Приговор № 1-179/2026 от 6 апреля 2026 г. по делу № 1-179/2026

УИД № 93RS0004-01-2026-000513-63

№ 1-179/2026


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

07 апреля 2026 года г. Макеевка

Горняцкий районный суд г. Макеевки в составе:

председательствующего судьи – Ивановой Ю.О.,

при секретаре – Такмаковой А.З.,

с участием государственного обвинителя – Антоненко Я.В.,

подсудимого – ФИО3,

его защитника – Рыжих В.В.,

потерпевшей – ФИО4,

представителя потерпевшей – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании при общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении:

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> УССР, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного по адресу: <адрес>, и проживающего по адресу: <адрес>, имеющего средне-специальное образование, официально не трудоустроенного, состоящего в зарегистрированном браке, несовершеннолетних детей на иждивении не имеющего, на учете у врача-психиатра, врача - нарколога не состоящего, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, будучи лицом, управляющим автомобилем совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах.

Так, ФИО3, 14.03.2025 г. примерно 20 часов 22 минуты, управляя автомобилем марки «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, осуществлял движение по <адрес>. В пути следования, ФИО3 проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть эти последствия, действуя в нарушение требований п. 10.2, предписывающего: в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч., утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090, в соответствии с которыми, на него возложена обязанность знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, знаков и разметки, не создавать опасности для движения и не причинять вреда, в условиях темного времени суток, достаточной видимости, обеспечивающейся городским электроосвещением и ближним светом фар его автомобиля, не имея помех технического характера, проявил невнимательность к дорожной обстановке, не обеспечил безопасности дорожного движения, осуществляя движение с расчетной скоростью 143 км/ч, проезжая пересечение <адрес> с <адрес>, в районе расположения <адрес>, превысил допустимо разрешенную скорость своего автомобиля, в условиях движения транспортных средств в населенном пункте, в результате чего допустил столкновение, с автомобилем марки «ГАЗ 31105» государственный регистрационный номер <***>, под управлением ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который осуществляя движение во встречном направлении, по полосе встречного движения, начал выполнять маневр левого поворота для продолжения движения по <адрес> чего продолжил движение в неуправляемом состоянии, и совершил столкновение с находящимся на <адрес>, перед пересечением с <адрес>, в неподвижном состоянии, автомобилем марки «HAVAL F7X» государственный регистрационный номер <данные изъяты> под управлением Свидетель №1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В результате нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации водителем ФИО3, водителю ФИО2 согласно заключению эксперта №73/765 от 10.11.2025 года причинены телесные повреждения: перелом грудины на уровне П-го межреберья, переломы ребер: слева – 2-6- по границе косной и хрящевой частей, косой – 7-го, двойные оскольчатые – 2 и 3 между около-грудинной и средне-ключичной линиями; справа – прямые 4 и 5 по средне-ключичной линии, прямые – 3-5 –по задне-подмышечной линии, непрямые – 6-8 – по средне-подмышечной линии с разрывом пристеночной плевры, прямой -9- по задне-подмышечной линии, не прямой – 11 – по средне-подмышечной линии, прямой - 12-го – по лопаточной линии, ушиб правого легкого в виде разлитого кровоизлияния в прикорневом отделе. Указанные повреждения образовались незадолго до момента наступления смерти, от действия тупых предметов или при ударе о таковые, каковыми могли быть выступающие части салона легкового автомобиля – в результате дорожно-транспортного происшествия, имеют признаки повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью человека, как вызвавшие угрожающее жизни состояние – жировую эмболию в соответствии с п. 5.1.2.10 (Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 №172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), и состоят в прямой причинной связи с наступлением смертельного исхода. Открытые косой и поперечный переломы левой большеберцовой кости в нижней трети. Указанные повреждения образовались незадолго до момента наступления смерти, от действия тупых предметов или при ударе о таковые, каковыми могли быть выступающие части салона легкового автомобиля – в результате дорожно-транспортного происшествия, имеют признаки повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью человека, как опасные для жизни в соответствии с п. 5.1.1.15 (Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 №172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), и не состоят в прямой причинной связи с наступлением смертельного исхода. Закрытый многооскольчатый перелом правой бедренной кости в средней трети, который образовался незадолго до момента наступления смерти, от действия тупого предмета или при ударе о таковой, каковым могла быть выступающая часть салона легкового автомобиля - в результате дорожно-транспортного происшествия, имеет признаки повреждений, причинивших средней тяжести вред здоровью человека, по признаку длительного расстройства здоровья, как требующий для своего заживления срок превышающий 3 недели, в соответствии с п.5.2.1. (Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 №172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), и не состоит в прямой причинной связи с наступлением смертельного исхода. Рана лба справа, которая образовалась от действия тупого предмета или при ударе о таковой, каковым могла быть выступающая часть салона легкового автомобиля в результате дорожно-транспортного происшествия, имеет признаки повреждений, причинивших легкий вред здоровью человека, по признаку кратковременного расстройства здоровья, как требующая для своего заживления срок до 3-х недели, в соответствии с п.5.3.1. и не состоит в прямой причинной связи с наступлением смертельного исхода. Осаднение лба в центре, ссадина надбровных областей, кровоподтеки левого плеча в средней трети, левого предплечья в нижней трети, тыла левой кисти с распространением на лучезапястный сустав и ссадинами пальцев. Указанные повреждения образовались незадолго до момента наступления смерти, от действия тупых предметов или при ударе о таковые, каковыми могли быть выступающие части салона легкового автомобиля - в результате дорожно-транспортного происшествия, имеют признаки повреждений, не причинивших вреда здоровью человека, в соответствии с п.6. и не состоят в прямой причинной связи с наступлением смертельного исхода.

Причиной смерти ФИО2 явилась тупая травма грудной клетки с множественными двусторонними переломами рёбер, разрывами пристеночной плевры справа, ушибом правого лёгкого, сопровождавшаяся скоплением воздуха в правой плевральной полости и подкожно-жировой клетчатки лица, шеи и грудной клетки, а также крови в правой плевральной полости и осложнившаяся развитием жировой эмболии малого круга кровообращения.

Согласно медицинской карте пациента №2576 КРБ видно, что смерть гр-на ФИО2 наступила 16.03.2025 в 07:50, что не противоречит степени развития трупных явлений, зафиксированной при исследовании его трупа в судебно-медицинском морге.

Допущенные водителем ФИО3 при управлении автомобилем нарушения требований п. 10.2 Правил дорожного движения, находятся в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде смерти по неосторожности ФИО2

Подсудимый ФИО3, в судебном заседании свою вину в совершении преступления не признал в полном объеме и пояснил, что 14 марта 2025 года примерно в 20 часов 20 минут он ехал на своем автомобиле марки «Ауди» по <адрес> в сторону <адрес>, со скоростью 60 км.ч. Приближаясь к перекрестку <адрес> он обнаружил автомобиль марки «ГАЗ», который двигался во встречном ему направлении и при повороте налево продолжил движение, после чего он предпринял экстренные меры торможения, но столкновения избежать не удалось в связи с чем произошло дорожно-транспортное происшествие. На вопрос защитника пояснил, что когда он вышел из машины, он был в шоковом состоянии, после чего они вызвали скорую помощь водителю автомобиля ГАЗ. Также на место ДТП прибыли МЧС для того чтобы достать водителя автомобиля ГАЗ. Когда приехал следователь, он проводил замеры, какие конкретно, не помнит. После чего, ему следователь сказал ехать на освидетельствование в наркологию. У него в автомобиле был видеорегистратор какой модели не помнит, однако он работал некорректно. Следователем была изъята карта памяти с видеорегистратора. Потерпевшей он звонил, однако по телефону её мама сказала, что всеми делами занимается дочь, которой он в последствии звонил, однако она не отвечала. На вопрос прокурора пояснил, что он не мог ехать со скоростью 143 км.ч., так как он понимал, что впереди был перекресток на <адрес>. Обстоятельства, которые были зафиксированы видеорегистратором он не оспаривает. Правил дорожного движения он не нарушал и соблюдал скоростной режим. На вопрос суда, пояснил, что гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 не признает в полном объеме.

Допрос ФИО3 на предварительном следствии был проведен с участием адвоката, перед его началом ему разъяснялись процессуальные права, в том числе, что при согласии дать показания, они могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, и при последующем отказе от них. Протоколы допроса им подписаны, лично прочитаны, каких-либо замечаний от него и защитника не поступили. Заявлений о применении недозволенных методов ведения следствия ни от кого не поступило.

Суд полагает, что вина ФИО3 в полном объеме предъявленного обвинения подтверждается совокупностью непосредственно исследованных в ходе судебного следствия доказательств, а именно:

В судебном заседании потерпевшая Потерпевший №1, показала, что 14 марта 2025 года она находилась дома, примерно в 20 часов 30 минут вечера, ей позвонил неизвестный номер телефона и у нее спросили номер телефона её отца, после чего ей сказали, что отец попал в ДТП. Ей позвонила мама и сказала, что папа попал в ДТП. Она выбежала на улицу и попросила отвезти её на место ДТП, приехав на место она увидела, что папу МЧС вырезали из автомобиля. После чего, она поехала к отцу в больницу, он находился в реанимации. 15 марта 2025 года примерно в 01.00 часа ночи, она забрала автомобиль отца под расписку. В реанимации отец не мог самостоятельно дышать. 16 марта 2025 года утром она собиралась ехать в больницу, ей позвонили из больницы и сказали, что отец умер. На вопрос прокурора пояснила, что с отцом они были в близких отношениях, после смерти отца она испытывает страдания. Каких-либо действий по принесению извинений либо возмещению вреда от подсудимого не поступало. На вопрос суда, пояснила что папа был единственным кормильцем в семье.

В судебном заседании свидетель Свидетель №1 показал, что 14 марта 2025 года, он управлял автомобилем марки «ХАВАЛ», ехал со стороны <адрес> в <адрес>, приближаясь к перекрестку услышал гул, притормозил пропустить автомобиль который ехал на большой скорости, при этом перед ним стоял автомобиль ГАЗ который поворачивал в его сторону. Далее автомобиль ГАЗ начал поворачивать налево и произошло ДТП. На вопрос прокурора пояснил, что он выезжал на <адрес>. ДТП произошло с участием автомобилей АУДИ и ГАЗ. Скорость автомобиля АУДИ была более 100 км.ч. После столкновения, его автомобиль отбросило в сторону. Он и водитель автомобиль АУДИ не пострадали, пострадал водитель автомобиля ГАЗ, которому вызвали скорую помощь. На вопрос защитника пояснил, что у автомобиля ГАЗ при повороте на лево, был включен сигнал поворота. После приезда следователя на место ДТП, им были отобраны объяснения, была составлена схема и его направили на медицинское освидетельствование. На вопрос представителя потерпевшего, пояснил, что расстояние меряли сотрудники ГАИ в присутствии следователя.

Показания потерпевшей и свидетеля суд считает достоверными, поскольку они последовательны, дополняют друг друга, совпадают в деталях, непротиворечивы и подтверждаются другими исследованными доказательствами, оснований для оговора подсудимого со стороны названных лиц, по делу не установлено, отдельные неточности в показаниях потерпевшей и свидетелей суд находит вызванными давностью произошедших событий, при этом данные неточности не влияют на доказанность вины подсудимого в совершении установленного судом преступления.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу подсудимого ФИО3, в том числе в показаниях потерпевшей и свидетеля, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности вины подсудимого или на квалификацию его деяния - по делу отсутствуют.

В судебном заседании по ходатайству стороны защиты был допрошен старший следователь группы по расследованию ДТП СУ УМВД РФ «Макеевское» ФИО7, который на вопрос защитника пояснил, что при осмотре им места ДТП им применялась рулетка и фотоаппарат. Замеры проводились в присутствии участников ДТП. После составления схемы и протокола осмотра места происшествия все участники поставили свои подписи. Замеры проводились в темное время суток при дорожном освещении. На месте ДТП был сфотографирован общий план и расположение транспортных средств. Первый раз замеры он проводил самостоятельно, однако он не учел, то что расстояния между опорами будет разное, в связи с чем замер был произведен ошибочно, и после чего нарушения были устранены. В связи с чем в протоколе осмотра места происшествия не указана модель видеорегистратора пояснить не смог. Видеозапись, изъятая с видеорегистратора была перенесена на диск, который был приобщен к материалам дела. В связи с давностью событий не может пояснить каким образом им была перенесена видеозапись на диск. При проведении следственных действий подсудимый ФИО3 ничего не говорил.

Виновность ФИО3 в содеянном, его причастность к совершенному преступлению, подтверждаются и другими доказательствами, а именно:

- согласно протоколу осмотра места происшествия от 14.03.2025 г., схемой и фото-таблицей к нему, согласно которому местом происшествия является пересечение <адрес> с <адрес>, в районе <адрес>. В протоколе зафиксированы: проезжая часть– горизонтального профиля, покрытие – асфальт, задиры на покрытии проезжей части, местоположение дорожных знаков, конечное расположение транспортных средств

/т.1 л.д. 8-23/

- согласно протоколу осмотра от 18.03.2025 г., и приложенной к нему фототаблицы, в ходе проведения которого был осмотрен информационный диск, изъятый протоколом осмотра места происшествия от 14.03.2025г. из автомобиля «АУДИ Q7», содержащий в себе видеозапись с механизмом дорожно-транспортного происшествия

/т.1 л.д. 75-76/.

- согласно протоколу осмотра места происшествия от 14.08.2025 г., и приложенной к нему фототаблицы, в ходе, проведения которой установлено, что необходимое для производства судебной автотехнической экспертизы расстояние между железобетонными опорами линии электропередач, расположенных вдоль проезжей части с левой стороны по ходу движения в направлении <адрес>, равно 57 м.

/т.1 л.д.134-136/.

- согласно протоколу осмотра места происшествия от 06.11.2025 г., с приложенной к нему фототаблицей, в ходе проведения которой, установлено, что необходимое для производства судебной автотехнической экспертизы расстояние между железобетонными опорами линии электропередач, расположенных вдоль проезжей части <адрес>, с левой стороны по ходу движения в направлении <адрес> равно 1-2 опоры 31 м, 2-3 опоры 47м.

/т.1 л.д.196-201/.

- согласно заключению эксперта (судебной транспортно-трасологической экспертизы) № 203 от 03.04.2025 г., место столкновения автомобилей «ГАЗ 31105» государственный регистрационный номер <***> и «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <***>, располагалось перед началом образования задира асфальтного покрытия длиной 2,6м в направлении движения от кольца шахты «Капитальная» в направлении пр. 250-летия Донбасса, т.е. на полосе движения автомобиля марки «АУДИ Q7», государственный регистрационный номер <***>.

Место наезда автомобиля марки «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <***> на автомобиль марки «HAVALF7X», государственный регистрационный номер <***>, располагалось перед началом образования осыпи стекла и пластика транспортных средств в направлении движения от кольца шахты «Капитальная» в направлении пр. 250-летия Донбасса

/т.1 л.д. 82-85/.

- согласно заключению эксперта (судебной экспертизы технического состояния) № 319 от 19.05.2025 года, провести осмотр рабочей тормозной системы и рулевого управления автомобиля марки «ГАЗ 31105» государственный регистрационный номер <***> не представляется возможным по причине обширных повреждений (разрушений) аварийного характера кузова, передней подвески, а также органов управления автомобиля

/т.1 л.д. 112-114/.

- согласно заключению эксперта (судебной медицинской экспертизы) № 527 от 04.06.2025 года, каких-либо телесных повреждений или следов от них у ФИО3 не обнаружено. Диагноз «ушиб мягких тканей груди» при оценке степени тяжести причиненного вреда здоровью во внимание не принимался, как неподтвержденный объективными данными (п. 27 «Медицинских критериев определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194н)

/т.1 л.д. 126-127/.

- согласно заключению эксперта (видеотехнической судебной экспертизы) № 1402 от 03.10.2025 года, согласно предоставленной видеозаписи и предоставленным исходным данным (расстояние между опорами линий электропередач – 57 м.), средняя скорость движения автомобиля «АУДИ Q7», государственный регистрационный номер <***>, непосредственно перед ДТП, в момент движения транспортного средства по <адрес>, составляла 174 км/ч.

/ т.1 л.д. 151-156/.

- согласно заключению эксперта (судебной автотехнической экспертизы) № 613 от 21.10.2025 года:

По первому вопросу.

С технической точки зрения, в сложившейся дорожной ситуации, водитель автомобиля «ГАЗ 31105» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО2, с целью обеспечения безопасности дорожного движения, должен был действовать в соответствии с требованиями 1 абзаца п. 8.1 и п. 13.12 Правил дорожного движения Российской Федерации.

По второму вопросу.

С технической точки зрения, в сложившейся дорожной ситуации, водитель автомобиля «ГАЗ 31105» государственный регистрационный номер <данные изъяты> ФИО2, выполнив требования 1 абзаца п. 8.1 и п. 13.12 Правил дорожного движения Российской Федерации, располагал технической возможностью предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие.

По третьему вопросу.

В сложившейся дорожной ситуации, действия водителя автомобиля «ГАЗ 31105», государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО2, несоответствующие требованиям 1 абзаца п. 8.1 и п. 13.12 Правил дорожного движения Российской Федерации, с технической точки зрения, находились в причинной связи с возникновением события данного дорожно-транспортного происшествия.

По четвертому вопросу.

С технической точки зрения, в сложившейся дорожной ситуации, водитель автомобиля «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО3, с целью обеспечения безопасности дорожного движения, должен был действовать в соответствии с требованиями 2 абзаца п. 10.1 и п. 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации.

По пятому вопросу.

С технической точки зрения, в сложившейся дорожной ситуации, водитель автомобиля «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО3, выполняя требования п. 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, располагал технической возможностью предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие.

По шестому вопросу.

С технической точки зрения, в сложившейся дорожной ситуации, действия водителя автомобиля «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО3, несоответствующие п. 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, находились в причинной связи с возникновением события данного дорожно-транспортного происшествия

/т.1 л.д. 166-170/.

- согласно заключению эксперта (судебной автотехнической экспертизы) № 619 от 20.11.2025 года:

По первому вопросу.

С технической точки зрения, в сложившейся дорожной ситуации, водитель автомобиля «ГАЗ 31105» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО2, с целью обеспечения безопасности дорожного движения, должен был действовать в соответствии с требованиями 1 абзаца п. 8.1 и п. 13.12 Правил дорожного движения Российской Федерации.

По второму вопросу.

С технической точки зрения, в сложившейся дорожной ситуации, водитель автомобиля «ГАЗ 31105» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО2, выполнив требования 1 абзаца п. 8.1 и п. 13.12 Правил дорожного движения Российской Федерации, располагал технической возможностью предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие.

По третьему вопросу.

В сложившейся дорожной ситуации, действия водителя автомобиля «ГАЗ 31105», государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО2, несоответствующие требованиям 1 абзаца п. 8.1 и п. 13.12 Правил дорожного движения Российской Федерации, с технической точки зрения, находились в причинной связи с возникновением события данного дорожно-транспортного происшествия.

По четвертому вопросу.

С технической точки зрения, в сложившейся дорожной ситуации, водитель автомобиля «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО3, с целью обеспечения безопасности дорожного движения, должен был действовать в соответствии с требованиями 2 абзаца п. 10.1 и п. 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации.

По пятому вопросу.

С технической точки зрения, в сложившейся дорожной ситуации, водитель автомобиля «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО3, выполняя требования п. 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, располагал технической возможностью предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие.

По шестому вопросу.

С технической точки зрения, в сложившейся дорожной ситуации, действия водителя автомобиля «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, ФИО3, несоответствующие п. 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, находились в причинной связи с возникновением события данного дорожно-транспортного происшествия

/т.1 л.д. 212-216/.

- согласно заключению эксперта (судебной медицинской экспертизы) №73/765 от 10.11.2025 года, ФИО2 причинены телесные повреждения: перелом грудины на уровне П-го межреберья, переломы ребер: слева – 2-6- по границе косной и хрящевой частей, косой – 7-го, двойные оскольчатые – 2 и 3 между около-грудинной и средне-ключичной линиями; справа – прямые 4 и 5 по средне-ключичной линии, прямые – 3-5 –по задне-подмышечной линии, непрямые – 6-8 – по средне-подмышечной линии с разрывом пристеночной плевры, прямой -9- по задне-подмышечной линии, не прямой – 11 – по средне-подмышечной линии, прямой - 12-го – по лопаточной линии, ушиб правого легкого в виде разлитого кровоизлияния в прикорневом отделе. Указанные повреждения образовались незадолго до момента наступления смерти, от действия тупых предметов или при ударе о таковые, каковыми могли быть выступающие части салона легкового автомобиля – в результате дорожно-транспортного происшествия, имеют признаки повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью человека, как вызвавшие угрожающее жизни состояние – жировую эмболию в соответствии с п. 5.1.2.10 (Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 №172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), и состоят в прямой причинной связи с наступлением смертельного исхода. Открытые косой и поперечный переломы левой большеберцовой кости в нижней трети. Указанные повреждения образовались незадолго до момента наступления смерти, от действия тупых предметов или при ударе о таковые, каковыми могли быть выступающие части салона легкового автомобиля – в результате дорожно-транспортного происшествия, имеют признаки повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью человека, как опасные для жизни в соответствии с п. 5.1.1.15 (Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 №172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), и не состоят в прямой причинной связи с наступлением смертельного исхода. Закрытый многооскольчатый перелом правой бедренной кости в средней трети, который образовался незадолго до момента наступления смерти, от действия тупого предмета или при ударе о таковой, каковым могла быть выступающая часть салона легкового автомобиля - в результате дорожно-транспортного происшествия, имеет признаки повреждений, причинивших средней тяжести вред здоровью человека, по признаку длительного расстройства здоровья, как требующий для своего заживления срок превышающий 3 недели, в соответствии с п.5.2.1. (Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 №172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), и не состоит в прямой причинной связи с наступлением смертельного исхода. Рана лба справа, которая образовалась от действия тупого предмета или при ударе о таковой, каковым могла быть выступающая часть салона легкового автомобиля в результате дорожно-транспортного происшествия, имеет признаки повреждений, причинивших легкий вред здоровью человека, по признаку кратковременного расстройства здоровья, как требующая для своего заживления срок до 3-х недели, в соответствии с п.5.3.1. и не состоит в прямой причинной связи с наступлением смертельного исхода. Осаднение лба в центре, ссадина надбровных областей, кровоподтеки левого плеча в средней трети, левого предплечья в нижней трети, тыла левой кисти с распространением на лучезапястный сустав и ссадинами пальцев. Указанные повреждения образовались незадолго до момента наступления смерти, от действия тупых предметов или при ударе о таковые, каковыми могли быть выступающие части салона легкового автомобиля - в результате дорожно-транспортного происшествия, имеют признаки повреждений, не причинивших вреда здоровью человека, в соответствии с п.6. и не состоят в прямой причинной связи с наступлением смертельного исхода. Причиной смерти ФИО2 явилась тупая травма грудной клетки с множественными двусторонними переломами рёбер, разрывами пристеночной плевры справа, ушибом правого лёгкого, сопровождавшаяся скоплением воздуха в правой плевральной полости и подкожно-жировой клетчатки лица, шеи и грудной клетки, а также крови в правой плевральной полости и осложнившаяся развитием жировой эмболии малого круга кровообращения. Согласно медицинской карты пациента №2576 КРБ видно, что смерть гр-на ФИО2 наступила 16.03.2025 в 07:50, что не противоречит степени развития трупных явлений зафиксированной при исследовании его трупа в судебно-медицинском морге.

Допущенные водителем ФИО3 при управлении автомобилем нарушения требований п. 10.2 Правил дорожного движения, находятся в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде смерти по неосторожности ФИО2

/т.1 л.д.235-231/.

- согласно заключению эксперта (судебной автотехнической экспертизы) № 732 от 03.12.2025 года:

По первому вопросу: скорость движения автомобиля «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, согласно заданным исходным данным, составляла 143,4 км.ч.

/т.1 л.д. 240-241/.

- согласно постановлению о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 23 октября 2025 года, признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства автомобиль марки «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <***>, оставлен на ответственном хранении ФИО3

/т.1 л.д. 173/.

- согласно постановлению о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 23 октября 2025 года, признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства автомобиль марки «ГАЗ 31105» государственный регистрационный номер <***>, оставлен на ответственном хранении Потерпевший №1

/т.1 л.д. 174/.

- согласно постановлению о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 23 октября 2025 года, признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства автомобиль марки «HAVAL F7X» государственный регистрационный номер <***>, оставлен на ответственном хранении Свидетель №1

/т.1 л.д. 175/.

- согласно постановлению о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 23 октября 2025 года, признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства информационный носитель диск с видеозаписью механизма развития ДТП

/т.1 л.д. 176/.

Также в ходе судебного заседания были исследованы вещественные доказательства - просмотрена видеозапись с видеорегистратора, установленного в автомобиле «АУДИ Q7» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, принадлежащего подсудимому ФИО3, при просмотре которой установлены те же обстоятельства совершения дорожно-транспортного происшествия, которые отражены в протоколе осмотра предметов от 18 марта 2025 года.

Подсудимый ФИО3 после просмотра видеозаписи в судебном заседании показал, что видеозапись была сделана видеорегистратором находящимся у него в автомобиле.

Суд не расценивает показания старшего следователя группы по расследованию ДТП СУ УМВД РФ «Макеевское» ФИО7, данные им в судебном заседании как заинтересованного лица, поскольку являясь сотрудником следственного отдела и принимая участие в следственных действиях, он действовал в соответствии со своими должностными полномочиями и в пределах своей компетенции.

Положенные в основу приговора иные доказательства суд также находит достоверными, поскольку они получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, непротиворечивы и наряду с показаниями потерпевшей и свидетеля являются в своей совокупности достаточными для рассмотрения дела.

Судом не установлено грубых нарушений уголовно-процессуального закона органами следствия, в том числе нарушений, влекущих признание недопустимыми доказательств, положенных в основу настоящего приговора.

У суда нет оснований сомневаться в объективности и достоверности выводов, проведенных по делу судебно-медицинской, экспертизы технического состояния транспортного средства, видеотехнической судебной экспертизы, а также автотехнической экспертиз, поскольку экспертизы назначены и проведены в соответствии с требованиями гл. 27 УПК РФ, экспертами соответствующей квалификации, имеющих длительный стаж работы по экспертной деятельности, они были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ – за заведомо ложное заключение эксперта.

Оценив каждое из исследованных в судебном заседании доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, сопоставив исследованные доказательства между собой, суд приходит к выводу о том, что совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств достоверно установлен факт совершения ФИО3 преступления, при обстоятельствах, указанных в приговоре.

Вместе с тем, решая вопрос юридической квалификации действий подсудимого ФИО1, суд приходит к следующему.

Так, согласно п. 10.2 Правил дорожного движения, в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч., утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090.

При этом, как установлено в судебном заседании, ФИО3, управляя автомобилем, осуществлял движение по <адрес>, со стороны разворотного кольца шахты «Капитальной» в направлении пр. 250 лет Донбасса. В пути следования, ФИО3 проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть эти последствия, действуя в нарушение требований п. 10.2 Правил дорожного движения РФ, в соответствии с которыми, на него возложена обязанность знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, знаков и разметки, не создавать опасности для движения и не причинять вреда, в условиях темного времени суток, достаточной видимости, обеспечивающейся городским электроосвещением и ближним светом фар его автомобиля, не имея помех технического характера, проявил невнимательность к дорожной обстановке, не обеспечил безопасности дорожного движения, осуществляя движение с расчетной скоростью 143 км/ч, проезжая пересечение <адрес> с <адрес>, в районе расположения <адрес>, превысил допустимо разрешенную скорость своего автомобиля, в условиях движения транспортных средств в населенном пункте, в результате чего допустил столкновение, с автомобилем марки «ГАЗ 31105» государственный регистрационный номер <данные изъяты>, под управлением ФИО2, который осуществляя движение во встречном направлении, по полосе встречного движения, начал выполнять маневр левого поворота для продолжения движения по <адрес> чего продолжил движение в неуправляемом состоянии, и совершил столкновение с находящимся на <адрес>, перед пересечением с <адрес>, в неподвижном состоянии, автомобилем марки «HAVAL F7X» государственный регистрационный номер <данные изъяты> под управлением Свидетель №1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В результате дорожно-транспортного происшествия, водитель автомобиля «ГАЗ 31105» государственный регистрационный номер <данные изъяты> – ФИО2 от полученных травм скончался.

Исследованные в судебном заседании доказательства в полной мере соотносятся между собой и получены в соответствии с требованиями УПК Российской Федерации.

Прямая причинно-следственная связь между нарушением ФИО3 Правил дорожного движения РФ при управлении автомобилем и наступившими последствиями в виде смерти ФИО2, объективно подтверждена как показаниями потерпевшей, свидетеля по уголовному делу, так и заключениями судебных экспертов и другими письменными доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия по уголовному делу, оснований сомневаться в достоверности которых, у суда нет.

При этом, суд отмечает, что в силу п.п. 6,7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» «решая вопрос о виновности либо невиновности водителя в совершении дорожно-транспортного происшествия вследствие превышения скорости движения транспортного средства, следует исходить из требований пункта 10.1 Правил, в соответствии с которыми водитель должен вести его со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Исходя из этого при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства; при анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в условиях темного времени суток или недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с пунктом 10.1 Правил должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил».

В связи с вышеизложенным, суд приходит к выводу, что при условии соблюдения требований ПДД РФ, водитель ФИО3 располагал технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие. Тем самым, ФИО3 допустил преступную небрежность, поскольку не предвидел возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был предвидеть эти последствия.

При таких обстоятельствах, суд находит вину ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, установленной и полностью доказанной, не усматривая оснований для возвращения уголовного дела прокурору, а также для оправдания ФИО3 по предъявленному обвинению.

В судебном заседании защитник Рыжих В.В. просил признать недопустимыми доказательствами, протокол осмотра места происшествия от 14.03.2025, поскольку данный протокол составлен с грубым нарушением уголовно-процессуального законодательства без фотофиксации и без участия понятых, что является обязательным.

Оценив доводы стороны защиты, суд находит эти доводы не основанными на оценке всей совокупности доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства с участием сторон.

Так, судом при исследовании протокола осмотра места происшествия от 14 марта 2025 года, установлено, что данный осмотр производился следователем в строгом соблюдении требований уголовно процессуального законодательства, кроме того, в ходе судебного следствия не установлен факт получения указанных доказательств с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса РФ, либо полученные их с иными нарушениями гарантированных Конституцией РФ прав и свобод человека и гражданина.

Вопреки доводам защитника Рыжих В.В., который в судебных заседаниях указывал на то, что в протоколе осмотра места происшествия от 14 марта 2025 года не указаны какие технические средства применялись в ходе данного следственного действия, не могут быть приняты во внимание как основанные на неверном толковании уголовно-процессуального закона, поскольку неуказание, какие-именно технические средства при этом применялись, не является безусловным основанием для признания протокола недопустимым доказательством.

Суд отклоняет довод защитника о том, что протокол осмотра места происшествия составлен в нарушение требований уголовно-процессуального закона без участия понятых в связи с его необоснованностью, поскольку при производстве осмотра места происшествия нарушений закона не допущено, так как ход и результаты осмотра объективно отражены на фототаблице, следственные действия произведены в отсутствие понятых с применением технического средства фиксации его хода и результатов, что прямо предусмотрено ч. 3 ст. 170 УПК РФ.

Кроме того, суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства защитника о признании недопустимыми доказательствами по делу – заключения видеотехнической и автотехнических экспертиз, поскольку исследования проведены экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Нарушений закона и прав осужденного при назначении экспертиз, влекущих признание заключения недопустимым доказательством, не допущено. Заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, приведенные в них выводы, подтверждаются другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Таким образом, вопреки доводам защиты, все доказательства, исследованные в судебном заседании, равно как и показания потерпевшей, свидетеля обвинения, являются допустимыми, так как получены с соблюдением норм действующего законодательства и соответствуют требованиям ст. 75 УПК РФ, в связи с чем оснований для признания их недопустимыми у суда не имеется.

В ходе судебного разбирательства суд в соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При принятии решения суд основывается на представленных сторонами доказательствах.

Доказательств невиновности подсудимого ФИО3 в ходе судебного разбирательства не представлено.

Суд критически оценивает показания подсудимого ФИО3 о его невиновности, и не принимает эти показания как достоверные в части, противоречащей установленным по делу обстоятельствам совершения подсудимым инкриминируемого ему деяния, и приходит к убеждению, что такая позиция подсудимого связана лишь со стремлением уйти от уголовной ответственности и предусмотренного наказания за совершенное преступление.

Доводы подсудимого о том, что им не было нарушено п. 10.2 ПДД РФ, а именно скорость движения автомобиля была в пределах разрешенной скорости движения, суд находит несостоятельными, поскольку избранная подсудимым скорость движения не обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства, а наоборот создала опасность, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие.

Доводы стороны защиты об отсутствии доказательств вины подсудимого в совершении, указанного в описательно-мотивировочной части приговора преступления, являются несостоятельными, поскольку противоречат фактическому содержанию исследованных в ходе судебного следствия доказательств.

Факт непризнания подсудимым своей вины в совершении данного преступления и его соответствующие показания суд расценивает, как избранный подсудимым способ защиты, и желание ввести суд в заблуждение относительно истинных обстоятельств дела, с целью избежать ответственности за содеянное.

Судом тщательно проанализированы все доводы стороны защиты, изложенные в ходе выступления в прениях сторон. Ни один из этих доводов не является обоснованным, и не может поставить под сомнение виновность подсудимого ФИО3 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Оснований для вынесения оправдательного приговора, как того просит сторона защита, в отношении подсудимого М.А.АБ., не имеется, так как его виновность установлена исследованными в судебном заседании доказательствами.

Иные доводы стороны защиты не могут являться основанием для вывода о невиновности подсудимого в совершении вменяемого преступления, по сути являются реализацией ФИО3 права на защиту.

Судом исследован вопрос о вменяемости ФИО3, данных о том, что ФИО3 страдает каким-либо психическим заболеванием или психическим расстройством, в материалах дела не содержится.

В ходе судебного заседания подсудимый ФИО3 вел себя адекватно, ориентировался в судебной ситуации, принимал активное участие в исследовании доказательств, отвечал по существу на поставленные вопросы. Оценивая имеющиеся в материалах уголовного дела данные, характеризующие подсудимого, а также поведение подсудимого в ходе судебного заседания, суд не находит оснований сомневаться в психической полноценности ФИО3, поэтому признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Суд квалифицирует действия ФИО3, по ч. 3 ст. 264 УК Российской Федерации, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

В силу требований части 1 статьи 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

При определении вида и меры наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО3 преступления, относящегося к категории средней тяжести, данные о его личности, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия его жизни, смягчающие наказание обстоятельства, его возраст, семейное положение, состояние его здоровья и здоровья его родственников, а также все данные о личности подсудимого.

Также суд учитывает личность подсудимого ФИО3, который не судим (т. 2, л.д. 27), ранее привлекался к административной ответственности, на учете у врача-психиатра, врача-нарколога не состоит (т. 2, л.д. 34, 36, 38, 40, 42, 44), по месту жительства характеризуется положительно (т. 2, л.д. 51), имеет постоянное место жительства.

Обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание подсудимого ФИО3 судом не установлено.

Разрешая вопрос об изменении категории преступления на менее тяжкую, суд принимает во внимание способ совершения ФИО3 преступления, степень реализации преступных намерений, вид умысла, мотив, цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности. При этом судом установлено, что фактические обстоятельства совершенного преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

Таким образом, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, не имеется.

Исключительных обстоятельств, связанных с поведением ФИО3 во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного им преступления и позволяющих назначить наказание в соответствии со ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 09.12.2008 № 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", при постановлении обвинительного приговора по статье 264 (части 2 - 6) или по статьям 264.1 - 264.3 УК РФ судам необходимо учитывать, что назначение виновному дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью является обязательным, в том числе если к основному наказанию лицо осуждается условно. Неприменение такого дополнительного наказания допускается лишь при наличии условий, предусмотренных статьей 64 УК РФ. Суд вправе назначить этот вид дополнительного наказания по части 1 статьи 264 УК РФ как осужденному к лишению свободы, так и осужденному к ограничению свободы, но со ссылкой на часть 3 статьи 47 УК РФ. В приговоре надлежит конкретизировать, что осужденный лишается права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами.

Из материалов дела следует, что подсудимый ФИО3 имеет профессиональные навыки вождения. Однако, в результате дорожно-транспортного происшествия, виновником которого признан ФИО3, потерпевшему ФИО2 были причинены телесные повреждения, от которых впоследствии последний скончался. Допущенные ФИО3 нарушения Правил дорожного движения находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Учитывая изложенное, мнение потерпевшей, последствия, наступившие в результате совершенного преступления, суд признает, что достижение установленных законом целей наказания в виде исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений возможно путем назначения подсудимому наказания в виде принудительных работ, с лишением права заниматься определенной деятельностью - управлять транспортными средствами.

Обстоятельств, препятствующих назначению наказания в виде принудительных работ, не установлено.

Суд считает невозможным назначить ФИО3 наказание с применением ст. 73 УК РФ, поскольку условное осуждение ФИО3 к лишению свободы не сможет в полной мере обеспечить достижение таких целей уголовного наказания как исправление осужденного, восстановление социальной справедливости, предупреждение совершения им новых преступлений, с учетом установленных судом фактических обстоятельств преступления и данных о личности ФИО3

Оснований для применения ст. 76.2 УК РФ и положений главы 12 УК РФ в отношении подсудимого судом не установлено.

Суд учитывает, что назначенное наказание должно обеспечить цели, предусмотренные ч. 2 ст. 43 УК РФ, и соответствовать требованиям ст. 3 - 7 УК РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ в случае назначения лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного вида наказания к аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части, принудительным работам, лишению свободы оно распространяется на все время отбывания указанных основных видов наказаний, но при этом его срок исчисляется с момента их отбытия.

Следовательно, срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на основании ч. 4 ст. 47 УК РФ, ч. 2 ст. 36 УИК РФ, ФИО3 следует исчислять с момента отбытия им основного наказания в виде принудительных работ.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств по делу, суд разрешает с учетом требований ст. ст. 81, 82 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Надлежащее поведение ФИО3 с учетом данных о его личности, до вступления приговора в законную силу, может быть обеспечено мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, в связи с чем, суд считает возможным оставить ее осужденному без изменения.

Следование осужденного к принудительным работам к месту отбывания наказания производится в соответствии со ст. 60.2 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, исчисление срока принудительных работ, производится в соответствии со ст. 60.3 Уголовно-исполнительного кодекса РФ.

В случае уклонения ФИО3 от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы о следовании к месту отбывания наказания (в том числе в случае неявки за получением предписания) или неприбытие к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, ФИО3 может быть объявлен в розыск и подвергнут задержанию, после чего суд может разрешить вопрос о заключении осужденного под стражу и замене принудительных работ лишением свободы.

По делу потерпевшей ФИО4 заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Гражданский иск мотивирован тем, что последствием произошедшей 14 марта 2025 года автоаварии стали нравственные страдания Потерпевший №1, в связи с невосполнимой утратой родителя.

В судебном заседании потерпевшая Потерпевший №1 и её представитель ФИО5 исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить.

Подсудимый ФИО3 и его защитник Рыжих В.В., исковые требования не признали в полном объеме.

Суд, проверив и оценив заявленные потерпевшей исковые требования, учитывая мнение участников процесса, приходит к следующим выводам.

Статья 1100 ГК РФ предусматривает компенсацию морального вреда, которая осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. п. 18, 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу закона к источникам повышенной опасности относятся объекты, особые свойства которых создают повышенную вероятность причинения вреда окружающим (транспортные средства, электрическая энергия, атомная энергия, взрывчатые вещества, сильнодействующие яды). Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях.

Судом по делу установлены обстоятельства и виновность ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, повлекшем смерть ФИО2

Согласно ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен, требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу пункта 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Судом установлено, что в результате дорожно-транспортного происшествия 14 марта 2025 года погиб ФИО2 Дочь потерпевшего Потерпевший №1 испытала нравственные страдания в связи со смертью отца, навсегда лишилась возможности вести прежний нормальный образ жизни, разделять радость и счастье крепких семейных и родственных связей.

Суд отмечает, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае гражданского истца, которая лишилась отца, являющимся близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер нравственных страданий потерпевшей в результате смерти близкого человека, связанных с невосполнимой утратой семейных связей, постоянного общения, с погибшим, а также неосторожную форму вины подсудимого ФИО3 и его материальное положение.

С учетом указанных обстоятельств, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает необходимым удовлетворить требования потерпевшей Потерпевший №1, определив сумму компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ФИО3, в размере 1 000 000,00 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307 – 309 УПК РФ, суд,

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч. 3 УК РФ и назначить ему наказание в виде принудительных работ на срок 2 (два) года с удержанием из заработной платы 10 % в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев.

К месту отбытия наказания осужденному ФИО3 следовать самостоятельно за счет государства в порядке, установленном ст. 60.2 УИК РФ.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ осужденному ФИО3 исчислять со дня прибытия в исправительный центр. При этом время следования осужденного к месту отбытия наказания в соответствии с предписанием засчитывается в срок принудительных работ из расчета один день за один день.

Разъяснить осужденному ФИО3, что в случае уклонения от отбывания принудительных работ либо признания осужденного к принудительным работам злостным нарушителем порядка и условий отбывания принудительных работ неотбытая часть наказания заменяется лишением свободы за расчета один день лишения свободы за один день принудительных работ.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ исчислять ФИО3 срок дополнительного наказания с момента отбытия им основного наказания в виде принудительных работ, но распространять его действие также на все время отбывания основного вида наказания.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении ФИО3 оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:

- автомобиль марки «АУДИ Q 7», государственный регистрационный номер R 335 CY 797, переданный на хранение ФИО3 – оставить ему по принадлежности;

- автомобиль марки «ГАЗ 31105», государственный регистрационный номер <***>, переданный на хранение ФИО4 – оставить ей по принадлежности.

- автомобиль марки «HAVAL F7X», государственный регистрационный номер <***>, переданный на хранение ФИО6 – оставить ему по принадлежности.

- оптический диск с видеозаписью механизма развития ДТП, хранящийся при материалах дела - хранить при материалах уголовного дела

Гражданский иск Потерпевший №1 – удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 в счет возмещения морального вреда – 1 000 000 (один миллион) рублей.

Приговор провозглашен и на него может быть подана апелляционная жалоба, представление в Верховный Суд Донецкой Народной Республики в течение 15 суток со дня постановления приговора через Горняцкий районный суд г. Макеевки Донецкой Народной Республики.

Судья Ю.О. Иванова