Апелляционное определение от 20 сентября 2018 г. по делу № 2-11/2018

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 19-АПУ18-16СП


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 20 сентября 2018 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего судьи Ботина А.Г., судей Пейсиковой ЕВ. и Лаврова Н.Г. при ведении протокола секретарём Мамейчиком М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Щетининой НА. на приговор Ставропольского краевого суда от 28 июня 2018 г., по которому

ФИО1, <...> несудимый,

осуждён по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ на 18 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год, с установлением ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания), где он будет находиться после освобождения и отбытия основного наказания, в период с 22 часов до 6 часов следующих суток, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства или пребывания, место работы или учёбы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, с возложением на него обязанности являться в

специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, три раза в месяц для регистрации.

В соответствии с п. «в» ч.1 ст. 97, п. «а» ч.1 ст. 99 и ст. 100 УК РФ назначены ФИО1 принудительные меры медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра.

Постановлено взыскать с ФИО1 денежные средства в счёт компенсации морального вреда в пользу Р.Р. Н.Н. по 2 млн руб. каждому, а также в счёт возмещения имущественного вреда в пользу Р. - 248 430 руб., в пользу Н. - 144 474 руб.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации ПейсиковойЕВ., изложившей обстоятельства дела, доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе адвоката, выступление осуждённого ФИО1 в режиме видеоконференц-связи и адвоката Корытина А.В., поддержавших доводы, изложенные в апелляционной жалобе, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Мусолиной Е.А., полагавшей приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения, Судебная коллегия

установила:

по приговору суда, постановленному с участием коллегии присяжных заседателей, ФИО1 признан виновным в умышленном причинении смерти Р. и Н.

В апелляционной жалобе адвокат Щетинина Н.А., не оспаривая обвинительный вердикт присяжных заседателей, считает приговор несправедливым вследствие назначенного чрезмерно сурового наказания. Указывает на то, что ФИО1 вину признал, раскаялся в содеянном, просил прощения у потерпевших, частично признал исковые требования, является пенсионером. Считает, что суд не учёл наличие у ФИО1 ряда заболеваний, установленных судебно-медицинскими экспертами. Утверждает, что выводы судебно-психиатрической экспертизы от 20 сентября 2016 г., проведённой в условиях амбулаторной экспертизы врачами- экспертами ФГБУ ФМИЦПиН им. В.П. Сербского, установила наличие у него в период, относящийся к инкриминируемому деянию, временного психического расстройства в форме острой реакции на стресс, лишавшего его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Согласно выводам экспертов он не может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для

дела, и давать показания, понимать характер значение уголовного судопроизводства, не обладает способностью к самостоятельному совершению действий и нуждается в направлении на принудительное лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа. Адвокат указывает, что повторная экспертиза в областной клинической психиатрической больнице г. Астрахани, проведённая 8 марта 2017 г., установила наличие расстройства психической деятельности Медведева, лишившего его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания, он нуждается в принудительном лечении с интенсивным наблюдением в стационаре специализированного типа до его выхода из болезненного состояния. Ссылается на то, что суд по своей инициативе назначил амбулаторную судебно-психиатрическую экспертизу в ФГБУ ФМИЦПиН им. В.П. Сербского. Согласно выводам экспертов Медведев самостоятельно вышел из болезненного состояния и в период инкриминируемого деяния не страдал каким-то бы ни было заболеванием психики, лишавшим его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Автор жалобы высказывает сомнения в том, что Медведев мог самостоятельно выйти из болезненного состояния, поскольку никакого лечения он в этот период не получал, и делает выводы о необходимости назначения ещё одной повторной экспертизы. Одновременно с этим просит приговор изменить, назначенное наказание смягчить.

В своих возражениях на доводы жалобы адвоката представитель потерпевших Р. и Р. - адвокат Сергушин М.Д., потерпевшая Н. и государственный обвинитель Гончарова Л.А. просят оставить приговор без изменения, а доводы апелляционной жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в возражениях на эти доводы, Судебная коллегия находит постановленный приговор основанным на всестороннем, полном и объективном исследовании представленных сторонами доказательств, с соблюдением гл.42 УПК РФ.

Как следует из материалов уголовного дела, ни в процессе расследования, ни в ходе судебного разбирательства уголовного дела в отношении ФИО1 каких-либо нарушений уголовно- процессуального закона, влекущих в соответствии со ст.389 УПК РФ отмену постановленного приговора, органами следствия и судом не допущено.

Согласно протоколу судебного заседания уголовное судопроизводство по уголовному делу осуществлялось в соответствии с требованиями ст. 15 УПК РФ на основе состязательности сторон, в судебном заседании исследованы все собранные по делу доказательства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, с учётом особенностей судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей.

Коллегия присяжных заседателей сформирована в соответствии с требованиями ст. 327, 328, 329 УПК РФ. Ходатайств о роспуске коллегии присяжных заседателей ввиду её тенденциозности сторонами не заявлено.

Особенности рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей и юридические последствия вердикта, а также порядок и пределы обжалования приговора были разъяснены.

Несостоятельными являются доводы, касающиеся несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела относительно противоправного поведения потерпевшего, недостоверности показаний свидетелей, фальсификации потерпевшим договора аренды земельного участка, поскольку в силу ст.38927 УПК РФ данные доводы не могут служить основанием для отмены или изменения приговора, постановленного с участием коллегии присяжных заседателей.

Вопросный лист отвечает требованиям ст.338 УПК РФ, сформулирован в соответствии с предъявленным обвинением, с учётом прений сторон.

Напутственное слово председательствующего судьи соответствует требованиям ст.340 УПК РФ.

Возражений в связи с содержанием напутственного слова председательствующего по мотивам нарушения им принципов объективности, беспристрастности от сторон обвинения и защиты не поступало.

Вердикт коллегии присяжных заседателей вынесен в соответствии с требованиями ст. 343, 345 УПК РФ, является ясным и непротиворечивым.

Обвинительный приговор постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей и соответствует требованиям ст. 351 УПК РФ.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ в соответствии с установленными вердиктом коллегии присяжных заседателей фактическими обстоятельствами, оснований для иной правовой оценки его действий нет.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе адвоката и заявленным защитой в ходе апелляционного рассмотрения уголовного дела, психическое состояние осуждённого Медведева Н.П. проверено.

В связи с тем, что заключения экспертов, проводивших судебно- психиатрические экспертизы № 941 от 20 сентября 2016 г. и № 66 от 9 марта 2017 г., не дали полных ответов на поставленные вопросы о психическом состоянии ФИО1, являлись противоречивыми, а также с учётом новых доказательств, исследованных в судебном заседании в том числе о личности ФИО1, в отношении которого велось производство о применении принудительной меры медицинского характера, суд обоснованно по своей инициативе счёл необходимым назначить повторную судебную комплексную комиссионную психолого-психиатрическую экспертизу в ФГБУ ФМИЦПиН им В.П. Сербского.

Согласно выводам экспертов, проводивших повторную стационарную комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу № 977 от 17 октября 2017 г., ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые бы лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемого ему деяния, не страдал. Не обнаруживал он также признаков какого-либо временного психического расстройства, которое лишало бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. У него имеется органическое расстройство личности в связи со смешанными заболеваниями. Указанные психические расстройства, не исключая вменяемости, ограничивали ФИО1 в способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемого ему деяния. В дальнейшем в условиях субъективно сложной психогенно-травмирующей судебно-следственной ситуации произошло усугубление указанного расстройства с присоединением аффективных нарушений в виде сниженного настроения, подавленности, угнетённости, эпизодически зрительных и слуховых галлюцинаций, с нарушением критико-прогностических способностей, из которого он с течением времени, без активной психофармакотерапии вышел к моменту проведения экспертизы. По своему психическому состоянию ФИО1 нуждается в применении к нему принудительных мер медицинского характера в виде амбулаторного наблюдения и лечения у психиатра.

Суд, руководствуясь п. 1 ч.1 ст. 237 УПК РФ, возвратил уголовное дело, направленное в суд с постановлением о применении в отношении ФИО1 принудительной меры медицинского характера, прокурору для составления обвинительного заключения.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 2 февраля 2018 г. постановление Ставропольского краевого суда от 6 октября 2017 г. в возвращении уголовного дела прокурору Ставропольского края для устранения препятствий его рассмотрения судом оставлено без изменений.

Оснований ставить под сомнение выводы экспертов, изложенные в заключении повторной стационарной комплексной судебной психолого- психиатрической экспертизы от 17 октября 2017 г. № 97, вопреки доводам стороны защиты, у суда не имелось. Судом установлено, что каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при её производстве не допущено, экспертное заключение выполнено четырьмя экспертами, имеющими значительный стаж работы в качестве врача - судебно- психиатрического эксперта, компетентность которых сомнений не вызывает, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 200, 201, 204, 207 УПК РФ, оно содержит ясные и полные ответы на все поставленные перед экспертами вопросы.

Суд при определении психического состояния ФИО2, полагаясь на выводы данного повторного заключения экспертов, а также на поведение ФИО1 в ходе всего судебного разбирательства, обоснованно признал его вменяемым.

Отказ в удовлетворении ходатайства защиты о назначении повторной комплексной судебной психоло-психиатрической экспертизы нельзя расценить как ограничение права ФИО1 на защиту.

Каких-либо оснований для назначения судом апелляционной инстанции ещё одной повторной судебной психолого-психиатрического экспертизы нет.

Наказание ФИО1, вопреки доводам, указанным в жалобе адвоката и в выступлении осуждённого в ходе апелляционного рассмотрения дела, назначено с учётом требований ст. 6, 22, 60 УК РФ, характера и степени общественной опасности содеянного, данных о его личности, смягчающих наказание обстоятельств, в том числе тех, на которые указывают адвокат и осуждённый, в частности состояния здоровья ФИО1, наличия у него органического расстройства личности в связи со смешанными заболеваниями, признания вины и раскаяния в содеянном. Судом не установлены противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, таких данных в материалах дела также не содержится.

Наказания назначено также с учётом положений ст. 65 УК РФ о признании осуждённого заслуживающим снисхождении.

Назначенное Медведеву Н.П. судом наказание, с учётом конкретных обстоятельств дела, нельзя признать чрезмерно суровым, оно является справедливым, и оснований для его смягчения, применения положений ст.64, ч.б ст. 15 УК РФ не имеется.

Гражданский иск потерпевших рассмотрен в соответствии с законом, размер взыскиваемого морального вреда в полной мере обоснован в приговоре.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Ставропольского краевого суда от 28 июня 2018 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Председательствующий судья Судьи