Решение № 12-28/2019 от 27 мая 2019 г. по делу № 12-28/2019

Дело № 12-28/2019


Р Е Ш Е Н И Е

28 мая 2019 года г. Коркино Челябинской области

Коркинский городской суд Челябинской области <...>, в составе судьи Рыбаковой О.В.,

при секретаре Шрейбер Н.А.,

с участием лица, привлекаемого к административной ответственности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу

ФИО1, <данные изъяты>

на постановление инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Коркинскому району Челябинской области ФИО2 НОМЕР от 23 марта 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.3 ст. 12.23 КоАП РФ, в соответствии с которым ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 3000 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением инспектора ДПС ГИБДД ОМВД России по Коркинскому району Челябинской области ФИО2 НОМЕР от 23 марта 2019 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 3000 рублей за то, что он 23 марта 2019 года в 20-40 час., управляя автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный знак НОМЕР у АДРЕС, в нарушение п. 22.9 ПДД РФ, перевозил ребенка в возрасте 5 лет на переднем сидении автомобиля без специального детского удерживающего устройства.

Материалы административного дела направлены в суд начальником ОГИБДД ОМВД России по Коркинскому району Челябинской области Б.А.В.

ФИО1 обратился в суд с жалобой на вышеуказанные постановление, ссылаясь в обоснование жалобы на то, что ребенка в возрасте 5 лет в своем автомобиле <данные изъяты> на переднем сиденье без специального детского удерживающего устройства он не перевозил, автомобиль укомплектован в соответствии с пунктом 2.1.3 ГОСТ Р 41.44-2005 "Единообразные предписания, касающиеся удерживающих устройств для детей, находящихся в механических транспортных средствах", утвержденного Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 20 декабря 2005 г. N 318-ст, детским удерживающим креслом, установленным на заднем сиденье. Сотрудник ДПС ФИО3 и его напарник, не производили остановку его транспортного средства, а подъехали к АДРЕС, куда он ранее прибыл на автомашине со своим сыном, отстегнул его из кресла и они собирались выходить на день рождение его племянника. Сам ФИО3 не удосужился выйти из своего служебного автомобиля, не убедился в наличии детского кресла, в котором перевозился ребенок, и несмотря на его пояснения и несогласие с наличием совершения правонарушения составил в отношении него постановление по делу об административном правонарушении, а затем, когда он указал ему на злоупотребление властью составил протокол об административном правонарушении без какой либо фиксации факта правонарушения с привлечением понятых или видеофиксации. Как следует из протокола об административном правонарушении и постановления по делу данные документы были составлены одним должностным лицом - инспектором ДПС ГИБДД ФИО4, что противоречит положениям закона, и свидетельствует о существенном нарушении процессуальных требований, предусмотренных КоАП РФ, не позволивших всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело. Данное обстоятельство является безусловным основанием для отмены вынесенного 23 марта 2019 года постановления по делу об административном правонарушении. Рассмотрение дела об административном правонарушении на месте совершения правонарушения после составления протокола об административном правонарушении не может рассматриваться как произведенное в соответствии с законом, обеспечившее возможность гражданину, не согласившемуся с административным правонарушением, реализовать права, предусмотренные статьей 25.1 КоАП РФ, в том числе право на защиту, гарантированное статьей 48 Конституции Российской Федерации. Доказательства отсутствия события правонарушения в том числе фотографии и пояснения свидетелей будут предоставлены в судебное заседание. Просит отменить постановление ИДПС ГИБДД ОМВД по КМР ФИО2 по делу об административном правонарушении №УИН НОМЕР от 23 марта 2019 года.

Должностное лицо инспектор ГИБДД ФИО2, в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте рассмотрения жалобы, ходатайств об отложении слушания жалобы не заявлял. В соответствии с пунктом 4 части 2 статьи 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судья полагает возможным рассмотреть дело по жалобе в отсутствии должностного лица.

ФИО1 в судебном заседании доводы жалобы поддержал, показал, что 23.03.2019 он ездил в АДРЕС за запчастями для автомобиля <данные изъяты>, а именно дверь, которую он перевозил на автомобиле <данные изъяты> на багажнике вверху автомобиля. В вечернее время он приехал на указанном автомобиле к своему дому на АДРЕС, где ему помог разгрузить привезенную дверь Н.С.Н., при этом присутствовала супруга Н.М.Г.. После этого он с младшим сыном сел в автомобиль <данные изъяты>, который сел в специальное удерживающее устройство на заднее пассажирское сиденье, пристегнулся, и они в девятом часу вечера проехали к его внуку на день рождение в АДРЕС. При этом присутствовали супруги Н., а также его супруга, которые видели, как сын садился в автомобиль и пристегнулся в кресле. Автомобиль <данные изъяты> имеет три двери и с заднего пассажирского сиденья выйти возможно только сдвинув переднее пассажирское сиденье. Двигался он по автодороге АДРЕС, затем свернул на АДРЕС к дому сына, когда подъехали к дому, там находились родители супруги старшего сына. Когда они с младшим сыном подъехали к дому, и остановились, сын отстегнулся с сиденья, пересел на переднее пассажирское сиденье, для выхода из автомобиля, он увидел маячки патрульного автомобиля, и к нему подошёл инспектор ГИБДД, в этот момент ребенок уже сидел на переднем пассажирском сиденье. Он высадил ребенка, его встретил сын Ф.Д.В., он завел ребенка в дом, а когда вышел к автомобилю, там уже стоял второй инспектор ФИО4, который до этого момента не выходил из патрульного автомобиля, и не мог видеть, где находится ребенок, поскольку задние стекла его автомобиля затонированы. Инспектор предложил пройти в патрульный автомобиль, и поставил в известность, что вынесет постановление за то, что он провозил малолетнего ребенка на переднем пассажирском сиденье без специального удерживающего устройства. Он не согласился с постановлением, сообщил об этом инспектору, при этом инспектор сообщил, что составит протокол об административном правонарушении. Полагает, что инспектором был нарушен административный регламент при составлении процессуальных документов. Полагает, что в его действиях отсутствует событие правонарушения, поскольку, во-первых, когда к автомобилю подошел инспектор, то его автомобиль уже стоял, а во-вторых, ребенок уже пересел с заднего пассажирского сиденья на переднее, для выхода из автомобиля. Инспектор подошел к нему и высказал претензии за якобы не включенный указатель поворота. Просит постановление инспектора отменить, а дело прекратить.

Должностное лицо инспектор ДПС ФИО2 в судебном заседании 25.04.2019 показал, что 23.03.2019 в вечернее время он совместно с инспектором ДПС Г. находился на службе, производили надзор за дорожным движением. В девятом часу вечера двигались по автодороге АДРЕС, впереди них в 100-150 метрах двигался автомобиль <данные изъяты> красного цвета, который при повороте налево не показал соответствующий сигнал указателя поворота. Они проследовали за указанным автомобилем, который проследовал по АДРЕС, они подали звуковой сигнал об остановке, автомобиль подъехал и остановился у АДРЕС. Инспектор Г. сразу после остановки проследовал к остановленному автомобилю к водителю, как было установлено ФИО1, для проверки документов, и установил, что на переднем пассажирском сиденье сидел ребенок пяти лет без детского удерживающего устройства, заднее сиденье было разобрано, поскольку на нем находилась дверь от автомобиля. Правонарушение было зафиксировано ими визуально, что не противоречит административному регламенту. Водитель проводил ребенка в дом на день рождение, а затем подошел к патрульному автомобилю. Он вынес постановление по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ в отношении ФИО1, он не согласился с указанным постановлением, указав, что транспортное средство стояло, когда они к нему подъехали. В связи с тем, что водитель не согласился с существом правонарушения, им был составлен протокол об административном правонарушении, в котором ФИО1 после разъяснения ему прав и статьи 51 Конституции РФ, дал объяснения по существу правонарушения, отказался получать копии документов, но он их передал водителю вместе с документами на автомобиль. После остановки автомобиля из дома вышел мужчина только через одну-полторы минуты, а у дома никаких людей не находилось.

Свидетель Г.А.А. инспектор ГИБДД ОМВД России по Коркинскому району Челябинской области показал, что в марте 2019 года более точное число он не помнит, в вечернее время находился на службе совместно с ИДПС ФИО2, несли службу по безопасности дорожного движения, двигались на патрульном автомобиле по автодороге АДРЕС. Ими был замечен автомобиль <данные изъяты> красного цвета старого образца, насколько он помнит, указанный автомобиль при повороте на АДРЕС не показал указатель поворота, и ими было принято решение проверить указанный автомобиль. Они проехали за ним, подали звуковую и световую сигнализацию с требованием об остановке, указанный автомобиль остановился, и он сразу же подошел к автомобилю, чтобы проверить документы у водителя, и им было установлено, что малолетний ребенок сидит на переднем пассажирском сиденье без детского удерживающего устройства, не пристегнутый ремнями безопасности, прыгал по салону, а на заднем пассажирском сиденье были разложены сиденья, и лежали запчасти от автомобиля. Со слов водителя ФИО1, на заднем сиденье лежали две двери которые он привез для ремонта другого автомобиля. Он взял документы и передал старшему по экипажу ИДПС ФИО2, который находился за управлением патрульного автомобиля, сообщил о выявленном правонарушении. В тот момент, когда он передал документы ФИО4, ФИО1 проводил ребенка в дом и вернулся к ним для разбирательства. После чего, инспектор Железнов вынес постановление по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, с которым водитель не согласился, в связи с чем был составлен протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ.

Свидетель защиты Ф.Д.В. в судебном заседании показал, что 23.03.2019 у его сына было день рождение, они ждали в указанный вечер своего отца и младшего брата Д.. У отца имеется в собственности автомобиль <данные изъяты>, который попал в ДТП, и в указанный день отец ездил в АДРЕС за дверью к указанному автомобилю. Отец в указанный день двигался на автомобиле <данные изъяты> красного цвета, у которого на заднем сиденье автомобиля установлено детское удерживающее устройство, где сидел младший сын отца. Они весь день с ним созванивались, указали, что задерживаются, в вечернее время в девятом часу вечера двигались к ним. Он вышел во двор своего дома АДРЕС, покормил собак, около 20-30 к дому подъехал отец на <данные изъяты>, поскольку у него освещает въезд во двор прожектор, и ему было видно, что за рулем автомобиля находился отец, а с заднего пассажирского сиденья с детского удерживающего устройства отстегнулся Д., и пересел на переднее пассажирское сиденье, поскольку автомобиль с тремя дверьми, и выйти можно только через переднее пассажирское сиденье, передние стекла автомобиля не тонированы, все хорошо было видно. И только в этот момент, то есть через 10-15 секунд, он услышал звук шин, и увидел проблесковые маячки, он понял, что подъехали сотрудники полиции. ФИО1 вышел из автомобиля, инспектор ему указал о том, что при повороте не был показан указатель поворота, достали ребенка с переднего пассажирского сиденья, и тут инспектор указал о том, что ребенок не был пристегнут. Отец ребенка завел домой, а сам пошел разбираться. На указанном автомобиле наверху есть багажник, никакой двери на багажнике не было, и дверь от автомобиля не поместилась бы в салон. Он выходил ещё из дома, и не видел, чтобы инспектор ФИО4 подходил к автомобилю, все общение проходило у патрульного автомобиля.

Свидетель защиты Н.М.Г. в судебном заседании показала, что 23.03.2019 в вечернее время она с супругом подъезжала к дому ФИО1, поскольку они договорились о встрече по юридическому вопросу. На встречу ФИО1 опоздал, в начале девятого вечера он подъехал к своему дому на красной <данные изъяты>, они с её мужем разгрузили дверь с багажника на крыше автомобиля. Потом ФИО1 разговаривал с её мужем у автомобиля, затем вышел сын, который сел на заднее пассажирское сиденье в специальное удерживающее устройство, пристегнулся, после чего уехали в АДРЕС. Они с супругом ехали какое-то время за автомобилем ФИО5, а потом разъехались каждый по своим делам. Тонировка на автомобиле не темная, очень хорошо все было видно.

Свидетель защиты Н.С.Н. в судебном заседании показал, что 23.03.2019 к 19-00 час. он с супругой приехал на АДРЕС к дому ФИО1 для консультации по юридическому вопросу. Поскольку ФИО5 опаздывал, мы его решили подождать у дома. В начале девятого вечера подъехал к дому ФИО5 на автомобиле <данные изъяты> красного цвета, у которого наверху на багажнике была дверь, он ему помог снять её. После того, как он проконсультировался, сын ФИО5 сел в автомобиль на заднее пассажирское сиденье на кресло и пристегнулся, ему все было отчетливо видно, поскольку тонировка очень слабая. После этого они проехали в АДРЕС, они свернули на АДРЕС, а ФИО5 поехал в сторону автодороги АДРЕС.

Свидетель защиты Е.А.В. в судебном заседании показал, что 23.03.2019 он находился на дне рождения у ребенка Ф.Д.В. - сына С.. По адресу: АДРЕС. В вечернее время ждали ФИО1 с младшим сыном. Около восьми вечера он подошел к окну в доме, которые выходит на улицу, и видел, как к дому подъехал автомобиль <данные изъяты> красного цвета, и полицейский автомобиль. Видел, как Д.Ф. пересел с заднего пассажирского сиденья на переднее сиденье, затем тридцать минут были разбирательства. После чего ФИО1 рассказал, что сотрудники ДПС предъявили к нему претензии относительно того, что его сын ехал на переднем пассажирском сиденье без детского удерживающего устройства. После окончания праздника, он видел, как ФИО1 усаживал сына на заднее пассажирское сиденье в удерживающее устройство, пристегнул ремнями безопасности, также на заднем пассажирском сиденье лежали какие-то вещи, никаких крупногабаритных предметов там не было.

Свидетель защиты Ф.С.В., показала, что ФИО1 её супруг, 23.03.2019 они всей семьей, она, четырёхлетний сын Д. и супруг ездили в АДРЕС за запчастями к автомобилю <данные изъяты>, вернулись вечером к месту своего жительства в АДРЕС где дверь с багажника, расположенного на крыше автомобиля, помог супругу снять Н.. После чего супруг с сыном Д. уехали в АДРЕС к внуку на день рождения, при этом сын сел в детское удерживающее устройство, на заднем пассажирском сиденье автомобиля, и пристегнулся. Ребенка всегда перевозят только в детском удерживающем устройстве. В указанный день их дважды останавливали по дороге в АДРЕС и обратно, и никаких претензий к перевозке ребенка не было. Когда вечером приехал супруг домой, сообщил, что его остановили сотрудники ГИБДД и предъявили претензий о перевозке ребенка в салоне автомобиля.

Проверив материалы дела в полном объеме, исследовав доводы жалобы, выслушав объяснения ФИО1, поддержавшего жалобу, должностное лицо ФИО2, заслушав свидетелей, изучив материалы дела об административном правонарушении, просмотрев видеозапись, судья приходит к следующему.

Оспариваемым постановлением ФИО1 признан виновным в том, что 23 марта 2019 года в 20-40 час., управляя автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный знак НОМЕР у АДРЕС, в нарушение п. 22.9 ПДД РФ, перевозил ребенка пяти лет на переднем пассажирском сидении автомобиля без специального детского удерживающего устройства.

Действия ФИО1 квалифицированы по ч.3 ст.12.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку перевозимый в автомобиле пятилетний ребенок, находился на переднем пассажирском сидении без специального детского удерживающего устройства.

Частью 3 ст. 12.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность за нарушение требований к перевозке детей, установленных Правилами дорожного движения, влекущее наложение административного штрафа в размере трех тысяч рублей.

Согласно п. 22.9 Правил дорожного движения перевозка детей в возрасте младше 7 лет в легковом автомобиле и кабине грузового автомобиля, конструкцией которых предусмотрены ремни безопасности либо ремни безопасности и детская удерживающая система ISOFIX, должна осуществляться с использованием детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка. Перевозка детей в возрасте от 7 до 11 лет (включительно) в легковом автомобиле и кабине грузового автомобиля, конструкцией которых предусмотрены ремни безопасности либо ремни безопасности и детская удерживающая система ISOFIX, должна осуществляться с использованием детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка, или с использованием ремней безопасности, а на переднем сиденье легкового автомобиля - только с использованием детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка. Установка в легковом автомобиле и кабине грузового автомобиля детских удерживающих систем (устройств) и размещение в них детей должны осуществляться в соответствии с руководством по эксплуатации указанных систем (устройств).

Таким образом, из буквального толкования указанных норм, перевозка детей младше 7 лет допускается только при условии использования детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка, с целью обеспечить максимальную безопасность детей, при их перевозке.

Как следует из материалов дела, и пояснений должностного лица ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Коркинскому району ФИО2, 23 марта 2019 года в 20 часов 40 минут у АДРЕС ФИО1, управляя автомобилем "<данные изъяты>" государственный регистрационный знак НОМЕР, перевозил на переднем пассажирском сиденье автомобиля ребенка, возраста (5 лет), с нарушением правил перевозки детей, а именно без специального удерживающего устройства.

Учитывая, что безопасность ребенка обеспечена не была, инспектор ДПС правильно усмотрел в действиях ФИО6 нарушение правил перевозки детей.

В соответствии с положениями ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, должностное лицо,.. . устанавливает наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП РФ, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключением экспертов, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественных доказательств.

В соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ, судья, должностное лицо..., осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Оснований сомневаться в достоверности представленных доказательств у суда не имеется. Показания инспектора в судебном заседании являются последовательными и согласуются с другими материалами дела. Вопреки доводам жалобы, каких-либо сведений, свидетельствующих о заинтересованности инспектора ГИБДД по отношению к лицу, привлекаемому к административной ответственности, материалы дела не содержат. Исполнение инспектором ГИБДД своих служебных обязанностей само по себе к такому выводу не приводит. С учетом имеющейся совокупности изложенных доказательств, являющихся достаточными для вывода о виновности ФИО1

Правильность выводов должностного лица о событии указанного административного правонарушения и вине ФИО1 в его совершении подтверждается протоколом об административном правонарушении, постановлением должностного лица, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортных средств.

Доводы жалобы о том, что должностным лицом была нарушена процедура привлечения ФИО1 к административной ответственности, указывая на то, что должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, не вправе рассматривать дело об административном правонарушении по существу, не могут быть приняты во внимание.

Согласно ч. 1 ст. 28.6 КоАП РФ в случае, если непосредственно на месте совершения физическим лицом административного правонарушения уполномоченным на то должностным лицом назначается административное наказание в виде предупреждения или административного штрафа, протокол об административном правонарушении не составляется, а выносится постановление по делу об административном правонарушении в порядке, предусмотренном статьей 29.10 настоящего Кодекса. Копия постановления по делу об административном правонарушении вручается под расписку лицу, в отношении которого оно вынесено.

В соответствии с ч. 2 указанной статьи в случае, если лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, оспаривает наличие события административного правонарушения и (или) назначенное ему административное наказание, составляется протокол об административном правонарушении, который приобщается к вынесенному в соответствии с ч. 1 настоящей статьи постановлению.

Как усматривается из материалов дела ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ посредством вынесения постановления в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 28.6 КоАП РФ. Впоследствии, в связи с тем, что ФИО1 оспорил наличие в его действиях административного правонарушения, инспектором ГИБДД в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 28.6 КоАП РФ составлен протокол об административном правонарушении, который приобщен к материалам дела.

Согласно пункту 156 Административного регламента одним из оснований вынесения постановления по делу об административном правонарушении является назначение сотрудником физическому лицу непосредственно на месте совершения административного правонарушения административного наказания в виде предупреждения или административного штрафа.

В соответствии с пунктом 157 Административного регламента, в случае, если физическое лицо непосредственно на месте совершения административного правонарушения после возбуждения дела об административном правонарушении оспаривает наличие события административного правонарушения или назначенное ему административное наказание, в том числе отказываясь от соответствующей подписи в постановлении, составляется протокол об административном правонарушении, который приобщается к постановлению по делу об административном правонарушении, вынесенному в соответствии с частью 1 статьи 28.6 Кодекса.

Пунктом 142 Административного регламента предусмотрено, что одним из оснований составления протокола об административном правонарушении оспаривание лицом, в отношении которого в соответствии с частью 1 статьи 28.6 Кодекса возбуждено дело об административном правонарушении, наличия события административного правонарушения и (или) назначенного ему административного наказания либо отказ от соответствующей подписи в постановлении по делу об административном правонарушении.

При этом КоАП РФ не предусматривает запрет на составление протокола об административном правонарушении должностным лицом, вынесшим до составления протокола об административном правонарушении, постановление в порядке ч. 1 ст. 28.6 КоАП РФ, если при этом указанное должностное лицо в силу положений соответствующей статьи главы 23 КоАП РФ наделено полномочиями по рассмотрению данного дела и им соблюдены требования статей 24.1, 26.1 и 26.11 КоАП РФ.

Как следует из содержания ч. 1 ст. 28.3 КоАП РФ, протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных данным Кодексом, составляются должностными лицами органов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях в соответствии с главой 23 КоАП РФ, в пределах компетенции соответствующего органа.

Согласно п. 6 ч. 2 ст. 23.3 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 12.23 КоАП РФ, рассматриваются сотрудниками государственной инспекции безопасности дорожного движения.

Вынесение постановления о привлечении к административной ответственности и составление протокола об административном правонарушении одним и тем же инспектором ДПС ГИБДД в данном случае не является процессуальным нарушением.

Кроме этого, исходя из анализа положений Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях составление протокола об административном правонарушении в случае, если лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, оспаривает наличие события административного правонарушения и назначенное ему административное наказание, не предполагает отмену ранее вынесенного постановления по делу об административном правонарушении и направлено на формирование согласно статье 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях доказательственной базы, необходимой для всестороннего, полного и объективного рассмотрения жалобы, протеста.

Таким образом, протокол об административном правонарушении, составленный должностным лицом после вынесения постановления о привлечении к административной ответственности, вопреки доводам жалобы не направляется судье, должностному лицу, уполномоченному рассматривать дело об административном правонарушении, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 28.8 КоАП РФ, а приобщается к постановлению о привлечении к административной ответственности в качестве доказательной базы, что позволяет при рассмотрении поданной на постановление жалобы исследовать все доказательства по делу.

С учетом изложенного, правомерность привлечения ФИО1 к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ сомнений не вызывает, а довод жалобы о нарушении процедуры привлечения его к административной ответственности, является несостоятельным.

Оснований ставить протокол об административном правонарушении, под сомнение не имеется. События правонарушения и сведения о ФИО1 как лице, совершившем административное правонарушение, исследованы полно, процедура оформления протокола соблюдена. Права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ, ФИО1 разъяснены. Указанные процессуальные документы составлены должностным лицом при исполнении им своих обязанностей. Доказательств, свидетельствующих о какой-либо заинтересованности сотрудника полиции, в материалах дела не содержится и в судебном заседании не установлено, потому оснований усомниться в достоверности фактов, изложенных должностным лицом, не имеется. То обстоятельство, что должностные лица ГИБДД наделены государственно-властными полномочиями по делам об административных правонарушениях, само по себе не может служить поводом к тому, чтобы не доверять составленным ими процессуальным документам, которые судья оценивает по своему внутреннему убеждению, в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ. В данном случае основанием для составления протокола об административном правонарушении и вынесения постановления об административном правонарушении явилось непосредственное обнаружение должностным лицом, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях - инспектором ГИБДД, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения, что согласуется с пунктом 1 части 1 статьи 28.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Имеющиеся в материалах дела доказательства получены уполномоченным должностным лицом ДПС ГИБДД в установленном законом порядке и отнесены ст. 26.2 КоАП РФ к числу допустимых доказательств по делу об административном правонарушении и являются достаточными, чтобы исключить какие-либо сомнения в виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ.

Установленные инспектором обстоятельства дела, бесспорно свидетельствуют о совершении ФИО1 административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 3 ст. 12.23 КоАП Российской Федерации.

Для инспектора ДПС ФИО2 вынесшего постановление по делу об административном правонарушении и составившего протокол об административном правонарушении, явилось очевидным совершение водителем ФИО1 административного правонарушения. Оснований для недоверия доказательствам относительно события правонарушения, изложенным инспектором в постановлении и протоколе, находившимся при исполнении служебных обязанностей, у суда не имеется.

При этом, вопреки доводам жалобы, не доверять показаниям сотрудников ДПС относительно установленных ими обстоятельств у суда оснований не имеется, поскольку Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не содержит ограничений в допросе должностных лиц, непосредственно выявивших правонарушение, более того, какой-либо заинтересованности инспекторов ФИО2 и Г.А.А. в исходе дела не установлено, а исполнение ими своих служебных обязанностей, само по себе, к такому выводу не приводит.

Отсутствие фото и видеофиксации административного правонарушения не влечет отмену постановления должностного лица, в данном случае фото и видеофиксация не являются обязательными доказательствами по делу. Поскольку видеофиксация является необходимым доказательством только в случае вынесения постановления должностным лицом ГИБДД в порядке ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ, когда правонарушение выявляется при помощи работающих в автоматическом режиме специальных технических средств, имеющих функции фото- и киносъемки, а также видеозаписи. В данном случае правонарушение было выявлено сотрудниками ГИБДД, автомобиль под управлением ФИО1 был остановлен сотрудниками ГИБДД при помощи звуковой и световой сигнализации, сразу после остановки инспектор ГИБДД Г.А.А. подошел к автомобилю, зафиксировав нарушение водителем ФИО1 по перевозке малолетнего ребенка на переднем пассажирском сиденье без детского удерживающего устройства в нарушение п.22.9 ПДД, о чем доложил старшему по экипажу ФИО2, более того, представленная запись с регистратора патрульного автомобиля зафиксировала указанные обстоятельства, из видеозаписи отчетливо видно, инспектор Г. сразу после остановки подходит к автомобилю, в течение нескольких секунд, освещает салон автомобиля включённым жезлом, и в течение указанного времени, ребенок не имел бы физической возможности отстегнуться из детского удерживающего устройства, и пересесть с заднего пассажирского сиденья на переднее пассажирское сиденье. Более того, из представленной видеозаписи видно, что ребенок находится на переднем пассажирском сиденье в момент остановки автомобиля, что подтверждает выявленное сотрудниками ГИБДД правонарушение.

При этом, пунктом 59 Приказа МВД России от 23 августа 2017 года N 664 «Об утверждении Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения» предусмотрено, в том числе визуальное обнаружение правонарушения.

Таким образом, нарушение, непосредственно выявленное инспектором ДПС в результате контроля за дорожным движением путем визуального наблюдения за движением транспортных средств в соответствии с пунктом 39 Административного регламента, не требует дополнительной фиксации.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что действиями инспектора ДПС ФИО2 права, свободы и законные интересы ФИО1 нарушены не были, при этом действия сотрудника ДПС соответствуют положениям Административного регламента МВД РФ, не противоречат его положениям, осуществлены должностным лицом Госавтоинспекции в пределах предоставленных ему полномочий.

Действия, совершенные сотрудником Госавтоинспекции по вынесению постановления по делу об административном правонарушении 23.03.2019 года, связаны с осуществлением предоставленных ему полномочий по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения, являются доказательствами по делу об административном правонарушении, подлежащими оценке со всеми представленными доказательствами.

Суд критически относится к показаниями свидетелей стороны защиты Ф.Д.В., Ф.С.В., Е.А.В., Н.С.Н., Н.М.Г., в части того, что ребенок во время движения автомобиля до остановки у АДРЕС находился на заднем пассажирском сиденье в детском удерживающем устройстве, поскольку указанные обстоятельства достоверно опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами. Более того, ни свидетели Н., ни свидетель Ф.С.В. в момент остановки транспортного средства сотрудниками ГИБДД не присутствовали, и свидетельствовать о том, что в указанный момент ребенок находился в детском удерживающем устройстве на заднем пассажирском сиденье автомобиля, не могут. Более того, как поясняет заявитель, в указанный день кроме двери от автомобиля он перевозил стойку от двери автомобиля, однако допрошенные свидетели защиты утверждают, что помогали разгружать только дверь с верхнего багажника автомобиля.

Свидетель Е. не мог видеть происходящее в подъезжающем автомобиле, находясь в помещении дома при включенном свете в комнате, а именно то, что происходит на улице в тёмное время суток за пределами ворот дома, в тот момент, когда к нему подъезжает автомобиль с включенными фарами.

Суд критически относится к показаниям свидетеля защиты Ф.Д.В., который указывает, что в момент подъезда автомобиля он находился на улице, и видел, как подъехал автомобиль, как ребёнок отстегнулся и пересел на переднее сиденье, вышел из автомобиля и только после этого, через 10-15 секунд подъехал патрульный автомобиль, поскольку эти показания достоверно опровергаются представленной суду видеозаписью с регистратора патрульного автомобиля.

Таким образом, вопреки доводам жалобы в действиях ФИО1 установлены как событие, так и состав административного правонарушения предусмотренного ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ.

Каких-либо существенных нарушений процессуальных требований КоАП РФ при производстве по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 не допущено.

Постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, вынесено должностным лицом в соответствии с требованиями ст. 29.10 КоАП РФ.

При назначении ФИО1 административного наказания должностным лицом требования статей 3.1, 3.5, 4.1 - 4.3 КоАП РФ также соблюдены. Наказание назначено в пределах санкции ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, является обоснованным и отвечает принципам соразмерности и справедливости.

При рассмотрении жалобы суд не усмотрел обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных ст. 24.5 КоАП РФ.

На основании изложенного, суд полагает, что постановление в отношении ФИО1 вынесено законно и обоснованно.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

РЕШИЛ:

Постановление инспектора ДПС ГИБДД ОМВД России по Коркинскому району Челябинской области ФИО2 НОМЕР от 23 марта 2019 года по делу об административном правонарушении, в отношении ФИО1 за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях оставить без изменения, а жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Коркинский городской суд в течение 10 суток со дня вручения или получения копии решения.

Судья: п/п

Копия верна.

Судья: О.В. Рыбакова

Решение вступило в законную силу:

Секретарь: Н.А. Шрейбер

Подлинник документа находится

в Коркинском городском суде

в материалах дела № 12-28/2019

УИД 74RS0022-01-2019-000418-48