Приговор № 1-1/2020 1-115/2019 от 28 января 2020 г. по делу № 1-1/2020

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

28 января 2020 года г. Екатеринбург

Екатеринбургский гарнизонный военный суд в составе:

Председательствующего – Палеева А.П.,

при секретаре судебного заседания Сюткиной К.Ю.,

с участием государственных обвинителей – военного прокурора Центрального военного округа <данные изъяты> ФИО1, заместителя военного прокурора Екатеринбургского гарнизона <данные изъяты> ФИО2, помощников военного прокурора Екатеринбургского гарнизона <данные изъяты> ФИО3 и ФИО4 и <данные изъяты> ФИО5, подсудимого ФИО6 и его защитника – адвоката Мирсаева А.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении гарнизонного военного суда материалы уголовного дела в отношении военнослужащего, проходящего военную службу по контракту в <данные изъяты>,

ФИО6, <данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «б», «в» ч. 5 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО6, являясь <данные изъяты> и обладая организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями и постоянно выполняя их в Вооруженных Силах Российской Федерации, в соответствии с утвержденной приказом начальника <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № должностной инструкцией, то есть являясь должностным лицом, а также как лечащий врач в соответствии с п.п. 7.2 и 7.9 Руководства по организации работы окружного военного клинического госпиталя (военно-морского клинического госпиталя флота), утвержденного начальником Главного военно-медицинского управления Министерства обороны Российской Федерации (2007 г.), отвечая за оформление и своевременное представление врачебно-экспертных документов в госпитальную ВВК, представление освидетельствуемых на заседание ВВК, оформление заключений ВВК, в том числе свидетельств о болезни, и направление их на утверждение в филиал № <данные изъяты>, 11 февраля 2019 года около 10 часов, находясь в своем рабочем кабинете №, расположенном в <данные изъяты> по адресу <адрес>, зная, что при увольнении военнослужащего с военной службы, в связи с заболеванием, полученным в период военной службы, на основании действующего законодательства ему полагается крупная единовременная компенсационная выплата, под влиянием возникшего у него корыстного умысла, направленного на получение взятки от <данные изъяты> М.Е.В., проходившего в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по направлению <данные изъяты> военно-врачебную комиссию с целью определения категории годности к военной службе в <данные изъяты> в условиях стационара и признанного ДД.ММ.ГГГГ военно-врачебной комиссией психоневрологического профиля <данные изъяты> под председательством самого ФИО6, «Д» - не годным к военной службе, лечащим врачом которого он являлся, за совершение входящих в его полномочия действий в пользу последнего, осознавая, что в силу своего должностного положения он может и обязан оформить, в отношении М.Е.В. свидетельство о болезни, являющееся основанием для получения им единовременной компенсационной выплаты, с целью незаконного обогащения, действуя умышленно, предложил М.Е.В. передать ему за оформление свидетельства о болезни незаконное денежное вознаграждение – взятку в виде денег в размере <данные изъяты>.

В целях реализации задуманного ФИО6 сообщил М.Е.В., что в случае отказа передать ему взятку в указанном размере он намеренно затянет процесс выдачи свидетельства о болезни путем недобросовестного оформления медицинских документов, что, в свою очередь, повлечет за собой их неутверждение экспертами филиала № <данные изъяты> либо возможное направление М.Е.В. на переосвидетельствование в военно-медицинские организации центрального подчинения. Вымогая таким образом взятку у М.Е.В. ФИО6 создал условия, при которых М.Е.В., опасаясь реализации ФИО6 своих угроз, желая получить надлежаще оформленное свидетельство о болезни, вынужден был согласиться с его требованиями и в указанном месте и время передал ФИО6 находившиеся в тот момент при себе денежные средства в размере <данные изъяты> в качестве первой части взятки. Оставшуюся часть взятки в размере <данные изъяты> ФИО6 потребовал от М.Е.В. передать ему в течение двух недель, на что последний также дал свое согласие.

Желая получить от М.Е.В. взятку в полном объеме, ФИО6 до передачи ему оставшихся <данные изъяты> свидетельство о болезни М.Е.В., вопреки установленным требованиям руководящих документов, предусматривающих его составление и направление на утверждение не позднее 5 суток после освидетельствования пациента, не оформлял и на утверждение его в филиал <данные изъяты> не направлял.

19 февраля 2019 года около 12 часов М.Е.В., согласно ранее достигнутой с ФИО6 договоренности, вновь прибыл к последнему в его рабочий кабинет №, расположенный в <данные изъяты>, где в ходе личной встречи передал ему оставшуюся часть взятки в виде денег в размере <данные изъяты> за оформление свидетельства о болезни, а ФИО6, в свою очередь, продолжая реализовывать свои преступные намерения, действуя умышленно, из корыстных побуждений, получил от М.Е.В. взятку в виде денег в указанном размере, после чего был задержан сотрудниками УФСБ России по ЦВО в рамках проводимых ими оперативно-розыскных мероприятий.

В судебном заседании подсудимый, не отрицая факта получения им от М.Е.В. денежных средств в общей сумме <данные изъяты>, вместе с тем, вину в предъявленном обвинении не признал и пояснил, что данные им в ходе предварительного следствия показания с участием защитника Луковской он не подтверждает, поскольку, не имея познаний в области юриспруденции, не понимал разницы между составами таких преступлений, как злоупотребление должностными полномочиями, их превышение, мошенничество и взятка, безоговорочно доверяя Луковской, с которой ранее был знаком, был введен ею в заблуждение, поэтому полностью согласился с предъявленным ему обвинением.

Корыстных целей он не преследовал и не имел умысла на личное обогащение за счет полученных от М.Е.В. денежных средств, а планировал направить их на улучшение бытовых условий для пациентов вверенного ему отделения и на покупку медицинского оборудования в это отделение, так как оно находилось в плохом состоянии. Данные им в ходе предварительного следствия показания неверно истолкованы следователями, получены с нарушением закона, так как его допросы в качестве подозреваемого происходили под диктовку следователей с одобрения его адвоката по назначению – Луковской. Получая денежные средства от М.Е.В., он исходил из благих побуждений. Мотивом совершения этих действий стала гибель в отделении пациента, которого не удалось спасти из-за отсутствия в отделении необходимого медицинского оборудования. Кроме того, он ежегодно приводил отделение в порядок за счет своих собственных средств, что могут подтвердить сотрудники отделения.

Что касается М.Е.В., то он был направлен в <данные изъяты> из поликлиники в декабре 2018 года. Находясь в стационаре, М.Е.В. получил дополнительное обследование и 8 февраля ему проведена ВВК, на заседании которой ему подробно был доведен порядок получения свидетельства о болезни и оформления документов, однако он начал беспокоиться о том, как ему ускорить этот процесс, в то время, как его можно было ускорить только предоставлением оригиналов документов для оценки их экспертами.

В результате неоднократного общения с М.Е.В., у них сложились доверительные отношения как у врача и пациента. М.Е.В. знал о плохом состоянии отделения и о ситуации с погибшим пациентом и стал настойчиво предлагать свою помощь для ускорения процесса оформления его документов, на что он (ФИО6) дал свое согласие. Полученные от М.Е.В. деньги он планировал потратить на приобретение прикроватных мониторов, дефибриллятора, кислородного ингалятора и ремонт в отделении.

М.Е.В. неоднократно заводил разговор об ускорении процесса оформления документов и о своей готовности оказать финансовую помощь, в том числе 11 февраля 2019 года. В этот день на вопрос М.Е.В. о помощи он, подразумевая помощь в небольшом размере написал на листе бумаги цифру <данные изъяты>, соответствующую стоимости заправки картриджа для принтера, а на уточнение М.Е.В. «тысяч?» он, подумав, что М.Е.В. предлагает не <данные изъяты> рублей на заправку картриджа, а <данные изъяты>, ответил утвердительно и, только когда М.Е.В. передал ему <данные изъяты> рублей, он понял, что речь идет о большой сумме денег, но посчитав, что М.Е.В. желает искренне помочь денежными средствами на нужды отделения, не стал отказываться от этой помощи. Вместе с тем, он понимал, что, получая от М.Е.В. деньги, он действует незаконно, и опасаясь провокации со стороны последнего не стал озвучивать денежную сумму вслух, а написал ее на бумаге, а также указал М.Е.В., куда необходимо положить предложенные им деньги, чтобы не принимать их из рук в руки.

Относительно решения военно-врачебной комиссии, председателем которой он являлся, ФИО6 пояснил, что оно не зависело только лишь от него, поскольку принимается очно при пациенте, коллегиально и является предварительным, поскольку подлежит утверждению филиалом <данные изъяты>. Изготовление свидетельства о болезни он не затягивал, оно им было подготовлено на рабочем компьютере в установленные для этого сроки и могло быть распечатано в любой момент после предоставления М.Е.В. необходимых для направления экспертам подлинников документов, с представлением которых М.Е.В. не торопился, несмотря на неоднократные напоминания ему об этом. М.Е.В. просил ускорить процесс оформления документов, а также хотел, чтобы в свидетельстве о болезни было указано, что имеющееся у него заболевание является следствием военной травмы, однако для этого и так имелись основания. После 11 февраля 2019 года они неоднократно разговаривали по телефону, в том числе и о денежных средствах, но инициатором этих разговоров всегда был М.Е.В.. 18 февраля 2019 года они снова созвонились, М.Е.В. сообщил, что собрал необходимые денежные средства для оказания помощи отделению, после чего им была назначена встреча на 19 февраля 2019 года, на которую М.Е.В. прибыл со старой историей болезни, нотариально заверенным объяснением супруги, а потом достал из портфеля, который он держал подмышкой, пачку денежных средств. Он, опасаясь, что М.Е.В. может записывать процесс передачи денег, и, понимая, что поступает противозаконно, не стал принимать эти деньги в руки, а указал М.Е.В. жестом на деревянный ящик, находящийся в кабинете, в который он и положил деньги. Пожав друг другу руки, они попрощались, и М.Е.В. вышел из кабинета. После чего в кабинет зашли сотрудники ФСБ и задержали его.

Несмотря на непризнание подсудимым своей вины и заявленные им доводы, обстоятельства содеянного ФИО6 полностью подтверждается совокупностью следующих исследованных в суде доказательств.

Свидетель М.Е.В. в суде показал, что проходил военную службу в <данные изъяты> и находился в распоряжении <данные изъяты>. В ноябре 2018 года возник вопрос о назначении его на должность или увольнении, в связи с чем командованием ему выдало направление на ВВК, которую он начал проходить в декабре 2018 года в военной поликлинике <данные изъяты>, так как направление было выдано именно туда. При прохождении комиссии невролог в поликлинике не мог углубленно его обследовать, поэтому <данные изъяты> было принято решение о его направлении на дополнительное обследование в госпитале, где врач М.И.Н. назначила ему обследование, в котором непосредственное участие принимал <данные изъяты> ФИО6, который на приеме сказал ему о необходимости пройти дополнительное обследование. В назначенную дату ДД.ММ.ГГГГ он прошел обследование, но в связи с занятостью ФИО6 в этот день к нему на прием не попал. 24 декабря того же года на приеме у ФИО6, куда он прибыл с результатами обследования, ему был выписан неврологический протокол, в котором стоял диагноз <данные изъяты> ранее уже поставленный <данные изъяты>. Таким образом, ФИО6 подтвердил указанный диагноз и дал заключение, что это постравматические последствия, заболевание относится к категории «Д» – не годен к военной службе. При этом, в заключении не была установлена причинная связь между прохождением военной службы и заболеванием.

С этим протоколом он снова обратился в поликлинику, однако в связи с невозможностью дачи заключения ВВК <данные изъяты> сказал ему, что для постановки указанного в протоколе диагноза ему необходимо пройти стационарное обследование в госпитале и направил его к ФИО6.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 он был госпитализирован по направлению <данные изъяты>, однако ФИО6 указал на необходимость получения у командования направления в госпиталь.

До ДД.ММ.ГГГГ он находился на стационарном обследовании в госпитале, а в этот день было проведено заседание ВВК, где сделано заключение, что он не годен к военной службе в соответствии с категорией «Д», присвоен <данные изъяты> Решение комиссии ему было доведено устно и выдан выписной эпикриз, из которого следовало, что заболевание приобретено вследствие военной травмы.

В ходе разговора с ФИО6 11 февраля 2019 года, он сообщил, что в заключении может быть указано на причинно-следственную связь заболевания, как полученного в результате военной травмы, а может и нет. В этой связи, имея на руках все необходимые документы, он поинтересовался, что нужно для того, чтобы указание на это содержалось в заключении и в свидетельстве о болезни, на что ФИО6 написал на листочке цифру <данные изъяты>. На уточняющий вопрос: «<данные изъяты> тысяч?», он ответил, что для решения этого вопроса необходима именно такая сумма, пояснив, что это не для него лично, а, якобы, он должен кому-то ее передать. Оказавшись в безвыходной ситуации, зная от ФИО6, что при военной травме положена единовременная компенсационная выплата около <данные изъяты> рублей, он вынужден был согласиться с этим требованием.

Объяснив, что он не один решает этот вопрос, и чем быстрее он найдет деньги, тем быстрее разрешится вопрос с выдачей свидетельства о болезни, ФИО6 дал ему срок не более недели, а также попросил задаток.

Он отдал ФИО6 имевшиеся при нем деньги в размере <данные изъяты> рублей – 2 купюрами по <данные изъяты> рублей, положив их ему на стол, а ФИО6 убрал их в папку и пояснил, что, помимо денег, нужно направление на ВВК в госпиталь и свидетельские показания жены, заверенные нотариально.

На вопрос, можно ли сначала получить свидетельство о болезни, а деньги отдать после получения единовременной выплаты, ФИО6 ответил, что вопрос о выдаче свидетельства будет решаться только после передачи денег.

Поскольку требуемая сумма у него отсутствовала, посоветовавшись с женой, он принял решение обратиться в органы ФСБ. В управлении ФСБ с него взяли объяснение, проинструктировали о порядке действий, разработали оперативно-розыскное мероприятие, а телефонные разговоры ФИО6 стали прослушивать.

ФИО6 звонил ему в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ и интересовался направлением на ВВК. Насколько ему известно, вопрос с направлением на ВВК в госпиталь был решен, после чего ФИО6 интересовался, когда он привезет деньги. Встреча с ФИО6 была назначена на 19 февраля 2019 года.

19 февраля 2019 года в Управлении ФСБ РФ по Свердловской области при нем специалистом, который занимался подготовкой денежных средств для передачи ФИО6, на стол были выложены <данные изъяты> купюр достоинством <данные изъяты> рублей каждая на общую сумму <данные изъяты> рублей, они были пересчитаны, обработаны специальной краской, переписаны их номера, они были перетянуты резинкой и сложены в его папку, после чего его проинструктировали о дальнейших действиях. Кроме того в папке находились его медицинские документы и нотариально заверенные объяснения его супруги, а также накануне проведения оперативных мероприятий он передал свой свитер с символикой <данные изъяты> для установки на него видеокамеры и микрофона. Дополнительные микрофон и видеокамера были установлены на его папку, а он был проинструктирован о том, как пользоваться этими техническими средствами.

19 февраля 2019 года он пришел в кабинет к ФИО6 и сказал, что готов передать <данные изъяты> рублей, спросив нельзя ли предоставить небольшую скидку - <данные изъяты> рублей, на что тот ответил, что сумма уже определена. Затем он вытащил деньги из папки и положил ФИО6 на стол, но тот брать их в руки не стал, а молча показал на столик, где стоял деревянный ящик, давая понять, что деньги необходимо поместить в этот ящик. После этого он вышел из кабинета и подал заранее оговоренный с сотрудниками ФСБ условный сигнал о передаче денег, после чего ФИО6 был задержан. После задержания ФИО6 сотрудники ФСБ РФ спросили у него, куда он положил деньги, на что он указал на шкатулку, откуда в его присутствии, присутствии ФИО6 и с участием понятых сотрудники ФСБ изъяли деньги в сумме <данные изъяты> рублей. В дальнейшем он находился в другом помещении и не видел происходящее в кабинете ФИО6.

Свидетель Ш. – <данные изъяты>, в суде показал, что в ходе проведения амбулаторной ВВК М.Е.В., последний был направлен для консультации к ФИО6, который принял решение о госпитализации М.Е.В. в <данные изъяты> госпиталя.

Допрошенная в судебном заседании свидетель М.И.Н., являющаяся <данные изъяты>, показала, что при прохождении амбулаторной ВВК М.Е.В. изъявил желание лечь в госпиталь для прохождения госпитальной ВВК. Им были представлены медицинские документы из гражданских медицинских учреждений, в которых имелись сведения о консультациях <данные изъяты>. ФИО6, после консультации М.Е.В. принял решение о его госпитализации.

Свидетель Я.С.А. – <данные изъяты>, в суде показал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ М.Е.В. проходил стационарное обследование в неврологическом отделении <данные изъяты>, его лечащим врачом являлся ФИО6. М.Е.В. признан «Д» - не годным к военной службе. Такие выводы могут быть сделаны только после осмотра главными специалистами госпиталя, каковым в области <данные изъяты> является ФИО6. Кроме того, ФИО6 является председателем ВВК <данные изъяты>. В этой связи он, как лечащий врач, представлял М.Е.В. на ВВК, а как председатель комиссии <данные изъяты> утверждал заключение ВВК.

Из показаний допрошенного в суде свидетеля Ф. – <данные изъяты> следует, что за соблюдение полного объема обследования пациента, а также за своевременное представление пациента на ВВК отвечают лечащий врач и начальник отделения. Объем обследования, который должен быть проведен при направлении пациента на экспертизу, определен п. 52 Положения о военно-врачебной экспертизе. После проведения обследования, при определившемся врачебно-экспертном исходе, военнослужащий представляется на ВВК. Комиссия проводится по дням, установленным установочным приказом начальником госпиталя. Военнослужащий приглашается на ВВК лично, ему лично объявляется экспертный диагноз, заключение о причинной связи и заключение о категории годности. ВВК проводится очно. Дальнейший порядок определен Методическими рекомендациями Главного центра военно-врачебной экспертизы, в соответствии с которыми, в течении 5 рабочих дней документы должны быть оформлены и направлены в вышестоящую комиссию, то есть в филиал <данные изъяты>.

После рассмотрения экспертами Центра заключения ВВК могут быть приняты 3 варианта решений: если решение ВВК оформлено в соответствии с требованиями законодательства и замечаний к нему нет, оно будет утверждено и возвращено в госпитальную комиссию, если имеются замечания, оно не будет утверждено и возвращается с указанием конкретных дальнейших действий, а также заключение может быть не утверждено, а военнослужащий направляется на контрольное обследование в <данные изъяты> госпиталь в <адрес>, либо в <данные изъяты> госпиталь в <адрес>.

После проведения ВВК на военнослужащих, которые признаны ограниченно годными – «В» или не годными – «Д» к военной службе, оформляется 2 экземпляра свидетельства о болезни, 3 экземпляра заключения ВВК, кроме того, вместе с этими документами в вышестоящую комиссию представляются все остальные медицинские документы военнослужащего, которые подтверждают экспертный диагноз, причинную связь и категорию годности.

Так, ДД.ММ.ГГГГ в Центр поступили материалы в отношении М.Е.В. для проверки правильности заключения госпитальной ВВК и его утверждения. ДД.ММ.ГГГГ эти документы рассмотрены на комиссии, заключение госпитальной ВВК не утверждено и возвращено вместе с поступившими документ в госпиталь.

Согласно показаний свидетеля П. – <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ ему стало известно о задержании ФИО6, после чего начальником госпиталя ему была поставлена задача подготовить и направить на утверждение в филиал <данные изъяты> документы на М.Е.В.. Готовое свидетельство о болезни М.Е.В. он нашел на компьютере секретарей, распечатал его и подписал вместо ФИО6, а затем с другими документами направил в филиала <данные изъяты>. В заседании комиссии в отношении М.Е.В. сам он участия не принимал.

Что касается ФИО6, то в период его лечения в госпитале в мае 2019 года, он какого-либо разрешения на проведение с ФИО6 следственных действий как его лечащий врач не давал, о том, имел ли право следователь его допрашивать, ему не известно.

Свидетель А. в суде показала, что является врачом-психиатром и входила в состав ВВК психоневрологического профиля наряду с <данные изъяты> и председателем ФИО6. Подробностей проведения ВВК в отношении М.Е.В. она не помнит. Она, как <данные изъяты> не обладает глубокими познаниями в области неврологии, в то время как ФИО6 является непререкаемым авторитетом в этой области

Свидетель Ш. в суде показала, что работает сестрой-хозяйкой в неврологическом отделении <данные изъяты>. По всем хозяйственным вопросам она всегда обращается к ФИО6, который всегда оказывает помощь, в том числе за счет своих личных средств на нужды отделения. Ей и другим, давно работающим в госпитале сотрудникам отделения, известно, что косметические ремонты проводятся в отделении своими силами и за собственный счет. ФИО6 она может охарактеризовать как честного и порядочного человека, профессионала, радеющего за свое дело.

Согласно показаний допрошенной в суде в качестве свидетеля Р., являющейся старшей медицинской сестрой неврологического отделения <данные изъяты>, ремонт в госпитале продолжается с 2011 года до настоящего времени, при этом ФИО6 неоднократно тратил на него свои личные деньги, ремонтировал палаты, устанавливал душевые кабины, нанимал и оплачивал работников, приобретал строительные материалы.

Из показаний в суде свидетеля Ч. следует, что в августе-сентябре 2018 года в отношении него возбуждено уголовное дело в связи с гибелью в неврологическом отделении пациента. В настоящее время он осужден Ленинским районным судом г. Екатеринбурга по ч. 2 ст. 109 УК РФ. В то же время, вину по предъявленному обвинению он не признал, поскольку убежден, что при наличии в отделении необходимого оборудования, данного пациента можно было спасти, а его смерть связана с отсутствием необходимой аппаратуры наблюдения, что не позволило оказать ему своевременную медицинскую помощь.

Свидетель Н. в суде показал, что познакомился с М.Е.В. в военной поликлинике, примерно, в 2018 году. В дальнейшем от М.Е.В. он узнал, что ФИО6 противодействует получению им свидетельства о болезни по результатам проведенной в отношении него ВВК. Несколько позже, также от М.Е.В., он узнал, что в связи с возбуждением в отношении ФИО6 уголовного дела ему оказывает юридическую помощь адвокат Мирсаев. Он сообщил М.Е.В., что хорошо знает Мирсаева, поскольку ранее он ему также оказывал юридическую помощь, на что М.Е.В. попросил поговорить с Мирсаевым и попросить его отказаться от принятой на себя защиты ФИО6 по уголовному делу, так как это может создать трудности для М.Е.В.. Несмотря на то, что дружеских отношений у него с М.Е.В. не было, он вызвался ему помочь и позвонил Мирсаеву по телефону, попросив его не защищать ФИО6 по уголовному делу, на что Мирсаев ответил категорическим отказом и просил больше к нему с такими просьбами не обращаться. Какого-либо вознаграждения за беседу с Мирсаевым М.Е.В. ему не обещал, давления на него не оказывал, поговорить с Мирсаевым он вызвался самостоятельно без принуждения. О состоявшемся разговоре Мирсаев вспомнил в октябре-ноябре 2019 года, когда вновь начал оказывать юридическую помощь его семье, и стал подробно его расспрашивать о том, кто просил с ним поговорить на тему отказа от защиты ФИО6 и с какой целью. В настоящее время он опасается за свою безопасность, поскольку после разговора с Мирсаевым ему стали поступать звонки с незнакомых телефонных номеров, однако при ответе на эти звонки звонящие абоненты молчат в трубку. В этой связи он полагает, что на него оказывается таким образом давление лицами, заинтересованными в привлечении ФИО6 к уголовной ответственности, но тем не менее желает добровольно сообщить суду об известных ему обстоятельствах, связанных с оказанием юридической помощи Мирсаевым ФИО6 и о заинтересованности М.Е.В. в том, чтобы Мирсаев отказался от его защиты.

Как следует из оглашенных в судебном заседании с согласия стороны защиты показаний свидетеля Т., являющегося заместителем начальника филиала <данные изъяты>, с самим М.Е.В. он не знаком, знает о нем из медицинских документов, которые поступали к ним в филиал для утверждения заключения госпитальной ВВК ДД.ММ.ГГГГ. Эти документы были рассмотрены в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и по результатам их рассмотрения ВВК не утвердила свидетельство о болезни. ДД.ММ.ГГГГ документы в отношении М.Е.В. были возвращены в госпиталь.

Из исследованных в судебном заседании показаний свидетеля С. – заместителя начальника отдела оперативного планирования <данные изъяты>, следует, что М.Е.В.. проходил военную службу в <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ему выдано направление на ВВК, которую М.Е.В. проходил в <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ М.Е.В. выдано направление на ВВК, а ДД.ММ.ГГГГ издан приказ о направлении М.Е.В. на стационарное лечение в госпиталь. ДД.ММ.ГГГГ М.Е.В. представлен выписной эпикриз, из которого видно, что он признан «Д» - не годным к военной службе. ДД.ММ.ГГГГ из госпиталя поступило сообщение о том, что свидетельство о болезни М.Е.В. не утверждено.

Согласно оглашенных в суде показаний <данные изъяты> К., ДД.ММ.ГГГГ он принимал участие в заседании ВВК <данные изъяты> в отношении М.Е.В.. Председателем комиссии был лечащий врач М.Е.В. – ФИО6 и он же представлял М.Е.В. на ВВК.

Из показаний свидетеля П. – <данные изъяты>, исследованных в судебном заседании, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в заседании ВВК она не участвовала, т.к. была на больничном, а узнала о его проведении по выходу на работу ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ врач <данные изъяты> П. передал ей копию свидетельства о болезни и заключение ВВК в отношении М.Е.В., а она, в свою очередь, передала эти документы в филиал <данные изъяты>.

Как видно из постановления № от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ при проведении оперативно-розыскных мероприятий получены данные, свидетельствующие о причастности начальника <данные изъяты> ФИО6 к осуществлению противоправной деятельности, ответственность за которую предусмотрена п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Согласно рапорта старшего оперуполномоченного по ОВД 5 отдела УФСБ по ЦВО <данные изъяты> Л. об обнаружении признаков преступления, при проведении оперативно-розыскных мероприятий с 13 по ДД.ММ.ГГГГ получены данные о причастности начальника неврологического отделения ФГКУ «354 ВКГ» МО РФ подполковника медицинской службы ФИО6 к осуществлению противоправной деятельности, ответственность за которую предусмотрена п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Из акта осмотра, обработки и передачи денежных купюр, следует, что М.Е.В., участвующему в <данные изъяты>, выданы денежные средства - <данные изъяты> купюр номиналом <данные изъяты> рублей на общую сумму <данные изъяты> рублей для передачи ФИО6 в качестве взятки, которые перед выдачей обработаны <данные изъяты>».

Как видно из протокола обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ, в рамках проводимого <данные изъяты> сотрудниками <данные изъяты> УФСБ России по ЦВО в присутствии ФИО6 осмотрен его служебный кабинет №, расположенный в <данные изъяты>, и в ходе осмотра в расположенном в кабинете деревянном ящике обнаружены денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей купюрами достоинством <данные изъяты> рублей в количестве <данные изъяты> штук, которые, со слов ФИО6, он получил 19 февраля 2019 года в период с 12 часов до 13 часов 5 минут в своем кабинете от М.Е.В.. Также, со слов ФИО6, 11 февраля 2019 года он потребовал от М.Е.В. <данные изъяты> рублей в качестве вознаграждения для себя лично за осуществление содействия при вынесении решения ВВК в отношении него и признании его негодным к военной службе по состоянию здоровья и в тот же день он получил от М.Е.В. часть денег в размере <данные изъяты> рублей, которые положил в верхний ящик тумбы в конверт белого цвета. В ходе осмотра кабинета ФИО6 в указанной им тумбе обнаружен конверт, в котором находились денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей (<данные изъяты>). Также в ходе осмотра участвовавшим в нем специалистом выполнены сухие смывы с правой ладони ФИО6 и с поверхности деревянного ящика, в котором были обнаружены деньги.

Как следует из протокола изъятия предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, в рамках проводимого <данные изъяты> сотрудниками <данные изъяты> УФСБ России по ЦВО в присутствии ФИО6 в его служебном кабинете №, расположенном в <данные изъяты> изъяты обнаруженные там денежные средства в сумме <данные изъяты> (<данные изъяты>) и в сумме <данные изъяты>, деревянный ящик и сухие смывы с правой ладони ФИО6 и с поверхности деревянного ящика.

Протокол осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что возвращенные с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей и в сумме <данные изъяты> рублей, деревянный ящик, сухие смывы с правой ладони ФИО6 и с поверхности деревянного ящика, осмотрены. При этом целостность упаковок, в которых находятся данные предметы, не нарушалась.

Согласно протокола осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрен CD-R диск с результатами оперативно-технического мероприятия <данные изъяты> с записанным на него аудиофайлом <данные изъяты>, содержащим запись разговора двух лиц, одно из которых называется вторым <данные изъяты>. Суть разговора сводится к договоренности по составлению свидетельства о болезни лицом, именуемым <данные изъяты>», за получение от второго лица денег в размерах <данные изъяты> рублей и <данные изъяты> рублей.

В соответствии с протокол осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрен CD-R диск с результатами оперативно-технического мероприятия <данные изъяты>

Файл <данные изъяты> представляет собой запись разговора двух лиц, одно из которых именуется <данные изъяты>, а второе <данные изъяты>. Суть разговора сводится к тому, что лицо, именуемое <данные изъяты>, готово прибыть к лицу, именуемому <данные изъяты>, и передать тому всю сумму взамен на документ.

Файл <данные изъяты> представляет собой запись разговора двух лиц, одно из которых именуется <данные изъяты>, а второе <данные изъяты> Суть разговора сводится к тому, что лицо, именуемое <данные изъяты>», сообщает лицу, именуемому <данные изъяты>, каких именно документов не хватает в истории болезни, и дает подробные инструкции по восполнению недостающих документов. Лицо, именуемое <данные изъяты> обязуется представить недостающие документы, а также сообщает о готовности к встрече и передаче денег. Оба договариваются о встрече в 12 часов.

Файл <данные изъяты> представляет собой запись разговора двух лиц, одно из которых именуется вторым <данные изъяты>. Суть разговора сводится к тому, что лицо, именуемое <данные изъяты>, объясняет второму, как заверить объяснение его супруги у нотариуса, после чего оба снова подтверждают готовность к встрече в 12 часов.

Файл <данные изъяты> представляет собой запись разговора двух лиц, одно из которых именуется вторым <данные изъяты>. Суть разговора сводится к тому, что второе лицо Прибыло к госпиталю и готово проследовать к лицу, именуемому <данные изъяты>.

Согласно протокола осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрен DVD+R диск с результатами оперативно-технического мероприятия <данные изъяты>, на котором зафиксирована встреча ДД.ММ.ГГГГ двух лиц, одно из которых именуется <данные изъяты>, а второе <данные изъяты>, в помещении служебного кабинета, расположенного на втором этаже терапевтического корпуса <данные изъяты>. В 12 часов 57 минут лицо, именуемое <данные изъяты>, встает со своего места за столом, подходит к лицу с видеокамерой, показывает ему рукой на стол. После этого лицо, именуемое <данные изъяты> помещает в деревянный ящик, находящийся на столе пачку денежных средств номиналом <данные изъяты> рублей, после чего закрывает его крышку.

Как видно из протокол осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрена медицинская карта стационарного больного № на имя М.Е.В., из которой следует, что он ДД.ММ.ГГГГ направлен в <данные изъяты> на медицинское освидетельствование для определения категории годности к военной службе. ДД.ММ.ГГГГ М.Е.В. осмотрен главным <данные изъяты> ФИО6, которым сделано заключение, что М.Е.В. «Д» - не годен к военной службе. ДД.ММ.ГГГГ М.Е.В. направлен в <данные изъяты> на медицинское освидетельствование с той же целью. Из выписного эпикриза следует, что М.Е.В. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в отделении неврологии <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ он при выписке из госпиталя по представлению лечащего врача – ФИО6 освидетельствован военно-врачебной комиссией <данные изъяты> под председательством ФИО6, по результатам проведения которой признан «Д» - не годным к военной службе.

Из протоколов выемки и осмотра предметов следует, что ДД.ММ.ГГГГ у свидетеля П. изъята служебная флэш-карта ФИО6 инв. №, которая осмотрена ДД.ММ.ГГГГ и содержит документы «<данные изъяты>.

Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, на поверхностях <данные изъяты> денежных купюр номиналом <данные изъяты> рублей каждая, фрагментов марли с сухими смывами с правой ладони ФИО6 и с поверхности деревянного ящика, деревянного ящика и куба наибольшего размера имеются наслоения веществ, однородных по качественному химическому составу наслоениям вещества с поверхности фрагмента бумаги с <данные изъяты>, представленного в качестве образца сравнения.

В соответствии с заключением эксперта №, № от ДД.ММ.ГГГГ, в разговоре, зафиксированном на оптическом диске с надписью <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> на нерабочей поверхности диска в файле <данные изъяты>, имеются голос и речь М.Е.В. и ФИО6. Устная речь указанных лиц, зафиксированная на данном оптическом диске в файле <данные изъяты>, является квазиспонтанной.

Из заключения эксперта №, № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что в разговоре, зафиксированном на оптическом диске с надписью «<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>» на нерабочей поверхности диска в файле «<данные изъяты>, имеются голос и речь М.Е.В. и ФИО6. Устная речь данных лиц, зафиксированная на оптическом диске в файле <данные изъяты>, является квазиспонтанной.

Согласно заключения эксперта №, № от ДД.ММ.ГГГГ, в разговорах, зафиксированных на оптическом диске с надписью <данные изъяты>» на нерабочей поверхности диска в файлах <данные изъяты> имеются голос и речь М.Е.В.. и ФИО6. Устная речь указанных лиц, зафиксированная на данном оптическом диске в названных файлах является квазиспонтанной.

Как видно из выписки из приказа <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> ФИО6 назначен на должность начальника <данные изъяты>.

В соответствии с копией должностной инструкции начальника <данные изъяты>, утвержденной приказом начальника <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> ФИО6, как начальник <данные изъяты>, в числе прочего, должен знать законы Российской Федерации и иные нормативно-правовые акты, определяющие деятельность органов и учреждений здравоохранения по оказанию медицинской помощи, стандарты оказания медицинской помощи соответствующим категориям больных, теоретические и организационные основы и принципы лечебно-профилактической работы по профилю отделения, действующие нормативно-правовые и инструктивно-методические документы по специальности, правила оформления медицинской документации, принципы планирования деятельности и отчетности; отвечает за организацию и состояние лечебно-диагностической работы отделения по своей специальности, а также осуществляет методическое руководство лечебно-профилактической работой в зоне ответственности госпиталя; оказывает практическую и методическую помощь медицинской службе воинских частей и соединений, военных организаций и военных образовательных учреждений профессионального образования, медицинским воинским частям и учреждениям, дислоцированным в зоне ответственности госпиталя, в организации и проведении диспансерной, профилактической и лечебно-диагностической работы; обязан обеспечивать своевременное и полноценное обследование больных по профилю неврологического отделения, планировать работу неврологического отделения на основе планов работы госпиталя, задач отделения и указаний начальника медицинской части госпиталя, контролировать точное и своевременное выполнение личным составом своих функциональных обязанностей, правил внутреннего трудового распорядка, принимать личное участие в проведении сложных диагностических исследований, оказывать консультативную помощь врачам-специалистам неврологического отделения, проводить разбор сложных случаев и ошибок в диагностике, осуществлять контроль за обоснованностью направления больных на диагностические исследования, руководить работой по обеспечению и управлению качеством оказания диагностической помощи, участвовать в комиссиях и подкомиссиях по предназначению согласно установочным приказам начальника <данные изъяты>; имеет право проводить расстановку кадров в неврологическом отделении и распределять обязанности между сотрудниками, отдавать распоряжения и указания сотрудникам в соответствии с характером возложенных на них функций, уровнем их квалификации и компетенции; несет ответственность за своевременное и качественное осуществление возложенных на него должностных обязанностей, организацию своей работы, своевременное и квалифицированное выполнение приказов, распоряжений и поручений руководства, нормативно-правовых актов по своей деятельности, своевременное и качественное оформление медицинской и иной служебной документации, предусмотренной действующими нормативными документами.

Согласно п.п. 7.2 и 7.9 Руководства по организации работы окружного военного клинического госпиталя (военно-морского клинического госпиталя флота), утвержденного начальником Главного военно-медицинского управления Министерства обороны Российской Федерации (2007 г.), <данные изъяты> ФИО6 <данные изъяты> и как лечащий врач отвечает за оформление и своевременное представление врачебно-экспертных документов в госпитальную ВВК, представление освидетельствуемых на заседание ВВК, оформление заключений ВВК, в том числе свидетельств о болезни, и направление их на утверждение в штатную ВВК. Согласно п. 7.13 Руководства свидетельство о болезни с заключением, подлежащим утверждению, должны направляться в штатную ВВК не позднее 5 дней после освидетельствования.

Как усматривается из копии протокола заседания <данные изъяты><данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, М.Е.В. решением ВВК признан «Д» - не годным к военной службе вследствие военной травмы.

Из копии свидетельства о болезни № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в этот день М.Е.В. повторно освидетельствован ВВК <данные изъяты> и заключением ВВК признан «Д» - не годным к военной службе.

Как следует из сообщения начальника <данные изъяты>, ФИО6 организация и проведение ремонтных работ в <данные изъяты> отделении, а также сбор денежных средств на указанные цели, не поручались.

Таким образом, совокупность вышеприведенных доказательств позволяет суду прийти к выводу о том, что ФИО6, являясь <данные изъяты> и обладая организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями и постоянно выполняя их в Вооруженных Силах Российской Федерации, то есть являясь должностным лицом, 11 февраля 2019 года около 10 часов, находясь в своем рабочем кабинете №, расположенном в <данные изъяты><адрес>, зная, что при увольнении военнослужащего с военной службы, в связи с заболеванием, полученным в период военной службы, на основании действующего законодательства ему полагается крупная единовременная компенсационная выплата, имея корыстный умысел на получение взятки от М.Е.В. за совершение входящих в его полномочия действий в пользу последнего, осознавая, что в силу своего должностного положения он может и обязан оформить, в отношении М.Е.В. свидетельство о болезни, являющееся основанием для получения им единовременной компенсационной выплаты, с целью незаконного обогащения, действуя умышленно, потребовал от М.Е.В. передать ему за оформление свидетельства о болезни незаконное денежное вознаграждение - взятку в виде денег в размере <данные изъяты> рублей, подкрепив свое требование угрозой намеренного затягивания процесса выдачи свидетельства о болезни, создав, таким образом, условия, при которых М.Е.В., опасаясь реализации ФИО6 своих угроз и желая получить надлежаще оформленное свидетельство о болезни вынужден был согласиться с его требованиями и передать ему 11 февраля 2019 года личные денежные средства в размере <данные изъяты> рублей, а 19 февраля 2019 года под контролем органов безопасности <данные изъяты> рублей, переданные ему в целях проведения оперативно-розыскного мероприятия.

Эти действия ФИО6 суд расценивает как получение должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица, с вымогательством взятки, в крупном размере и квалифицирует их по п.п. «б», «в» ч. 5 ст. 290 К РФ.

Несмотря на то, что передача части взятки в сумме <данные изъяты> рублей ФИО6 М.Е.В. осуществлялась под контролем сотрудников ФСБ России в условиях оперативно-розыскного мероприятия и денежные средства были изъяты сразу после их передачи, с учетом разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, а также исходя из того, что первую часть взятки в сумме <данные изъяты> рублей ФИО6 получил ДД.ММ.ГГГГ, данное преступление суд квалифицирует как оконченное.

Давая оценку собранным по делу доказательствам, суд в основу приговора кладет изложенные выше показания в суде незаинтересованных в исходе дела свидетелей М.Е.В., Ш., М.И.Н., Я.С.А., Ф., П., исследованные в суде показания свидетелей Т., С., К. и П., акт осмотра и передачи денежных купюр, рапорт об обнаружении признаков преступления, протоколы обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, изъятия предметов и документов, их осмотров, а также приведенные выше научно обоснованные и мотивированные заключения экспертов, поскольку все они допустимы, достоверны, не противоречат друг другу и в своей совокупности, без сомнения, воссоздают все необходимые обстоятельства вымогательства ФИО6 и передачи ему М.Е.В. взятки.

Что касается показаний свидетелей Ч. в оправдание действий ФИО6 его желанием улучшить бытовые условия в отделении, приобрести необходимое оборудование и предотвратить таким образом в последующем возможную гибель пациентов, то суд относится к ним критически, поскольку вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда г. Екатеринбурга в отношении Ч. установлено, что гибель пациента в неврологическом отделении <данные изъяты>, явилась следствием ненадлежащего выполнения Ч., как врачом-анастезиологом, своих должностных обязанностей, о чем сам он сообщил суду.

Показания допрошенного в суде по инициативе стороны защиты свидетеля Н. об оказании давления на Мирсаева в целях его отказа от защиты ФИО6 суд отвергает как надуманные, не подтвержденные какими-либо объективными данными. Переданная же им просьба М.Е.В. Мирсаеву не может быть расценена как оказание давления на последнего, поскольку, несмотря на нее, Мирсаев продолжает оказывать юридическую помощь ФИО6 по настоящее время, а достоверность показаний свидетеля Н. вызывает существенные сомнения в силу его явно зависимого положения от Мирсаева, оказывающего юридическую помощь его сыну в связи с уголовным преследованием. Последнее обстоятельство как Н., так и сам защитник подсудимого – адвокат Мирсаев лично сообщили суду.

Довод подсудимого и его защитника о том, что полученные от М.Е.В. денежные средства ФИО6 намеревался направить на осуществление ремонта в неврологическом отделении и закупку необходимых медицинских аппаратов и медикаментов суд расценивает как избранную им позицию защиты, поскольку она опровергается установленными в ходе судебного следствия обстоятельствами.

Так, из показаний свидетеля Я.С.А. следует, что дорогостоящее оборудование, как то прикроватные мониторы, дефибриллятор и ингалятор не предусмотрены штатом в неврологическом отделении, гибель военнослужащего в госпитале в апреле 2018 года, на которую ссылался в суде подсудимый, как на обстоятельство, подтолкнувшее его к совершению преступления, произошла за 10 месяцев до совершения им преступления, и не являлась следствием отсутствия в отделении необходимого медицинского оборудования и медикаментов.

Показания таких свидетелей, как А., Ш., Р. не отвечают требованиям относимости и не опровергают вышеизложенных выводов суда.

Исходя из того, что ФИО6 совершено особо тяжкое преступление коррупционной направленности, представляющее повышенную общественную опасность, суд не усматривает оснований для применения в отношении подсудимого положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории совершенного им преступления на менее тяжкую, а также положений ст. 64 УК РФ.

Решая вопрос о назначении наказания, суд приходит к выводу, что целям уголовного наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ - восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения новых преступлений, будет отвечать наказание, связанное с изоляцией подсудимого от общества, в связи с чем считает необходимым лишить его свободы.

Наличие у ФИО6 малолетнего ребенка на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а также его первоначальные признательные показания, как способствовавшие расследованию уголовного дела, суд признает обстоятельствами, смягчающим его наказание и, с учетом этого, полагает возможным назначить ему основное наказание за совершенное преступление в пределах санкции ч. 5 ст. 290 УК РФ в виде лишения свободы на срок, близкий к минимальному.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому, судом не установлено.

Назначая ФИО6 дополнительные виды наказаний, предусмотренные санкцией ч. 5 ст. 290 УК РФ в качестве обязательных в виде штрафа и лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью суд принимает во внимание, что он впервые привлекается к уголовной ответственности в быту и по службе характеризуется с положительной стороны. При этом определяя конкретный размер штрафа, суд исходит из материального положения ФИО6, нахождения у него на иждивении малолетнего ребенка, а также возможности получения им дохода.

Принимая во внимание совершение ФИО6 особо тяжкого преступления, чем он дискредитировал полученное им воинское звание, а также личность виновного суд полагает необходимым в соответствии со ст. 48 УК РФ лишить его воинского звания «<данные изъяты>».

Поскольку полученные ФИО6 в результате совершения преступления денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей использованы им по его усмотрению и их конфискация невозможна, на основании п. «а» ч. 1 ст. 104.1, ст. 104.2 УК РФ у него подлежит конфискации денежная сумма, соответствующая размеру полученных им в результате совершения указанного выше преступления денег.

Арестованное имущество ФИО6 - автомобили «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», нежилое помещение № площадью <данные изъяты> кв. м по адресу <адрес> надлежит обратить ко взысканию в счет конфискации и наказания в виде штрафа.

Являющиеся вещественными доказательствами денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей и <данные изъяты>, переданные на ответственное хранение в <данные изъяты> (<адрес>) подлежат возврату по принадлежности.

Вещественные доказательства медицинская карта стационарного больного № на имя М.Е.В., служебная флэш-карта ФИО6 инв. №, переданные на ответственное хранение начальнику <данные изъяты> (<адрес>) подлежат передаче в <данные изъяты>

Сухой смыв (марлевый тампон) с кисти правой руки ФИО6 и сухие смывы (марлевые тампоны) с внутренней поверхности и рукоятки деревянного ящика, хранящиеся при уголовном деле подлежат хранению при уголовном деле.

Деревянный ящик, изъятый из служебного кабинета ФИО6 хранящийся в камере хранения вещественных доказательств военного следственного отдела СК России по Екатеринбургскому гарнизону, надлежит вернуть по принадлежности в <данные изъяты>.

CD-R диск <данные изъяты>, хранящиеся при уголовном деле надлежит хранить при уголовном деле

Придя к выводу о необходимости назначения подсудимому наказания в виде реального лишения свободы, которое в соответствии с положениями ст. 58 УК РФ, подлежит отбыванию в исправительной колонии строгого режима, суд полагает необходимым изменить ФИО6 меру пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 307 - 309 УПК РФ, военный суд,

приговорил:

признать ФИО6 виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «б» и «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 7 (семь) лет 6 (шесть) месяцев со штрафом в размере двукратной суммы взятки, то есть в размере 1000 000 рублей, с лишением права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственных и муниципальных учреждениях, оказывающих медицинские услуги, сроком на 3 года, с лишением воинского звания «<данные изъяты>» с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения осужденному ФИО6 – подписку о невыезде и надлежащем поведении – изменить на заключение под стражу в зале суда и содержать его в СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.

Срок отбытия наказания ФИО6 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО6 в срок лишения свободы время его задержания в порядке ст. 91 УПК РФ с 20 до ДД.ММ.ГГГГ, а также время его содержания под стражей до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день лишения свободы. Время нахождения ФИО6 под домашним арестом в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зачесть в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

В соответствии со ст. 104.1 УК РФ в порядке конфискации имущества взыскать с ФИО6 в собственность государства деньги в сумме <данные изъяты> рублей, полученные им в результате совершения преступления.

В соответствии с ч. 2 ст. 71 УК РФ наказание в виде штрафа, лишения права занимать определенные должности, лишения воинского звания, назначенные ФИО6, исполнять самостоятельно.

Имущество находящееся в собственности ФИО6 автомобили «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», нежилое помещение № площадью <данные изъяты> кв. м по адресу <адрес>, на которые наложен арест, обратить в счет конфискации, а также исполнения наказания в виде штрафа.

Арест на имущество, принадлежащее ФИО6: автомобили «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», нежилое помещение № площадью <данные изъяты> кв. м по адресу <адрес>, сохранить до приведения приговора к исполнению в части имущественных взысканий.

Вещественные доказательства по делу по вступлению приговора в законную силу:

- денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей и <данные изъяты> рублей, переданные на ответственное хранение в <данные изъяты> (<адрес>) – передать по принадлежности;

- медицинскую карту М.Е.В. и флеш-карту ФИО6 передать в <данные изъяты>;

- диски с результатами оперативно - розыскных мероприятий, сухие смывы хранить при уголовном деле.

Реквизиты для оплаты штрафа: <данные изъяты>.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Центральный окружной военный суд в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае направления уголовного дела в Центральный окружной военный суд для рассмотрения в апелляционном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий А.П. Палеев