Приговор № 1-15/2017 1-358/2016 от 1 мая 2017 г. по делу № 1-15/2017

№ 1-358/2016


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 02 мая 2017 года

Свердловский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего - судьи Счастливенко С.И.,

при секретарях Севрюковой М.П., Коноплянко Е.Я.,

с участием:

государственных обвинителей – помощников прокурора г.Белгорода Григоровой С.В., ФИО1,

подсудимой ФИО2,

защитников – адвоката Немцева А.Ю., представившего служебное удостоверение № 1053 и ордер на защиту № 026286; адвоката Немцевой Н.И., представившей служебное удостоверение № 218 и ордер на защиту №000192,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО2, <данные изъяты> не судимой,

в совершении преступлений, предусмотренных: ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1; п. «а» ч. 3 ст. 228.1; ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1; ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1; п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1; п. «а» ч. 3 ст. 228.1; п. «а» ч. 3 ст. 228.1; ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1; п. «а» ч. 3 ст. 228.1; п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, в г. Белгороде совершила умышленное преступление в сфере незаконного оборота наркотических средств, при следующих обстоятельствах.

В период до ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 вступила в преступный сговор с иными неустановленными лицами (уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство), направленный на незаконный сбыт наркотических средств. Согласно достигнутой договоренности, неустановленные лица должны выполнять роль «закладчиков», помещая в тайники наркотические средства и сообщая их адреса ФИО3 – которая должна была выполнять функции «диспетчера» - получать адреса от «закладчиков» и сообщать их приобретателям наркотических средств, после оплаты.

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени до 14 часов 29 минут неустановленное лицо - «закладчик», действуя в группе лиц по предварительному сговору с ФИО3, поместило свертки с наркотическим средством «героин» массой не менее 0, 286 грамма в тайники, расположенные на земле рядом с домом <адрес>, и под сиденьем качелей, напротив дома <адрес>, сообщив адреса тайников ФИО3, для осуществления дальнейшего незаконного сбыта.

В 14 часов 53 минуты ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, действуя группой лиц по предварительному сговору с иными неустановленными лицами, по телефону сообщила, обратившемуся к ней с целью приобретения наркотического средства КСС место нахождения «закладки» с героином - на земле возле столбика рядом с домом <адрес>, предварительно получив от КСС оплату за него, в сумме 3000 рублей, переведенные КОЛ (по просьбе КСС), через платежный терминал, на указанный ФИО3 номер Киви - счета №.

Не обнаружив в указанном месте наркотическое средство, КСС сообщил об этом ФИО3, которая указала ему адрес с другим тайником - под сиденьем качелей, напротив <адрес>, тем самым действуя в группе лиц по предварительному сговору с неустановленными лицами незаконно сбыла КСС наркотическое средство «героин» массой 0, 286 грамма.

Извлеченное в этот же день, в 16 часов 25 минут, из указанного тайника наркотическое средство «героин», массой 0, 286 граммов, КСС продолжил хранить при себе.

При задержании, КСС выбросил на землю приобретенное при вышеуказанных обстоятельствах наркотическое средство. В период времени с 16 часов 43 минут до 17 часов 01 минуты ДД.ММ.ГГГГ, данное наркотическое средство, в ходе обследования участка местности, расположенного на углу дома <адрес>, было изъято сотрудниками полиции.

В судебном заседании ФИО3 вину не признала. Показала, что наркотические средства не сбывала, сотового телефона не имеет; отрицала принадлежность голоса, зафиксированного на фонограммах ей, считая, что эксперты ошиблись. Утверждала, что БЛС ей не известна.

Вина ФИО3 в совершении вышеуказанного преступления подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения и исследованных в ходе судебного следствия доказательств.

Согласно сводке наружного наблюдения, ДД.ММ.ГГГГ зафиксировано как напротив <адрес> остановился автомобиль из которого вышли КСС и КОЛ, и что-то искали. Затем, они уехали и прибыли к <адрес>, где КСС что-то подобрал возле дома. После чего они уехали, и у дома <адрес> были задержаны. (т.5 л.д. 101-104)

Сведения, полученные в ходе проведения ОРМ – «наблюдение», также зафиксированы на видеозаписи содержащейся на DVD диске, которая протоколом была осмотрена, диск признан вещественным доказательством и приобщен к уголовному делу. (т.5 л.д. 186-202, 203-204)

Актом обследования участка местности, в 7 метрах от дома <адрес>, обнаружен и изъят сверток с комкообразным веществом, которое согласно справке об исследовании, является наркотическим средством героином, массой 0,286 грамма (т.3 л.д.182-186, 218)

Заключением эксперта подтверждено, что изъятое вещество является названным наркотическим средством (т.3 л.д. 224-225)

Наркотическое средство было осмотрено, признано вещественным доказательством и приобщено к уголовному делу. (т.4 л.д. 1-2,3)

В ходе обследования участка местности напротив дома <адрес>, КОЛ указал на качели, где под сиденьем КСС обнаружил сверток с наркотическим средством, приобретенный у девушки, которую называли Оксана (т.3 л.д. 192-194)

При личном досмотре КСС, изъят сотовый телефон, который был осмотрен, признан вещественным доказательством и приобщен к уголовному делу (т.3 л.д. 187-188, 242-243, 244)

Заключением эксперта установлено, что в памяти изъятого у КСС телефона, имеются смс-сообщения: ДД.ММ.ГГГГ от абонента под именем «ФИО4» абонентский номер № поступили смс-сообщения следующего содержания: 14 часов 39 минут «№», 14 часов 53 минуты «Сумская.172». В телефонной книги установлены контакты: «Бар Ксюха Карта» №, «Бар Ксюха Киви» телефон: №, «Бар ФИО4» телефон: №. (т.3 л.д. 232-240)

В ходе личного досмотра КОЛ был обнаружен и изъят чек оплаты о переводе денежных средств ДД.ММ.ГГГГ в сумме 3000 рублей (т. 3 л.д. 189-191)

В ходе осмотра киви-кошелька – №, установлено поступление денежных средств в сумме 3000 рублей ДД.ММ.ГГГГ (т.6 л.д. 209-228)

Осмотренный диск со сведениями о движении денежных средств по указанному счету киви-кошелька, признан вещественным доказательством и приобщен к уголовному делу (т. 6 л.д. 229-230)

КСС подтвердил, что ДД.ММ.ГГГГ созванивался с девушкой, которую называл Оксана, и договаривался о приобретении героина. Показал, что в тайнике у дома <адрес> наркотик не нашел, и Оксана назвала ему другой адрес – под качелями у дома <адрес> В этом месте забрал сверток с героином, который выбросил при задержании. Подтвердил, что прослушивал разговоры за ДД.ММ.ГГГГ между ним и Оксаной, и что голос принадлежит ему и девушке, которую называл Оксана.

Свидетель ЗИА показал, что участвовал в качестве понятого при осмотре участка местности у дома <адрес> где был обнаружен и изъят сверток с веществом. Также участвовал при проведении личных досмотров КСС у которого был изъят сотовый телефон и КОЛ Подтвердил, что сотрудники полиции составляли необходимые документы, с которыми он знакомился и подписывал.

ЧАА показания которого были оглашены, также подтвердил участие в качестве понятого совместно с ЗИА. Подтвердил изъятие свертка с комкообразным веществом, а также сотового телефона у КСС. Кроме того, показал, что у КОЛ при личном досмотре был обнаружен чек оплаты, оставшийся у него после перевода денег за наркотик (т.4 л.д. 32-35)

Свидетели МЮВ и МЕВ пояснили, что участвовали в качестве понятых при осмотре участка местности у дома <адрес>, где КОЛ указал на детские качели, под сиденьем которых КСС забрал сверток с героином. (т.4 л.д. 39-41, 45-47)

Сотрудник полиции ААА пояснил, что участвовал в проведении оперативных мероприятий ДД.ММ.ГГГГ В ходе ОРМ, у дома <адрес> были задержаны КСС и КОЛ. При задержании КСС выбросил сверток с наркотическим средством, который в присутствии понятых был изъят. Были проведены личные досмотры КСС и КОЛ. Затем, КОЛ указал на место, где КСС приобрел героин – детские качели у дома <адрес>

Объективность показаний свидетелей у суда сомнений не вызывают, поскольку они последовательны и непротиворечивы. Неприязненных отношений с подсудимой у них не имелось, что исключает основания для оговора. В совокупности с другими доказательствами их показания соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, поэтому суд признает их достоверными.

Справками-расшифровками материалов «прослушивание телефонных переговоров», проводимых в отношении ФИО3, установлено дословное содержание телефонных разговоров, состоявшихся ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и КСС. Анализ указанных телефонных разговоров, свидетельствует о причастности ФИО3 к незаконному сбыту наркотического средства героин через тайники. (т.5 л.д. 137-140)

Указанная справка-расшифровка, а также компакт-диски с записями этих телефонных переговоров, в установленном законом порядке были рассекречены и представлены следователю (т.5 л.д.75-83, 84)

В ходе осмотра и прослушивания фонограмм, на компакт-диске №с, с результатами оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», проведенных в отношении ФИО3, установлены записи телефонных разговоров, состоявшихся ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и КСС, в ходе которых ФИО3 объясняет КСС место нахождения «закладки», а КСС сообщает, что не может ее найти. (т.5 л.д. 151-181).

Данный компакт-диск с записями, а также справка-расшифровка материалов «прослушивание телефонных переговоров» признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу (т.5. л.д. 184-185)

Документы составлены, а действия проведены в соответствии с требованиями Конституции РФ, ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности в РФ», с участием понятых, с разъяснением прав участникам. Их результаты представлены следователю в соответствии с постановлениями о рассекречивании результатов ОРД, в связи с чем, законность проведения и представления результатов ОРД, у суда сомнений не вызывает, и в соответствии со ст.84 УПК РФ, суд признает составленные при проведении этих мероприятий протоколы, акты, справки-расшифровки, иными документами, являющимися допустимыми доказательствами по делу.

Заключением эксперта №, установлено, что голос и речь диктора Ж, принадлежит ФИО2 Этой же экспертизой установлено дословное содержание разговора между ФИО3 и КСС. Анализ данного разговора свидетельствует о том, что КСС а указанном тайнике не может найти наркотическое средство, а ФИО3 объясняет, где нужно искать. В ходе этого разговора КСС называет адрес: «..Вот ворота, 172, Сумская…». (т.6 л.д. 53-67)

Заключениями экспертов №, №, также установлено, что голос и речь диктора Ж, принадлежит ФИО2 Из дословного содержания разговоров, следует, что ФИО3 и КСС обсуждают место тайника с наркотическим средством, которое КСС не может найти, о чем и сообщает ФИО3 (т.5 л.д. 231-245, т.6 л.д. 3-17, 71-85)

Вопреки доводам стороны защиты, правильность выводов заключений экспертов не вызывает сомнений. Они научно обоснованы, проведены в соответствии с требованиями УПК РФ экспертами, имеющими необходимое образование и стаж работы, с исследованием представленных на экспертизу необходимых образцов, подтверждаются исследованными доказательствами. Поэтому суд признает заключения объективными, допустимыми и достоверными доказательствами.

Осмотры, проведены в полном соответствии со ст. 176-177 УПК РФ, поэтому суд признает их объективными, допустимыми и достоверными доказательствами.

Вышеуказанные представленные стороной обвинения доказательства соответствуют нормам уголовно-процессуального закона и оснований для признания их недопустимыми не имеется.

Оценив собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд считает вину подсудимой в незаконном сбыте наркотического средства КСС группой лиц по предварительному сговору, доказанной.

Действия ФИО2 суд квалифицирует:

- по п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ – незаконный сбыт наркотических средств, совершенный группой лиц по предварительному сговору.

Совершая указанное преступление, подсудимая действовала с прямым умыслом, посягая на отношения, обеспечивающие здоровье граждан, предвидела наступление общественно опасных последствий и желала наступления таких последствий.

Согласно Постановлению Правительства РФ от 01.10.2012 г. №1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ…, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ», размер наркотического средства героина (диацетилморфина) 0,5 до 2,5 гр. является значительным, от 2,5 до 1 000 гр. - крупным.

Преступление ФИО3 совершено группой лиц по предварительному сговору. О предварительном сговоре свидетельствует согласованность и взаимообусловленность действий подсудимой и неустановленных лиц, с распределением ролей.

Мотивом совершенного преступления явилась корысть, желание незаконно получить денежные средства для личных нужд.

ФИО3 также предъявлено обвинение:

по четырем эпизодам покушения на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере (эпизоды от ДД.ММ.ГГГГ.; ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ);

Эти действия ФИО3, по каждому эпизоду, следствием квалифицированы по ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ.

Допросив ФИО3, которая вину по данным эпизодам не признала, а также исследовав материалы уголовного дела, суд установил, что по вышеуказанным вмененным ФИО3 эпизодам покушения на незаконный сбыт, в ее действиях, по каждому из названных эпизодов, отсутствует состав преступления.

Так, для признания ФИО3 виновной по этим эпизодам преступной деятельности необходимо наличие достаточных доказательств выполнения ею объективной стороны указанных преступлений. Стороной обвинения таких доказательств суду не представлено.

В качестве доказательств по каждому из указанных эпизодов, стороной обвинения представлено: акты обследования, в ходе которых из тайников изымались наркотические средства; заключения экспертов, установивших вид и размер наркотического средства; протоколы осмотра изъятых наркотиков и постановления о признании их вещественными доказательствами и приобщении к уголовному делу; показания понятых, участвовавших в изъятии наркотических средств; показания оперативных сотрудников, производивших изъятие. Данные доказательства указывают лишь на факт обнаружения и изъятия из тайников наркотических средств.

Кроме того, по каждому из названных эпизодов, стороной обвинения, в качестве доказательств представлены: справка-расшифровка мероприятий «прослушивание телефонных переговоров», протокол осмотра и прослушивания фонограмм, заключение фоноскопической экспертизы.

Ссылаясь на данные доказательства, сторона обвинения указывает на наличие по каждому эпизоду телефонных разговоров ФИО3, свидетельствующих о ее незаконной деятельности с наркотическими средствами. Между тем, данные ссылки являются лишь предположением, поскольку экспертного заключения, указывающего на принадлежность голоса ФИО3, по каждому из названных эпизодов, не имеется. Ссылка на заключение фоноскопической экспертизы №, которой установлена принадлежность голоса ФИО3, не может свидетельствовать о причастности ФИО3 к указанным эпизодам, поскольку данный конкретный разговор не относится к вмененным эпизодам покушений на незаконный сбыт.

Свидетели КСВ ЛСЮ., КСС ТАА., ШМВ, ЧЕВ – приобретатели наркотических средств, показания которых также представлены обвинением в качестве доказательств, лишь подтвердили принадлежность своего голоса, и голоса девушки по имени Оксана, у которой приобретали героин. Однако, доказательств тому, что ФИО2 и является указанной Оксаной, суду не представлено.

В связи с изложенным, по делу в такой части предъявленного ФИО3 обвинения (по 4-м вышеуказанным эпизодам) она подлежит оправданию на основании п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии подсудимой состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 (4 эпизода) УК РФ.

Матвиенко имеет право на реабилитацию, а также на возмещение имущественного и морального вреда в порядке, предусмотренном ст.135-136 УПК РФ, в части ее оправдания по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 (4 эпизода) УК РФ, в связи с отсутствием в деянии подсудимой состава преступления.

Помимо этого, ФИО3 также предъявлено обвинение:

- по незаконному сбыту наркотических средств ТАА, группой лиц по предварительному сговору, которое квалифицировано следствием по п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ;

- по незаконному сбыту наркотических средств ЛСЮ группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, которое квалифицировано следствием по п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ;

- по незаконному сбыту наркотических средств ХОГ, группой лиц по предварительному сговору, которое квалифицировано следствием по п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ;

- по незаконному сбыту наркотических средств ШМВ, группой лиц по предварительному сговору, которое квалифицировано следствием по п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ;

- по незаконному сбыту наркотических средств ЧЕВ, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, которое квалифицировано следствием по п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ.

Вину по указанным эпизодам ФИО3 также не признала. Исследовав материалы уголовного дела, суд установил, что по вышеуказанным вмененным ФИО3 эпизодам незаконных сбытов, в ее действиях, по каждому из названных эпизодов, отсутствует состав преступления.

Так, для признания ФИО3 виновной по этим эпизодам преступной деятельности необходимо наличие достаточных доказательств выполнения ею объективной стороны указанных преступлений. Стороной обвинения таких доказательств суду не представлено.

Так по эпизоду сбыта ТАА в качестве доказательств стороной обвинения представлено: акт обследования, в ходе которого из тайника изъято наркотическое средство; заключение эксперта, установившее вид и размер наркотического средства; протокол осмотра изъятого наркотического средства и постановление о признании его вещественным доказательством и приобщении к уголовному делу; показания понятых, участвовавших в изъятии наркотического средства; показания оперативного сотрудника, производившего изъятие; сводка наружного наблюдения, проводившегося в отношении ТАА. Данные доказательства указывают лишь на факт обнаружения и изъятия наркотического средства.

Показаниями ТАА, подтверждено, что он договаривался с девушкой по имени Оксана о приобретении наркотического средства.

Кроме того, стороной обвинения, в качестве доказательств представлены: справка-расшифровка мероприятий «прослушивание телефонных переговоров», протокол осмотра и прослушивания фонограмм, заключение фоноскопической экспертизы №.

Ссылаясь на данные доказательства, сторона обвинения указывает на наличие телефонных разговоров ФИО3, свидетельствующих о ее незаконной деятельности с наркотическими средствами. Между тем, данные ссылки, по конкретному преступлению – незаконному сбыту наркотического средства ТАА, являются лишь предположением, поскольку экспертного заключения, указывающего на принадлежность голоса ФИО3, по по этому эпизоду, не имеется. Ссылка на заключение фоноскопической экспертизы №, которой установлена принадлежность голоса ФИО3, не может свидетельствовать о причастности ФИО3 к названному эпизоду, поскольку данный конкретный разговор не относится к вмененному эпизоду сбыта ТАА.

Свидетели КСВ, ЛСЮ., КСС, ЧЕВ – приобретатели наркотических средств, показания которых также представлены обвинением в качестве доказательств, лишь подтвердили принадлежность своего голоса, и голоса девушки по имени Оксана, у которой приобретали героин. Однако, доказательств тому, что голос девушки по имени Оксана, (в разговоре с ТАА принадлежит именно ФИО2, суду не представлено.

По эпизоду сбыта ЛСЮ, в качестве доказательств стороной обвинения представлено: протокол личного досмотра ЛСЮ, в ходе которого изъято наркотическое средство; заключение эксперта, установившее вид и размер наркотического средства; протокол осмотра изъятого наркотического средства и постановление о признании его вещественным доказательством и приобщении к уголовному делу; акты обследования участков местности, где ЛСЮ извлек наркотическое средство; показания понятых, участвовавших в изъятии наркотического средства; показания оперативных сотрудников, производивших изъятие; сводка наружного наблюдения, в ходе которого зафиксировано как ЛСЮ забрал «закладку». Данные доказательства указывают лишь на факт обнаружения и изъятия наркотического средства.

Показаниями ЛСЮ подтверждено лишь, что он договаривался с девушкой по имени Оксана о приобретении наркотического средства. Заключением эксперта, в памяти телефона ЛСЮ установлен номер телефона «Оксаны», а также смс-сообщение с адресом тайника. Между тем, достаточных доказательств тому, что ФИО2 является Оксаной, у которой ЛСЮ приобрел героин, суду не представлено.

Кроме того, стороной обвинения, в качестве доказательств представлены: справка-расшифровка мероприятий «прослушивание телефонных переговоров», протокол осмотра и прослушивания фонограмм, заключение фоноскопической экспертизы №.

Ссылаясь на данные доказательства, сторона обвинения указывает на наличие телефонных разговоров ФИО3, свидетельствующих о ее незаконной деятельности с наркотическими средствами. Между тем, данные ссылки, по конкретному преступлению – незаконному сбыту наркотического средства ЛСЮ, являются лишь предположением, поскольку экспертного заключения, указывающего на принадлежность голоса ФИО3, по этому эпизоду, не имеется. Ссылка на заключение фоноскопической экспертизы №, которой установлена принадлежность голоса ФИО3, не может свидетельствовать о причастности ФИО3 к названному эпизоду, поскольку данный конкретный разговор не относится к вмененному эпизоду сбыта ЛСЮ.

Свидетели КСВ., КСС., ТАА., ЧЕВ. – приобретатели наркотических средств, показания которых также представлены обвинением в качестве доказательств, лишь подтвердили принадлежность своего голоса, и голоса девушки по имени Оксана, у которой приобретали героин. Однако, доказательств тому, что голос девушки по имени Оксана, (в разговоре с ЛСЮ) принадлежит именно ФИО2, суду не представлено.

По эпизоду сбыта ХОГ, в качестве доказательств стороной обвинения представлено: протокол личного досмотра ХОГ, в ходе которого изъят сотовый телефон; акт обследования участка местности, в ходе которого изъято наркотическое средство; справка и заключение эксперта, установившие вид и размер наркотического средства; протокол осмотра изъятого наркотического средства и постановление о признании его вещественным доказательством и приобщении к уголовному делу; акт обследования участка местности, где ХОГ извлек наркотическое средство; показания понятых, участвовавших в изъятии наркотического средства; показания оперативных сотрудников, производивших изъятие; сводка наружного наблюдения, в ходе которого зафиксировано как ХОГ подходил к месту тайника. Данные доказательства указывают лишь на факт обнаружения и изъятия наркотического средства.

Показаниями ХОГ и КСВ подтверждено лишь, что они договаривались с девушкой по имени Оксана о приобретении наркотического средства. Между тем, достаточных доказательств тому, что ФИО2 является Оксаной, у которой ХОГ приобрел героин, суду не представлено.

Кроме того, стороной обвинения, в качестве доказательств представлены: справка-расшифровка мероприятий «прослушивание телефонных переговоров», протокол осмотра и прослушивания фонограмм, заключение фоноскопической экспертизы №.

Ссылаясь на данные доказательства, сторона обвинения указывает на наличие телефонных разговоров ФИО3, свидетельствующих о ее незаконной деятельности с наркотическими средствами. Между тем, данные ссылки, по конкретному преступлению – незаконному сбыту наркотического средства ХОГ, являются лишь предположением, поскольку экспертного заключения, указывающего на принадлежность голоса ФИО3, по этому эпизоду, не имеется. Ссылка на заключение фоноскопической экспертизы №, которой установлена принадлежность голоса ФИО3, не может свидетельствовать о причастности ФИО3 к названному эпизоду, поскольку данный конкретный разговор не относится к вмененному эпизоду сбыта ХОГ.

Свидетели КСВ., ЛСЮ, ТАА., КСС, ЧЕВ – приобретатели наркотических средств, показания которых также представлены обвинением в качестве доказательств, лишь подтвердили принадлежность своего голоса, и голоса девушки по имени Оксана, у которой приобретали героин. Однако, доказательств тому, что голос девушки по имени Оксана, (в разговоре с ХОГ) принадлежит именно ФИО2, суду не представлено.

По эпизоду сбыта ШМВ, в качестве доказательств стороной обвинения представлено: акт обследования участка местности, в ходе которого изъято наркотическое средство; протокол личного досмотра ШМВ, в ходе которого изъят сотовый телефон; заключение эксперта, установившее вид и размер наркотического средства; протокол осмотра изъятого наркотического средства и постановление о признании его вещественным доказательством и приобщении к уголовному делу; акт обследования участка местности, где ШМВ извлек наркотическое средство; показания понятых, участвовавших в изъятии наркотического средства; показания оперативных сотрудников, производивших изъятие; сводка наружного наблюдения, в ходе которого зафиксировано как ХОГ подходил к месту тайника. Данные доказательства указывают лишь на факт обнаружения и изъятия наркотического средства.

ШМВ в судебном заседании допрошен не был, показания его не оглашались. Достаточных доказательств тому, что ШМВ приобрел героин именно у ФИО3, суду не представлено.

Кроме того, стороной обвинения, в качестве доказательств представлены: справка-расшифровка мероприятий «прослушивание телефонных переговоров», протокол осмотра и прослушивания фонограмм, заключение фоноскопической экспертизы №.

Ссылаясь на данные доказательства, сторона обвинения указывает на наличие телефонных разговоров ФИО3, свидетельствующих о ее незаконной деятельности с наркотическими средствами. Между тем, данные ссылки, по конкретному преступлению – незаконному сбыту наркотического средства ШМВ, являются лишь предположением, поскольку экспертного заключения, указывающего на принадлежность голоса ФИО3, по этому эпизоду, не имеется. Ссылка на заключение фоноскопической экспертизы №, которой установлена принадлежность голоса ФИО3, не может свидетельствовать о причастности ФИО3 к названному эпизоду, поскольку данный конкретный разговор не относится к вмененному эпизоду сбыта ШМВ.

Свидетели КСВ, ЛСЮ, ТАА, КСС, ЧЕВ – приобретатели наркотических средств, показания которых также представлены обвинением в качестве доказательств, лишь подтвердили принадлежность своего голоса, и голоса девушки по имени Оксана, у которой приобретали героин. Однако, доказательств тому, что голос девушки по имени Оксана, (в разговоре с ШМВ принадлежит именно ФИО2, суду не представлено.

По эпизоду сбыта ЧЕВ, в качестве доказательств стороной обвинения представлено: акт обследования транспортного средства, в ходе которого изъято наркотическое средство; протокол личного досмотра ЧЕВ, в ходе которого изъяты сотовые телефоны; заключение эксперта, установившее вид и размер наркотического средства; протокол осмотра изъятого наркотического средства и постановление о признании его вещественным доказательством и приобщении к уголовному делу; акт обследования участка местности, где ЧЕВ извлек наркотическое средство; показания понятых, участвовавших в изъятии наркотического средства; показания оперативных сотрудников, производивших изъятие; сводка наружного наблюдения, в ходе которого зафиксировано как ЧЕВ подходил к месту тайника и забирал «закладку». Данные доказательства указывают лишь на факт обнаружения и изъятия наркотического средства.

Показаниями ЧЕВ подтверждено лишь, что он договаривался с девушкой по имени Оксана о приобретении наркотического средства. Заключением эксперта, в памяти телефона ЧЕВ установлено смс-сообщение с адресом тайника. Между тем, достаточных доказательств тому, что ФИО2 является Оксаной, у которой ЧЕВ приобрел наркотическое средство, суду не представлено.

Кроме того, стороной обвинения, в качестве доказательств представлены: справка-расшифровка мероприятий «прослушивание телефонных переговоров», протокол осмотра и прослушивания фонограмм, заключение фоноскопической экспертизы №.

Ссылаясь на данные доказательства, сторона обвинения указывает на наличие телефонных разговоров ФИО3, свидетельствующих о ее незаконной деятельности с наркотическими средствами. Между тем, данные ссылки, по конкретному преступлению – незаконному сбыту наркотического средства ЧЕВ, являются лишь предположением, поскольку экспертного заключения, указывающего на принадлежность голоса ФИО3, по этому эпизоду, не имеется. Ссылка на заключение фоноскопической экспертизы №, которой установлена принадлежность голоса ФИО3, не может свидетельствовать о причастности ФИО3 к названному эпизоду, поскольку данный конкретный разговор не относится к вмененному эпизоду сбыта ЧЕВ

Свидетели КСВ, ЛСЮ, ТАА, КСС, приобретатели наркотических средств, показания которых также представлены обвинением в качестве доказательств, лишь подтвердили принадлежность своего голоса, и голоса девушки по имени Оксана, у которой приобретали героин. Однако, доказательств тому, что голос девушки по имени Оксана, (в разговоре с ЧЕВ принадлежит именно ФИО2, суду не представлено.

В связи с изложенным, по делу в такой части предъявленного ФИО3 обвинения (по 5-ти вышеуказанным эпизодам сбытов) она подлежит оправданию на основании п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии подсудимой состава преступления, предусмотренного: п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (сбыт ТАА.); п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ (сбыт ЛСЮ.); п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (сбыт ХОГ.); п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (сбыт ШМВ); п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (сбыт ЧЕВ.)

Матвиенко имеет право на реабилитацию, а также на возмещение имущественного и морального вреда в порядке, предусмотренном ст.135-136 УПК РФ, в части ее оправдания по предъявленному обвинению в совершении указанных преступлений, в связи с отсутствием в деянии подсудимой состава преступления.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3 суд признает: наличие малолетних детей, ее нахождение в состоянии беременности.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, судом не признано.

При назначении наказания, суд учитывает, что ФИО3 по месту жительства характеризуется удовлетворительно (т.8 л.д. 55); на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (т.8 л.д. 53-54); официально не трудоустроена; не замужем, имеет шестерых малолетних детей, находится в состоянии беременности; не судима.

Исходя из целей наказания, а также принципа его справедливости, учитывая личность подсудимой, характер и степень общественной опасности совершенного преступления в сфере незаконного оборота наркотических средств, суд считает необходимым назначить наказание в виде лишения свободы на определенный срок, и не усматривает оснований для применения ст. 73 УК РФ.

Вместе с тем, с учетом смягчающих наказание обстоятельств, совокупность которых суд признает исключительными, суд считает возможным применить ст. 64 УК РФ, с назначением ей наказания ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч.3 ст.228.1 УК РФ.

Помимо этого, суд считает возможным не применять подсудимой дополнительных необязательных видов наказаний в виде: штрафа и ограничения свободы, предусмотренных санкцией ч.3 ст.228.1 УК РФ.

Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, суд не усматривает.

На основании п. «б» ч.1 ст. 58 УК РФ, ФИО3 должна отбывать наказание в колонии общего режима.

Однако, ввиду того, что ФИО3 является матерью-одиночкой, на иждивении шестеро малолетних детей, которые проживают совместно с ней, находится в состоянии беременности, в соответствии с ч.1 ст. 82 УК РФ, п.2 ч.1 ст. 398 УПК РФ, суд считает необходимым ФИО3, как женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, реальное отбывание назначенного наказания в виде лишения свободы - отсрочить до достижения ребенком (ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения) четырнадцатилетнего возраста.

По вступлении приговора в законную силу, вещественные доказательства: наркотические средства, находящиеся в камере хранения наркотических средств и психотропных веществ УМВД РФ по г.Белгороду и в камере хранения наркотических средств ЭКЦ УМВД РФ по Белгородской области; мобильные телефоны изъятые у ШМВ, у <адрес>, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СУ УМВД РФ по Белгородской области, - необходимо продолжить хранить в местах, определенных следствием, до разрешения их судьбы по результатам рассмотрения уголовного дела в отношении БЛС и иных неустановленных лиц, выделенного в отдельное производство. Мобильные телефоны переданные на хранение владельцам: ЛСЮ, КСС, ЧЕВ, САВ - надлежит оставить в их распоряжении. 11 (одиннадцать) компакт-дисков с записями телефонных переговоров, со сведениями о движении денежных средств, - следует оставить храниться при уголовном деле. Справки-расшифровки, выписки из киви-кошелька, - необходимо хранить в уголовном деле.

По делу имеются процессуальные издержки, предусмотренные п. 5 ч.2 ст.131 УПК РФ, связанные с оплатой труда адвоката в ходе предварительного следствия и в суде, которые на основании ч.2 ст.132 УПК РФ, подлежат взысканию с осужденной.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-310 УПК РФ, суд, –

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ, и назначить ей по этой статье наказание, с применением ст.64 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года в исправительной колонии общего режима.

Зачесть ФИО2 в срок наказания время задержания в порядке ст.91 УПК РФ - с 12.05.2016 г. по 14.05.2016 г. (2 дня).

На основании ч.1 ст.82 УК РФ, ФИО2 как женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, реальное отбывание назначенного наказания в виде лишения свободы отсрочить до достижения ребенком (ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения) четырнадцатилетнего возраста.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу, оставить подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Признать невиновной ФИО2 по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных: ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ (эпизод от ДД.ММ.ГГГГ), п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (сбыт ТАА ДД.ММ.ГГГГ), ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ (эпизод от ДД.ММ.ГГГГ), ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ (эпизод от ДД.ММ.ГГГГ), п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ (сбыт ЛСЮ ДД.ММ.ГГГГ), п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (сбыт ХОГ ДД.ММ.ГГГГ), ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ (эпизод от ДД.ММ.ГГГГ), п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (сбыт ШМВ ДД.ММ.ГГГГ), п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (сбыт ЧЕВ. ДД.ММ.ГГГГ), и оправдать ее по каждому из этих преступлений, в связи с отсутствием в деянии подсудимой состава преступления, на основании п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ.

Признать за ФИО2 право на реабилитацию и возмещение имущественного, морального вреда, восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав в порядке, предусмотренном ст. ст. 135, 136 и 138 УПК РФ, в части ее оправдания по предъявленному обвинению, в связи с отсутствием в деянии подсудимой состава преступления.

По вступлении приговора в законную силу, вещественные доказательства: наркотические средства, находящиеся в камере хранения наркотических средств и психотропных веществ УМВД РФ по г.Белгороду и в камере хранения наркотических средств ЭКЦ УМВД РФ по Белгородской области; мобильные телефоны изъятые у ШМВ, у <адрес>, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СУ УМВД РФ по Белгородской области, - хранить далее в местах, определенных следствием, до разрешения их судьбы по результатам рассмотрения уголовного дела в отношении БЛС и иных неустановленных лиц, выделенного в отдельное производство. Мобильные телефоны, переданные на хранение владельцам: ЛСЮ, КСС, ЧЕВ, САВ - оставить в их распоряжении. 11 (одиннадцать) компакт-дисков с записями телефонных переговоров, со сведениями о движении денежных средств, - хранить при уголовном деле. Справки-расшифровки, выписки из киви-кошелька, - хранить в уголовном деле.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката в ходе предварительного следствия и в суде, взыскать с осужденной ФИО2

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора, с подачей апелляционной жалобы через Свердловский районный суд г. Белгорода.

Председательствующий судья: подпись С.И. Счастливенко

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>