ФИО2 вечером с разбитой головой. Она осмотрела рану, увидела, что на затылке содрана кожа, идет кровь. Также ФИО2 жаловался на боль в руке. Сказал, что Р.Т.Г. попала цепью. Со слов ФИО1 и ФИО2 ей известно, что они помогли Р.Т.Г. довести собаку. Когда ФИО2 стал выходить, получил со спины удар. Повернулся, оттолкнул Р.Т.Г., та упала в сено. Он стал уходить, и в это время получил второй удар. ФИО1 сказал, что Р.Т.Г. не давала выйти, поэтому он ее ударил. ФИО2 и ФИО1 также возмущались, что Р.Т.Г. мясо продали, а она отказалась расплачиваться. ФИО2 и ФИО1 принесли с собой три бутылки водки, сели, выпили. С собой у них был черный целлофановый пакет. Потом ФИО2 забрали сотрудники полиции. На следующий день он вернулся.

В связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде, по ходатайству государственного обвинителя Гирича К.Э. на основании ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были оглашены показания свидетеля З.Т.Н., данные при производстве предварительного расследования.

Свидетель З.Т.Н. (т. 1, л.д. 160-163) показала, что 23 января 2018 года в дневное время ФИО2 ушел на подработку. Вернулся он с ФИО1, оба были в состоянии алкогольного опьянения. У ФИО1 с собой был пакет черного цвета, в котором что-то лежало. ФИО1 предложил П.Т.И. купить мясо или обменять на спиртное. П.Т.И. отказалась. ФИО1 забрал пакет и ушел. Спустя некоторое время за ФИО2 приехали сотрудники полиции. 24 января 2018 года ФИО2 рассказал, что он с ФИО1 пошел к Р.Т.Г., которая попросила принести елку и довести собаку до дома. Когда пришли к дому, Р.Т.Г. отказалась давать им деньги, начала бить ФИО2 металлической цепью по голове. ФИО2 сказал, что только толкнул Р.Т.Г. руками.

Свидетель З.Т.Н. после оглашения показаний пояснила, что протокол допроса не читала.

В судебном заседании исследованы материалы уголовного дела:

рапорт начальника смены дежурной части ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области А.А.В. (т. 1, л.д. 9) о том, что 23 января 2018 года в 17 часов 20 минут в дежурную часть по телефону от Р.Т.Г. поступило сообщение, согласно которому в 17 часов 00 минут 23 января 2018 года у <адрес> ФИО2 и ФИО1 нанесли ей побои и завладели ее женской сумкой;

протокол принятия устного заявления Р.Т.Г. о преступлении от 23 января 2018 года (т. 1, л.д. 10), в котором она просит привлечь к уголовной ответственности ФИО1 и ФИО2, которые находясь на территории домовладения по адресу: <адрес>, нанесли ей удары ногами и руками по лицу и туловищу, причинив сильную физическую боль, затем ФИО1 вырвал у нее женскую тряпичную сумку, после чего оба скрылись.

протокол осмотра места происшествия – участка территории, расположенного в домовладении по адресу: <адрес> (т. 1, л.д. 11-15), в ходе которого на территории хозяйственного двора обнаружены следы волочения ели, непосредственно ель. Кроме того, участвующее лицо – Р.Т.Г. указала место под навесом, где ФИО1 и ФИО2 нанесли ей удары по лицу и телу, отчего она упала в сено, забрали сумку, в которой находились говяжьи кости, 3 кг мела и книги. С места происшествия изъяты два следа обуви, брюки Р.Т.Г.;

протокол обыска у ФИО1 (т. 1, л.д. 186-187), в ходе которого изъята пара обуви (галоши);

протокол обыска у ФИО2 (т. 2, л.д. 18-19), в ходе которого изъята пара обуви (кроссовки);

заключение эксперта от 02 февраля 2018 года № (т. 1, л.д. 20-26), согласно которому след обуви, изъятый в ходе осмотра места происшествия, откопированный на гипсовый слепок № 2, мог быть оставлен каблуком обуви, изъятой у ФИО2; след обуви, откопированный на гипсовом слепке № 1, образован подметочной частью галоша, изъятого у ФИО1;

протокол осмотра предметов от 06 марта 2018 года (т. 1, л.д. 30-42), согласно которому произведен осмотр обуви ФИО2, ФИО1, брюк Р.Т.Г., на которых обнаружены следы сена, гипсовых слепков следов обуви. Участвующая в осмотре Р.Т.Г. пояснила, что в осматриваемых брюках она в момент совершения в отношении нее преступления упала в сено;

постановление о приобщении к уголовному делу в качестве вещественных доказательств двух гипсовых слепков следов обуви, обуви (кроссовок) ФИО2, обуви (галош) ФИО1, брюк, 2 кг костей говяжьих, 3 кг мела в полимерном пакете желтого цвета (т. 1, л.д. 43-44);

протокол осмотра места происшествия от 23 января 2018 года (т. 1, л.д. 49-50) – участка местности у <адрес>, в ходе которого ФИО1 сообщил, что при нем находится полимерный пакет с говяжьими костями, а также с другими предметами; данный пакет он забрал у Р.Т.Г., которая не отдала деньги за мясо. В пакете находятся говяжьи кости в полимерном прозрачном пакете весом примерно 2 кг, мел весом 3 кг в желтом полимерном пакте. В ходе осмотра вышеуказанный пакет изъят;

заключение эксперта от 22 февраля 2018 года № (т. 1, л.д. 107-108), согласно которому у Р.Т.Г. имеют место следующие повреждения: кровоподтек левой глазничной области, ушибленная поверхностная рана слизистой оболочки верхней губы справа с окружающим кровоизлиянием, кровоподтек передней поверхности левой голени в средней трети, кровоподтек передней поверхности правого бедра в нижней трети по внутреннему краю, образовавшиеся от действий тупых объектов по механизму удара. По аналогии с данными, изложенными в письме главного судебно-медицинского эксперта Министерства здравоохранения РФ «Судебно-медицинская диагностика прижизненности и давности механических повреждений» от 25 июня 1990 года № 101-04, о том, что кровоподтек в виде сине-багровой припухлости соответствует давности образования 12 часов, повреждения у Р.Т.Г. образовались ориентировочно за 12 часов до начала экспертизы (24 января 2018 года в 08 часов 15 минут). Повреждения у Р.Т.Г., не вызвавшие кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности, не причинили вреда здоровью (п. 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н). Кроме того, имеется болезненность при пальпации левой грудной области в проекции 3-5 ребер, поясничного отдела справа от позвоночного столба, в том числе при наклонах, где отсутствуют знаки телесных повреждений, а также дефект 1 зуба сверху справа;

заключение эксперта от 23 марта 2018 года № (т. 1, л.д. 117-120), согласно которому у Р.Т.Г., кроме повреждений, указанных в заключении эксперта от 22 февраля 2018 года №, имел место закрытый перелом костей носа со смещением отломка левой носовой кости. Перелом костей носа на день проведения томографии головы 08 февраля 2018 года с начальными признаками заживления (закругленность контуров отломков) без явлений консолидации, что соответствует давности 1-3 недель до исследования; болезненность при пальпации спинки носа зафиксирована ЛОР-врачом 29 января 2018 года, когда заподозрен перелом решетчатой кости, следовательно, перелом костей носа образовался до 29 января 2018 года. Перелом костей носа образовался от действия тупого твердого объекта в область спинки носа слева по механизму удара, как минимум от одного травматического воздействия с образованием перелома и кровоподтека левой глазничной области. Перелом костей носа вызвал нарушение функции носового дыхания (затрудненное носовое дыхание, реактивный отек слизистой оболочки носовых ходов) продолжительностью до трех недель, квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (п. 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н);

рапорт помощника дежурного ИВС О.Н.А. от 26 января 2018 года (т. 1, л.д. 126) о поступлении в ИВС ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области ФИО2 с ссадинами на правой голени и на затылочной части головы. В ходе проведения проверки установлено, что ФИО2 получил травмы в ходе ссоры с Р.Т.Н., которая нанесла ему удары металлической цепью возле собственного дома. ФИО2 в медицинской помощи не нуждается, претензий к Р.Т.Г. не имеет, просит прекратить расследование по данному факту;

объяснение ФИО2 от 26 января 2018 года (т. 1, л.д. 127), в котором указано о получении травм 23 января 2018 года в ходе ссоры с Р.Т.Г., ударившей его около трех раз металлической цепью по голове и ноге;

объяснение Р.Т.Г. (т. 1, л.д. 128-129), в котором она сообщила обстоятельства совершения в отношении нее ФИО2 и ФИО1 23 января 2018 года около 17 часов 30 минут преступления, а также обстоятельства, при которых она ударила ФИО2 металлической цепочкой;

определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 22 февраля 2018 года (т. 1, л.д. 130-131);

акт медицинского освидетельствования от 24 января 2018 года № (т. 2, л.д. 15-16), согласно которому в 00 часов 25 минут у ФИО2 установлено состояние алкогольного опьянения.

Проанализировав все доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В судебном заседании подсудимые ФИО1 и ФИО2 вину в разбойном нападении на Р.Т.Г. не признали. Вместе с тем, признали свою причастность к причинению потерпевшей повреждений при пресечении ее, по их мнению, неправомерных действий, а также в том, что завладели ее имуществом, ошибочно полагая, что она, совершив покупку, не рассчиталась за него.

Версию подсудимых ФИО1 и ФИО2 о том, что они пошли с Р.Т.Г. к ней домой по ее же просьбе, а также о том, что они должны были получить от нее деньги за проданные ей Ш.И.В. говяжьи кости, суд расценивает критически, как избранный подсудимыми способ защиты. При этом суд учитывает, что подсудимые имели достаточное время до момента задержания для согласования данной позиции.

Потерпевшая Р.Т.Г. категорически отрицала обращение с просьбой отдать ей какую-либо собаку. Показания ФИО1 и ФИО2, утверждавших обратное, противоречат показаниям свидетеля С.К.Ю. о том, что ФИО1 предлагал ему забрать собаку, которую вел, но он отказался. Оснований не доверять показаниям свидетеля С.К.Ю. не имеется, его заинтересованность в исходе дела не установлена.

Намерение помочь Р.Т.Г. в действиях ФИО1 и ФИО2 не усматривается, поскольку фактически потерпевшая шла одна на расстоянии от них, при этом несла достаточно тяжелую сумку.

Из показаний свидетелей В.Е.И., Ш.И.В., К.А.М., Б.Н.В., а также самих подсудимых следовало, что, исходя из сложившихся отношений, плату за совместную работу всегда получала Ш.И.В., ей также доверяли распоряжаться тем, что было получено в качестве платы, в данном случае – говяжьими костями, которые решено было продать, поскольку требовались деньги на приобретение спиртных напитков. С этой целью Ш.И.В. предложила Р.Т.Г. купить говяжьи кости, она же получила от потерпевшей деньги и израсходовала их на покупку для всех спиртного. При этом, как следует из показаний свидетеля Ш.И.В., она не поручала ФИО1 и ФИО2 получить от Р.Т.Г. деньги.

Также следует учесть, что, несмотря на заверения Р.Т.Г. о том, что она рассчиталась за говяжьи кости, ФИО1 и ФИО2, имея реальную возможность любым способом проверить эту информацию, этого не сделали, а настойчиво продолжали требовать у потерпевшей деньги. Кроме того, подсудимые завладели сумкой Р.Т.Г., в которой находились не только говяжьи кости, за которые та, якобы, не расплатилась, но и другое имущество потерпевшей, что являлось очевидным. Однако ни ФИО1, ни ФИО2 не предприняли мер для того, чтобы забрать только говяжьи кости.

Указанные выше обстоятельства, по мнению суда, опровергают версию ФИО1 и ФИО2 о том, что они хотели забрать неоплаченный товар, а, напротив, свидетельствуют об умысле подсудимых, направленном на завладение чужим имуществом, в данном случае – имуществом Р.Т.Г..

В свою очередь, ФИО1 и ФИО2, учитывая, что похищенное у Р.Т.Г. имущество, в том числе говяжьи кости, было изъято не в полном объеме, не имели намерения вернуть, как они указывают, неоплаченный товар, а собирались распорядиться им по своему усмотрению. Об этом свидетельствует тот факт, что ФИО1 предлагал П.Т.И. купить говяжьи кости или обменять их на спиртное. При этом приобретенное ФИО2 спиртное они не понесли к Ш.И.В., К.А.М., а стали распивать вдвоем.

Доводы подсудимых на нестабильность показаний потерпевшей Р.Т.Г., как основание считать их недостоверными, судом не принимаются. Показания Р.Т.Г. не содержат противоречий, не ставят под сомнение их объективность и допустимость в целом относительно обстоятельств происшествия и конкретных действий подсудимых ФИО2 и ФИО1, напавших на нее и применивших к ней насилие в целях завладения ее имуществом. Показания потерпевшей суд расценивает как последовательные и достоверные, согласующиеся с другими исследованными доказательствами, в частности: с рапортом начальника смены дежурной части ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области А.А.В. о поступившем 23 января 2018 года в 17 часов 20 минут в дежурную часть телефонном сообщении; протоколом принятия устного заявления о преступлении; протоколом осмотра места происшествия – участка территории, расположенного в домовладении по адресу: <адрес>, в ходе которого на территории хозяйственного двора была зафиксирована обстановка, обнаружены и изъяты следы обуви, по заключению эксперта от 02 февраля 2018 года № оставленные обувью, изъятой у подсудимых; заключениями эксперта от 22 февраля 2018 года № и от 23 марта 2018 года № о наличии у потерпевшей повреждений, их количестве и локализации, давности и механизме образования, наступивших последствиях.

Объективных данных о наличии у потерпевшей Р.Т.Г. заинтересованности в исходе дела, а также об оговоре подсудимых ФИО1 и ФИО2 в материалах дела не содержится, не приведено таких сведений и подсудимыми. Само по себе наличие конфликтных отношений, на что ссылается ФИО2, не является достаточным свидетельством оговора, тем более что между ФИО1 и Р.Т.Г. никаких ссор не было.

Таким образом, суд считает установленным, что ФИО1 и ФИО2 до начала действий, непосредственно направленных на завладение имуществом Р.Т.Г., договорились в целях осуществления преступного умысла, направленного на хищение чужого имущества, а затем реализовали указанную договоренность, совершив согласованные действия и напав с этой целью на потерпевшую.

При этом ФИО2 с целью сломить волю к сопротивлению нанес Р.Т.Г. один удар ногой в область живота, а после падения потерпевшей на землю – не менее шести ударов ногами в грудь, не менее трех ударов ногами по рукам, высказывая при этом угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья последней. После этого, подняв Р.Т.Г. с земли и удерживая за верхнюю одежду, сказал ФИО1, чтобы тот забрал сумку с вещами потерпевшей. ФИО1 открыто похитил сумку и, применяя насилие, как необходимое для завладения имуществом, нанес Р.Т.Г. один удар кулаком в лицо. ФИО2 с той же целью также нанес Р.Т.Г. один удар ногой в лицо. Затем ФИО2 и ФИО1 скрылись с места преступления, завладев имуществом потерпевшей и получив реальную возможность распорядиться похищенным в корыстных целях по своему усмотрению.

По заключению эксперта от 23 марта 2018 года № у Р.Т.Г. имел место закрытый перелом костей носа со смещением отломка левой носовой кости. Перелом костей носа, образовавшийся от действия тупого твердого объекта в область спинки носа слева по механизму удара, как минимум, от одного травматического воздействия, вызвал нарушение функции носового дыхания (затрудненное носовое дыхание, реактивный отек слизистой оболочки носовых ходов) продолжительностью до трех недель, квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (п. 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н).

Насилие, которое повлекло причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, является насилием, опасным для жизни или здоровья.

В данном случае применение насилия, опасного для жизни или здоровья, выступало как средство завладения чужим имуществом. При этом, учитывая, что и ФИО1, и ФИО2, действуя совместно и согласованно, воспользовавшись примененным каждым из них насилием для завладения и удержания имущества Р.Т.Г., они, как соисполнители, должны нести уголовную ответственность за разбой группой лиц по предварительному сговору.

Все доказательства, исследованные в судебном заседании, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, потому имеют юридическую силу, являются допустимыми и достоверными, а в совокупности – достаточными для разрешения уголовного дела.

Действия ФИО1 и ФИО2 следует квалифицировать по ч. 2 ст. 162 УК РФ – разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, совершенный группой лиц по предварительному сговору.

При определении вида и размера наказания ФИО1 и ФИО2 суд в соответствии со статьями 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личности подсудимых, конкретные обстоятельства дела, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных, условия их жизни и условия жизни их семьей.

ФИО1 и ФИО2 совершили общественно-опасное деяние, отнесенное на основании ст. 15 УК РФ к тяжким преступлениям.

Согласно п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ в действиях ФИО1, ранее осужденного за особо тяжкое преступление к реальному лишению свободы, и ФИО2, ранее осужденного за тяжкое преступление к реальному лишению свободы, наличествует опасный рецидив.

В силу п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ рецидив преступлений является обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 и ФИО2.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признает частичное признание ФИО1 и ФИО2 своей вины, заглаживание вреда путем принесения потерпевшей извинений, частичное возмещение материального ущерба. Кроме того, суд учитывает, что ФИО1 и ФИО2 на учете у врачей психиатра и нарколога не состоят (т. 2, л.д. 90, 125); несмотря на отсутствие официального трудоустройства, были заняты общественно-полезным трудом; жалоб на поведение ФИО1 и ФИО2 в быту не поступало (т. 2, л.д. 96, 130). Также суд учитывает мнение потерпевшей Р.Т.Г., которая на строгом наказании подсудимых не настаивала.

Суд не усматривает обстоятельства, отягчающего наказание ФИО1 и ФИО2, предусмотренного ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, – совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку достоверные и достаточные доказательства, бесспорно свидетельствующие о том, что именно алкогольное опьянение повлияло на их поведение, не установлены.

Положения ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменении категорий преступления на менее тяжкую, при наличии обстоятельств, отягчающих наказание, не применяются.

Суд не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновных ФИО1 и ФИО2, их поведением во время и после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, и не находит оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

Исходя из положений п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ, условное осуждение ФИО1 и ФИО2 при опасном рецидиве не может быть применено.

Кроме того, ФИО1 совершил тяжкое преступление в период испытательного срока при условном осуждении, назначенном за совершение умышленного преступления, что в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 73 УК РФ также является препятствием для назначения условного осуждения.

Оценив все фактические обстоятельства дела в совокупности, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства дела, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, личности подсудимых, суд находит, что решение задач и осуществление целей, указанных в ст. 43 УК РФ, в том числе целей восстановления социальной справедливости, исправления осужденных и предупреждения совершения новых преступлений, может быть достигнуто только при изоляции ФИО1 и ФИО2 от общества, и назначает им наказание в виде лишения свободы.

При этом суд не находит оснований для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, а назначает наказание ФИО1 и ФИО2 по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Исходя из фактических обстоятельств дела и личности подсудимых ФИО1 и ФИО2, их материального положения, а также учитывая, что ФИО2 не имеет постоянного места проживания в Российской Федерации, суд не назначает им дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы назначается ФИО1 и ФИО2 в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1 осужден 08 июня 2017 года мировым судьей судебного участка № 2 Увельского района Челябинской области по ч. 1 ст. 119 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок восемь месяцев, с применением ст. 73 УК РФ, условно, с испытательным сроком один год.

Сохранение ФИО1 условного осуждения в силу положений ч. 5 ст. 74 УК РФ невозможно, поэтому условное осуждение по приговору мирового судьи судебного участка № 2 Увельского района Челябинской области от 08 июня 2017 года подлежит отмене, наказание назначается по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ.

В связи с назначением наказания в виде реального лишения свободы меру пресечения в виде содержания под стражей в отношении ФИО1 и ФИО2 следует оставить без изменения.

Решая судьбу вещественных доказательств, суд в соответствии со ст. 81 УПК РФ считает, что находящиеся на ответственном хранении в камере хранения вещественных доказательств ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области: два гипсовых слепка следов обуви подлежат уничтожению; кроссовки – передаче ФИО2, галоши – передаче ФИО1, а в случае их отказа – уничтожению; переданные на ответственное хранение потерпевшей Р.Т.Г. брюки, 2 кг говяжьих костей, 3 кг мела в полимерном пакете желтого цвета – следует оставить ей как законному владельцу (т. 1, л.д. 43-44, 45, 46, 47, 48, 51, 52).

Потерпевшей Р.Т.Г. заявлен гражданский иск (т. 1, л.д. 93-95) о взыскании с ФИО1 и ФИО4 в счет материального ущерба, причиненного преступлением, в сумме 233 рубля и о взыскании компенсации морального вреда 20000 рублей.

В качестве материального ущерба потерпевшей заявлена стоимость похищенного и невозвращенного имущества – сумки стоимостью 100 рублей и говяжьих костей общей стоимостью 133 рубля). Данное требование в соответствии со ст. 15, 1064 ГК РФ подлежит удовлетворению, 233 рубля – взысканию с ФИО1 и ФИО2 солидарно.

Иск о компенсации морального вреда на основании ст.ст. 151, 1064, 1100, 1101 ГК РФ также подлежит удовлетворению в связи с причинением потерпевшей Р.Т.Г. легкого вреда здоровью, поскольку причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные старания. Кроме того, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Размер компенсации морального вреда, заявленный Р.Т.Г., отвечает требованиям разумности и справедливости. Взыскание компенсации морального вреда с подсудимых ФИО1 и ФИО2 должно быть произведено в долевом порядке.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 и ФИО2 виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы на срок четыре года каждому.

Согласно ч. 5 ст. 74 УК РФ отменить ФИО1 условное осуждение по приговору мирового судьи судебного участка № 2 Увельского района Челябинской области от 08 июня 2017 года.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору мирового судьи судебного участка № 2 Увельского района Челябинской области от 08 июня 2017 года окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок четыре года три месяца.

Отбывание наказания ФИО1 и ФИО2 назначить в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 и ФИО2 исчислять с момента постановления приговора, то есть с 16 октября 2018 года.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ) время содержания ФИО1 и ФИО2 под стражей с 25 января 2018 года до 16 октября 2018 года зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Время содержания ФИО1 и ФИО2 под стражей с 16 октября 2018 года по день вступления приговора в законную силу (включительно) зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 ФИО2 в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Вещественные доказательства:

находящиеся на ответственном хранении в камере хранения вещественных доказательств ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области:

два гипсовых слепка следов обуви – уничтожить;

кроссовки – передать ФИО2, галоши – передать ФИО1, а в случае их отказа – уничтожить;

переданные на ответственное хранение потерпевшей Р.Т.Г. брюки, 2 кг говяжьих костей, 3 кг мела в полимерном пакете желтого цвета – оставить ей как законному владельцу.

Гражданский иск Р.Т.Г. удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 и ФИО2 в пользу Р.Т.Г. в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, солидарно 233 (двести тридцать три) рубля.

Взыскать с ФИО1 и ФИО2 в пользу Р.Т.Г. компенсацию морального вреда по 10000 (десять тысяч) рублей с каждого.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение десяти суток со дня провозглашения, а содержащимся под стражей осужденными ФИО1 и ФИО2 – в тот же срок со дня вручения им копий приговора, с подачей апелляционных жалобы, представления через Пластский городской суд Челябинской области. Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в их апелляционных жалобах или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками процесса.

Председательствующий <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

«апелляционное представление заместителя прокурора г. Пласта Челябинской области Земскова А.С., апелляционные жалобы с дополнением осужденного ФИО1, адвокатов Фелатистовой Г.Т. и Горбенко С.В. удовлетворить частично.

Приговор Пластского городского суда Челябинской области от 16 октября 2018 года в отношении ФИО1, ФИО2 изменить:

-переквалифицировать действия ФИО1 с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 162 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок три года;

на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменить ФИО1 условное осуждение по приговору мирового судьи судебного участка № 2 Увельского района Челябинской области от 08 июня 2017 года;

на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединить неотбытую части наказания по приговору мирового судьи судебного участка № 2 Увельского района Челябинской области от 08 июня 2007 года, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок три года три месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

переквалифицировать действия ФИО2 с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 162 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок три года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.»

ПРИГОВОР ВСТУПИЛ В ЗАКОННУЮ СИЛУ: 06 марта 2019 года

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>