Приговор № 1-43/2017 от 7 апреля 2017 г. по делу № 1-43/2017

П Р И Г О В О Р

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

3 мая 2017 года г. Киреевск Тульской области

Киреевский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего Кирюхина Г.Д.,

при секретаре Майоровой Т.В.,

с участием

государственного обвинителя помощника Киреевского межрайонного прокурора Тульской области Марковой Д.К.,

подсудимых ФИО5, ФИО6,

защитников-адвокатов: Караваева А.И., представившего удостоверение № от 17 февраля 2014 года и ордер № от 10 апреля 2017 года, Брянского И.В., представившего удостоверение № от 31 декабря 2002 года и ордер № от 8 апреля 2017 года

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО5, <данные изъяты>, ранее судимого: 10 апреля 2007 года Зареченским районным судом г. Тулы по ч.3 ст.30, ч.1 ст.228.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года; 23 декабря 2009 года Пролетарским районным судом г. Тулы по ч.3 ст.30, ч.1 ст.228.1 УК РФ, ч.1 ст.228 УК РФ, ст.70 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года 9 месяцев (в редакции постановления Щекинского районного суда Тульской области от 24 июля 2012 года, постановления президиума Тульского областного суда от 24 сентября 2013 года), освободившегося по отбытию наказания 17 июня 2014 года (судимости не сняты и не погашены),

ФИО7, <данные изъяты>, несудимой,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО5 и ФИО7 умышленно причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, с применением предмета используемого в качестве оружия, группой лиц.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

12 марта 2016 года примерно в 23 часа ФИО5, Павлович (до заключения брака 17 января 2017 года ФИО10) О.Р. и ФИО1 находились в помещении службы такси, расположенном у <адрес>, где после распития спиртного ФИО5 и ФИО1 между ФИО5, ФИО7 и ФИО1 на почве личных неприязненных отношений произошла ссора, так как ФИО1 просил продать ему спиртное, а ФИО5 и ФИО7 выгоняли его из данного помещения. В результате этого у ФИО5 и ФИО7 возник преступный умысел на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1 группой лиц, с применением предмета, используемого в качестве оружия, - металлической трубы. Действуя группой лиц без предварительного сговора, реализуя свой преступный умысел, осознавая общественную опасность своих действий и их последствия, желая и предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, 12 марта 2016 года примерно в 23 часа 30 минут ФИО7, находясь в указанном помещении службы такси, металлической трубой, имевшейся в данном помещении, применяя ее как предмет, используемый в качестве оружия, нанесла один удар по правой ноге ФИО1, умышлено причинив ему телесные повреждения: <данные изъяты>, имеющие медицинские критерии тяжкого вреда здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. После этого ФИО7 передала металлическую трубу ФИО5, который реализуя свой преступный умысел, осознавая общественную опасность своих действий и их последствия, желая и предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, применяя металлическую трубу, как предмет, используемый в качестве оружия, умышленно нанес ей, а также ногами и руками, множественные удары по телу и лицу ФИО1, умышлено причинив ему телесные повреждения: <данные изъяты>, имеющие медицинские критерии тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни человека; <данные изъяты>, имеющие медицинские критерии средней тяжести вреда здоровью по признаку длительности вреда здоровью; <данные изъяты>, имеющий медицинские критерии легкого вреда здоровью по признаку кратковременности расстройства здоровья; <данные изъяты>, не повлекшие кратковременности расстройства здоровья и расцениваемые, как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Подсудимый ФИО5 виновным себя в совершении инкриминируемого ему преступления признал частично и показал, что 12 марта 2016 года в 20-21 час вечера в диспетчерскую такси, где находились он и ФИО7, пришел ФИО1, после чего он и ФИО1 распили принесенное тем спиртное. В 24-м часу он (ФИО5) и ФИО7 стали убираться в помещении, а ФИО1, попросил у ФИО7 продать ему водки, так как ранее та торговала спиртным, но получил отказ. Затем по просьбе ФИО1 он передал ему имевшуюся в помещении металлическую трубу, но через какое-то время услышал крик ФИО1, увидел трубу в руках ФИО7 и, испугавшись за нее, выхватил трубу у нее из рук и ударил ей ФИО1 снизу вверх в челюсть, затем правой ногой в левый бок и еще несколько ударов нанес по телу трубой. После этого ФИО1 закрыл лицо руками и прижал ноги к телу, а когда попытался встать, он ударил его руками по лицу и телу, а потом по телу ногой. После этого ФИО7 вызвала из дома своего отца ФИО8 и такси, он и ФИО8 погрузили ФИО1 в машину такси водителя ФИО4 и тот отвез его домой. Не согласен с тем, что преступление совершено группой лиц, считает, что перелом ноги ФИО1 был причинен им (ФИО5).

Он же (ФИО5) в ходе предварительного расследования на допросе в качестве подозреваемого от 30 августа 2016 года в присутствии адвоката показал, что 12 марта 2016 года после прихода примерно в 22 часа ФИО1 и совместного распития спиртного с ним в службе такси тот в грубой форме потребовал у ФИО7 продать ему спиртное, а получив отказ, пообещал, что все разнесет, но водку найдет. Испугавшись за беременную ФИО7, он стал выталкивать ФИО1 из помещения, и тот нанес ему (ФИО5) удар в лицо, после чего он так же ударил 4-5 раз кулаком правой руки в лицо ФИО1 и, споткнувшись, тот упал и ударился об домкрат или о стеллаж, и он вытолкнул ФИО1 на улицу, вызвал такси и того на такси увезли домой. Трубой ФИО1 он не бил, нанес ему несколько ударов в лицо, полагает, что имеющиеся повреждения ФИО1 получил в результате падения, ударившись о предметы, находящиеся в помещении (том 2, л.д. 4-6).

Он же (ФИО5) в ходе предварительного расследования на допросе в качестве обвиняемого от 13 октября 2016 года в присутствии адвоката свою вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ признал частично, подтвердил ранее данные им показания в качестве подозреваемого и показал, что после нанесения ему ФИО1 одного удара кулаком правой руки в челюсть слева в больницу он не обращался, так как телесных повреждений не получил. От дальнейших показаний отказывается на основании ст.51 Конституции РФ (том 2, л.д. 12-16).

Он же (ФИО5) в ходе предварительного расследования на дополнительном допросе в качестве обвиняемого от 19 декабря 2016 года в присутствии адвоката свою вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ признал частично и показал, что давая показания ранее, пытался выгородить себя. 12 марта 2016 года после прихода ФИО1 примерно в 20 - 21 час в службу такси и совместного распития спиртного ФИО1 и им, в начале первого часа ночи 13 марта 2016 года ФИО1 потребовал у ФИО7 продать ему спиртное, на что получил отказ. Несмотря на это, ФИО1 настаивал на своем, угрожая разнести помещение и найти спиртное. Затем по просьбе ФИО1 он передал ему металлическую трубу, услышав крик ФИО1 на ФИО7, он увидел, что ФИО1 сидит на диване, наклонившись вперед, как будто хочет кинуться на нее, и, испугавшись за ФИО7, находившуюся на шестом месяце беременности, в одной из рук у которой была металлическая труба, он (ФИО5) выхватил у нее трубу и ударил ей ФИО1 снизу вверх в челюсть, отчего тот откинулся назад и прикрыл лицо руками, он правой ногой ударил ФИО1 в левой бок в область живота и тот завалился на правый бок на диване, а он один-два раза ударил ФИО1 по туловищу металлической трубой, а затем еще несколько раз - трубой по туловищу и ногам. После этого ФИО7 отняла у него трубу, а он стал наносить удары правой рукой в область лица и туловища лежащему на диване на спине ФИО1 и тот свернулся на правом боку. Когда ФИО7 стала оттаскивать его от ФИО1, он схватился за шкаф руками и правой ногой нанес удары по телу ФИО1 После этого ФИО7 оттащила его от ФИО1, по телефону сообщила ФИО8 о драке, и он (ФИО5) и ФИО8 довели ФИО1 до машины такси. Он (ФИО5) не видел, чтобы ФИО7 била ФИО1, стал бить его, чтобы защитить беременную жену (том 3, л.д. 145-148).

Он же (ФИО5) в ходе предварительного расследования на допросе в качестве обвиняемого от 26 декабря 2016 года свою вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ, признал частично и в присутствии адвоката показал, что после допроса 19 декабря 2016 года он разговаривал с ФИО7 и та пояснила, что удара трубой ФИО1 не наносила, трубу не смогла удержать одной рукой, когда тот передал ей трубу, в результате чего труба ударила одним концом по ноге ФИО1 Предполагает, что все телесные повреждения, имеющиеся у ФИО1 и относящиеся к категории тяжких, причинены им (ФИО5) (том 3, 154-158).

По поводу оглашенных показаний подсудимый ФИО5 пояснил, что первоначальные показания в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого о нанесении ему удара ФИО1 он дал, чтобы избежать наказания, последующие показания на предварительном следствии подтверждает.

Подсудимая ФИО7 свою вину в совершении инкриминируемого ей преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ, не признала и показала, что 12 марта 2016 года с 9 часов утра находилась на рабочем месте в диспетчерской такси. Примерно около 20 часов 30 минут в диспетчерскую пришел ФИО1, у которого с собой была бутылка водки, и ее муж ФИО5 и ФИО1 распили ее. 13 марта 2016 года примерно в 00 часов 20 минут ФИО1 попросил ее продать ему водки, на что она ответила, что водкой не торгует, так как ее за это оштрафовали, однако ФИО1 продолжал просить продать ему спиртное, и кричал матом, что все равно спиртное найдет. Потом ФИО1 успокоился и ФИО5 дал ему посмотреть трубу, находившуюся в помещении, но ФИО1, сидя на диване, резко сунул эту трубу ей, от неожиданности она не смогла удержать ее, и одним концом труба попала по ноге чуть ниже колена ФИО1, который выругался матом в ее адрес. Тогда ФИО5 вырвал у нее трубу из рук, снизу ударил трубой в челюсть ФИО1 и стал бить его трубой, ногами и руками по телу. Она стала оттаскивать ФИО5 от ФИО1, но тот схватился руками за шкаф и 2 раза ударил ногами ФИО1 по лицу и по телу. Когда драка прекратилась, она позвонила своему отцу ФИО8 и водителю такси ФИО4, чтобы тот отвез ФИО1 домой, зафиксировав вызов в журнале. Затем ФИО8 и ФИО5 довели ФИО1 до машины и ФИО4 отвез его домой. Когда ФИО1 находился в больнице, она просила его сказать, что не била его, то есть правду, и ФИО1 сказал, что избил и сломал ему ногу ФИО5, однако так как денег она ему не заплатила, впоследствии стал говорить, что она нанесла ему удар ногой. Считает, что перед тем, как ФИО1 был избит ФИО5, конфликта между ней и ФИО1 не было, его угрозы разнести помещение службы такси она не восприняла всерьез.

На допросе в качестве подозреваемой от 12 октября 2016 года ФИО7 в присутствии адвоката от дачи показаний отказалась в соответствии со статьей 51 Конституции РФ (том 2, л.д. 52-56).

Она же на допросе в качестве обвиняемой от 13 октября 2016 года вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ, не признала и в присутствии адвоката показала, что отцом ее сына – ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения является ФИО5, с которым она с марта 2015 года проживает по адресу: <адрес>, и который принимает участие в его содержании и воспитании. От дачи показаний отказывается в соответствии со ст. 51 Конституции РФ (том 2, л.д. 62-66).

Она же на дополнительном допросе в качестве обвиняемой от 19 декабря 2016 года в присутствии адвоката показала, что 12 марта 2016 года примерно в 20 - 21 час в службу такси пришел ФИО1, который предложил находившемуся там ФИО5 выпить с ним принесенное спиртное. В начале первого часа 13 марта 2016 года, когда ФИО1 и ФИО5 допили спиртное, она предложила ФИО1 идти домой, однако тот попросил ее продать ему водки, а когда она сказала, что спиртным больше не торгует, ФИО1 стал настаивать на этом и угрожать, что разнесет помещение, но найдет спиртное. Когда по просьбе ФИО1, сидевшего на диване, ФИО5 передал тому металлическую трубу, ФИО1 неожиданно сунул эту трубу ей в правую руку, но она не удержала ее, и труба упала на правую голень ноги ФИО1, закричавшему на нее матом. Тогда ФИО5, выхватив у нее трубу, ударил ей ФИО1 снизу вверх в челюсть, затем правой ногой в левой бок и один-два раза трубой по телу ФИО1 После этого она отняла трубу у ФИО5, который стал наносить удары правой рукой по лицу и телу ФИО1, и она стала оттаскивать ФИО5, но тот схватился за шкаф руками и правой ногой наносил удары по телу ФИО1 Она смогла оттащить ФИО5 от ФИО1 и вызвала машину такси, перед этим позвонив своему отцу ФИО8 и сообщив ему, что произошла драка. В машину такси ФИО1 шел сам, а ФИО5 и ФИО8 помогали ему, держа под руки. Она и ФИО5 ни о чем не договаривались, и совместно подвергать ФИО1 избиению не хотели (том 3, л.д. 110-114).

Она же на дополнительном допросе в качестве обвиняемой от 26 декабря 2016 года вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ, не признала и в присутствии адвоката показала, что специально ФИО1 не била, трубу уронила случайно, так как не смогла удержать ее одной рукой, с ФИО5 ни о чем не договаривалась и совместно с ним не хотела подвергать избиению ФИО1, напротив во время избиения пыталась помешать ФИО5 Когда она приходила в больницу к ФИО1, тот не имел к ней претензий, утверждал, что его избил ФИО5 за что должен заплатить 100000 рублей (том 3, л.д. 120-124).

Она же в ходе предыдущего судебного разбирательства в судебном заседании от 15 ноября 2016 года показала, что 12 марта 2016 года в начале 24-го часа попросила ФИО1 уйти из службы такси, когда тот попросил ее продать ему водки. После этого ФИО1, рассматривавший переданную ему ФИО5 трубу, резко отдал эту трубу ей, она не удержала ее и труба упала на ногу ФИО1, который закричал, но как она считает, не от боли. После этого ФИО5 избил ФИО1, в том числе и трубой, и она позвонила отцу ФИО8, так как ей было страшно. Считает, что телесные повреждения у ФИО1 образовались от ее и ФИО5 действий, вину не признает, так как нечаянно уронила трубу на ногу ФИО1 (л.д. 172-174).

Анализируя вышеизложенные показания подсудимой ФИО5, суд принимает во внимание, что в судебном заседании от 15 ноября 2016 года она пояснила, что конфликт ФИО7 с ФИО1 из-за просьбы последнего продать ему водки произошел 12 марта 2016 года в начале 24-го часа.

Несмотря на частичное признание своей вины подсудимым ФИО5 и не признание своей вины подсудимой ФИО7 их вина в совершении инкриминируемого им преступления подтверждается совокупностью следующих доказательств.

Потерпевший ФИО1 показал, что вечером 12 марта 2016 года он пришел в диспетчерскую такси, где находились ФИО16 и ФИО5 Там он и ФИО5 распили принесенную им (ФИО1) бутылку водки и после этого он попросил у ФИО7, у которой ранее уже покупал спиртное, продать ему бутылку водки, на что та ему сказала сесть на диван и не мешать убираться в помещении. Через какое-то время ФИО5 достал из-за дивана металлическую тяжелую трубу длиной около 1 метра, пояснив, что она нужна для защиты. С разрешения ФИО5 он посмотрел трубу и передал ее ФИО7, рядом с которой находился, снова попросив ее продать ему водки, но та снова ответила отказом, примерно в 23 часа 30 минут неожиданно с силой нанесла ему удар трубой по голени правой ноги, а затем передала трубу ФИО5, который сразу нанес ему удар трубой снизу вверх в челюсть. От этого удара у него хрустнуло во рту и пошла кровь, он завалился на правый бок, а ФИО5 нанес ему более 10 ударов трубой и стал наносить удары руками и ногами от головы до пояса в левую сторону, пока ФИО7 не остановила его. После избиения он не смог встать, так как правая нога висела на коже, тогда ФИО7 позвонила знакомому таксисту (ФИО4), после чего его затащили в «Жигули» и ФИО4 довез его до дома, затащил в подъезд к двери квартиры и уехал. На следующий день он позвонил своим друзьям ФИО13 и ФИО14 и те вызвали ему «Скорую помощь». Когда он (ФИО1) находился на лечении в больнице и после выписки из больницы уже на предварительном следствии ФИО7 предлагала ему деньги, попросив сказать, что его избивал только ФИО5, на что он ответил, что будет говорить так, как было на самом деле.

Он же (ФИО1) в ходе предварительного расследования на допросе от 17 мая 2016 года показал, что 12 марта 2016 года примерно в 23 часа 30 минут он несколько раз просил у ФИО7 продать ему спиртное, на что та отвечала отказом. Это, наверное, разозлили ФИО7, потому что она неожиданно с размаху с силой ударила его трубой, которую держала двумя руками, по его правой ноге, когда он сидел на диване, и он от боли выразился нецензурной бранью. Затем ФИО7 передала трубу ФИО5 и тот сразу же ударил его трубой в челюсть снизу, потом стал наносить удары трубой по левой стороне тела, а затем - руками по лицу, а ногами по левой ноге. После его избиения ФИО7 и ФИО5 вызвали такси и под руки дотащили его до машины. Возле своего дома он объяснил таксисту, что сам выйти не может, так как возможно у него сломана нога, и тот практически донес его до двери квартиры. 13 марта 2016 года он позвонил ФИО13 и ФИО14, которые увидев его состояние, вызвали машину скорой помощи. При этом он пояснил им, что в помещении такси его избили трубой ФИО7 и ФИО5 после того, как он попросил их продать ему спиртное. Об этом же он сообщил фельдшеру по дороге в больницу (том 1, л.д. 64-69).

Он же (ФИО1) в ходе предварительного расследования на дополнительном допросе от 14 сентября 2016 года показал, что ранее данные показания подтверждает и дополнил, что ФИО7 и ФИО5 стали избивать его после просьбы продать спиртное. Когда он находился на лечении в Киреевской ЦРБ, туда приходила ФИО7, которая просила его не писать заявление в полицию и предлагала за это деньги, но он отказался от этого. Впоследствии она же по телефону предлагала ему изменить показания, за что готова заплатить. Все телесные повреждения ему причинили ФИО7 и ФИО5 (том 1, л.д. 70-74).

Он же (ФИО1) в ходе предварительного расследования на очной ставке с ФИО5 от 25 августа 2017 года показал, что 12 марта 2016 года после совместного распития спиртного с ФИО5 он попросил ФИО7 продать ему спиртное, в чем ему, несмотря на неоднократные просьбы, было отказано. После того, как он посмотрел металлическую трубу и передал ее ФИО7, та беспричинно нанесла ему удар трубой по ноге, после чего передала ее ФИО5, который продолжил его избиение (том 1, л.д. 168-171).

Он же (ФИО1) в ходе предварительного расследования на очной ставке с ФИО7 24 августа 2017 года показал, что 12 марта 2016 года после совместного распития спиртного с ФИО5 после того, как он посмотрел металлическую трубу и передал ее ФИО7, та нанесла ему удар трубой по ноге в область правой голени, после чего передала ее своему сожителю (ФИО5), который продолжил его избиение, после избиения ФИО7 вызвала такси, к которому его донесли ФИО7 и ФИО5 (том 1, л.д. 176-178).

Он же (ФИО1) в ходе предварительного расследования на дополнительном допросе от 20 февраля 2017 года показал, что по действия ФИО7 12 марта 2016 года было видно, что удар она нанесла умышленно, уронить трубу ему на ногу ей помешал бы подлокотник дивана. Считает, что ФИО5 и ФИО7 действовали совместно, так как ФИО7 передала трубу ФИО5 после того, как ударила его сама, сказала тому прекратить избиение, дождавшись, когда ФИО5 его изобьет, и только тогда забрала трубу. На следственном эксперименте он показал, как ему нанесла удар ФИО7 и как наносил удары ФИО5 Он (ФИО1) знал о том, что ФИО7 беременна, и никогда бы не обидел ее, плохих слов перед ударом трубой ей не высказывал. В настоящее время в углу около дивана стоит компрессор, которого 12 марта 2016 года там не было. До избиения ФИО7 и ФИО5 телесных повреждений у него не было (том 3, л.д. 29-35).

Он же (ФИО1) в ходе предыдущего судебного разбирательства в судебном заседании от 10 ноября 2016 года показал, что вечером 12 марта 2016 года он пришел в помещение такси, где он и ФИО5 распили принесенную им бутылку водки, против чего не возражала ФИО7 В процессе распития ему никто не угрожал, конфликтов и ссор с присутствовавшими не было. Затем он несколько раз просил ФИО7 продать ему спиртное, та отказывалась, она и ФИО5 потребовали от него уйти из диспетчерской, после чего ФИО7 неожиданно нанесла ему удар металлической трубой по правой ноге ниже колена, держа трубу двумя руками. Затем передала трубу ФИО5, который ударил его трубой снизу в челюсть, нанес ей еще не менее 10 ударов в основном в верхнюю часть тела, а также руками и ногами. Когда ФИО7 сказала прекратить избивать его, ФИО5 подчинился, ему вызвали машину такси, до которой его довели ФИО7 и ФИО5 и отправили его домой (том 2, л.д. 158-160).

Свидетель ФИО4 показал, что 12 марта 2016 года примерно в 21-22 часа диспетчер такси ФИО7 вызвала его в помещение диспетчерской, где к его приезду находились ФИО7 и ФИО5 и пьяный ФИО1 После этого ФИО7 и ФИО5 посадили на заднее сиденье автомобиля ФИО1, который передал ему 100 рублей за проезд, и он довез ФИО1 до дома, заволок в подъезд на первый этаж и ушел.

Он же (ФИО4) подтвердил свои показания, данные на допросе в ходе предварительного расследования, о том, что 13 марта 2016 года примерно в 00 часов диспетчер такси ФИО7 по телефону сообщила, что нужно отвезти человека от диспетчерской. Приехав туда примерно через 5 минут, в помещении диспетчерской он увидел ФИО7 и ФИО5, находившегося в состоянии сильного алкогольного опьянения, и жителя поселка ФИО1 со следами бурого цвета на лице, похожими на кровь, и так же в состоянии сильного алкогольного опьянения. ФИО7 и ФИО5 под руки довели до автомобиля ФИО1, который в салоне назвал адрес и расплатился, возле подъезда дома попытался выйти из салона машины, но у него ничего не получилось и он (ФИО4), подхватив, практически волоком затащил ФИО1 в подъезд, где оставил возле двери квартиры. 15 марта 2016 года в 9 часов в диспетчерской ФИО7 и ФИО5 сказали ему, что он в диспетчерскую не приезжал, в ту ночь никого и никуда не отвозил, на что он ответил, что отвечать за них не будет, хотя о том, что произошло между ФИО1, ФИО5 и ФИО7 ему неизвестно (том 1, л.д. 84-89).

Свидетель ФИО11 показала, что около трех месяцев проработала диспетчером в службе такси в пос. Бородинский около магазина <данные изъяты> по графику сутки через двое, меняя по смене ФИО7, с которой у нее дружеские отношения. О том, что ФИО1 избили в диспетчерской такси, ей стало известно по слухам. В обеденное время ей позвонил хозяин такси ФИО12 и, узнав, что ей ничего неизвестно, попросил позвонить ФИО1 и узнать, что произошло. Однако дозвониться до ФИО1 она смогла только через две недели, и тот рассказал, что его кто-то избил около диспетчерской. С ФИО7 и сменщицей ФИО3 на эту тему она не разговаривала, а таксисты ничего не рассказывали. Ей известно о фактах продажи алкоголя ФИО7 на рабочем месте, так как спиртным торговали все диспетчеры.

Она же (ФИО11) в ходе предварительном расследования показала, что с декабря 2015 года по апрель 2016 года работала диспетчером в службе такси около <адрес>. О том, что в смену ФИО7 избили человека она узнала от ФИО12, а позже ФИО1 рассказал ей, что в марте 2016 года его избили ФИО7 и ФИО5, после чего он лежал в больнице. ФИО1 никогда себя агрессивно не вел, не хамил, не дрался, не приставал (том 1, л.д. 98-103).

По поводу показаний, данных на допросе в ходе предварительного расследования, свидетель ФИО11 пояснила, что не исключает, что ФИО1 мог рассказать ей об избиении.

Свидетель ФИО3 показала, что с 15 декабря 2015 года она работала диспетчером в такси по адресу: <адрес>, по графику сутки через двое, с 9 часов утра до 9 часов утра следующего дня. Все вызовы такси дежурным диспетчером фиксировались в журнале, где указывались дата, время, адрес, куда должна выехать машина, последние четыре цифры номера телефона, а так же номер и марка автомашины и стоимость заказа. В марте 2016 года она пришла менять ФИО11, которая ей рассказала, что ФИО7 и ее сожитель ФИО5 избили ФИО1 металлической трубой, а водитель такси ФИО4 сообщил, что отвозил избитого домой.

Свидетель ФИО12 показал, что в пос. Бородинский у него имелась служба такси и шиномонтаж, находившиеся в одном здании возле <адрес>. При этом шиномонтаж работал с 9 часов до 17 часов, а диспетчерская такси - круглосуточно. Три диспетчера службы такси работали по графику сутки через двое с 9 часов утра до 9 часов утра следующего дня и фиксировали вызовы автомобилей такси в журнале, который заполнялся тем диспетчером, чья смена была. Однако его в этом журнале интересовало только количество звонков на номер диспетчера. 13 марта 2016 года диспетчер ФИО11 сообщила ему, что поздно вечером 12 марта 2016 года в помещении диспетчерской ФИО5 ударил трубой ФИО1, который после этого попал в больницу. На его (ФИО12) вопросы ФИО7 пояснила ему, что ФИО1 был пьян, ее муж ФИО5 заступился за нее и нанес удар трубой ФИО1

Он же (ФИО12) на допросе в ходе предварительного расследования показал, что 13 марта 2016 года от сотрудников полиции ему стало известно, что вечером 12 марта 2016 года в смену диспетчера ФИО7 ей и ФИО5 металлической трубой был избит ФИО1, поэтому он сразу вызвал к себе ФИО7 и попросил объяснить, что случилось 12 марта 2016 года между ней, ФИО5 и ФИО1, на что та ответила, что это проблема ее и ФИО5 (том 1, л.д. 91-96).

По поводу оглашенных показаний свидетель ФИО12 пояснил, что про избиение ФИО1, в том числе и ФИО7, ему ничего неизвестно. ФИО7 была уволена из такси в связи с тем, что ее сожитель ФИО5 избил ФИО1, а так же из-за того, что в ее смену выручка всегда была меньше, чем в смену других диспетчеров.

Свидетель ФИО13 показал, что в один из дней примерно в середине марта 2016 года примерно в 16 часов - 16 часов 30 минут ФИО1 по телефону попросил привезти ему костыли. После этого он и ФИО14 приехали к ФИО1 домой и, увидев висящую правую ногу, сдвинутую на бок челюсть, ходившую кость в ноге и синие ребра, вызвали скорую помощь ФИО1, который рассказал, что распивал спиртное в диспетчерской такси, после чего ему нанесли там телесные повреждения сначала ФИО7, а потом ФИО5 В Киреевской ЦРБ выяснилось, что у ФИО1 имеются переломы ноги и челюсти, отбита селезенка, и его сразу отправили на операцию.

Он же (ФИО13) в суде подтвердил свои данные на допросе в ходе предварительного расследования показания о том, что в середине марта 2016 года примерно в 16-17 часов после телефонного звонка ФИО1 он и ФИО14 приехали к ФИО1, на лице и теле которого имелись телесные повреждения. На вопросы ФИО1 сообщил им, что накануне в диспетчерской службы такси <адрес> он распивал спиртное, где его избили трубой Ольга (ФИО7) и ее сожитель (ФИО5). Прибывшие сотрудники скорой помощи отвезли ФИО1 в больницу, где выяснилось, что у ФИО1 имеются переломы ноги и челюсти, а также имеется <данные изъяты> (том 1, л.д. 119-120).

Свидетель ФИО14 показал, что в один из дней в начале марта 2016 года ближе к вечеру ФИО13 позвонил ФИО1 и попросил привезти ему костыли. Приехав домой к ФИО1, он и ФИО13 сразу вызвали скорую помощь, так как по внешнему виду ФИО1 было понятно, что ему плохо. ФИО1 пояснил, что накануне после распития водки в диспетчерской такси его избили там трубой ФИО7 и ее сожитель (ФИО5). В больнице выяснилось, что у ФИО1 переломы ноги и челюсти, а также <данные изъяты>.

Он же (ФИО14) в суде подтвердил свои данные на допросе в ходе предварительного расследования показания о том, что звонок ФИО1 на телефон ФИО13 был в середине марта 2016 года примерно в 16-17 часов. После этого он и ФИО13 приехали к ФИО1, у которого на лице и теле имелись телесные повреждения. ФИО1 сообщил им, что накануне находился в диспетчерской службы такси <адрес>, где его избили ФИО7 и ее сожитель (ФИО5) (том 1, л.д. 122-123).

Свидетель ФИО2 - фельдшер ГУЗ «Кирееская ЦРБ» - показала, что 13 марта 2016 года вечером поступил вызов по адресу: <адрес>. Дверь открыли друзья потерпевшего ФИО1, состояние которого было тяжелым: у него был переломы голени и ребер, признаки перелома челюсти. ФИО1 пояснил, что в помещении такси на <адрес> он выпил водки, его стали выгонять оттуда и избили трубой сначала женщина, а потом трубой, руками и ногами - мужчина.

Она же (ФИО2) в суде подтвердила свои данные в ходе предварительного расследования показания о том, что 13 марта 2016 года в 19 часов 41 минуту поступил вызов по адресу: <адрес>. Там она оказала первую медицинскую помощь ФИО1, который был транспортирован в приемный покой Киреевской ЦРБ, где ему был постановлен диагноз: <данные изъяты>. ФИО1 пояснил, что его избили трубой в службе такси по <адрес> сначала женщина, которая там работает, а потом ее муж, который кроме трубы бил его руками и ногами. В квартире ФИО1 находились два его друга, в присутствии которых он это все рассказывал (том 3, л.д. 43-48).

Свидетель ФИО8 – отец ФИО7 – на допросе в ходе предварительного расследования показал, что 13 марта 2016 года в начале первого часа ночи он находился дома, когда ему позвонила ФИО7 и попросила прийти к ней на работу в службу такси, пояснив, что кто-то буянит. Когда он пришел туда, то увидел в диспетчерской в кресле парня по имени <данные изъяты> (ФИО1), а на диване свою дочь и ее мужа ФИО5 Дочь сообщила ему, что ФИО1 ругался матом и буянил, не хотел покидать службу такси. Крови и каких-либо повреждений у ФИО1 он не видел. Затем подъехала автомашина такси под управлением жителя пос. Бородинский <данные изъяты> (ФИО4) и дочь попросила его (ФИО8) помочь ФИО5 довести ФИО1 до автомашины, что они и сделали, держа того под руки и посадив на заднее сиденье, так как тот был сильно пьян (том 3, л.д. 40-42).

Анализируя показания потерпевшего ФИО1 и свидетелей ФИО4, ФИО11, ФИО3, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО2, ФИО8 в их совокупности, суд отмечает, что все свидетели непосредственными очевидцами преступления не являлись, однако свидетели ФИО4, ФИО13, ФИО14, ФИО2 в суде подтвердили, что 13 марта 2016 года видели избитого ФИО1, что в указанный день тот пояснил ФИО13, ФИО14 и ФИО2, что был избит металлической трубой именно ФИО7, что ФИО5, кроме трубы, избивал его руками и ногами; свидетели ФИО12 и ФИО3 в суде пояснили об этом же, ссылаясь на ФИО11, а последняя в суде после оглашения показаний, данных на предварительном следствии, пояснила, что об избиении ей сообщал ФИО1; из показаний свидетеля ФИО8 следует, что об обстоятельствах совершенного в отношении ФИО1 преступления ему ничего неизвестно.

Однако присутствие ФИО8 в диспетчерской такси после избиения потерпевшего ФИО1 опровергается не только показаниями потерпевшего, но и показаниями ФИО4, непосредственно видевшего ФИО1 после избиения и отвозившего его домой, а показания свидетеля ФИО11 в суде о том, что ей ничего неизвестно о факте избиения ФИО1 опровергаются показаниями свидетелей ФИО3 и ФИО12, которые прямо сослались на нее, как на лицо, сообщившее им об избиении ФИО1

При таких обстоятельствах суд расценивает показания свидетеля ФИО8 в ходе предварительного расследования, а показания ФИО11 в суде, как обусловленные родственными (ФИО8) и дружескими (ФИО11) отношениями с ФИО7 и их стремлением помочь ей избежать уголовного наказания за содеянное.

Давая оценку показаниям потерпевшего ФИО1, а также свидетелей ФИО4, ФИО3, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО2 в суде и на предварительном следствии в их совокупности, суд учитывает, что данные ими показания получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, подробны и последовательны, подтверждают и дополняют друг друга, а также согласуются между собой, в связи с чем признает их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами вины подсудимых ФИО7 и ФИО5 в инкриминируемом им преступлении.

Также показания вышеуказанных лиц соответствуют письменным доказательствам по уголовному делу:

- протоколу осмотра места происшествия от 23 марта 2016 года, согласно которому осмотрено подсобное помещение в помещении шиномонтажа возле <адрес>, согласно которому с правой стороны от входа имеется шкаф, рядом стол, стул, диван, на столе стоит телевизор, с правой стороны от верстака находится металлическая труба, которая изъята (том 1, л.д. 42);

- протоколу следственного эксперимента от 28 июня 2016 года, в ходе которого потерпевший ФИО1 дал пояснения и показал, как ФИО6 и ФИО5 причинили ему телесные повреждения 12 марта 2016 года в помещении такси около <адрес> (том 1, л.д. 134-142);

- заключению эксперта № от 12 апреля 2016 года, согласно которому у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имеются повреждения: <данные изъяты> (том 1, л.д. 183-184);

- заключению эксперта № от 14 июля 2016 года, согласно которому, повреждения лица у ФИО1 в виде <данные изъяты> могли образоваться как от удара кулаком, так и от удара металлической трубой в область нижней челюсти, т.е. как при обстоятельствах, указанных ФИО1, так и при обстоятельствах, указанных ФИО5, причинение повреждений туловища и правой ноги в виде <данные изъяты> не исключается при обстоятельствах, указанных ФИО1 (том 1, л.д. 192-194);

- заключению эксперта № от 2 сентября 2016 года, согласно которому повреждения лица у ФИО1 в виде <данные изъяты> могли образоваться как от удара кулаком, так и от удара металлической трубой в область нижней челюсти; причинение повреждений туловища и правой ноги в виде <данные изъяты> не исключается при обстоятельствах, указанных ФИО1 (том 1, л.д. 202-204);

- заключению эксперта № от 3 октября 2016 года, согласно которому, повреждения лица у ФИО1 в виде <данные изъяты>, могли образоваться как от удара кулаком, так и от удара металлической трубой в область нижней челюсти, т.е. в том числе и при обстоятельствах, указанных гр. ФИО5, причинение повреждений туловища и правой ноги в виде <данные изъяты> не могли образоваться как при обстоятельствах, указанных ФИО5, так и при падении с высоты собственного роста ФИО1 (том 1, л.д. 213-215);

- протоколу следственного эксперимента от 17 января 2017 года, в ходе которого обвиняемая ФИО6 дала пояснения и показала, при каких обстоятельствах были причинены телесные повреждения ФИО1 12 марта 2016 года в помещении такси около <адрес> (том 3, л.д. 66-71);

- заключению эксперта № от 24 января 2017 года, согласно которому <данные изъяты> (том 3, л.д. 84-86).

Допрошенная в суде по экспертизам № от 12 апреля 2016 года, № от 5 июля 2016 года, № от 2 сентября 2016 года, № от 3 октября 2016 года и № от 18 января 2017 года эксперт ФИО15 показала, что имеющиеся телесные повреждения в виде <данные изъяты>, указанные в п. «б» выводов судебно- медицинской экспертизы № от 12 апреля 2016 года, образовались от однократного ударного воздействия твердым тупым предметом. <данные изъяты> Установленный и предполагаемый механизм образования повреждений в виде <данные изъяты> совпадают и не противоречат механизму нанесения удара. Повреждения лица потерпевшего в виде <данные изъяты> могла образоваться, как от удара кулаком, так и от удара металлической трубой в область челюсти, в том числе при обстоятельствах, указанных ФИО5, в то же время причинение повреждений туловища и правой ноги в виде <данные изъяты> не могли образоваться при обстоятельствах, указанных ФИО5 при проведении проверки его показания на месте от 16 сентября 2016 года и при падении потерпевшего из вертикального положения. <данные изъяты>. Повреждения на лице потерпевшего могли быть от нескольких ударных воздействий, как минимум от двух. В протоколе следственного эксперимента с участием потерпевшего ФИО1 от 28 июня 2016 года при положении травмирующего предмета, указанного на фото №, не исключается причинение телесных повреждений в виде <данные изъяты>.

Оценивая вышеизложенные письменные доказательства, в том числе заключения экспертиз № от 12 апреля 2016 года, № от 5 июля 2016 года, № от 2 сентября 2016 года, № от 3 октября 2016 года и № от 18 января 2017 года, в совокупности с показаниями в суде эксперта ФИО15, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку экспертизы проведены с соблюдением установленного процессуального порядка, лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющим достаточный стаж экспертной работы, а также в соответствии с имеющимися методиками, они объективно отражают фактические обстоятельства совершенного ФИО7 и ФИО5 преступления, согласуются между собой и с другими доказательствами по уголовному делу и получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Вместе с тем, показания подозреваемого ФИО5 в ходе проверок показаний на месте от 30 августа 2016 года (том 1, л.д. 143-152) и от 16 сентября 2016 года (том 1, л.д. 153-167) опровергаются заключением эксперта №, не были подтверждены самим ФИО5 в суде, в связи с чем не могут быть признаны относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по уголовному делу.

Суд расценивает доводы подсудимых ФИО5 и ФИО7 о том, что ФИО7 не наносила умышленного удара трубой по ноге потерпевшему ФИО1, а так же что в их действиях отсутствуют действия группой лиц, как обусловленные тактикой защиты от предъявленного им обвинения, поскольку потерпевший ФИО1 в судебном заседании показал и подтвердил свои ранее данные в ходе предварительного расследования показания о том, что 12 марта 2016 года примерно в 23 часа 30 минут в помещении диспетчерской такси в пос. Бородинский именно ФИО7 умышленно нанесла ему удар металлической трубой в правую ногу, после нанесения указанного удара ФИО7 передала данную трубу ФИО5, который продолжил избиение потерпевшего ФИО1 трубой, а также руками и ногами до момента, пока ФИО7 не остановила его, и только тогда он прекратил избиение. Свидетели ФИО13, ФИО14 и ФИО2 в суде и на допросах в ходе предварительного расследования так же последовательно пояснили, что 13 марта 2016 года от ФИО1 им стало известно об избиении его накануне в службе такси с использованием трубы ФИО7 и ФИО5

При этом у потерпевшего и указанных свидетелей не было оснований для оговора подсудимых ФИО7 и ФИО5, как не было иной личной заинтересованности в привлечении их к уголовной ответственности.

Доводы стороны защиты об отсутствии конфликта между ФИО1 и ФИО17 перед причинением телесных повреждением потерпевшему ФИО1 опровергаются показаниями самих же указанных лиц в ходе предварительного и судебного следствия, а также имеющегося в томе 1 на л.д. 38 заявления ФИО7 на имя начальника ПП «Бородинский», и по мнению суда, обусловлены разной оценкой происшедших событий.

Доводы стороны защиты о том, что избиение потерпевшего ФИО1 произошло в 1-м часу ночи уже 13 марта 2016 года так же не могут быть приняты во внимание, поскольку потерпевший ФИО1 пояснил, что его избиение произошло 12 марта 2016 года примерно в 23 часа 30 минут, сама подсудимая ФИО7 в ходе предыдущего судебного разбирательства в судебном заседании от 15 ноября 2016 года показала, что конфликт с ФИО1 начался 12 марта 2016 года в начале 24-го часа. При этом потерпевший ФИО1 отрицал заполнение журнала вызова такси ФИО7 непосредственно сразу после его избиения, на чем настаивала ФИО7 в ходе судебного следствия. Кроме того, данный журнал заполнялся самой ФИО7, в связи с чем она имела возможность указать время вызова такси по своему усмотрению, из показаний свидетеля ФИО12 усматривается, что заполнение журнала диспетчерами такси в данной части его не интересовало и им не контролировалось.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что показания подсудимых ФИО7 и ФИО5 в суде и на предварительном следствии обусловлены их стремлением скомпрометировать ФИО1 перед судом, представить происшедшее в выгодном для себя свете и избежать наказания (ФИО7) и смягчить наказание (ФИО5) за содеянное.

Суд находит доказанным, что 12 марта 2016 года примерно в 23 часа 30 минут в помещении службы такси, расположенном у <адрес>, подсудимые ФИО7 и ФИО5 умышленно причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, с применением предмета используемого в качестве оружия, группой лиц, поскольку действия ФИО7 и ФИО5 по нанесению телесных повреждений потерпевшему ФИО1 носили умышленный и совместный характер, между наступлением вреда здоровью потерпевшего, относящегося к тяжкому по признаку опасности для жизни (<данные изъяты>) и вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (<данные изъяты>), и действиями ФИО5 и ФИО7 имеется прямая причинная связь, для нанесения ударов подсудимыми в качестве оружия использовалась металлическая труба, после нанесения удара которой ФИО7 передала ее ФИО5, который продолжил избиение потерпевшего ФИО1 указанной трубой, руками и ногами, пока ФИО7 не остановила его,

и квалифицирует действия ФИО5 и ФИО7 по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимыми ФИО5 и ФИО7 преступления, их личности, состояние здоровья ФИО7, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семьи.

ФИО5 на учете у <данные изъяты> (том 2, л.д. 40); по месту жительства начальником ПП «Бородинский» ОМВД России по Киреевскому району характеризуется, как неработающий, склонный к совершению преступлений, состоит под административным надзором в ОМВД России по Киреевскому району (том 2, л.д. 42); <данные изъяты> (том 2, л.д. 45, 46).

ФИО7 15 июня 2016 года и 24 июня 2016 года привлекалась к административной ответственности по ст.14.2 КоАП РФ к наказанию в виде административного штрафа (том 2, л.д. 74); по месту жительства характеризуется как лицо, жалоб на которое не поступало (том 2, л.д. 77); на учете у <данные изъяты> (том 2, л.д. 78); имеет <данные изъяты>, отделом ЗАГС администрации МО Киреевский район Тульской области 17 января 2017 года зарегистрирован ее брак с ФИО5 (том 3, л.д. 139); согласно заключению врачебной комиссии ГУЗ ТО «Киреевская ЦРБ» № от 17 января 2017 года состоит на учете <данные изъяты> (том 3, л.д. 139).

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО5, суд признает в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ<данные изъяты>.

Обстоятельствами, отягчающими наказание подсудимого ФИО5 суд признает в соответствии с п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ рецидив преступлений, который является особо опасным, поскольку имея не снятые и не погашенные судимости за два тяжких преступления, он снова совершил преступление, предусмотренное п. «а» ч.3 ст.111УК РФ и относящееся к категории особо тяжких, а также в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, влияния состояния опьянения на поведение при совершении преступления, а также личности виновного, признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Обстоятельством, смягчающим наказание обвиняемой ФИО7 в соответствии с п.п. «в», «г» ч.1 ст.61 УК РФ, являются <данные изъяты>.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой ФИО7, не имеется.

С учетом всех данных о личностях подсудимых ФИО5 и ФИО7 суд находит необходимым их исправление и перевоспитание только в условиях, связанных с изоляцией от общества, назначает им наказание в виде лишения свободы и не находит оснований для назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, как не находит оснований для применения ст.ст.64 и 73 УК РФ в отношении каждого из подсудимых, а также ст.82 УК РФ в отношении подсудимой ФИО7

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, суд не находит правовых оснований для предусмотренного ч.6 ст.15 УК РФ изменения категории преступления на менее тяжкую.

Согласно требованиям п. «б», «г» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание лишения свободы женщинам, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, в том числе при любом виде рецидива, назначается в исправительных колониях общего режима;

отбывание лишения свободы мужчинам, осужденным к пожизненному лишению свободы, а также при особо опасном рецидиве преступлений назначается в исправительных колониях особого режима.

Гражданский иск по делу потерпевшим ФИО1 не заявлен.

Гражданский иск, заявленный Киреевским межрайонным прокурором Тульской области и поддержанный в суде государственным обвинителем, о взыскании в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Тульской области в размере 35957 рублей за нахождение на лечении в ГУЗ «Киреевская ЦРБ» потерпевшего ФИО1 суд на основании ст.1064 ГК РФ считает необходимым удовлетворить, как подтвержденный документально, взыскав с ФИО7 и ФИО5 в солидарном порядке в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Тульской области 35957 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

признать ФИО5 и ФИО7 виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ, по которому назначить им наказание:

ФИО5 - в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима,

ФИО7 - в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО5 и ФИО16 изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взяв под стражу в зале суда, с содержанием до вступления приговора в законную силу в учреждении ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Тульской области (г. Новомосковск-2).

Срок наказания ФИО5 и ФИО16 исчислять с 3 мая 2017 года.

Гражданский иск Киреевского межрайонного прокурора Тульской области удовлетворить, взыскав с ФИО7 и ФИО5 в солидарном порядке в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Тульской области расходы на лечение потерпевшего ФИО1 в ГУЗ «Киреевская ЦРБ» в размере 35957 (тридцать пять тысяч девятьсот пятьдесят семь) рублей.

По вступлении приговора в законную силу вещественное доказательство по уголовному делу: металлическую трубу, хранящуюся при уголовном деле, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда путем принесения апелляционных жалобы или представления через Киреевский районный суд Тульской области в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем необходимо указать в апелляционной жалобе.

Председательствующий

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Тульского областного суда от 3 июля 2017 года приговор изменен:

переквалифицировать действия осужденного ФИО5 с п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ на п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, назначив ему наказание в виде 6 (шесть) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима;

переквалифицировать действия осужденной ФИО7 с п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ на п. «з» ч.2 ст. 111 УК РФ, назначив ей наказание в виде 2 (двух) лет 6 (шесть) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

в части гражданского иска о возмещении материального ущерба на лечение потерпевшего ФИО1 отменить;

уголовное дело в части данного гражданского иска направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, в порядке гражданского судопроизводства;

в остальном этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитников Караваева А.И., Брянского И.В., осужденной ФИО7 и осужденного ФИО5 – без удовлетворения.

Приговор вступил в законную силу 3 июля 2017 года.