Апелляционное постановление № 1-11/2024 22-3039/2024 от 15 октября 2024 г. по делу № 1-11/2024

Судья в 1 инстанции –Староверова А.И. Дело № 1-11/2024

Судья – докладчик – Лебедь О.Д. Производство № 22-3039/2024

91RS0010-01-2023-000749-09


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Симферополь 15 октября 2024 года

Верховный Суд Республики Крым Российской Федерации в составе: председательствующего судьи - Лебедя О.Д.,

при секретаре – Трачук Д.Г,

с участием прокурора – Губиной А.П.,

осужденного – ФИО1,

защитника осужденного – адвоката Омельченко Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Галушко Юлии Анатольевны, по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Красноперекопского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, гражданина Российской Федерации, ранее не судимого,

осужденного по п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ к наказанию в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ наказание считать условным с испытательным сроком 2 года, с возложением ряда обязанностей в соответствии с ч.5 ст. 73 УК РФ. Испытательный срок исчислен со дня вступления приговора в законную силу, в испытательный срок засчитано время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

Избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу, мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке отменена.

Решен вопрос с вещественными доказательствами, а также с процессуальными издержками.

Гражданский иск в части компенсации морального вреда удовлетворен частично, гражданский иск в части взыскания упущенной выгоды оставлен без рассмотрения.

Заслушав доклад судьи по материалам уголовного дела и доводам апелляционных жалоб осужденного и его защитника, выслушав мнение участников судебного разбирательства, изучив предоставленные материалы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на земельном участке сельскохозяйственного назначения Красноармейского сельского поселения Республики Крым в отношении потерпевшего ФИО8, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

ФИО1 в суде первой инстанции вину не признал, от дачи показаний отказался.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 адвокат Галушко Ю.А. просит приговор суда отменить, уголовное дело возвратить прокурору.

Свои доводы адвокат мотивирует тем обстоятельством, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также в связи с существенным нарушением уголовно – процессуального закона. Указывает, что в соответствии со ст. 51 УПК РФ определен четкий перечень оснований обязательного участия защитника по уголовному делу. Таких оснований на стадии предварительного расследования установлено не было, однако, вопреки воле ФИО1 ему был назначен защитник, от которого он неоднократно отказывался в связи с недоверием указанному защитнику, указывал об этом письменно, но его ходатайства не рассматривались и решения по указанным ходатайствам на стадии предварительного следствия не принимались. Все следственные и процессуальные действия проводились с участием защитника, вопреки воле ФИО1 В суде первой инстанции ФИО1 вновь заявил о недоверии защитнику, данный отказ был рассмотрен судом и удовлетворен. ФИО1 был назначен новый защитник, от которого он не отказался и который не вызывал у него недоверия. Полагает, что указанное говорит о навязывании ФИО1 защиты, что является недопустимым, и подтверждает отсутствие злоупотребления ФИО1 на защиту, поскольку вновь назначенный судом защитник не вызывал у него недоверия и осуществлял защиту на протяжении всего судебного рассмотрения дела. Полагает, что все следственные действия проведенные с участием защитника ФИО16 являются недопустимыми, как полученные с существенным нарушением норм УПК РФ и фундаментального права на защиту. По указанным основаниям было заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий в рассмотрении. В удовлетворении указанного ходатайства было отказано, в связи с чем нарушенные права на защиту ФИО1 на стадии предварительного расследования не восстановлены. Полагает, что имеются все основания для отмены приговора и возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор.

Свои доводы осужденный ФИО1 мотивирует тем обстоятельством, что приговор суда является необоснованным, а назначенное наказание несправедливым, не соответствующим тяжести указанного преступления, которое он вообще не совершал, а также его личности, как осужденного, вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания. Указывает, что в приговоре суд не исследовал и не мотивировал вопрос о том, почему назначено наказание в виде лишения свободы с испытательным сроком 2 года, а не минимальное наказание.

Вместе с тем указывает, что уголовное дело подлежит прекращению, поскольку что суд пришел к необоснованному выводу о том, что ФИО1 совершил умышленное преступление, при этом не указал, в чем заключались его умышленные действия. Полагает, что суд безосновательно не выяснил срок длительности лечения потерпевшего, не истребовал необходимые документы, не учел, что потерпевший находился на больничном листе всего 4 дня, отказал в истребовании выписного эпикриза на имя потерпевшего. Суд нарушил требования ст. 75 УПК РФ, принимал как допустимые доказательства светокопии листов дела, которые не заверены надлежащим образом. Также указывает, что сведения о геолокации земельного участка, на котором все, якобы произошло, является недостоверными и подлежат установлению и выяснению с точностью. Установление точного места вменяемого преступления находится в прямой зависимости для правильной квалификации его действий. Анализируя заключения экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ,№ от ДД.ММ.ГГГГ, полагает, что экспертизы проведены с нарушением требований ст. 195, 196, 197, 198,199, 200, 201, 202, 203, 204, 205, 206, 207 УПК РФ, а сам факт наличия перелома вызывает сомнение.

Полагает, что все проведенные по делу экспертизы являются недопустимыми доказательствами, поскольку они были назначены и проведены с нарушением действующего законодательства, а лицензия на проведении экспертиз не была истребована. Суд не удостоверился, что эксперты имеют документы, подтверждающие, что они являются экспертами, не истребовал лицензию на проведение экспертизы, хотя такое ходатайство заявлялось и суду предоставлялись доказательства отсутствия у учреждения законного обоснованного права проводить экспертизы и заниматься данным видом деятельности. Обращает внимание, что суд в приговоре указал в показаниях экспертов ФИО17, ФИО9, ФИО10 данные, которых эксперты не произносили и не утверждали. При изложении показаний дознавателя ФИО11, потерпевшего, также в приговоре допущены искажения, написаны фразы и утверждения, которых дознаватель и потерпевший не произносили.

Указывает, что суд не дал надлежащей оценки всем его мотивированным ходатайствам, которые не рассматривались в день их поступления, чем были нарушены требования ст. 121 УПК РФ. Полагает, что не все его ходатайства были рассмотрены, а именно ходатайства от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ.

Просит учесть, что суд не принял во внимание его пояснения и возражения, не учел, что обвинительное заключение и находящиеся в материалах уголовного дела документы составлены и получены с нарушением закона. Указывает, что судья не допустил к участию в деле его защитника, несмотря на наличие 11 мотивированных ходатайств. Суд необоснованно отказал в истребовании журнала посещения ОМВД для проверки факта явки в данное учреждение ФИО1, потерпевшего, его адвоката, понятых, свидетелей.

Анализируя приговор, осужденный указывает, что в приговоре судом отражены данные, которые не соответствуют действительности, а также вписаны фразы, которые свидетели и эксперты не произносили.

Указывает, что назначенный ему судом защитник Галушко Ю.А. никакой помощи ему не оказывал, фактически бездействовал, в связи с чем он не согласен нести расходы, связанные с оплатой труда адвоката.

Полагает, что материалы уголовного дела сфальсифицированы. Он дважды производил фотосъемку материалов уголовного дела: у дознавателя и в суде, при этом нумерация листов дела не совпадает. Кроме того на л.д. 53 имеется постановление о назначении экспертизы, но при первоначальном ознакомлении и при ознакомлении в суде – эти постановления отличаются друг от друга, подписи должностного лица разные, в установочную часть добавлен текст. Вместе с тем суд отказал в назначении и проведении почерковедческой экспертизы.

Также суд отказал в назначении и проведении экспертиз по иным материалам уголовного дела, которые, по мнению апеллянта, имеют признаки подлога и фальсификации, а именно т.1 л.д. 28,29, 30,31,32,139-143, т.2 л.д. 39-43.

Обращает внимание, что судья не разъяснила права и обязанности участникам судебного заседания, кроме того неоднократно отказывала в ознакомлении с видео – материалами дела, судебные заседания происходили в личном кабинете судьи, чем нарушен весь порядок его рассмотрения.

Полагает, что суд безосновательно принял к производству уголовное дело, не учтя то обстоятельство, что ряд материалов уголовного дела не заверены надлежащим образом. Кроме того обвинительный акт (листы дела 239-247) не заверен и не подписан в правом верхнем углу, как и обвинительный акт от ДД.ММ.ГГГГ, однако суд не возвратил дело прокурору, а принял его в производству.

По мнению осужденного, на дознавателя оказывалось давление со стороны руководства и сотрудников прокуратуры. При этом дознаватель прямо говорил ему о том, что его «хотят упрятать», это подтверждается имеющейся в материалах дела аудио фиксацией. Также полагает, что заявление потерпевшего о совершенном преступлении изготовлено намного позже, а не в дату, которой оно датировано, однако суд не проверил это обстоятельство надлежащим образом в соответствии с его ходатайством. Полагает, что суд не учел, что материалы уголовного дела не содержат основополагающих документов, а именно рентгенограммы, не установлен документально срок нетрудоспособности потерпевшего, не истребован оригинал медицинской карты потерпевшего, не установлено и не проверено, почему группа охотников, после первого инцидента, через 30-40 минут оказалась на том же месте, хотя они утверждали, что после инцидента они вышли на дорогу и ушли. Суд не провел исследование видеозаписи, предоставленной потерпевшим на предмет, является ли съемка непрерывной либо производился монтаж, а также установить время начала видеосъемки. Указывает, что ряд процессуальных документов исполнены нечитаемым почерком, не поддающимся прочтению (л.д.41,42,43).

В материалах дела подшиты материалы не по хронологии, имеются неоговоренные исправления, однако суд не обратил никакого внимания на данные нарушения.

Давая подробный анализ каждого листа дела, осужденный указывает, что совокупность допущенных нарушений свидетельствует о фальсификации материалов уголовного дела. При этом на л.д. 40 указано, что в первоначальных объяснениях осужденный говорил о том, что действовал в целях самообороны, однако эта версия дознавателем не рассматривалась, она была полностью проигнорирована, что, по мнению осужденного свидетельствует о личной заинтересованности дознавателя. Ставит под сомнение все проводимые дознавателем следственные действия, в том числе допросы свидетелей, экспертов, в связи с чем просил вызвать в судебное заседание понятых, с участием которых проводились следственные действия, а также истребовать журнал посещения из ОМВД, а также истребовать видео с камер видеонаблюдения.

Из материалов дела усматривается, что дознаватель знакомил потерпевшего и его представителя, а также самого обвиняемого с проведенными экспертизами и другими материалами уголовного дела спустя несколько месяцев, что, по мнению апеллянта, свидетельствует о халатном отношении дознавателя к своим обязанностям, о самоуправстве, подлоге со стороны дознавателя.

Обращает внимание, что исковое заявление потерпевшего и постановление о признании гражданским истцом в адрес осужденного не направлялись, в связи с чем не был соблюден досудебный порядок и требования ст. 131 ГПК РФ.

Не согласен с документами, которые находятся в материалах уголовного дела в качестве данных, характеризующих его личность. Просил вызвать в судебное заседание лицо, которое выдавало характеристику, однако это сделано не было. Кроме того в материалах дела находится справка, которая выдана на его имя, однако он эту справку не запрашивал.

Указывает, что документы, находящиеся в материалах дела и свидетельствующие о разрешении на добычу пушных животных у потерпевшего, не соответствуют закону, не заверены надлежащим образом, ряд документов являются светокопиями светокопий, в связи с чем не могут рассматриваться как допустимые доказательства. Полагает, что потерпевший и его товарищи занимались незаконной охотой, однако этому оценка дана не была.

Апеллянт просит учесть, что уведомления и постановления, которые по закону обязательно направляются органом следствия, ему не направлялись.

Указывает, что он в ходе следствия не просил ему назначить защитника, не писал подобного заявления, от подписи в нем не отказывался, а данные сведения, внесенные дознавателем, являются подложными.

Обращает внимание, что его обманом заставили подписать протокол ознакомления с материалами дела (т.2 л.д.2,3), в указанную дату он вообще не был в отделении полиции, никаких прав ему никто не разъяснял. Также не согласен с теми правами, которые там перечислены. Он просил признать листы дела № в томе 2 недопустимым доказательством, однако суд не рассмотрел это ходатайство. Также в иные даты, которые указаны как даты проведения процессуальных действий, он в ОМВД не присутствовал, просил истребовать журнал посетителей, что сделано не было.

Указывает, что в экспертизе № от ДД.ММ.ГГГГ имеются сведения, согласно которых из медицинских документов на имя ФИО8 установлено, что при обращении в медицинское учреждение ФИО8 указал, что травма бытовая, ДД.ММ.ГГГГ ударился. Суд не обратил на это внимание, и принял эту экспертизу как допустимое доказательство. Ставит под сомнение, что потерпевший присутствовал при проведении экспертизы.

Обращает внимание, что обвинительный акт был утвержден начальником ОМВД ДД.ММ.ГГГГ, протокол ознакомления с обвинительным актом также датирован ДД.ММ.ГГГГ, однако обвинительный акт утвержден прокурором только ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем полагает, что протокол ознакомления от ДД.ММ.ГГГГ является подлогом, никто ему никаких прав не разъяснял, обвинительный акт ему не вручали, никто не предлагал ему получить обвинительный акт, почему расписку о вручении подписали понятые, ему неизвестно. Он просил вызвать в суд этих понятых. Акт о вручении обвинительного акта является фальсификацией.

Поскольку в деле были, по мнению осужденного, допущены многочисленные нарушения, он просил вернуть дело прокурору, однако это ходатайство судом не было рассмотрено.

В суде апелляционной инстанции осужденный уточнил правовую позицию, просил приговор суда отменить, оправдав его.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции, приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности. При рассмотрении уголовного дела суд первой инстанции оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ, за которое он осужден подтверждаются исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами, а именно: показаниями потерпевшего ФИО8, который пояснил, что ФИО1 нанес ему удар по руке дубинкой, которую он выставил, чтобы прикрыть голову; показаниями свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, которые в судебном заседании указали, что в их присутствии ФИО1 нанес удар ФИО8 по руке раскладной дубинкой; показаниями экспертов ФИО17, ФИО9, ФИО10, которые пояснили, что у потерпевшего были обнаружены повреждения в виде перелома проксимального метафиза 5-й пястной кости левой кисти, которое расценивается как повреждения, причинившее средний вред здоровью, повлекшее за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью не менее 21 дня; протоколом устного заявления о преступлении от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого потерпевший ФИО8 просит принять меры к неизвестному лицу, который причинил ему телесные повреждения (т.1 л.д.17); протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фтотаблицей, согласно которого потерпевший ФИО8 указал на участок местности, где были причинены ему телесные повреждения (т.1 л.д. 21-25); заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у ФИО8 обнаружены повреждения в виде перелома проксимального метафиза 5-й пястной кости левой кисти со смещением поперечным латеральным, которые расцениваются как причинившие средней тяжести вред здоровью, повлекший за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью более 21 дня (т.1 л.д. 55-56); протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому был осмотрен диск с видеозаписью от ДД.ММ.ГГГГ, на которой видно как ФИО1 приближается к ФИО8, держа в правой руке предмет, похожий на палку и нанес удар ФИО8 (т.1 л.д. 87); ДВД диск был признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела (т.1 л.д.89); протоколом проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого потерпевший ФИО8 рассказал об обстоятельствах произошедшего ДД.ММ.ГГГГ и показал механизм причинения ему телесных повреждений ФИО1 (т.1 л.д. 200-206); заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводов которого у ФИО8 обнаружен перелом проксимального метафиза 5-й пястной кости левой кисти со смещением поперечным латеральным, указанные повреждения в совокупности и по отдельности расцениваются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью, повлекший за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью более 21 дня (т.2 л.д. 27-28).

Показания потерпевшего, свидетелей получили надлежащую оценку в приговоре. Данных о том, что их показания недостоверны, материалы дела не содержат. При этом, их показания являются последовательными, логичными, согласуются с исследованными по делу доказательствами и не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела. Оснований не доверять этим показаниям у суда не имелось.

Судом достоверно установлено, что ФИО1, в ходе возникшего конфликта, на почве личных неприязненных отношений, удерживая в своей правой руке телескопическую палку и используя её в качестве оружия, нанес ею удар по левой руке ФИО8, причинив ФИО8 телесные повреждения в виде перелома проксимального метафиза 5-й пястной кости левой кисти со смещением поперечным латеральным, указанные повреждения в совокупности и по отдельности расцениваются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью, повлекший за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью более 21 дня.

Судом проверялись все доводы осужденного, изложенные в его ходатайствах относительно нарушения его прав, в том числе на защиту в ходе дознания, о неустановлении надлежащим образом степени тяжести телесных повреждений ввиду его несогласия с заключениями проведенных по делу экспертиз, о фальсификации материалов уголовного дела, о неустановлении места совершения преступления и обоснованно отвергнуты как несостоятельные.

Как усматривается из материалов уголовного дела, в ходе дознания защиту интересов обвиняемого ФИО1 осуществлял адвокат ФИО16

Положения ч. 1, ч. 2 ст. 52, ст. 51 УПК РФ, не наделяя отказ от защитника свойством обязательности для суда, не предполагают возможности навязывать лицу конкретного защитника, от которого оно отказалось, исключают принуждение лица к реализации его субъективного права вопреки его воле. Осуществление права пользоваться помощью защитника на любой стадии процесса не может быть поставлено в зависимость от произвольного усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, то есть от решения, не основанного на перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах, предусматривающих обязательное участие защитника в уголовном судопроизводстве, в том числе по назначению.

Материалы уголовного дела не содержат сведений о том, что в ходе дознания ФИО1 отказывался от данного защитника.

Что касается доводов апелляционной жалобы адвоката и осужденного о том, что заявление, что ФИО1 желает пользоваться услугами защитника в порядке ст. 51 УПК РФ, заранее подготовлено следователем, и защита адвокатом ФИО16 была ФИО1 фактически навязана, то у суда апелляционной инстанции не имеет объективных оснований сомневаться в том, что ФИО1 желал иметь в ходе дознания защитника. Об указанном свидетельствует поведение ФИО1 в ходе дознания, который неоднократно заявлял ходатайства о допуске к участию в деле лица, которое не имеет статуса адвоката. Из пояснений дознавателя ФИО11, данных в судебном заседании следует, что он неоднократно разъяснял ФИО1, его право заключить соглашение с каким либо адвокатом, однако ФИО1 настаивал на участии в деле лица, который не имеет статуса адвоката, в связи с чем дознаватель пришел к выводу о том, что ФИО1 желает иметь защитника, в связи с чем ему был назначен защитник в порядке ст. 51 УПК РФ. После назначения защитника ФИО1 от защитника не отказывался, с каким – либо защитником соглашение не заключал, хотя у него было достаточно времени для этого. Таким образом, нарушения права ФИО1 на защиту в ходе предварительного расследования по уголовному делу суд апелляционной инстанции не усматривает.

Не обоснованы доводы апелляционной жалобы осужденного о том, что экспертом неверно установлено длительное расстройство здоровья у потерпевшего на срок свыше 21 дня и причинение вреда здоровью средней тяжести, что потерпевший находилась на больничном листе всего 4 дня, что не установлены обстоятельства его причинения, поскольку при прохождении лечения первоначально потерпевший указывал, что травма бытовая. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Согласно п. 7.1 Приказа Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 194н (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ) "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" одни из медицинских критериев квалифицирующих признаков в отношении средней тяжести вреда здоровью является временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (далее - длительное расстройство здоровья). При этом в соответствии с п. 18 названного Приказа продолжительность нарушения функций органов и (или) систем органов (временной нетрудоспособности) устанавливается в днях исходя из объективных медицинских данных, поскольку длительность лечения может не совпадать с продолжительностью ограничения функций органов и (или) систем органов человека.

Судебно-медицинские экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ потерпевшего были проведены, в том числе по медицинским документам, экспертам были предоставленные документы, достаточные и необходимые для проведения экспертизы. Из заключения экспертиз следует, что обнаруженное у потерпевшего телесное повреждение в виде перелома 5-й пястной кости левой кисти, могло образоваться ДД.ММ.ГГГГ от действия тупого твердого предмета с ограниченной действуюшей поверхностью, относится к повреждениям, причинившим вред здоровью средней тяжести, по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель (более 3х- недель).У суда первой инстанции отсутствовали основания не доверять обоснованным и мотивированным заключениям экспертиз. Эксперты, проводившие экспертизы имеют необходимое образование и соответствующую квалификацию, в связи с чем, у суда обоснованно отсутствовали основания для признания указанных экспертиз недопустимым доказательством.

Иные доводы осужденного, а именно: о том, к материалам уголовного дела не приобщена рентгенограмма, на которую ссылается в экспертизе эксперт ФИО17, в материалах дела отсутствует лицензия учреждения на проведение судебно – медицинской экспертизы, к экспертизам не приобщены документы, подтверждающие право экспертов проводить экспертизы, не свидетельствует о незаконности и необоснованности проведенных экспертиз.

Так, до проведения указанных экспертиз экспертам были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и они были предупреждены об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 310 УК РФ. При этом, поскольку экспертиза проведена государственным судебно-экспертным учреждением, лицензии на проведение судебно-медицинской экспертизы вышеуказанному специализированному учреждению уполномоченного федерального государственного органа не требуется. Обстоятельств, препятствующих участию экспертов ФИО17, ФИО9 в проведении данных экспертиз, не усматривается.

Поэтому доводы жалобы о некомпетентности экспертов, проводивших судебно – медиицнские экспертизы, суд апелляционной инстанции находит надуманными, поскольку ни в судебных заседаниях судов первой инстанции, ни в апелляционной жалобе не приведено убедительных и достоверных данных, которые бы позволили усомниться в компетентности экспертов. То обстоятельство, что выводы экспертиз не устраивают осужденного и сторону защиты, не является основанием для признания экспертиз недопустимыми доказательствами, а экспертов - некомпетентным.

Кроме того, указанные заключения экспертов всесторонне оценены судом в совокупности с другими доказательствами по делу.

Иные доводы осужденного, изложенные в апелляционной жалобе о том, что экспертизы были проведены по ненадлежащим образом заверенным копиям медицинских документов, что дознавателем в больницу передавался пустой бланк, заверенный печатью «62», в который было вписано описание рентгена, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными. Так, из содержания заключения экспертов следует, что им для исследования были предоставлены оригиналы и надлежащим образом заверенные копии медицинских документов в отношении потерпевшего ФИО8 Из показаний дознавателя ФИО11, данных в судебном заседании следует, что пустых бланков он никому не передавал, указанный документ заверял сам надлежащим образом. Не доверять показаниям указанного свидетеля не имеется.

При таких обстоятельствах, указанные доводы осужденного признаются судом голословными и такими, что опровергаются установленным в судебном заседании обстоятельствами.

То обстоятельство, что с постановлениями о назначении экспертиз обвиняемый, его защитник, потерпевший и его представитель фактически были ознакомлены спустя время, само по себе не свидетельствует о незаконности и необоснованности проведенных экспертиз.

Нарушений прав осужденного в части признания его гражданским ответчиком не имеется, согласно постановления от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был привлечен в качестве ответчика, указанное постановление было ему объявлено под подпись ( т. 1 л.д. 81,82).

Чьей – либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора осужденного, не установлено. Мотивы, по которым суд взял за основу представленные доказательства, в приговоре приведены и в достаточной степени обоснованы и мотивированы.

Судом проверялись доводы осужденного о том, что на дознавателя ФИО11 со стороны прокуратуры оказывалось давление, а также что дознаватель оказывал на него давление и имел цель «закрыть его», а также о подмене материалов уголовного дела, и обоснованно отвергнуты как несостоятельные. Так, по поручению суда проводилась проверка по данным обстоятельствам в порядке ст.144-145 УПК РФ, по результатам которой старшим следователем СО по <адрес> ГСУ СУ РФ по <адрес> и <адрес> ФИО18 было отказано в возбуждении уголовного дела постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст. 286 УК РФ по факту противоправных действий дознавателя ФИО11 отказано в связи с отсутствием в его деянии состава указанного преступления.

То обстоятельство, что в ряде документов, имеющихся в материалах уголовного дела выявлены опечатки, описки и исправления (на титульном листе заключения эксперта №, в написании даты постановления, на основании которого была проведена экспертиза), в написании даты ходатайства о продлении срока проверки сообщения о преступлении, в постановлении о признании потерпевшим в написании даты объявления постановления, не свидетельствует о фальсификации материалов уголовного дела. Судом первой инстанции указанные недостатки были устранены путем допроса эксперта ФИО10, свидетелей ФИО11, ФИО19, которые объяснили это техническими ошибками.

Как следует из материалов дела, существенных нарушений уголовно-процессуального закона на досудебной стадии производства по делу, влекущих отмену состоявшегося судебного решения, не допущено. Доводы жалобы, связанные с приведенной осужденным негативной оценкой обоснованности и полноты проведенного дознания, утверждениями о допущенных нарушениях при проведении дознания, которое, по мнению стороны защиты, проведено с нарушениями уголовно-процессуального закона, не являются основанием для отмены или изменения состоявшегося судебного решения. Положения ст. 41 УПК РФ позволяют дознавателю самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, в связи с этим, доводы жалоб о непроведении на досудебной стадии определенных действий, не свидетельствуют об отсутствии доказательств виновности осужденного. Данных об искусственном формировании доказательств по делу, их фальсификации, не усматривается. Доводы стороны защиты о нарушениях закона, допущенных при формировании материалов уголовного дела (несоответствии нумерации, хронологии), обусловленные мнением осужденного о подмене ряда документов, не соответствуют материалам дела.

В судебном заседании были допрошены свидетели ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, которые являлись понятыми, когда дознаватель, а также прокурор зачитывали документы вслух, от получения документов, зачитанных вслух ФИО1 отказывался, они это засвидетельствовали своими подписями. Указанное обстоятельство свидетельствует о проведении следственных действий, о соблюдении прав осужденного в ходе дознания. При таких обстоятельствах, оснований полагать, что в день проведения указанных следственных действий ФИО1 не присутствовал в помещении ОМВД, а материалы уголовного дела сфальсифицированы, не имеется.

Оснований полагать, что не установлено место совершения преступления, не имеется. Согласно материалов уголовного дела, место совершения преступления было установлено со слов потерпевшего, были установлены координаты, что нашло отражение в протоколе осмотра места происшествия, осужденный не привел каких – либо достоверных сведений, которые бы свидетельствовали о том, что место совершения преступления установлено неверно.

Как следует из протокола судебного заседания, суд обеспечил сторонам возможность в полной мере реализовать свои процессуальные права, все представленные доказательства как стороны защиты, так и обвинения исследованы судом, все заявленные участниками процесса ходатайства судом рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, в том числе при вынесении приговора, мотивированные решения, принятые судом по заявленным ходатайствам, не лишили стороны возможности представлять доказательства по обстоятельствам, имеющим существенное значение по делу.

Из протокола судебного заседания видно, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. При таких обстоятельствах оснований полагать, что адвокат Галушко не оказывала ему надлежащей юридической помощи в ходе рассмотрения уголовного дела, не имеется.

Вопреки доводам жалоб, все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений и их убедительной мотивацией. Отказ суда в удовлетворении некоторых ходатайств, при соблюдении процедуры их рассмотрения не свидетельствует о необъективности суда.

Доводы осужденного о нарушении судом его конституционных прав на защиту путем недопущения к его защите, наряду с адвокатом иного лица, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, исходя из следующего.

Закрепленное в ч. 2 ст. 48 Конституции РФ право каждого обвиняемого в совершении преступления пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственного задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения не означает право подозреваемого или обвиняемого выбирать в качестве защитника любое лицо по своему усмотрению и не предполагает возможность участия в уголовном процессе любого лица в качестве защитника.

Гарантируя каждому, в том числе подозреваемому и обвиняемому, право на получении именно квалифицированной юридической помощи, государство вправе устанавливать с этой целью определенные профессиональные и иные квалифицированные требования к лицам, уполномоченным на оказание такой помощи.

Так, согласно ч. 2 ст. 49 УПК РФ, в качестве защитников по уголовному делу допускаются адвокаты.

Вместе с тем на судебной стадии уголовного процесса одним из способов защиты от предъявленного обвинения, является приглашение для участия в судебном заседании по ходатайству обвиняемого в качестве защитника наряду с адвокатом одного из его близких родственников или иного лица, которое допускается к такому участию по определению или постановлению суда.

При этом отказ суда в предоставлении обвиняемому возможности воспользоваться этим способом защиты и тем самым ограничение гарантируемого ч. 2 ст. 45 Конституции РФ права могут иметь место лишь при наличии существенных к тому оснований, одним из которых является неспособность предполагаемого защитника оказывать юридическую помощь подсудимому и выполнять другие свои процессуальные обязанности с учетом обстоятельств конкретного дела и особенностей личности приглашаемого в качестве защитника.

Такая же правовая позиция изложена в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 29 "О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве", согласно которым при разрешении ходатайства обвиняемого о допуске одного из близких родственников или иного лица в качестве защитника суду следует не только проверять отсутствие обстоятельств, указанных в ст. 72 УПК РФ, но и учитывать характер, особенности обвинения, а также согласие и возможность данного лица осуществлять в установленном законом порядке защиту прав и интересов обвиняемого и оказывать ему юридическую помощь при производстве по делу; в случае отказа в удовлетворении такого ходатайства решение суда должно быть мотивированным.

Аналогичная правовая позиция выражена и в Определениях Конституционного Суда РФ.

Как усматривается из материалов дела, суд, отказывая в допуске в качестве защитника ФИО27, ссылаясь на конкретные обстоятельства, убедительно мотивировал свое решение невозможностью оказания им квалифицированной юридической помощи осужденному, учитывая характер и особенности обвинения и дела в целом, исходя из категории уголовного дела. Исходя из изложенного, судебная коллегия считает, что принятое судом решение в соответствии с положениями ч. 2 ст. 49 УПК РФ, предоставляющее суду право, но не обязывающее допускать по ходатайству подсудимого в качестве защитников наряду с адвокатом иных лиц, отвечает задачам правосудия и обязанности государства гарантировать каждому квалифицированную юридическую помощь и не противоречит требованиям закона и правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной, в том числе в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 268-О.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы осужденного о нарушении его права на защиту вследствие отказа в допуске ФИО27 в качестве защитника наряду с адвокатом являются безосновательными. Как усматривается из материалов уголовного дела, осужденный был обеспечен профессиональной защитой, позволяющей реализовать осужденному свои права в полной мере.

Ходатайства, заявленные участниками процесса в ходе судебного разбирательства, были рассмотрены судом в полном соответствии с положениями ст. ст. 121, 122 УПК РФ, по каждому из них судом вынесены соответствующие решения, которые были приняты с учетом представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела и с учетом положений ст. 252 УПК РФ.

В приговоре показания потерпевшего, экспертов, свидетелей приведены и им дана оценка суда с позиции достоверности, относимости и допустимости. Каких – либо искажений при изложении показаний указанных лиц в приговоре допущено не было.

Доводы апелляционной жалобы осужденного о том, что судебные заседания проходили не в зале судебного заседания, а в кабинете судьи, также не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного решения, поскольку они не свидетельствуют о нарушении судьей процессуальных требований, которые не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

То обстоятельство, что в материалах уголовного дела имеется не утвержденный обвинительный акт (т.1 л.д. 239-249), не свидетельствует о фальсификации материалов уголовного дела, поскольку обвинительный акт не был утвержден, согласно постановления начальника МО МВД России «Красноперекопский» от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 2) уголовное дело было возвращено для производства дознания и пересоставления обвинительного акта.

То обстоятельство, что обвинительный акт был утвержден прокурором после ознакомления обвиняемого и его защитника с обвинительным актом и материалами уголовного дела, то указанное в полной мере соответствует положениям ч.1 ст. 226 УПК РФ, в соответствии с которыми прокурор рассматривает уголовное дело, поступившее с обвинительным актом и принимает одно из решений, указанных в ч.1 ст. 226 УПК РФ. При этом, в соответствии с положениями ст. 225 УПК РФ обвиняемый и его защитник после составления обвинительного акта дознавателем ознакамливаются с материалами уголовного дела и обвинительным актом, после чего уголовное дело направляется прокурору для принятия решения в соответствии со ст. 226 УПК РФ.

Утверждение осужденного, что судом не проверено, что потерпевший мог заниматься незаконной охотой, а также предоставленный суду апелляционной инстанции указ главы Республики Крым о видах разрешенной охоты и параметрах осуществления охоты в охотничьих угодьях <адрес> не влияет на доказанность вины осужденного, поскольку в соответствии со ст. 252 УПК РФ пределы судебного разбирательства ограничены объемом предъявленного обвинения.

Вещественное доказательство, а именно видеозапись события была непосредственно просмотрена в судебном заседании, в связи с чем доводы осужденного о том, что ему не была предоставлена возможность ознакомиться с указанной видеозаписью при ознакомлении с материалами уголовного дела, само по себе не свидетельствует о нарушении права осужденного на защиту.

Вопреки доводам стороны защиты, обстоятельства дела органами предварительного следствия и судом исследованы всесторонне и объективно. В основу приговора положены доказательства, полученные с соблюдением норм уголовно-процессуального закона. Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, в соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу установлены и нашли свое отражение в приговоре, в котором содержится описание преступного деяния, с указанием времени, места, способа его совершения, формы вины. Эти обстоятельства подтверждены исследованными по делу доказательствами. При таких обстоятельствах, утверждение осужденного о том, что не была проверена его версия, изложенная в первоначальных объяснениях о самообороне, является несостоятельной.

Оценив собранные доказательства в их совокупности и, правильно установив фактические обстоятельства дела, суд верно квалифицировал действия осужденного по п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета используемого в качестве оружия.

Оснований для вывода о том, что в сложившейся ситуации осужденный действовал не умышленно, а в пределах необходимой обороны и защиты либо при превышении пределов необходимой обороны, не имеется, в связи с отсутствием объективных доказательств тому, что осужденный оборонялся от действий потерпевшего, поскольку потерпевший повреждений, которые могли бы представлять опасность для жизни и здоровья осужденного и иных лиц не наносил, его действия не свидетельствуют о реальной угрозе жизни и здоровью осужденного или иным лицам, требующей защиты. Согласно просмотренной видеозаписи событий видно, что никакой угрозы имеющиеся у потерпевшего и свидетелей по уголовному делу ружья осужденному либо его супруге не представляли, никаких агрессивных действия указанные лица в отношении осужденного либо иных лиц не предпринимали, именно осужденный являлся инициатором конфликта.

Квалифицирующий признак "с применением предмета, используемого в качестве оружия", нашел свое полное подтверждение, выводы суда надлежаще мотивированы.

У суда первой инстанции не имелось оснований подвергать сомнению достоверность показаний потерпевшего о механизме образования у него телесного повреждения, квалифицированного как причинившего средней тяжести вреда здоровью.

С учетом изложенных выше обстоятельств, оснований для отмены приговора суда и вынесения оправдательного приговора, а также для возврата уголовного дела прокурору, не имеется.

В соответствии с ч.1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса РФ.

При этом, в соответствии с ч.3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, судом признано наличие малолетних детей.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом обоснованно не установлено.

В качестве данных о личности осужденного учтено, что осужденный имеет на иждивении двоих малолетних детей, ранее не судим, женат, по месту жительства характеризуется посредственно, на учетах у врача – психиатра и врача – нарколога не состоит.

Наказание осужденному назначено в пределах санкции статьи закона, по которой он признан виновным, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности, отсутствия обстоятельств отягчающих наказание. Назначенное наказание соответствует требованиям ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, является справедливым и соразмерным содеянному.

Назначенное наказание в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ которое является справедливым, соразмерным содеянному и не может быть признано чрезмерно суровым. По делу отсутствуют исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступлений, и другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, позволяющие применить положения ст. 64 УК РФ. Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вопрос о мере пресечения разрешен судом верно. Гражданский иск разрешен в соответствии с требованиями закона.

Причин для отмены либо изменения приговора по доводам жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению.

Согласно ст. 132 УПК РФ суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки. При этом процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. Суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек.

По смыслу закона, решение о взыскании с осужденного процессуальных издержек должно приниматься по итогам судебного заседания после обсуждения в нем вопросов о возможности полного или частичного освобождения осужденного от уплаты процессуальных издержек. Осужденному в любом случае должно быть обеспечено право довести до сведения суда свои доводы по обсуждаемым вопросам.

В протоколе судебного заседания отсутствуют сведения о приобщении к материалам уголовного дела заявления о выплате вознаграждения защитнику, в материалах дела также отсутствует такое заявление. Таким образом, судом не исследованы вопросы, подлежащие выяснению при принятии решения о выплате вознаграждения защитнику и взыскании процессуальных издержек.

При таких обстоятельствах указания суда о взыскании с осужденного в доход государства процессуальных издержек подлежат исключению из приговора.

Иных оснований для изменения приговора суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Красноперекопского районного суда Республики Крым от 7 августа 2024 года в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить указание суда о возмещении расходов по оплате труда защитника Галушко Ю.А. за счет средств федерального бюджета с последующим взысканием с ФИО1

В остальной части приговор суда оставить без изменений, апелляционные жалобы осужденного и его защитника без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации в течение шести месяцев в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным в тот же срок, со дня получения копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. Разъяснить осужденному право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: