Апелляционное постановление № 22-4321/2025 от 27 октября 2025 г. по делу № 1-199/2025

Судья Бочарников Ю.М. №22-4321/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ставрополь 28 октября 2025 г.

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Романовой Ж.Ю.,

с ведением протокола секретарём судебного заседания Толстовой А.Е.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Ставропольского края Цатуряна М.Р.,

осуждённого ФИО6 и его защитника в лице адвоката Дворовенко В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осуждённого ФИО6 в лице адвоката Дворовенко В.В. на приговор Минераловодского городского суда Ставропольского края от 10 сентября 2025 г., которым

ФИО6, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты>, несудимый,

осуждён:

по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении;

на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ ФИО6 освобождён от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения;

гражданский иск Потерпевший №3 удовлетворён частично;

с ФИО6 в пользу Потерпевший №3 взыскана компенсация морального вреда, причинённого преступлением, в размере 1 000 000 рублей;

разрешён вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Романовой Ж.Ю., кратко изложившей содержание приговора суда, существо апелляционной жалобы и возражений на неё, выступления сторон, исследовав дополнительные материалы, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО6 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлёкшим по неосторожности смерть человека – ФИО3

Преступление совершено ФИО6 2 июня 2019 г. в Минераловодском муниципальном округе Ставропольского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе защитник осуждённого ФИО6 в лице адвоката Дворовенко В.В., ссылаясь на нормы международного права, Конституцию РФ, УК РФ и разъяснения Конституционного Суда РФ, считает приговор суда незаконным, необоснованным и несправедливым, исходя из нижеследующего.

Указывает, что в основу приговора судом положены показания свидетелей, не являющихся очевидцами ДТП.

Полагает, что суд необоснованно отверг показания осуждённого ФИО6, как и показания очевидцев ДТП – свидетелей ФИО7 №5 и ФИО7 №4, предупреждённых об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, настаивавших на том, что столкновение транспортных средств произошло на полосе движения автомобиля «Форд Фокус».

Указывает, что судом в основу приговора положены выводы двух судебных экспертиз, имеющие явные противоречия, которые в ходе судебного разбирательства не были устранены.

Обращает внимание, что согласно заключению специалистов от 14 ноября 2019 г. место столкновения транспортных средств находилось на правой полосе движения автомобиля «Форд Фокус», след юза оставлен правыми колёсами полуприцепа «Шмитц» в составе автопоезда «Вольво ФМ». В описанной ситуации ДТП указанные транспортные средства столкнулись дважды – первичное столкновение произошло передней левой частью автопоезда «Вольво ФМ» и левой задней дверью автомобиля «Форд Фокус», вторичное столкновение произошло оторванной передней левой частью автомобиля «Форд Фокус» с задним левым колесом и задней левой частью полуприцепа «Шмитц» в составе автопоезда «Вольво ФМ». Место первичного столкновения транспортных средств находилось на полосе движения автомобиля «Форд Фокус».

Обращает также внимание, что после получения вышеуказанного заключения специалистов уголовное дело было приостановлено на несколько лет в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Постановлением следователя ФИО1 от 15 мая 2023 г. назначена комплексная транспортно-трасологическая автотехническая экспертиза, производство которой было поручено экспертам <данные изъяты>. В соответствии с заключением экспертов ФИО5 и ФИО2 № от 22 апреля 2024 г. след юза, обнаруженный на месте происшествия, оставлен правыми колёсами автопоезда, однако, место столкновения эксперты вопреки собственным расчётам указали на полосе движения автопоезда «Вольво ФМ».

Стороной защиты получено заключение специалиста № от 12 июля 2024 г., в соответствии с которым выводы экспертов ФИО5 и ФИО2 являются несостоятельными и противоречивыми.

Обращает внимание на ссылку в выводах заключения специалиста о повреждении в районе левого переднего управляемого колеса, однако, на фотоснимках с места ДТП отсутствуют видимые повреждения на рулевом приводе автопоезда «Вольво ФМ».

Учитывая конструктивные особенности и массу перевозимого груза, при скорости движения – 70 км/ч (в действительности в соответствии с данными ГЛОНАСС – 84 км/ч) практически невозможно кардинально изменить траекторию движения. Этот вывод противоречит выводу о том, что после столкновения с автомобилем «Форд Фокус» автопоезд перешёл в неуправляемое движение, выехав резко на встречную полосу.

Эксперты в расчётах в качестве исходных данных брали технические характеристики иного тягача – трёхосного, в то время как в ДТП участвовал двухосный тягач.

Оба эксперта в качестве места столкновения указывали место, обозначенное на составленной ночью без водителей схеме ДТП, расположенное на полосе движения автопоезда «Вольво ФМ». Между тем, на фотографиях места происшествия, произведённых днём следующего дня, отчётливо видно, что место разлива технических жидкостей находится на полосе движения автомобиля «Форд Фокус». Это место столкновения совпадает с траекторией движения транспортных средств после столкновения и оставленными ими на проезжей части следами.

Предполагает, что выводы экспертов организаций, которым следователем поручено проведение экспертиз, подстроены под конкретный результат – установить место столкновения на полосе движения автопоезда «Вольво ФМ», чтобы избавить собственника автомобиля от выплат семье погибшего водителя.

Об этом, по мнению автора апелляционной жалобы, свидетельствуют нижеследующие обстоятельства.

С места происшествия не были изъяты данные тахографа автопоезда «Вольво ФМ» со сведениями о скорости движения, времени труда и отдыха водителя; с места происшествия исчезла видеозапись регистратора, переданного свидетелем ДТП сотруднику ГИБДД; следователями не предпринято необходимых действий по установлению очевидцев ДТП.

Отмечает, что очевидцы ДТП установлены стороной защиты. Однако, несмотря на их показания о том, что место столкновения находилось на полосе движения автомобиля «Форд Фокус», что полностью подтверждается данными системы ГЛОНАСС, уголовное дело в течение 6 лет не прекращено в связи со смертью виновника ДТП.

Полагает необоснованным и незаконным отказ суда в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении повторной автотехнической экспертизы с представлением экспертам сведений о движении автопоезда «Вольво ФМ» из системы ГЛОНАСС.

Адвокат Дворовенко В.В. просит обжалуемый приговор суда отменить, ФИО6 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, оправдать.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Романова Л.С. считает обжалуемый приговор суда законным и обоснованным, изложенные в апелляционной жалобе доводы – необъективными и не подлежащими удовлетворению.

Полагает, что судом правильно установлены фактические обстоятельства уголовного дела, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая оценка.

Отмечает, что вопреки доводам апелляционной жалобы суд мотивированно отверг показания свидетелей стороны защиты ФИО7 №5 и ФИО7 №4, заключение специалистов <данные изъяты>, ввиду наличия противоречий с другими доказательствами, в том числе с официальными заключениями государственных судебных экспертов.

Указывает, что экспертные заключения, положенные в основу приговора суда, являются достоверными.

Считает правомерным отказ суда в назначении повторной автотехнической экспертизы, поскольку не было установлено предусмотренных ст. 207 УПК РФ оснований.

Государственный обвинитель Романова Л.С. просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

В судебном заседании осуждённый ФИО6 и адвокат Дворовенко В.В. поддержали доводы апелляционной жалобы, просили обжалуемый приговор отменить, вынести в отношении ФИО6 оправдательный приговор.

Прокурор Цатурян М.Р. доводы апелляционной жалобы не поддержал, просил законный, обоснованный и справедливый приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Заслушав выступления сторон по доводам апелляционной жалобы и возражений на неё, проверив материалы уголовного дела и исследовав дополнительные материалы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО6 в совершении инкриминируемого ему деяния вопреки доводам апелляционной жалобы являются обоснованными, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, подтверждаются совокупностью относимых, допустимых и достоверных доказательств, исследованных в судебном заседании, надлежащим образом проверенных судом и получивших соответствующую оценку в приговоре. Выводы суда понятны и не противоречат доказательствам, положенным в обоснование приговора. Признаков, указывающих на установление фактических обстоятельств уголовного дела посредством использования не относящихся к уголовному делу, недопустимых либо недостоверных доказательств, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебное разбирательство по уголовному делу в отношении ФИО6 вопреки доводам апелляционной жалобы проведено полно, объективно и всесторонне, с соблюдением требований УПК РФ о состязательности и равноправии сторон, с выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу.

В суде ФИО6 вину в совершении инкриминируемого ему деяния не признал. Показал, что он управлял автомобилем «Форд Фокус», супруга сидела рядом, сын на заднем сидении. Супруга сказала ему, что впереди идёт человек, из-за чего он, включив и выключив дальний свет, плавно перестроился влево и проехал. Когда он хотел перестроиться вправо, на него фары, он закричал: «Ты что делаешь!» и резко взял вправо. На встречную полосу он не выезжал, до двойной сплошной разделительной полосы было примерно 20-30 см, место столкновения с фурой было на его полосе. Двигался он по правой полосе в сторону г. Пятигорск со скоростью 90-92 км/ч по хорошему дорожному покрытию в тёмное время суток – примерно в 21 час. 30 мин, погода была сухая, без тумана и осадков.

Несмотря на непризнание ФИО6 своей вины, виновность осуждённого в совершении инкриминируемого ему деяния подтверждена:

оглашёнными показаниями потерпевших Потерпевший №4, Потерпевший №1 и Потерпевший №2 о том, что 2 июня 2019 г. в районе 318 км ФАД Р-217 «Кавказ» произошло ДТП с участием их супруга и сына ФИО3, в ходе которого последний получил травмы, от которых скончался. ФИО3 работал водителем автопоезда в составе автомобиля «Вольво ФМ» и полуприцепа «Шмитц», имел водительское удостоверение всех категорий, водительский стаж – более 25 лет, всегда соблюдал ПДД. Управляя вышеуказанным автопоездом, ФИО3 возвращался домой из очередного рейса и двигался по указанной автодороге со стороны г. Минеральные Воды в направлении г. Невинномысск;

показаниями потерпевшего Потерпевший №3 о том, что его отец работал в фирме <данные изъяты>, перевозил грузы, направлялся в сторону дома, и, как ему сообщили, автомобиль выскочил на встречную полосу и совершил ДТП. У отца большой стаж вождения, отец всегда ездил аккуратно, соблюдал ПДД, со слов следователя ему известно, что отец не виноват, уголовное дело передано в суд, он обратился к адвокату и подал гражданский иск;

показаниями свидетеля ФИО7 №2 о том, что в 2019 году он ночью шёл вдоль трассы Ростов-Баку по обочине домой, не соблюдая ПДД, останавливал автомобили, поднимая руку. Он почувствовал резкий удар в левую ногу, поскольку его сбил легковой автомобиль, видел, что легковой автомобиль начал «уходить», помнит, что столкнулись Камаз и легковой автомобиль;

аналогичными друг другу оглашёнными показаниями свидетеля ФИО7 №1 и данными в суде и оглашёнными показаниями свидетеля ФИО7 №3 о том, что 2 июня 2019 г. примерно в 20 часов на склад магазина <данные изъяты> прибыл грузовой автомобиль марки «Вольво» с полуприцепом, водителем автомобиля являлся мужчина по имени ФИО28. В течение часа они разгружали цветочную продукцию, находившуюся в указанном полуприцепе. После разгрузки цветочной продукции полуприцеп оставался загруженным примерно наполовину, в нём оставались паллеты с каким-то товаром. Оставшийся груз, расположенный от середины полуприцепа до кабины, между боковыми стенками полуприцепа стоял плотно, между обмотанным плёнкой грузом и потолком оставалось расстояние 30-40 см.

Водитель закрепил оставшийся груз тремя распорками, чтобы тот не смещался, отдельно стоящего груза не было. В ходе разгрузки ФИО28 рассказывал, что направляется домой в г. Ставрополь, на плохое самочувствие не жаловался, внешне никаких подозрений не возникало;

протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 2 июня 2019 г. – участка дороги, расположенного в районе 318 км ФАД «Кавказ», и схемой места ДТП к нему, согласно которым установлена и зафиксирована дорожная обстановка места происшествия и положение транспортных средств. Указано, что на правой части дороги в сторону г. Невинномысск имеются следы шин длиной 23,7 м (начало – в 1,55 м от правого края проезжей части, конец – в 8 м от правого края проезжей части). Имеются следы юза и царапины на асфальтовом покрытии до места выезда автомобиля «Вольво ФМ» за пределы проезжей части длиной 1,9 м (в 32,2 м от места столкновения автомобиля «Лада Веста» с полуприцепом «Шмитц»). В ходе осмотра изъяты автомобили «Форд Фокус», «Вольво ФМ» и «Лада Веста»;

вышеуказанные автомобили осмотрены, что нашло своё отражение в протоколах осмотра предметов – автомобиля «Лада Веста» от 25 июня 2019 г., автомобиля «Вольво ФМ» от 25 августа 2019 г., автомобиля «Форд Фокус» от 1 июня 2021 г., вышеуказанные автомобили признаны вещественными доказательствами по уголовному делу и переданы законным владельцам;

заключением эксперта № от 24 июня 2019 г., которой пришёл к выводам, что смерть ФИО3 наступила в результате тупой, тяжёлой, закрытой черепно-мозговой травмы в виде ушибленных раны, ссадин и кровоподтёков области головы, кровоизлияния во внутреннюю поверхность кожно-мышечного лоскута головы с локализацией в лобно-теменной области, линейного перелома лобной кости слева, ушиба головного мозга тяжёлой степени, кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки височной доли правого полушария головного мозга.

Перелом свода черепа по своему характеру является опасным для жизни и по данному признаку весь комплекс повреждений квалифицируется как причинивший ФИО3 тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Указанные в выводах повреждения могли возникнуть от травматического воздействия (удар, трение) твёрдых, тупых предметов либо при соударении с таковыми, какими могли быть части салона подвижного автотранспортного средства, в момент его резкого торможения, либо при соударении с препятствием, возможно при вышеизложенных обстоятельствах, в срок незадолго до наступления смерти.

В крови от трупа ФИО3 этиловый спирт не обнаружен.

Учитывая трупные явления, обнаруженные в морге, смерть ФИО3 могла наступить за 8-12 часов до момента исследования трупа;

заключением эксперта № от 13 августа 2019 г., который пришёл к выводу, что место столкновения по ширине проезжей части расположено в правой полосе движения по направлению в г. Невинномысск (в полосе движения автопоезда «Вольво ФМ» с полуприцепом «Шмитц» на расстоянии порядка 1,2-1,4 м от правого края проезжей части, по длине дороги – на некотором расстоянии перед участком образования следов торможения (бокового скольжения) автопоезда, в месте расположения первого следа, идентифицированного как след бокового скольжения заднего левого колеса автомобиля «Форд Фокус».

К такому выводу эксперт пришёл в результате анализа указанной в материалах проверки информации, конечного положения ТС на проезжей части, информации о направлении движения ТС до столкновения, учитывая ширину проезжей части, механизм происшествия, характер и степень деформаций обоих ТС, наличие зафиксированных следов на асфальтобетонном покрытии, координаты конечного положения ТС на дороге, анализа вещной обстановки на месте ДТП.

Наиболее выраженные следы колёс, зафиксированные в представленных на экспертизу фотоизображениях и схеме ДТП, имеющие своё начало согласно схеме ДТП на расстоянии 1,55 м от правого края проезжей части в полосе движения автопоезда «Вольво ФМ» и окончание на встречной стороне дороги, являются следами торможения (бокового скольжения) левых колёс автопоезда «Вольво ФМ» с полуприцепом «Шмитц».

Сравнительный анализ повреждений ТС, просматриваемых на представленных фотоизображениях, их сопоставление по форме, размерам, расположению в пространстве, в том числе и относительно опорной поверхности и анализ вещной обстановки на месте ДТП свидетельствуют о том, что в данном случае произошло встречное столкновение с углом контактирования, близким к 125°±5°, передней левой торцевой частью (передним бампером, передней панелью, капотом) автопоезда «Вольво ФМ» с полуприцепом «Шмитц», с левой стороной (задней левой дверью, задним левым крылом, задним левым колесом) автомобиля «Форд Фокус».

Установить точную величину угла между продольными осями ТС и дороги не представляется возможным, ввиду отсутствия следов колёс «Вольво ФМ» и «Форд Фокус» до момента столкновения, позволяющих привязать угловое положение ТС на проезжей части;

заключением эксперта №; № от 22 апреля 2024 г., которой пришёл к выводу, что место столкновения по ширине проезжей части расположено на правой полосе движения по направлению от г. Минеральные Воды в г. Невинномысск (на полосе движения автопоезда) на расстоянии порядка 3,20-3,50 м от правого края проезжей части, (11,8- 2,1 м от левого края по ходу движения автопоезда), по длине дороги – на некотором расстоянии перед участком образования следов шин автомобиля «Вольво ФМ» в месте расположения первого следа.

К такому выводу эксперт пришёл, анализируя конечное положение ТС на проезжей части, информацию о направлении движения ТС до столкновения, учитывая ширину проезжей части, механизм происшествия, характер и степень деформаций обоих ТС, наличие зафиксированных следов на асфальтобетонном покрытии, координаты конечного положения транспортных средств на дороге, анализ вещной обстановки на месте ДТП.

С технической точки зрения место столкновения автомобиля «Вольво ФМ» с автомобилем «Форд Фокус», установленное в ходе осмотра места ДТП от 02.06.2019, не противоречит месту столкновения автомобилей, установленному следствием.

Исходя из изложенных выше выводов, поставленный вопрос о достоверности с технической точки зрения сообщённого водителем ФИО6 места столкновения ТС – на левой полосе движения ФАД Р-217 «Кавказ» при движении со стороны г. Невинномысск в направлении г. Минеральные Воды теряет смысл.

Первоначальный контакт произошёл между левой передней частью автомобиля «Вольво ФМ» (передний бампер слева, переднее левое крыло, усилитель переднего бампера слева, передняя левая фара) с задней левой боковой частью автомобиля «Форд Фокус» (задняя левая дверь, левый порог и левая боковая часть крыши в районе левой задней двери) с учётом максимального перекрытия контактирующих частей.

Контактное взаимодействия было перекрёстное, встречное, косое, блокирующее, левое эксцентричное, при этом угол между продольными осями транспортных средств был близким к 120°-130°.

Установить точную величину угла между продольными осями автомобиля «Вольво ФМ» и автомобиля «Форд Фокус», а также проезжей части не представляется возможным, ввиду отсутствия следов колёс ТС до момента столкновения, позволяющих привязать угловое положение автомобиля «Вольво ФМ» и автомобиля «Форд Фокус» на проезжей части.

В исследуемом событии водитель автомобиля «Форд Фокус» имел возможность предотвратить столкновение путём выполнения требований п. 1.3. Приложения 2, горизонтальная дорожная разметка 1.3, п. 1.4., п. 9.1., п. 9.1.1, п.10.1. абз. 1 Правил дорожного движения РФ.

В данном ДТП водитель автопоезда в составе автомобиля «Вольво ФМ» с полуприцепом «Шмитц» не имел технической возможности предотвратить столкновение путём торможения.

В данном ДТП в действиях водителя автомобиля «Форд Фокус» следует усматривать несоответствие требованиям п. 1.3. Приложения 2, горизонтальная дорожная разметка 1.3, п. 1.4., п. 1.5. абз. 1, п. 9.1., п. 9.1.1, п. 10.1. абз. 1 Правил дорожного движения РФ.

В действиях водителя автопоезда в составе автомобиля «Вольво ФМ» с полуприцепом «Шмитц» не следует усматривать несоответствие требований Правил дорожного движения РФ.

В силу положений ст. 240 УПК РФ выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должны быть основаны на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании.

Следует иметь в виду, что доказательства могут быть положены в основу выводов суда лишь после их проверки и оценки по правилам, установленным ст. 87, 88 УПК РФ. При этом суд не вправе ссылаться в подтверждение своих выводов на имеющиеся в уголовном деле доказательства, если они не были исследованы судом и не нашли отражения в протоколе судебного заседания.

Вышеизложенные разъяснения даны в абз. 1 и 3 п. 4 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29 ноября 2016 г. №55 «О судебном приговоре».

Принимая решение о доказанности вины ФИО6 в совершении инкриминируемого ему деяния, суд привёл в приговоре заключение эксперта № от 25 февраля 2020 г., которое непосредственно в судебном заседании не исследовано.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на вышеуказанное доказательство, что не влияет на выводы суда о доказанности вины ФИО6 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Все иные доказательства, приведённые в приговоре, исследованы судом, проверены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, им дана надлежащая оценка, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется, поскольку доказательства собраны с соблюдением требований ст. 74 и 86 УПК РФ, их совокупность является достаточной для постановления приговора.

Судом дана оценка показаниям ФИО6, приведён анализ вышеизложенных показаний ФИО6 в совокупности со всеми собранными по уголовному делу доказательствами, у суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться с мотивированными суждениями суда в части оценки показаний ФИО6

Суд обоснованно вопреки доводам стороны защиты критически оценены показания ФИО6 о непризнании своей вины, как избранный последним способ защиты. Суд апелляционной инстанции также полагает, что показания ФИО6 о непризнании своей вины не отвечают критерию достоверности, поскольку показания последнего противоречат, как показаниям вышеуказанных потерпевших и свидетелей стороны обвинения, так и другим имеющимся в материалах уголовного дела доказательствам, исследованных судом.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона суд раскрыл в приговоре содержание вышеприведённых доказательств, то есть изложил существо показаний ФИО6, потерпевших, свидетелей, как стороны обвинения, так и стороны защиты, сведения, содержащиеся в протоколах следственных действий, а также заключениях экспертов.

Вместе с тем, в описательно-мотивировочной части судом допущена явная техническая описка, что показания потерпевших и свидетелей стороны обвинения, которые суд признал достоверными, «… подтверждают показания подсудимого…», что подлежит устранению судом апелляционной инстанции.

Приведённое в приговоре содержание доказательств, исследованных в судебном заседании, соответствует материалам уголовного дела, вопреки доводам апелляционной жалобы признаков фальсификации материалов уголовного дела, в том числе заключения эксперта №, № судом апелляционной инстанции не установлено.

Приговор не противоречит протоколу судебного заседания, смысл показаний допрошенных в суде ФИО6, потерпевшего Потерпевший №3, свидетелей стороны обвинения и стороны защиты, оглашённых показаний потерпевших и свидетелей стороны обвинения, исследованных материалов уголовного дела, приведены в приговоре в соответствии с данными, отражёнными в протоколе судебного заседания. Судом мотивирован вывод, почему приняты одни доказательства и отвергнуты другие, дана оценка показаниям ФИО6, как избранный последним способ защиты, с учётом совокупности иных доказательств по уголовному делу, подтверждающих виновность ФИО6 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Судом также дана надлежащая оценка показаниям свидетелей стороны защиты ФИО7 №5, ФИО7 №4 и оглашённым показаниям свидетеля ФИО7 №6, несогласие с которой автора апелляционной жалобы не свидетельствует о незаконности и необоснованности приговора суда. Показания вышеуказанных свидетелей стороны защиты сопоставлены с иными доказательствами по уголовному делу, в том числе с показаниями самого ФИО6

ФИО7 стороны защиты ФИО7 №5 показала, что совместно с супругом ФИО6 и сыном они примерно в 21 час. 30 мин. ехали в сторону г. Минеральные Воды по правой стороне при наличии четырёх полос движения. С их стороны «алкаш … в тёмное время … в тёмной одежде» тормозил автомобили, они ехали с включённым светом ближних фар, когда её супруг того объехал, они ехали по своей второй полосе. Двойная сплошная линия относительно их автомобиля находилась слева, её супруг ту не пересекал, неожиданно слева мешал приближающийся свет, супруг поворачивая руль вправо, сказал: «Ты куда прёшь!», это были последние слова, после чего темнота, карусели, стук, она не поняла, что случилось. Автомобиль тех фар, которые светили, снёс им пол автомобиля и съехал на обочину.

ФИО7 стороны защиты ФИО7 №4 показала, что в 2019 году она управляла автомобилем, ехали с супругом в 21 час из г. Минеральные Воды со скоростью 100-110 км/час. Когда на спидометре было 118 км/ч, её обогнала фура и перестроилась, она ехала за этой фурой, стала притормаживать, так они проехали 10 минут, фура, двигавшаяся перед ней, начала перестроение из правого ряда в левый и за считанные секунды оказалась на встречной полосе. Она увидела искры, свет, остановилась. Столкновение с автомобилем «Форд Фокус» произошло на стороне автомобиля «Форд Фокус», она видела это своими глазами, потому что на встречных двух полосах были искры и вращение.

Согласно оглашённым показаниям свидетеля защиты ФИО7 №6 2 июня 2019 г. примерно в 21 час он вместе с отцом ФИО6 и матерью ФИО7 №5 на автомобиле «Форд Фокус» двигались по ФАД Р-217 «Кавказ» со стороны г. Невинномысск в направлении г. Минеральные Воды. Отец находился за рулём, мама располагалась на переднем пассажирском сидении, а он – на заднем. Когда они проезжали г. Невинномысск, он уснул. По ходу движения он почувствовал сильный удар и очнулся лишь тогда, когда находился на асфальте, на левой полосе по ходу их движения в г. Минеральные Воды.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с оценкой суда относительно того, что вышеизложенные показания не содержат сведений, влияющих на выводы о виновности или невиновности ФИО6, исходит из того свидетель стороны защиты ФИО7 №5 спал во время ДТП.

ФИО7 стороны защиты ФИО7 №6 не поняла, что случилось, и конкретных показаний о том, где именно и какие автомобили находились в момент ДТП, не дала. При этом показания и ФИО6, и свидетеля ФИО7 №6 противоречат показаниям свидетеля ФИО7 №2, которого автомобиль под управлением ФИО6 не объехал, а задел, в результате чего тот получил телесные повреждения. ФИО7 стороны защиты ФИО7 №4 показаний об обстоятельствах столкновения, как и показаний, противоречащих установленному органами предварительного расследования и судом месту столкновения, не дала. Суд апелляционной инстанции отмечает, что из показаний свидетеля ФИО7 №4 явствует, что последняя двигалась по правой полосе движения в сторону г. Невинномысск за фурой – автопоездом в составе автомобиля «Вольво ФМ» с полуприцепом «Шмитц», увидела перестроение фуры из правой полосы на левую и на встречную полосу движения, искры, свет.

Оснований для оговора ФИО6 потерпевшими и свидетелями стороны обвинения, а также сведений о какой-либо заинтересованности экспертов, проводивших исследования и давших, как указывает автор апелляционной жалобы, ложные, необходимые органам предварительного расследования, заключения, судом апелляционной инстанции не установлено.

Следует отметить, что приведённые адвокатом Дворовенко В.В. в апелляционной жалобе выдержки из материалов уголовного дела, заключений экспертов и специалистов, показаний ФИО6, свидетелей стороны обвинения и защиты носят односторонний характер, частично искажены. Приведённые адвокатом Дворовенко В.В. выдержки не отражают в полной мере существо этих материалов, заключений, показаний и оценены стороной защитой в отрыве от других, имеющихся по уголовному делу, доказательств. Исследованные по уголовному делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и сделано судом в приговоре. Существенных противоречий между фактическими обстоятельствами уголовного дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств, проведении следственных и иных процессуальных действий по уголовному делу, которые давали бы основания для признания положенных в основу приговора доказательств недопустимыми, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ставить под сомнение выводы проведённых по уголовному делу экспертиз и положенных в обоснование выводов суда о виновности ФИО6 заключений у суда не было оснований. Все исследования проведены экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупреждёнными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных заключений. Нарушений закона и прав ФИО6 на защиту по уголовному делу, неполноты проведённых исследований, что могло повлиять на выводы экспертов, не допущено. Заключения экспертов соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», приведённые в них выводы противоречий вопреки утверждениям автора апелляционной жалобы не содержат, обоснованы научными методиками и согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Представленное в судебное заседание стороной защиты заключение специалиста № от 2 октября 2025 г., по мнению суда апелляционной инстанции, не отвечает критериям относимости, допустимости и достоверности, исходя из нижеследующего.

Во-первых, геодезическое исследование в рамках данного уголовного дела по факту ДТП, имевшего место 2 июня 2019 г. на 318 км + 159 м ФД «Кавказ» окончено 2 октября 2025 г., то есть по истечению 6 лет и 4 месяцев после ДТП.

Во-вторых, вышеуказанное геодезическое исследование проведено <данные изъяты> на основании адвокатского запроса от 10 августа 2025 г., к которому были приложены 2 фотографии выписки ГЛОНАСС, заключение эксперта от 22 апреля 2024 г. и заключение <данные изъяты> № от 12 июля 2024 г.

Адвокатом на исследование представлены снимки с квадрокоптера от 15 февраля 2025 г., полученные в результате натурного осмотра ДТП, и КПТ от 20 апреля 2024 г. №, то есть в распоряжение специалиста представлены сведения, полученные по истечению соответственно 5 лет 8 месяцев и 4 лет 10 месяцев после ДТП.

Как следует из исследовательской части вышеуказанного заключения, выезд на место происшествия осуществлён 15 февраля 2025 г., где были закоординированы разметка автомобильной дороги и дорожный знак с отметкой 318 км, то есть фото фиксация места происшествия произведена по истечению 5 лет и 8 месяцев после ДТП.

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что осмотр места происшествия начат в 22 час. 55 мин., то есть чуть более часа после ДТП, вопреки доводам стороны защиты с участием двоих понятых и водителя ФИО4, управлявшего повреждённым в результате данного ДТП автомобилем «Лада Веста». В схеме к протоколу осмотра места ДТП, подписанной понятыми и водителем ФИО4, следователем отмечены место столкновения автомобилей «Вольво ФМ» и «Форд Фокус – на правой полосе движения в сторону г. Невинномысск. Суд апелляционной инстанции отмечает, что именно на расстоянии 10 м от этого места столкновения начинаются следы шин, длиной 23,7 м, пересекающие обе полосы движения в сторону г. Невинномысск. Далее уже на правой полосе движения в сторону г. Минеральные Воды имеются следы юза и царапины на асфальтовом покрытии, длиной 1,9 м, до места выезда автомобиля «Вольво ФМ» за пределы проезжей части. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что следы разлива жидкостей транспортных средств отмечены только в месте столкновения автомобилей «Вольво ФМ» и «Форд Фокус». Каких-либо следов – кроме следов торможения автомобиля «Лада Веста» (на левой полосе) и вышеуказанных следов юза и царапин (на правой полосе) движения в сторону г. Минеральный Воды участниками вышеуказанного осмотра не установлено. Вышеизложенное объективно подтверждается имеющейся в материалах уголовного дела фото таблицей к вышеуказанному протоколу осмотра места ДТП.

Суд апелляционной инстанции также исходит из того, что фотографии, представленные стороной защиты, произведены на месте днём следующего за ДТП дня. При таких обстоятельствах считать, что эти фотографии отвечают критерию достоверности, у суда апелляционной инстанции нет оснований, поскольку в течение даже нескольких часов дорожная обстановка безусловно изменилась относительно той, какая была в момент ДТП и непосредственно после – в период вышеуказанного осмотра места ДТП.

Суд апелляционной инстанции считает, что вышеуказанные заключения экспертов, положенные судом в обоснование обвинительного приговора, даны при непосредственном исследовании экспертами всех материалов уголовного дела. В том числе вышеуказанного протокола осмотра места ДТП с приложенными к нему схемой и фото таблицей, тогда как в распоряжение специалистов, на заключения которых ссылается сторона защиты, представлялись лишь копии заключений эксперта и специалиста и только копия схемы к протоколу осмотра места ДТП.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что представленные стороной защиты заключения специалистов не отвечают также критериям объективности и всесторонности.

Специалист – это лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном УПК РФ, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела. Лицо, привлекаемое для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию (ч. 1 ст. 58 УПК РФ). При этом, только суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определённым УПК РФ, устанавливает на основании доказательств по уголовному делу, к каковым допускаются в том числе заключения специалиста, наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела (ст. 73, 74 УПК РФ). Проверка доказательств также производится только дознавателем, следователем, прокурором, судом путём сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство (ст. 87 УПК РФ). Правила оценки приведены в ст. 88 УПК РФ, согласно которым каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. В случаях, указанных в ч. 2 ст. 75 УПК РФ, суд, прокурор, следователь, дознаватель признаёт доказательство недопустимым (ч. 2 ст. 88 УПК РФ).

Исходя из вышеизложенных норм уголовно-процессуального закона, специалист не является лицом, которое устанавливает обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, и не входит в круг лиц, которые дают оценку доказательствам.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии стороны защиты с тем, что суд сослался на заключения экспертов, давших, по мнению адвоката Дворовенко В.В., противоречивые выводы, направлены на собственную оценку этих доказательств со ссылкой на проведённое по инициативе стороны защиты заключение специалиста № от 12 июля 2024 г.

При этом специалистом дано вышеуказанное заключение на основании проведённого «ревизионного анализа заключения эксперта … от 22 апреля 2024 г. по уголовному делу …», который пришёл к выводу, что «заключение эксперта … по уголовному делу … с технической точки зрения не рекомендуется принимать в качестве допустимого доказательства. Рекомендуется назначить повторную экспертизу».

Представленное в судебное заседание заключение специалиста по результатам вышеуказанного геодезического исследования также содержит выводы о недостоверности схемы к протоколу осмотра места ДТП.

При этом именно судом оценены вышеуказанные заключения экспертов в совокупности с иными доказательствами, в том числе, как было указано выше, протоколом осмотра места ДТП с приложенными к нему схемой и фото таблицей, всем этим доказательствам, в том числе заключениям экспертов, судом дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции.

Каких-либо оснований полагать, что эксперты при даче ими вышеуказанных заключений в ходе проведённых исследований исходили из недостоверных данных, содержащихся в их распоряжении материалах уголовного дела, как на то указывает автор апелляционной жалобы, в том числе относительно технических характеристик автомобиля «Вольво ФМ», у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы каких-либо существенных противоречий доказательства, которые были положены судом в обоснование обвинительного приговора, не содержат. Основное содержание доказательств, как того требует уголовно-процессуальный закон, в приговоре судом достаточным образом раскрыто.

При этом эксперты ФИО5 и ФИО2 в исследовательской части заключения №, № от 22 апреля 2024 г. подробно описывают исследование ими дополнительных материалов, представленных стороной защиты, в том числе топографических фотоизображений, на которых только визуально определяются два участка и только предположительно розлива технических жидкостей.

Постановляя приговор, суд принял во внимание и оценил все доказательства, представленные сторонами. Фактические обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в силу ст. 73 УПК РФ, установлены судом верно. Выводы суда понятны и не противоречат доказательствам, положенным в обоснование приговора. Признаков, указывающих на установление фактических обстоятельств посредством использования не относящихся к уголовному делу, недопустимых либо недостоверных доказательств, судом апелляционной инстанции не установлено.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств уголовного дела. Все ходатайства участников судебного разбирательства рассмотрены в порядке, установленном ст. 271 УПК РФ. Отказ стороне защиты в удовлетворении ходатайства о назначении повторной автотехнической экспертизы, при надлежащем его разрешении, не свидетельствует о нарушении судом принципа состязательности сторон и права ФИО6 на защиту.

Из протокола судебного заседания следует, что все ходатайства, заявленные участниками судебного разбирательства в ходе судебного заседания, председательствующим ставились на обсуждение сторон с выяснением их мнений по данным вопросам. По результатам рассмотрения заявленных сторонами ходатайств судом принимались законные, обоснованные и мотивированные решения. Ходатайства стороны защиты надлежаще рассмотрены судом с вынесением мотивированных решений. Председательствующим в суде выполнены требования ст. 15, 243, 244 УПК РФ об обеспечении состязательности и равноправия сторон, созданы условия для реализации процессуальных прав участников судебного разбирательства на судебных стадиях производства по уголовному делу, каких-либо ограничений прав стороны защиты при представлении и исследовании доказательств по уголовному делу не допущено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы с места происшествия был изъят автомобильный регистратор XPX P10, с находящейся в нём накопительной картой памяти, установленный в автомобиле «Вольво ФМ». На момент исследования на карте памяти представленного видеорегистратора, видеофайлов, удовлетворяющих критериям поиска, экспертом не обнаружено. Не изъятие следователем данных тахографа автомобиля «Вольво ФМ» со сведениями о скорости движения автомобиля, времени труда и отдыха водителя, не установление очевидцев ДТП и не приобщение к материалам уголовного дела переданной очевидцем ДТП сотруднику ГИБДД флеш-карты с видеорегистратора, не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона. Вопреки утверждениям автора апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции исходит из положений п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ, согласно которым следователь самостоятельно направляет ход расследования, принимает решение о производстве следственных действий и иных процессуальных действий. При этом судом апелляционной инстанции не установлено обстоятельств, свидетельствующих о неполноте предварительного расследования либо судебного следствия. Объективных данных, подтверждающих, что в вышеуказанном тахографе либо в вышеуказанной флеш-карте с видеорегистратора имелись какие-либо сведения, а также наличие иных очевидцев этого ДТП, материалы уголовного дела не содержат.

По уголовному делу собрано достаточно доказательств, на основании которых суд пришёл к обоснованным выводам о виновности ФИО6, у суда также не имелось оснований для назначения повторной судебной экспертизы.

Совокупность исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств обоснованно признана судом достаточной для вывода о доказанности вины ФИО6 в совершении инкриминируемого ему деяния.

На основании тщательного анализа и объективной оценки совокупности собранных по уголовному делу и исследованных в судебном заседании доказательств суд правильно установил фактические обстоятельства уголовного дела, обоснованно пришёл к выводу о виновности ФИО6 в содеянном и правильно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлёкшее по неосторожности смерть человека – ФИО3

Оснований для иной юридической квалификации действий ФИО6, как и оснований для отмены обвинительного приговора и вынесении оправдательного приговора, как просит автор апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ, из его содержания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273-291 УПК РФ.

При назначении ФИО6 наказания суд, исходя из положений ст. 6 и 60 УК РФ, учёл характер и степень общественной опасности преступления, и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Суд апелляционной инстанции при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке исходит из положений ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ, соглашаясь с судом, учитывающим смягчающими наказание ФИО6 обстоятельствами признание вины и раскаяние в совершённом преступлении (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Смягчающими наказание ФИО6 обстоятельствами суд обоснованно учёл отсутствие у ФИО6, который впервые привлекается к уголовной ответственности, судимости, положительно характеризуется, наличие у ФИО6, являющегося инвалидом 2 группы, заболеваний (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО6, судом обоснованно не установлено.

Судом в полной мере учтены все смягчающие наказание обстоятельства, каких-либо иных смягчающих наказание обстоятельств судом апелляционной инстанции не установлено.

Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ у суда обоснованно не имелось.

Вывод суда о необходимости назначения ФИО6 наказания в виде лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, в приговоре надлежащим образом мотивирован и является правильным.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда, что исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не усматривается. Таким образом, оснований для применения положений ст. 64 УК РФ при назначении ФИО6 наказания не имелось у суда, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

В силу ч. 7 ст. 53.1 УК РФ оснований для разрешения вопроса о замене наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном ст. 53.1 УК РФ, по мнению суда апелляционной инстанции, не имелось.

Исходя из вышеизложенного, назначенное ФИО6 наказание в виде лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, по своему виду и размеру отвечает, как закреплённым в уголовном законе целям восстановления социальной справедливости, исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений, так и принципам справедливости и гуманизма.

В силу п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности, если со дня совершения преступления средней тяжести прошло 6 лет. В соответствии с положениями ч. 3 ст. 15 УК РФ преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ, за которое осуждён ФИО6, относится к преступлениям средней тяжести.

Сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу (ч. 2 ст. 78 УК РФ).

Указанное преступление ФИО6 совершено 2 июня 2019 г., данных о том, что он уклонялся от следствия или суда, влекущих за собой приостановление течения сроков давности, в материалах уголовного дела не имеется.

Тем самым, срок давности уголовного преследования истёк (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). В связи с чем, осуждённый ФИО6 подлежит освобождению от назначенного по ч. 3 ст. 264 УК РФ наказания.

Суд обоснованно пришёл к выводу об освобождении ФИО6 от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Вместе с тем, судом ошибочно сделана ссылка на п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора, что подлежит устранению судом апелляционной инстанции.

Кроме того, при освобождении ФИО6 от назначенного наказания судом излишне определён вид исправительного учреждения, также необоснованно оставлена без изменения мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении, что также подлежит устранению судом апелляционной инстанции.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона влекущих отмену или иное изменение приговора суда, неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену приговора суда в отношении ФИО6 по доводам апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции не установлено.

Вопреки доводам стороны защиты гражданский иск потерпевшего Потерпевший №3 о компенсации морального вреда судом разрешён в соответствии с положениями ст. 151, 1101 ГК РФ. Размер компенсации морального вреда, взысканный в пользу Потерпевший №3, является соразмерным и справедливым, определён судом с учётом степени моральных страданий потерпевшего, связанных с гибелью близкого ему человека – отца ФИО3, с учётом характера и обстоятельств совершённого преступления, степени вины причинителя вреда. Суд апелляционной инстанции отвергает изложенные в судебном заседании доводы адвоката Дворовенко В.В. и соглашается с определённым судом размером компенсации морального вреда, который также исходил из материального положения осуждённого, реальных возможностей для его возмещения, иных заслуживающих внимания обстоятельств, является разумным и не носит завышенного либо формального характера.

Вопрос о вещественных доказательствах судом разрешён в соответствии с п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Минераловодского городского суда Ставропольского края от 10 сентября 2025 г. в отношении ФИО6 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части указание суда о подтверждении потерпевшими и свидетелями показаний подсудимого;

исключить в описательно-мотивировочной части из перечня доказательств, приведённых судом, заключение судебной автотехнической экспертизы № от 25 февраля 2021 г. (том 2 л.д. 241-249);

указать в описательно-мотивировочной и резолютивной части об освобождении ФИО6 от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования на основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ, исключив указание суда на п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ;

исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной части указание суда о виде исправительного учреждения – колонии-поселения;

указать в резолютивной части об отмене меры пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок на обжалование в порядке сплошной кассации может быть восстановлен судьёй суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл. 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подаётся непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

При этом осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Мотивированное апелляционное постановление составлено 1 ноября 2025 г.

Председательствующий судья Ж.Ю. Романова